Kitabı oxu: «Затонувший звон»

Şrift:

Глава 1. Голос под водой

Ольга впервые услышала колокол в наушниках, когда вокруг стояла абсолютная тишина.

На экране ноутбука ползла зелёная полоса записи. В шесть часов вечера датчик опустили в воду у северного берега Ольховского водохранилища, и теперь он присылал обычный набор звуков: удары мелких волн о трос, отдалённый мотор, невнятный шелест подводного течения. Ольга собиралась закончить проверку до темноты, но ровно в двадцать один четырнадцать поверх шума лёг низкий удар.

Он тянулся долго, будто кто-то задел огромную чашу из металла и оставил её дрожать.

Ольга сняла один наушник. На берегу слышались только ветер и скрип незапертой калитки лодочной станции. Она вернула наушник на место.

Второй удар прозвучал через девять секунд. Третий – ещё через девять.

На четвёртом Ольга остановила запись.

В инструкции к оборудованию не было пункта «колокол». Особенно колокол, который, по словам местных, сняли со старой церкви сорок лет назад.

Она подвинула термос и открыла карту. Синим прямоугольником обозначалось водохранилище, над которым уже стояла темнота. Посреди воды отмечался маленький островок: всё, что осталось над поверхностью от колокольни затопленного села Глубокое. На фотографиях сверху торчала только верхняя часть башни, а когда наступала засуха, показывались два нижних окна.

В этом году воды было особенно мало.

Ольгу позвали из областного центра, чтобы проверить новые гидрофоны перед ремонтом старого водосброса. Она занималась акустическими обследованиями плотин и мостов и привыкла, что под водой всё звучит иначе. За много лет ей встречались «стонущие» трубы, скрежещущие песчаные косы и бетон, который пел от давления. Но такого ровного бронзового тона она прежде не слышала.

На экране снова появилась волна звука. Четвёртый удар оборвался раньше остальных. Затем донеслось что-то похожее на металлический скрип.

Пятый.

Шестой.

Потом тишина.

Ольга записала время и частоту. На всякий случай сохранила второй экземпляр файла.

На лестнице зашаркали шаги.

– У вас свет горит, – сказал мужчина с порога. – Я думал, уже никого нет.

На нём была синяя непромокаемая куртка и резиновые сапоги. В руке он держал длинный ключ от замка лодочной станции.

– Ольга Синицына. Из лаборатории, – сказала она. – А вы?

– Матвей Рудин. Лодки здесь мои. И ключи тоже мои, хотя администрация думает иначе.

Он поставил у двери мокрый мешок и взглянул на ноутбук.

– Услышали?

Ольга повернулась к нему.

– Что именно?

– Звон.

– Значит, его слышно с берега?

– Не всем. С воды иногда. Особенно сейчас, когда уровень падает. Сегодня уже третий вечер.

– Колокол на башне остался?

Матвей фыркнул.

– По бумагам его сняли до затопления. Люди говорят, что утопили. А дед мой утверждал, что он до последнего дня висел на месте. Все трое были уверены, что правы.

Он кивнул на экран.

– Что показывает машина?

– Шесть ударов с одинаковым промежутком. Ни двигателя, ни другого явного источника. Завтра поставлю второй датчик поближе к башне.

– На остров не ездите одна.

– Почему?

Матвей помолчал.

– Вчера Пашка Ласточкин туда ушёл. Лодку нашли у косы. Его самого нет.

Ольга отодвинула чашку с остывшим чаем.

– Заявили в полицию?

– Заявили. Поиски были до заката. Утром продолжат.

Матвей сказал это буднично, но за последние слова словно зацепился языком.

– Он зачем поехал?

– Хотел снять звон. В городе обещали купить видео для праздника. У нас на субботу придумали «Ночь затонувшего села». Фонарики, лодки, экскурсии. Паша хотел снять башню без людей.

– Завтра какой день?

– Пятница.

Ольга посмотрела на карту. Пунктиром через воду шла старая дорога. До острова было меньше километра, но дно резко обрывалось справа от насыпи, где когда-то проходило русло реки.

– Что за коса?

– Когда воды мало, из озера показывается дорога. Сейчас почти у поверхности. Чужие видят её и думают, что могут пройти пешком.

Он подошёл к окну. В темноте вода не отличалась от неба.

– Только дорога кончается раньше, чем кажется.

* * *

В гостиницу Ольга вернулась после десяти. Комната была тесная, с ковром в крупные коричневые ромбы. На подоконнике стоял пластиковый цветок, на стене висела фотография водохранилища летом: гладкая синяя вода, белый катер и маленькая тёмная точка колокольни.

