Kitabı oxu: «Хлобысь. Стихи для тех»

© Александр Колесник, 2026

ISBN 978-5-0064-7784-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Мелочь

 
Слова зажигают как мокрый снег,
собираем тепло с муравьиных куч.
Кто плюнет дальше того, что я есть,
познает мелочь бренности лет
на обломках громких побед.
 

Пуп

 
Не зная броду
нахальна ряха,
ты мутишь воду,
а я на плахе
считаю молча
секунды мира
и в плане торча
я пуп эфира.
 

Обольщение

 
Сказал себе сегодня да,
вновь обольщению злому вняв,
жизнь заструилась как вода,
со дна пыль грешную подняв.
 
 
Темнеют лики образов,
и восстают из пепла дни,
под свод не правильных богов
зовут беспечности огни.
 

Беременный вторник

 
Беременный вторник
мною и хлебом
тужится, мужится,
но не родит.
Прыгают белочки,
целятся мальчики
в новые щёлочки
девочек-целочек.
Хочется пыхнуть,
да, видимо-слышимо,
уши с глазами
сменились местами.
Так-что, пожалуйста,
вот вам и праздник:
кто поперхнулся,
а кто навсегда
совсем удивился
раскрытой любви
нарывом на коже
сомнительных нот:
восьмой и девятой.
Действительно точно
сказал звездочёт,
что будет однажды
беременный день,
который родит,
потужившись вдоволь,
большую идею
в начале недели.
Брюхата среда —
вот новая тема,
а белочки прыгают,
мальчики ждут.
 

Наум

 
Мне на ум пришло.
Постояло и ушло.
 

Слово-птица

 
Слово-птица
славно мчится
словно рыцарь
или жрица.
 
 
Вечер чёрен
рядом с морем,
горы горя
грозно вторят.
 
 
Молят волю:
мало соли,
милой доли,
вялой боли.
 

Лень

 
Грустно как-то:
светит солнце,
пляшет ветер,
длится день.
Рядом что-то
для чего-то,
для другого
просто лень.
 

Круговерть

 
Крылья твердеют в рога,
мир сатанеет, а зря,
ёршик в уборной цветёт,
медленно пламя не спит.
Греется льдом сумасшедший,
мы разменялись на я,
ошибка двухтысячной смерти,
солнце напилось в зенит,
время стремительно ждёт,
многозначительно лгут телефоны,
дома нет никого,
жадный закон не даёт.
Всё это где-то там,
всё это где-то тут.