Kitabı oxu: «История гавайской розы»

Глава

Предисловие

Здравствуй, дорогой читатель!

Если, ты открыл эту книгу, и собираешься погружаться в нее дальше,

я должен предупредить тебя о нескольких моментах, с которыми тебе предстоит столкнуться.

Во-первых, у книги маркировка 18+ стоит совершенно не зря.

В книге присутствуют выражения, слова или описание ситуаций, которые свойственны взрослой жизни и сознанию, обладающему опытом этой самой жизни. Я бы и рад избавиться от грубости, но характер, воспитание и темперамент,

не позволяет мне сделать этого.

Во-вторых, в книге появятся два персонажа: Африканец и Зуев.

С одной стороны, это два реальных человека, а с другой, вся их жизнь, похожа на литературное повествование, потому что нормальные люди так не живут.

И еще.

Книга стихов «История гавайской розы» могла иметь второе название. Она могла бы называться «Горькие глотки эспрессо».

Потому что, все эти стихи, маленькими обрывками, были написаны в моменты между пересадками с одной ветки метро на другую или в ожидании электрички на перроне. И на всех этих станциях и платформах, всегда найдется автомат с кофе. Я лично, предпочитаю эспрессо. Без сахара. Пара горьких глотков, практически как лекарство. Лекарство от кручины. Так раньше называлась водка, кстати. Водка нынче не в моде, а вот без кофе жизнь столичную представить сложно. Она как перекати-поле. Нет любимых дорог, есть привычные маршруты. Нет друзей, есть знакомые лица, которые в одно с тобой время, спешат на электричку. И дом твой, скорее просто ночлег, а не крепость и не рай. И от всего этого, в стихах, присутствует горечь. Горечь одиночества, и постоянная внутренняя тревога, от того, что просто растворяешься в этой суете.

Но, с другой стороны, в суете этих «человейников» начинаешь по-другому смотреть на людей. И увидев спящего в электричке человека, понимаешь, что это совсем не обязательно пьяница или алкаш. А к некоторым, регулярно появляющимся в твоем пространстве лицам, начинаешь испытывать симпатию. А некоторым, особенно симпатичным персонам, даже посвящаешь несколько строк. И когда эти строчки появляются, мир становится приятнее, и во всей этой «вавилонской суете» появляется какой-то смысл.

В общем, книга могла бы называться «Горькие глотки эспрессо», но называется она «История гавайской розы».

И, если книга вам понравится, зайдите во всем известную социальную сеть. В разделе «Музыка» наберите Африканец & Gulidon Electro Station — История гавайской розы. И будет вам bonus, длинной в 18 минут, в стиле LO-FI!

А теперь занавес открывается, свет гаснет.

Добро пожаловать!

Эпиграф

Поэт Скворцов наелся огурцов

и пока организм занимается

питательных веществ в организме

растворением

пишется это стихотворение.

Эпиграф №2

Разрушается моя внутренняя архитектура

Крышу сносит, в подвалах появилась вода

Полутемная комната моего сознания

Дверь открыта.

Видимо, мне сюда.

Кали-Юга

Клокочет древний Индостан

Кипит старинными страстями

И Кришна Синий по ночам

Лингамом машет над костями.

Окончив перевоплощений круг

Душа подобно бумерангу

Летит обратно

В обгоревший труп

Чтоб плыть по Гангу.

Посыпав пеплом мертвецов

Свои морщины

Мужчины

Курят косяки

Во славу Шивы

На мертвом языке поют

Свои молитвы.

Горит огнями Болливуд

И дальше титры.

Брахманы ягью совершив

Не улыбнувшись

Ступают по коровьему говну,

Не поскользнувшись.

А у меня горит душа

И сovid, и метель, и вьюга,

и Курукшетра,

и война

и Кали Юга.

Слон

В словах «не прислоняться» спрятался слон

Подземное царство. Ночь. Последний вагон

к точке невозврата продолжает движение

Одинокий индус смотрит на свое отражение.

Когда-то его душа отражалась в водах Ганга

Теперь сугробы и снег искажают отражение

Остаётся надеяться на собственное воображение

И плясать

в паутине русско-индийских аналогий

Но, говоря по правде

что Индия, что Россия

Один и тот же средневековый лингам

В шапке ультрасовременных технологий

В словах

«экстренная связь с машинистом»

наш герой

видит вязь санскрита и электропроводки

посетителей подземного царства с запахом водки

кадры из фильмов про боевые искусства

пролитые в виде крови на полу чувства

из диалога индуса и машиниста

ситуации украден смысл

и даже если в нем,

изначально присутствовала мысль

вятско-хаджипурский акцент и плохие динамики

свели на «нет» разговор

выбитые зубы и куски черепа

лежат на полу как остатки древней керамики,

а в слове «говорите»

спрятался вор.

Ветер времени свастикой вращается по планете

растения, животные, мужчины, женщины и дети

перемещаются волной атомных взрывов

душа путешествует по миру в поисках красоты

сознание покрывается трещинами нервных срывов.

Неисповедимы пути Господни

вчера превращается в завтра сегодня

книга судеб одна для всех,

но для каждого с новой обложкой

Ганеша залипает, играя с русской матрешкой.

В России мертвецов как снега

в Индии людей словно рисовых зерен.

Из слов «не прислоняться» на индуса смотрит слон.

Он ничего не боится. Он спокоен.

День Рождения

На часах 00:00

Христу сегодня исполнилось две четвёрки.

Всё, что он имеет

Пропахшие потом футболки,

Гитару, которая звучит охуенно,

Страсть в душе, которая

Вспыхивает быстрее, чем мгновенно.

Несколько друзей,

Взорвавшийся в виде Солнца газ,

Женщин, от которых невозможно оторвать глаз,

Жизнь, похожую на фильмы 60х,

Опыт приема психоделических препаратов,

Голую жопу, способную сесть на ежа.

И от скуки он проверяет закон Ньютона

Плевками с тринадцатого этажа.

День Рождения (еще один)

Сорок девять оборотов вокруг Солнца.

Чуть больше ударов по струнам

во время концертов

Чуть меньше выдохов в сиянии лунном

чуть больше вдохов

Чуть меньше ударов сердца.

Чуть меньше искренности

во время разговоров

Чуть меньше переживаний

Чуть меньше эмоций, но

чуть больше реакции на падение нравов.

И во время падения

собственной души в темном колодце,

чуть ярче сны.

Которые реже снятся, и

чуть острее страх.

Но понимание,

что ничего не стоит боятся

все сильнее сдавливает тело.

Все туманнее цель, но

дело есть дело.

И жизнь льется как вода по трубам.

Мне все реже удается быть искренним, но

все реже не быть грубым.

Все больше разговоров о жизни, но

все меньше меня

бьющего человека кулаком в лицо.

Все реже меня сравнивают с Богом,

все чаще с подлецом.

Сорок девять оборотов вокруг Солнца,

сломанная Империя, убогое Государство,

стертая из памяти Память.

Сорок девять оборотов вокруг солнца,

зачем здесь Я.

Кроме того, чтобы что-то в этом мире исправить!