Kitabı oxu: «Эль. Начало»

Начальные иллюстрации

Глава первая. Знакомство

Солнце пробивается, своими весенними лучами, сквозь закрытые глаза, заставляя меня проснуться. Проспал достаточно долго, солнце уже успело сместиться и ветки вишни, в тени которых я уснул, больше не защищали меня от него.

– Ты мог ещё немного поспать, они не закончили ещё, – заметив мои движения, сказал парень, сидящий возле меня, и наблюдал за тем, что происходит на тракте.

– Не удивительно, – фыркнул я, садясь и принимая флягу с водой.

Жадно отпив несколько глотков, я вернул её обратно парню. Фирма, так его зовут, слишком худощав, чтобы быть охранником. Из-за чего, даже пошитые на заказ, такие же, как у меня кожаные доспехи, смотрелись на нём так, словно они ему большие.

– Как там успехи? – потягиваясь, онемевшим от сна в неудобной позе телом, спросил я от скуки.

– Нет там успехов. У телеги сломалась ось. Не починить. Все телеги были перегружены и добро из одной, в две оставшиеся, не поместится, так что сейчас, весь груз с неё рассовывают по заплечным мешкам. Остаток пути, носильщики понесут груз на себе.

– Вот Мирук! Вот болван! Еще в городе сказали ему, что нужна ещё одна телега, на трёх не довезём! Он же в ответ: «Нет у меня времени искать четвёртую телегу! Грузите так! Доедем! Не в первой!».

– Доехали…

Кивая в знак согласия со мной головой, на тонкой шее, покрытой шрамами, Фирма добавил:

– Носильщики злые ходят, недовольные, бросают косые взгляды на охранников, чтобы мы тоже понесли часть груза.

– Да хрен им не мытый! Нам за это не платят. Расслабились, они как на тракт вышли. В этом месте безопасная зона сужается и твари очень часто выходят на тракт. То, что на нас ещё не напали – большая удача!

– Согласен с тобой. Не один час на месте стоим. Внимание привлекаем и никого – развёл он руками в стороны, то ли от сожаления, то ли от скуки.

– Эй, вы там! Хватит отдыхать, выдвигаемся! – голос, которым нас позвал Мирук, был совсем не дружелюбным. Он звучал как армейский приказ, который не оспаривается и выполняется точно в срок.

За те несколько месяцев, что я работаю на него, я точно понял, что, когда он так начинает говорить, он понимает, что ошибся, но вслух этого никогда не признает.

– Пойдём, – Фирма поднялся, отряхивая свой зад и то же разминая затёкшее тело.

– Пойдём, – с неохотой согласился я, вставая вслед за ним, не забыв взять короткое копьё, что лежало возле меня.

Мы начали спускаться с небольшого холма, на вершине которого, в тени вишни, мы сидели. Вид, с того холма, был не очень. Тракт в этом месте поворачивает из-за холмистой местности и большого количества деревьев, ничего толком рассмотреть, нет возможности. Единственное, что было хорошо видно, так это телегу, лежащую на краю тракта, без одного колеса и без лошади. Ещё две, запряжённые очень худыми и старыми клячами. Мирука, сидевшего на такой же, пересевшего на ту, что распрягли из сломанной и шесть носильщиков. На них было жалко смотреть. У каждого за спиной был огромный мешок с лямками, по размерам, превышающих их в раза два, а то и в три.

– Как они на ногах то стоят? Им ещё до города идти, как минимум день, а то и два, – подходя ко всем, специально чуть громче спросил я, чтобы носильщики услышали. Они точно услышали меня, ведь неодобрительные взгляды, которые они в нас бросали, пока мы спускались с холма, теперь стали злыми.

– Да жалко их, но у каждого из нас своя работа, – сделав акцент на последних двух словах, сказал Фирма, специально чуть громче, чем необходимо.

Теперь, взгляды, направленные на него, то же стали злыми. Как только мы подошли, Курим на своей кляче, по виду которой казалось, что её спина сейчас сломается, под весом торговца, объехал всех, проверяя готовность, и всё ли выгрузили из сломанной телеги. Удостоверившись, что все готово он махнул рукой, и мы выдвинулись дальше. Первой пошла одна из телег с лошадью, которая выглядела живее остальных, эта телега задавала темп. За ней Мирук, любитель командовать. После него – носильщики, которые шли, покрываясь семью потами, еле передвигая ноги, при этом, постоянно отпивая из фляг воду. В конце ещё одна телега, которая подгоняла носильщиков, чтобы они шли вместе и не растягивались сильно. Мы же, охранники, идём по бокам, с каждой стороны по три человека.

После двух часов ходьбы в хорошем темпе, Мирук скомандовал привал. Услышав эти слова, носильщики, не снимая мешков, попадали на брусчатку тракта, прям там, где остановились. Содержимое же мешков, при ударе о землю, не издало ни звука. Тут мне стало любопытно: «Что мы охраняем?». За время, что я работаю на Мирука, я не поинтересовался содержимым повозок. Правда хоть он и называл себя торговцем, мы ни разу не привозили груз на рынки и не продавали его. В какой бы город или деревню мы не приходили, всегда сворачивали с главных улиц, в сомнительные места. Там носильщики сгружали привезённый товар и загружали новый. Мирук получал за это деньги, и мы снова отправлялись в путь. Иногда сразу, а иногда спустя пару дней, как он скажет. Похоже на то, как работают контрабандисты. Вот только, сколько проверок мы на контрабанду проходили, ни разу к грузу не было у армейцев вопросов. Да и чтобы Мирук давал мзду, я тоже не замечал.

– Слушай, а что мы охраняем? Я что-то только сейчас задумался, – спросил я, садясь рядом с Фирмой, принимая предложенную им флягу с водой. Быстрый он, идёт позади, меня охраняя телегу, но в тени деревьев оказался раньше меня.

– Не знаю, – обмахивая себя руками, пытаясь спастись от жары, с ленцой в голосе, ответил он – ни кто не знает, ни носильщики, ни охранники, только Мирук.

– Почему такая секретность?

– Нет никакого секрета, только лишь странная голова Мирука. Он говорит так: «Это моего ума дело, что в мешках. Твоя же работа носить/охранять, правда, если сильно хочешь, я могу показать тебе, что в мешках.»

– И что, если сказать, что хочешь, покажет?

– Покажет. Правда, те, кто посмотрели, не рассказывали, что внутри. По приходу в ближайший город или деревню, они увольнялись и больше мы их не видели.

– Всё настолько серьезно?

– Не веришь? Так иди и попроси у него посмотреть, – усмехнувшись, ответил он, показывая всем видом, что в кожаных доспехах, ему слишком жарко.

Я с ним согласен, с меня уже семь потов сошло, в такую жару. Сил и желания идти дальше, нет совсем. Не сломайся телега, мы бы по утренней прохладе, прошли бы большую часть пути, и к полуденной жаре я бы уже сидел в трактире, потягивая холодное пиво. В подтверждение моим мыслям заговорил Фирма:

– Всё этот Мирук, со своей спешкой, чтоб его черти побрали. Поторопился и теперь кучу времени потеряли и ещё больше потеряем, пока носильщики смогут дойти до города. Вон они, на земле валяются, мокрые, словно под ливень попали, – махнул он рукой.

Проследив за его жестом, я увидел подтверждение его словам. Все, как один, носильщики, были мокрые насквозь от пота. Та немногочисленная одежда, в основном рубахи, штаны, да ботинки, что была на них, свисала с них, словно они только что в речку окунулись. По их лицам пот тёк ручьём. Никто из них не стоял на ногах. Все либо лежали, либо сидели, с подрагивающими, от натуги, ногами.

– Да… При таком раскладе мы не то, что сегодня, мы завтра к вечеру до города не доберёмся – сказал я.

Фирма в знак согласия, коротко кивнул и сказал:

– У ребят совсем сил не осталось. На повозках бы меньше, чем за полдня дошли. У них же сил даже отлить нет. Хотя, подожди вон один, всё-таки собрал остатки силы.

Действительно, один из носильщиков, что до этого валялся на земле, встал и пошёл в ближайшие кусты.

– Какой-то он немного странный. Тебе не кажется? – Фирма немного вытянул тонкую шею и выпрямил спину, чтобы получше разглядеть вставшего.

– Вроде нет…– ответил я Фирме.

Поначалу подумал я, но приглядевшись, заметил. Его одежда. Она полностью сухая! Ни одного следа от пота! К тому же, ворот его серой рубахи, полностью застёгнут, как и манжеты и жилет, что надет поверх рубахи. Кто вообще в такую жару оденет жилет? Штаны же, плотно заправлены в невысокие ботинки. Он значительно отличается от остальных носильщиков, которые оголили своё тело настолько, насколько это возможно, чтобы не перегреться на солнце. Большинство вообще сняли свои рубахи и накинули их поверх головы. «Странный» – подумал я – «Почему я раньше его не заметил? Не первый день идём вместе».

– Далеко не отходи, – вслед сказал ему Сафар – потом тебя искать замучаемся.

Сафар, тоже один из охранников, старый, прожжённый, не один десяток лет уже в охранниках с торговцами ходит. Говорят, что в Вишнёвом лесу, он с закрытыми глазами из любой его части придёт в ту часть, в которую скажут.

– Хорошо, – коротко кивнул в ответ странный парень, скрывшись в кустах подлеска.

– Да ты прав, – согласился я с Фирмой, – он странный, одежда вся сухая, на кистях кожаные перчатки, кто вообще в жару носит перчатки?

– Никто летом не носит перчатки. Уставшим он тоже не выглядит, у всех ноги дрожат, а этот встал и ходит, как будто на прогулке, – подтвердил Фирма.

– Может, его мешок чем-то лёгким набит? С другой стороны, это и не важно, сам мешок тоже имеет вес. Идёт он, как все, под палящим солнцем. Потеть то он должен! – продолжил Фирма.

– Да, странный, – согласился я и задумался: «Действительно странный, надо будет его разговорить, как снова пойдём, а сейчас лучше немного отдохнуть в тени».

– Хана ему! – крикнул Фирма, подрываясь с места.

Я тоже подорвался вслед за ним, пытаясь понять, о чем он. На парня же, шедшего обратно из кустов, накинулся молосский пес. Неизвестно откуда взявшийся.

– В круг! – закричал Мирук.

«Не нужно каждый раз об этом напоминать. Все и так знают какое построение нужно принимать в случае нападения молоссов: в центре Мирук, потом носильщики, а вокруг них мы», – возмущенно подумал я.

– Сколько их? – кто-то нервно спросил с боку.

– Не понятно! – ответили, так же нервно, с другого бока.

С обеих сторон дороги, в кустарнике, снуёт множество тел, рыча и подвывая, словно настраивают себя перед боем.

– Судя по вон той твари, – Сафар кивнул головой, в ту сторону, где молосс неистово рыча, грыз тело бедолаги, которому не вовремя приспичило, – их не больше пяти, молоссы редко для охоты сбиваются в стаи, крупнее пяти самцов.

– Значит – подхватил другой – раз один здесь, то по каждую сторону, минимум ещё по двое, много будет, на нас шестерых…– без надежды в голосе, закончил он.

Не удивительно, что он поник духом, нас шестеро, вооружены короткими копьями, да небольшими ручными щитами, нормальной брони ни у кого нет. Ещё кони беснуются, не давая, своим ржанием, сосредоточиться. И подлесок весь хрустит и рычит. С одной из сторон дороги, шум резко прекратился, на секунду и вновь появился, но уже направленный в нашу сторону.

– Идут! – крикнул кто-то в панике.

– Не ссать! – загремел своим басом, на всю округу, тучный Мирук – вы же не дети! Принимайте на копьё!

Трое, что стояли позади меня, взяли копья на изготовку, прикрывшись щитами на предплечьях. Правда, такие маленькие щиты не помогут в бою с молоссами, видимо им так спокойнее. Я и ещё один охранник, что стоял позади них, повернулись в пол оборота, чтобы видеть происходящее, и в случае чего, помочь им. Третий же, с нашей стороны, стоявший посередине, продолжил наблюдать за подлеском с нашей стороны, ведь оттуда, по-прежнему, доносился шум.

Не прошло и нескольких секунд после слов Мирука, как из подлеска выпрыгнул новый молосс. Этот, в отличие от того, серого, был немного коричневат и с поломанным левым ухом. «Видимо опытнее», – пронеслась мысль в моей голове, как, собственно, молосс это и подтвердил.

Выпрыгнув на тракт, он не кинулся прямо на нас, на выставленные для него копья. Вместо этого он прыгнул в сторону, и по небольшой дуге, кинулся на нас, заходя с той стороны, где его может достать только один копейщик из той троицы, да и я, стоящий в пол оборота, навряд ли бы успел развернуть копьё. И не успел. Молосс впился мёртвой хваткой в щит этого бедного копейщика, промял его зубами и впился в плоть. Всё это я осознал за доли секунды, происходящего из воплей, стоящего рядом, пока разворачивал копьё. Не глядя, с размаху, я вонзил копьё молоссу в бок. Оно вошло глубоко, с характерным шмякающим звуком пробитых внутренностей. «Удачно вогнал, зацепил лёгкие» – в подтверждение моим мыслям, молосс выпустил из пасти руку орущего копейщика и зарычал, выплёвывая куски крови, но он не успел опомниться, как с другой стороны, ему в бок, вонзил своё копьё, ранее стоявший по середине охранник.

– Держи его! – крикнул он мне.

Надавив всем телом на копьё, боковым зрением я уловил движение. Третий копейщик, стоявший дальше всего от молосса, разбежавшись, прыгнул, использовав спину укушенного охранника, как трамплин. Подняв руки с копьём над своей головой, он со всей силы вогнал его в голову молосса, которого мы держали. Молосс тут же обмяк мёртвым грузом.

– Ещё один! – закричал центральный с моей стороны.

Действительно, из чащи показался, ещё один молосс, а наши копья, вогнаны в тушу другого.

– Да твою ж мать! – выругался прыгнувший, в панике пытаясь вытащить застрявшее копьё из черепа молосса.

Мы же, проткнувшие тушу с боков, уже вытащили свои копья, с чавкающими звуками, и развернулись, для принятия на копьё новой туши. Но этот оказался умнее предыдущих. Он, не смотря в нашу сторону, выпрыгнув, ринулся в другую сторону. Туда, где привязанная к дереву бесновалась лошадь Мирука. На ходу он разинул свою огромную, клыкастую пасть и впился в шею коня. Кровь брызнула в разные стороны, заливая всю растительность вокруг. Конь истерично заржал с пеной у рта, несколько раз брыкнулся и затих, молосс же не выпуская своей жертвы из пасти, поволок его в чащу через дорогу, оставляя кровавый след поперёк неё. Поводья, привязанные к ветке, с треском натянулись, и сломали её, хотя конь до этого, так не смог. С хрустом ломающихся веток, молосс, со своей добычей, скрылся в кустарнике.

– Отбой тревоги, – выпрямился один из копейщиков.

– С чего это? – с трудом достав копьё, возмутился прыгун.

– Их всего трое было, – подтвердил Мирук – будь их больше, третий не ушёл бы. Эти твари умные, понапрасну рисковать не будут.

После этих слов, все попадали на землю, от жары и перенапряжения.

– Ну, почти. Эти двое были отвлекающими, – Мирук ткнул рукой в две безжизненные туши – а третий должен был добыть мясо. Тот, что первый выпрыгнул, видимо молодой совсем, не усидел на месте при виде человека рядом с ним, вот и кинулся на бедолагу. Остальным пришлось действовать по ситуации. Ладно, хватит прохлаждаться, нужно уходить отсюда. На запах крови сейчас падальщики со всей округи сбегутся, с ними возиться нам не с руки.

Все с трудом поднялись на ноги и неуверенно зашагали к грузу, к почти успокоившимся лошадям. Ведь пока были в кольце, мы плавно отходили от повозок, чтобы улучшить видимость, да и дорога в том месте сужалась, отходили туда, где просторнее.

– А чего это, тот первый тоже затих и не двигается? – озвучил вслух я, витавший в воздухе вопрос.

– Да кто его знает? – развёл руками один из копейщиков.

– Может тот носильщик оказался с яйцами и забрал его с собой? – подхватил другой.

– И, как же? – заспорил третий.

– У него ни брони, ни оружия, изнутри ему глотку перегрыз? – все нервно посмеялись, от этой шутки.

– Хорош шутки шутить! – прервал всех Мирук.

– Ты, – показал он на одного из извозчиков, – возьмёшь заплечный мешок бедолаги и понесёшь, ты совсем недавно был ещё носильщиком, так что ноги не успели отвыкнуть, вместо тебя, телегу поведу я. Вы двое, – показал он на двух копейщиков, стоящих справа от него – успокойте лошадей. Носильщикам, всем взять мешки за спину и ждать, сидя на земле отправления. Оставшиеся – он обратил свой немного нервный взор на нас – проверьте тушу того молосса и тело паренька, если кто-то из них дышит – добейте. Это максимум, что мы можем сделать для него.

– Не нужно, я не ранен, – раздался немного хриплый голос со стороны тушки.

Все замолчали и посмотрели на неё.

– Это кто сейчас сказал? – удивился один из копейщиков.

– Эй, парень! – позвал его Мирук. – Ты там живой что ли? – с лёгким удивлением и не пониманием в голосе повторил он.

– Живой что ли!? – охренел я от такого поворота.

Я своими глазами видел, как молосс вцепился ему в шею. Судя по выражениям лиц окружающих – они тоже охренели.

– Живой я. Туша эта тяжёлая, не могу вылезти из-под неё.

– Эм, народ, а кто-нибудь слышал, о таком, чтобы молоссы могли подражать человеческому голосу? – один из носильщиков, на полном серьёзе, с дрожащим взглядом, поинтересовался сразу у всех.

– Что за бред?! – всплеснул руками другой.

– Да мёртвый он, ты посмотри, сколько крови натекло.

– Но если присмотреться, то видно, что крови слишком много для человека.

– Живой я и не ранен, только застрял, – возмутился снова, кто-то из-под туши.

– Ты и ты, – Мирук указал, на меня и Фирму, – идите, поднимите тушу, а вы двое, оставшихся, внимательно следите за происходящим, и будете готовы к нападению.

«Вот почему снова я?» – пронеслась мысль в голове.

– Ну, пошли, что ли, – сказал Фирма, подходя и вставая возле туши, воткнув не глубоко в землю копьё, справа от себя.

Умно, чтобы в случае чего, он мог быстро вынуть его из земли, я сделал то же самое. Как-то спокойно он подошел, словно уверен был, что молосс мёртв.

– Раз, два, три…– мы приподняли за шкуру ещё теплое тело молосса.

– Ф-у-х…– выдохнули мы оба, когда человек выполз из-под него и мы отпустили тушу.

– Тяжёлая скотина, – разминая плечо, сказал Фирма, с досадой пнув труп.

– Спасибо, – хрипло сказал парень, выползший из-под него.

– Да не за что, – фыркнул я, – ты скажи, как в живых остался? Мы все видели, как он в тебя свои клыки вогнал.

Все остановили свои дела и с любопытством посмотрели на парня, с окровавленной правой рукой, в которую и впился волк.

– Не кусал он меня, – отмахнулся парень, – я, как справил нужду, шёл обратно, почувствовал сильный удар в спину, не устоял и упал на землю, сверху этот оказался – пнул он носком ботинка, аккуратно зашнурованного ботинка, нос молосса – тут я и думаю, что конец мне пришёл. А он вместо того, чтобы сожрать меня, начал грызть землю слева от моей головы, у меня всегда с собой небольшой ножик для грибов есть, им и воспользовался.

Действительно, в его окровавленной правой руке находился маленький ножик, настолько маленький, что в его небольшой руке, полностью терялся.

– Ну ты можешь! – похлопал его по левому, чистому, плечу прыгнувший копейщик.

– Чего он может то? – возмутился тот, которого покусал другой молосс, его рука уже была перевязана и покоилась в косынке на груди.

– Жить захочешь и не так извернёшься, – злобно фыркнул он.

Недоволен, что парень целый остался.

– И то верно, – согласился я.

А Фирма подхватил:

– Этот то, вон как сиганул, прям как на картинках!

Все на секунду замолчали, видимо вспоминая, о каких картинках, идёт речь. После раздался оглушительный хохот!

– Чего ржём? – Мирук пробасил, распихивая народ, чтобы посмотреть, вокруг чего мы столпились – О! – выпучил он глаза от удивления –так ты живой?! Это просто замечательно! Не пострадал? Нести мешок дальше сможешь? – завалил его вопросами Мирук, одновременно поднимая на ноги, за чистую левую руку.

– Всё хорошо, только рубаху запачкал, – улыбнулся он в ответ.

«Действительно, странный он, правильно Фирма приметил», – думал я, пока мы все шли дальше, в том же построении. Парень этот, идет, как ни в чём не бывало. По нему было отлично видно, что он не вспотел. На улице жара, всё только от неё обливаются потом, а у него за спиной огромный мешок, полный неизвестного барахла. А ему хоть бы хны! Да и странно это, молосс точно впился ему в шею, я это сам видел. Да не бывает такого, чтобы молосс, стоя точно над своей добычей, промахнулся и кусал землю, даже слепой, не промахнётся, да блин! Даже слепой, глухой и без обоняния, в такой ситуации, зверь не промахнётся!! Ненормально это…

– Эй парень, да ты, эй! – мне пришлось хлопнуть его по мешку за спиной, чтобы он отозвался, в мешке, кстати, было что-то твёрдое, но при этом податливое.

– Ты что-то хотел? – обратил он на меня своё внимание, без намёка на какую-либо отдышку от ходьбы и несения огромной тяжести за спиной.

– Слушай, как тебя зовут? Я вот Эль!

– Роси, – коротко ответил, он, продолжая идти, смотря строго вперёд.

Ничего не сказал, не сказал про моё имя, всё говорят, а он нет, меня это немного зацепило.

– Ну как напиток, понял да??? – намекнул ему я.

– Да, я сразу это понял, тебе об этом каждый встречный говорит. Зачем мне повторяться? – взглянул он на меня, взглядом показывая, что ему не нравится наш разговор.

Сказать, что его ответ меня удивил, ничего не сказать, обычно, когда, кто-то слышит моё имя, он начинает шутить и всячески пытаться подкалывать, заочно соревнуясь в тупости/остроумии с другими, кто делал так же до него. Со временем, мне начало это нравиться, так как неплохо меня веселило. Роси же это было не интересно, ещё более странный, чем может показаться на первый взгляд.

– Ладно, опустим подробности моего имени, ты мне скажи, как ты выжил? Я был точно напротив тебя и видел, как пасть того молосса сомкнулась на твоей шее. К тому же, что он начал грызть землю звучит, как полная чушь! – всплеснул я руками от эмоций – ведь правда чушь!

– Самые правдивые вещи, настолько просты, что мы не можем в них поверить, – подняв голову к небу, уже без раздражения, как ранее, в голосе, по-прежнему без отдышки начал он говорить, – если молосс, действительно меня укусил, то почему рубаха не мне цела? Я живой и на теле ни единой царапины. Как ты заметил, когда он меня повалил, кроме как чушью, действительно назвать нельзя, то, что он не загрыз меня, потому что промахнулся, – говорил он это, смотря на небо, продолжая идти вперёд.

– Ты слишком спокойный, после случившегося, ведь на волосок от смерти был и сейчас, пока все страдают от жары, а носильщики ещё и от тяжести мешков, ты не выглядишь уставшим, не вспотел и не запыхался, – с недоверием поинтересовался я, не нравится мне то, что у него есть такие простые ответы.

Всё также, продолжая смотреть в небо, Роси слегка улыбнулся:

– Я родом из далёкого небольшого поселения, оно настолько маленькое, что у него нет названия, а до ближайшей известной дороги полдня пути. Живём мы там, за счёт леса, что вокруг нас, так что я уже встречал диких животных и много чего перенёс на своих плечах, так что этот мешок, – он немного припрыгнул, чтобы мешок заболтался, – лишь напоминание о тех днях, – сказал он, всё также улыбаясь, будто у него нахлынули приятные воспоминания смотрел в небо.

– Нет на карте? До дороги полдня пути? – повторил я себе под нос, эти вещи – никогда не слыхал, чтобы поселения не имели названия, да и зачем селиться так далеко от дороги? Ты говоришь, что вас там немного, а это сколько?

– Не больше пятидесяти человек, но трудно точно сказать, я не считал. В поселении, на моей памяти, никогда все не собирались. Все постоянно чем-то заняты, за её пределами, так что в ней обычно не больше 5 человек находилось постоянно, и то разных, – от этих слов, улыбка с его лица куда-то исчезла, да и в небо он перестал смотреть, теперь только строго вперёд направлен был его взгляд.

– Послушай Эль, – обратился он ко мне, не поворачивая головы, – тогда и я у тебя кое-что спрошу, раз ты меня расспрашиваешь.

– Спрашивай, о чём хочешь, на любой вопрос могу дать ответ, – хлопнул я себя при этом по груди зачем-то.

– Хорошо, – снова улыбнулся он, при этом не глядя на меня.

– Что это за укус у тебя на шее? Странная форма, никогда не встречал такого зверя, и из какого ты места родом? Где водятся такие звери? Там все такие наглые, что задают кучу вопросов неизвестному человеку, при этом, обвиняя его в чуши? – засыпал меня вопросами Роси.

– Ха-ха-ха, да, а язык у тебя острый! Родом я из города Миной, что на севере от сюда, а укус этот не от животного. Это даже скорее не укус, но трофей, мой первый трофей на любовном поприще! Её звали Герда, я был у неё не первый, а вот она у меня, да и я так старался, что от моих стараний, она прокусила мне шею! – приятные воспоминания заполнили мою голову – вот амбар, за её домом, мы спрятались за ящиками с чем-то пахучим. Её прекрасное тело, пышет страстью и желанием, её полу оголённая грудь поднимается вверх – вниз, от глубокого и частого дыхания, вызванного желанием, глаза её блестят, а щеки красные. Ох, как вспомню тот момент, так мурашки по коже и член начинает набухать. Никогда я не испытывал ничего подобного, ни с кем. Интересно как она там? Может, если буду в городе навестить её? Хотя бы просто поздороваться, баба то она видная, наверняка уже замуж выскочила.

– Я в твоих глазах странный? И несу чушь? Твой рассказ не сильно правдоподобнее моего, может это была просто собака? Или зверёк какой пушной? Их много разных, всех следов зубов и не запомнишь.

– Эй-эй-эй, придержи коней! Ты чего это мне не веришь? – как он меня бесит, от злости, аж кулаки сами сжались – чтоб ты знал, у меня с бабами всё замечательно, и проблем никаких нет, вот придём в город, приходи в таверну «Под шляпой кабана», сам всё увидишь!

– Хорошо, приду, – улыбнулся он, и впервые за наш разговор посмотрел на меня.

В его взгляде не читалось ни намёка на издёвку. При этом, ускорив шаг, он немного выдвинулся вперёд, давая понять, что разговор окончен.

«Действительно, как придём в город, надо будет заглянуть в таверну и выловить там Лин-лин» – подумал я. От боя с молоссом, и ходьбы по такой жаре, спина разболелась и вообще всё тело ломит. «Так, с неё массаж всего тела, да чтобы голышом его делала, ага! Точно так и сделаю!» – согласился я сам с собой, да и от воспоминаний о ней, в штанах стало тесно, надо отвлечься.

***

– Ей в перёд смотри! – услышал я голос стражника, стоявшего с боку от ворот в город, в которого я чуть не врезался.

– Ой, звиняй, задумался, – ответил я ему.

– Давай проходи, не мешайся тут! – вспылил он.

Что-то, за мыслями о Лин-лин, и Герде, я не заметил, как мы вошли в город. Хоть и повечерело, и жара наконец спала. Это никак не прибавило сил ни нам, ни охранникам и уж тем более, ни носильщикам, которые привлекали своим видом и еле шаркающими шагами, слишком много внимания прохожих, пока мы шли по главной улице. Один лишь Роси, шёл, как ни в чём не бывало, что в начале пути, что сейчас. «Он вообще человек?» – с удивлением подумал я. Хорошо, что мы довольно быстро свернули с главной дороги, пара проулков и мы возле очередного сомнительного склада.

