Kitabı oxu: «Потерявшиеся в грёзах»

Часть 1

Пролог

Вы попробовали представить себе другую реальность? Но именно не другой мир, а реальность. Наверняка каждый это пробовал, всем хотелось о чём-то помечтать. Начиная от обычных желаний отдохнуть от работы или учёбы где-нибудь на море и кончая тем, где вы врываетесь, как Джеймс Бонд, и разносите всё в пух и прах. А вполне можно всё это совместить. Что может помешать секретному агенту после удачного шпионажа пойти понежиться на солнце или отвести душу с друзьями, в данном случае воображаемыми? Только вот что если о таком мире можно не только мечтать, но и попасть в него, чувствуя себя абсолютно нормально, и выйти из этого мира, понимая, что это не сон, а полноценная другая реальность? Пока Андрей шёл по улице к дому, думая об этом, мимо него пронёсся какой-то автомобиль марки Volkswagen. Лёгкий ветерок, обдувший его после проезда машины, немного улучшил самочувствие. Санкт-Петербург не славится хорошим климатом, для многих его вечные дожди и скрывшееся за облаками солнце не являются хорошей перспективой, чтобы жить здесь. Но это очень стереотипное мнение, если в культурной столице наступает жара, то пиши пропало. Вы будете жариться даже в самом тёмном углу своего дома. По пути домой он заскочил в магазин, прикупил продуктов на ужин, и больше ничего не держало его на этой сковородке из старых домов и новых многоэтажек. Придя домой, захотелось пить. Воды не было. Пейзаж в кухонном шкафу был также не впечатляющий, разве что «Принцесса Нури» была рада приходу хозяина квартиры. Честно говоря, дрянной чай, но если после заваривания ему дать остыть, потом остудить в холодильнике и добавить дольку лимона, получается не хуже магазинных вариантов. Этим Андрей и занялся, попутно загружая продукты в холодильник и рассовывая по полкам. Закончив своё маленькое путешествие по кухне, Андрей лёг на свою кровать. Ничего в такую погоду не хочется. Заказов по работе у него не было. На улицу выходить – мрак. Разве что книжечку почитать.

Где-то после трёх часов чтения Андрей пошёл посмотреть, что там творится с его чаем в холодильнике. Ледяной чай будто царапал горло своей низкой температурой. «М-да, передержал». Но после этого он облегчённо вздохнул. Что же, теперь можно и в другие миры податься. Достав корм и бросив его в кошачью миску, он заглянул в ванную. Там из темноты на него уставились пара зелёных кошачьих глаз единственной сожительницы. Кошка у него была пушистая, ей было ещё жарче, и в такую погоду она всегда пряталась в ванной, потому что там было прохладнее всего. Улыбнувшись ей в ответ, Андрей вернулся к себе и лёг на пол. Закрыв глаза, он представил, как его тело буквально переворачивается и его голова находится там, где лежали ноги, а ноги – там, где была голова. Представляя это, нужно самому в это поверить, попробовать представить, как ты смотришь на себя сверху. Поверить в то, что стул, стоящий у твоих ног, на самом деле рядом с твоей головой. Не ограничиваясь комнатой, нужно дальше, мысленно пометавшись по квартире и так же переставляя все объекты, будто отражая их в зеркале, а потом на улицу, делать это как можно дальше, максимально напрягая своё воображение, стараясь делать всё детализировано и ни в коем случае не открывать глаза. Потом потеря сознания, будто от компьютера в его голове резко отсоединили шнур питания.

Будоражащий холод. Очнувшись, всегда немного кружится голова, Андрей встал, посмотрел вокруг. «Моя комната, на первый взгляд ничего необычного». Но всё вокруг было именно так, как он себе воображал. Так, надо проверить это место на «нереальность». Представив горящую спичку, он удалил из воображения саму спичку, оставив только сам огонь. Дальше он представил, как под этим огнём находится его указательный палец левой руки. Открыв глаза и посмотрев на свой палец, он увидел над ним огонь.

«Прекрасно, – сказал Андрей себе, – я внутри мира, созданного моим воображением».

Глава 1

Прогулявшись немного по дому, который теперь был до отказа заполнен едой и водой, я вышел на улицу. Стояла ночь. Ночь, которую можно было легко сменить на день, поиздеваться над погодой и температурой. Знаете, какой классный погодный коктейль выходит, если в 30-градусную жару начинает падать прохладный снег? Но сейчас не стану я ничего менять, пока и так хорошо. Ладно, пока я тут, надо осмотреть свои владения. Представив себе жёлтый Chevrolet Camaro 1967 года, я сел за руль и поехал кататься по пустому ночному Питеру. Вы бы хотели оказаться в полностью безлюдном на некоторое время городе и покататься по нему? В реальной жизни у вас этого не выйдет, а тут можно всё. Я проезжал по знакомым мне улицам, но здесь всё было наоборот расставлено. Даже ветер будто дул немного иначе. Хорошо хоть я управление мог сохранить, когда я поворачивал руль вправо, машина туда и поворачивала. Я бы мог и всё остальное расставить по местам, но почему-то не хотелось. Побывав на автомобильных выставках, я не раз видел эту машину или поздние её версии и потому хорошо представлял, даже рёв двигателя был похож на настоящий, но немного под мой вкус подкорректированный. Оказавшись около Финского залива, я остановился и, после того как заглушил мотор, побежал сёрфить, волны позволяли, ведь я контролировал скорость и размер. И, конечно же, на пляже уже лежала в ожидании моя доска. Подхватив её и забежав в залив, я почувствовал, как меня обдало будто слегка подогретой в ванне водой. Всё было как я люблю: тёплая вода, хорошие волны, я ни разу не падал с доски, а трюки выделывал не хуже профессионалов в этом спорте. В общем, всё было совсем нереалистично. Вдоволь насладившись сёрфингом, я снова сел в машину и поехал кататься дальше. Иногда я пробовал оживить свой город. Не потому что мне не хватает людей, это как раз наоборот, я сюда и приходил из-за пустоты, просто ради спортивного интереса. Но, к сожалению, у меня не получалось, все люди получались с мышлением как у роботов. Может, чуть получше, только была ещё одна проблема: если я пытался вести диалог, они всегда говорили то, что мне хотелось, и у меня никак не получалось решить даже этот вопрос. То ли понимания других мне не хватает, то ли просто воображения…

Проезжая по моей копии Смольной набережной, я заметил тёмное пятно над водой Невы. Остановившись, я присмотрелся. Это маленькое недоразумение в моём мире имело овальную форму, и в него спокойно мог пройти человек.

– Только этого мне не хватало, – недовольно пробубнил я и вышел из машины.

