Kitabı oxu: «Ум и Хрум. Под солнышком-яишенкой»
© Фролова А. А., текст, 2026
© ООО «Клаксон Продакшн», 2026
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
* * *
Птенчик
В Яично-солнечной системе находится удивительный Съедобный мир, где живут два друга – Ум и Хрум.
В желании перекусить Хруму нет равных. Ради вкусняшки он готов пускаться в самые опасные авантюры. Как-то раз он, например, притворился птенчиком, чтобы получить шоколадный кекс. А дело было так.
Неутомимый исследователь Ум решил отправиться в экспедицию в Тортовые горы, чтобы понаблюдать за кексодактилями, и, конечно, позвал с собой Хрума. Друзья-путешественники преодолели несколько перевалов и после долгих часов подъёма взобрались на Вишнёвый пик.
– Фух, наконец-то! – сказал Ум. – Поздравляю, друг, мы на вершине Тортовых гор!
Запыхавшийся Хрум в это время переводил дыхание – уж очень долгим и сложным был подъём. Хорошо, что вокруг пахло ванилью, шоколадом и вишней в сиропе – это точно поможет восстановиться. К тому же, Тортовые горы можно попробовать на вкус! Хрум отщипнул маленький кусочек от горы и потихоньку засунул в рот. А Ум достал из походного рюкзака бинокль и осмотрел окрестности.
– О, смотри-ка туда! – воскликнул он и указал на вершину соседней горы.
– М-м-м, зефирки! – заинтересовался Хрум.
– Правее! – направил его Ум.
Хрум глянул в бинокль и увидел огромное гнездо, а в нём – трёх маленьких птенчиков. Малыши ещё не умели летать. Сейчас они лишь открывали рты и жалобно пищали. Но когда они подрастут, то станут настоящими летающими хищниками – кексодактилями. И вдруг…
В небе у них над головами появилась большая хищница. Она держала в клюве несколько шоколадных маффинов.
– Ням-ням-ням! – заголосили птенцы, когда почуяли еду, и мама сбросила им маффины.
– Мама Кексодактиль кормит своих птенцов маффинами! Какая прелесть! – умилился Ум.
– М-м-м, маффины, – мечтательно протянул Хрум, с завистью наблюдая за тем, как малыши с аппетитом уминают сладкое.
– Хрум, ты даже не представляешь, какое это уникальное явление! Это надо срочно запечатлеть, – пробормотал Ум и полез в рюкзак. – Где же фотоаппарат? Так… Овощесклейка… Не то. Утюг для вафель? Тоже не то… Желатинка?!
Ум озадаченно посмотрел на свою маленькую розовую питомицу. Кажется, Желатинка не захотела оставаться дома одна и тоже решила отправиться в экспедицию!
В конце концов Ум всё-таки выудил фотоаппарат и навёл объектив на гнездо. Что-то ему показалось странным… Птенцов неожиданно стало четыре!
Ум сделал снимок.
– Хрум, смотри, какой странный птенчик… Хрум?
Он покрутил головой, но друга нигде не было видно. Тут Ума осенило. Он вгляделся в фотографию и хлопнул себя рукой по лбу: как же он не заметил, что этот странный четвёртый птенец и есть Хрум! Монстрик даже прицепил себе на нос вафельный рожок от мороженого вместо клюва.
Ничего не поделаешь: пришлось Уму взбираться на соседнюю гору. Впрочем, он был опытным путешественником и быстро добрался до гнезда.
Хрум сидел среди птенцов и, раскрыв рот, кричал вместе с ними:
– Ням-ням-ням!
– Хрум, ты что делаешь? – зашипел Ум.
– Маффины, – довольно отозвался Хрум и показал на свой рот. – Ням-ням!
– Ты с ума сошёл, какие маффины?! – всплеснул руками Ум. – Нас же самих слопают!
– Кто? – удивился Хрум.
Ответ пришёл почти сразу: птенцы-кексодактили заметили Ума и решили попробовать его на вкус. Они подбежали и принялись щипать его своими крохотными клювиками.
– Хватит! Отстаньте от меня! – Ум попытался вырваться, но птенчики оказались очень настойчивыми.
