Kitabı oxu: «Ты взрослый только по паспорту. Проверь, кто управляет твоей жизнью»
Особенности и критерии психологической зрелости
Мушир Самир
Магистр психологии и психологического консультирования
Конечно, не следует думать, что это всё, что можно сказать о признаках психологической зрелости
или что это единственные критерии, по которым оценивается наша психологическая зрелость,
однако в этой серии статей я представляю наиболее важные и характерные черты, которые обязательно должны присутствовать
у человека, о котором можно сказать, что
достиг хорошего уровня психологической зрелости,
и именно эти черты я считаю наиболее актуальными для обсуждения в нашем обществе и в наше время.
Мушир Самир
(1)
Здоровые и гармоничные отношения с самим собой
Отношения с самим собой — это важнейшая и первая черта и особенность сознания и психологической зрелости; человек должен осознавать себя — ради своей зрелости, конечно, — и находиться в здоровых и правильных отношениях с этим «я». И эти отношения с самим собой представляют собой большую дилемму и парадокс: человек не может познать и осознать себя так, чтобы по-настоящему понять себя и установить с собой связь, если сначала не вступит в взаимодействие с другим человеком — начиная с первых часов жизни с матерью и отцом и вплоть до конца своей жизни!
Психоаналитик Хайнц Кохут (Heinz Kohut) говорит: «Ребёнку необходимо взаимодействие с родителями или с их заменителями, которые укрепляют в нём чувство «я» (он превращается из простого человека в личность), поскольку они осознают и признают (Acknowledge) разнообразную идентичность ребёнка и отражают её такой, какая она есть на самом деле [1] (..) Эмпатическое внимание и забота о ребёнке служат для него, так сказать, зеркалом, в котором он (то есть ребёнок) может постепенно узнавать себя и осознавать себя как целостную единицу, как «я». [2] Это в том случае, если зеркало, как говорит Энтони Стор, прозрачно, чисто и отполировано, так что оно неуклонно отражает образ человека (ребёнка) таким, каким он есть на самом деле. Таким образом, оно даёт ему прочное и правдивое ощущение своей истинной идентичности, тогда как потрескавшееся, грязное или загрязнённое зеркало отражает неполное и расплывчатое изображение и, следовательно, даёт человеку неточное представление о себе». [3]
Что мы подразумеваем под здоровыми и гармоничными отношениями человека с самим собой? Мы имеем в виду следующее:
чтобы человек большую часть времени находился в искреннем и целостном контакте со своим «я»; то есть чтобы он большую часть времени осознавал и понимал три вещи:
1. Кем он является (его идентичность) и каковы его представления о себе (самооценка) в сравнении с представлениями других о нём.
2. Чего он на самом деле хочет и каковы его истинные внутренние мотивы, движущие им в жизни. Ведь человек не всегда осознает, чего он на самом деле хочет и что движет им в жизни. Человек знает, что хочет чего-то в жизни, но является ли то, что он считает своим желанием и к чему стремится, тем, чего он действительно хочет, или за этим скрываются другие вещи, которых он хочет в глубине души, но не осознает?
Это означает, что человек может полагать, будто он полностью и истинно понимает себя и осознает, чего хочет, но на самом деле он обманывает себя, поскольку в его подсознании существуют внутренние мотивы, невидимые для него и недоступные его сознанию, о которых он мало что знает. Поэтому человек не может на 100 % доверять своим суждениям, и зачастую его уверенность во многих вещах оказывается чистой иллюзией.
3. Что происходит внутри него, какие взаимодействия и чувства возникают в результате этих внутренних побуждений; ведь эти внутренние взаимодействия неизбежно повлияют на его поведение и отношение к внешнему миру. Человек обязательно должен осознавать эти взаимодействия и чувства, когда они возникают в их истинном виде, будь то негативные или позитивные (с минимальным искажением).
Именно эти три вида осознания служат показателем психического здоровья человека (чтобы он меньше обманывал себя и был более честен с самим собой), поскольку они позволяют человеку достичь состояния примирения с собой и согласованности, то есть большей соответствия самому себе (congruent), по выражению Роджерса, то есть чтобы его внутренний мир согласовывался с внешним
И здесь мы снова сталкиваемся с парадоксом: человек не может ограничиться общением с самим собой, с книгой, с учебными материалами или даже со своим Создателем, не вступая во взаимодействие с другим живым человеком, чтобы осознать себя. И в то же время ему необходимо это самоосознание, чтобы на его основе взаимодействовать с другими! И в то же время его самопознание будет подвергаться влиянию и изменяться в процессе этого взаимодействия с другими!