Это был проход в чужое сознание. Видимо, какой-то смельчак решил открыть доступ к своему мозгу и зовёт всех таких же странных, как и он. После сделанного мной щелчка пальцами из-под воды поднялся деревянный мост. Он был создан на скорую руку, потому материалы и конструкция были самые простые. Кончался он как раз у открывшегося прохода, а не на другом берегу Невы, да ещё и скрипел под ногами, когда я пошёл по нему к этой бреши в моём сознании. Подобные случаи на самом деле крайняя редкость. Открываются чаще всего новичками по незнанию или не очень дружащими с головой людьми. Из адекватных людей никто не захочет, чтобы вламывались в его мозг. Что-то инородное и в теле-то неприятно чувствовать, будь то даже маленькая заноза. Здесь из-за ощущения, что этот объект в твоём сознании, мне это ощущение кажется ещё более неприятным, но некоторые со мной не согласятся. Смельчаков, кто рискнёт принять такое приглашение, тоже немного. Так как если ты зашёл в чужое сознание, ты там как гость и ничего не можешь создать сам. Я вспомнил, как когда-то рискнул зайти в такой круг и попал в сознание пятилетнего мальчика. Пришлось побегать там от оживших солдатиков и быть сбитым игрушечным паровозом. Сам же он всегда ходил в военной форме, наверное, в реальности мечтал стать военным. А когда наступила ночь в сознании того ребёнка, там были все современные ужастики. Начиная от различных «бабаек» и «домовых», что ему рассказывала бабушка, до конца света. Только через несколько суток я смог доказать ему, что не являюсь плодом его собственного воображения, предложив посетить ему мой мир. Он сначала посчитал что это всё тоже его, только когда понял, что ничего не может тут «нафантазировать», он мне поверил. Но мне тогда явно повезло, что парень оказался неплохой. Только позже я открыл для себя, что могу аккумулировать в себе энергию, периодически видясь с тем пацаном и захаживая в гости. Но потом он перестал выходить на связь, наверное, стал более осторожным. Ну и правильно, в чём-то ему тоже явно повезло, что к нему пришёл именно я, а не кто похуже. Отвлекшись от воспоминаний, я посмотрел на это чудо. Рисковать мне совсем не хотелось, и подобно пластырю, который налепили на рану, я залепил этот проход недостающим куском пейзажа, который он занял. Будто картину повесил на это место. После сделанных мной пары шагов в обратную сторону раздался взрыв, и ударной волной меня выбросило в реку вместе с обломками моста. Искупавшись в моей воображаемой Неве, я влез обратно на набережную и застыл. Проход висел на том же месте! Впервые в моём сознании что-то происходит без моего разрешения. Когда я раньше закрывал такие проходы, они более не появлялись, но этот принципиально висел на том же месте. Я даже машинально стиснул зубы от недовольства. Хорошо, попробуем по-другому. Я сел на одно колено и приложил ладонь правой руки к асфальту. Вокруг ладони стало образовываться пятно, наливающееся желтизной, а из-под земли пошли лёгкие толчки. Чистая энергия, из которой был соткан весь мой мир, как паутина из золотых нитей окружала мою руку, начинала виться по ней будто растение. Что же, попробуем так. Я собрал эту паутину в пучок, точным броском накинул её на уже приевшуюся дыру и, потянув за оставшиеся в руках концы, начал сдавливать её. Сначала мне казалось, что я побеждаю, проход начал уменьшаться, но через несколько секунд он принял сферическую форму и, покрывшись лезвиями как у бензопилы, разрезал мою паутину. После того как все мои ниточки пали и впитались обратно в мироздание этого места, проход из чёрного шарика с шипами превратился обратно в чёрную дыру. Я смотрел на этот проход, пытаясь придумать, что делать дальше. Автор моей проблемы сам в гости идти явно не хочет, уже давно бы появился, потому в теории я могу сейчас просто уйти обратно в обычный мир. Но это нежелательный вариант, ведь тогда ко мне безнаказанно могут прийти незваные гости. Как бы мне этого не хотелось, но придётся принять приглашение самому. Только вот нельзя идти в гости с пустыми руками. Некрасиво это. Я снова присел к асфальту. Придумал себе небольшой рюкзак, закинул туда пару бутербродов, газировку. И ещё, надеюсь, что мне это не пригодится, но защита не помешает, я взял появившийся на асфальте нож и закинул его в карман. Возведя новый мост, уже покрепче из камня, который более правильно вписывался в архитектуру, я подошёл к проходу, мне не хотелось туда идти, но ничего лучше я придумать не смог, поэтому просто шагнул в него.

Глава 2

Обычно в фильмах или книгах такие проходы предоставляют мгновенное перемещение из одного места в другое, правда в таком случае их называют скорее порталами. В этом мире приходится пройти некоторое расстояние, прежде чем ты выйдешь в другое сознание. Длина проходов также может изменяться в зависимости от того, сколько стараний к его созданию приложил владелец. Этот явно был сделан халатно. Расстояние было не очень большим, но качество пространства внутри прохода страдало, я шёл по какой-то чёрной жиже, мои ноги в ней даже немного утопали. Ладно, пока я здесь и ещё не вошёл, надо нанести маскировку. Я не хочу, чтобы владелец того мира сразу узнал мой настоящий облик, свои волосы я сделал чёрными и длинными, как обычно делают рок-музыканты, у глаз сделал зелёные зрачки. Выход из коридора уже виднелся, но, похоже, там тоже было темно, свет был очень тусклый, значит, в сознании пригласившего меня сейчас ночь. Пришлось потратить небольшую часть взятой с собой энергии на фонарик. Золотые нити в правой ладони сначала приобрели форму простенького китайского фонарика с кнопкой на торце и потом окрасились в чёрный. Нажав на кнопку, я увидел свет от фонарика, но поверхность была абсолютной чёрной, и его лучи не отражались. Вроде всё работает, через пару шагов близился уже выход. Так, какой у меня план? Если всё пойдёт мирно, надо разузнать, что это за проход такой, как его создать, ну и по возможности попросить его хозяина или хозяйку не стучаться так больше в моё сознание. Если всё пойдёт не очень гладко, то надо будет скрыться и попытаться провесить коридор обратно к себе. Что ж, смелее Андрей. Я вышел из прохода, как и ожидалось, стояла ночь. Кругом меня окружали частные дома и изредка многоэтажки, и то только на 3 этажа. В этом мире не было ровных улиц, дома были разбросаны в хаотичном порядке, а узкие дорожки между ними превращали всё окружение в лабиринт. Я и не сразу заметил, как мой рюкзак стал немного более тяжёлым, чем был до этого, моя власть закончилась, теперь я гость. Прямых дорог практически не было, здесь, как в лабиринте, постоянные повороты, и не очень понятно, куда идёшь. Через некоторое время моего блуждания вдалеке раздался небольшой хлопок. Было похоже на звук дверей закрывшегося лифта, значит, закрылся проход. Немного заиграли нервы – значит, хозяин не хочет отпускать меня просто так, свой коридор пока провешивать бессмысленно, долго поддерживать я его не смогу, а разузнать, кто так настойчиво приглашал меня к себе, стоило бы. Доедая один из бутербродов, я зашёл в трёхэтажный дом. Он очень напоминал панельные советские дома, внутри кроме лестниц, поднимающих тебя на этажи, и пустых квартир ничего не было. Будто всё это было просто подготовлено для заселения людей, дверные проёмы тоже пустые, какую хочешь дверь поставить, такую и делай. Такая же картина была с окнами. Поднявшись на самый верх по лестнице, я оказался на крыше и стал осматривать окрестности.

Вид не особо впечатлил, этот мир был достаточно мал. Через километр другой уже виднелись его границы, тёмная пелена будто водой окружала этот остров для заселения. Внутри острова картина оставалась такой же: либо маленькие домики, либо ещё несколько таких же трёхэтажных домов. Я стал присматриваться во дворы частных домиков. На дороге между такими домами я увидел силуэт, похожий на человека. Лежал этот силуэт прямо на земле. Не понятно, то ли ему было плохо, то ли он спал, все люди, забредающие в такие миры, странные, потому меня это даже не удивило. Запомнив маршрут туда, я спустился с крыши по лестнице и пошёл в сторону этого силуэта. Подойдя ближе и встав за углом, я направил свет фонарика на тело. Лежала девушка, светлые волосы, разодранное в районе лопаток пальто цвета кофе с молоком и никак не сочетающиеся с ним зелёные кроссовки.

– Девушка, вы в порядке?

Без ответа. Подойдя к ней, я присел рядом и попытался её потормошить, ноль реакции. Когда я её немного повернул, я даже не успел обратить внимание на её лицо, увидев под ней лужу той самой чистой энергии, очень похожей на мою. Золотая, только вместо сформировавшейся паутины эта энергия текла как обычная лужа. Испугавшись, я отошёл от неё и огляделся. Рядом никого не было. Сердце или то, что выполняло его функцию в этом мире, начало резко стучать. Тут только 2 варианта: в лучшем случае девушка ещё без сознания, в худшем – она уже мертва. Я быстро подскочил обратно и продолжал её тормошить, нервы были на взводе. Она не хозяин этого мира, ведь он бы тогда исчез вместе с ней. Так, что делать?! Что делать?! Может, оттащить её к себе? Бред, мне не хватит сил для этого, но отнести её в другое место, пока меня с ней не обнаружили, стоит. Когда я попытался взять её на руки, из-под её пальто вывалилась трубочка, с которой стекала струйка энергии. Стало очень холодно, я смотрел на эту трубочку, понимая, в какую ситуацию я попал.

