Kitabı oxu: «Жизнь слишком коротка, чтобы откладывать ее на потом»

Посвящаю

Даниэле, Лотте и Саскии, Л., Еве, Нико и Ханнесу, Оли, Петре, Коппи и Тассо, Рамону и Сабине, Люси и Наде

У каждого из нас есть две жизни.

Вторая начинается в тот момент,

Когда ты понимаешь,

Что жизнь у тебя всего одна.

Перевел с немецкого Евгений Юрьев по изданию: DAS LEBEN IST ZU KURZ FÜR SPÄTER: Stell dir vor, du hast nur noch ein Jahr – ein Selbstversuch, der dein Leben verbessern wird / Alexandra Reinwarth. – mvg Verlag.

Охраняется законом об авторском праве. Нарушение ограничений, накладываемых им на воспроизведение всей этой книги или любой ее части, включая оформление, преследуется в судебном порядке.

© 2018 by mvg Verlag, Muenchner Verlagsgruppe GmbH, Munich, Germany

www.mvg-verlag.de. All rights reserved

© Перевод на русский язык, издание на русском языке. ООО «Попурри», 2025

Введение

Однажды после дня своей смерти я просыпаюсь утром и чувствую себя счастливой.

Я слышу, как Л. и ребенок суетятся на кухне, в воздухе витает запах кофе. Это не какой-то особенный день – такая же, как остальные, пятница. На улице серо и моросит дождь, и я слышу, как ребенок кричит: «Но я ХОЧУ “Нутеллу”!..»

В обычной ситуации я бы снова натянула одеяло на голову, слегка раздраженная криком ребенка и недовольная отвратительной погодой.

Но сейчас все не так, как всегда, потому что вчера был день моей смерти и, к счастью, сегодня я снова проснулась. У меня есть еще один день. А потом еще один, и еще, и так будет еще довольно долго – по крайней мере, если все пойдет хорошо. Я увижу, как растет мой ребенок. Я переживу еще одну весну, смогу обнять своих близких и, если захочу, приютить еще 100 собак, открыть цветочный магазин, съездить в Мексику и научиться печь восхитительные маленькие пирожные. Или общаться на языке жестов. Я могу все это сделать, так как мне очень повезло и я еще здесь. Вам, кстати, тоже повезло. Я расскажу о том, как смогла ощутить в своей постели столь невероятное ощущение счастья в совсем невзрачную, дождливую пятницу. Все дело в мысленном эксперименте, который начался около года назад примерно так…

С ЧЕГО ВСЕ НАЧАЛОСЬ

Бывают недели, которые просто ужасны. Ребенок каждое утро хнычет, вы не успеваете на работе, муж забыл уплатить штраф за парковку, и к нему добавился еще один штраф, а потом сломался принтер. Второй за этот год. Ах да, еще и компьютер завис, а последняя резервная копия, разумеется, сделана в 500 году до нашей эры.

Такие недели бывают. На мой взгляд, они случаются слишком часто.

«Наконец-то пятница!» – обычно говорю я и рассыпаю внутри себя конфетти, когда наступают долгожданные выходные. Неделя закончилась, можно поздравить себя, поставить галочку. А еще в пятницу после обеда я люблю налить себе бокал просекко в компании коллег-единомышленников. Спасибо тому, кто ввел этот обычай в немецких офисах! Мы как будто поздравляем себя с тем, что пережили эту неделю. Еще одна неделя, после которой мы наконец-то можем два дня делать то, что хотим (молодые коллеги), или заниматься тем, что не успели сделать за неделю (те, у кого есть семьи). В понедельник утром, едва не захлебнувшись под душем от утренней зевоты, мы снова собираемся вместе и с тоской ждем окончания рабочего дня, следующих выходных, отпуска, а в самом отчаянном случае – даже выхода на пенсию.