Благодаря этому растущему циклу осознания человек способен принимать правильные для себя решения и делать правильные шаги в жизни. И наоборот: слабость этого осознания приводит к внутренним противоречиям или скрытым конфликтам, о которых человек даже не подозревает.
Это осознание и предполагаемая самосогласованность (congruence), которую мы называем здоровыми отношениями с самим собой, обязательно должны включать в себя минимальный уровень чувства достаточности (достоинства и ценности), ощущения безопасности, удовлетворенности и душевного спокойствия, достаточного для того, чтобы человек мог жить в мире с самим собой, не испытывая беспокойства или психологических ограничений, как показано на следующем рисунке. Ниже этого уровня человек страдает от внутреннего беспокойства и, возможно, психологических ограничений, и мы не можем сказать, что он обладает психологической зрелостью.
Но что мы подразумеваем под этими тремя словами: «достаточность», «безопасность» и «удовлетворенность»?
И что представляет собой этот минимальный порог, или нулевая отметка, которая отделяет зрелость/равновесие от их отсутствия, и ниже которой эти аспекты внутреннего мира человека не должны опускаться, чтобы он находился в здоровых отношениях с самим собой и в состоянии внутренней гармонии? Позвольте мне привести следующие определения, чтобы объяснить этот вопрос.
Под «достаточностью» (достоинством/ценностью) Adequacy мы понимаем: чувство человека своей приспособленности и способности к той личной жизни, которая ему дана, то есть то, что он сам по себе достаточен для этой жизни (внутри него есть все необходимое для жизни) [4]; он соответствует этой жизни, что позволяет ему ощущать свою ценность как человека (и это является положительным превышением минимального уровня, или нулевой отметки) без чувства неполноценности, недостатка, беспомощности и несправедливости (падения ниже минимального уровня), несмотря на наличие естественной общей человеческой слабости и несовершенства, присущих каждому человеку.
Что касается безопасности (Security): это ощущение индивидуумом достаточной степени уверенности, которое позволяет ему сохранять внутреннюю устойчивость и целостность, а также психологически самостоятельно стоять на ногах в жизни (и это является положительным превышением минимального порога, или нулевой отметки), не опускаясь до состояния напряжения и патологического беспокойства (Anxiety), несмотря на наличие общего базового элемента тревоги в этой жизни, который стал окрашивать человеческое существование после выхода из рая (Фардоса).
Что же касается удовлетворенности (Contentment): это принятие человеком и его убежденность в той личной жизни, которая ему дана и которую он не может изменить, а также его приспособление к ней в степени, достаточной для ощущения удовлетворенности, душевного спокойствия и отсутствия недовольства (и это является положительным превышением минимального порога, или нулевой отметки), причем это не противоречит наличию амбиций и неустанному стремлению к изменениям во всем, что человек способен изменить; в противном случае его приспособление превратится в покорность и смирение, выражающие внутреннее беспокойство.
Важное примечание:
эти три аспекта — достаточность/ценность, безопасность и удовлетворённость, а также самосознание — формируются или нарушаются в душе человека из-за отсутствия основной родительской любви в раннем детстве, и, возможно, ему понадобятся все последующие годы жизни, чтобы работать над собой в взаимодействии с другими людьми, чтобы исправить свои представления о себе, эмоции, взаимодействия и поведение, которые были нарушены, и именно это я подробно объясняю в своей книге «Грехи родителей и ответственность детей».
Итак, эта здоровая связь с самим собой, в которой присутствуют соприкосновение, осознание и внутренняя гармония, является основополагающей основой психологической зрелости; более того, она является единственной основой, осью и центром, из которого исходят другие черты и критерии зрелости, особенно в моих отношениях с внешним миром по мере того, как я становлюсь старше. Ведь внешние отношения с другими людьми и с жизнью со временем становятся лишь результатом и отражением моих отношений с самим собой. То есть, если мои отношения с самим собой здоровые и гармоничные, это обязательно отразится на моих внешних отношениях с окружающим миром, и они тоже будут здоровыми. И наоборот: если мои отношения с самим собой нездоровы, то и мои внешние отношения обязательно будут такими же. Это правило неизменно.
В качестве примера можно привести внутреннее чувство неполноценности и недостатка, которое бессознательно проявляется во внешних нездоровых отношениях: либо в конкурентных (в стремлении превзойти другого, чтобы компенсировать внутреннее чувство недостатка), либо в паразитических, зависимых и эксплуататорских отношениях (основанных на опоре на другого и использовании его в качестве костыля, на который я опираюсь, чтобы выжить, поскольку внутренне не способен стоять самостоятельно), либо, возможно, отношений, характеризующихся отстраненностью, избеганием или изоляцией. Это я также подробно объясняю в книге «Грехи отцов».
