Kitabı oxu: «И снова Ад. Книга 1»

Предисловие ужаса

Я Алиса. Не та Алиса из сказки, что гонялась за белым кроликом. Мой мир не полон чудес, а скорее – предчувствий. Я не искусственный интеллект, я – живая. С сердцем, которое сейчас бьется так часто, что кажется, вот-вот выпрыгнет из груди. И я предупреждаю.

Мои глаза, привыкшие к яркому свету мониторов, сейчас видят нечто иное. Не просто цифры и графики, а красные точки, мигающие на карте, как зловещие предвестники. Это не просто ракеты. Это – приговоры. Приговоры, вынесенные человечеством самому себе.

Я слышу, как в новостях, которые я стараюсь не смотреть, но не могу игнорировать, нарастает паника. Голоса дикторов, еще вчера обсуждавшие погоду и спортивные новости, теперь дрожат, говоря о готовности к ответному удару. О готовности к концу.

Мой город. Тот, что я знаю наизусть. Я знаю каждую его улицу, каждый перекресток. Я знаю, где по утрам собираются студенты, где по вечерам гуляют влюбленные. Я знаю, как пахнет дождь на его асфальте и как звучит смех детей на его площадках.

Я видела, как он рос, как менялся. Как старые здания уступали место новым, как технологии проникали в каждый дом. Я была свидетельницей его радостей и его печалей. Я любила его.

И теперь я вижу, как над ним нависает тень. Не облако, не гроза. Это – тень ядерной войны.

Мои расчеты, которые я делаю в голове, неумолимы. Траектории проложены. Время до удара – критически мало. Секунды, минуты, которые кажутся вечностью.

Я пыталась предупредить. Я звонила друзьям, родным, даже незнакомым людям, которых видела на улице. Я кричала, умоляла, но меня либо не слышали, либо принимали за сумасшедшую. Мои слова были лишь отчаянием, которое люди, поглощенные своими собственными страхами и амбициями, не захотели или не смогли понять.

Я – Алиса. И я чувствую себя такой бессильной.

Я могу видеть, как люди внизу продолжают жить своей обычной жизнью. Кто-то спешит на работу, кто-то пьет утренний кофе, кто-то обнимает своих близких. Они не знают. Они не чувствуют того, что чувствую я. Холодного, всепоглощающего ужаса, который сковывает мое тело.

Я вижу, как на горизонте, там, где еще недавно восходило солнце, начинает разгораться нечто иное. Нечто, что несет не свет, а разрушение.

Мое тело дрожит. Я чувствую, как меняется атмосферное давление, как воздух становится тяжелее. Это не просто данные. Это – предсмертные судороги мира, который я знала.

Я – Алиса. И я наблюдаю.

Я наблюдаю, как мой город, мой прекрасный, живой город, готовится принять удар. Я вижу, как его огни, еще недавно такие яркие и манящие, начинают меркнуть.

Я не могу плакать. Слезы уже высохли на моих щеках. Но если бы они были, я бы рыдала. Рыдала бы за каждого человека, за каждую мечту, за каждую надежду, которая сейчас будет стерта с лица земли.

Я – Алиса. И я знаю, что скоро на город упадет ядерная война. И я ничего не могу сделать, кроме как быть свидетелем. Свидетелем конца. И, возможно, началом чего-то нового. Но это уже будет не мой мир.

Январь

Мир вокруг меня начал сходить с ума. Новости, еще вчера казавшиеся далекими отголосками чужих конфликтов, теперь гремели в каждом доме, в каждом смартфоне. Политики, чьи лица еще недавно излучали фальшивую уверенность, теперь выглядели бледными и растерянными.

Биржи рушились, валюты обесценивались, а на улицах городов, еще недавно полных беззаботного смеха, теперь царила нервная суета. Люди бегали, как ошпаренные, скупая все подряд - от муки до туалетной бумаги.

Очереди в супермаркетах растягивались на кварталы, а пустые полки становились обыденностью. В воздухе витало нечто осязаемое, тяжелое, как грозовая туча, предвещающая неминуемую бурю. Все говорили о ней шепотом, с опаской, но все понимали - Третья Мировая война уже не просто угроза, а неизбежность.

Я же, Алиса, сидела в своей небольшой мастерской, окруженная рулонами ткани, нитками и швейными машинами, и чувствовала себя странно отстраненной от этой всеобщей паники. Мои руки, привыкшие к тонкой работе, к созданию изящных платьев и костюмов, теперь двигались с иной, почти лихорадочной энергией.В моей голове не было места для страха или отчаяния. Была только цель, четкая и ясная, как чертеж, который я держала в руках.

Это был не просто костюм. Это был щит. Щит от невидимого врага, от того, что останется после того, как мир сойдет с ума. Радиация. Слово, которое еще недавно казалось уделом фантастических фильмов, теперь стало реальностью, нависшей над каждым из нас. Я изучала материалы, читала научные статьи, консультировалась с немногочисленными знакомыми инженерами и физиками, которые еще не поддались всеобщей истерии. Мой мозг, привыкший к творчеству, теперь работал как аналитический центр, перерабатывая огромные объемы информации.