– Мы на сколько здесь? – спросил я у Мирука, стоящего рядом, раздетого по пояс и умывающегося возле колодца, как и все.

– Сегодняшний день потерян, так что ещё два точно, – уставшим голосом ответил он мне.

– Тогда я в трактир, завтра заберу деньги, – Мирук отмахнулся, в знак согласия, продолжая при этом умываться.

– Слушай, Мирук, а новенький носильщик, Роси, где он, я что-то его не вижу.

– А? – не понял он, – Роси? А тот парень, что чуть не помер под молоссом – вспомнил он, стоя с мокрым лицом и вода с него капала на его большой живот – только он не носильщик, так, попутчик. Перед самым отправлением, он подошёл ко мне и попросился в дорогу с нами, так как одному опасно идти этим путём, а он короче всего. Я его и взял, при условии, что он будет работать, он деньги забрал свои и ушел почти сразу, как мы остановились возле складов. А что?

– Да так, странный он какой-то.

– Есть такое, но в наше время и не такое увидишь, вспомни хоть того юродивого, что до этого к нам прибился, – он закатил глаза вверх, от чего его большое лицо, стало немного смешным.

И то, правда, тот юродивый мало того, что прибился к нам на полпути, так ещё и вечером подошёл и опрокинул кастрюльку с едой, что парни приготовили из местных грибов, а когда на него начали орать, у него случился припадок. То ещё зрелище, пришлось по среди ночи сниматься с лагеря и отходить в сторону от его тела, лежащего на земле с пеной у рта.

– Ой, не напоминай мне об этом! – взбудоражило меня от воспоминаний.

– И не говори, – согласившись кивнул Мирук.

– Ладно, увидимся, – помахав рукой остальным копейщикам, что снимали с себя броню, а я же, прямо в ней и с оружием, пошел по вечерним улицам города.

Люблю так прогуляться, народу практически нет в это время, всё по домам ужинают или гуляют в людных местах, где есть чем заняться, а здесь на узких улочках сомнительного района – никого, только случайные прохожие вроде меня или местные дети, которые вообразили себя хозяевами улиц. Вон, как раз в переулке через дорогу, трое стоят и высматривают жертву. Но при виде меня, тут же отвели взгляд, будто не заметили меня. «Эх, молодёжь» – усмехнулся я, чуть кто в броне и при оружии сразу взгляд в сторону. «Вот и трактир!» – обрадовавшись, поспешил я в место, где чувствую себя дома, с мыслями, что наконец-то сейчас отдохну.

Открыв привычную деревянную, немного покосившуюся дверь, под табличкой с изображением пирога, над ним висит шляпа в виде цилиндра, за край её держится милый кабанчик. Мне в нос, уже ставший привычным, ударил запах полыни, всегда висящей перед входом. Её запах перемешивался с запахом старого дерева, еды, что готовят на кухне и пота посетителей. «Я дома» – расслабленно выдохнул я. Все свои дела, Мирук проворачивает вокруг этого города, он у него что-то типа базы. И за те несколько месяцев, я настолько привык к этой таверне, что начал её считать вторым домом. Здесь неплохо готовят, цены приемлемые, несмотря на сомнительность репутации квартала, в котором она находилась, здесь собирается спокойный народ, драк и разборок практически не бывает. Но это ещё не всё. Есть ещё одна причина, по которой мне здесь хорошо, и она сейчас как раз бежит ко мне.

– Эль, давно не виделись! – врезавшись в меня, не сбавляя темпа и повиснув у меня на шее, уперевшись своей большой грудью мне в броню и смотря своими фиолетовыми глазами.

– Да ладно тебе Лин-лин, меня не было всего неделю, у тебя и без меня забот полон рот! – пошутил я, заулыбавшись во весь рот.

– Дурак! – отпустила она мою шею, стукнув своим милым кулачком по нагрудной броне – ты в моём списке клиентов номер один! Для тебя у меня всегда найдётся время – стоя в пол оборота ко мне, так, что через её глубокий вырез на платье мне было отлично видно её голую грудь и глядя на меня искоса, своими полными игривости восточными глазами – как раз сейчас я не занята, пойдём на верх – потянула она меня за собой.

– Погоди, я только с дороги! Дай хоть что-нибудь поесть?!

– Так наверху и поешь! – резко остановилась она, словно что-то вспомнив.

– Вот держи, – ко мне в руку лёг небольшой ключик – иди ко мне в комнату, снимай с себя вонючую броню и умойся, а я тебе принесу покушать – она улыбнулась, своей милой улыбкой, слегка сузив глаза.

«Выбора нет, раз зовут надо идти.» – направившись в комнату Лин-лин, подумал я.

Сняв с себя реально очень вонючую броню и умывшись уже полностью, сидя за столом и глядя на свечу, я понял, что сильно устал. «Тук-тук» дверь в комнату распахнулась и на пороге показалась Лин-лин всё с той же улыбкой и прищуренными глазами.

– А вот и ужин, – на подносе, что она поставила, была тарелка похлёбки, немного курицы, хлеб и кружка эля.

– Лин-лин! Ты же знаешь, что я не люблю эль! Мне бы пива!

– Прости – прости, – замахала она руками, садясь на краешек кровати, перед этим поставив поднос на стол – это просто так забавно, наблюдать, как Эль, пьёт эль, каннибализмом попахивает – она залилась смехом, болтая своими босыми ногами в воздухе.

После чего резко замолчала, подошла ко мне со спины и обняла, обвив руки вокруг шеи, от чего мой затылок утонул в её груди и по моему телу пошло приятное тепло от прикосновения женского тела.

– Давай не упрямься и ешь, я ведь забочусь о твоём здоровье. Мне необходимо знать, что хотя бы здесь, ты ешь нормально, а пиво намного вреднее эля – своими пухлыми губами она шептала это мне, сидящему за столом, с недовольным лицом над подносом с едой. Но всё недовольство, как рукой сняло, появилось желание подчиниться и сделать ей приятное.

– Хорошо, уговорила, но тогда массаж мне будешь делать с особым пристрастием! – сказал я, уже набивая рот курицей, запивая её элем.

– Вот и славно, – отстраняясь от меня, сказала она, направляясь в другую часть комнаты – я пока умоюсь, а ты ешь – и скрылась за деревянной дверью, из-за которой тут же послышался скрип вентиля и шум воды.

«Поражаюсь я этой идее – набивая рот едой, думал я – это ж надо было додуматься поставить на крышу, огромный металлический бак с водой, от солнца вода нагревается, и по трубам поступает в комнаты, правда, не во все. Вода всегда под рукой, не надо с кувшином туда-сюда бегать до колодца. Очень удобно! Да и вода всегда тёплая, намного приятнее чем ледяная из колодца. Правда и вкус у неё не очень, но это мелочи» – закончив на этом мысли, с грохотом, ставя на квадратный стол опустошённую мной кружку эля и отодвигая поднос с пустой посудой, встал я и прям в одних коротких подштанниках упал на живот, на мягкую кровать, пахнущую, духами Лин-лин

– Как хорошо, – потягиваясь от усталости, выдохнул я.

– А сейчас, как ты и просил, станет ещё лучше, – игриво прозвучал голос прямо над моим ухом и его владелица, тут же ловко оказалась верхом на моей пояснице.

Я повернул голову и скосил глаза, чтобы посмотреть на неё. На ней ничего не было, кроме лёгкой полупрозрачной накидки из белого материала, сквозь который отлично просвечивалось силуэт её упругого тела, от свечи, стоявшей на столе, сбоку от кровати, за которым я ел.

– Не смотри! – она одной рукой прикрыла свою большую грудь, с затвердевшими сосками, а другой закрыла мне лицо.

– А для чего, же я сюда тогда пришёл, и ты это надела, если мне нельзя смотреть? – возмутился я, пытаясь, хоть, что-то ещё рассмотреть, сквозь её тонкие пальцы.

– Это позже, сейчас я хочу сделать тебе массаж, ведь ты устал с дороги и поговорить с тобой, а то ты сейчас насмотришься на меня, и мы сразу приступим, после чего ты сразу же уснёшь, и мы не поговорим. Дурак! – она легко шлёпнула меня по заднице – не щипай! – крикнула она.

– Прости – прости! У тебя просто такие гладкие, сочные ножки, так бы и съел – соблазнительно гладя ее по бедрам, извинился я.

Лин – лин на секунду замерла, после чего, резко наклонилась вперёд, упёршись мне в спину своей пышной грудью, затвердевшие, словно камень, соски, которые чётко чувствовались сквозь накидку.

– Что прямо сочные? Что прямо гладкие? Что прямо-таки и съел? – нашептывала она мне, томным от возбуждения голосом, на ухо, слегка покусывая его. При этом игриво двигая бёдрами вперёд-назад, от чего и она, и я ещё больше возбуждались – хорошо – резко выпрямилась она, от чего приятное давление её груди исчезло, оставив после себя тепло – будет у тебя сегодня возможность вкусить моих ножек сполна! А теперь, позволь мне немного, ещё проявить девичьей заботы – этими словами она начала, нежно касаясь моей кожи мять мне шею и плечи.

– М-м-м-м-м-м-м, – застонал я от удовольствия и действительно, у меня, оказывается, болит шея, причём очень сильно.

– Теперь расскажи мне, где был? Что видел? Может где поучаствовал? – поинтересовалась Лин – лин.

– Ничего такого. Я же с Мируком хожу, а он рисковать не особо любит, так что, путешествие прошло почти без приключений. Единственное, что было, так это к нам ненадолго парень юродивый прибился. Да молоссы три штуки напали. Ай! Так-то больно! – вскрикнул я на Лин – лин.

– Ой, прости, просто немного занервничала, – виновато погладив мне голову, она продолжила разминать мне шею.

– Теперь, у меня от твоих впившиеся в меня пальцев, останутся следы! И они будут болеть, – возмущенно проворчал я.

– Не будут – прошептала она, нежно поцеловав те места, куда ранее впилась пальцами и продолжая мять уже в районе лопаток.

– А ты говоришь, ничего не произошло.

– Да всё хорошо, мы вовремя их заметили, отделались без жертв, одного только покусали, и то щит с бронёй помог. Отделается парочкой шрамов. Кстати, в таверну не заходил один паренёк? Среднего роста, тёмные волосы, держится немного отстраненно от других, и да, на нём полностью, аккуратно, застёгнута вся одежда, а на руках перчатки.

– Пришёл сегодня такой паренёк, чуть раньше тебя, скромно поел, без алкоголя, и снял комнату на верху, после оттуда не выходил. И перед тем, как подняться наверх, он о чём – то усердно беседовал с трактирщиком. Похоже было, что он его уговаривает на что-то, но я не расспросила. Ты пришёл, и я отвлеклась. А что? – перейдя к пояснице милым голосом, спросила она.

– Когда нападали молоссы, они начали с него. Один из них бросился на парня из чащи и вгрызся в шею. Этот парень, мало того, что в живых остался, так он ещё умудрился завалить того молосса ножиком для грибов! Отделавшись лишь запачканной в крови рубахой. Нас же, охранников было шестеро, и мы с трудом завалили одного, с пострадавшим и это при условии, что у нас была броня и оружие.

– Ого, – вздохнула она, – интересный молодой человек.

– Вот и я так подумал, а когда увидел, что тяжесть мешка и жара на него никак не влияют, я решил с ним поговорить.

– И?

– Что и?

– Что он на это всё сказал?

– Да чушь полную! Говорит молосс его не укусил, а только повалил на землю, с ножиком повезло, а жара и вес ему побоку, потому что он в деревне и побольше таскал.

– Да, ты прав, интересный, а в таверне он тебе зачем понадобился?

– Хотел, чтобы он нас с тобой увидел, – поджав губы и нахмурив брови, вспомнил я, как он мне не поверил.

– Ха-ха-ха! – засмеялась она – он что, не поверил в то, что у тебя есть кто-то?

– Да, – сказал я, а у самого от злости, кулаки сжались.

– Ну не переживай ты так, – погладила она меня по моим сжатым кулакам, и они сами собой распались, – завтра, если будет шанс, то я продемонстрирую ему себя.

– Спасибо, – сказал я и резко перевернулся на спину – а теперь мне нужно от тебя кое – что ещё, – произнёс я, под звуки разрываемой мной на её груди накидки.

Наружу показалась её налитая, как сочные яблоки и с сосками цвета персика, грудь. Она вздымалась от её глубоких, подрагивающих вдохов, от чего её плоский и нежный живот немного подрагивал.

– Хорошо…– прошептала она, глядя на меня, полными фиолетового огня, большими глазами и прильнула к моим губам своими горячими…

Глава вторая. Начало пути

– А-а-а-а-а-а-а-а, – с кряхтением, очнулся я лицом в подушке. Как же болит моя голова. Говорил же ей вчера, что не люблю я эль. У меня от него голова по утрам болит! Почему все девушки, которых я трахаю, перед этим вечером угощают меня элем? Они серьёзно думают, что мне нравится этот напиток раз меня так зовут?????

От чуть тёплой воды из-под крана, стало немного лучше. Всё – таки хорошо придумали, воды в графине никогда не бывает достаточно, а колодец далеко, да и вода там ледяная.

К тому моменту, как я спустился вниз, накинув поверх подштанников штаны от брони, да рубаху. Уже рассвело. Как быстро летит время…

– Доброе утро сладкий, – ко мне подошла Лин – лин – ночь была просто превосходна.

Глаза её горели, а бёдра еле заметно произвольно покачивались.

– Бывает иначе?

– К моему счастью – нет. Иди за стол, я принесу тебе завтрак. Кстати, тот парень, про которого ты вчера говорил, он в зале сидит.

      Она быстро, чтобы никто не видел, чмокнула меня в щёчку и упорхнула в сторону барной стойки. Заглянув в зал, наполненный круглыми столиками, со стульями вокруг них, да несколькими посетителями, я сразу увидел Роси. Он сидел возле стены недалеко от входа. В той же одежде, что я его видел вчера, он даже во время еды не снял перчатки…

– Можно присоединиться? – вежливо спросил я, отодвигая стул и садясь за его стол.

– Конечно, доброе утро, – улыбнулся он в ответ, подвинув ближе к себе свою утреннюю похлёбку и деревянную кружку с чем-то.

– Пришёл что-то узнать или от безделья? – из-под лба он глянул на меня, практически бесшумно отхлёбывая бульон из ложки.

– Я пришел позавтракать, а еда лучше идёт, когда разделяешь её с кем-то.

– Тогда закажи что-нибудь. Я не видел, чтобы ты подходил к стойке.

– Не переживай, у меня здесь всё схвачено, – и как будто, Лин – лин слушала наш разговор, тут же появилась с подносом возле нас.

– Вот твой завтрак, сладкий, – передо мной на пошарпанном столе появилась порция курицы, с отваренной картошкой, жареным луком и кружка пива, – набирайся сил, – потрепала она мои волосы на макушке, потом чмокнула туда же и упорхнула к стойке.

– Приятного тебе аппетита, – помахав железной ложкой над столом и снова отчерпывая свою похлёбку, с набитым ртом, проговорил Роси.

– Спасибо, и тебе, – не отводя взгляда, от разрываемой мной надвое курицы, ответил я.

– Мне трактирщик сказал, что до обеда ничего на кухне не будет, кроме воды и похлёбки.

– Так и есть, по утрам тут ничего нет, это Лин-лин сама для меня приготовила.

– А ты не соврал, когда сказал, что у тебя с этим всё хорошо.

– Ага! Лин – лин занимает пятое место в местном топе, – с гордостью ответил я.

– Не понимаю о чём ты. Что за топ? – развёл руки в стороны Роси, при этом умудряясь всё ещё одной из них держать ложку у рта, отхлёбывая очередную порцию похлёбки.

– Ты серьёзно не знаешь, что за топ?

– Да, я слышал мельком, но в подробности не вдавался.

– Насколько же глухая твоя деревня. Всё просто. Топ был составлен случайно попьянее, толпой мужиков на фестивале, несколько лет назад и с тех пор, как – то закрепился в городе. При этом, эта идея разлетелась по всем городам царства. Топ этот периодически обновляется, вот только кем и с какой целью, увы, не знаю, – теперь уже я развёл руки в стороны. Но продолжать есть при этом, я не мог и как он это умудрился?

– И кто входит в этот топ?

– Что заинтересован?

– Нет, – отмахнулся он свободной рукой – мне подобное не интересно, но лучше ты будешь, что-то рассказывать, чем расспрашивать меня. Так, что рассказывай, вдруг пригодится.

– Хорошо. Какой ты нервный. Вопросы ему не нравятся, – откашлялся я в кулак, – в каждом городе свой топ. В этом городе, первое место занимает дочь местного градоначальника, она ещё молода, и прекрасна. Второе, занимает жена брата её отца. Третье, дочь одного известного местного портного. К первым двум не подступиться, знать как никак, говорят можно, но нужно обладать достаточным влиянием в обществе, чтобы просто с ними поговорить, что уж говорить о более серьёзном. Но среди богачей, есть те, кто хвастаются, что им это удалось, хоть и с величайшим трудом.

– Ага, – кивнул Роси в такт – а дочь портного?

– Тут всё про проще, девочка там шикарная, сама не прочь поразвлечься, но вкусы у неё высокие, да и отец с прибабахом. Видит дочь с каким-нибудь мужчиной, если он ему не знаком, то сразу без разговоров стреляет в него из арбалета.

– О как, – удивился он, широко раскрыв свои персиановые глаза, – и что, бывали случаи, что пристрелил кого-нибудь?

– Да не, арбалет у него маленький, можно сказать, что карманный, из такого даже кошку не пристрелить, но кровь человеку пускает, да и ощущение явно не приятное, когда в тебя прилетает арбалетный болт. Так что, с отпугиванием он справляется на отлично, а если сможешь соответствовать запросам дочери и не попадёшься на глаза её отцу, то и время проведёшь отлично. Есть такие счастливчики в этом городе, говорят, что после такого и умереть не жалко.

– Какие простые и низкие ценности у этих счастливчиков, раз от полученной женской вагины готовы умереть, – фыркнул Роси, отодвигая от себя опустевшую тарелку из-под похлёбки.

– Так, – потянулся он, – кто там дальше?

– Дальше идёт одна из девочек в таверне неподалёку и Лин – лин. Подойти к ним можно без проблем, но они сами решают, кого обслужить, при этом их услуги очень-очень дороги, – я даже глаза закатил от воспоминания, сколько стоит одна ночь с ней, – и ещё они умудряются, как-то разводить между собой клиентов, что они никогда не пересекаются, но при этом знают о существовании друг друга.

– Ага, – задумался он, глядя в глубину своей кружки, держа её возле своего лица.

– А ты то, как умудрился пробиться к Лин – лин? Ты явно и за несколько месяцев не соберёшь необходимую сумму.

– Да, ты прав. По деньгам у меня всегда немного. Но как я уже ранее сказал, у меня здесь особый сервис. Лин-лин не берёт с меня денег, когда я в городе, я всегда ночую в её комнате, ем за счёт неё, а завтраки она всегда сама мне готовит, говорит, что то, чем кормят тут по утрам, не даст мне сил для нового дня.

– Неплохо ты устроился, – Роси перестал пялиться в свою кружку и полными уважения глазами, посмотрел на меня, – да ты видимо в постели просто нереально хорош, раз девочка такого уровня не берёт с тебя денег и ещё и сама на тебя тратится и ухаживает за тобой.

– Что есть то есть, – самодовольно скрестил я руки на груди, – у меня в каждом городе так происходит, в котором я останавливаюсь больше, чем на одну ночь.

– Мужик! – твёрдо заявил Роси и протянув руку через стол хлопнул меня по плечу. Вроде бы и хлопок был не сильный, да и я не слабак, есть сила в теле. Но его хлопок отозвался болью и по ощущениям, останется синяк на какое-то время.

– Раз уж ты меня расспрашиваешь, то и я у тебя спрошу.

– Хорошо, только про остальные пять мест ты мне до расскажи.

– Да не о чем тут рассказывать, девочки как девочки, в целом по карману, не каждому, конечно, но всё же. Каждая из них, просто чем – то выделяется на фоне остального многообразия. У одной, например, огромные дойки, да такие, что ими можно убить. Другая, сосёт с такой силой, что словно жизнь из тебя высасывает, и ещё одна даёт только в зад. В общем, каждая из них чем – то славится. Но часто, девочки на этих местах тусуются между собой, в зависимости от рассказчика.

– Понятно, не стоит особого внимания.

– Ага, – кивнул я, покончив наконец с курицей и отпив холодненького пива, отчего в голове, как – то сразу отлегло.

– Так, что ты там хотел спросить? – отдавая пустую посуду подошедшей девушке, не глядя на меня, спросил Роси.

– Ах, да, мне вчера Лин – лин рассказала, что ты о чём – то разговаривал с трактирщиком, и на что – то его уговаривал, и что вроде как, уговорил, если не секрет, на что ты его подбил?

– Нет, не секрет, – махая другой девушке, привлекая её внимание, показывая на мою кружку пива и на себя, девушка кивнула, поняв его просьбу.

– Я одну долгоиграющую авантюру задумал, на неё и уговорил трактирщика. Вот, как раз сейчас жду нужных мне людей.

– И в чём же смысл твоей авантюры?

– Трактирщик мне будет давать работу.

– И как же? – удивился я.

– За работой нужно идти к купцам или на фермы, или на производства, к различным мастерам, как тебе трактирщик поможет? При условии, что он даже этим трактиром не владеет? – конкретно так удивился я.

– Так я же и говорю, это авантюра. Вот смотри. Эта таверна довольно популярна и народ сюда ходит, в достаточном количестве и пока они едят и пьют, они разговаривают между собой. Обычно хвастаются чем – то, или говорят о проблемах, а трактирщик и девочки, которые обслуживают столики, это прекрасно всё слышат. Вот эту информацию мне и будет говорить трактирщик.

– Погоди, ты это, что в бандиты решил податься? – напрягся я, и пожалел, что не надел броню полностью, в драке бы пригодилась её крепость и вес.

– Да нет, что ты, – отмахнулся он от меня, при этом, принимая из рук девушки полную, запотевшую, кружку пива, – меня интересуют те, у кого проблемы. Скот там пропадает, бандиты лютуют или зверьё с тварями обнаглели. Вот, рассказав мне эту информацию, я буду с ней подходить к тем, у кого проблемы и предлагать решать её, за определённую плату, при этом, плата после выполнения заказа, с предоставлением доказательств, конечно же.

– О как, ты удумал, а трактирщик то с какого будет тебе это рассказывать?

– Так он в доле, десятина от тех денег, что мне заплатят, будет его.

– Какая – то бредовая идея. Честно. На кой людям обращаться к тебе, ещё и платить, при условии, что для этих вопросов в городах есть стража, а также есть регулярная армия?

– Это да, но ты же сам должен знать, что пока они отреагируют, пройдёт много времени, я же буду предлагать это сделать здесь и сейчас.

– Всё равно звучит бредово, – мы одновременно поставили пустые деревянные кружки на круглый стол, – как я уже сказал, это авантюра, – сжав губы, сказал он, – трактирщик мне уже рассказал об одной проблеме и пока мы тут с тобой беседовали, нужные мне люди появились тут и уже кушают. Пойду – ка я попробую договориться.

      Он встал из-за стола и направился к мужикам, сидевшим через несколько столов от нас. «О, так я их знаю.» – удивился я. Они, как и Мирук – торговцы. Зарабатывают тем, что под заказ из городов возят в деревни вещи задирая при этом ценник в трое. Не помню, как их зовут, это и не важно. Роси подошёл к ним, поздоровался и сел за такой же круглый деревянный стол. По началу те двое сидели с серьёзным выражением лиц, потом, на их лицах начало проступать понимание, по мере того, как Роси говорил, и тут вдруг один из них засмеялся, потом подхватил второй, они замахали на Роси руками. Вид у него был недовольный и он что – то сказал, коротко, буквально два слова, от которых торговцы моментально затихли и приняли озабоченные выражения лиц. С минуту все трое сидели молча, после чего, один из них поднял правую руку, с четырьмя расставленными пальцами. Роси утвердительно кивнул и встал из-за стола, направившись к лестнице.

– Погоди, – догнал я его на первых ступенях, – неужто согласились?

– Да, – довольный ответил он, мягко улыбаясь – правда время очень ограниченно, они выходят после обеда. Так что, я должен всё сделать и вернуться до начала обеда.

– О как, и далеко ты собрался?

– Нет, тут рядом, по восточной старой дороге.

– Чего там делать то? По ней же уже никто не ходит. Все трактами пользуются.

      Поднимаясь вслед за ним по лестнице.

– Верно, – утвердительно кивнул он, – но по старой дороге, до некоторых отдалённых от этого города деревень добраться быстрее, так, что эти двое, да и жители тех деревень ещё пользуются этой дорогой. Вот как раз, на ней и появилась проблема, которую я должен решить – сказал он и закрыл дверь в свою комнату, прямо перед моим носом.

«Вот гад» – выругался я про себя, чуть ли не бегом возвращаясь в комнату Лин – лин, накинул на себя остатки брони, закрепил на предплечье щит, на поясе флягу с водой, оставленную заботливой Лин – лин мне ещё со вчерашнего вечера и вышел, Роси как раз проходил мимо меня.

– О! – удивился он – ты куда это собрался? Мирук раньше на день выходит? – продолжал он, уже спускаясь по лестнице.

– Не угадал, – быстро ответил я, спускаясь вслед за ним, уже направившемуся к выходу, – я с тобой пойду, больно мне интересно, что за дело такое, как ты собрался его выполнять. Мешать не буду, честно, – поднял я руки перед собой ладонями в сторону, остановившегося и смотревшего на меня с недоверием Роси, – делать мне до после завтра всё равно нечего. Так хоть время убью, считай, что меня нет рядом.

– Хорошо, уговорил. Но чтобы ни случилось, не вмешиваться, я сам разберусь, а если вмешаешься, сам можешь пострадать и меня покалечить. Уговор? – протянул он мне руку для пожатия.

– Уговор, – с удовольствием пожал я её в ответ.

      «Это всяко уж лучше, чем торчать в таверне или слоняться по городу.» – думал я, пока шёл по улочкам вслед за Роси. Он уверенно двигался по ним, поворачивая каждый раз очень точно, будто хорошо знал этот район, хотя по идее, он и в городе то впервые, так откуда ему знать так хорошо гетто?

– Ты как – то уверенно двигаешься к Старым восточным воротам, – заметил я на ходу.

– Так, мне объяснили, как к ним быстрее всего пройти, те двое. В целом они очень скептически отнеслись к моему предложению, но они заинтересованы в том, чтобы я преуспел. Им от этого выгоды намного больше, – уже идя по старой восточной дороге, говорил он.

«Как-то странно.» – подумалось мне. Выход из города никто не охранял, а ворота раскрыты настежь. Безалаберно со стороны местной стражи. Да и чём они думают, оставляя прямой выход в гетто без присмотра? Это же отличнейшая возможность для различного рода контрабандистов. Пока я об этом думал, мы далеко отошли от города и углубились в лес.

***

– Что – то потерял? – спросил я у рассматривающего, что – то по кустам Роси.

– Почти, палку хочу найти, где-то в полметра длинной, и чтобы ровная была, и не гнилая.

– Так чего ты по земле то рыщешь? Вон сколько веток на деревьях, выбирай любую.

– Нет! – грубо ответил он, будто я его чем – то оскорбил, – деревья трогать не стоит, они не виноваты в том, что мне что – то нужно, зачем и их приплетать, и калечить.

– Ладно тебе, чего взъелся то? Это же просто дерево, – искренне не понял я его поведения.

– Давай просто не будем об этом, – уже миролюбиво и с лёгкой улыбкой сказал он, – а нужную палку мне, я и на земле найду.

      Пока мы шли в перёд, по немного заросшей просёлочной дороге, окружённой с обеих сторон вишнёвым лесом, Роси то и дело, подбирал палки с земли, смотрел на них и крутил в руках. После чего недовольно цокал и выбрасывал очередную палку.

– О-О-О, вот это самое то! – восхитился он, поднимая очередную палку с земли.