Она прослушала запись ещё три раза.

На четвёртый раз ей почудилось, что после шестого удара кто-то шепнул короткое слово. Она увеличила громкость. Из наушников вырвался треск, похожий на бумагу, которую медленно рвут двумя руками.

Слово исчезло.

В двадцать три тридцать Ольга позвонила коллеге в областной центр.

– Нашли источник? – сонно спросил Игорь.

– Пока нет. На частотах около двухсот герц серия одинаковых ударов. Слышно в воде, с берега слабее. Может, резонанс в старом водосбросе.

– У них тестовый пуск в субботу. Когда откроют затвор, услышишь такое, что любой колокол отдохнёт.

– Какой пуск?

– Для проверки механики. Сроки согласовали. Я же высылал график.

Ольга быстро нашла письмо. Внизу таблицы стояло: «Суббота. 21:00–21:30. Пробное увеличение расхода. Изменение отметки уровня у старой насыпи – до 0,8 метра».

Она вспомнила фотографии вечернего праздника на рекламном плакате: люди с фонарями на узкой полоске суши, ведущий в тёплом пальто, катера вокруг башни.

– Они точно знают про мероприятие? – спросила она.

– Должны. Там местная администрация всё согласовывает.

Ольга не любила слово «должны», когда речь шла о воде.

– Я завтра узнаю.

Перед сном она открыла запись ещё раз. Поставила курсор на конец шестого удара и вслушалась в маленький остаток звука.

На этот раз ей показалось, что кто-то сказал не слово, а имя.

«Паша».

Ольга закрыла ноутбук.

За окном было тихо. Издалека, со стороны водохранилища, пришёл один едва слышный металлический отзвук, которого уже не было ни на какой записи.

Глава 2. Дорога, которая уходит в воду

Утром уровень воды оказался ниже вчерашнего на одиннадцать сантиметров.

Ольга узнала это раньше, чем позавтракала. Датчик прислал очередной пакет измерений в шесть ноль пять, а в семь Матвей уже ждал возле лодочной станции с термосом и двумя спасательными жилетами.

– Ваша лодка? – спросила она.

– Я сказал, что одну вас не отпущу. Слова надо держать.

Он не улыбался.

По берегу тянулась влажная полоска гальки, которая ещё месяц назад была под водой. В камнях застряла ржавая чайная ложка. Дальше лежали сосновые ветки, жестяная банка и колесо от детской коляски. Водохранилище возвращало вещи без всякого порядка.

Матвей оттолкнул лодку багром. Мотор загудел негромко, и станция поползла назад. Низкое солнце било им в глаза.

– Паша занимался водолазными работами? – спросила Ольга.

– Не профессионально. Рыбу ловил, металлолом искал, зимой моторы чинил. Если что-то видит на воде, обязательно сунется посмотреть.

– Вы его давно знаете?

– С детства. Он мне в третьем классе портфель в реку бросил. Я ему после этого целый месяц не давал кататься на велосипеде.

Матвей помолчал.

– Вчера его жена к нам приходила. Сказала, что у него дома весь вечер телефон был на зарядке. Значит, уехал без телефона.

– Почему?

– Может, побоялся намочить. Может, хотел вернуться через час.

Лодка вышла из тихой заводи, и ветер сразу стал жёстче. Впереди поднималась колокольня – высокая серая башня без крыши над нижним ярусом. Окна в верхней части светились небом. Вокруг неё торчали ветхие кусты, выросшие на бывшем церковном дворе.

– Вы оттуда? – спросила Ольга.

Матвей проследил её взгляд.

– Дед родился в Глубоком. Уехал ещё молодым. Потом строили плотину, и его дом ушёл под воду. Он сюда не ездил, даже когда вода отступала.

– Почему?

– Говорил, что хуже всего видеть порог, а двери на нём не находить.

Они обошли остров с востока. Вода там была прозрачнее, и под лодкой проступили прямоугольники фундаментов. Между ними тянулись полосы старой мостовой. Ольга знала, что человеческие постройки под водой обычно выглядят намного меньше, чем ждёшь. Здесь было наоборот: тёмные квадраты раздвигали дно, будто в глубине лежала целая карта.

Матвей заглушил мотор.

– Сейчас снесёт, – сказал он. – Держитесь за борт.

На воде показалась узкая гряда камней. Она уходила к острову и исчезала метров за двадцать до него. На гряде лежал бледно-жёлтый шарф, зацепившийся за корягу.