Резкий удар по голове, и я упал рядом с ней. Следом острый как игра предмет проткнул мою спину. Было не очень больно, сейчас во мне было достаточно сил, чтобы глушить болевые ощущения, но нахлынуло чувство, будто мою духовную и физическую силу просто выпивают. Очень не хотелось вставать, а просто лежать. Лень усиливалась с каждой секундой, соберись, Андрей, рано тебе ещё свою жизнь терять от опустошения изнутри. Я не знал точно, что будет с тобой в реальности, если умереть здесь или даже в моём собственном сознании, но проверять не хотелось. Потерять все силы в своём мире не так страшно, тебя просто выкинет в реальность, а там ты будешь очень вымотанным. Ладно, хватит уже думать, было очень тошно. Вытащив нож, я полоснул по телу, которое было сзади меня и так сильно прицепилось. Раздался крик, этот удар был рассчитан больше на испуг и удивление, чем на реальный урон, всё же победить хозяина в его же мире практически нереально. Тягостное чувство исчезло, я вытащил предмет из своей спины, это оказалась такая же трубочка, как была в спине той девушки. Враг был полностью в чёрной мантии, закрывающей всё тело, и под капюшоном вместо лица была просто тьма. Как и ожидалось, ран уже не было. Он быстро их исцелил, наверное, даже не тратя сил. Я встал, закрыв собой девушку.

– Зачем ты это делаешь? Известно же, что если начинаешь пить чужую энергию, то очень плохо вырабатывается своя. Уже вон сколько дел натворил, – это был блеф, подобной информацией я не обладал, но надеялся уладить всё мирно, стараясь показать себя более осведомлённым о правилах этого мира.

Гробовое молчание, он хоть бы ответил что-нибудь. Вдруг в правом рукаве его мантии появился топор. В другой его руке появилась трубка, он вытянул мне навстречу обе руки и хрипящим голосом, наверняка так замаскированным, сказал: «Выбирай».

– Из чего мне выбирать? Что ты меня либо зарубишь, либо выпьешь? Мне, конечно, страшно, но не до такой степени, чтобы выбирать, как мне умереть, – с усмешкой ответил я ему и встал на изготовку. Убийца убрал трубку и пошёл на меня.

Это было как в кино. Там же всегда показывают, как дерутся два человека с помощью приёмов из разных боевых искусств. Так же и тут, в реальной жизни весь мой боевой опыт сводился к паре драк в ранней школе, а уж с ножом я только на кухне баловался, пока резал колбасу. Но это же фантазийный мир, хоть и чужой, но фантазийный. Вот он пытается ударить меня топором, а я как в матрице уворачиваюсь от удара, пытаюсь контратаковать, но он блокирует мой удар, как какой-то Джеки Чан. Но драка меня выматывала, он постоянно атаковал и несколько раз меня задел. Капельки моей энергии, вытекавшие из ран, попадая на землю, тут же впитывались, а его атаки за счёт этого становились ещё быстрее. Думаю, девушка его пока не интересует, выпита она почти насухо. Его интересует сейчас моя персона, и он последует за мной. Я побежал на другую улицу, оборачиваясь назад, я видел, как он преследует меня. Так, ещё поворот, 100 м и направо, потом ещё куда-нибудь. После ещё пары поворотов его уже не было на хвосте. Встав, я облокотился на стену одного из домиков. Внутренний голос кричал мне быстро открывать свой проход, пока есть силы, и бежать, бежать отсюда. Я пытался найти факты того, что девушку уже не спасти, видимо, она сначала выложила все силы на борьбу с проходом в своём мире и, придя сюда практически пустой, попала в аналогичную ситуацию. Неужели врагу тоже понадобилась передышка? Наверное, а то вряд ли я бы от него так просто смог убежать. Выпив бутылку воды, я бросил её прямо на землю, что оказалось самой моей крупной ошибкой. – Идиот», – прошипел я, она же как сигнал о твоём местоположении. Бутылка впиталась в землю, мир затрясся, и моё место начало наклоняться. Дома, находящиеся прямо перед мной, начали исчезать, образовавшаяся пустая улица вела меня прямо к тому месту, откуда всё началось, а там стоял тот самый человек в мантии с топором в руке. Плита земли наклонилась ещё сильнее, пытаясь меня скатить в то место, как игрушечную машинку в гараж. Я ухватился за стенку одного из оставшихся домов и повис. Но этого надолго не хватило, он отключил здесь одну из составляющих физики – силу трения. Стенки и земля стали скользкими как лёд, и я будто с горки покатился туда, набивая по пути себе ссадины на всяких неровностях. Посадка была относительно мягкая, хотя ногам было неприятно, в тот момент, когда я приехал прямо под его ноги, сила трения включилась обратно. Он сел на меня как боксёр, собравшийся добивать лежащего противника, выхватив нож из моих рук, он выбросил его в сторону, и будто стекло тот разбился на мелкие кусочки. Замах топором, перехватив основание рукояти руками, я отвёл его в сторону, и он воткнулся в землю рядом со мной. Это были последние резервы моих сил. «Сдаюсь на твою милость, ты победил!» – мои руки упали на землю, и трава сразу же сковала их как наручниками. Будь бы это всё в реальном мире, я бы, наверное, сейчас орал и молил о помощи, здесь же можно даже в самых опасных ситуациях контролировать эмоции. Видимо, из этого мира я уже не выйду. Он отпустил топор, во мне затеплилась маленькая надежда, в теории открыть коридор я ещё смогу. Но это была ложная надежда, я даже не заметил, как у меня в шее снова оказалась трубка, он начал пить. Пить саму мою жизнь, тело немело, в голове становилось холодно. Моя энергия текла по этой трубке, как сок из коробки. Как он так целенаправленно направил свой проход, неужели он просёк меня в реальной жизни? Я не смог больше поддерживать маскировку, мои волосы стали короткими и русыми, а глаза вернули себе карий оттенок. Он даже сделал паузу в своей трапезе и начал рассматривать меня. Опять шорох, звук, как проникает в тело что-то острое, и фонтан энергии полился из него. В сей этой суматохе я увидел ту девушку и раненый прокричал: «Ай, сволочь». Он свалился с меня на землю и начал пытаться заткнуть рану. Желание выхватить трубочку и начать пить его меня одолело, я кое-как поднялся, выхватил трубку и вонзил ему в живот. Схватив меня за горло, когда я уже собирался пить, девушка прокричала: «Нет, бежим отсюда». Я посмотрел на неё и ответил: «Увы, но я уже даже проход не в состоянии открыть». «Тебя никто и не просит», – каким-то приёмом из дзюдо, наверное, она перекинула меня через себя, и я влетел в проход, следом прыгнула она.

Глава 3

Уже в который раз я убеждаюсь в том, что всё гениальное просто. Казалось бы, открыл проход под собой, а на его конце сделал притяжение. Я летел по тёмному как ночь тоннелю и пытался высмотреть эту девушку, вроде она прыгнула за мной, но в этой кромешной тьме я её не видел. Остатки страха начали отступать от меня, я повернул голову в полёте и посмотрел вниз. Там было что-то синее. Сверху я услышал её голос: «Сгруппируйся». Испуг, я опять повернул голову, но девушки видно не было. Так, она всё же успела. Я вылетел из тоннеля спиной вниз и увидел чистое солнечное небо, а следом плашмя упал в воду. Остатки воздуха буквально выбило из меня, как пыль из ковра, запустив на их место очень солёную морскую воду. Увы, я не мог гасить уже свою боль, поэтому я бы закричал от неё, будь бы такая возможность под водой. Вот зачем мне надо было сгруппироваться. Кое-как мне удалось всплыть, спина жутко горела, вынырнув, я начал глотать воздух, зачем она тут воду сделала? Успокоившись и отдышавшись, я начал осматриваться. Пейзаж напоминал эдакий женский рай, позади меня был берег из песка, только вот вместо пальм там стояли обычные ёлки и небольшой домик, расположенный прямо на воде. Пока я любовался пейзажем, рядом послышался ещё один удар об воду, только он был совсем слабым, девушка нырнула в воду по всем правилам. Я лёг на воду, распластавшись звёздочкой, и сконцентрировался на том, что надо избавиться от боли в спине. Подо мной начался какой-то шум, нечто вырывалось из глубины, мгновение, и прямо подо мной вынырнула моторная лодка, сразу подхватив меня на борт. Скатившись на заднее сиденье, я еле удержался в лодке.

– Я же сказала тебе, сгруппируйся! – выкрикнула девушка, сидя в кресле за штурвалом. Красный тканевый салон будто впитывал с нас всю влагу, за считаные секунды вся моя одежда стала абсолютно сухой.

Вздохнув, я ответил:

– Бывает, я просто сразу не понял зачем.

– Вот и получил, – с насмешкой ответила незнакомка. Мне стало очень любопытно, кто она, я захотел было перейти на ближнее сиденье рядом с ней, но она резко дала газу, что я почти чуть не вылетел из лодки.

– Все разговоры, когда прибудем на берег, – протараторила она.