Действительно, хорошая ровная палка, без сучков, и совсем не гнилая, такую не стыдно будет на рукоятку простого ножа пустить или молотка. Роси же всё продолжая идти в перёд достал из кармана, уже знакомый мне походный ножик и начал стругать один из концов палки, превращая её в подобие колышка.

– Так зачем тебе это?

– Надо для решения небольшой проблемы. Блин! – выругался он, роняя палку на землю.

– От росы она мокрая, скользкая. Не удобно, – поднимая её с земли, ворчал он.

– Так, ты же в перчатках, вот тебе и неудобно, сними их и тогда удобно будет.

– Они. Мне. Нужны, – снова строго ответил он и зашагал дальше, строгая конец палки.

– Хорошо нужны так нужны.

      Прошли ещё немного, под звуки поющих птичек и поскрипывающих веток от лёгкого весеннего ветерка.

– Мы на месте, – остановился Роси.

Правда, чувствовалось, мы пришли. Дорога в этом месте сильно истоптана, местами вырыты небольшие ямки, мелкий кустарник и подлесок весь изломан, сколько позволяло зрение увидеть, так везде была эта картина. Пахло какой – то скотиной и на поломанных ветках кустарника, виднелись клоки шерсти.

– Так, что за проблема тут? – поинтересовался я, сжимая покрепче копьё, невольно прислушиваясь к округе, чувствуя опасность, и готовясь её отразить.

– Сейчас увидишь, – сказал он с загадочной улыбкой, и начал бить подобранной им палкой по кустам и кричать какую – то околёсицу. Тут же неподалёку в лесу раздался не разборчивый рёв. Словно ответ на шум Роси. И послышалось, как начали ломаться ветки. Из глубины вишнёвого леса на нас, что-то приближалось.

– Отойди, – настойчиво сказал он – как договаривались, ты просто смотришь я делаю. И ни в коем случае не мешай мне.

– Хорошо, – я согласно с ним кивнул и отошёл чуть в сторону.

Кто-то или что-то всё так же стремительно приближалось. Роси же как стоял там, где был так и стоит, только сделал пару шагов по направлению к звуку.

      С громким треском разрываемого в щепки ствола, небольшого вишнёвого дерева, показался он, причина шума, и проблема тех двоих. На Роси, не сбавляя темпа, из – за кустарника и подлеска, ломая его своей огромной, местами лохматой туши, нёсся гигантский вепрь. Он блядь огромный! Размером с хорошего телёнка, а то и быка.

– Так, вот и наша проблема показалась, – сказал Роси, улыбнувшись уголком рта, – отойди, еще подальше, ты мешаешь.

– Хорошо, – спокойно ответил я и отошёл ещё сильнее в сторону. Встав за кусты чтобы, зверь меня не увидел и в случае чего не переключился на меня.

Не очень – то мне хотелось с ним потягаться в силе. Да и о чём Роси думает, стоя прямо у него на пути без специального копья? Без брони? В одной светлой, плотно застёгнутой, рубахе и штанах, заправленных в невысокие сапоги. Только ноги немного в коленях согнул, правую руку с колышком отвёл назад, левую чуть вперёд, да на лицо платок натянул. «Замечательно» – закатились мои глаза вверх сами по себе от этой мысли. Сейчас он помрёт или того, хуже покалечился. Даже если он убьёт вепря, сам он дойти до города не сможет, ещё и кровь будет, а на неё мигом сбегутся падальщики. Но делать, что – то уже было поздно, вепрь находился в полуметре от Роси. Я сжал копьё покрепче и тоже согнул ноги в коленях, приготовившись для двух исходов, либо помогать, либо тикать, в любом случае, третьего не дано. Знал бы раньше, что за проблема, может всё было бы и по – другому.

      Вот вепрь наклонил в бок голову чтобы своими торчащими из пасти кривыми клыками ударить Роси, всё так же стоявшего в той же позе на том же месте, только левую руку выставил сильнее вперёд. Взмах! Я напрягся всем телом и ничего…. Ничего не произошло. Роси не подкинуло в воздух, ему не вспороли живот. Нет. От удивления я чуть не потерял равновесие. Вепрь просто остановился как вкопанный. Пока он мешкал, видимо тоже от удивления, Роси занёс правую руку, целясь в его левый глаз, но тут вепрь отошёл от шока, взбрыкнул головой и отскочил от Роси. Набирая скорость по небольшой дуге, чтобы вновь на него зайти. Удар же Роси просто прошел по воздуху. Надо немного сместиться, а то не видно ничего. Подумал я, одновременно смещаясь немного левее, так, чтобы видеть Роси с боку, а не со спины. Пока я смещался, его противник уже пошёл на второй заход. И снова та же картина. Вепрь, несясь на полной скорости, не замечая перед собой ни кустов, ни пней, ни кочек, всё это он проламывал и разносил своим огромным телом. Но стоило ему попытаться боднуть Роси, он вновь остановился как вкопанный. Но на этот раз я разглядел, что между ними ничего не было, что могло бы помешать вепрю вспороть брюхо Роси. Единственное, что было, так это то, что тот клык, который должен был пропороть этого безумца, касался левой ладони Роси, которую он до этого выставлял в перёд.

      На этот раз вепрь не пошёл на второй круг. Он начал пытаться продавить руку Роси. Из – под его копыт в разные стороны летели ошмётки земли, вперемешку с травой и корнями кустов. Вепрь ревел и слюни из его рта разлетались в разные стороны, превращая мешанину из – под его копыт из сухой в мокрую.

– Не пыли! – крикнул он, еле слышно, сквозь рёв вепря, который всё так же безуспешно пытался сдвинуть Роси, который останавливал его безудержную животную мощь, лишь ладонью одной руки. На этот раз Роси не стал мешкать и выполнив короткий замах, вогнал ему колышек прямо в левую глазницу, при этом отпрыгнув в сторону.

Неистово взревев, ещё сильнее, чем прежде, хотя, казалось бы, это невозможно, и кажется его было слышно не только в округе, но и в городе, из которого мы пришли. Вепря же, всё также ревущего, теперь ничего не останавливало, так как Роси уже отпрыгнул от него. И понёсся вепрь, по какой – то не ровной дуге, заваливаясь на левый бок, задевая торчащим из глазницы колышком кустарник и деревья, тем самым вгоняя его ещё глубже. Пробегая мимо очередного поломанного им дерева, его ноги подкосились, и он упал мордой вперёд. После чего поднял её, наполовину залитую кровью из глазницы, ещё раз взревел и затих.

– О, – вырвалось у Роси, когда он направлялся к туше, снимая с лица платок, – со второго раза получилось, – продолжал он говорить сам с собой, доставая разделочный нож из заплечного мешка, которого я ранее, почему-то, не наблюдал за его спиной, – а я уж было подумал, что он убежит или на третий круг пойдёт. Ну ладно, пора приступать, – и всё с тем же выражением лица, он начал отрезать ухо вепря.

– Зачем это? – спросил я у него выходя из укрытия приближаясь к нему.

– Это доказательство того, что я разобрался с их проблемой, – говорил он немного с натугой, пытаясь прорезать крепкую кожу вепря уже в районе второго уха, так как правое он уже отрезал, – я же тебе рассказывал, что тем, кто мне даст задание, я буду приносит доказательства того, что оно выполнено. Ведь на слово верить незнакомым людям не стоит. Да и к тому моменту, как они сюда дойдут, те двое, тушу этого вепря уже наверняка утащат падальщики, ну или прямо на месте сожрут, – пожал он плечами, закончив со вторым ухом, и наклонившись к пятаку, начал и его отрезать.

Я же стоял рядом, как вкопанный, охреневший от увиденного и наблюдая за его манипуляциями, что не мог из – за этого перемещаться и не мог понять, что я сейчас увидел. Голова пыталась найти кучу причин для объяснения этого факта, но все варианты, что я находил, не подходили под увиденное, это точно была не магия шаманов, магия минералов и не какой – то хитрый механизм. Реальность такова, что Роси, смог остановить бегущего на него разъярённого вепря, размером с хорошего быка, лишь одной ладонью!

      Пока я это всё пытался осмыслить в своей голове, он уже закончил отрезать трофеи и сидел обжигал их окровавленные концы небольшим факелом, который он достал из заплечного мешка, что – то я всё ещё не припомню чтобы он там был. Запах жаренной свинины вывел меня из ступора размышлений.

– Ты что перекусить собрался? – не нашел я ничего лучше для вопроса.

– Ага, так нам и говорили, но как только они слышали, объемы товара, который был нам необходим, и что расчёт сразу и деньгами, а не векселем. Перед нами сразу же открывались все двери. И закончили мы это дело только к полудню. Набрав полную телегу провианта, она чуть не ломилась от всего, что мы накупили. Брали в основном продукты, которые могут очень долго храниться и из чего можно что-то наготовить. Вяленая рыба, вяленое мясо, мука, крупы различные, в большом количестве, соль, даже сахара пару мешков. В общем, набрали товаров столько, что человек пятьдесят можно кормить.

– На полсотни на целый год, это же какие деньжища он потратил?? И зачем ему столько?

– Потратил он нереально много, да так, что тех денег, что мы забрали ему не хватило и он добавлял из тех, что он заработал до этого. Короче парень остался без гроша. И да, мне тоже стало дико интересно, зачем ему столько. А он сказал, что надо, и что мой долг оплачен. Но моё любопытство взяло верх, и я поехал с ним, уже по своей воле, на мои вопросы он ответил, что я сам всё увижу, но могу пожалеть, что поехал с ним и что я вернусь поздно.

– И как, пожалел?

– Да как сказать… – вновь я почесал затылок, перевернувшись на спину, из-за чего Лин – лин с неохотой отпустила мою руку, но с удовольствием обвилась вокруг другой, нежно прикусив плечо и на этой.

– Я устал как чёрт, ни ног, ни спины, ни рук не чую, но я рад и доволен от того, что поехал с ним.

– Ну, не томи чёртов интриган, мне же любопытно, – и она легко ткнула меня коленом в бок.

– Мы поехали на пересечение первой и восьмой улиц Гетто. Знаешь, что там находится?

– Эм, – Лин – лин на секунду задумалась, мило нахмурив брови и поджав пухлые губы, – да ничего там нет. Большая часть восьмой улицы давно заброшена. Там только раскуроченные дома.

– Ага, только вот, как оказалось, там есть приют для бездомных детей.

– Как приют? – подняла она голову от удивления.

– А вот так. Я сам не знал, хоть и облазил всё Гетто вдоль и поперёк. Там в одном из заброшенных домов, одна женщина, уже в возрасте, по её словам, приютила пару детишек. Приходила к ним, кормила чем могла и играла с ними. Постепенно, к ним стали подтягиваться и другие дети. Так он и появился. Ему на данный момент уже три года как.

– Ого, ого-го, – Лин – лин хлопала глазами от удивления – никогда бы не подумала, что в Гетто, может появиться что-то подобное, а раз я о них ничего не слышала, то и в бандах они не состоят.

– Всё верно, – кивнул я, – Роси, как-то прознал про это место, там все дети, в основном, мелкие, а те, что постарше, довольно смышлёные и ходят на работу. С тех денег, что они заработают они и живут. Как ты сама понимаешь, впроголодь. На детишек там смотреть без слёз нельзя, всё худые до безобразия, оборванные и грязные.

– Бедняги… – с жалостью в голосе сказала она.

– Вот и я того же мнения. Но что поделать такова судьба.

– Да, я с тобой согласна.

– Ага, как и большинство людей скажет.

– А вот Роси другого мнения. Он закупил весь этот провиант специально для них, с учётом того, что им хватит его на год. И отдал он всё это им, только при условии, что весь этот год, они будут трудиться на благо приюта и копить деньги, чтобы, через год, они снова могли купить себе продуктов на год и больше не голодали. Так как мы прибыли в обеденное время, в приюте присутствовали, практически, все дети. И они все хором, многие со слезами на глазах, а кто и с диким недоверием, будто цепные псы, которым много раз показывали кость, но так и не дали её, но тоже пообещали, что так и сделают. И вот пока они все самостоятельно разгружали телегу, я и Роси занялись ремонтом. Оказывается, пока мы закупались, мы купили ещё кучу досок и гвоздей. И пока малышни всей не было, мы как смогли, отремонтировали им стены, чтобы не дуло, пол заменили, где он явно прогнил, перила у лестницы. В общем, до чего наши кривые руки дотянулись, то и отремонтировали. Качество конечно отвратное и за такой ремонт нам бы руки по отрубать. Но теперь им хотя бы не будет дуть, сквозь огромные щели в стенах, а с крыши не должно течь. Ну по крайней мере, те дыры, что мы в ней нашли, мы залатали.

– Какие же вы, какие же вы… – я посмотрел на Лин – лин, её лицо было в смятении, а на глазах были слёзы.

– Эй-эй, ты чего это? – забеспокоился я.

– Ничего, – спокойно ответила она – продолжай рассказ.

– Точно?

– Точно.

– В общем, мы это всё делали до ужина, а пока мы это делали, как оказалось, разгрузкой занимались только пацаны, да старшие девчонки, младшие же за это время, постирали нам вещи и почистили всю броню.

– А в чём вы работали? Голыми что ли?

– Не, это тоже Роси подсуетился и купил нам заранее робу, как у строителей и мы в ней работали, кстати, очень она удобная. Вот закончив все дела, мы узнали о постиранных вещах, а пока они сохли нам предложили сходить в их самодельную баньку. Что мы с удовольствием и сделали, а пока вещи ещё сохли, мы поужинали, а после начали изображать из себя столяров.

– И что вы делали?

– Игрушки для детишек из остатков материала. Правда руки у нас кривые, поэтому, кроме как мечей, луков и стрел, нам больше ничего не удалось сделать – я вновь глупо заулыбался, вспомнив тот благоговейный трепет в глазах детишек, когда они увидели всю эту еду и как они пищали от радости, что для них кто-то сделал игрушку, девочки радовались на ровне с мальчиками и мечам и лукам. И от этого, такое приятное чувство удовлетворения растеклись по всему моему телу.

– Ты чего лыбишься лежишь? – ткнула меня снова коленом Лин – лин, – дальше то рассказывай.

– Дальше всё, после этого, мы чистые, сытые, одели выстиранную и высушенную одежду, и броню, отправились обратно в трактир, отсыпаться. Всю дорогу ехали молча и улыбались, как два идиота. Только возле трактира, я спроси у Роси, а почему он это сделал и для чего

– Надеялся на душещипательную историю?

– Ага, что-то типа. Но ответ его был прост.

– Потому что могу. «Всё не важно, – сказал он, – у меня нет каких-то детских травм или какой-то идеологии». Я сделал это потому, что могу. Вот ты же Эль, ходишь, ешь, разговариваешь, не ради чего-то или какой-то высшей цели, а потому что можешь?

– Ну да, вот ты просто могу, – ответил ему я тогда. «А если они постараются, то больше никогда не будут голодать», – он улыбнулся после этих слов и уехал куда-то, отдавать повозку с конём.

– Да, – сидя ко мне спиной, сказала она, – действительно очень странный человек.

– Вот и я о чём толкую, – вновь я пожал плечами.

– Прости милый, но можно, мы сегодня просто ляжем спать? Мне что-то захотелось о многом подумать, осмыслить.

– Хорошо, я тоже как-то не в настроении.

– Тогда спим, – и она задула свечу.

«Что же ты за человек Роси? Что под влиянием твоих действий, я поступил также и отдал всю свою долю, добытую в доме бандитов, в счёт погашения долга Лин – лин, в котором пять имён. Взяв слово с мамочки, что она не скажет об этом Лин – лин» – с этими мыслями я провалился в сон.

Глава третья. Ещё один

– Сегодня уходишь с Мируком, на сколько не знаешь? – задала мне вопрос Лин – лин.

Мы завтракали в её комнате, под пробивающиеся солнечные лучи восходящего солнца, в свете которых, её зелёный комбинезон, из Восточной империи провинции Нидалла казался изумрудным, и сквозь тонкую ткань просвечивался силуэт её тела.

– Вообще примерно на неделю, только вот…

– Только вот что? – она посмотрела на меня и её взгляд изменился, – ты больше не хочешь работать на Мирука? – спросила она с озабоченным видом.

– Не то, чтобы на Мирука не хочу, я вообще, как-то больше не особо горю желанием работать охранником у купцов.

– А что это ты поменял своё мнение? Раньше ты говорил, что отличная работа. Платят нормально, не сидишь на месте, всё время в пути и даже выпадает иногда шанс помахать кулаками. При этом, никакой ответственности не несёшь.

– Да, всё так и есть. И я по-прежнему считаю, что так мне будет комфортнее всего работать, но за это время отдыха, из-за этого чудного Роси, у меня в голове каша.

– И что не так?

– Да блин всё! Он в городе всего несколько дней, при этом уже успел, неплохо заработать, найти знакомых, наладить какие никакие связи, поднять с колен целый приют, вдоволь почесать кулаки, и вообще, неплохо провести время. При этом он занимался тем же самым, что делаю я.

– И что ты думаешь?

– Да я вот думаю, а может к чёрту эту работу охранником и заниматься тем же, что и Роси? Авантюрами. Вон он, когда я вниз спускался, как раз поговорил с трактирщиком и направился к очередным путникам, глаза при этом у него горели, по нему видно было, как из него пышет жизнь и интерес. Значит, хочет ввязаться в очередную авантюру. А я что? Пойду опять ногами топтать очередные километры, и факта, что что-то произойдёт вообще никакого. Даже не так, скорее всего ничего не произойдёт.

– А тебе что? Подавай бесконечные драки и приключения на голый зад? – фыркнула Лин – лин в ответ.

– Ну почему сразу так, мне просто не хватает, жизни в своей жизни, кажется, будто я словно трутень, и ничего кроме улья, работы и моей королевы, – этот момент я подмигнул Лин – лин, – меня больше ничего не ждёт, – её щёчки немного порозовели.

– А разве это тебе мало? – опустив мило глазки в низ, пробурчала она под нос.

– Нет, но хочется чего-то ещё.

– Так раз хочется, делай, – улыбнулась она своей замечательной улыбкой, слегка прищурив глаза. И в свете утренних лучей её лицо святились неземной восточной красотой, которая родом из центральной провинции.

– Уходи от Мирука, и присоединяйся к Роси.

– С чего это я должен к Роси присоединяться? – от этого её заявления внутри меня начала зарождаться буря, – я и сам смогу тоже самое делать, что и он! Прямо в этой же таверне, я тут как никак не пару дней уже трусь и знакомых у меня по больше будет, а значит слухов могу собрать даже больше! – вспылил я, хлопнув ладонью по столу.

«На кой мне присоединяться к кому-то?» – думал я. «Уж лучше сколотить вокруг себя небольшую группу. Из тех же охранников, вон Плуто, тоже ходит с Мируком и ему тоже уже это наскучило…» – пролетали у меня злобные мысли в голове.

– Ты наверняка думаешь сейчас, что лучше собрать свою команду и набрать туда народ из охранников для начала? – всё так же мило улыбаясь, сказала она и взяла меня за руку, – не глупи, и подумай. Тебя знают, как наёмного охранника, и в случае, чего работу тебе будут предлагать, только, как для охранника, а если ты и группу из таких же как ты соберёшь, то вы ничем не будете отличаться от остальных наёмников. Только вы работу будете сами искать, – она пожала плечами.

От её прикосновения и слов, сказанных ласковым голосом, зарождающаяся буря внутри меня начала утихать и появилось лёгкое желание подчиниться женщине, сидящей напротив меня. А ведь в её словах есть доля правды. При таком раскладе мы действительно будем такими же наёмниками, только на вольных хлебах. Есть уже такие группы. Они холят и лелеют надежду, чтобы прибиться к кому-то из торговцев и забыть об самостоятельности. Вдруг я это вспомнил, как разговаривал с одним из наёмников, который, как раз ходил сам по себе и жил впроголодь, но зато с гордо поднятой головой и выпяченной грудью вперёд, одетую в обноски. А на поясе у него был настолько отвратный меч, что я бы его принял за разбойника скорее, чем за наёмника.

– Может и в правду стоит… – неуверенно проговорил я.

– Стоит – стоит, – закивала, всё также мило улыбаясь Лин – лин, – мне так спокойнее будет, что ты будешь ходить, с тем, по кому невозможно ударить, – ещё шире, заулыбалась она.

– Хорошо, уговорила ты меня чертовка, – я взял её за волосы на затылке, притянул к себе и смачно поцеловал в губы.

– Ты чего это вдруг? – удивилась она, немного покраснев – целоваться полез? Никогда до этого особо так не делал.

– А ты знаешь, мне вот вдруг захотелось, – развёл я руки в стороны.

Так-то действительно, раньше я как-то не хотел её особо целовать, а сейчас прям нахлынуло. На эти мои слова она лишь игриво улыбнулась и немного поёрзала на стуле.

– Ладно, – отпуская её поднимаясь из-за стола, – пойду я сначала до Роси, поговорю с ним, чтобы он не ушёл без меня. А после, поговорю с Мируком. Надо по-человечески с ним попрощаться, вдруг обратно захочу, так зачем портить отношения.

– Оу, я смотрю ты учёл ошибки работы на других торговцев, – игриво она приложила палец к губам, – кажется предыдущему ты нос сломал? – наклонив голову на бок, спросила она.

– Не напоминай а! – скривило меня всего от воспоминаний – я ни капельки не жалею, о том, что начистил ему морду, была бы возможность ещё раз бы так и сделал – говоря это, мои ладони не произвольно сжались в кулаки – он, между прочим, ещё легко отделался, не оттащи меня тогда стража, я бы его прям там бы и убил!

– Какой ты грозный, – всё так же, с ехидной ноткой в голосе ответила она, вновь немного поёрзав на стуле вперёд-назад, – давай ступай, а то Роси уйдёт без тебя и пиши пропала.

– Да это точно, – согласился я и спустился в низ, в общий зал, гул, из которого, был практически не слышен на втором этаже.

Там к этому времени было полно народу. Всё ели, пили и что-то активно обсуждали, сидя небольшими компаниями за столиками. В углу я сразу приметил Роси. Он единственный, кто сидел один и его одежда очень сильно отличалась от остальных. Точнее, в целом она была как у всех, рубаха, штаны и невысокие сапоги на шнуровке. Только вот она полностью плотно застёгнута, а на руках перчатки.

– Можно? – спросил я и сразу уселся к нему за стол.

– Зачем спрашивать если всё равно сел? – не отрываясь от еды, ответил он.

– Да это я так, для приличия спросил, – отмахнулся я небрежно, от его замечания, – слушай, тут такое дело…

– Выходим через полчаса, – перебил меня с набитым ртом он.

– Чего? – оторопел я и выпрямился от неожиданности, – как понял, зачем я к тебе сейчас подсел!? – почти прокричал я ему в лицо.

– Это не я, ко мне Лин – лин подходила и всё рассказала, что ты хочешь больше приключений, чем может предложить Мирук. И попросила меня, чтобы я тебя с собой позвал перед уходом, если ты сам ко мне не придёшь.

– И хули ты меня не позвал? Раз всё знаешь? На хер такой товарищ не нужен или через чур гордый? – снова вспылил я.

– Я. Ем, – спокойно ответил он и закинул себе в рот пару ложек с неизвестным мне содержимым, после чего продолжил, – не побегу же я, не доев к тебе, как мальчик на побегушках. К тому же, до выхода ещё полчаса. И да, Мирука уже предупредили, что ты уходишь от него.

– Кто предупредил?

– Кто-то из сирот.

– Вот сейчас не понял.

– Помнишь мы приюту помогли? Ну так вот они меня достали, что хотят чем-то отплатить мне, что то, что я потребовал взамен за помощь, слишком малая цена. Этот разговор услышал трактирщик и он же предложил, чтобы они стали собирать слухи по всему городу и передавать их ему. Он будет на основании их выдавать мне информацию о том, где можно найти новую авантюру, так же те мелкие, что не работают нигде. Ещё и по поручениям этого же трактирщика бегают. Вот один из этих сирот и передал сообщение Мируку.

– Погоди, а трактирщику, то с этого какая выгода? – не понял я – ему же только работы прибавится.

– Это да, но и деньжат у него станет больше, ведь чем больше я буду устраивать авантюр, тем больше процентов он получит, к тому же, ту информацию, которую ему будут приносить, он может продавать, тем самым, имея ещё один дополнительный заработок.

– Теперь понятно, а трактирщик то ушлый попался. Знает где можно нажиться.

– Так что, работая на него, сироты помогают мне и трактирщику, тем самым, все довольны, – подвёл итог Роси, ставя на стол пустую тарелку, – ладно, встретимся у Старых восточных ворот. Приготовься идти долго, до нужной нам деревни идти примерно сутки. Подробности расскажу по дороге.

Он быстро встал и направился на выход. Я же вернулся в комнату, чтобы приготовиться к отправлению. Лин-лин в комнате уже не было, зато на столе лежал заплечный мешок, набитый чем-то под завязку и сверху него, записка: «Это паёк на тебя и Роси на несколько дней, также, положила запасную одежду» – и всё больше ничего. Видимо побоялась со мной встретиться после того, как за меня всё порешали.

– Бесит! – я со злости стукнул по столу. Но так как на нём ничего не стояло, удар ничего не повредил, кроме моей ладони. Ладно, вернусь и мы поговорим с ней насчёт принятия решений без меня. Одев полностью броню, взяв подсумок с лекарствами и бинтами, и закинув мешок за спину. Я неспеша отправился к Старым восточным воротам. «Интересно, что за авантюру, задумал Роси на этот раз?» – подумал я, выходя из комнаты Лин – лин.

***

– Так что за авантюра на этот раз? – мы шли по одной из небольших дорог, которые в достаточном количестве пересекают Старую восточную дорогу, в отличии от мощёных широких трактов, где могут спокойно разъехаться две гружёные телеги, на этой только два коня. Зато вокруг было полно уже зелёной травы, а если приглядеться, то можно было увидеть двуухого зайца – я мельком видел, как ты разговаривал с теми двумя.

– А, – отмахнулся Роси, наблюдая за тем, как несколько из них перепрыгивают через дорогу – те двое не предлагали ничего путного. Они, как я понял из их слов, обычные контрабандисты и им нужны были люди для охраны не из наёмников, чтобы не привлекать к себе внимание.

– Кто же тебе тогда дал это задание, – на фоне слушая уханья седой кукушки, спросил я.

– Никто мне задание никакое не давал, мы за ним только идём, ну, наверное, – он вновь задумчиво посмотрел на голубое небо, в котором проплывали редкие облака.

– Что значит наверное?

– Ну-у-у-у, тут сироты принесли слух, что в одной деревне, начал пропадать мелкий скот. Сначала на пастбищах потом и в стойлах, сейчас начал пропадать ещё и крупный. Местные жители перепугались не на шутку и попросили помощи из ближайшего города, так как у них нет воинов, чтобы разобраться с этим вопросом. С тех пор, прошла почти неделя, скот всё так же пропадает, а из города, так никто и не пришёл.

– И мы идём в эту деревню?

– Ага, – улыбнулся он во весь рот.

– То есть, ни черта не зная, не имея должного снаряжения и людей, ты хочешь разобраться с этим?

– Ага, – ответил он, убирая себе за голову обе руки.

– Да и ещё нужно будет договориться о награде? – уточнил, я – ведь нас никто не просил об этом, я всё верно понимаю?

– Ага, – снова улыбаясь кивнул он, всё также смотря на голубое небо – замечательная авантюра ведь так? – начал он после небольшого молчания, – если не разберёмся, то ничего страшного, местные нам всё равно спасибо скажут, ведь к их проблеме хоть кто-то прислушался. А если справимся, то вообще замечательно. Мы деревне поможем, убережём скот и деньжат заработаем – закончил он, смотря прямо мне в глаза, всё также улыбаясь.

– Да-а-а-а, – выдохнул я, и в правду, авантюра чистой воды. «Может я зря ушёл от Мирука?» – промелькнула мысль в голове, от которой я немного оторопел. Не думал, что так быстро заскучаю по скучной и однообразной работе на торговца.

– Скоро начнёт темнеть, давай найдём место для ночлега.