– Какие милашки, – умилился Хрум. Конечно, ведь это не его сейчас пытались слопать! К тому же он был гораздо больше своего друга, и птенцы едва ли могли как-то ему навредить.
Сверху раздался громкий крик. Ум, Хрум и птенцы подняли головы – над ними парила Мама Кексодактиль с новой порцией маффинов. Шапочки кексов были украшены разноцветными драже.
– Ням-ням! – заверещали птенцы. И Хрум!
Мама Кексодактиль сбросила вниз маффины. Хрум раскрыл рот и… сумел перехватить сразу все кексы!
– Ням-ням?! – возмутились птенцы.
Мама Кексодактиль не заметила подвоха и улетела за новой порцией.
Нужно было скорее бежать, пока есть шанс, но…
– Сейчас ведь опять превратится! – ахнул Ум.
Если Хрум объедается, он сразу превращается в то, что съел! Вот и теперь уже пошла реакция: большой монстрик весь покрылся дражейными пятнами.
– Надо убираться отсюда, – пробормотал Ум.
Но дорогу им перегородили маленькие кексодактили.
– Веди себя как птенчик, – посоветовал Хрум.
Его друг нервно кивнул и поспешно нацепил себе на нос вафельный рожок, как у Хрума.
В небе снова появилась Мама Кексодактиль. На этот раз она тащила вдвое больше маффинов.
– Хрум, даже не вздумай… – прошептал Ум.
Хрум отодвинул птенцов, раскрыл рот и… проглотил все-все-все маффины. Малышам не досталось ни крошки.
– Нам-ням!!! – завопили рассерженные и голодные птенцы.
Тут уже их мама догадалась, что что-то не так. Она опустилась в гнездо и злобно уставилась на Хрума.
Монстрик испугался и хотел рвануть прочь, но… Он съел столько маффинов, что произошло неминуемое. Хрум сам превратился в огромный шоколадный маффин! С вафельным рожком вместо носа и цветной посыпкой на макушке.
– Ням-ням! – обрадовались птенцы.
– Бежим! – воскликнул Ум, но Хрум не мог бежать, ведь у маффинов нет ножек. А толкать его было не так-то просто – слишком уж тяжёлый…
– Кр-р-ра-а-а! – закричала разгневанная мама.
Её рёв был такой силы, что с Ума и Хрума слетели вафельные рожки, а самих монстриков отбросило к краю скалы. И вот они уже покатились вниз по склону. Мама Кексодактиль полетела за ними, чтобы проучить монстрика, который посмел оставить её детишек голодными. А сами птенцы весело прыгали следом, потому что летать они ещё не умели.
Ум и Хрум кубарем скатились с Тортовой горы и, на всей скорости перепрыгнув речку Лимонадовку, очутились в Пончиковом лесу. Ум покатил Хрума вдоль берега. Мама Кексодактиль пикировала сверху и пыталась ущипнуть их клювом, но Ум ловко уклонялся от её атак.
Птенцы, прыгая и кувыркаясь, тоже мчались с горы. Они думали, что так же просто перемахнут речку, как их мама и монстрики. В один момент они зависли в воздухе, размахивая крылышками… и плюхнулись прямо в речку!
– Мама! Мама! – закричали они.
Мама Кексодактиль услышала их плач и помчалась на помощь. Но лимонад в речке бежал очень быстро, и у неё никак не получалось вытащить малышей. А ведь дальше по течению был водопад!
– Бедные птенчики! – ужаснулся Хрум-маффин.
– Надо их спасти! – тут же решил Ум.
Он указал вперёд, на узкое место между скалами у самого водопада.
Хрум сразу понял, что замыслил его умный друг, и изо всех сил покатился к скалам. А когда добрался до места, прыгнул в поток, и течение понесло его к водопаду. Скалы здесь стояли очень близко друг к другу, и Хрум, будучи пышным маффином, застрял между ними, преграждая путь птенцам.
Перепуганные птенчики подплыли к нему и уткнулись в его мягкие шоколадные бока. Ура, малыши спасены!
