Kitabı oxu: «Азбука цинизма 3»
Бюрократия против здравого смысла
(Сборник рассказов о том, как система победила человека)
Правовая оговорка
В тексте настоящего издания встречаются упоминания социальных сетей Instagram и Facebook, а также компании Meta. Указанные социальные сети и компания Meta Platforms Inc. признаны экстремистскими организациями, их деятельность запрещена на территории Российской Федерации.
Все упоминания носят исключительно информационный характер, не являются рекламой, призывом к использованию или пропагандой указанных платформ и приведены в контексте авторского повествования.
ПРОЛОГ К ТРЕТЬЕЙ КНИГЕ
Мы живем в мире, где правила важнее людей. Где бумажка с печатью имеет больше веса, чем здравый смысл. Где «так положено» — это самый весомый аргумент, который не требует доказательств.
В предыдущих книгах мы разбирали наши личные тараканы: страхи, зависимости, неумение любить. Но сейчас пришло время выйти на улицу и посмотреть на систему, которую мы сами построили. На ту самую бюрократическую машину, которая призвана защищать нас, но на деле давно превратилась в самодостаточного монстра.
В этой книге мы поговорим о цивилизованном мире, где человек тратит тридцать тысяч евро, чтобы доказать, что лягушка квакает слишком громко. О школах, где детей заставляют мыть полы, прикрываясь высокими словами о труде. И о компаниях, где главный герой — это тот, кто создает больше всего шума, а не тот, кто приносит результат.
Устраивайтесь поудобнее. Мы идем препарировать систему.
ГЛАВА 1. Бюрократия против природы
Картинка/Мем: Скриншот новости. На фото — ухоженный садовый пруд в австрийском городке.
Текст новости: «Владельцам садового пруда в австрийском Пашинге больше не нужно искать способ утихомирить лягушек. Верховный суд отклонил жалобу соседа, который годами добивался тишины по ночам. До этого хозяева даже запустили в водоём щуку, но кваканье продолжилось. Суд счел обустройство пруда обычным способом использования участка. Спор начался с жалобы жителя, который говорил, что из-за звуков не мог спать. Эксперты выяснили, что кваканье прибавляло около четырёх децибел к уровню шума. Районный суд сначала обязал владельцев снизить громкость с 22:00 до 06:00. Как именно это сделать, суд не уточнил».
ДИАЛОГ С АВТОРОМ (Рассуждение)
Автор: Ох, это просто гимн бюрократическому абсурду и торжеству западного человека над здравым смыслом.
Соавтор (Тот самый голос в голове): Ну, а что тут такого? Человек хотел тишины, он пошел в суд. Закон есть закон.
Автор: Давай разберем эту новость по косточкам. Ты живешь в тихом австрийском Пашинге. У тебя идеальный газон. И тут сосед выкапывает пруд. А в пруду заводятся лягушки. Эти пучеглазые твари не знают законов Австрийской Республики. Они просто сидят и орут. И что делает «цивилизованный» человек?
Соавтор: Идет в суд?
Автор: Да! Он нанимает адвокатов. Заказывает экспертизу, которая высчитывает, что кваканье добавляет ровно четыре децибела к уровню шума. Четыре децибела! Это звук твоего собственного дыхания. Но для человека, чья жизнь построена на контроле, это конец света.
Соавтор: А суд?
Автор: Суд первой инстанции, конечно, встает на сторону истца. И выносит гениальное решение: «Обязать владельцев водоема снизить громкость с 22:00 до 06:00». Простите, как? Лягушкам выдать повестку? Надеть на них намордники? Или провести с ними разъяснительную беседу о правилах тишины? Не уточнили. Зато уточнили сумму судебных издержек — до тридцати тысяч евро.
Соавтор: Тридцать тысяч евро за то, чтобы доказать, что лягушки громкие. А щука?
Автор: А это моя любимая часть! Владельцы пруда, отчаявшись доказать свою невиновность, запускают в пруд щуку. Настоящего хищника. Они решили, что щука, как наемный убийца, перекусает всех лягушек. Но щука оказалась умнее всех участников процесса. Она посмотрела на эту бюрократическую вакханалию и решила: «Да пошли вы все. Я лучше буду ловить карасей».
Соавтор: И чем все кончилось?
Автор: Верховный суд вынес вердикт: лягушки поселились сами, пруд — это нормальное использование участка, кваканье — это естественный звук. А истец идет нафиг.
Соавтор: И что это значит?
Автор: Это значит, что Западный мир сошел с ума. Он настолько погряз в регламентах, что полностью оторвался от реальности. Человек покупает дом за городом, чтобы быть ближе к природе, а потом судится с природой за то, что она издает звуки. Он тратит тридцать тысяч евро на суды, вместо того чтобы просто купить беруши за пять евро.