Пока я собирал дрова для костра, по настоянию Роси только те палки, что лежали на земле, рубить ничего нельзя. Он нашёл отличное место на небольшой поляне, с одной стороны которой, был небольшой обрыв, с другой лес, но он был достаточно далеко, так что любая живность или тварь должна была пройти по поляне, так как трава была очень низкой, его бы легко можно было заметить, а со стороны обрыва, так просто не подойти. Да и место для манёвров достаточно, на случай драки, мне с копьём в поле с низкой травой прям самое раздолье!

Пока в небольшой походной кастрюльке закипала вода, мы сидели по разные стороны костра, дым, от которого, словно сигнальный, шёл строго вверх.

– Как думаешь, по какой причине пропадает скот? – спросил я у Роси, чтобы хоть как-то перебить гнетущую тишину.

– Да кто его знает, думаю, что всему виной сами люди.

– Не понял, объясни?

– Слушай. Скот пропадает просто, как по волшебству, при этом судя по рассказанному мне, ни следов крови, ни пострадавших при этом нет, к тому же, скот пропадает и из стоил в самой деревне. При этом, ворота и стены тоже не повреждены, так что скорее всего, они не пропали, а были украдены. Либо кем-то из местных, либо из соседних деревень.

– И на кой чёрт им понадобилось это? Не, на кой, это понятно, жадность там, ревность или нужда. Это то понятно, что человеком движет, странно это – закончил я мысль.

– Действительно странно, но, если честно, как я только покинул свою деревню, я много чего видел странного. Чего у нас не было. Те же молоссы. У нас они не водятся, обычные волки есть, но они мелкие и довольно трусливые, небольшую стаю можно в одного спокойно прогнать. Или, например шлюхи.

– А тут то, что для тебя удивительного!? – конкретно я так охренел от услышанного – древнейшая же профессия!

– Это да, меня другое удивляет, что, ничего не делая, они могут жить припеваючи, просто раздвигая ноги, жить в роскоши и достатке, ну или просто не бедствовать. При этом, если она достаточно хороша, и входит в топ, то у неё даже какое-никакое влияние в обществе появляется. В это же время, обычные девушки, кто тоже раздвигает ноги, но не за деньги, а по любви, перед мужем там или ещё кем, делают же тоже самое, возможно, даже не так, скорее всего даже лучше, чем многие шлюхи, но у них ничего подобного нет, а если кто прознает про их навыки, то сразу же эта девушка будет опозорена и всё на неё будут криво смотреть. В чём же разница между ними?

Я подвис от такой постановки вопроса. Во-первых, какого чёрта его это волнует? Во-вторых, действительно, и та и та раздвигают ноги перед мужиками. Но в случае со шлюхой это достижение, и она за это получает деньги и какой-никакой почёт, а вторая, не получает за это деньги, а в случае, если об этом узнают, она будет покрыта позором. Действительно, в чём же разница? Почему у людей такое разное отношение, по своей сути, к одним и тем же действиям?

Данный вопрос погрузил меня в дебри раздумий, настолько глубоко, что я даже не подозревал, что можно так думать. Но не успел я выдать хоть какой-то ответ, хотя бы для самого себя. Как тишину нарушил Роси.

– Есть ещё одна странность, которая происходит прямо сейчас, и она меня заботит куда больше, чем остальные.

– А? – не сразу я понял его слова, выныривая из омута рассуждений – о чём это ты?

– Посмотри вон туда, – Роси указал палкой, что ковырялся в костре на кусок неба, который был виден за обрывом. Обычное небо, со звёздами, так как уже солнце зашло и давно стемнело. Небо как небо, тёмное, видно звёзды, да немного облачков есть.

– И что в нём странного?

– Внимательно посмотри на звёзды что проходят у края обрыва, – он начертил в воздухе небольшую дугу, ограничивая тем самым зону, на которую я должен смотреть. «Да, что он там увидел? Звёзды как звёзды» – подумал я, только вот, две из них подрагивали немного, а потом резко, на буквально долю секунды, потухли и снова зажглись.

– Чего-о-о-о? – от удивления мои глаза распахнулись до боли.

– Вот и я о том же, – пожав плечами и снова начав тыкать в костёр палкой, сказал Роси.

– Они там довольно-таки давно появились, почти сразу, как солнце зашло.

– И почему ты мне об этом ничего не сказал!? – сверлил я его взглядом через дым от костра.

– А зачем? – развёл он руками и потянулся, – это же, наверное, просто странные звёзды или огни чего-то вдалеке, поселения какого-нибудь. Ну или на худой конец, за нами может кто-то наблюдать, но это не важно, будь это кто-то достаточно сильный, он бы уже напал, значит это кто-то слабый. И нам не стоит о нём переживать – резюмировал он, помешивая содержимое кастрюльки.

Да как он может быть так спокоен, в недоумении я смотрел на него. Роси же как будто ни в чём не бывало пробовал содержимое на готовность. Я же теперь не могу спокойно сидеть. Я прям ощущаю на себе чужой взгляд, это гнетущее, давящее на затылок чувство, что за тобой кто-то наблюдает. Тебя словно обволакивает чувством беззащитности и всё внутренности сжимаются в комочек, ты хочешь спрятаться, убежать, зажаться в угол закрыться в укромном месте, лишь бы не ощущать этого взгляда на себе. «Да что это такое! – сказал я сам себе, про себя – я же мужик, а не девочка какая!»

– Достал, – с этими словами я резко повернулся и швырнул то, что было у меня в руке, а это была моя тарелка, для ужина, в те странные два огня или звезды.

Пролетев по небольшой дуге, тарелка попала точно между этими светящимися огнями, чуть выше их середины. «Пи-уф-ня» – именно такие три коротких звука послышались после звука удара от тарелки и два огня исчезли. Мы оба с Роси не сговариваясь метнулись к краю обрыва. Я на изготовке с копьём, он со своей мини косой натягивая на лицо платок. Встав на краю обрыва, мы посмотрели вниз. Там был небольшой подлесок, он был промят каким-то темным сгустком, который копошился внизу, издавая непонятные звуки.

– Эй, – крикнул вниз Роси, – сгусток замер на мгновение, а потом сорвался с места и в два прыжка растворился в подлеске, – что это сейчас было? – Роси смотрел вопросительно на меня пока мы шли обратно к костру.

– Что, что? – ворчал я себе под нос – проблема вот что.

– Что ты там бормочешь?

– Ну, – заулыбался я, почёсывая затылок, – кажется я навлёк на нас несчастье.

– А? – не понял меня Роси.

– Ну, похоже, я только что зарядил тарелкой по лбу юродивому.

– Кому-кому? – всё также с непониманием смотрел на меня Роси, накладывая себе в тарелку содержимое кастрюльки.

«А, точно – вспомнил я – он же в глуши рос» – подумал я и хотел было положить и себе покушать, но вспомнил, что свою тарелку я запустил в юродивого.

– Точно, ты ведь можешь не знать кто это такие, – копаясь в мешке, в надежде найти ещё одну тарелку, бросил я слова через спину.

Ага, вот она, и там ещё одна останется. Итого всего четыре штуки Лин-лин мне положила. Она будто знала, что Роси попрётся без ничего, и что я могу парочку куда-нибудь запустить.

– Юродивыми называют местных чудил, – часть содержимого кастрюльки перекочевало и ко мне в тарелку.

– А по подробнее? – не отрываясь от еды с набитым ртом, спросил он.

– Особо подробнее не расскажешь, – теплая каша начала спускаться по моему пищеводу, распространяя тепло по всему озябшему от вечерней прохлады телу, – о них с одной стороны много известно, с другой стороны практически ничего.

– И что же известно? – уже умяв свою порцию и накладывая ещё, с ещё большим любопытством спросил он.

– Юродивые, – начал я рассказ тоном, будто учитель рассказывает новую историю ученику, – это люди, которые постоянно шатаются по всем трём странам, при этом, постоянно что-то вытворяя.

– Что именно вытворяют?

– Постоянно что-то неадекватное, то следят за кем-то, как сейчас за нами, то могут прийти посреди ночи к путникам и залить им костёр. Могут стоять посреди дороги и не пускать путников пройти, какое-то время. Иногда они прибиваются к путникам на какое-то время и ходят вместе с ними, при этом, тоже могут, что-нибудь выкинуть. Например, как-то был случай, Мирук рассказывал, что к его знакомому прибился как-то один, с неделю за ними ходил, проблем не доставлял. Потом, ночью, взял и отвязал всех коней и прогнал их.

– Зачем это? – удивился Роси наконец переведя свой взор от тарелки на меня.

– Да кто их разберёт, потом ещё рассказывал, что как-то на привале, наготовили полный огромный котелок, Мирук хорошо продал товар и устроил небольшой пир для своих людей. Наготовили они значит, огромный котёл еды и пока все суетились, из леса появился юродивый и вылил весь котёл в костёр, и пока все конкретно так офигевали он просто ушёл обратно в лес и всё.

– Какие-то они подозрительные, – задумчиво сказал Роси, – а чего их никто не трогает за такие действия?

– Тут есть небольшая загвоздка. Всё юродивые поразительно сильные. Под их полностью закрытыми плащами не разберёшь, какое у них телосложение и мужчина там или женщина. Поэтому нет объяснения откуда у них такая сила, – развёл я руками.

– Что прямо очень сильные?

– Да не то слово. Они вообще не конфликтные и в драку сами не лезут, но бывают случаи, когда и на них нападают, чаще всего это зверьё, да твари, ну бывают ещё разбойники на них кидаются, если юродивый в составе группы идёт. Так вот, с одного удара, они легко убивают лошадь или быка, а у человека, голыми руками могут оторвать конечность или голову.

– Фи-и-и-у-у-у, – присвистнул Роси, – ничего себе сила.

– Ага, – мечтательно ответил я, – поэтому в драку с ними никто не лезет. Обычно их просто игнорируют, либо если так не получается, то прогоняют.

– Как же интересно это делают, если они такие сильные? – накладывая третий раз себе в тарелку еды, спросил он.

– Как не странно, на них можно просто накричать. И тогда они могут уйти. Особенно, если кричать много и если несколько человек это делают, то это точно сработает.

– Довольно любопытно, – сказал Роси и завалился на бок, – ну, завтра с этим разберёмся, ах да, вот ещё, почему ты сказал, что навлёк на нас беду? – спросил он, уже зевая, сонным голосом.

– Поговаривают, что это к беде, если юродивого побить или прогнать.

– Ясно, – ответил он, поворачиваясь спиной к костру, накрывшись лёгким одеялом.

– Ты первый дежуришь, так что не усни, – сказав это, он сразу же засопел.

Я же уселся по удобнее, укутавшись сильнее в одеяло, пахнущего духами Лин – лин и подкинув хвороста в костёр погрузился в себя.

«Вот наглец» – думал я, разглядывая чистое ночное небо. Сколько же всего произошло за эти несколько дней… И с молоссом бился и бандитов, целую банду положил, провёл замечательно время с Лин-лин и приюту помог. И сейчас, врезал тарелкой по голове юродивому, при этом направляюсь в какую-то деревню, с не особо понятной целью. И всё из-за этого вот тела, спящего на против меня. Кинул я в него хворостинку, что мял в руках. Она ударилась, не потеряв силу. Интересно…

Глядя на упавшую хворостинку, у меня возникла идея кое-что проверить. Для этого я взял своё копьё и перевернув его, бесшумно несколько раз ударил Роси в спину по разным её частям. Результат был предсказуемым, ни один из ударов не прошёл. После этого мне на глаза попалось довольно крупное полено торчавшие из костра и горящее лишь на половину… «Не, перебор» – отмахнулся я сам от себя. И как так всё резко изменилось? Вопросов стало только больше… Я плавно вдохнул и выдохнул воздух полной грудью. «И вообще какого, чёрта он ходит с садовым инструментом вместо оружия??? К нему у меня тоже есть куча вопросов, надо будет их задать ему» – думая об этом и пару раз подкинув дров, я не заметил, как прошла моя смена.

Глава четвёртая. Имя им Авантюристы

– Вы кто такие? – стояла напротив нас староста, уперев руки в боки, – вас из города послали? Или нет? И почему вас только двое? Хотя вы говорите, что вас трое? И почему один из вас садовник? А другой наёмник, одетый как копейщик, но с коротким мечом? – сыпется на нас шквал вопросов, от которого моя голова разболелась ещё сильнее, а ведь она болит с того момента, как я проснулся.

Слава богу, на этот раз без каменной плиты в качестве одеяла. Вопросы так и сыпались, их было так много, что я даже не все слова понимал и всё это началось после того, как мы спросили, нет ли в этой деревне проблем с гремлинами.

– Так стоп! – поднял ладони Роси и сказал он это своим ледяным голосом – судя по вашей реакции, проблема есть. Насколько она серьёзная? – староста только по глубже вдохнула, чтобы начать новый нескончаемый поток вопросов, Роси снова поднял руку и всё тем же голосом продолжил, – мы не будем отвечать на шквал вопросов, мы не на допросе, прошу говорите максимально просто и без вопросов, – от его такого голоса становиться не по себе.

Я его только недавно начал слышать, но уже заметил, что он отлично работает как успокаивающее средство.

– Уже было два столкновения, – выдохнула она, – оба раза с отрядом разведки, – а вы…

– Место их уже нашли? – перебил её Роси.

– Да, – недовольно ответила она, нахмурив старые седые брови, – их там пару десятков и это только в лагере, сколько ещё их в округе, не известно.

– Поди в пещере какой-нибудь?

– Почти угадали, в шахте старой.

– Хорошо. Мы можем зачистить данную шахту от гремлинов за определённую плату.

– ПФ, ха-х-ха-ха-ха, – засмеялась староста, да так, что у неё слёзы навернулись.

– Вы, двое, ой нет, трое, с шахтой полной гремлинов??? – сквозь смех и слёзы пыталась она выговорить, – садовник, пере мечник или недо копейщик и кто-то неизвестный? – почти хрюкая от смеха, с трудом выговорила она.

– Да, – спокойно ответил ей Роси, – вот только в соседней деревне, из которой недавно начал скот пропадать, больше никто не смеётся.

– Вот сейчас не поняла… – опешила она, моментально успокоившись, – что случилось с той деревней?

– С ней всё хорошо, можете не переживать, – успокаивающе сказал Роси, – да и скот теперь у них больше не будет пропадать. Мы убили троих троллей, которые этим занимались.

– Брешешь, – серьёзно сказала она и её старческое лицо наконец приняло серьёзное выражение.

– Идите в ту деревню и сами спросите, – развёл руки в стороны Роси.

– Допустим я вам верю, – осторожно начала она говорить после недолгого молчания, – что вы предлагаете?

– Как я понял, вы уже вызвали поддержку из ближайшего города. Когда они будут, дня через два-три?

– Обещались быть до конца недели… С тех пор прошло два дня, – с небольшой задержкой добавила она.

– Мы предлагаем в половину от той суммы, что они запросили за поддержку уже сегодня решить ваш вопрос с гремлинами.

– П-ф-ф-ф, – снова фыркнула она, немного повернув голову на тонкой шее с дряблой кожей, в сторону, – вам не жирно будет? На двоих ой, троих, такую сумму, а?

– А вы что считать не умеете?

– Что? Ты чём вообще?

– У вас выбор, договориться с нами, и мы убьём гремлинов уже сегодня, за половину стоимости или будете ждать городских, которые будут не раньше, чем через пять дней, неужели так сложно посчитать что выгоднее, особенно при условии, что нам аванс не нужен, и доказательства мы принесём и обмануть ни мы вас, ни вы нас не сможете.

– Это как это?

– Если мы не убьём всех, то вы это быстро поймёте и настучите армейцам, они быстро найдут такую разношерстую группу как наша. И вы нам, в случае успеха, заплатите. Вы ведь не настолько глупы, чтобы злить тех, кто смог втроем вырезать целую шахту гремлинов? – последнюю фразу Роси сказал с явной угрозой.

– Хорошо, – немного подумав, кивнув, ответила староста – сегодня до полуночи если решите проблему, то деньги ваши.

– Завтра до обеда, – как отрезал Роси.

– Та-а-а-к, вы же сказали, что сегодня решите вопрос.

– Всё верно, пока мы дойдём до места, время будет уже к обеду, пока зачистим будет ночь. По ночи, уставшие, мы никуда не пойдём. Заночевав, с утра сразу отправимся к вам в деревню и до обеда вернёмся. Так что да, вопрос мы решим уже сегодня. Просто за наградой явимся завтра к обеду.

– Хорошо, – с недовольством ответила она, снова немного подумав, – завтра ДО обеда.

– Ну вот и договорились, – протягивая ладонь для рукопожатия весело улыбнувшись, сказал Роси. И как бы извиняясь добавил, – а провожатого можно? А то мы ведь не знаем где шахта…

***

– Шахта, как шахта, – сказал я, стоя перед входом в неё.

Если не считать того, что вход в неё был весь истоптан, а на земле валялось два трупа гремлинов, которых мы только что убили. То ничем не примечательная заброшенная шахта. Перед входом стояли мы с Роси, провожатый давно ушёл, а Мари'а с момента выхода из деревни, так и не показалась.

– Ну, что пойдём, – спросил я у мешкающего Роси.

– Давай ещё пару минут подождём, вдруг всё-таки появится, втроём то сподручнее, – глядя своими персиановыми глазами прямо в мои, что бывает довольно редко.

Мы присели прямо у входа, в теньке, чтобы нас не было видно и при этом мы видели все подходы, чтобы в случае чего, по-быстрому разобраться с теми, кто решит войти в шахту или выйти из неё. «Бах-бах» – пять минут тишины были нарушены двумя упавшими мешочками из коричневой ткани, завязанными красной верёвкой, к нашим ногам, один возле меня, другой возле Роси. А после, разламывая кусты, появилась Мари'а, с весело светящимися глазами, и в, без того грязном и рваном плаще, который был ещё теперь покрыт и колючками, и ветками с листочками, Роси взял свой мешочек и развернул, внутри него оказалось, немного дикой малины.

– Спасибо, – кивнул он, присевшей рядом с ним на корточки, юродивой.

– А вот твой мешочек, я бы не стал открывать, – сказал мне Роси, отправляя целую горсть малины себе в рот.

Я глянул на мешок и увидел, что сквозь него начала просачиваться красная жижа – кровь. Пощупав мешок аккуратно пальцами, я понял, что внутри дохлая мышь.

– Да какого хуя! – вспылил я, – сначала каменная плита, как надгробие, сейчас дохлая мышь! Это что за дела!? – вскочил на ноги я, положив руку на меч.

– Это ты правильно решил, – сказал Роси с довольным лицом, закидывая остатки содержимого мешочка себе в рот и поднимаясь с земли.

– Нам пора идти. Всё в сборе. Ты готова к драке? – поинтересовался Роси, игнорируя моё раздражение от случившегося.

Полы плаща немного распахнулись, явив оттуда, две кольчужных перчатки. Сжав кулаки, Мари'а два раза ударила казанками друг об друга и её глаза от этого резко засветились.

– Вот и отлично, идём, строем, я первый, потом ты Эль, замыкает строй Мари'а. Твоя задача, – обратился он к ней, – не дать никому атаковать нас со спины, при этом ещё ты будешь зачищать всё то, что мы пропустили. А перед боем ссориться не стоит, – сказал он, проходя мимо меня, – если нужно выпустить пар, то у тебя сейчас будет много возможностей для этого.

В шахте пахло затхлостью, сыростью, плесенью, грибами и гремлинами.

– Хорошо, что от них не так несёт, как от троллей, – уже в слух сказал я и Роси согласно со мной покивал.

– Да и освещение тут есть, – действительно, по всей длине шахты сколько позволял увидеть взгляд на стенах висели факелы.

– Приготовьтесь, скоро начнём, – скомандовал Роси поправляя платок на лице.

Первый гремлин нам попался спустя десять минут как мы спустились, в шахту. Он был убит Роси быстрее, чем он понял, кто перед ним. В следующие полчаса мы убивали небольшие группы гремлинов, которые попадались нам на глаза и делали это быстрее, чем те успевали опомниться.

Особенно отличилась Мари'а которая одним ударом, своей кольчужной перчатки пробивала головы гремлинам почти на сквозь. И Роси со своей поломанной косой, от удара которой головы гремлинов с их тонких шей, отлетали только в путь. А вот я не очень отличился. С коротким мечом довольно трудно управляться, он тяжёл и неудобен.

«П-ы-м-м-ш-ш-ш»– что-то ударилось об стену и сползло по ней, судя по звукам. Я и Роси повернулись на звук. На земле лежала Мари'а и её тело билось в судорогах, при этом капюшон немного сместился, приоткрыв часть лица, точнее, довольно аккуратный подбородок и тонкие губы, на которых была пена…

– Чего стоишь помогай! – крикнул Роси пролетая мимо меня.

– Она же юродивая, это для них в порядке вещей, – сказал я, но всё же подошёл, – что делать то?

– Так, поворачивай её на бок, ага, вот так, – когда мы это сделали, из-под плаща что-то выпало с металлическим звуком, – теперь положи её руку под голову.

– Это блин сложно! Её трясёт как осенний лист на ветру.

– Делай и будь осторожен, – Роси же при этом согнул её голые, босые, с грязными стопами ноги в коленях, – вот отлично, – ответил он на мои действия, – теперь положи одну руку ей на плечо, другую на бедро и придерживай, чтобы её не так сильно трясло, при этом не дави, вовремя… – он, не договорив сорвался с места вперёд, при этом метнув косу точно в глаз одному из гремлинов, удар мечом второго он, как обычно, остановил рукой, а другой, схватив его за длинное ухо, с разворота ударил гремлина об стену лицом, да так, что у того в разные стороны полетели зубы и кровь, после чего схватил серп из тела первого и пробил ей голову второго.

– Держи её аккуратно, пока приступ не закончится, – сказал он, при этом ему в плечо вонзился арбалетный болт, но как это бывает и с мечами от прикосновения к Роси он потерял всякое ускорение и просто упал на пол при этом, было ощущение, что звякнул он с обидой. Роси же, недолго думая, схватил его и просто кинул обратно в коридор.

– Плохо, что это часть не освещается, – мы стояли на краю освещённой зоны.

Дальше была тьма, но и это ещё не всё, за спиной от куда мы пришли, то же начала образовываться тьма. Кто-то гасит факелы.

– Окружают, – выдохнул Роси и в знак подтверждения его слов, уже с моей стороны, прилетел арбалетный болт в спину Роси.

Хорошо, что результат тот же, болт просто упал на землю, но ему было не до него, он резал очередную пачку гремлинов. Теперь на него разом накинулись сразу четверо, один из которых лёг сразу на подходе от броска косы, второй получил в морду, от чего тоже отшатнулся. Удар третьего был остановлен свободной рукой, а четвёртый же, не стал церемониться и прыгнув в бок, оттолкнувшись от стены, с разинутой пастью, прилетел Роси точно в горло. Но как уже заведено, ни одна из атак не прошла по нему. Того, что с мечом, он от пнул ногой, того, что попытался впиться ему в шею, он взял за ноги и подняв их выше своей головы, со всей дури дёрнул, от чего гремлин плашмя прилетел на пол, разбив себе затылок. Тот, что с мечом, заревев, попытался отрубить Роси голову, пока тот был в наклонённом положении, но, как и ожидалось, удар снова не прошёл, Роси же выбил ударом кулака меч из рук гремлина, другой его поймал и перерезал косым ударом горло этому гремлину походным ножиком. После чего встал и как ни в чём не бывало подобрал свою косу и приготовился к новой атаке.

– Её там трясти не перестало? – бросил он через плечо.

– Перестало, – ответил я, поняв, что так и есть.

– Отлично, тогда оставь её прямо так, а сам приготовься отбиваться, чую мы тут на долго.

– Хорошо, – сказал я, кивая, поднимая меч с пола, вставая спиной к Роси по направлению к той части тоннеля, из которой мы пришли, – как только отобьёмся ты мне всё объяснишь, бросил я ему.

– Хорошо, – выдохнул Роси метая в тень, тот арбалетный болт, который прилетел в него ранее.

«Будет плохо, если они и в меня из арбалета выстрелят» – подумал я, услышав невнятные звуки с моей стороны тоннеля. Я не Роси. Меня он пробьет на сквозь. С криком «у-а-а-а», из тени впереди показались сразу двое с копьями, направленными мне в грудь. Отбиваю оба в сторону и заряжаю кулаком тому, что слева в челюсть, по обратной дуге возвращаю меч, по пути рассекая лицо второму, тут же присаживаюсь вниз, уходя от удара очередного гремлина, направленного мне в горло. Выставляю залатанный абы как щит перед собой, от удара очередного копья направленного в присевшего меня. От удара по щиту рана разболелась с новой силой. Хватаюсь левой рукой за копьё и со всей силы тяну на себя, выставив меч перед собой. Почувствовав, как владелец копья напоролся на мой меч, отпускаю его, вырывая из обессилевших рук копьё и неудобным обратным хватом втыкаю его в пузо тому гремлину, что ранее пролетел надомной стараясь отрубить мне голову. Щитом блокирую его удар уже возле самого уха, от отдачи этого удара получаю собственным кулаком себе по голове. Больно… что кулаку, что голове. Но резкая боль в спине между лопаткой и позвоночником, перебила её. Дёргаюсь вправо и вниз уходя с предполагаемой зоны стрельбы и правильно. Второй болт выпущенный следом пролетает там, где я стоял до этого и попадает в одного из четырёх гремлинов, что накинулись разом на Роси. Но за него не стоит переживать, ведь в этот самый момент, он вырывал своей косой кадык одному из гремлинов, при этом другой рукой скидывая с себя ещё одного и проламывая ему череп ногой. Я же, уходя от выстрела приложился спиной об стену, получив взрыв боли в спине от торчащего из неё болта. Броня, конечно, замедлила его, но всё же он её пробил и вошёл в спину, в итоге, рана не смертельна и через боль я всё же могу шевелить рукой, но походу не долго, ведь рубашка начала намокать от крови, вытекающей из раны. Пока я об этом думал, несмотря на боль, швырнул копьё в темноту надеясь попасть в арбалетчика. Судя по чавкающим звукам, я попал, вот только в кого, не знаю. В ответ же на моё брошенное копьё, из тени появилось ещё шесть гремлинов. На тот момент я уже встал и поднял свой меч. «Мари'а» – обратился я сам про себя к ней. «Я даже не представляю, что ты будешь должна сделать за то, что мы сейчас охраняем твоё тело, пока ты блядь спишь» – в ответ же мне на мои не произнесённые слова, было лишь еле слышное сопение и удары.

Один блокирую мечом, второй щитом. Третий колющий отбиваю ногой, на его место тут же появляется другой и целится мечом мне в ногу, чуть-чуть изгибаюсь, чтобы удар был по касательной, он так и проходит, броня выдерживает его. Возвращаю ногу назад, при этом пиная под жопу того, что меня сейчас попытался резануть по бедру. Откидываю мечи тех, что по бокам. Отбиваю удар пятого и тут же рублю мечом того, что справа. Тот, что слева пользуется моментом и целит мне в голову. Поднимаю плечо выше, удар приходится в наплечную пластину, и она почти выдерживает, меч лишь оцарапывает мне кожу на плече. Сам же я бью лбом в нос этого гремлина, от чего его синяя кровь начинает из него течь. Не обращая на это внимания, разворачиваюсь в пол оборота и удар копья шестого, вместо моей спины, приходится мимо. Я точным ударом левой руки вырубаю его, при этом правой с мечом рублю ещё одного, в ответ же на мои действия, мне в грудь прилетает ещё один арбалетный болт. А сзади на спину запрыгивает гремлин и пытается прокусить мне горло, но ему мешает воротник брони. Я прыгаю в бок и прикладываю гремлина о стену, от чего у меня всё помутилось в глазах, от потери крови и от двух болтов, торчащих из меня, благо, что грудная пластина самая крепкая и она выдержала, вот только наконечник всё равно царапает мне кожу. Но это не важно, беру обмякшее тело и бросаю его в того гремлина что кинулся на меня, при этом подбираю копьё с земли и метаю его уже точно в то место, откуда прилетел болт. Вопрос только в том, хватит ли ума у стрелявшего сменить позицию. Но судя по квакающим звукам со стороны тьмы – нет. Добиваю одним ударом лежащих друг на друге гремлинов. Всё – перерыв.