Поняв, что мне пока ничего не светит, я прилёг на своём сиденье. Шоковое и устрашённое состояние от этой ночки начало отступать. Всё хорошо, мы оттуда убежали, тот странный тип будет залечивать раны ещё где-то пару дней, и в чужие миры он не сунется сам. Я закрыл глаза. Где-то через пару минут двигатель заглох, и я услышал шаги по песку. Встав, я вылез из лодки и посмотрел на неё. На голове у девушки появился пакет с прорезями для глаз.

– Ну это как бы нечестно, – с тоской сказал я, – кроме моего обличия, ты и техники мои видела. Проигнорировав моё высказывание, она пошла к дому, но через пару шагов рухнула на колени. Это ещё что за номер? Потом я понял. Андрей, ты снова ступил, она же в ноль сейчас по силам, а ещё эта лодка… Я побежал к девушке и, присев, развернул её к себе, пакет уже исчез. На его месте было немного загоревшее лицо, маленькая родинка на щеке около левого края губ, которые были без намёка на помаду. И всё те же белые волосы стелились по песку. Закончив осмотр, я хотел было легонько начать её тормошить, но упирающийся в мой живот складной ножик продемонстрировал, что она в этом не нуждается. Подняв веки, под которыми скрывались серого оттенка глаза, она сказала:

– Я поражена твоей легкомысленностью. Вот так просто ты взял и подставился.

– Я подставился ещё в тот момент, когда зашёл туда. Кстати, ты такая же недальнозоркая, судя по тому, в каком состоянии я тебя там увидел, ты сильно не готовилась к обороне.

Незнакомка отвела взгляд, будто бы смутилась.

– Согласна, я тоже ошиблась.

Я хотел было сказать о том, что жива она благодаря моей легкомысленности, но, увидев ее нахмуренный вид, не стал. Да и к тому же рядом с животом у меня был ещё один весомый аргумент, который буквально говорил: «лучше не надо, Андрей».

– Мы с тобой оба поступили не очень умно, – продолжила девушка, – но и благодаря друг другу мы сейчас тут, а не выпитые до дна в мире этого чокнутого.

Она даже решила немного отодвинуть свой нож, хотя острие так и смотрело мне в живот. Улыбнувшись, хотя эта улыбка явно была не к месту, она сказала:

– Так зачем ты туда пошёл?

– Увидел проход и просто взял и пошёл, – решил разыграть дурака я.

– Неа. Ответ неверный – это раз, во-вторых, ты мне не должен говорить, я хочу, чтобы ты прокрутил воспоминания.

– Да ты с ума сошла! – не выдержав такой наглости, выпалил я. – С какой это стати я должен тебе показывать всё это? Уж я тебе и сбежать помог, и тут проблем не вызываю, а ты тычешь мне ножом в живот и выставляешь тут свои требования.

На неё, видимо, нашла паника, и она тоже повысила тон.

– Извини, конечно, но после произошедшего я ни в ком не уверена, так что действую как могу. Не забывай, что ты сейчас обессиленный и находишься на моей территории. Не волнуйся, если ты мне покажешь, как всё было на самом деле, я уберу ножик и ничем тебе не наврежу. Так что будь хорошим мальчиком и сделай как я прошу.

– А если нет?

Я понял, что ещё немного сил у меня осталось и проход я открыть сумею. Девушка начала буравить меня взглядом, и, покосившись, я заметил, как она ещё отодвинула нож, чтобы, видимо, с большей силой его в меня всадить, в этот момент я отпрыгнул от неё и побежал.

– Дурак! – донеслось мне вдогонку.

Сделав десяток шагов на беге, я сконцентрировался, представил себе проход и влил все силы, чтобы он был как можно короче. Плевать на качество, главное – длина и чтобы пройти можно было. После этого я его представил в 2 шагах от себя и прыгнул. Почувствовал лёгкий импульс сил и прыгнул.

Песок не самая вкусная вещь, а когда он перемешан с досадой и непониманием происходящего, то вообще мерзко. Лёжа животом не песке, я поднял голову. Проход не открылся. «Почему??!!» – кричал мой внутренний голос. Ведь можно же открывать проходы в других мирах, но его не было. Складывалось ощущение, что все решили сегодня сломать мои и без того небольшие представления об этом мире. Подняв меня за шкирку и перевернув на спину, незнакомка села на меня. Масса у неё была такая, будто на мне оказалась статуя из гранита. Это было просто невыносимо. Я почувствовал себя таким жалким, что стало даже стыдно за себя. Приставив указательный палец к своему подбородку и сделав задумчивый взгляд, она сказала:

– Ну зачем молодому красивому парню так себя калечить? Почему нельзя было мне поверить и сделать как я прошу? Я же ведь не Баба-яга и варить тебя в котле бы не стала. Ты бы всё показал, я бы спокойно убрала ножик и тебя отпустила, может быть, даже подружилась бы с тобой, но ты так всё усложнил. Все парни такие дураки или ты один такой? Может, попробуешь ещё раз выполнить мою просьбу?

Настроение стало паршивое, сначала меня чуть не прикончил психопат, теперь вот эта меня мучает. Очень невезучая на сей раз фантазия. Хотя, несмотря на всё происходящее, во мне начало просыпаться любопытство, захотелось разобраться в происходящем.

– А разве у меня есть выбор? Не послушаюсь, ведь действительно в котле сваришь.

На её лице появилась тень улыбки.

– Тут я всё могу, но вредить тебе не хочу пока что. Я даже нож уже рядом с тобой не держу.

Фраза про нож звучала так себе, учитывая, что она его может создать за доли секунды заново и вонзить в меня или стать настолько тяжелой, что раздавить меня. Вариантов, как меня убить, у неё было бесчисленное множество. Я с досадой ответил:

– И на том спасибо.

Подняв руку и приложив её к своей голове, в памяти я вырезал кусок начиная от того, как я заметил этот дурацкий проход, и до того, как я в него шагнул. Сделал я его в виде пергамента и передал ей.

– Оригинально.

Взяв свиток из моей руки, она раскрыла его и начала смотреть. Я смотрел на неё, в одном моменте она хихикнула, видимо, моё падение в Неву ей понравилось. Потом её лицо стало очень удивлённым, и она, прищурившись, покосилась на меня. Получив обратно свиток, я быстро его растворил в своей памяти.

– Андрей, я так понимаю, ты когда научился так работать с фантазией?

– Если ты имеешь в виду то, как я пытался сжать проход собственной силой, то, наверное, где-то через месяц после того, как начал осваивать этот мир. В целом занимаюсь этим года два, может, меньше.

Часть 2

Пролог

В помещении было очень темно. Осмотревшись вокруг, я увидел огромные ворота. Они были расписаны странными узорами, как старые ковры, висевшие на стене практически в каждом доме СССР. Только цвета были другие, сами узоры были фиолетовыми и будто светились изнутри. Вершины этих врат я не видел, они уходили далеко вверх. Поверхность ворот была шероховатая, постоянно цеплялась за одежду. Стены были каменные, но при этом их цвет был тёмно-коричневый, что ли, они были абсолютно гладкие. Просто монолитная стена, уходившая вверх и в две стороны от ворот куда-то во тьму. Я подошёл к воротам, потрогал их. За ними что-то было, что-то, что перевернуло бы мою жизнь. Я начал их толкать, но они не сдвинулись. Конечно, один человек не мог бы своими силами открыть такие исполинские ворота, но я пытался, мне хотелось их открыть. Я пробовал снова и снова, бился и бился над ними. То просто толкал, то пытался выбить их, разгоняясь и врезаясь в них плечом, пинал ногой, все попытки впустую. В конце концов, я просто упал обессиленный и закричал: «Впустите меня!». Крик постепенно переходил в стон, а я просто лежал у этих ворот. Потом, закрывая глаза, я заметил частичку света и, открыв их снова, пробудился.