Матвей втянул воздух.

– Пашкин.

– Уверены?

– Жена ему связала. Он её вечно ругал, что слишком яркий.

Ольга сняла шарф на телефон, прежде чем трогать. Матвей подцепил его багром и положил в отдельный пакет.

– Полиции покажем, – сказал он.

Они подошли к колокольне.

На стене были два ряда отметок воды. Свежая оставалась значительно ниже старой. В трещинах росли крохотные берёзы. До входа оставалось меньше метра по вертикали, но арка была затоплена и заполнена мусором. Подниматься пришлось по выступавшим камням.

Ольга закрепила гидрофон на верёвке и опустила его в тёмную воду у стены. Датчик замигал. Матвей держал лодку у берега.

В этот момент из башни донёсся удар.

Не вечерний, глухой и долгий, а короткий, почти деревянный. Потом ещё два, с неправильным промежутком.

– Слышали? – спросила Ольга.

Матвей кивнул.

Они оба посмотрели наверх.

В пустом проёме колокольни качалась ветка, зацепившаяся за камень. Она не могла издать такого звука.

– Эй! – крикнул Матвей. – Паша!

Ответа не было.

Он уже поставил ногу на узкий выступ, когда Ольга схватила его за рукав.

– Стойте. Камни мокрые. Сначала посмотрим, куда ведёт проход.

Она включила фонарь. Под аркой показались остатки лестницы, уходящей вниз. Вода покрывала несколько нижних ступеней. В стене справа открывалась узкая щель, слишком ровная, чтобы быть трещиной.

– В старых церквях делали такие отверстия? – спросила она.

Матвей наклонился.

– Для каната, может. Колокол же с земли раскачивали.

Ольга приблизила фонарь.

В щели виднелась толстая металлическая цепь.

Она уходила в стену, покрытую зелёным налётом.

* * *

На обратном пути они встретили полицейский катер. Матвей поднял пакет с шарфом, и их попросили подойти к южному причалу. Там уже ждали два человека в серых куртках, женщина с заплаканными глазами и мужчина с маленьким блокнотом.

Женщина быстро подошла к Матвею.

– Нашли?

Он показал пакет, не раскрывая.

– Только это, Надь. У косы.

Она узнала шарф сразу. Смотрела на него дольше, чем на лица людей вокруг.

– Он вчера говорил про какую-то железную лестницу, – сказала она. – Я думала, шутит. Сказал, у башни появился второй вход.

Ольга подняла голову.

– Когда говорил?

– Днём, перед уходом. Ещё сказал, что нашли воду под водой. Я спросила, что за глупости. Он засмеялся.

Мужчина с блокнотом попросил повторить слова. Ольга достала фотографии щели и цепи.

– Там действительно может быть старый технический проход, – сказала она. – Надо посмотреть по планам. И срочно проверить остров с водолазами.

Полицейский кивнул.

– Водолазы будут к обеду. А до тех пор туда никто не едет.

На противоположной стороне площади уже собирали сцену к субботнему празднику. Рабочий подвешивал над растяжкой гирлянду из жёлтых ламп. Внизу большими буквами было написано: «УСЛЫШЬ ЗАТОНУВШИЙ ЗВОН».

Ольга сфотографировала плакат и отправила вместе с таблицей уровня воды местному управлению водохранилища. Через несколько минут получила автоматическое уведомление: «Обращение зарегистрировано».

Матвей смотрел, как женщина с шарфом садится в полицейскую машину.

– У нас здесь каждый год праздник, – сказал он. – Только обычно про рыбу. Нынче решили про старую деревню, потому что башня открылась. Туристы едут, деньги оставляют.

– А завтра вечером воду начнут поднимать.

– Неужели никто не сказал организаторам?

– Вот это я и хочу выяснить.

Он потёр лицо ладонями.

– И Пашу найти. Прежде всего Пашу.

Ольга снова посмотрела на снимок щели. Цепь на нём была натянута. Это было странно: если она служила колокольному канату, ей давно следовало сгнить или ослабнуть. Значит, другой конец удерживало что-то тяжёлое.

И кто-то недавно был возле него.

На камне рядом со щелью отчётливо виднелась свежая светлая царапина.

Pulsuz fraqment bitdi.

2,06 ₼
Yaş həddi:
12+
Litresdə buraxılış tarixi:
10 noyabr 2026
Yazılma tarixi:
2026
Həcm:
36 səh. 1 illustrasiya
Müəllif hüququ sahibi:
Автор
Yükləmə formatı: