Татьяна Степанова

В высокой траве леопард оставил след и ушел. Я любопытен, и я пошел за ним. Он показывает клыки, точно смеется. Он машет хвостом, точно грозит копьем. Теперь я вижу: он разъярен.

она, Кристина, спасла ее там,

украл. Про деньги из банка вам ничего не известно? – Я не понимаю, о чем вы нас спрашиваете. – Августа решительно встала. – Я окончательно запуталась. Сестра моя… разве не видите – ей плохо… Мы, конечно, рады помочь доблестным органам. Но не в таком тоне. Сейчас не прежние времена, здесь не Лубянка, и вы не помощник Андропова, который смел кричать на мою мать и топать ногами, вы просто полковник… мелкая

прочим, эту квартиру в Новогиреево она купила с зарплаты на фирме год назад. Чего ей у нас не хватало, интересно? Где она место лучше нашла? – Мало ли причин, заставивших ее уйти от вас, – осторожно заметил Макар. – Судя по всему, она торопилась покинуть фирму после убийства вашего брата. Пауза.

похожа на дом на Круче наших стариков, тоже го

Макар в пути делегировал Клавдию

экспедиции обвиняли тогда другого басмача, Абдуллу Насреддина, – заметила Катя.  – И еще – насчет отрубленной головы Юрия Велиантова… Дэв-хан обезглавливал китайцев, это его личный жуткий почерк. А через тридцать лет в шестьдесят втором кто-то расправился с московским переводчиком

43–44-го размера. Но почва после дождя даже на следующий

Ты вечно один против целой армии, но один против самого себя – совсем другое…

Лаврентьева была одета по-домашнему – старые спортивные штаны