– Двадцать три, – тяжело выдохнул, стоя посреди кучи трупов с отрезанными головами и выпущенными кишками.

Одежда на нём была изорвана, сам он весь был с головы до ног в синей крови, а судя по движениям его плеч, он очень тяжело дышал и сильно устал, при этом на нём не было ни царапинки.

– Если учитывать тех, что я перебил до этого, то пятнадцать, – сказал я, с трудом выдёргивая трясущимися от напряжения руками болт из нагрудной пластины, который своим торчащим с обратной стороны кончиком расцарапал мне всю грудину.

Я аккуратно присел возле стены, стараясь не тревожить тот болт, что застрял в спине. Ноги были ватными, руки тряслись и глаза заливал пот, из-за чего было плохо видно, да и вся одежда под бронёй была мокрая на сквозь от пота и крови. Неуверенными шагами Роси подошёл к Мари'а, присел и достав из кармана идеально чистый платок, вытер с её лица пену, после чего кинул платок на землю, и он моментально посинел, впитав гремлинскую кровь. Роси присел рядом с ней так, что закрыл её собой от возможных стрел, которые могут прилететь со стороны прохода, я с трудом переполз и сделал тоже самое.

– Итого, мы уже убили, если учитывать тот отряд в лесу, то сорок семь гремлинов – нарушил я минутное молчание, – а они живут примерно по 50–70 особей. И каким образом разведчики деревни умудрились насчитать пару десятков?

– Да кто их знает… – еле улыбнулся Роси, стянув ранее с лица платок, разглядывая при этом то, что выпало из-под плаща Мари'а – но это пол беды, мы ведь ещё должны в деревню принести доказательства того, что мы зачистили данную пещеру.

– А да, точно, – выдохнул я, – и что будем приносить? Палец? Нос? Уши?

– Я думаю, если мы будем отрезать только правое ухо, этого будет достаточно, чтобы доказать количество убитых. Ведь и вопросов к нам не будет, ведь с одного гремлина два правых уха не возьмёшь.

– И то верно, – согласился я, принимая из рук Роси небольшую, но довольно тяжёлую для своих размеров коробку, сделанную из, ну очень плотной, бумаги, никогда не встречал я такой плотной бумаги, – это что такое? – смотря на содержимое коробки, спросил я у Роси.

– Даже не представляю, – грустью сказал он. – я думал, может ты видел нечто подобное, – внутри странной коробки были металлические штуки.

Они выглядели как будто кто-то сделал небольшой медный клинышек, с немного закруглённым концом и вставил его в цилиндрик, который от основания клинышка шёл немного равномерно, после чего была расширяющаяся ступенька и дальше цилиндрик тоже шёл равномерно. В конце была небольшая, поперек всей поверхности, глубокая канавка, с другого конца эта штука была плоская, с несколькими кружками один в другом, разного цвета и размера. Рядом с ними было очень аккуратно и мелко нанесена гравировка – семь, точка, шестьдесят два, х, тридцать девять. Всего таких штук в коробке было примерно тридцать.

– Не-а, ничего подобного никогда не видел, даже не представляю, для чего это нужно, – закрывая коробку возвращаю её Роси.

– Положим рядом с её лицом, чтобы, очнувшись, она сразу увидела потерю, теперь, – рядом со мной упал небольшой ножик и мешок, – пора приступать, болт из тебя позже вытащим, сейчас опасно.

От этого занятия меня начало тошнить, копаться среди трупов, вдыхать эту вонь и при этом отрезать правое ухо, хорошо, что я ел давно, иначе сейчас бы я блевал. Что-то зашуршало за спиной. Мы оба повернулись на звук ожидая нападения с противоположных сторон. Но тревога была ложная. Это зашевелилась Мари'а. Она села. Из-под плаща показались две тонкие белоснежные руки, с немного кривыми пальцами и при этом её руки были полностью покрыты шрамами различной степенью старости и глубины. Протерев глаза, она сонным взглядом посмотрела на меня, от чего её взгляд резко проснулся, а глаза стали как два огромных блюдца.

Ну да, вид у меня не очень, весь в крови и рваной броне, с ножиком в одной руке и мешком в другой, согнутый в три погибели, отрезаю с отрубленной головы гремлина ухо, при этом из спины торчит арбалетный болт. Зрелище не из лицеприятных.

Мари'а резко вскочила на ноги и капюшон заметался туда-сюда, видимо она пыталась понять, что происходит. К ней подошёл Роси:

– Эй, – дружелюбно сказал он, – ты как нормально? Очнулась? – на его вопрос, капюшон сначала перестал метаться из стороны в сторону и после секундной задержки покивал, – у тебя случился припадок, – спокойным голосом продолжил Роси, – так как это было неожиданно и было не известно сколько он у тебя продлится мы решили не двигаться с места и подождать, когда ты проснёшься. Всё что ты видишь вокруг, произошло пока мы ждали твоего пробуждения.

Мари'а несколько раз кивнула, после чего, из-под плаща показались две кольчужные перчатки и стукнули кулаки друг о друга, её мелодичный голосок, прозвучал как приговор.

– Порву! – она дёрнулась в сторону, куда мы направлялись.

– Стой, – сказал ей Роси всё тем же спокойным голосом, и она замерла, – я и Эль отойдём немного назад, там было пару мест, в которых можно укрыться и обработать раны, найдёшь нас в одном из них и не могла бы ты, собирать с них правое ухо, оно нам нужно для доказательства выполненной работы и получения денег.

Капюшон не уверенно в ответ кивнул и в два прыжка скрылся в темноте. Поджигая пару факелов, мы двинули назад и почти сразу я увидел два трупа в которые метал копья, первый был тоже копейщик, второй же был с арбалетом. Отрезав им правое ухо и пройдя ещё с десяток метров, мы свернули в небольшой закуток, в котором можно отлично прятаться и отбиваться, ведь в случае чего, в проходе может поместиться только один гремлин.

– А ведь мы ещё не закончили с решением проблемы.

– Ты это о чём? – не понял я Роси.

Пока он бинтовал мне спину, из которой ранее, сняв броню мы вытащили болт, при этом я, кажется, от боли спустил немного в штаны. Настолько это было больно.

– Есть у меня одна мысль, но как только вернётся Мари'а, я смогу точно сказать верна она или нет, и, если верна, нам придётся ещё сегодня поработать.

– Вот блядь! – выругался я, – твоя авантюра заходит всё дальше и дальше! А мы не особо то сильные, знаешь ли!

– Значит, это отличный повод стать сильнее или ты хочешь сказать, что то, что ты делал раньше лучше того, что с тобой произошло за эти дни? – судя по его интонации, ответа он не ждал.

Да и отвечать я не собирался, но да, это намного круче того, что я делал до этого, за всю мою жизнь, не считая секса. Но чёрт подери это больно!

– Теперь расскажи мне, с чего это вдруг ты бросился укладывать юродивую в странную позу? Для них же припадки в порядке вещей!

– Это не важно, – ёрзая, немного мечтательным голосом, начал он, – я помогу любому с одинаковым рвением, будь то юродивый, обычный житель, армеец или животина, для меня все равны, а этой позе меня научил один житель вольных поселений. Они там так кладут тех, кто потерял сознание, от пьянства или боли.

– И зачем это им?

– Если положить человека так, то он не подавится своим языком и не захлебнётся собственной рвотой.

– Давай немного передохнём, – сказал он после недолгого молчания, – я бы рекомендовал покемарить по очереди, давай, ты первый, на тебе, в отличии от меня, раны есть.

– Хорошо, – не стал я спорить, уселся поудобнее, чтобы не беспокоить рану и тут же провалился в сон.

– Вставай, – Роси потормошил меня, – кто-то приближается.

Я с трудом открыл сонные глаза, но тут же поднялся и приготовился к бою. Шаркающей походкой в закуток, в котором мы сидели, вошла Мари'а. Плащ, точнее то, что от него осталось, был покрыт весь синей кровью. Правую ногу, она буквально волочила за собой, но что там с ней, не было видно. Войдя в закуток, она тут же упала на землю и протянула нам мешок, глаза её при этом святились счастьем и болью одновременно в равной степени.

– Ну-ка посчитай, – Роси протянул мне мешочек, который взял у неё, – и будь добр, постой на стрёме, этот участок отлично просматривается, благо факелы здесь не потушены.

С болью в ране и сном в глазах, я аккуратно встал и направился к выходу из закутка, на ходу развязывая мешочек, с которого капало.

– Двадцать восемь, – закончил я подсчёт ушей, одним глазом поглядывая за угол, другим в мешок – хуя себе она постаралась, чую большую часть награды придётся отдать ей – немного присвистнув, сказал я.

– Итого 75 гремлинов, многовато для стандартной стаи, не удивительно, что они в открытую начали разведку деревни, популяция то значительная – последнее слово он сказал на выдохе, потому что подтянул Мари'а к стене, она при этом не издала ни звука, только глаза на миг померкли.

– Так, – с видом и голосом лекаря, сказал он, – теперь давай разбираться с твоими ранами, показывай, что с ногой.

В ответ же её глаза округлились и послышалось – «р-р-р-о-о-р-р» – из-под капюшона.

– Я тебе тут порычу! – грозным голосом, словно отец, сказал Роси и легко ладонью хлопнул по капюшону, в то место, где должен был быть лоб, – давай. Сюда. Ногу – своим ледяным голосом приказал он.

Из-под плаща показалась сначала рука, а уже она волоком под рычание Мари'а, показала её абсолютно голую ногу. Ладненькая такая ножка стройная, кожа белая гладкая, вот только она была покрыта огромным количеством шрамов разной степени, старости и глубины. Но это ещё цветочки, по сравнению с тем огромным рубцом, из которого хлестала кровь, что был на её ляжке, видимо, пропустила удар меча.

– Это плохо, – сказал Роси доставая лекарства, – придётся зашивать, эй, Мари'а, будет больно.

В ответ она лишь зашипела и попыталась втянуть ногу обратно под плащ. Но у неё это не вышло, лишь ещё больше крови выплеснулось из без этого активно кровоточащей раны. Два золотых диска померкли на короткий срок, а когда они вновь засияли, в них была мировая боль и слёзы.

– Эй Эль, помоги мне, будешь её держать, – сказал мне Роси доставая какие-то склянки из своей сумки.

– Что мне нужно делать? – спросил я присаживаясь рядом.

– Держи вот это и это, – Роси протянул мне стакан с какой-то прозрачной, но пиздец как пахнущей жидкостью и небольшую круглую деревянную палочку.

– Так, Мари'а. Это ты должна выпить залпом, на вкус это дело отвратно, но надо. А после, зажми во рту эту палочку, – он показал на то, что было в другой моей руке – это чтобы ты не прикусила себе язык, щёки и губы. Да и кричать от боли ты будешь так тише.

Она послушно, уже не скрывая плача, вытянула из-под плаща свою бледную руку, взяла кружку из моих рук, и выдохнув, резко выпила содержимое. И тут же закашлялась. Роси, же при этом поливал этой жидкостью какую-то странную тонкую нить, не менее странную иголку, которая почему-то была изогнута и свои собственные руки.

– Ты чего это делаешь? – отдавая не глядя палочку Мари'а, которая с характерным звуком взяла в её в рот.

– Понятие не имею, что я делаю, я просто повторяю, – нервным голосом ответил Роси.

– Это, как так?

– У нас в деревне врачом был мужик из вольных поселений и перед тем, как кого-то, кто поранился, зашивать он всегда поливал инструменты и свои руки самогоном.

– А-а-а, это тем пойлом из вольных городов, которое в чистом виде пить невозможно и которое горит?

– Ага оно самое. Ещё перед тем, как шить, он всегда давал стакан выпить раненому, что он пьяный не будет боль чувствовать так сильно, как трезвый и рану поливал и промывал потом тоже всегда только самогоном и на удивление, даже самые тяжёлые раны практически никогда не гноились. Поэтому я просто повторяю.

– Хорошо, – ответил я, – ну а шить то ты умеешь?

– Наверное, – пожал плечами Роси продевая нитку в ушко иголки, – тот мужик, Туванби говорил, что это как дырку на штанах залатать, только края кожи нужно самому стягивать, а ниткой фиксировать, иначе нить легко прорежет кожу.

– И где ты взял этот весь инструмент и самогон?

– У него и взял, перед тем как уходить. Подумал, что может кому-нибудь пригодится. Так, а теперь держи её крепко за плечи, сейчас ей будет очень больно, – и не дожидаясь пока я по крепче возьмусь Роси плеснул содержимое фляги прямо на рану Мари'а.

Её глаза округлились, и она закричала. Кричала так, будто на живую режут, благодаря палочке во рту, она кричала не громко, но неистово и при этом билась в конвульсиях, так, что те конвульсии, что были раньше во время припадка и рядом не стояли.

– Держи её крепче, – сказал спокойно Роси и снова плеснул на рану.

Мари'а забилась с новой силой, она пыталась вырываться, но я прикладывал абсолютно все усилия, чтобы она не смогла. В итоге, дернувшись ещё пару раз, она затихла.

– Потеряла сознание от боли, – спокойно произнёс Роси стягивая кожу на ране и начиная зашивать её, кровь при этом так и не прекращала хлестать, – можешь её отпустить, – сказал он, делая очередной стежок.

От этих слов я заметил, что всё ещё очень сильно сжимаю её хрупкие плечи и вдавливаю что есть сил их в стену. Отпустив их и сев, я понял, как я устал, держа её, я устал сильнее, чем до этого, пока бился с гремлинами, и раны тут же отозвались резкой болью во всём теле. Я аккуратно облокотился на стену и сполз по ней.

– Так, – не отвлекаясь от дела, пробурчал Роси – только ты сейчас ещё сознание не теряй, я двоих вас из шахты одновременно не вынесу. А такими темпами здесь скоро будет, целая толпа падальщиков. Как-то я не очень горю желанием ещё и с ними сражаться.

– Хорошо-хорошо, – миролюбиво ответил я, поднимая правую ладонь и отмахиваясь от него, – тогда расскажи, что мы дальше должны делать, ты говорил, что как вернётся Мари'а, ты убедишься и всё расскажешь.

– Посмотри на её плащ, он весь мокрый примерно до середины, значит, на нижних уровнях, куда она ходила, идёт подтопление. Но если бы шахту медленно топило, гремлины бы не стали в ней селиться. Значит, это началось относительно недавно, к тому же, пока мы шли по деревне, я заметил необычайно много речной рыбы. Полные телеги с бочками рыбы, в амбарах тоже бочки с рыбами, да и вообще в деревне воняет рыбой.

– Да такое и я заметил.

– Вот и я о чём, но этой деревне не нужно столько рыбы, она не настолько большая. Фестиваля никакого не намечается в ближайшее время. Тогда, где взяли они её в таком количестве? Наловить удочкой или сетями столько невозможно. Тогда остаётся один вариант – плотина.

– Плотина? – не понял я.

– Да, они построили на реке неподалёку плотину. Из-за чего река в том месте разлилась, подмыв берега. Видимо поэтому, из-за подмыва начало затапливать нижние уровни шахты. Этим можно объяснить и необычайное количество рыбы в деревне. Ведь рыба дальше, в низ по течению, не может пройти, она вся скапливается возле плотины, где её и вылавливают. Я уверен, что чуть ли не руками.

– И что в этом такого? Ну много у них рыбы и что с того, засолят на будущее, поедят вдоволь, а всё лишнее просто продадут. Что в этом такого? К тому же с гремлинами мы разобрались, шахту зачистили, больше они не полезут в деревню! Проблема решена, – хлопнул я ладошками, это была плохая идея, хлопок отразился усилением на несколько мгновений боли в ране.

Глава пятая. Основной состав

С трещащей головой я спустился вниз. Было раннее утро и народ только подтягивался, взглянув в зал, я понял о ком говорила та, что звала меня.

В зале сидел он. Просто огромных размеров парень, с чёрной как уголь кожей. Из одежды на нём были какие-то непонятные тряпки, обёрнутые вокруг тела, по верх всего этого был накинут тонкий, песчаного цвета плащ. Сидел он за столиком, рассчитанным на небольшую компанию, и занимал почти всё пространство за ним. Столик этот, кстати, стоял возле стены, на которую был облокочен огромный сверток, в который бы поместился средних размеров человек. За моей спиной открылась и закрылась входная дверь.

– Отлично, ты как раз спустился сам, я уж было хотел идти тебя будить, пойдём, – Роси хлопнул меня по плечу, от чего моя голова зазвенела немного сильнее, – этот здоровяк, как я понял, именно тот, о ком говорил посыльный мальчик, – я прошёл за Роси и не говоря ни слова также, как и он, сел за стол к этому здоровяку.

– Добрый день, – поздоровался Роси.

Я же просто кивнул, потому что говорить не хотелось, голова сильно болела, но от простого кивка стало всё равно хуже.

– Это Эль, – он указал на меня, – я Роси, тот, что дал объявление, ты же из-за него нас искал?

– Да, – на удивление приятный, немного бархатный голос, раздался из его рта, с такими же чёрными губами, что и остальная кожа, – я видеть ваше объявление на доска, на центральная площадь. И спешить сюда, пока вы ещё не уходить, – до меня медленно начали доходить слова, которые говорил этот здоровяк, наверное, пиво, что принесли, каждому по кружке, дало своё действие.

– Я Тоум Хейк, – и он с гордостью приложил руку ладонью к груди.

– Та-а-а-к, погодите, Роси, что за херня тут происходит? Я ничего понять не могу.

– Тут всё просто, извини Тоум, сейчас я введу в курс дела своего товарища, и мы продолжим.

– Хорошо, – ответил он и в один глоток осушил кружку пива.

– Тут такое дело… – почёсывая затылок и словно извиняясь, с улыбкой начал он, – как я понял в мою авантюру ты решил ввязаться на долго и Мари’а, судя по всему, тоже пробудет с нами какое-то время. Вот я и подал объявление, что нужен энтузиаст, который владеет дальнобойным оружием и готов за копейки искать приключения и участвовать в авантюрах.

– И зачем тебе это?

– Как зачем? – искренне удивился он, – нам нужен основной состав.

– Чё? – выпятил я нижнюю губу, не понимая о чём, он и судя по белоснежным глазам здоровяка, которые немного округлились, он тоже не понимал о чём он.

– Так, теперь слушайте оба, это касается всех, в том числе и Мари'а, но она, как обычно отсутствует.

– Так, погоди, – принимая из рук вечерней девушки огромный кувшин пива, – мы не заказывать, – возмутился Тоум.

– Это за счёт заведения, – ехидно улыбнулась она, подмигнула мне и упорхнула дальше обслуживать посетителей. Тоум и Роси вылупились на меня.

– Что? – наливая в кружку пиво из запотевшего графина, – я же уже тебе говорил, Роси, что у меня в каждом городе так, где бы ни останавливался, – отпил я почти половину кружки залпом, и боль в голове спустя пару секунд ещё немного утихла, – вот теперь я готов слушать, – здоровяк же всё так, же с выпученными глазами смотрел то на меня, то на Роси.

– Так вот, – прокашлявшись и поправив перчатки, начал он учительским голосом.

– В нашей компании уже есть человек идущий впереди встречая основной удар противника, так сказать – первая линия.

– Ага, – кивнул я.

– Простите, – перебил Тоум. – кто это из вас двоих?

– Я.

– Он, – почти одновременно сказали я и Роси.

– Э-э-э-э-э… – начал было он искать подходящие слова, разглядывая телосложение Роси, сомневаясь в его способностях.

– Просто прими это как факт и не забивай себе голову, – помог я ему, – поверь, он это может и всё тут, – на эти слова Роси лишь пожал плечами.

– Хорошо, – немного подумав, кивнул здоровяк в ответ.

– Дальше, у нас есть ты Эль, копейщик. Ты способен сражаться с большим количеством врагов ты быстр, а броня крепка. Ты вторая линия.

– Угу.

– Да.

– Отлично, ещё у нас есть Мари'а, она универсальна. Может пойти вперёд как разведчик, может прикрывать тылы или на пару с тобой раздавать всем подряд.

– Женщина? Кочевник? – склонив на бок голову, удивлённо спросил Тоум.

– Ну да, а что в этом такого?

– Я в ваша страна недавно и например, у нас известно, что женщина кочевник, слабый и заниматься хозяйством.

– Да, всё верно, но Мари'а юродивая, которая прибилась к нам и довольно активно помогает, надеюсь, это не проблема?

– Нет, – понимающе кивнул он, – у меня в провинция тоже есть юродивый и мы тоже принимать их помощь, когда они её предлагать, но с ними у нас запрещено разговаривать, касаться их и смотреть в их горящие глаза.

– Не переживай на этот счёт, можешь вести себя с ней как принято у тебя в провинции. Она всё равно, с нами по долгу только во время боя. Остальное время она сама по себе. Вечно где-то пропадает и что-то делает.

– Хорошо, – кивнул он на эти слова в ответ.

– Так что там дальше? – наливая ещё один бокал спросил я.

– В итоге, для авантюр у нас достаточно людей, но есть проблема – лучники. Один раз нам повезло, с ними разобралась Мари’а. Во второй раз уже было хуже, – после этих слов рана в спине немного начала покалывать, – вот я и подумал, что нам нужен стрелок, который сможет этим заняться, поэтому повесил объявление на доску, что на центральной площади. Там много народу ходит, авось кто и откликнется.

«Вот этот авось и сидит перед нами» – глядя снизу верх на здоровяка из-за кружки возле моего лица подумал я.

– Во-о-о-т, как раз основной состав, который может покрыть весь список задач, и количество чётное, чтобы удобно разбиваться на пары и не быть по одному.

– Тебе всё понятно Хейк? Может какие-то вопросы или может с чем-то не согласен?

– Если юродивый будет далеко от меня. Я согласие.

– Отлично, тогда расскажи о себе вкратце, чтобы мы хоть немного знали о тебе, а после и мы о себе расскажем.

– Хорошо. Я Тоум Хейк. Мой дом провинция Тиббу, север Восточной империи.

– Хорошо, а почему ты покинул родные края? Я, например, из очень глухой деревни, что на стыке Южного царства и Западного королевства, там мне было делать нечего вот я и отправился мир посмотреть и себя показать. Эль же, родом из города Миной.

Роси посмотрел вопросительно на меня, чтобы узнать не против ли я, что он за меня рассказывает. Я слегка ему кивнул, не отрываясь от кружки. Желания говорить и думать, не было совсем, голова всё ещё болела. Роси же продолжал:

– Третий ребёнок в семье, поэтому на наследство рассчитывать не мог вот и подался в наёмники, чтобы вырваться из дому да на жизнь хоть как-то заработать.

– Я нахожусь в паломничество.

– Можно подробнее? Нам не знакомы обычаи твоей провинции.

– По достижении зрелый возраст, все мужчины из провинция идут в паломничество, чтобы доказать, что они достойный мужчина провинция и заслужить имя клана.

– И как это доказать?

– Нужно научиться чему-то такому, что никто не уметь, что будет очень полезно для всей провинция или принести какое-то знание или технология, что тоже помочь улучшить жизнь в нашей сложной для жить провинция, и пока ты это не добыть, если вернуться в провинция, ты покрыт позором, у тебя отберут второе имя и ты станешь изгой.

– Вон оно как, довольно серьёзно. никогда не слышал о таком обычае.

– Оно не удивлять, – ответил здоровяк – мало кто интерес, как жить в Империи и тем более так далеко провинция, как наша.

– Поэтому ты и решил присоединиться к нам? Потому что мы всегда в движении в поисках приключений и авантюр?

– Да, – выдохнул он, – это именно, то, что мне подходит для того, чтобы обучиться чему-то чего нет в моя провинция, или найти, что-то что поможет моя провинция.

– А что с деньгами? Мы не можем гарантировать их стабильность и уж тем более высокие выплаты.

– Это для меня не важно, мне достаточно еда, ночлег и болты, – он похлопал по огромному свертку возле себя.

– Так у тебя там, что арбалет? – удивился я не на шутку, да так, что аж зенки, по ощущениям, чуть из глазниц не выпали.

– Да, – с гордостью поглаживая сверток сказал он, – я сам его делать. Стрелять как специальный для него болт, так и обычный, и даже стрела деланный под средний лук, что имперский, что западный, что южный и даже стрелами кочевников.

– Ни хера себе.

– Вот это да, – удивились мы оба.

– Да, – кивнул он, с гордостью присущей создателю, когда хвалят его творение, – арбалет мой два заряда, долго зарядка, зато дальность и пробить сила просто поразительны! – воскликнул он и стукнул в сердцах ладонью о столешницу.

От такого удара всё, что было на столе, подлетело вверх на добрую пару сантиметров, а в таверне настала гробовая тишина, посмотрев назад, я заметил, что абсолютно все сидят с вжатыми в плечи головами и из-под лба смотрят на нас.

– Ничего, ничего, всё нормально, он мирный, – помахал я всем присутствующем максимально мирно с мирным тоном. Развернувшись же, я выпалил – эй, мелкий здоровяк, хорош буянить и народ пугать!

– Что-о-о? – не понял он моего наезда и начал вставать из-за стола, от чего у меня появилось ощущение, что на меня надвигается огромная чёрная гора.

– Оба. Тихо, – своим ледяным голосом сказал Роси, от чего у меня пропало всякое желание на драку, да и у Тоум огонь из пепельно-серых глаз тоже пропал, и он сел на место, – мы говорили о пробивной способности и дальности твоего арбалета.

– Да, – немного помотав головой, кивнул негр, – если использовать западную стрелу, то она полетит шагов на пятьдесят, семьдесят, а если использовать специальные болты под него, то можно с тридцать шага пробить панцирь, песчаный краб или скорпион.

– Нихера!

– Ого, – снова почти одновременно высказались мы с Роси.

– Щиты из их панцирей, как раз тем и славятся, что их не берёт ни болт, ни стрела, они же в них не остаются, просто отлетают.

– Да и жары и огня они тоже не боятся, – подхватил Роси.

– Ведь в пустыне солнце печёт с такой силой, что обычный огонь отдыхает, вот их панцири поэтому и от этого отлично защищают, – поддержал я его.

– Отлично, нам как раз думаю твои способности пригодятся, если что, я работаю вот с этим, – Роси достал из-за пояса свое «оружие».

Но в этот раз серп был другой. По сравнению с предыдущей, видно, что он будет по больше, сталь получше, а деревянная ручка из более дорогой древесины.

– Эль же, как я уже сказал, копейщик, – похлопал он меня по плечу.

– Мари'а идёт всегда в рукопашную, используя кольчужные перчатки, – здоровяк слушал Роси, но при этом как-то в пол уха, сам же он был погружен в свои мысли, при этом его взгляд бегал с Роси на его косу и обратно.

– Бедолага, –выдохнул я еле слышно.

Видимо у него в голове, не может уложиться, что хилый парень стоит на первой линии используя в качестве оружия садовый инструмент.

– Э-э-э-э-э-э-э-э-э-э, – протянул негр озадаченно, – ведь это для работа в поле, – тыкая пальцем в косу с явным непониманием в голосе, произнёс Тоум.

– Да, всё верно, – с какой-то необоснованной гордостью кивая произнёс Роси.

Тоум всё сидел с непонимающим выражением лица, только взгляд его был теперь беспомощен, видимо, он пытался понять шутят над ним или нет и поэтому его взгляд метался теперь между Роси и мной, а не Роси и его косой.

– Забей, просто забей и прими это как факт, он не шутит, этот чёртов авантюрист, действительно так сражается.

– Как ты меня назвал? – развернулся всем телом ко мне Роси – а-в-а-н-т-ю-р-и-с-т, – протянул он, подняв глаза к потолку – звучит, мне нравится! – гордо сказал он, – отлично придумал!

– Это не я, – отмахнулся я от него и его похвалы – меня так женщина, которая позвала вниз, назвала, вот я и подумал, раз мы вместе работаем, то и ты тоже авантюрист, как и я теперь, благодаря тебе.

– Получается и я? – показывая на себя указательным пальцем правой руки, спросил Тоум.