Кроме того, мы видим, что чувство пустоты (внутренней опустошённости), отсутствия ценности и безопасности проявляется во внешних собственнических и захватнических тенденциях — как в отношениях с людьми, так и с вещами и имуществом (желание приобретать вещи) — в попытке наполниться ими, чтобы компенсировать внутреннюю пустоту и одиночество.
Поэтому мы часто видим, что отношения человека определяются чувством неуверенности и угрозы (из-за страха потерять человека или вещь, от которых он зависит для получения чувства безопасности или собственной ценности), и это подсознательно подталкивает человека к усилению контроля, ужесточению властных отношений или чрезмерной привязанности к другим, но при этом он, также подсознательно, стремится скрыть эти нездоровые тенденции, маскируя их под ложные внешние формы отношений, такие как любовь, забота и внимание. И здесь возникает ещё одна проблема — фальшь, притворство и искусственность (отчуждение от самого себя). Мы наблюдаем подобные скрытые бессознательные тенденции в следующих примерах отношений:
ревность между помолвленными, требование подчинения в браке, властная дружба, зависимая дружба, назойливая и требовательная дружба, чрезмерный контроль или вмешательство и нарушение личного пространства в отношениях по уходу и наставничеству или со стороны родителей по отношению к своим детям, диктаторское и доминирующее руководство. Все эти примеры представляют собой отношения, обусловленные чувством неполноценности, утратой самооценки и неуверенностью.
И, пожалуй, лучше всего это выражает то, что говорит доктор Ролло Мэй в своей самой известной книге «Человек в поисках себя»:
«В нашем обществе существует множество видов зависимости, маскирующихся под любовь и наполненных множеством пустых людей и тех, кто страдает от одиночества и тревоги, и варьируются от различных форм взаимной помощи или взаимного удовлетворения желаний (что было бы правильно называть своим настоящим именем) до различных практических форм человеческих отношений, заканчивающихся откровенными паразитическими мазохистскими отношениями. Часто бывает, что два человека, испытывающие одиночество и пустоту, вступают в отношения в рамках неписаной (скрытой или неявной) сделки, чтобы каждый из них мог избавиться от боли одиночества». [5]
Также Карин Хорни, психоаналитик первой половины XX века, говорит:
«Многие из таких отношений скрыто продолжаются под видом «любви», причём эта «любовь» представляет собой лишь привязанность человека к другим — под давлением собственной потребности в привязанности (attachment) для удовлетворения своих нужд, так что быстрое отстранение, которое демонстрирует этот человек, когда его желания не удовлетворяются, показывает нам, что на самом деле нет никаких подлинных чувств любви, на которые можно было бы положиться». [6]
Человек, который в детстве сильно испытывал недостаток любви и чувствует неспособность к формированию привязанности (bonding) и принадлежности, когда он говорит: «Если бы я только нашёл того, кто меня любит, я бы почувствовал, что меня любят, что я ценный, и больше не испытывал бы отчаяния, одиночества и пустоты», — должен понимать, что это утверждение неверно, ведь то, что было утрачено в детстве из числа основных потребностей, в принципе не может быть восполнено с помощью компенсаторных отношений во взрослом возрасте (хотя частично это и происходит в терапевтических отношениях). Напротив, верно следующее: тот, кто чувствует свою ценность и достаточность, кто считает себя любимым (достойным любви) сам по себе, — именно такой человек способен открыться другому в зрелых отношениях, наслаждаться любовью и отвечать на неё взаимностью. В то же время у человека, страдающего от чувства неполноценности, ущербности и неспособности любить, внешние отношения подчеркивают это чувство и усугубляют его, поскольку человек не осознает и не понимает на уровне чувств и сознания свои внутренние и скрытые искажённые мотивы (те компенсаторные и эксплуататорские мотивы), которые стоят за его лихорадочным стремлением к внешним отношениям. В результате такой человек вступает в отношения, построенные на нездоровых и несостоятельных ожиданиях и надеждах, продиктованных желанием заполнить свою внутреннюю пустоту или устранить чувство неполноценности с помощью другого человека, при этом не осознавая реальности этих ожиданий и надежд, и когда они не оправдываются, его разочарование и внутренняя боль усиливаются ещё больше, чем прежде, что ещё более негативно и нездорово сказывается на его отношениях с другим человеком. Эти отношения, которые, по его мнению, должны были сыграть эту лечебную или компенсаторную роль, но не сыграли её. В результате виноватым здесь становится другая сторона отношений, а сами отношения становятся жертвой этого бессознательного динамического процесса.