Глава 1

Автобус тряхнуло на колдобине, из уха вывалился наушник, а в глаза светило солнце. «Снова этот сон», – подумал я. Целый год иногда у меня появляется один и тот же сон, как я пытаюсь открыть какие-то ворота. Всё это началось после моего попадания в аварию год назад. Каким-то чудом я выжил, но частично утратил память. Некоторые эпизоды жизни были как в тумане, в том числе я так и не вспомнил, куда и зачем ехал в тот день. Периодически мне снится этот сон, то раза два или три в неделю, то реже, самый длинный перерыв между этими снами был месяц. Глупо, конечно, считать сны, но когда один и тот же сон тебе периодически снится, то, я думаю, многие начали бы задумываться по этому поводу и вести определённую статистику. Я бы мог особо внимания на это и не обращать, мало ли что с психикой человека делается после потрясений. Проблема в том, что если после сна человек просыпается отдохнувшим, даже если это был кошмар, то после этих снов я ощущаю себя измотанным. Будто мне не снилось, что я пытаюсь открыть эти ворота, а я действительно это делал, как бы глупо это не звучало. После этой аварии со мной произошли некоторые перемены, я стал пытаться больше взаимодействовать с людьми, пытаться общаться, найти кого-то близкого по духу, хотя раньше я в этом особо и не нуждался. Меня что-то толкало на эти действия, вот и сегодня я ехал веселиться к своему другу Максиму, с которым познакомился при моей аварии. Именно он, проезжая мимо, остановился, вытащил меня из машины и вызвал скорую. Он как-то навестил меня в больнице, мы хорошо пообщались и подружились, вот сегодня я ехал к нему и его друзьям. Катаюсь я теперь исключительно на общественном транспорте, не скажу, что теперь боюсь машин и меня трясёт со страху при представлении того, что я снова за рулем. Просто меня пугает неизвестность. Почему я попал в ту аварию? Куда я ехал? Может, если я снова сяду за руль и поеду, опять что-то произойдёт и я снова ничего не вспомню.

Дальнейшая поездка и времяпровождение у друга прошли без особых приключений, мы отдыхали, веселились, слушали музыку, немного выпивали. Пока друзья его не разошлись, а я остался у него ночевать. Лёжа на кровати, я находился в полудрёме, но не давал себе засыпать, а Максим сидел за компьютером.

– Что, Андрей, не спится?

Сейчас меня беспокоил тот сон, я опасался засыпать, мне совсем не хотелось, чтобы это снова произошло, но я всё равно понимал, что скоро вырублюсь.

– Да мне пока не особо хочется.

Он посмотрел на меня

– У тебя глаза уже слипаются.

Я глубоко вздохнул, о своём этом сне я обычно никому не рассказывал, но, может, стоит попробовать? Вдруг он чем помочь сможет, этот человек спас меня как-никак, вдруг и тут чего придумает. Я усмехнулся.

– Знаешь, со мной что-то не так с той самой аварии.

Максим продолжал стучать клавишами, но покосился на меня.

– Давай рассказывай.

Я немного потянулся и зевнул. Спать хотелось неимоверно.

– Я не рассказывал никому об этом, боюсь показаться сумасшедшим. Но весь этот год мне периодически снится один и тот же сон. Я стою у огромных ворот и пытаюсь их открыть, но у меня никак не выходит, какие бы усилия я не прикладывал и сколько бы не пытался.

Он перестал печатать, повернулся ко мне и теперь смотрел более недоверчиво.

– Ты серьёзно или выпил много?

– Одно другому не мешает, – огрызнулся я.

– Ладно, ладно, рассказывай дальше.

– Да вот, собственно, и всё. У меня никак не выходит открыть эти ворота, после этого сна я просыпаюсь измотанный.

Он поднёс руку к бороде и начал её чесать. Максим постоянно это делает, когда задумывается.

– К психологу какому не думал обратиться?

Я махнул рукой.

– Пропишет мне таблеточки, скажет пару умных фраз и деньги возьмёт.

Он пожал плечами.

– В наше время так недооценивать их работу не стоит.

У нас часто могли случаться подобные стычки, но сейчас у меня не было никаких сил разводить спор на эту тему. Потому я решил промолчать и просто махнул рукой.

– Ну как знаешь, Андрей, я слышал ещё такую теорию, как осознанные сны. Я, конечно, во всё это не верю, но мало ли. Люди, якобы это испытавшие, говорят, что весь сон ощущается по-другому и в нём не события правят тобой, а ты создаёшь события.

Я, как и Максим, тоже во всё это не верил, так что особо и не вдумывался в его слова, а решил плюнуть на всё и просто залёг спать. Но идея эта засела в моей голове…

Удар. Я сполз вдоль стены. Из плеча пошла кровь, но никакой боли я не чувствовал. Всё происходило циклично, я ударял, сползал, поднимался, отходил, разгонялся и врезался в эти ворота снова. Раз за разом, не ведя счёта времени. Это было какое-то безумие. В очередной раз, лёжа у ворот, я услышал отголоски мыслей, с которыми я засыпал: «Осознанный сон. Ты сам правишь событиями. Тут всё устроено так, как захочешь ты». Пространство вокруг будто изменилось, теперь не было ощущения, что это всё неправда. Для меня сон – это как просмотр фильма, я в нём не контролирую свои желания, теперь же всё было наоборот. Это место стало чем-то большим, я чувствовал себя как в реальном мире, но при этом находился здесь. Главное, я понимал, что здесь всё моё. Захочу здесь иной пейзаж, сделаю. Захочу поменять своё тело, тоже не вопрос. Захочу уйти отсюда, уйду. Но самое главное, если передо мною стоят ворота, то я их открою. Я встал, уперся руками в ворота и начал толкать. Ничего не происходило, я выжимал из себя дальше все соки. Начало одолевать чувство злобы, раньше я здесь чувствовал только отчаяние, когда не мог открыть ворота, но сейчас меня разбирала ярость, которая всё нарастала. Почему если это мой мир, моё пространство, моя жизнь, я не могу открыть эти ворота. Я заорал что есть мочи в эти двери.

– Это мой мир, здесь я всё решаю, подчинитесь мне!

Сначала у меня ничего не получалось, и я думал уже сдаться, но раздался скрип, я обрадовался ему и продолжил толкать что было сил. Здесь всё подчиняется мне, и эти ворота откроются по моему велению, я не хочу убрать их. Я не хочу, чтобы они исчезли, я хочу их открыть и увидеть, что спрятано за ними. С криками и бранью я толкал эти ворота вперёд что было сил и под конец крикнул:

– Откройся!