– Да, – кивнул Роси, – раз тебя всё устраивает, то ты теперь с нами, а мы Авантюристы!

***

– Эй авантюрист! Ты куда нас повёл? Может уже расскажешь за что ты на этот раз взялся?

– А? – откликнулся не охотно Роси, как обычно глядя в небо, – а да, мы идём в деревню, на юге от этого города, пока я закупался, услышал, как торговцы перешёптывались о том, что возле этой деревни начали шастать гоблины и что в самой деревне уже тоже с ними сталкивались. Деревня там бедная, так что оплатить запрос армии на помощь из города они не могут.

– А для нас типа смогут?

– Думаю да, ведь мы же меньше берём, как минимум в половину.

– И как далеко нам идти?

– Я точно не знаю, но по слухам, завтра к обеду примерно доберёмся, может к вечеру.

– Просто заебись!

– Я не видеть в этом ничего страшный, – с улыбкой сказал Тоум, – я любовь ходить.

– Ага, тебе легко говорить, у тебя на два наших шага приходится один, ты куда меньше нашего прошагаешь, – на это он лишь пожал плечами.

– А где юродивый? – поинтересовался Тоум у Роси, – вы же говорить, что она с вами.

– Да, но ещё мы также говорили, что она большую часть времени сама по себе, а с нами стабильно только во время боя. Так что не переживай, если будет заварушка она обязательно объявится.

– Вы так в ней уверенны… – протянул задумчиво Тоум.

– А что за недоверие у тебя к ним? Ладно я понимаю, что они у вас относятся к неприкасаемым. Но, ты как-то предвзят.

– Я их не понимать. Вот и остерегаюсь, для того чтобы не быть застать врасплох.

– Понятно, быть всегда на чеку, хорошая тактика по жизни.

– У нас в провинция по-другому никак, если в оазисах всё спокойно, то на остальной территория живность и твари не дают расслабиться ни на миг.

– Да-а-а, сурово у вас там.

– Не суровее чем у нас, – отрезал я, – или забыл, как на нас нападали?

– Да точно, – спохватился Роси.

– Наверное, в наше время от тварей и живности нигде спасу нет.

– Вечереет, – всё также смотря в небо словно в предвкушении, сказал он, – давайте разобьём лагерь, – сказав это, он резко повернул с дороги в лес.

– Ты куда? – не понял его действий здоровяк.

– За хворостом, конечно, чем нам костёр разжигать? И вы тоже двое собирайте, чую ночь сегодня будет холодная, нужно побольше собрать.

– Понял, – сказал здоровяк и войдя в подлесок, тоже начал собирать хворост.

– Слушай Роси, помнишь наш разговор о том, почему двух разных девушек, которые занимаются блядством, по-разному воспринимают в обществе? Я, кажется, понял почему.

– И почему же?

– Как мне кажется, дело в самом отношении к этим действиям, точнее, то, как к ним относятся сами эти девушки. Если одна будет этим хвалиться и ставить себя в пример, что это её гордость, то люди это так и воспримут, а если другая будет этого стесняться и боятся, то люди это тоже так и воспримут.

– Хорошая теория, стоит об этом задуматься.

– Ты сам то, как считаешь?

– Как по мне, дело даже не в том, как преподнесут это сами девушки, а в том, что народ по большей части ведёт себя как стадо. И если одна начнёт, себя превозносить, за счёт того, что она лучшая, то народ почувствует в ней альфу и подчинится ей и будет перед ней лепетать, – мы шли с полными охапками хвороста, внимательно глядя под ноги, чтобы не споткнуться.

– Та же, что постесняется своих достижений, народом будет воспринята как слабая и они накинутся на неё, чтобы растерзать, ведь нет худшей твари в этом мире, чем сам человек.

– Ого, вот это ты загнул, – присвистнул я от удивления, бросая свою охапку рядом с той, что бросил Роси, по середине небольшой поляны, которую мы выбрали для ночлега.

– Звучит обидно, ведь я так-то человек.

– Да-да, ты прав, – почёсывая затылок, улыбнулся он, – что-то я перегнул палку. Но ты не можешь не согласиться, что от человека может быть намного больше проблем, чем от тварей или зверья. Например, вспомнить последнюю деревню и их плотину, построенную исключительно из-за жадности.

– Тут ты прав, – принимая из его рук флягу с водой, кивнул я.

Напротив нас, в конце поляны, что-то зашуршало в кустах, мы оба одновременно развернулись на звук, но тут же расслабились, увидев здоровенный силуэт сквозь кусты.

Разламывая всё как медведь, на поляну вышел Тоум, в левой руке он тащил охапку хвороста, в правой же волочил за собой три небольших брёвна, обвязанные между собой верёвкой, за которую он и тащил их. Подойдя к нам, он первым делом высыпал хворост из его левой руки, кучка, что образовалась при этом, была больше, причём значительно больше, чем та, которая образовалась из того хвороста, что мы собрали вдвоём.

– А брёвна то ты зачем приволок!? – спросил я у здоровяка, пока он отвязывал от них верёвку.

– Так это, не на земле же нам сидеть… – протянул он с удивлением – вот, на них и сядем.

– А чего брёвна то три? Нас же четверо.

– Ой, – вдруг резко подорвался он – точно, про юродивую то забыть, сейчас принесу ещё одно.

– Не надо, – махнул ему Роси, чтобы тот вернулся, – вон, одно из брёвен больше остальных, оно сойдёт для того, чтобы сидели двое, давайте уже разводить костёр, хоть мошку немного отгоним, – крышка котелка весело зазвенела, оповещая нас о том, что содержимое кастрюльки закипело.

– Приятного аппетита, – разлив содержимое по тарелкам, пожелал всем Тоум.

– А что это? – спросил Роси так же, как я и с любопытством разглядывая содержимое своей тарелки.

– Это традиция блюдо, мой племя, которое принято готовить по случай знакомства с новыми людьми.

– Из чего оно сварено?

– Давай лучше не будем это спрашивать, а просто попробуем, – перебил меня Роси, зачерпывая содержимое своей тарелки ложкой с прикрытыми глазами, отправляя это всё дело в рот.

Немного остро, чувствуются кусочки лука и ещё какого-то овоща, мясо же, немного склизкое, но довольно вкусное.

– Очень даже вкусно, – кивая немного головой, повернувшись к здоровяку, отметил я, Роси же, как, обычно не отрываясь от тарелки просто покивал с полным ртом.

– Хорошо. А то я думать мясо три…

– Стоп! – резко прервал его Роси, – не говори нам, что это за мясо такое и что вообще есть в этом супе. Главное, что он вкусный и чувствуется, что ты старался его приготовить. А теперь всем спать, завтра возможно сразу в бой, первый дежурить Тоум, потом Эль, потом я, – договаривал он эти слова уже лёжа спиной к костру, накрывшись небольшим одеялом, при этом пустая тарелка стояла возле костра.

– Не переживай, ты, – ответил я на растерянный взгляд здоровяка, ставя пустую тарелку тоже поближе к костру.

– Похлёбка и вправду вкусная, и вышла на славу, а вот из чего она, нам действительно лучше не знать, ведь вкусы у всех разные и что нормально для одних, аморально для других, – на эти слова Тоум немного расслабился.

– Всё, а теперь и я спать, как придёт моё время буди и по сильнее, я могу крепко спать.

«Какая сука ржёт, аж до визга» – от которого моя головная боль только сильнее становиться. Зажимая одной рукой ухо, второй рукой я приоткрыл веко. Передо мной сидел Роси и разрывался от смеха глядя туда, где должен спать Тоум. Мне пришлось немного повернуть голову, от чего боль в ней раздалась подобно взрыву, чтобы посмотреть, что там происходит.

От увиденного у меня распахнулись оба глаза, а изо рта пошёл безудержный смех. Потому что там лежал здоровяк, весь красный как помидор, он настолько был красный, что его чёрная кожа не могла это скрыть. Он лежал на спине и словно черепашка беспомощно шевелил руками и ногами. Это было очень смешно! Причиной этому была свернувшаяся клубочком на его груди и животе Мари'а. Под плащом не было видно, где какая часть тела её находиться, но я был почему-то уверен, что она в такой же позе что и кошки, когда спят клубком. Тоум же хотел её убрать с себя, но не говорить с ней, не уж тем более трогать, он не мог, нарушение учений его провинции. Вот он и барахтается бедолага, не зная, как поступить. От увиденного и смеха, у меня аж глаза заслезились.

– Ой, не могу больше, – взялся за живот Роси обеими руками, – Эль будь добр, разбуди её, а то наш арбалетчик боюсь сейчас лопнет от натуги, – действительно, по его жалобным белоснежным глазам было видно, что он взывает к нам о помощи.

– Эй, Мари'а, хорош надоедать человеку, – я аккуратно кинул в неё небольшой камушек.

В ответ на это клубочек лишь сильнее сжался, а из его недр послышалось: – «М-м-м-м, тёплый».

– Вставай, – грубо сказал Роси.

Где-то в недрах плаща, что-то шевельнулось и зажглись глаза, которые посмотрели прямо на Тоум, он же в ответ сильно зажмурился и отвернулся в сторону, при этом покраснев ещё сильнее, хотя куда бы уже. Из-под плаща показалась немного подрагивающая нога, обтянутая в мой подарок. «У-у-у-а-ах» – раздалось из-под подрагивающего плаща, будто кто-то там под ним зевнул и потягивался. Потом эта же ножка коснулась земли и Мари'а резко встала, глаза её при этом еле-еле светились, периодически плавно мерцая.

– Тёплый и удобный, – сказала она, садясь на корточки, возле моего полена, голосом обиженного ребёнка.

Снова превратившись в клубок из ткани и тихо засопела. Здоровяк же при этом резко сел, глаза его пылали яростью, а самого его трясло.

– Ты как? – поинтересовался я у него.

– Всё хорошо, – ответил он, при этом сверля взглядом то место, где сидит Мари'а, причём буквально, он не смотрел на неё, он смотрел на место, где она сидит.

– Как мы уже сказали ранее, мы не против если ты будешь вести себя с ней, так как принято в твоей провинции, – протягивая ему фляжку, сказал Роси.

– И мы не будем пытаться заставлять тебя поменять отношение к юродивым, но мы не говорили, что и она будет придерживаться такого же мнения, – Тоум неохотно кивая в знак согласия откупоривает флягу и поднеся её ко рту, резко останавливается. Глаза его округлились, он глянул на флягу, глянул на Роси. Тот ему кивнул, мол «пей» и Тоум резким движением запрокинул флягу, сделав один хороший глоток. Глаза его округлились и наполнились влагой, от зажал тыльной стороной ладони рот, не выпуская при этом фляги.

– Ого, – выдохнул он, спустя пару мгновений, – ого-о-о, – выдохнул он ещё раз, – вот это питьё, что это? – немного прокашливаясь и возвращая флягу Роси с любопытством, поинтересовался он.

– Это самогон из вольных поселений.

– Хорошо, никогда его не пробовал, но слышал, что он крепок. И действительно, он значительно крепче, чем наша кактусовая настойка.

– Это тебе для того, чтобы твои нервы быстрее успокоились, если что, за медицину отвечаю я, – сказал Роси, убирая флягу в небольшую сумку с лекарствами.

Я же просто промолчал. Хотя в голове подумал, что у него глотка – лужёная. Я их настойку то кактусовую пить не могу, только разбавленную один к четырём. А он самогон чистый прям так пьёт. Который ещё крепче. Как мужик к мужику, я проникся к нему лёгким уважением.

– Всем приготовиться, – скомандовал Роси натягивая на лицо платок.

Тоум скинул с плеча свой огромный арбалет, немного плавно и неуклюже, но при этом довольно быстро шедшая впереди Мари'а, резко развернулась к нам лицом, высунув из-под плаща свои руки с надетыми на них уже кастетами и немного разведя их в стороны чуть-чуть наклонилась вперёд, не отрывая взгляда от Роси. Глаза же её при этом неистово горели золотым пламенем. Роси чуть кивнул головой в сторону и прямо из этой позы Мари'а рванулась в сторону, разламывая собой кусты. И только пыль осталась висеть в воздухе от её ускорения. Тут же послышалось непонятное не то блеяние, не то рычание. Лёгкая перепалка и что-то вылетело из кустов к нам на дорогу, и осталось там лежать словно мешок. Тут же на звук, с другой стороны, вскинул свой арбалет Тоум и выстрелил, потом немного проводив им, выстрелил ещё раз и приступил к перезарядке.

– Два положить, – отчитался он, – шустрый тварь.

На дорогу, в этот же момент вылетело ещё два тела, одно за другим.

– Это что за нахер? – удивился я, – зачем она их на дорогу выбрасывает?

– Да кто её знает, – пожал плечами Роси.

И тут же на него выпрыгнуло, сразу пятеро. Одного он отбил кулаком, второго разрезал на двое косой. Шуршание напротив меня, тоже пятеро, двоих отметаю рукой со щитом, одного принимаю на копьё, одного пропускаю, он запрыгивает мне на грудь и впивается своими клыками мне в шею. Новая кожаная жилетка отлично выдерживает натиск мелких зубов, не давая себя прокусить, но для такого мелкого существа он довольно сильно сжимает мне шею, так и придушить может, сзади же на меня накинулся на спину ещё один.

– Эль! – крикнул Роси.

– Всё хорошо, – крикнул я в ответ падая плашмя строго на спину.

Подо мной раздался писк и звук ломающихся костей. «Пиу-пиу» – два раза свистнула тетива и тот, что был сверху меня отлетел в сторону. Я резким движением подскочил на ноги и не глядя рубанул по земле в то место, где должно было лежать поломанное тело. Сам же я поднял щит и приготовился к атаке, но её не последовало.

Роси уже стоял выпрямившись, сняв с лица платок и притирая другим платком свою косу. На дороге лежало уже четыре тушки и из кустов вышла Мари'а таща за собой ещё по две в каждой руке и кинула их в туже кучу. Развернувшись к нам, её глаза сияли уже не так сильно, но они излучали такое количество счастья, что мне самому от взгляда на них захотелось улыбнуться.

– У меня четверо, – убирая косу за пояс, сказал Роси.

Оглядевшись вокруг, я насчитал пять тушек.

– У меня пять, – ответил я.

– Простить, – сказал, подходя ко мне Тоум – один из них мой, – он показал на одно тельце, из которого торчал обычный арбалетный болт.

– Чё-ё? Ну тогда у меня тоже четверо, – ответил я недовольный тем, что убил на ровне с Роси.

– А у тебя сколько здоровяк?

– Пять, три в лес, один у тебя взял, один у Роси.

– Но я слышал только четыре выстрела тетивы, – подходя к Мари'а и считая тела, что она накидала, не глядя на нас сказал Роси.

– В лес у меня получилось два один выстрел.

– О как? Да неужели? – не поверил я ему и глядя на него снизу вверх, сузил взгляд из-за недоверия.

– Если хотеть, иди проверить, – сказал на это Тоум.

– Но это всё равно ничего не поменяет, у Мари'а одиннадцать.

– Чё-ё?

– Не может быть, – в голос ответили я и Тоум.

– Ухи-и-и, – раздалось из-под капюшона.

– Эта битва за Мари'а, – подвёл итог Роси – уходим, не нужно нам, чтобы на нас ещё напали.

– Ага, – кивнул я в знак согласия.

– Средняя стая нам попалась, в двадцать четыре особи.

– Я извинить, но что это были за твари, – голосом словно провинившийся ребёнок спросил Тоум.

– У вас что ли нет таких?

– Нет. Я не видеть ни разу существа, у которого нижняя часть тела от тушкан, средняя часть от обезьяны с востока нашей Империи, а голова летучей мыши.

– Это падальщики, ты хоть и не видел их, но должен был слышать о них.

– Да, о падальщик я слышать. Твари что ходят стая и жрать падаль и мертвечина, и при их уродской внешность, размер они как небольшая собака. Так?

– Да всё верно.

– Почему они на нас напасть?

– Скорее всего неподалёку у них пир и они посчитали, что мы на него претендуем, вот и напали с целью защиты пропитания.

– Понял, а разве нормально оставлять их тела – вот так?

– Да не переживай, – махнул я рукой, – на запах прибежит оставшаяся часть стаи и сожрёт их, они себе подобных тоже жрут, та ещё заноза в заднице во время путешествий – ты о чём задумался? – я глянул на Роси, который с задумчивым видом шёл рядом.

– Я вот думаю, а что они могли жрать так близко к дороге? Уж не трупы ли гоблинов или жителей деревни, в которую мы вот-вот придём и чуешь, горелым пахнет? – принюхавшись, я тоже это заметил.

– Что хочешь сказать уже напали на деревню?

– Похоже на то.

– Так нужно спешить к ним! – нервным голосом сказал Тоум ускоряя шаг, я тоже не осознанно ускорился.

– Нет смысла, – холодно сказал Роси.

– Гоблины ночные твари, значит если нападение и было, то ночью, сейчас уже время к обеду, за это время местные, если кто-то выжил, уже успели потушить все пожары и оказать помощь раненым так что, от того, что мы придём на час раньше для них уже ничего не изменится.

– С чего ты так уверен!? – его хладнокровие начало меня распалять, словно ветер уголёк.

– Деревня должна быть строго впереди нас, ты дым от огня видишь? – Нет. Гарь чувствуешь? – Да, значит пожары уже потушены, а раз так, то выжившие оказывают помощь раненым и пострадавшим.

– Ясно, – немного остыл я, от его слов и Тоум с озадаченным, видом тоже вернулся в прежний темп ходьбы.

Недолгую тишину, спустя пару метров нарушил Тоум:

– Я не понять. Вы сказать, что бросить тела падальщиков на дорога не страшно, их сожрут другие падальщики. Зачем мы поджигать их тела?

– Из-за того, что они питаются чем попало, их кровь и внутренности очень грязные и по своей сути – яд. Там, где полежат их трупы зелень вянет, а земля становится не пригодной на продолжительное время, а если их сжечь, а они хорошо горят, то этого можно избежать.

– Понял, – кивнул он и дальше пошёл всё так же с задумчивым видом.

А ещё через десяток сотен метров из-за деревьев показалась деревня. Деревня как деревня, только вот вокруг неё были наставлены колья для защиты, некоторые из которых были поломаны. Там, где их было больше всего, а это немного левее от дороги, по которой шли мы, дома были сожжены, немного, всего четыре штуки, но всё же, но всё же…

– Как мы и говорили, на деревню, уже напали, – спокойным голосом глядя на это сказал Роси.

– Значит договориться о том, чтобы нам заплатили, за то, что мы зачистим их логово, будет просто.

***

– У старосты нет на вас времени, – стоя в дверях дома старосты, парень, уперев руки в боки, говорил нам надменным голосом.

– Парень, ты не понял, мы не пришли спрашивать и уговаривать. Мы задумали авантюру, которая будет осуществляться, выгодна вашей деревне, вот мы и пришли узнать, согласны вы оплатить её или нет.

– Нет, не согласны, – всё таким же надменным голосом ответил он, – так, что выметайтесь из деревни.

– Эль, – обратился ко мне с растерянным видом Роси, – я что-то плохо сегодня лажу с детьми, ты не мог бы мне помочь?

– Да, конечно, – недолго думая, я поднимаюсь по лестнице и на отмажь бью в ухо пареньку, от чего тот падает на пол и испуганными глазами смотрит на меня.

– З-за, что? – дрожащим голосом, из которого ушла вся надменность, словно плача спросил он.

– Я думал ты с ним поговоришь… – Роси подошёл ко мне.

– А зачем? – удивил он меня своей фразой, – ведь ты уже говорил и ни к чему это не привело, так что, теперь нужно стукнуть, может это поможет, – парень всё также полулежал на полу, держась левой рукой за правое ухо.

– Послушай мальчик, – присаживаясь на корточки возле него, миролюбивым голосом начал вещать Роси, – ты пытался, указывать, трём взрослым мужчинам и одной девушке. При этом, не имея за собой ничего, кроме своих необоснованных амбиций. Это расплата тебе за это. Так что, если не хочешь переплатить, полежи-ка здесь, а мы пойдём и поговорим со старостой, – договаривал эти слова уже вставая, Роси постучал в двери и не дожидаясь ответа, вошёл.

– Одна третья часть, – резко прервала рассказ староста деревни.

– Чего-о-о? – не вытерпел я, – вас уже дважды атаковали, на второй раз еле отбились и будет третий, а вы ещё и торгуетесь??? – от негодования я аж сделал несколько шагов в сторону кровати, на которой в полу сидячем положении встретила нас староста.

– Да, – уверенным голосом сказала она, – я буду настаивать на этой сумме и не иллебом больше! К тому же я вообще сомневаюсь, что такой сброд как вы, сможете зачистить их логово.

– Давайте без оскорблений в наш адрес, мы ведь помочь вам хотим, – добрым голосом начал Тоум.

– Хотите помочь, сделайте это бесплатно! – как отрезала она.

– Тогда на какие мы жрать, спать и закупаться будем? – вновь встрял я в разговор, не выдерживая поведения старухи.

– Найдите себе тогда нормальную работу, где будете деньги зарабатывать. А раз подались в герои…

– Мы не герои, – ледяным голосом сказал Роси.

От его слов по всему телу пробежали мурашки, а судя по движениям Тоум, у него тоже. По Мари'а из-за плаща, вообще нельзя было что-то сказать, но в тот момент, когда Роси это сказал, она, рассматривая перед этим что-то на стене, на несколько мгновений замерла.

– Не смей называть нас героями, – всё таким же голосом продолжал говорить Роси, и я прямо видел, как краска с лица старосты начинает сходить, да и у меня самого, глубоко внутри меня начало зарождаться желание спрятаться где-нибудь, чтобы не слышать этого голоса.

– Кто вы тогда? – бледная как смерть спросила староста.

– Мы, – Роси обвёл всех взглядом, – мы авантюристы и это наша очередная авантюра, за которую мы хотим, чтобы в случае успеха нам заплатили, – уже обычным голосом закончил предложение Роси.

– Всё равно, только одну треть, ведь если вы заберёте половину, как хотите, то это будет одна пятая всех денег, что есть сейчас в деревне. Мы и так бедные, с трудом сводим концы с концами, а теперь, нам ещё нужно и деревню восстанавливать после нападений.

– Хорошо, договорились, – Роси протянул ладонь для рукопожатия, староста протянула руку в ответ.

– Теперь, раз мы обсудили все деловые вопросы, у меня к вам будет одна просьба, как от старухи и от жителей деревни.

– Что это за просьба? – уже вставший Роси обернулся в пол-оборота для того, чтобы уходить.

– Спасите наших девчат.

***

– То есть я правильно понимаю, что за меньшие деньги, так как нас на одного больше и за меньшую оплату, мы сейчас идём зачищать пещеру полную гоблинов, при этом, ты ещё и пообещал спасти аж шестерых девушек, что были похищены? Я ничего не упустил? – идя рядом с Роси, я буквально кричал ему это в ухо, а он будто не слышал и продолжал смотреть в небо.

– Ты абсолютно прав, – спустя какое-то время ответил он, хотя я его прожигал взглядом, – но как я уже говорил, это авантюра, а она не всегда идёт так, как мы хотим, лучше давайте не будем говорить о том, что уже не изменить, давайте лучше о том, как будем действовать в пещере.

– А чем тебе не понравилось, как мы действовали в шахте с гремлинами?

– Там всё было ужасно, мы все вышли с ранами.

– Если бы кто-то не бухнулся в припадке, то всё было бы просто идеально, – я посмотрел после этих слов на идущую, чуть впереди Мари'а, но такое ощущение, что она даже не слушала меня, как шла, немного пританцовывая под то, что сама напевала, грызя при этом продолговатую редьку, так и идёт.

– Да, именно поэтому нужно немного поменять стратегию, ведь нас теперь четверо.

– И что ты предлагать? – это уже спросил Тоум.

– Тоум, пещера будет маленькой, у тебя есть другое оружие, кроме арбалета, боюсь ты с ним не развернёшься.

– Да есть, – спокойно ответил он, – у меня есть праща.

– Отлично это подойдёт. Значит так, – снова его голос приобрёл учительский тон, от чего мои глаза закатились немного назад, – тогда работаем так. Мари'а! – крикнул он и она плавно развернулась к нам лицом, при этом продолжая пританцовывать под песню, что напевала, – Мари'а, в пещере действуешь по своему усмотрению, но так, чтобы мы тебя видели.

– Уху, – капюшон вместе с этим звуком несколько раз колыхнулся в знак согласия, после чего она снова отвернулась.

– Эль, ты и я идём как обычно. Тоум, знаешь, что тебе надо будет делать?

– Да, – с гордостью, ученика отличника, ответил он, – я первый убить гоблин стрелок, потом помогать.

– Всё верно, – кивая, сказал Роси всё также смотря в небо, – так же ты будешь прикрывать тыл.

– Понял, – раздался сзади приятный голос здоровяка.

– Всем всё понятно?

– Да.

– Уху, – почти хором ответили все.

– Отлично, тогда приступим. Тоум, сможешь от сюда снять охранников?

– Да, – с уверенностью сказал он и вскинув арбалет, пару секунд высматривал что-то, а потом послал одного за другим два болта куда-то в лес.

– Готово, – перезаряжая арбалет прямо на ходу, сообщил Тоум.

– Отлично! Пара минут и мы внутри!

– Хи-и-и, – раздалось из-под капюшона, полы плаща немного распахнулись и оттуда показались руки с кастетами.

Рывок и вот Мари'а уже в нескольких метрах от нас, разбила двум гоблинам, шедших нам на встречу головы.

– Лианг! – раздался весёлый голос, и она снова рванулась вперёд, как только мы подошли.

В ближайшем расширении тут же раздались гоблинские крики. Ворвавшись туда, я сразу рубанул одного гоблина по спине, в полглаза заметил, как у другого гоблина отлетела голова, от удара Роси, а Тоум куда-то со свистом запустил камень из пращи и всё закончилось.

– Один.

– Один.

– Первый, – по очереди мы сообщили о количестве убитых.

– Леу! – радостно выкрикнула Мари'а и тут же скрылась в одном из боковых проходов.

– Надо не отставать, – пробубнил себе в платок Роси проходя мимо меня.

– У-а-а-а-у-а-а-у, – раздался неистовый рёв из прохода, в котором ранее скрылась Мари'а.

И под этот рёв она вылетела из прохода шмякнувшись, мило крякнув, к нашим ногам. Из этого же прохода тут же появился тролль с уже занесённой правой лапой для удара. Роси подставляется под неё, подняв левую руку в верх и останавливая удар выше своей головы. Не задумываясь я выпадом пролетаю под рукой тролля, разрезая ему подмышечную область и оттуда рекой потекла кровь. Видимо задел артерию. Но не успел тролль издать и звука, как его затылок, находящийся выше меня, разлетелся на кусочки. Тело тролля тут же обмякло и упало. За ним же я увидел опускающего вниз арбалет Тоум.

– Не знал, что тут есть тролль, – выдал он с удивлением доставая из-за пазухи новый болт.

Роси же опустил руку трупа, развернулся к ещё сидевшей на полу Мари'а. «Б-у-у-м» – раздался чёткий звук удара деревянной рукоятки косы по голове Мари'а. Та вскочила, глаза её горели негодованием. Роси на это своим утробным голосом сказал:

– Кому было сказано, быть на виду и не убегать вперёд?

Блин, от его голоса, даже мне перехотелось убегать вперёд, хотя ранее таким не занимался. В ответ на его вопрос она только опустила вниз голову, из-за чего верхний край капюшона закрыл её глаза и что там в них было, понять не предоставлялось возможным.

– В качестве наказания, теперь идёшь в конце и прикрываешь тыл, – как отрезал Роси, перехватывая косу обратно.

Мари'а услышав эти слова, опустила капюшон ещё ниже и шаркающими шагами ушла назад, встав за Тоум так, что её теперь не видно.

– Ты чего это так сурово с ней? – не понял я поведения Роси.

