Николай Бирюздин

Триста лет назад род Вересков стёрли с лица империи. Их магию объявили проклятой, их имена вычеркнули из летописей, их земли отдали трём древним родам.

Ярослав об этом ничего не знает. Он — сирота из тверского приюта, подёнщик на купеческом складе - чужая фамилия и три рубля в кармане. До той осенней ночи 1895 года, когда в глухом переулке трое подосланных избивают его насмерть, — и он, сам не зная как, делает так, чтобы их не стало.

Это видит женщина в серой шинели. У неё прибор магнадзора, спокойный голос и тридцать минут до того, как магистратская тревога накроет город. По закону Ярослава должны повесить ещё сегодня. По закону женщина должна его сдать.

Вместо этого она предлагает сделку. Год в Императорской академии под её прикрытием — в обмен на правду о магии, которой не было в империи триста лет.

Ярослав соглашается. Потому что выбора нет. И потому что не знает: за его кровью охотятся не одни великие рода. И что цена правды — не виселица. Цена больше.