У меня зазвенело в ушах от грохота, а земля под ногами начала трястись, всё было против того, чтобы я это сделал, но у меня получилось. Ворота открылись слишком быстро и резко, ударившись об стены, к которым были прикреплены, будто их не с трудом открывали, а выбили с ноги. Меня хорошо пошатнуло, но я удержал равновесие, не дав себе упасть. Сначала я просто пытался отдышаться, не понимая, что происходит, потом начал вглядываться. За воротами был разрушенный город, виднелись пушки и адмиралтейство, тоже полностью разрушенное, без шпиля. Было ощущение дежавю, словно я уже здесь бывал. Всё было в чёрно-белых тонах, как на старых киноплёнках. Ворота вели меня к дороге вокруг стены, но самое странное было дальше. То ли статуя, то ли замёрзший человек в каком-то странном одеянии. Хотя это даже одеянием было не назвать, просто кусок ткани, свисавшей с сидящего на коленях человека. Было ощущение, что я всё это когда-то видел, но когда? Может, если там сидит человек, он мне всё и объяснит? Я сделал шаг вперёд и вскрикнул от боли в голове, появившейся от накрывающих меня воспоминаний. Я ложусь в кровать, закрываю глаза, но не засыпаю, а представляю себе иной мир в моём воображении. Через определённое количество времени я сам оказываюсь в этом месте. Тут не было ничего, ни какой-то земли, ни пространства как такового, ни меня самого. Держась за голову, я присел на одно колено. Именно здесь я пропадал большую часть своей жизни. Вот это я не мог вспомнить после автокатастрофы. Но почему я столько времени проводил здесь и почему я не мог ничего вспомнить? Почему эти ворота поддались мне только сейчас? Я глянул ещё вперёд, этот силуэт был от меня в нескольких шагах. Может, если я пойду дальше, постепенно пойму и остальное. Я сделал следующий шаг, перед глазами возникла картина, что я уже довольно освоился в этом месте и чувствую себя здесь куда комфортнее, чем в реальности. Я уже встречался с другими такими же, как и я, посещал чужие миры, подобные моему. Я не стал вдаваться в подробности этих воспоминаний, это всё было не совсем то, самое важное оставалось впереди. Я решил преодолеть себя и сделал сразу два шага вперёд, снова встал, волна воспоминаний накрыла меня. Я сначала вспомнил про то, как решил поподробнее изучить внешнее мироздание и смог понять, из чего окружающий меня мир сделан. Светящиеся светлые нити, которые я начал черпать из себя. Чистую энергию, из которой здесь можно было создать что угодно. Спустя неисчислимое количество посещений этого мира произошло нечто особенное. Появился проход, который я сам не создавал и не впускал никого к себе. Он появился сам собой, и после неудачных попыток его закрыть я сиганул в него. Мне уже становилось не очень хорошо, слишком много воспоминаний, мне говорили о их постепенном возвращении, а тут стоит мне сделать шаг, как я опять что-то вспоминаю. Но любопытство было сильнее усталости, и я боялся, что другого шанса вспомнить всё может и не предвидится, если я отступлю сейчас. Но вспоминать всё так по шагу мне не хотелось, конечно, мне хотелось всего и сразу, а не мучиться, вспоминая каждый эпизод своей жизни как отдельный кадр фильма. Я понёсся вперёд сломя голову, к неизвестному мне человеку, находящемуся здесь. В шаге от него, а точнее от неё, если смотреть по форме тела, ног и распущенных длинных волос, я остановился. Меня будто током ударило, в мыслях мелькали все эпизоды от попадания к другому человеку, который пытался меня и её зарубить топором. О знакомстве с Катей. О проведённом дальше времени и любви. О всём сначала прекрасном, а потом о всём грустном, как она посмотрела на мир моими глазами, как закрылась от меня, а я, выйдя за грань наших маленьких мирков, нашёл Катю и пробился в её мир. Как поссорился снова и узнал от неё то, что она мертва. Хотя сейчас мне не верилось в это. Тогда я был на эмоциях и пережил много. Следом мои нерассудительные поступки, как я сажусь в машину и пытаюсь разбиться, чтобы умереть в том мире и оказаться запертым здесь вместе с ней. Сейчас я смотрел на все эти события немного иначе, но также я понял, что вот оно то, что я искал. Теперь весь этот год, проведённый в беспамятстве, мне казался кошмарным сном. Я сделал этот последний шаг к ней, перед глазами появились последние мои воспоминания с ней, как она спасает мне жизнь и не даёт умереть до конца. Возможно, если бы она не вытолкнула меня отсюда, скорая меня бы уже не спасла. Она до безумия не хотела, чтобы я её забыл, но также понимала, что только в беспамятстве я смогу жить без неё. Поэтому, спасая меня, она отобрала у меня все мои воспоминания об этом месте и о ней в том числе. Именно она меня оберегала изнутри и подталкивала на контакт с другими людьми, чтобы было ещё меньше шансов, что я вернусь сюда. Но я оказался не так-то прост, сам того не заметил, но какую-то небольшую частичку этого мира я утащил с собой, возможно, поэтому я попадал в этот мир во сне, и отделяли нас эти ворота, которые теперь мне кажутся каким-то мимолётным и несущественным препятствием. Я стоял перед ней, перед той девушкой, которая дала мне испытать всё то, о чём я уже и не мечтал в реальности. Я присел рядом с ней, поднял рукой этот кусок ткани, который как капюшон свисал над головой. Она вся была абсолютно серой, как этот мир, выглядела куда более тощей, видимо, без меня она совсем перестала за собой ухаживать. Но этот взгляд, который я в ней увидел, не забуду теперь никогда. Я не знаю, как описать эмоцию, которая вмещает в себя и счастье, и боль одновременно. Наверное, она была счастлива увидеть меня вновь, хотя даже и не надеялась, но вместе с тем это была и горечь тоски, что у неё не вышло изолировать меня от этого места. Она всегда находила чем меня удивить, и сейчас снова всё повторилось. Хотелось вылить всю эту тонну мыслей и эмоций, но я и так видел, что она всё понимает. А я понимал её. Я не знаю, сколько времени мы сидели и молча смотрели друг на друга, но надо было как-то прервать это молчание.

– Не хочешь снова поиграть в прятки? – теперь я видел полное недоумение на её лице. Недоумение сменилось на некоторую усмешку, но она продолжала молчать. Я продолжил. – Ну ты снова начнёшь от меня убегать и прятаться, а я продолжу бегать и искать тебя, – она оторвала взгляд от меня и уставилась в пол, сказав:

– Я бы с радостью, но с тобой только в поддавки играть, а так неинтересно.

Эпичная на самом деле ситуация, в нас бушевали эмоции, мы еле сдерживались, чтобы просто не начать выплёскивать их друг на друга, как два фонтана, а ведь в этом месте это вполне возможно в буквальном смысле. Но при этом мы сидели и тихо обменивались колкостями, хотя, возможно, это и не давало нам окончательно сойти с ума. Я хотел продолжить такую спокойную беседу ещё немного, но она сорвалась на крик и толкнула меня.

– Да что с тобой такое?! Почему ты всё всегда делаешь по-своему. Ну не открываются тебе эти ворота, ну, значит, не нужно туда идти, не для тебя это, но нет, ты лезешь, пытаешься, наносишь себе боль здесь, а после этого плохо чувствуешь себя там! Зачем ты в первый раз принялся спасать меня, когда сам уже был недалеко от смерти? Когда я пыталась порвать с тобой всякие отношения, ты всё равно находил способы добраться до меня. И вот сейчас я сделала так, что ты всё забыл, я толкала тебя к тому, чтобы ты пытался жить полной жизнью. Я пыталась сделать так, чтобы тебе было хорошо, чтобы ты был счастлив, но что я вижу, ты всё равно пришёл сюда, и вместо того чтобы выругаться, разораться или сделать ещё что-то более несуразное, как ты любишь, ты садишься напротив меня и просто смотришь, пытаясь ещё и подшучивать.

Её крик постепенно переходил в плач, а я как дурак сидел и радовался. Теперь я видел перед собой не полутруп, а свою девушку, которую полюбил. Я хотел сам взять её и обнять, мне не нужны были слова, в этом мире я всё мог выразить и без них, но на сей раз она правильно предугадала мои действия и сама бросилась ко мне. Плечо, в которое она уткнулась, стало влажным, да я и сам еле сдерживался. Только сейчас я понимал, какими блёклыми были мои эмоции всё это время, вот только сейчас они появились, я не стал сдерживаться, а просто поцеловал её. Время опять потекло так же неумолимо, как песок сквозь пальцы, наверное, в такие моменты жизнь и кажется прекрасной, когда перестаёшь вести счёт времени, и оно становится чем-то маловажным. Мы были счастливы, вновь обретя друг друга. Я почувствовал тепло, но не исходящее от Кати, а другое, и приоткрыл глаза. Здания вокруг были хоть и также полуразрушенными, но не в таком виде обломков, как я смотрел на них через ворота, а главное – появились краски. Вода Невы здесь стала синеватой, асфальт – тёмным, лужайки и маленькие саженцы деревьев – зелёными, небо – голубым и на редкость для Петербурга безоблачным. Всё стало красивее, а прямо перед моим взглядом восходило солнце. Катя, видимо, тоже заметила какие-то изменения и осмотрелась вокруг. Потом снова прижалась ко мне, проведя рукой по моей щеке, и сказала:

– За всё это время тут впервые начался рассвет.

Глава 2

Пока мы сидели, прижимаясь друг к другу, солнце уже успело подняться в зенит, а весь этот мир снова обрести краски, даже немного ярче, чем в реальности. Полуразрушенные здания покрылись строительными лесами.

– Андрей, что мы теперь будем делать? – тихонько, почти шёпотом, стараясь, чтобы эта тема не была столь неприятна, спросила Катя.

Я очень боялся этого вопроса и не хотел, чтобы он прозвучал, но он был неизбежен.

– Я пока не знаю, но обязательно что-нибудь придумаю.

– Нет, Андрей, решение нужно принимать быстрей. Ты не сможешь вечно разрываться между двумя мирами.

Я понимал, что этот спор я проиграю, но заканчивать его я был не намерен. Когда эйфория от нашей встречи прошла, я сам начал невольно думать, что делать дальше. Но кроме одного варианта, который мне не совсем нравился, я больше ничего не придумал.

– Катя, не нагоняй тоску раньше времени, мне лично пока и так хорошо, а так я, конечно, буду думать.

– Тебе хорошо? – она отпрянула от меня. – А обо мне ты подумал? Ты можешь легко выйти в нужный тебе момент туда, а я останусь здесь томиться. Я уже и так давно сбилась со счёта времени, проведённого тут.

С ней всё что-то не так, весь мир вокруг преображается, но она – нет. Да, все объекты нашего окружения зависят от меня, а она тут тело инородное, но с тем, как она всегда следила за собой, довольно странно, что её облик так и не изменился.