– Юродивая она или нет, она должна осознавать все риски, которые могут возникнуть во время боя. Сейчас за то, что вырвалась вперёд, она расплатилась, ушибами и наказанием от меня, но могло быть и хуже. И тогда бы плата была её жизнь. Так что пусть идёт теперь в конце и думает над тем, что она ещё легко отделалась, – голос Роси был не приклонен, а последние фразы он сказал нарочито громко, чтобы Мари'а точно услышала и направился в тот коридор, из которого вышел тролль.

Это оказался небольшой грот, в котором обустроил свою лёжку один тролль. При этом вонь стояла несусветная и мы всё быстренько выбежали обратно в зал.

– Тут не пахнет, – заметил здоровяк.

– Наверное сквозняки в гроте вытягивают вонь, в другое место, вот тут и не пахнет, – Роси, на это ничего не ответил и пошёл в другой проход, что был в этом зале.

«Ки-я-я-я-я», – раздался предсмертный крик гоблина, разрезанного моим копьём от плеча до бёдер по косой.

– Всё? – опуская арбалет, с порванной пращой на поясе, стоя в кругу трупов убитых Мари'а гоблинов, спросил Тоум.

– Похоже на то, – стягивая с лица платок ответил ему Роси, – я не вижу больше проходов в этой пещере, только тот, через который мы пришли.

– Да, – коротко кивнул я – где девушки, которых попросили нас спасти?

– Тут, – Роси стоя возле одной из каменных стен, с ноги ударил по одной из них, и она развалилась.

– Даже тупые гоблины, думают о том, что свои ценности нужно прятать, – из-за сломанной перегородки потянуло прелостью и мочой.

Мы осторожно вошли с оружием на изготовку. Внутри оказался просторный зал, по периметру которого валялась всякая хуйня: мусор, тряпки и кажется кости.

В центре зала лежит четыре девушки, полностью голые. Их тела покрыты множеством синяков, ссадин, укусами и следами от когтей. Их колени и ладони стерты в кровь. Земля же, на которой они лежат превратилась в мешанину из говна, мочи и гоблинского семени, что образовывало непередаваемую вонь, от которой начало тошнить.

Я и Роси осторожно приблизились к ним. Оставив Тоум и Мари’а стоять на стрёме. Пока Роси их осматривал, я ему помогал как мог.

– Живы, серьезных ран нет, кости целы, следов внутреннего кровотечения нет.

– Тогда берем их и выносим. Спасем их, как и просила староста.

– Разве это будет спасение? – куда-то в пустоту спросил Роси нависая над телами.

– Да! Ты, как-то иначе себе это представляешь? – не понял я его слов и холода в голосе.

– Нас попросили спасти их, но что есть спасение для них? – Роси кивнул в сторону тел, находящихся без сознания.

– Я тебя, что-то не могу понять, – выпрямился я, – староста попросила их спасти. Мы их берем и несем обратно в деревню. Все спасены, гоблины убиты, мы молодцы.

– Верно. Староста попросила их спасти, без уточнения. Возврат их домой будет только часть от него, чтобы спасти их полностью, нужно разобраться еще с тем, что с ними делали гоблины. Залечить как телесные, так и моральные раны. Так же нужно проследить, чтобы они смогли вернуться к прежней жизни без последствий. Для этого рядом с ними нужно постоянно находиться, следить за ними и за окружающими. Только единицы отнесутся к ним с пониманием, для большинства они будут изгоями.

– Я это блядь понимаю, но я-то тут при чём?

– При том, что нужно брать ответственность за свои действия. Раз мы все подписались на спасение, значит оно должно быть полным и безоговорочным.

– И что же ты блядь тогда предлагаешь? – от его слов у меня начинает болеть голова, это раздражает, как и тяга Роси все усложнять!

– Есть два пути, – Роси сжал руку в кулак и отогнул указательный палец, – первый, это вернуть их в деревню и выполнять все то, что я ранее перечислил при этом держа в уме, что они могли забеременеть от гоблинов и тогда им предстоят мучительные роды, которые они могут не пережить. ДА, это займет не один год, – перебивая моё возмущение, сказал он последнее предложение нарочито громко, – второй путь, – он отогнул средний палец, – спасти их прямо здесь и сейчас избавив их от пережитых страданий и от тех, что им предстоит перенести, пока они будут восстанавливаться если вообще когда-нибудь смогут.

– И каким образом это сделать? – сказал я в сердцах и замер, точнее было ощущение, что моё сердце пропустило один удар, – убить? – еле шевеля языком, шёпотом произнёс я – ты предлагаешь их тут убить?

– Да, – холодным тоном ответил он.

– Зачем ты их осматривал тогда, если не собирался их возвращать? – выпалил я первое, что пришло в голову.

– Надеялся найти раны не совместимые с жизнью, тогда этот разговор был бы не нужен. Мы бы отнесли их в деревню, и они там бы умерли.

– Но это же тогда было бы не СПАСЕНИЕ!

– Верно, мы бы тогда провалили задание, и мы бы извинялись перед старостой и это бы сказалось на оплате.

Я не согласен. Я блядь совершенно не согласен с Роси! Убить человека – не вопрос. Чем он сильнее и опаснее, тем интереснее, но раненого и не просто убить, а добить как раненую скотину и бросить гнить в этой дыре. Нет, нет и еще раз нет! Я не готов пойти на такое. Пусть Роси нахуй идет со своими взглядами! Надо что-то говорить. Хоть что-то что сойдет за аргумент. Просто запугать Роси не выйдет, он сведет все к бою и я снова ему проиграю.

– Как ты тогда объяснишь старосте, что тут произошло? Будешь ей лгать? Это для тебя приемлемо?

– Нет. Я скажу ей правду. Это лучший из вариантов.

– Я так не могу, не могу я так. Иди-ка ты Роси на хуй со своими убеждениями. Я убивать их не собираюсь! – закачал я головой из стороны в сторону – нахера ты все усложняешь! Давай просто вернем их в деревню и все!

– Нет. Я уже объяснял. Повторять не буду. Сейчас так же, как с той плотиной. В тот раз ты не спорил.

– Нет, я, нет, я не знаю, что ты об этом думаешь? – спросил я у подошедшего к нам Тоум – эй Тоум, скажи что-нибудь… – позвал я его, при этом ткнув его обратной стороной копья в руку.

– Э-э-э-э, – дёрнулся он, будто вышел из транса – может спросить их самих, что они решат? – вопросительно он посмотрел на Роси, после чего его взгляд забегал между мной и Роси.

– Нет, так не пойдёт, – ответил, спустя пару мгновений Роси – на это может уйти слишком много времени. Из-за нападений гоблинов в округе много падальщиков скоро они все будут здесь и тогда мы тут все останемся на вечно.

Ясно, Тоум мне не поможет, что там Мари’а. Если Роси не соврал, она помогала нищим, может и им решит помочь. Одного взгляда хватило, чтобы понять – не поможет. Она все так же стоит в проходе, наблюдая за тоннелем, при этом с кем-то не спешно переговариваясь на не понятном языке.

– Времени мало поэтому поступим так. Девушек четверо, нас четверо. Каждый самостоятельно решит по какому из двух путей идти. Остальные не будут его осуждать его выбор. Мари’а тебя это тоже касается, – она нехотя повернулась к Роси – иди сюда, будь тут гоблины, они бы уже напали на нас, а падальщиков мы и так услышим за долго до того, как они дойдут до нас, – он кивнул в сторону одной из девушек.

Мари'а плавно подошла к ней и замерла. Повисла гробовая тишина. Было ощущение, что прошла уже целая вечность.

Первым присел возле девушки Роси. Он достал из ботинка очень длинную иглу и резким движением почти полностью вогнал ее девушке в глаз. Игла точно пробила мозг. Моментальная и безболезненная смерть.

– В наша много тварей яд. Есть традиция для много яд человек, – произнося это Тоум достал из-за пояса тонкий кортик, взял его обратным хватим двумя руками и что-то сказав на родним ему языке вогнал его в сердце девушки. Выдернув его обратно и вытирая, Тоум вернулся обратно к проходу. За ним же пошла Мари’а. На месте девушки, над которым она стояла, остался лишь небольшое свежее кровавое пятно.

Остался я. Возле моих ног лежит женщина средних лет с черными, как уголь волосами и привлекательным лицом, на смотря на побои. Смотрю я на нее, а рука с копьем начинает дрожать от гнева внутри меня.

– Я выбираю первый путь, – постарался сказать я как можно более спокойным тоном – хер знает, как, но я выполню все то, что ты перечислял и спасу ее! – уже вполне спокойно сказал я, не понимая, как в итоге так вышло, ведь в начале я возмущался, что Роси согласился на это.

– Хорошо, – спокойным голосом сказал Роси – каждый решает сам, как ему поступить, остальные не будут тебя осуждать, я думаю мы даже будем помогать по мере своих сил. Теперь слушаем все, – громогласно заявил он, – задача по спасению ещё не окончена. Тоум, берёшь девушку и несёшь её до деревни, ты здоровый справишься.

– Понял, – кивнул он, забрасывая арбалет за спину.

– Мари'а прикрываешь их, – капюшон кивнул, и она спряталась позади Тоум – я иду первым, Эль ты за мной, – и в подтверждении своих слов он натянул на лицо платок.

***

– Только одну? – староста была явно в расстроенных чувствах.

– Да, – спокойным голосом ответил Роси – в сложившейся ситуации только одна.

– Жаль, очень жаль… А как всё остальное прошло? – в первый раз, с тех недавних пор, как я присоединился к Роси, кто-то спросил нас, о том, как всё прошло.

– Прошло всё так, как и было оговорено, пещера в которой поселились гоблины зачищена, в её главе был гоблин шаман. Поэтому они обнаглели и начали нападать на вашу деревню. Так же на обратном пути нам встретилась небольшая стая падальщиков, она тоже была успешно ликвидирована. Это вторая стая, которая нам встретилась, в окрестностях вашей деревни. Поэтому будьте осторожнее.

– Спасибо, учтем, – кивнула староста – их действительно в последнее время стало многовато. Ну уж с падальщиками, то мы сможет самостоятельно справиться. Да и как они пожрут всё, что их привлекало, они сами уйдут. Кстати, насчёт уйдут, – она достала из-под подушек, на которых лежала, увесистый мешочек с деньгами и бросила его Роси – обговоренная сумма, ни иллебом больше, ни меньше, а теперь уходите, мне нужно отдохнуть, если что-то ещё надо, то сами с этим разбирайтесь в деревне.

– Хорошо, – убирая мешочек за пазуху, ответил Роси и развернувшись направился к выходу.

– Куда теперь? – Тоум с любопытством оглядывал деревню и её жителей.

– Тут думаю мы работы не найдём, так что давайте вернёмся в тот городок, где узнали об этом задании. Там разберёмся, что к чему и что делать дальше, – ветки в костре потрескивали, кастрюлька, в которой был ужин, уже давно опустела. Мы все сидели вокруг костра попивая чай.

– Ну что скажешь? – нарушил тишину Роси обращаясь к Тоум – устраивает тебя такая компания как наша? Будешь дальше с нами путешествовать? – Тоум, поставил на землю кружку с недопитым чаем и выпрямив спину, словно ученик, перед ответом учителю ответил.

– Да, я планировать и дальше сопровождать вас. Ваша компания отлично подходит для мой паломничества, к тому же, я кажется уже нашёл то, что я принесу в мой провинция из паломничество.

– И что же это?

– Твой способность.

– О как, – глаза Роси расширились от услышанного.

Мне же плевать на то, что они там начали обсуждать. Гадкое чувство и камень на душе не давал мне ничего хорошего. Как вернёмся в город напьюсь и затащу ту милашку в постель и хорошенько с ней развлекусь, это должно помочь мне отвлечься

В этот момент меня кто-то будто коснулся изнутри. От этого ощущения я моментально взмок и тело пробрало ознобом и дрожью, на коже же выступили мурашки. Я начал оглядываться вокруг в поисках того, что могло бы вызвать и нашёл. Напротив меня, с другой стороны костра, сидела Мари'а и её золотые глаза, в которых играли языки пламени от костра, смотрели на меня не отрываясь. И было ощущение, что она смотрит прямо мне в сердце. И понимает мои эмоции и чувства…

Глава шестая. Цепь

– У-а-а-а-а-а-а-в, – от мощного зевка утренняя головная боль отразилась всеми красками, которые возможно и невозможно передать словами – м-м-м-м-м-м, – потягиваюсь я всем телом и руки, скрещенные в замок, упираются во что-то деревянное. Задираю голову и вижу, что в землю воткнут столб. Но, что это за столб, мои сонные глаза увидеть не могут.

– Доброе утро, – услышал я, пока садился и поворачиваясь к костру, напротив меня сидел Роси и лениво тыкал палкой в уже потухший костёр.

– Как дежурство? – прикрывая рот руками зевая, спросил я.

– Всё спокойно, стая падальщиков проходила неподалёку, их было слышно, но к нам они интереса не проявляли. И Мари'а почти сразу как началась моя очередь куда-то уходила минут на двадцать, пришла, начудила и улеглась, – он показал палочкой в сторону.

Повернув голову направо, я увидел картину маслом. На животе, словно огромное бревно укрывшись не менее огромным одеялом, спит Тоум. С верху него же спит, свернувшись клубочком и высунув одну ногу словно кошка из-под одеяла, Мари'а. Я ухмыльнулся.

– Да чёрт с ними, пускай так спят, – махнул я на них руками – главное, чтобы Мари'а ушла с него до того, как он проснётся. Что она начудила?

– Посмотри, что стоит над твоей головой, – Роси снова махнул палочкой в ту же сторону.

Я повернулся ещё сильнее на право и увидел столбик, в который ранее уткнулся руками. Подняв голову выше, я наконец понял, что это нихера не столбик. Это огромный мать его крест! Вертикальный столб метров пять в высоту и горизонтальный метра три. Посмотрев обратно на Роси…

– Да-а-а-а, я полностью тебя понимаю… – протяжно проговорил он, видимо моё лицо выглядело настолько охреневшим, что он понял всё без слов.

– Это ещё ладно, – тыкая дальше в костёр, после небольшой паузы продолжил он разговор – сам крест, конечно, поражает и то, что она поставила тебе его в изголовье тоже, но это не идёт ни в какое сравнение с тем, как она это сделала.

– И как же?

– После того, как она вернулась из леса. Она встала спиной ко мне над твоей головой и вытащила его из-под плаща…

– Погоди, что? – до меня не сразу дошли его слова – что значит из-под плаща?

– То и значит! Она левой рукой распахнула плащ, а правой жестом словно достаёт меч, вынула вот этот крест держа его одной рукой! – Роси от переполнявших его эмоций аж всплеснул руками.

Я же ещё раз осмотрел крест. Он был сделан из добротного брёвна, круглого в сечении и ровного по всей его длине. По толщине я бы не сказал, что он велик, но, чтобы его обхватить мне нужно использовать обе ладони.

– Да ты пиздишь, – нахмурив лоб обратился я к Роси.

– Вот мне больше заняться нечем, кроме как сидеть и думать, как же мне обмануть Эля!? Зачем оно мне, если тут такое происходит! Особенно то, что на конце он был тупой и при установке Мари'а вогнала его в землю на добрые метр-полтора.

Я бы может и удивился, но недавние события тяготили меня и особого рвения на какие-либо эмоции я не испытывал.

– Знаешь, – перестав улыбаться, и скрестив ладони перед собой уперев локти в колени, своим холодным голосом начал он – мне кажется, что ты скоро умрёшь.

– Чего? – удивился я второй раз за это утро – ты вот это сейчас к чему? И с чего это вдруг ты так решил??? – от этих слов даже гадкое ощущение немного утихло.

– Это не я, это она, – Роси кивнул головой в сторону Мари'а.

– Я тебя сейчас не понимаю. Объясни почему ты так решил?

– Я тоже не сразу до этого додумался, но, что, если юродивые творят все эти вещи, за которые их гоняют не просто так? Что если за этими действиям стоит что-то серьёзнее, чем просто глупость? Что она делала и что я сам слышал про юродивых, – от его слов мне стало интересно и чувство тяжести в груди сменилось на чувство тревоги и не понимания – начну немного из далека, в моей деревне юродивых никогда не было и в окружающем нас лесе тоже. До встречи с тобой я вообще не знал об их существовании и поэтому, когда ты о них рассказал, я понял, что мне любопытно!

Глаза его во время этой фразы в полумраке рассвета, казались почему-то фиолетовыми. Они светились каким-то странным блеском и было ощущение, что его любопытство исходит из Роси корнями и оплетает всё вокруг, из них невозможно вырваться, в том числе и меня, что моё ранее зародившееся любопытство только усилилось.

– Поэтому я поспрашивал у стариков в городе, много читал и пытался следить за Мари’а. Как оказалось, о них мало что известно. Единственное, что известно наверняка: юродивыми не рождаются, они потрясающе физически сильны, они постоянно чудят.

– Ну это мы и так с тобой знаем и убедились сами.

– Верно, – кивнул Роси – а вот некоторые бабушки и деды, мне по большому секрету рассказали, что юродивые обладают необъяснимыми силами, что они могут двигать предметы не касаясь их, что могут видеть, то, чего нет и что у них есть под плащом вещи, которые ну никак не могли туда поместиться или предназначение которых совершенно неизвестно.

Тут меня, как пробило, пробило голову от осознания того, что перечисленное Роси абсолютная правда, всё это я уже видел в исполнении Мари'а.

– Тоже осенило? – Роси смотрел на меня, с удовлетворением – я про них знал, только то, что рассказал ты и что видел сам, благодаря Мари'а.

– Так, так, погоди, – прервал я его, подняв руку – я понял, что слухи не врут, сам многое видел. То есть ты хочешь сказать, что Мари'а видит мою смерть? – от этих слов меня аж мурашки пробрали от кончиков волос до кончиков пальцев на руках и ногах.

– Да, – вновь вернувшись к холодному голосу, кивнул он, от чего создалось ощущение, что выпущенные им ранее «корни любопытства» покрылись инеем от чего меня пробрала лёгкая дрожь

– Этому есть подтверждение. Помнишь ты рассказывал, как юродивый опрокинул чан с едой?

– Ну да.

– Что, если еда была отправлена? Ты сам сказал, пир закатили в честь огромного успеха, а там, где для кого-то успех, то для другого большой провал. И тот, для кого, это обернулось провалом решил всех перетравить. Такое возможно?

– Вполне, – немного не уверенно кивнул я.

– Или, тот случай, когда один юродивый после боя напоил охранника своей мочой, что, если во время боя, этот охранник, испугался и побоялся что-то сделать? Как говорят в вольных поселениях – зассал.

– Хм… – задумался я – твоя правда, что-то общее можно найти между фразой зассал и флягой с мочой, кажется я понял твою мысль, на основании этого, и креста над моей головой ты подумал, что я скоро умру?

– Да, но не только. Сначала она следила за тобой, придавила тебя каменной плитой, словно крышка надгробия, пойманная мертвая мышь, сейчас крест над головой. Кажется, кочевники именно так обозначают места захоронения.

– Так блядь, погоди. Дай подумать. Сложно… Получается так: за мной кто-то или что-то следит, это давит на меня словно могильная плита, я словно пойманный в ловушку зверь умру? – фразу, я уже заканчивал с пересохшим горлом.

– Примерно. Я бы начало изменил, над тобой нависла угроза, которая давит на тебя, со второй половиной я согласен, – Роси посмотрел на меня серьезным и одновременно грустным взглядом.

От того, что я осознал. Меня охватила ещё более сильная дрожь и чувство тяжести вернулось с новой силой, и словно прибило меня к земле, мне захотелось убежать, спрятаться где-то глубоко свернуться комочком в руках Лин-лин…

– И что теперь? – сухими губами еле проскрипел я…

– Ничего. Можно по этому поводу не переживать.

– Х-ха-ха-ха-х, – пробило меня с чего-то, на смех – тебе то легко говорить, – вытирая выступившие слёзы просмеявшись, сказал я – с твоей неуязвимостью тебе ничего подобного не стоит боятся!

– Живо взял себя в руки, – еле шевеля губами, произнёс Роси, его ледяной голос в этот раз не успокоил меня, а заморозил.

Это продлилось буквально мгновение, но появилось ощущение, что из мира исчезло все тепло и наступила зима. Этого, оказалось достаточно, чтобы охладить начинающуюся у меня истерику.

– Если тебе от этого станет легче, то знай, что не такой уж я не уязвимый, – продолжил он уже обычным голосом – да, я могу защититься почти от любого удара, но это касается только тех, которые я вижу или догадываюсь. При этом меня можно застать врасплох, что недавно доказала Мари'а, – он с усердием почесал бок, по которому получил от неё, закончив, он продолжил – и это помогает только от внешних ударов, внутри я беззащитен. Поэтому я могу подавиться, меня можно утопить, мне могут что-нибудь оторвать, так как при растягивании разрыв начинается изнутри. Или на худой конец, меня может чем-нибудь придавить. Я не пострадаю от этого, но вылезти я не смогу сам, и я могу помереть. Вспомни случай с молоссом, я смог защититься и убить его, но остался под ним, не помоги вы мне тогда, так бы и остался там лежать пока бы падальщики не пришли.

Его морозящий голос и этот рассказ немного отрезвили мне голову. Да и Роси в моих глазах уже действительно не казался мне столь неуязвимым как ранее.

– Так, что все мы смертны, – резюмировал он свой рассказ, голосом словно учитель – и не переживай так остро из-за того, что мы выяснили. Как я понимаю, юродивые пока не помогут с тем, что увидели, не уходят. Я никуда пока не собираюсь, значит никуда не собирается и Тоум, ведь он пока не раскрыл секрет моей способности. Так что попробуй расслабиться и доверься своим боевым товарищам. Хорошо? – как ни странно, я действительно немного расслабился от его слов. И впервые в жизни, мне действительно захотелось на полном серьёзе довериться кому-то кроме Лин-лин.

– Уломал, – кивнул я в ответ.

Пару секунд тишины нарушило шуршание со стороны спящих Тоум и Мари'а. Она встала прямо на спине Тоум, потянулась, придерживая кончиками пальцев одеяло. Высунула одну ногу и коснувшись кончиками пальцев земли, оттолкнулась ею и сделав сальто через костер приземлилась возле Роси, образуя комочек из ткани. Словно она там всю ночь спала.

– А? – не понял я её финта.

Но ответ последовал почти сразу же, ведь Тоум начал потягиваться, после чего сел и ещё протирая глаза произнёс:

– Добро утро!

– Доброе! – почти одновременно ответили я и Роси.

Он осмотрел нас сонными глазами. Потом его нетвердый взгляд привлёк огромный крест, стоявший возле меня. Тоум протёр глаза ещё раз. После чего внимательно посмотрел на крест и на нас, и я готов поспорить, что при этом слышал подобие смеха, раздававшегося из-под одеяла накрывавшего Мари'а.

– Эм, – немного хриплым голосом – эм, – повторил он прокашлявшись – что я пропустить? – искренним любопытством спросил он, от чего мы с Роси немного засмеялись.

***

– Да-а-а-а-а-а-а, – выдохнул я с наслаждением, падая в мягкую кровать в трактире, наконец добравшись до города – ой хорошо то как! – переворачиваясь на спину, снова вслух выдохнул я.

Поел, дорожную грязь с себя смыл. В сердце всё ещё была тяжесть от произошедшего в пещере, но она притупилась от осознания возможной скорой смерти. Но даже оно было немного притупленным словами Роси. К тому же, пока я ел внизу, меня просто пожирала глазами та девица, с которой я в этой самой комнате неплохо в прошлый раз повеселился. Готов поспорить, что она проследила, что я пошёл к себе и она снова ко мне вот-вот придёт. «Тук-тук-тук» – раздались точно такие же удары, как и в прошлый раз.

– Я пришла заменить бинты… – открылась дверь и вошла та самая девица, но на этот раз на ней был серый плащ без рукавов.

Я так же сидел на краю кровати и улыбался. Как ни странно, но мне очень нравится, когда девицы приходят ко мне в комнату под каким-то предлогом, но при этом по ним прекрасно видно, что они хотят меня.

– Так приступай, – поманил я её рукой.

Она с тем же подносом прошла через комнату шлёпая босыми ногами по деревянному полу и уже уверенным движением опустилась на колени передо мной, ставя поднос на пол слева от себя. Садясь, она, как бы невзначай, шевельнула плечами и плащ упал на пол позади неё, показывая мне её полностью обнаженное тело. Её молодая белоснежная кожа дышала страстью, а глаза, которые смотрели прямо в мои, пылали словно необузданный лесной пожар. От этого вида я тут же стал готов к тому, что намечалось дальше.

– Что будешь делать дальше? – Роси обратился ко мне с очень серьёзным выражением лица.

– Я как раз думал над этим. Скорее всего устрою массовую резню суккубов.

– О как? Удивился он.

– Да я понял, насколько глубоко в наше общество проникли эти твари и сколько вреда и горя они приносят людям.

– Как планируешь начать? Уже придумал?

– Да, начну с топов в городах. Раз сами они трахаться не могут, а лишь насылают сны, значит им проще простого пробиться в топ.

– Ты ведь сам говорил, что первые места топа могут занимать даже очень влиятельные женщины.

– Разберусь по факту.

– Может лучше вернёшься в команду? Хоть ты и покинул нас так некрасиво, я думаю никто не будет против твоего возвращения? – Роси посмотрел на собравшихся, Тоум еле заметно кивнул, Мари'а с задорно светящимися глазами закачала капюшоном в знак согласия – вот видишь, да и цели у нас у всех совпадают теперь.

– Цели? Совпадают?

– Да, – почёсывая затылок заулыбался Роси – я ведь немного тебе наврал сказав, что я просто отправился посмотреть на мир, да себя показать, на самом деле, – он стал серьёзным – я кое-что понял в своё время, я понял, что твари для этого мира болезнь и что, если их не истреблять, он погибнет и не останется ничего. Вот я и отправился из своей деревни с целью истребить всех до единой твари, да знаю-знаю, – замахал на мой укоризненный взгляд Роси – звучит банально и заезжено, но что поделать, – он пожал плечами – ведь этим так целенаправленно никто не занимается и вон к чему это привело. Суккубы живут полноценной жизнью внутри общества, при этом безнаказанно убивая людей, ведь это ненормально.

– А остальные что?

– Мари'а изначально прибилась к нам, с целью чтобы ты выжил, сейчас же она хочет помочь мне с моей целью, – капюшон снова согласно закивал – Тоум в паломничестве и путешествуя с нами он ищет то, что поможет ему из него вернуться.

– К тому же убить с вами тварь, я помогаю этот мир, а моя провинция его часть, – добавил он.

– Ты же хочешь истребить всех суккубов, что входит в мою задачу тоже.

– Хорошо, – кивнул я в ответ – если вы таким составом будете удовлетворены, то я с вами, снова.

– Вот и отлично, – хлопнул по столу Роси – это надо отметить! – замахал он рукой официантке, чтобы она принесла нам выпить.

– Эй, – привлёк всеобщее внимание Тоум – смотреть, – все мы посмотрели на Мари'а.

Её глаза светились, каким-то необычайно глубоко золотым цветом, он не слепил как раньше, но завораживал своей бездонной глубиной. Из её плаща выплыла небольшая цепь очень необычного плетения. Такого я ещё не видел. Цепь зависла над столом. Я и остальные неотрывно смотрели на неё. Я, конечно, знал, что она так может, и уже видел. Но всё равно, это пугает и завораживает одновременно.

Цепь немного задрожала и беззвучно разделилась на четыре разной длины части. Одна из них подплыла к шее Роси, обвилась вокруг неё и концы ее также беззвучно соединились вместе, образуя бесшовное ожерелье. Ещё один кусочек подплыл ко мне обернулся вокруг правого плеча и также беззвучно сомкнул концы. Кусочек, что подплыл к Тоум сделал тоже самое, только вокруг его запястья. Последний же кусочек уплыл под стол. Мы одновременно заглянули под него. Кусочек же подплыл к ноге Мари'а, которая немного торчала из-за стола и обернулся вокруг правой лодыжки. Выпрямившись, я, как и остальные, уставились на неё. Она же продолжала всё также сидеть.

– Связанные одной целью, скованные одной цепью… – пропела она голосом, который ей ранее не принадлежал. Я переглянулся с Роси.