Тут подоспела и Мама Кексодактиль. Она выловила своих детишек из коварной реки, а заодно помогла выбраться и монстрикам. Она уже совсем на них не сердилась.
Измученные этим лихим приключением, Ум и Хрум вернулись домой. Точнее, Ум прикатил друга, потому что у того никак не происходила обратная реакция.
– А скоро я превращусь обратно? – мрачно спросил Хрум, глядя, как Ум заходит в дом, чтобы отдохнуть в тёплой постельке.
– Скоро, – улыбнулся Ум. – Но это неточно.
Пришлось в этот раз Хруму ночевать во дворе на травке, потому что в дверь он не пролезал. Вот что бывает, когда покушаешься на чужой обед… и не знаешь меры!
Залипательное приключение
В Долине жвачки сегодня стоял прекрасный денёк. Ум и Хрум гуляли среди деревьев, облепленных жвачными лианами, и жевательных гейзеров, из которых время от времени вырывались большие пузыри.
Вдруг до них донеслись звуки музыки и песни на незнакомом языке. Ум вытащил бинокль и потихоньку прокрался вперёд, чтобы разведать, что происходит. Раздвинув сладкую траву, он увидел на поляне стаю одноглазых макак-жевак. Эти забавные существа с длинными руками пели и танцевали вокруг жёлтой статуи.
Ум тихонько засмеялся – уж очень этот истукан был похож на самих жевак.
– Никогда не видел, как жеваки танцуют свой традиционный танец! – восхищённо сказал Ум, достал фотоаппарат и сделал несколько снимков.
В этот момент мимо него в пузыре из гейзера пролетел хохочущий Хрум.
– Ум, здесь всё из жвачки! – воскликнул он. – Круто, да?
Ум закатил глаза и покачал головой: его друг был неисправим. Хрума совсем не интересовали обряды древнего племени, только бы чего-нибудь пожевать! Шар с Хрумом налетел на ветку дерева и лопнул. Вокруг разлетелись липкие кусочки. Хрум слизнул жвачку языком и погладил себя по животу:
– М-м-м, как вкусно!
– Хрум, нельзя глотать жвачку! – забеспокоился Ум. – Это опасно!
– Да? – удивился Хрум. – А для кого?
Не успел Ум ответить на его вопрос, как – бах! – прожорливый монстрик превратился… Да вроде бы на этот раз ни во что не превратился, просто стал розовым, как жвачка.
– Ну вот, опять! – вздохнул Ум.
– Да вроде всё нормально, – пожал плечами Хрум.
Он хотел пойти веселиться дальше, но не смог и шагу ступить. Потому что его ноги прилипли к земле.
– Хрум, ты стал липким, как жвачка! – догадался Ум.
– Да всё в порядке, – упрямо возразил Хрум и принялся отлеплять ноги от земли. Сначала одну, потом вторую…
Хрум зашатался, не удержал равновесие и плюхнулся навзничь.
– Ой, – сказал он, почесывая ушибленный бок, а потом кое-как встал на ноги. – Ум, ты где?
– Я здесь… – невесело ответил Ум.
Хрум обернулся, но никого не увидел. Только жеваки продолжали танцевать свой ритуальный танец.
– Да где? – растерялся Хрум.
– Я прилип к твоей спине!
Хрум вывернул шею, скосил глаза и наконец увидел своего накрепко прилипшего друга.
Ой-ой-ой! Как же теперь разлепиться?
Ум предложил такой план: он ухватится за ствол дерева, а Ум будет шагать вперёд, и жвачка разорвётся.
Так и поступили.
Ум крепко-крепко вцепился в ствол, и Хрум начал отходить от него. Жвачка растянулась, но оказалась очень упругой и держала крепко. Хрум сделал ещё шажок… И ещё один… Натяжение усилилось. В конце концов Ум больше не смог держаться и разжал руки.
Из-за того, что Хрум сильно натянул жвачку, друзья испытали эффект рогатки: они пролетели через лес и приземлились прямо на жёлтого истукана жевак. Макаки раскрыли рты, глубоко оскорблённые подобными действиями.
Pulsuz fraqment bitdi.