– Кать, а тебе сейчас разве не стало хорошо? – она недовольно сложила руки.

– Что ты имеешь в виду?

– Да то и имею.

Я провёл ладонью по её щеке, и на руке осталась какая-то пыль. Волосы спутались. А красное платье, которое она чаще всего при мне носила, стало какое-то выцветшее. Я не сразу обратил на это внимание, но главное, что я ещё вижу, она выглядит очень измотанной и уставшей.

– Я поняла, о чём ты, Андрей. Когда ты появился и я снова смогла тебя увидеть, я была счастлива, но вместе с этим и очень расстроена, что ты снова сюда попал. И сейчас я не знаю, радоваться мне или плакать.

– Кать, а ты спала вообще?

Вот теперь она была удивлена. Прищурилась и стояла, смотрела на меня, пытаясь понять ход моих мыслей. Видимо, так и не догадавшись, к чему я клоню, она отрицательно покачала головой.

– Ты же знаешь, сон здесь не нужен, к тому же я должна была следить за тем, чтобы ты не попал сюда, я начинала чувствовать твоё присутствие здесь и не давала воротам открыться.

Теперь я понимал, в чём дело, она измотана, я здесь не появлялся практически год, а по местным меркам, может, и больше, в этом мире вполне можно не спать, желание поспать практически вычеркнуто из потребностей. Но если ты не спишь ни в том мире, ни в этом, это может плохо сказаться, как в её случае. Возможно, я смог сюда попасть из-за того, что она так ослабла.

– Кать.

Я, старясь как можно нежнее, подвинул её обратно к себе. Она недоверчиво на меня посмотрела, я в ответ просто улыбнулся.

– Закрой, пожалуйста, глаза.

– Андрей, что ты задумал?

– Просто доверься мне, закрой глаза и расслабься.

Я понимаю, что после таких слов все, наоборот, настораживаются, но иногда надо довериться.

– Ладно, – с недоверием сказала она и легла, положив голову ко мне на колени.

Когда я убедился, что она закрыла глаза, я быстро, а главное, бесшумно сменил ландшафт. Вместо города мы оказались на поляне. Кругом зелёная трава и цветы. За моей спиной появился огромный дуб, от его листвы сформировалась большая тень, которая прикрыла нас от лучей палящего солнца. Я уложил Катину голову к себе на колени, совсем легонько поправил её волосы, которые спадали ей на глаза, а тело накрыл лёгким пледом. Результат не заставил себя ждать, через пару минут я услышал тихое сопение, что свидетельствовало о том, что она спит. Хотя, казалось бы, здесь это невозможно, а я мог позволить себе спокойно подумать, как жить дальше.

Пока она спала, ком воспоминаний в моей голове потихоньку раскладывался в строгой последовательности. Часть из них я включал и смотрел как на проекторе, а своё путешествие я предпочёл прокрутить в голове так. Катя вроде ничего не видит, но стоит быть аккуратным, если она узнает про это место раньше времени, я не знаю, что она может сделать. С её этой уверенностью, что она умерла, она может сломя голову ринуться в то тёмное пространство, чтобы умереть и здесь. Если предположить, что Катя жива, то что с ней могло случится. Может быть, та Катя, с которой я общаюсь, это кусок сознания той, что в реальности. Может ли она продолжать жить? Я вспомнил, как она меня лишила памяти, открыть это место можно благодаря хорошей фантазии, которая с годами утрачивается, а значит, я не должен был попасть сюда. Однако какая-то часть меня осталась цепляться за этот мир, и я попадал сюда довольно примитивно, во сне, но попадал. «Так, – я подбодрил себя, – надо дальше развивать эту идею». Катя отгородила меня от этого мира насильно, а с ней это должно было случиться по истощению. А действительно ли по истощению? Я снова посмотрел на Катю, она лежала, свернувшись калачиком, лицом уткнулась в меня. Мне это напомнило ситуацию, когда я лежал так на её коленях, и наш тот диалог о том, кто путешествует по этому миру. «Стоп!» – чуть не крикнул я. Меня осенило. Но вспомнив о том, какая на мне сейчас ответственность и что со мной может случиться, если я нарушу её сон, я заткнулся. Катя считает, что этот мир скорее проклятье, чем дар, что попадают сюда чем-то обделённые в реальной жизни люди, а этот мир мешает добиться счастья в настоящем. Она могла в один момент взять и заставить саму себя забыть об этом месте. Отрезать ту часть себя, которая желает попадать в этот мир, и навсегда её тут запереть. Поэтому она так мало о себе рассказывает, поэтому не может вернуться в реальность туда. Если дальше развивать эту теорию и я общаюсь лишь с частью Кати, то какая это часть её? Большая, меньшая или ровно половина? Если я, допустим, её каким-то образом возвращаю в её тело и она перемешивается с той частью Кати, которая меня не знает, останутся ли в ней те чувства, которые она испытывает сейчас ко мне, или нет? Возможно, это будет просто симпатия, но не любовь, так как этой части Кати будет просто недостаточно, чтобы меня любить. «Стоп машина, Андрей, – проговорил я у себя в голове. – Ты начал мыслить довольно эгоистично, какая тебе разница, будешь ты ей нужен или нет там? Точнее, разница, конечно, есть, но ты просто обязан это сделать по возможности, несмотря на то, кем ты для неё являешься здесь и кем ты станешь для неё там». Только ещё один вопрос, хочет ли быть освобождённой она? Если эта часть Кати оставлена здесь, чтобы Катя, которая в реальности никогда сюда не возвращалась, то, может, она и не хочет возвращаться в своё тело, даже если это возможно. Как бы ей не хотелось этого, блага для самой себя она бы желала больше. Ну, по крайней мере, я бы так желал, будь я в такой ситуации. Возможно, Катя просто ищет смерти, к себе реальной она вернуться не хочет, потому что она снова начнёт прожигать часы реальной жизни здесь, но оставаться запертым в этом иллюзорном мире вечно тоже никто не хотел бы, поэтому часть Кати, оставшаяся здесь, просто хочет умереть. Пока я сидел и думал над тем, что делать, солнце уже начинало прятаться за горизонт и наступала темнота. Я сначала подумал набросить на Катю лёгкое одеяло, но решил, что не стоит, мир мой и законы мои, тут с наступлением темноты не будет становится прохладнее. Ох, дурочка, если моя теория правдива, то ты сделала большую глупость с собой. Даже если она каким-то образом отделила от себя ту часть, которая желала быть в этом мире, и заперла её тут, то после прожитого здесь времени, после всех перенесённых страданий и одиночества, если её вернуть в реальность, то она уже ни за что не пожелает вернуться сюда. Поэтому я должен помочь ей освободиться либо вернуть её в реальность, если это возможно. Либо… Я глубоко вздохнул, либо помочь ей упокоиться. Говоря прямо, убить. От этой мысли стало очень тоскливо, но приходится смотреть правде в глаза и молить всех богов, чтобы дорога в реальность для неё существовала.

Я почувствовал, как Катя начала просыпаться. Сам я висел между двумя мирами, контролируя время в реальности, здесь прошли почти сутки, скоро надо будет просыпаться там. Облокотившись на ствол дерева, я тоже успел немного вздремнуть в этом мире.

– Что это было?

Катя покрутила головой и зевнула.

– С добрым утром, соня.

Она удивлённо глянула на меня.

– Я спала?

Я молча кивнул в ответ. Усталости на её лице не было, сон даже в этом месте помог ей.

– Андрей, я на секундочку, только не оборачивайся.

Это было немного странным, Катя встала и быстро ушла за дерево, но я решил не вдаваться в подробности сейчас. Я всё ещё думал над правдивостью своей теории, старался понять это, наблюдая за ней. И минуты не прошло, Катя явилась уже в новом обличии. Этот её серый кусок ткани, который висел на ней поверх такого же выцветшего и затасканного нижнего белья, исчез. Туда ему и дорога. Появились штаны тёмно-зелёного цвета и майка с открытым животом. Налёт пыли и грязи с тела тоже исчез, будто она сейчас отмылась в душе, спутанный ком волос превратился в приличную причёску. Ноги она оставила босыми, из-за этого я посмотрел вопросительно на неё.

– Тут очень мягкая трава и почва, поэтому обувь надевать и не хочется, – сказала она, поняв моё недоумение, будто порхая, она вернулась обратно.