– А что? – сказал он на это – отлично! Это куда лучше, чем словесные обещания!

– Хи-и-и-и, – раздалось из-под капюшона, где святились обычные озорные золотые глаза.

– Что ж, теперь и выпьем за это, – сказал Тоум, принимая бокалы от девушки.

Все взялись за свои бокалы, кроме Мари'а, вместо этого, она со всей силы ударила головой о стол.

– Что за? – удивился Тоум, ответом на его слова было начавшаяся по всему её телу тряска и пена, потёкшая по поверхности стола…

Глава седьмая. Это только разогрев

– Придумал, что скажешь? – спросил у меня Роси уже на подходе к деревне.

– Да, – уверенно сказал я – меня не было там два месяца, я взялся спасти ее более сложным способом, чем ваш, а сам занимался чем угодно, но не ее полным спасением. Так что нужно появиться. Может даже оно и к лучшему, что меня там так долго не было.

– Или нет, запах? – сказал Тоум.

– Пахнет гарью, – подтвердил его слова Роси.

Я же ничего не чувствовал, но сомневаться в их словах не стал, лишь немного ускорил шаг, чтобы быстрее выйти на то место, с которого смогу увидеть деревню. И я увидел её, точнее, то, что от неё осталось. Практически все дома сожжены, те, что не тронул огонь в очень плачевном состоянии. В самой деревне никого нет, но повсюду были следы паники, что бушевала тут. На земле были видны следы крови, а в некоторых местах всё ещё лежали трупы.

– Что, мать его, здесь произошло? – вырвалось у меня само по себе из рта.

– Напали, только странно, ее выжгли полностью, но зачем?

– Э-э-эй, есть кто?

– Есть-есть, – послышалось от куда-то из-за угла, мы повернули туда и увидели старика, сидящего на лавочке, с двухвостым котом на коленях.

– У-в-и-и-и-и, – раздалось из-под капюшона и Мари'а подлетела к этому коту, присев рядом с дедом, начала его гладить, от чего кот моментально замурчал.

– Вы кто будете? – подслеповатым глазом старик обвёл нас взглядом, второй же его глаз не открывался.

– Мы Авантюристы, пришли проведать ранее спасённую нашим товарищем девушку.

– А-а-а-а, так это не вы случайно два месяца тому назад привели девушку от гоблинов, что нападали на нас?

– Мы, – с лёгкой ноткой гордости ответил я.

– Тогда, что я могу вам сказать, лучше бы вы сгинули в той пещере, чем привели ту суку.

– Лишнее говоришь старый, – серьёзным тоном сказал Роси.

– Идите вы к новой старосте, мне тошно на вас смотреть, – махнул дед правой рукой, а левой убрал руку Мари'а от кота, на что она на него зашипела словно кошка.

– Идём! – окликнул её Роси и она с неохотой, косо смотря на деда своими золотыми глазами пошла следом за нами.

Дом новой старосты, в отличии от большинства других, не сгорел, лишь местами виднелись опалены.

– Заходите-заходите, – послышалось из-за разбитых окон – я вижу вас и помню, проходите, – помахала нам рукой небольшая женщина в возрасте, которую я увидел сквозь окно.

– День добрый, извините за беспокойство.

– Ничего страшного, я вам даже немножечко рада. Ведь это вы тогда помогли нам и даже смогли вернуть одну из похищенных девушек. Моя бабушка, предыдущая староста очень лестно отзывалась обо всех вас, – бабушка она сказала, с какой-то грустью.

– Примите наши соболезнования, – сказал Роси немного склонив голову сам и склонив капюшон Мари'а с помощью руки, лежавшей на нём, я и Тоум тоже немного склонили головы…

– Благодарю, – с нотками грусти ответила она – староста ушла из жизни полтора месяца назад, но горечь утраты всё ещё сильна, хоть и притупилась произошедшим.

– Что было то? Блядский старик на лавке, нам ничего не объяснил, только пожалел о том, что мы не сгинули в той пещере.

– Ах это, это старик Янус, он всегда немного странно смотрел на вещи, еще и страшный скряга. Наша деревня довольно бедная и кто-то новый сюда не приходит, разве что торговцы, и то, всегда одни и те же. И за долгое время, вы были первые, кто пришли в нашу деревню и навели в ней шороху своим присутствием, вот он и считает, что произошедшее ваша вина.

– А что произошло то?

– Два события сразу и одно хуже другого. Чаю?

Мы расселись в полуразрушенной гостиной, кто где смог, с кружкой горячего чая, Мари'а также, как все, держала кружку рукой, видимо не хотела пугать старосту.

– Два дня назад на деревню напали бандиты, они грабили, убивали и насиловали, – начала рассказ староста, тоже отпив чаю и от этих слов её передёрнуло – в этом нет ничего удивительного, мы не можем позволить себе защиту города, вот на нас периодически и нападают, то гоблины, то бандиты, а иногда и армия ближайшего к нам города не гнушается к нашим девкам заглянуть.

– А второе событие?

– Второе событие произошло примерно через неделю после вашего ухода, но о нём мы узнали уже после того, как на нас напали бандиты. Как оказалось, та сук… – она споткнулась на полуслове – девушка, что вы привели, была не из нашей деревни, но мы любезно её приютили и пока она тут жила, она себя странно вела, но всё посчитали, что это из-за пережитого, да и место для неё новое, незнакомое. Вот только и поговорить никто с ней не решался, её все сторонились, а ей было, как-то на это плевать, короче, – поймала на себе нетерпеливый взгляд Роси – она была беременна и в тайне от всех родила, как ей в одиночку это удалось не понятно, но родила она от гоблинов, что её утащили и родила она двойню, которую в тайне от всех она воспитывала, как своих детей. В ту ночь, когда напали бандиты, они сбежали и тоже начали убивать и насиловать.

– И что с ними случилось? С гоблинами?

– Их прирезали бандиты, как рассказал один из наших выживших, он видел, как на одной из улиц гоблины эти сцепились с бандитами и проиграли.

– И как вы это всё узнали? – нахмурив брови спросил Роси.

– Уже после нападения, она носилась, как умалишённая по деревне и искала своих сыновей. Её поймали выжившие и с помощью кулаков всё из неё выбили, как оказалось, она уже примерно с год, жила у этих гоблинов и регулярно рожала им новое потомство.

– Хера себе у неё здоровье! – непроизвольно вырвалось у меня.

– Да-а-а-а… – задумчиво произнесла староста – она заявляла, что ей нравилось всё то, что с ней делали гоблины и нравилось рожать им новых гоблинов, которые в свою очередь подрастая начинали с ней делать тоже самое.

– Звучит отвратительно, – сказал я, прикрывая рот рукой, потому что меня затошнило, судя по лицу Тоум, у него реакция была похожая, Роси же сидел, как ни в чём не бывало, а Мари'а, свернувшись на стуле клубочком, судя по сопящим звукам, вообще спала.

– И где сейчас та девушка?

– Линчевали. Те же выжившие, что и допрашивали её, камнями и палками забили. Они тоже не смогли спокойно слушать, то, что она говорила.

– Я конечно понимаю, что это прозвучит, некрасиво, но прошу простить, нашу группу, ведь это мы привели её в вашу деревню, – склонив голову, произнёс Роси.

– Не стоит, – жестом показывая ему, чтобы он распрямился сказала староста.

– Ведь, как я понимаю, вы действовали в рамках договорённости с нашей старостой и выполнили, свою часть сделки, это нам жителям надо было быть внимательнее.

– А, что с теми девушками, которых изнасиловали гоблины? – поинтересовался я.

– Вот с этим у нас, как раз есть проблема. Мы не знаем скольких девушек они изнасиловали. За помощью к нашим местным врачам обратились сразу девять девушек, со следами изнасилования, но ни одна не признаётся, что её изнасиловали гоблины, всё говорят, что это сделал один из бандитов, оно и не удивительно, они боятся, что их тоже линчуют выжившие. Мы пока закрыли их всех в одном из амбаров, ведь есть те, кто действительно предлагает их всех перебить.

– И что вы планируете делать дальше с ними? – понимая, что нужно сделать спросил я.

– Пока ничего, у нас множество раненых и обездоленных, к тому же катастрофически не хватает людей на полях, так что даже есть шанс потерять большую часть урожая.

– Мы их заберём, – вставая твердо, сказал я и повернулся к выходу.

– Простите что? – засеменила за мной следом староста.

– Тоум, – я показал рукой на здоровяка, который ещё не допил чай и сидя прямо на полу скрестив ноги дул на него – у вас ведь ходят караваны через нейтральные земли напрямую в северную провинцию, чтобы не платить налоги, каждый раз пересекая границы провинций?

– Да, – не уверенно ответил он, – есть такие.

– Отличная идея! – похлопав меня по плечу, сказал негромко Роси – так и сделаем! – громко сказал он, чтобы все присутствующие услышали – мы отправим их в северную провинцию Восточной империи, там только камни, песок и всё. В одном из местных пунктов для беженцев они поселятся и будут жить примерно год. Если они беременны, то за это время разродятся все. В процессе же родов сразу станет понятно, кто от кого рожает. Те же кто выживут или родят от людей, или вообще не забеременели, тем же путём вернутся обратно в деревню.

– Тоум, сможешь на таких условиях договориться со своими караванщиками?

– Да-а-а, – неуверенно сказал он, вставая с пола – договориться я могу, но стоить это будет, как маленькое поместье.

– Отлично, деньги для нас не проблема, – говорил Роси уже находясь на улице, как и мы все.

– Стойте-стойте-стойте! – выбежав перед нами и выпятив руки выкрикнула староста.

– Вы чего это удумали? А как же семьи этих девушек? А как же их спросить?

– Послушай сюда… – Роси перешёл на свой ледяной голос – это всё не имеет значения, важно то, что вы не знаете, что делать и как поступить. У тебя самой духу не хватит разрешить какое-либо действие, так не проще ли тебе будет посчитать, что ты нас наняла и предоставила всё сделать и решить нам, а мы уже будем действовать. К тому же, если всё будет хорошо, то никто не пострадает.

– Но-но-но, у нас нет денег, чтобы расплатиться за это.

– Не стоит по этому поводу беспокоиться, – вмешался я – ведь так или иначе в случившемся есть и наша вина, хоть мы и выполняли задание, но ведь это мы привели её в деревню и в частности я, пообещавший спасти её, не сдержал обещание и пропал, навещай я её, может подобного не произошло бы, да и не стоит исключать, что в таком случае, что во время нападения бандитов, я был бы здесь или вся команда и тогда жертв было бы намного меньше.

– Это всё домыслы, – фыркнула она.

– Да, – согласно кивнул я – но давайте всё-таки мы разберёмся.

– Хорошо, – немного погодя сказала она в ответ, на тот момент мы все стояли уже возле амбара – тогда давайте я зайду и как староста объясню, что будет с ними.

– Хорошо, – кивнул на это Роси – Мари'а! Повозку! – развернувшись, крикнул он, юродивой, которая сидела на земле и гладила очередного двухвостого котёнка – Мари'а! – ещё раз крикнул он.

На что она встала и повернувшись к нему спиной в ответ крикнула:

– Бака! – и скрылась за углом, распахивая плащ.

– И давно команда обзавелась повозкой? – спросил я у сидящего на поводьях Роси.

– С неделю назад приобрели, как раз перед тем, как отправиться на задание, после которого мы встретили тебя.

– А почему мы в эту деревню от города Миной шли пешком?

– Дело в Мари'а, если ей что-то дать, не сказав перед этим, что это общее, то она сразу считает это своим и иногда не хочет этим делиться.

– Ты хочешь сказать, что помимо всякой ерунды она может под плащ не только человека спрятать, но и целую телегу с конём?

– Ага, – довольным голосом сказал Роси, я же офигел от такой информации.

– Темнеет, – сказал Роси вглядываясь в облачное небо – пора сделать привал для ночлега.

Поленья в костре уже практически догорели, лишь некоторые из них немного шаили.

– Теперь рассказывай, что ты задумал Эль, – обратился ко мне Роси, передавая флягу с вином Тоум.

– Я думаю всё очевидно, я хочу взять на себя ответственность за последствия моего решения и за то, что не смог сдержать данное предыдущей старосте обещание.

– Ты намереваешься их всех убить? – оторвавшись от фляги, поинтересовался Тоум.

– Не слишком ли это? – всё так же не веря, тому, что я сказал переспросил меня он, передавая флягу Мари'а, которая вместо того, чтобы взять её рукой, просто заставила её по воздуху залететь под капюшон.

– Нет, – строго ответил я – нельзя рисковать и позволять им рожать, их слишком много, чтобы уследить за всеми, если их действительно отправлять в твою провинцию, они могут легко сбежать, – я принял от Мари'а плавно летящую по воздуху флягу, сделал небольшой глоток, терпкого западного вина и передал флягу Роси – оставлять их в царстве, слишком рискованно, есть большая вероятность того, что случившееся в деревне, может повториться, в таком случае есть ещё третий выход, его я и решил выбрать.

– Как же ты планируешь это сделать? – с серьёзным лицом, убирая от лица переданную мною флягу, спросил Роси.

– Я уже это сделал, – сказав это, я с ужасом осознал, что убил только что кучу людей, особенно было страшным то, что не все они в будущем стали бы угрозой, но прислушавшись к себе и к своим чувствам я понял, что не испытываю по этому поводу никаких значимых чувств.

В воздухе висела напряжённая тишина. Было слышно только потрескивание палок в костре, да звуки издаваемые при питье вина из фляги, исходящие из-под капюшона Мари'а.

– Прошу меня простить, что принял такое решение только вернувшись в команду, да ещё, и не посоветовавшись с вами, – отдавая Роси принятую снова по воздуху от Мари'а флягу.

– Всё нормально, – отпив и передав её дальше, сказал Роси – ты подчищаешь за собой, для этого не стоит спрашивать, это нужно делать, так что ты правильно сделал. Я же думаю спросить сирот из приюта, что в нашем городе, может кто захочет переселиться в ту деревню. Только в следующий раз, будь добр, всё-таки предупреждать, ведь теперь нам придётся ночевать рядом с небольшой горой трупов, до которых падальщики могут добраться до утра, – на это я лишь смог улыбнуться.

***

– Стойте-стойте-стойте, – выбросился под колёса парень из кустов.

– Ты чего это под телега бросается? – крикнул на него Тоум, сидящий в данный момент за поводьями.

– Вы же авантюристы да? – проигнорировав Тоум, суя свой нос в повозку спросил он.

– Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш, – поднеся палец к губам, зашипел на него Роси, на коленях которого лежала голова Мари'а, она спала после очередного приступа.

– Прошу прощения, – шепотом сказал он.

– Ты кто будешь то? – сидя на против Роси, поинтересовался я.

– Ой, прошу прощения, меня зовут Садуилим, – он потрепал свои растрёпанные пшеничные волосы.

– У меня указ от градоначальника встретить вас в этом месте и сопроводить.

– Мы что, по мнению вашего градоначальника не сможем сами найти дорогу в ваш город?

– Та не-е-е, – заулыбался он, детской улыбкой – я должен сопроводить вас не в город, но в место, которое вам необходимо будет зачистить от поселившихся там тварей. В качестве доказательства того, что я действительно посыльный, мне был выдан вот этот короткий меч со знаком нашего города, – он достал из-за правого плеча небольшой меч с зелёной рукоятью и знаком своего города: драконом, состоящим из колец поедающим свой хвост, на эфесе – и вот, – убирая меч одной рукой, он достал из-за пазухи небольшой мешочек и кинул его Тоум – это одна третья от обговоренной суммы в задании, в качестве аванса, остальную часть получите по возвращению в город, после выполнения задания, – Роси взвесил на руке мешочек и сузив глаза посмотрел на паренька, одетого в короткие шорты и рубаху с коротким рукавом.

– Не иллебом меньше?

– Я не брал! – тут же выпучив глаза, заявил он.

– Но и не пересчитывал ту сумму, что тебе дали.

– Нет! – выкрикнул парень – я не умею считать, – потупив взгляд опуская голову, сказал он.

– Ладно, – миролюбиво сказал Роси.

– Не стой столбом и садись рядом с Тоум, будешь ему дорогу показывать и отвечать на наши вопросы. Только тихо говори, ей нужно отдохнуть перед боем, – Роси аккуратно погладил голову Мари'а через капюшон одной рукой, в другой он держал, что-то непонятное.

– Суть задания вам известна, я же расскажу подробности, прошу не перебивать иначе я могу сбиться и что-то упустить.

– Говорить тихо, – зашипел на него Тоум.

– Мы прекрасно тебя слышим, а её сейчас будить не стоит, – добавил Роси передавая мне предмет, который я у него попросил жестом.

– Хорошо, – зашептал паренёк – всё началось примерно месяц назад, жители заметили, что из окружающих город лесов исчезли все твари, причём поголовно, не видно было даже падальщиков.

– Ого, – тихо шепнул я от удивления, крутя в руках непонятное зелёное яйцо, сделанное из металла, с одного конца которого торчала металлическая палочка, которую можно было выкручивать, к ней же была приделана ещё одна, только плоская, которая шла вниз, повторяя форму палки и яйца. Скреплены между собой эти палочки были шплинтом, на конце которого было кольцо.

Парень же продолжал:

– Это ещё не всё, спустя примерно две недели из лесов также исчезла, вся живность, ни молосса, ни кабанов, вообще никого, даже двуухий заяц перестал показываться, а он как известно водится абсолютно везде и в огромных количествах.

– Херня какая-то, – снова отозвался я, хотя эти слова скорее относились к штуке в моих руках, чем к тому, что сказал паренёк.

– Э-э-э-э, – оборвался на полуслове парень, потеряв нить повествования.

– Ай! – снова воскликнул я, от тычка кулака Тоум, который без проблем дотянулся своей длинной рукой от своего места за поводьями, до почти середины повозки, где сидел я, выронив зелёную штуку из рук+ и поймав её за кольцо, глаза Роси при этом округлились.

– Парень, продолжай, ты остановился на месте, где рассказывал о том, что даже двуухий заяц пропал, – сказал Роси, отбирая у меня штуковину с укоризненным взглядом.

– Да, спасибо, – кивнул он и распрямив ссутулившуюся спину продолжил – естественно, такой расклад никого не устраивал и во все стороны леса были отправлены отряды солдат для прочёсывания. Из шестнадцати сформированных отрядов по пятнадцать человек вернулось только двадцать три из двухсот сорока…

– Фи-и-у-у-у-у… – издал Роси, отвечая жестами на мой вопрос, откуда эта штука – как оказывается, выпала из плаща Мари'а во время припадка.

– О чём и речь, – с горестью опустив глаза продолжил парень – те, кто вернулись, рассказывали странные вещи, утверждали, что твари и живность объединились и атаковали слаженно, прям как люди…

– Что!? – тут уже не выдержал Тоум, и немного вскрикнул, от чего Мари'а заворочалась во сне, но Роси, её быстро успокоил и она продолжила спать, Тоум на это посмотрел с искренним извинением в глазах.

– Ага, – кивнул парень – всё говорили одно и тоже, гоблины на моллосах били по флангам, как конница, гремлины прикрывали их из арбалетов и луков. Также, некоторые утверждали, что видели шаманов гоблинов, а среди гремлинов и молоссов встречались активаторы.

– Вот же блядство! – выругался я, правда шёпотом – ты хочешь сказать, что это безухий устроил?

– Верно. Собрав остатки армейцев, ополчение и подкрепление, которое мы оплатили из соседнего города, градоначальник отправил всех на поиски безухого и они нашли пещеру, к которой мы сейчас и отправляемся.

– Вы предлагаете, чтобы мы вчетвером зачастили эту пещеру?

– Всё верно, – кивнул парень – армейцы, сейчас осели неподалеку от неё и держат оборону, ожидая подкреплений, потому что наших армейцев и ополченцев, уже не осталось, а оплаченные отказываются нападать на пещеру без подкреплений. Их город не может выслать больше, так как тоже испытывает трудности из-за действий безухого, а столичные силы запросили просто баснословную сумму за помощь и её можно было бы выплатить, вот только в городе начинает заканчиваться провизия и деньги нужны для закупки её у других.

– В итоге вы упёрлись в тупик? – спросил Роси подняв руки вверх чтобы проснувшаяся Мари'а могла сесть.

– Да. Поэтому градоначальник решил нанять вас, авантюристов. Слухи о ваших зачистках гоблинов, гремлинов и победы над троллями не остались без внимания. Особенно то, что до вас четверых этим никто не занимался настолько успешно.

– А еще, мы берём меньше, чем армия и только после выполнения задания, что очень удобно для вас, ведь если мы не справимся, то и платить никому не надо, а если всё получится, то ваш город сильно сэкономит, – язвительно заметил Роси, принимая обратно флягу от Мари'а которую он ей до этого дал, отдавая при этом ту зелёную штуковину ей в руки.

Покраснев, парень ответил:

– Ну это, как бы не в этом дело…

– Парень, – грубо перебил его Тоум – мы не идиот, всё понимать, так что не оправдать градоначальник, мы авантюрист, – с гордостью сказал он – мы как раз те, кто заниматься подобным, – а мы трое, сидящие сзади, одобрительно покивали. Парень же на нас смотрел немного удивлённым взглядом.

– Далеко ещё? – прервал его раздумья, отчего то улыбающийся, Тоум.

– Нет, помотав головой, ответил парень – вон за тем холмом с обратной стороны вход в пещеру, но лучше остановиться где-то возле холма, ближе уже опасно.

– Понял, – кивнул Тоум, направляя повозку к подножью холма.

– Так, – спрыгнув с повозки, стоя к ней спиной, сказал парень – на этом моя работа закончена, я отправляюсь в лагерь, помогать армии. Повозку вашу могу туда отогнать, чтобы коней ваших не сожрали.

Он хотел постучать по повозке, что была за его спиной, но его ладонь рассекла воздух. В непонимании он обернулся и ошалелыми глазами смотрел на то место, где ранее стояла повозка с лошадью. Её там не было. Но спиной к нему стояла Мари'а, запахивающая свой плащ.

– Э-э-э-э-э-э-э-э, – с раскрытыми ртом стоял парень, не понимая, что сейчас произошло.

Подойдя к нему, я хлопнул его по спине:

– Рот закрой, муха залетит, – он потряс растрёпанной шевелюрой сгоняя ступор.

– Куда делась повозка? – спросил он у меня дрожащим голосом.

– Мари'а засунула её под плащ.

– Чё-ё? – не верящими зелёными глазами он смотрел то на меня, то на приближающуюся Мари'а.

– Идём, – натягивая на лицо платок сказал Роси – парень иди к армейцам, – в ответ паренёк кивнул и достав меч двинулся на северо-восток – начнём? – с улыбающимися глазами обратился к нам Роси, на что мы, дружно заулыбавшись кивнули, обнажая своё оружие.

***

– Вам не кажется, что охрана входа была маловата? – вынимая копьё из последнего гоблина, поинтересовался я у остальных.

– Есть такое, у меня одиннадцать гоблинов и пять молоссов, – ответил Роси.

– Десять гремлинов лучников, – принимая от Мари'а новую пачку болтов, вынутую ей из-под плаща, подтвердил Тоум.

– Что-то вы ребята расслабились, за те два месяца, что меня не было. Пятнадцать гоблинов и восемь молоссов.

– Ты точно эти два месяца пил? – с прищуренными глазами, торчащими над платком, спросил Роси протирая косу.

– Я не помню эти два месяца, но я скорее поверю в то, что я беспробудно пил, чем в то, что не помню, как два месяца тренировался.

– Мари'а, а что у тебя? – она, сжав кулак разжала только указательный и большой пальцы произнеся «лианг» и пнула труп тролля.

– Эм, я так понимаю у неё два тролля? – уточнил я.

– Я видеть, два тролль выход из пещера, – заряжая арбалет подтвердил Тоум.

– Когда-то мы один на один против них еле стояли, – хмыкнул я.

– Это ты еле стоял, мы тогда справились со своими сами, – язвительно заметил Роси улыбаясь глазами, словно Мари'а.

– Ну конечно же! Я ведь не обладаю непробиваемой защитой и не обладаю неебическим физическим потенциалом, – возразил на это я.

– Да шучу я, шучу, – похлопал меня по плечу Роси – идём, – он поманил всех за собой рукой и скрылся в пещере.

Дальше всё было словно в мясорубке. На нас волна за волной, почти непрекращающимся потоком, бежали твари вперемешку с живностью. Гоблины верхом на моллосах, прикрываемых гремлинами из арбалетов. Среди них попадались, бесхвостые коты, тролли и падальщики в больших количествах. Даже попался один суккуб, которого я с превеликим удовольствием проткнул ни один раз. Я бы так и стоял протыкая его, но волны так и шли, так что времени вдоволь оторваться на трупе у меня не было. С каждым новым метром, за каждым поворотом, на нас кидались, всё большее количество различных особей, работающих подозрительно слаженно, словно их тренировали специально. Но всё это было тщетно.

Авангард любой волны всегда встречал Роси. Он принимал на себя весь их напор и разбивал плотный строй. После чего в дело вступали я и Мари'а. Она кастетами, я копьём, превращали просто в фарш из мяса, кишок и костей, всё что перед нами было. Позади нас шёл Тоум и теперь уже из своего трёхзарядного арбалета поливал арьергард. Его болты били с такой силой, что каждый пробивал три или четыре тела прежде, чем застревал, а так как, на нас бежали плотной толпой, в узких коридорах, он стрелял практически не целясь. «Ба-а-а-м», с таким звуком последний тролль отлетел в стену с дырой в груди от удара Мари'а, глаза её при этом светились от счастья.

– Отдыхаем, – сказал Роси, снимая с потного лица окровавленный платок.

Я практически без сил уселся на пол, точнее на то, что должно было быть полом, ведь там, где прошли мы, его не было видно, из-за сплошного слоя из крови трупов и их внутренностей.

– По идее должна стоять жуткая вонь, – сказал я, принимая флягу от Тоум – но я ничего не чувствую.

– Я тоже не чувствовать, – садясь рядом в месиво, согласился со мной он.

– Не удивительно, – плюхнувшись с брызгами крови и частью чьей-то прямой кишки сказал Роси – посмотри на себя, ты с ног до головы покрыт вот этим, – он похлопал ладонью по жиже, создавая новые брызги.

Оглядев себя и всех, я заметил, что мы действительно, покрыты этим месивом, а одежда пропитана на сквозь. Только у Роси большая часть лица была чистая, из-за платка. С кожаного плаща Мари'а, кровь и ошмётки стекали сами по себе, она единственная осталась стоять в попытке оттереть от крови Янтарь, по камушку которого было вставлено в каждый из её кастетов.

– Похоже впереди нас ждёт основной зал, – оторвавшись от фляги, сказал Роси.

– Раз на нас никто не нападает, значит всех, кто был в пещере, мы перебили, – подтвердил я.

– Ага, – согласился Роси – ни один враг не стал бы давать нам перерыв, во время которого мы могли бы поговорить, разработать план и отдохнуть.

– Пойдёмте, пока мышцы ещё в тонусе, – вставая и закрепляя флягу на поясе, сказал он.

– Чувствую нас в тот зал ждать сюрприз, – вставая опираясь на арбалет, сказал Тоум.

Заняв свои места в строю, мы пошли вперёд. За небольшим изгибом тоннеля оказался зал округлой формы, он чем-то был похож на арену по своей форме и структуре камней на стенах, похожие на места для зрителей, и тот, кто ждал нас в его центре, лишь добавлял схожести.

Его тело состояло исключительно из бугрящихся от силы мышц, кожа была гладкая коричнево-зелёная, вся покрытая глубокими шрамами. Они были по всюду, на руках, ногах и груди, кроме спины. Пока я его разглядывал, он встал и повернулся к нам лицом… Его огромная пасть с торчащими нижними, специально заточенными, клыками улыбнулась.

– ОН, обещал, битву, не соврал, – на немного ломанном общем языке произнёс боевой орк.

Пока он с трудом это выговаривал мы окружили его с четырёх сторон. Орк посмотрел на нас презрительным взглядом, своими маленькими, красными глазами. Взяв с земли два огромных топора, тут же с поразительной скоростью, ринулся на стоявшего позади него Тоум.