Соавтор: То есть, за этим мемом нас ждет история про то, как «цивилизованный» мир столкнулся с «варваром», который решил проблему простым способом?
Автор: Именно! И мы назовем ее «Пособие по варварству для цивилизованных идиотов».
РАССКАЗ: Пособие по варварству для цивилизованных идиотов
Эпиграф: «Цивилизация — это когда ты тратишь 30 000 евро на суд с лягушкой. Варварство — это когда ты просто ставишь сетку и ложишься спать».
ПРОЛОГ
Западный мир обожает учить других. Он пишет огромные тома о правах человека, экологии и толерантности. Он присылает гуманитарную помощь и культурных атташе. Он смотрит на «варваров» свысока, как на неразумных детей, которых нужно научить пользоваться вилкой и сортировать мусор по семи контейнерам.
Но есть одна проблема. Сам Западный мир застрял в собственных правилах, как муха в паутине. Он настолько увлекся формой, что забыл о содержании.
Он создал судебную систему, которая защищает лягушек от людей, но не защищает людей от собственной глупости. Он создал бюрократию, которая требует справку на справку. Он создал мир, где слово - «безопасность», значит «тотальный контроль», а «свобода» значит «право судиться со всем, что тебе не нравится».
Перед нами история о столкновении двух миров. Мира «цивилизованного» (где всё по закону, но ничего не работает) и мира «варварского» (где нет правил, но есть результат).
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: Варвар на пороге
Его звали Семен. Ему было пятьдесят. Он переехал в Германию по программе воссоединения семьи.
Семен был типичным «варваром». Он не сортировал мусор по двенадцати контейнерам (он кидал всё в один пакет, и это вызывало у соседей сердечные приступы). Он не соблюдал «тихие часы» (он мог в воскресенье утром включить перфоратор, чтобы повесить полку). Он не читал местных законов (он просто жил).
Соседи его ненавидели. Они называли его «этот русский» и писали на него доносы в управу.
— Он нарушает экологию! — жаловалась фрау Шульц. — Его машина слишком старая!
— Он шумит! — вторил герр Мюллер. — Вчера он жарил мясо на балконе!
Семен не понимал, почему к нему придираются. В его понимании он просто жил. Ну, да, балкон. Ну, да, мясо. Но ведь это его балкон и его мясо.
А в это время в соседнем доме разворачивалась драма. Герр Шмидт (тот самый мужик из Австрии, только переехавший в этот район) подал в суд на своих соседей за то, что их пруд с лягушками нарушает его конституционное право на тишину.
ЧАСТЬ ВТОРАЯ: Суд над лягушками
Семен наблюдал за этим цирком из окна своей кухни. Он видел, как адвокаты с папками бегают туда-сюда. Он видел, как эксперт-акустик измеряет децибелы. Он видел, как герр Шмидт с пеной у рта доказывает, что «ква» — это нарушение прав человека.
Семен вышел на улицу и подошел к герру Шмидту.
— Слышь, брат, — сказал Семен (он плохо говорил по-немецки, но жестами объяснялся). — А чего ты паришься?
— Мне мешает шум! — гордо ответил Шмидт. — Это нарушение!
— Так поймай их и всё, — пожал плечами Семен. — Ночью вышел, сачком накрыл, в ведро посадил. И тишина.
Герр Шмидт посмотрел на него как на сумасшедшего.
— Вы что, с ума сошли?! — закричал он. — Это же охраняемые земноводные! Их нельзя трогать! Это противозаконно!
— А судиться с ними — законно? — удивился Семен.
— Это судебный процесс! Это цивилизованный способ решения конфликта! — заявил Шмидт.
Семен покрутил пальцем у виска и ушел домой.
Он не понимал этого мира. Мира, где ты не можешь поймать лягушку, но можешь потратить тридцать тысяч евро на адвокатов, чтобы доказать, что она громкая.
ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: Варварский ответ
Через месяц Семену пришло письмо. Официальное. В конверте.
Его вызывали в суд.
Истцом выступала фрау Шульц. Она обвиняла Семена в «нарушении общественного порядка» и «создании шумового загрязнения». Поводом послужило то, что Семен в воскресенье днем включил бензопилу, чтобы распилить старую мебель.
Семен пришел в суд. Он был в спортивных штанах и в майке-алкоголичке. Он смотрел на судью, на адвокатов, на фрау Шульц, которая сидела с лицом, перекошенным от ненависти.
— Господин Семен, — сказал судья. — Вы обвиняетесь в нарушении тишины. Что вы можете сказать в свое оправдание?
Семен посмотрел на судью.
— А чего говорить? — спросил он. — Я пилил мебель. Днем. В воскресенье. Чтобы выкинуть мусор.