Я сидел и всё так же смотрел на Катю, не отводя глаз, пытаясь понять, прав я или нет, и в этом была моя оплошность. Я опомнился и хотел было ответить ей, что рад от того, что ей лучше, но она оборвала меня своим протяжным:

– Так…

Она присела рядом со мной и посмотрела мне в глаза.

– Я узнаю этот твой взгляд, ты так на меня смотрел, когда начал подозревать, что я и есть тот убийца с топором, от которого меня же ты и спасал. Давай рассказывай, что за безумная теория тебе опять пришла в голову.

Не думал, что она так уж быстро меня раскусит.

– Да никаких безумных теорий я не придумывал.

– Да, да. Андрей, я тебя слишком хорошо знаю, наверное, даже лучше, чем ты сам, поэтому не пытайся меня обманывать.

Она отвернулась от меня. Когда я хотел дотронуться до её плеча, она добавила.

– Я вот смогла просто тебе довериться сейчас и сделать как ты просил, а из тебя приходится каждый раз верёвки вить, чтобы ты рассказал, что думаешь. Нравится, когда я тебя упрашиваю что-то сделать?

Моя рука зависла, немного не доставая до неё.

– Ясно. Лучше бы ты не возвращался сюда. Видимо, доверия между нами действительно не будет.

Вот теперь я быстро очухался, ведь мне стало страшно, что она откроет проход и уйдёт, оттуда ещё один, и смогу ли я её уже догнать, не факт, поэтому я машинально схватил её и обнял так, что она не смогла бы вырваться, но она никак не отреагировала.

– Прости. Просто я думал над тем, как ты влипла в эту ситуацию.

– Андрей, ты не доверяешь человеку, которого любишь, в этом была наша ошибка в прошлом. Раз ты не веришь моим словам, то я всё тебе продемонстрирую наглядно, хотя мне очень неприятно вспоминать тот день, но я делаю это для тебя в последний раз.

Дальше я просто не успел отреагировать, её движения были слишком быстрые, я даже не понял, что она со мной сделала, но за мгновение в глазах всё померкло…

Щёлкнул замок, и дверь открылась. Уставшая, я бросила сумку на пол и пошла помыть руки. Единственное, что меня подбадривало, что я наконец была дома, а значит, я сейчас быстренько приду к себе, лягу в постель и погружусь в мир грёз. Вроде стоило бы покушать, я была немного голодна, да и в целом измотана, но мне хотелось побыстрее уйти из этого мира. Я пошла к себе в комнату, по пути обмолвилась парой слов со своей сестрой. Я так и не заметила, чтобы она тоже открыла для себя эту способность путешествия в другой мир, хотя фантазии у неё хоть отбавляй. Упав от усталости на кровать, я услышала, как в моём животе заурчало, может, стоит поесть и просто поспать? Но я уже легла, и как-то лень вставать снова, ладно, я недолго там пробуду, быстренько вернусь, поем и отдохну. Открыв глаза, я уже находилась в другом месте, своём внутреннем мире. Меня давно интересовал вопрос, смогу ли я победить саму себя в различных соревнованиях? В реальности я ни в чём не сильна, но смогу ли я хотя бы превзойти саму себя хотя бы здесь. Позже я потеряла счёт времени, перепробовав все олимпийские виды спорта и интеллектуальные викторины, как в телевизоре. Сейчас я хотела поиграть сама с собой в шахматы, но только играть в обычные было неинтересно. Я создала огромные шахматы, как в одной всем известной вселенной фантастики. Когда я сделала 1 ход, всё вокруг затряслось. Будто началось землетрясение. Я не понимала, что происходит, всё вокруг посерело, а внешнее окружение начало разваливаться. Стены рядом стоящего замка начали дробиться на куски и с грохотом падать, я кое-как успела отскочить подальше. Когда я посмотрела на свою копию, у неё уже не было головы, а всё тело рассыпалось как песок. Я в страхе и отчаянии попыталась попасть обратно в реальность, но ничего не получалось. Врата обратно не открывались, а постоянный грохот кругом не давал мне сконцентрироваться. Камень упал мне на спину, я вскрикнула от боли, хотя при создании всех материалов я представляла их мягкими. Когда я увидела падающую рядом со мной башню от крепости, я в страхе побежала от места, где привыкла возвращаться в реальность, но тряска земли постоянно сбивала меня с ног, и я падала. Со страху при взмахе руки я открыла проход в первый попавшийся открытый мир и сиганула в него, пробежала пространство внутри прохода и выпрыгнула в другой мир. Страх не проходил, практически сразу, как я соприкоснулась с землёй нового мира, я открыла следующий проход куда-нибудь и прыгнула в него. Миры менялись один за другим. Пока я, выбившись из сил, просто не упала в каком-то из миров. Тут было тепло и светло, рядом был слышен звук прибоя. Когда я перевернулась, то увидела практически вплотную рассматривающее меня старое и страшное мужское лицо. Я вскрикнула и ударила его, затем отбежала. Мужик был очень странный, его выражение лица постоянно строило гримасы, а левая рука подёргивалась.

Эпилог

Я сидел на балконе и смотрел на вечерний город. Дул прохладный ветерок, небо было на редкость почти чистое. У меня был маленький перерыв, а потом надо было идти дальше работать. Чтобы повысить доходы, я решил расширить свои возможности и стал брать заказы на ремонт смартфонов. Уже третий месяц я копил деньги на поездку к Кате. Теперь я хотел вырваться в Москву где-то на месяц, но чтобы жить там целый месяц, надо было заработать весьма круглую сумму. Я каждый вечер переписывался с Катей, она мне говорила, что восстановление проходит нормально, хвасталась, что уже гуляет и пытается начинать бегать. Я уже упрашивал её просто не торопиться и делать всё аккуратно. В мир грёз я больше не ходил, если бы там была Катя, она бы меня позвала, но этого не происходило, видимо, она тоже не хочет больше там появляться. Больше у меня не было смысла его посещать, все эти другие миры, неизведанное тёмное пространство – всё это уже не тянуло так, как раньше. Сейчас спала в московской больнице и ждала меня девушка, самая настоящая, которая была нужна мне…

Раздался скрежет открывающегося дверного замка. Родители, что ли, приехали? Вроде не обещали. Я лениво поднялся со стула и пошёл в коридор. На пороге стояла девушка, одетая в бежевый плащ, чёрные сапоги, с длинными белыми волосами, сзади она держала чёрный чемоданчик. Я чувствовал себя вкопанным в землю, даже скорее залитым в бетон столбом. Когда я пришёл в себя, Катя снимала сапог, но увидев меня, только тихо выдавила:

– Андрей…

А я всё ещё не мог поверить своим глазам, даже не закончив разуваться, она бросилась ко мне и, потеряв равновесие из-за не снятого до конца сапога, повисла на мне. Если бы не стена позади, я бы упал, но в итоге просто сполз по ней.

– Как ты… – сначала попробовал задать вопрос, но потом, плюнув на это дело, просто поцеловал её. В голове всё стало пусто, разум будто отключился.

– Андрей, это точно не сон? – спросила Катя, проводя рукой по щеке и прижимаясь ко мне.

Я быстро подхватил её на руки.

– Сейчас проверим, – после этих слов я понёс её в место, где мы оба могли убедиться в реальности происходящего.

– Глупая, что же ты делаешь? Ты ещё не оправилась до конца.

– Я не могла больше ждать, поэтому я торопилась как можно быстрее выписаться из больницы.

– Могла бы предупредить, что приедешь, ты сейчас на ногах не стоишь.

– Хотела устроить тебе сюрприз, к тому же я тебе говорила, что не дам тебе взваливать всё на себя.

Оказавшись на балконе, я подвёл Катю к окну, она высунула голову в окно, прикрыла глаза, будто старалась прочувствовать каждое дуновение ветра.

– Это действительно настоящий мир, – сказала она со всей нежностью и любовью.

– Кать, ты с дороги, тебе надо чем-то подкрепиться, принести что-нибудь?

– Андрей, не строй из себя копушу. Просто иди ко мне.

Я устроился в кресле, а она – у меня на коленках, напряжение, которое чувствовалось от её тела, сразу куда-то исчезло, наконец, она смогла расслабиться. Мы были ещё счастливее, чем когда были вместе там, ведь теперь это был реальный мир. Вот здесь, на этом балконе, начались самые тяжёлые события нашей жизни, пусть тут же они и кончатся и начнутся новые, действительно счастливые минуты.

Конец.

В оформлении обложки использована фотография автора «luizclas» с сайта https://www.pexels.com/ru-ru/photo/556667/ по лицензии CC0.