По этому поводу отец Генри Нувен говорит: «И пока наше чувство одиночества является тем, что связывает нас с другим человеком, в надежде вместе с ним избавиться от этого одиночества, мы тем самым упрекаем друг друга за наши нереальные (иллюзорные) и нереализованные желания объединить себя, обрести внутреннее спокойствие и достичь непрерывного единения с другими». [7]
Наиболее яркий пример этой бессознательной динамики мы видим в отношениях между супругами, которые по этой причине заканчиваются провалом и несчастьем и которые покойный американский психолог Ларри Крэбб описывает как отношения клеща (вшей) с хозяином, от которого она зависит в удовлетворении своих основных жизненных потребностей: человек вступает в отношения, ожидая, что они исцелят его внутренний мир и восполнят его нехватку основных потребностей, таких как потребность в чувстве безопасности и значимости. И здесь Ларри Крэбб в своей книге о построении брака говорит:
«Даже самая терпеливая жена в мире не сможет удовлетворить потребность своего мужа в смысле и ценности… Точно так же даже самый любящий муж в мире не сможет удовлетворить потребность своей жены в чувстве безопасности… Проще говоря, каждый из нас не является достаточным для другого!» [8]
То же самое говорит нам и Ролло Мэй в другой своей книге:
«Кроме того, идея связи с другим человеком и раннего брака часто используется для преодоления тревоги — ведь концепция «быть вместе» (связь) даёт ощущение временной безопасности и смысла существования — но концепция «быть вместе» быстро теряет своё содержание и становится скучной!» [9]
Важное пояснение:
конечно, я здесь не говорю, что безопасные отношения со зрелым человеком, который действительно меня любит, не полезны для моего личностного развития — это, безусловно, не то, что я имею в виду. Но даже если такие отношения существуют, несмотря на их огромную пользу, они могут не дать мне всего того внутреннего исцеления, в котором я, возможно, нуждаюсь. Доказательством этому служит бесконечное стремление на Западе к поиску идеального/правильного партнера (the right partner), которое не приносит результатов, до такой степени, что люди полностью отказались от идеи брака и отношений, и, похоже, будут переходить от одних отношений к другим в поисках миража идеальных отношений, чтобы справиться со своими внутренними проблемами!
Поэтому очень интересно прочитать следующий комментарий толкователя к словам апостола Павла о браке в (1 Кор. 7:28), где он говорит:
«Многие люди наивно полагают, что брак решит все их проблемы, но есть некоторые проблемы, которые брак, возможно, не решит:
(1) Чувство одиночества. (2) Сексуальные испытания. (3) Удовлетворение глубоких эмоциональных потребностей человека. (4) Преодоление жизненных трудностей. И независимо от того, женаты мы или одиноки, мы должны быть довольны тем, что у нас есть, и направлять свой взор на Христа (Господа), а не на людей, чтобы решить свои проблемы!»
А теперь давайте послушаем следующее свидетельство одной молодой девушки, которое дает нам пример ошибочных и отчаянных попыток излечить недостаток любви внутри себя. Она говорит:
«Я всегда искала любви в людяях, из-за чего большую часть своей жизни подвергалась страданиям. И я всегда испытывала чувство позора, поскольку никогда не находила удовлетворения в отношениях с людьми. У меня было много друзей, с помощью которых я пытался заполнить свою внутреннюю пустоту, но эта пустота так и не заполнилась, а, напротив, только усилилась, и я всё больше уходил в себя и замыкался в своём внутреннем мире. Углубилась также пропасть между мной и Богом, поскольку я считал Его ответственным за разрушение моей жизни… И я чувствовал себя одиноким в тёмном мире, в котором не вижу никаких ориентиров!»
Итак, как человек может построить здоровые отношения с самим собой?
Предположим, что человек сумел или серьёзно работает над тем, чтобы справиться с влиянием «беспокойного» или «замутнённого» зеркала на его самоощущение в детстве (см. концепцию Хайнца Коха), то позвольте мне теперь предложить несколько рекомендаций, которые помогут построить здоровые отношения с самим собой.