— Но это нарушает наш покой! — закричала фрау Шульц. — Мы отдыхали! Мы пили кофе! А вы включили этот ужасный звук!
Семен посмотрел на нее.
— А вы знаете, что у вас в саду лягушки квакают? — спросил он. — Вот это реально ужасный звук. А бензопила — это инструмент. Он нужен для дела.
Судья оживился.
— Лягушки? — переспросил он. — Это те самые лягушки, из-за которых герр Шмидт судился с соседями?
— Ага, — кивнул Семен. — Они самые. Только он тридцать тысяч евро отдал, чтобы доказать, что они громкие. А я за десять минут их всех поймал и в ведро посадил.
В зале повисла тишина.
— Вы... вы их поймали? — переспросил судья. — Но это же охраняемые земноводные! Вы нарушили закон!
— Я их не трогал, — сказал Семен. — Я просто перегородил пруд сеткой. Они туда больше не заплывают.
— Какую сетку?
— Обычную. Рабицу. Я ее нашел на помойке. И поставил. Всё.
ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ: Триумф варвара
Судья посмотрел на Семена. Потом на фрау Шульц. Потом снова на Семена.
— То есть, — медленно произнес он, — вы решили проблему, которая стоила герру Шмидту тридцати тысяч евро и трех лет судов, просто поставив сетку?
— Ну да, — пожал плечами Семен. — А чего вы хотели? Проблема же в том, что они в пруд заплывают. Я перегородил. Всё.
Судья закрыл лицо руками.
— А вы не пробовали... не знаю... купить беруши? — спросил он.
— А вы не пробовали не судиться с лягушками? — ответил Семен.
В зале раздались аплодисменты.
ЭПИЛОГ
Прошло два года.
Семен стал местной легендой. О нем писали газеты. Его приглашали на телевидение.
А в это время герр Шмидт продолжал судиться. Он подал апелляцию в Верховный суд. Он требовал, чтобы сетку Семена признали незаконной, потому что она нарушает эстетику района.
Семен тем временем открыл мастерскую. Он чинил газонокосилки, велосипеды и прочую технику. К нему шли люди. Они платили ему деньги. Они уважали его.
Потому что он был варваром. Он не знал законов. Он не соблюдал регламенты. Но он решал проблемы.
И в этом была его сила.
Семен понял главную философскую истину: «Цивилизация» — это когда ты умираешь от шума лягушек, но гордо пишешь об этом в суд. «Варварство» — это когда ты просто ставишь сетку и идешь спать. И, честно говоря, второе — гораздо эффективнее.
ВОПРОС ДЛЯ ЧИТАТЕЛЕЙ (Для размышления и комментариев)
А как вы считаете, дорогие читатели, где заканчивается цивилизованность и начинается идиотизм? Почему мы так часто предпочитаем сложные, бюрократические пути простым и очевидным решениям? И если бы вы оказались на месте Семена — вы бы стали судиться с лягушками или просто перегородили пруд сеткой?
ГЛАВА 2. Трудовое воспитание или бесплатный труд?
Картинка/Мем: Черно-белое фото из советской школы. Дети в форме со швабрами и тряпками убирают класс. Один мальчик моет пол, девочка вытирает доску.
Надпись: «Раньше в классе были дежурные, у которых были свои обязанности: убирать мусор, мыть доску после каждого урока, и даже мыть пол. Так приучали к труду. Сейчас в школе такого нет».
ДИАЛОГ С АВТОРОМ (Рассуждение)
Автор: Ох, как же я люблю такие посты. Это классический жанр «раньше трава была зеленее, а дети бесплатно мыли полы, и это было прекрасно». На первый взгляд кажется, что это уютный, ностальгический и добрый посыл. Но давай, как всегда, включим нашу фирменную циничную оптику и посмотрим на это без розовых соплей.
Соавтор (Тот самый голос в голове): А что тут не так? Труд облагораживает. Дети должны уметь за собой убирать.
Автор: Я с тобой полностью согласен. В Советской школе — да, это было именно так. Это был элемент коллективной ответственности. Ты дежурил по классу, ты мыл доску — и ты чувствовал себя хозяином этого пространства. Это воспитывало не покорность, а взросление. Это было про то, что «мой класс — это мой дом, и я за него отвечаю».
Соавтор: Ну, вот видишь. Значит, пост правильный.
Автор: Посыл-то правильный. Но проблема началась потом, когда эту традицию оставили, а смысл из неё выхолостили. Когда осталась только форма (тряпка в руках), а вместо идеи «мы вместе делаем наш дом чище» появилась идея «надо сэкономить на уборщице».
Соавтор: То есть, ты считаешь, что детей заставляли мыть полы, чтобы школа не платила техничке?
Pulsuz fraqment bitdi.