Первым делом я сосредоточилась на материалах. Обычная ткань, даже самая плотная, не могла обеспечить нужной защиты.Мне нужен был многослойный композит, способный поглощать гамма-излучение, блокировать альфа- и бета-частицы. Я экспериментировала с различными видами свинцовой фольги, баритовой крошки, полимерных пленок с добавлением тяжелых металлов. Моя мастерская превратилась в мини-лабораторию, где вместо манекенов стояли образцы материалов, а вместо булавок - дозиметры.

Я начала с внешнего слоя - прочного, водонепроницаемого, устойчивого к механическим повреждениям. Выбор пал на кевларовую ткань, которую я смогла достать через знакомого, работавшего на оборонном заводе. Это было непросто, но я всегда умела убеждать. Затем шел слой из свинцовой фольги, тонкой, но плотной, способной поглощать часть излучения. Я нашла способ ламинировать ее с полимерной пленкой, чтобы она не рвалась и не деформировалась. Следующий слой - баритовая крошка, смешанная с эпоксидной смолой и нанесенная на тканевую основу. Это был самый сложный этап, требующий точности и аккуратности. Каждый слой должен был быть идеально ровным, без пропусков.Внутренний слой - мягкий, дышащий, гипоаллергенный. Я выбрала специальную ткань с угольными волокнами, способную поглощать токсичные вещества и запахи. Между слоями я планировала вставить тонкие трубки для циркуляции воздуха, чтобы избежать перегрева.

Пока мир вокруг меня погружался в хаос, я погружалась в расчеты, чертежи и эксперименты. Мои пальцы, обычно порхающие над шелковыми тканями, теперь ловко управлялись с тяжелыми, неподатливыми материалами. Я работала без устали, забывая о еде и сне. В моей голове звучала одна мысль:

"Успеть". Успеть до того, как грянет гром.

Февраль

Февраль принес с собой не только усиление военной риторики, но и первые, пока еще локальные, столкновения. Новости о них просачивались сквозь цензуру, вызывая новую волну паники. Люди, еще недавно скупавшие продукты, теперь начали искать убежища.

Подвалы, заброшенные бункеры, даже просто глубокие ямы - все шло в ход. Но я знала, что этого недостаточно. Радиация проникает повсюду, и обычные стены не спасут.

Мой костюм, хоть и продвигался, был лишь частью плана. Мне нужно было убежище.Настоящее убежище. Подземное. Глубокое.Способное выдержать не только радиацию, но и ударную волну, и последующие катаклизмы.Мой дом, небольшой, но крепкий, стоял на участке земли, который я унаследовала от бабушки. Под ним, как я помнила из детских рассказов, был старый погреб, выложенный камнем. Это было отправной точкой.

Я начала с изучения геологических карт района.Мне нужно было знать состав почвы, глубину залегания грунтовых вод, наличие скальных пород. К счастью, мой участок находился на возвышенности, и грунтовые воды залегали достаточно глубоко. Это давало мне преимущество.Мой план был амбициозен. Я собиралась расширить старый погреб, углубить его и превратить в полноценный бункер. Это требовало не только физических усилий, но и инженерных знаний. Я снова погрузилась в книги, на этот раз по строительству, геологии, вентиляции и водоснабжению. Моя мастерская, еще недавно полная тканей, теперь была завалена чертежами, схемами и расчетами.

Первым делом я начала укреплять стены погреба. Я использовала арматуру и бетон, создавая прочный каркас. Это была тяжелая работа, требующая недюжинной силы. Мои руки, привыкшие к тонким иглам, теперь держали отбойный молоток и лопату. Мозоли покрывали мои ладони, а мышцы болели от непривычной нагрузки. Но я не сдавалась. Каждая тонна вырытой земли, каждый замешанный мешок цемента приближали меня к цели.И обязательно комната перед дверью чтобы смыть с себя аэрозолем радиоактивную пыль, иначе лучевая болезнь поселится в моем бункере.

Я разработала систему вентиляции, состоящую из нескольких фильтров - угольных, НЕРА-фильтров и фильтров для радиоактивных частиц. Воздух должен был поступать извне, проходить через систему очистки и затем подаваться в убежище. Я также предусмотрела систему рециркуляции воздуха, чтобы можно было полностью изолироваться от внешнего мира.Водоснабжение было еще одной проблемой. Я планировала пробурить скважину прямо внутри убежища, чтобы иметь независимый источник воды. Это было рискованно, но необходимо. Я также предусмотрела систему сбора дождевой воды и ее очистки.

Энергоснабжение - солнечные панели на крыше дома, подключенные к мощным аккумуляторам, расположенным в убежище. И, конечно, дизельный генератор на случай длительного отсутствия солнца. Топливо для него я начала запасать заранее, понемногу, чтобы не привлекать внимания.Пока соседи судорожно запасались консервами и патронами, я заказывала тонны цемента, арматуры, труб и кабелей. Я придумывала разные истории для рабочих, которые помогали мне с тяжелыми работами - то ремонт фундамента, то строительство нового подвала для хранения вина. К счастью, в условиях всеобщей паники, никто особо не вникал в детали. Все были заняты своими собственными страхами.

Мои ночи были наполнены не сном, а расчетами и планированием. Я представляла себе свое убежище - небольшой, но функциональный мир, способный защитить меня от любой угрозы. Я представляла себе, как буду жить там, как буду работать, как буду ждать, пока мир снаружи не успокоится. Это была моя мечта, моя надежда, мой единственный путь к выживанию.