Здесь я хотел бы выделить два основных направления, которые дополняют друг друга, ни одно из которых не является излишним, и по которым человек должен идти параллельно, как две стороны одной монеты: (1) познание себя и (2) познание Творца этой души. Познание себя — дело отнюдь не лёгкое, хотя человек, как разумное по своей природе существо, стремится исследовать и понять сущность и причины вещей, и в первую очередь — самого себя, но, несмотря на это, как падшее существо (отступившее от осознания своего истинного бытия), он отчуждается по мере того, как продвигается в открытии этой своей несовершенной сущности, как говорит Кьеркегор, отец экзистенциализма: «Чем больше осознание, тем больше отчаяние». И, как говорит Соломон Мудрый: «Ибо с умножением мудрости умножается печаль, и кто умножает знание, тот умножает скорбь» (Екклезиаст 1:18)
И тем не менее он не может избавиться от врождённого интеллектуального стремления к поиску и пониманию, и это представляет собой тяжёлую, если не невозможную, задачу для человека в одиночку, что, возможно, побуждает его обратиться к силе, превосходящей его самого, за помощью.
По этому поводу известный мыслитель и богослов-реформатор Джон Кальвин говорит:
«Наивысшая истинная мудрость (истинная зрелость) и уверенность для нас полностью состоят из двух частей: познания Бога и познания самих себя. И хотя эти две части связаны между собой множеством нитей, трудно определить, какая из них предшествует другой и порождает её. Ведь ни один человек не может познать себя, не обратив сразу же свои мысли к Богу, в Котором он живет и движется. С другой стороны, несомненно, что человек никогда не достигнет истинного познания себя, пока не будет сначала стремиться к познанию Бога, а затем, после этого поиска и размышления, не приступит к самоанализу». [10]
От Запада до Востока, от XV до VII века, мы находим епископа Ниневии (святого Мар Исаака Сирийского), говорящего те же слова: «Примирись с самим собой, и тогда с тобой примирятся небо и земля. Приложи все усилия, чтобы проникнуть в самые глубины сокровенного угла своего сердца, и тогда ты увидишь небесный уголок, ибо они — одно и то же, и, войдя в один из них, ты увидишь оба». [11]
Чтобы познать и понять себя, необходимо выполнить четыре сложные и не само собой разумеющиеся задачи:
а. Спокойствие, созерцание и уединение (Solitude), чтобы я мог уединиться со своей душой.
«В возвращении и покое обретете спасение; в спокойствии и безмятежности — ваша сила» (Ис. 30:15)
Д-р Энтони Стор в своей книге «Уединение: возвращение к себе» (Solitude) пишет:
«Несомненно, удаление человека от привычной ему среды способствует пониманию им самого себя и установлению прямой связи с теми внутренними глубинами его существа, которые ускользают от его внимания в суете повседневной жизни, преследующей его каждый день». [12]
б. Постоянное чтение по всем гуманитарным наукам, что помогает мне понять и познать человеческую душу во всей её полноте, а также то, что касается понимания жизни в целом, то есть чтение по философии, психологии, теологии, литературе и социологии.
Отчет, опубликованный Центром информации и поддержки принятия решений при Кабинете министров, показал, что в 88 % египетских семей никто из членов семьи не читает никаких книг, кроме учебников. В отчёте также отмечается, что религиозные книги занимают первое место по популярности среди тех, кто имеет привычку читать, — 79 % (9,5 % от общего числа египетских семей), за ними следуют научные книги — 33 %, а затем литературные книги — 29 % (2,5 % от общего числа египетских семей, читающих научные и литературные книги) [13].
в. Аналитическое и глубокое размышление каждый день обо всех аспектах моей жизни и их связи с жизнью в целом, поскольку чтение открывает каналы мышления, которых раньше не было. Об этом же говорит известный французский философ Блез Паскаль в своих знаменитых «Мыслях» (Pensées): «Проблемы и недуги современного человека в жизни возникают потому, что он не готов ежедневно уделять 30 минут времени самоанализу, чтобы обдумать все последствия своих поступков и действий; если бы он это делал, то, по крайней мере, сразу же нашел бы правильное решение хотя бы половины своих проблем».
Также христианский писатель Беннигонс О’Рурк говорит: «Человек, который не уделяет себе час в день, не является человеком!» [14]
Д-р Просите совета, когда чувствуете в этом потребность, и советуйтесь с другим человеком, человеком, которому вы можете доверять.
Что же касается познания Бога — это очень личное дело, и мне трудно об этом говорить, — то я хочу сказать здесь только одно: тот, кто ищет истину, найдёт её. Ибо Бог — это единственная истина. И, возможно, для этого человеку понадобится вся его жизнь и всё, что есть в его сердце.
(2)
Способность к самобытности
и сопротивление конформизму (подстраиванию под окружающую среду)
Индивидуация
и
сопротивление силе конформизма
«Человек одинок до тех пор, пока он является уникальным существом и осознает себя как отдельную личность.
И он должен быть одинок, когда ему приходится самостоятельно судить или принимать решения, опираясь на силу своего разума».