Повседневность может измотать любого. И тогда достаточно услышать умную фразу наподобие такой: «А помнишь, как мы хотели вырасти и заниматься теми интересными вещами, которые нам нравились? Как у тебя с этим?» – и вот вы уже недоумеваете, куда подевались большие мечты и грандиозные цели и как вы могли оказаться в водовороте повседневности, обыденности и полной заурядности. А ведь раньше вы на полном серьезе писали «Счастливого пути!» в своем поэтическом альбоме. Эти слова там можно увидеть и сейчас, но они там скорее для красоты, потому что о том, чтобы жить в соответствии с этим призывом, не может быть и речи. Можно уже считать себя счастливым, если удается хотя бы кое-как справляться со своей импровизированной жизнью, когда можно порадоваться мелочам, воскресенью, проведенному в постели, улыбке и рисунку ребенка. Однако вдруг по радио звучит песня: «Я никогда не был в Нью-Йорке, я никогда не был на Гавайях, никогда не гулял по Сан-Франциско в порванных джинсах…» Я подсвистываю и внезапно осознаю: я тоже никогда там не была. Самое интересное место, где я была, – остров Крит. Наиболее волнующее впечатление было вызвано тем, что мы не забронировали отель заранее, а искали его по прибытии на место. Так называемый пульс жизни превратился в белый шум, который убаюкивает меня и позволяет чувствовать себя прекрасно.

В том, что жизнь оказалась заурядной и сфокусированной на безопасности, виновата, конечно же, я сама. В конце концов, я лично принимала решения, из которых сложилась жизнь, и многие из них были действительно замечательными, например муж (по крайней мере, в большинстве случаев) и ребенок. В этом плане я преуспела, потому что многие люди решение в пользу партнера не станут отменять лишь по той причине, что боятся остаться одинокими.

Что касается принятия решений, связанных с работой, то здесь слишком часто моим ориентиром был страх: лучше не рисковать, лучше не отказываться от безопасности, лучше не принимать вызов, который может привести к неудаче. И в других ситуациях я зачастую делаю не то, что хочу, а то, что имеет самые веские основания. Иногда просто трудно понять, чего ты хочешь на самом деле. Когда я рассказываю обо всем этом своей подруге Яне за чашечкой латте в кафе «Эйнштейн», рассуждая о жизни и о том, как важно отбрасывать мелочи, для того чтобы сосредоточиться на действительно важных вещах, она взмахом руки сметает все мои слова. «У тебя, наверное, проблемы», – говорит Яна, качая головой. Затем опускает взгляд в пол и глубоко вздыхает: «Я вчера виделась с Надей». Когда-то Надя была куратором Яны и за эти годы стала для нее близким другом. «Я же говорила, что они обследовали пятнышко на ее груди, разве нет?» И еще до того, как Яна посмотрела на меня со слезами на глазах, я уже знала, что будет дальше. «Нет», – качаю я головой и беру Яну за руки. «Да», – шмыгает она носом, и мы смотрим друг на друга. У Нади возобновился рак груди. Однажды она уже победила эту болезнь, но теперь, спустя годы, та вернулась.

Вечером я особенно крепко и долго прижимаю к себе слегка озадаченного мужа и сопротивляющегося ребенка («Хи-и!»). Мы все трое здоровы и мы вместе – вот что действительно важно. Все остальное вторично. «Как же мне повезло, что у меня есть вы», – шепчу я им на ушко и снова крепко сжимаю обоих («Хи-и-и-и-и-и!»). «Я люблю вас!» – я произношу эти слова слишком редко.

Конечно, мы знаем, что в какой-то момент окажемся в могиле, мы же не дураки, но в повседневной жизни это знание хранится в глубине нашего мозга – там, где его можно найти в случае необходимости, но не натыкаться постоянно. И тогда мы продолжаем вести себя так, словно бессмертны, до тех пор, пока друг не заболеет или коллега не попадет в аварию. Лишь тогда снова становится очевидно: мы не бессмертны.

Когда в тот вечер я рассказываю Л. о диагнозе Нади, мы вспоминаем совместно проведенный вечер у Яны, когда Надя жаловалась на то, что из-за работы почти не видит своих детей и ничего не может с этим поделать, потому что зарплаты ее партнера не хватает на ипотеку. «Если бы она только проводила больше времени с детьми», – говорю я не потому, что хочу поумничать, а потому, что меня очень печалит эта ситуация.

«А ипотека за дом?» – спрашивает Л. «К черту этот дом!» – думаю я. Еще я вспоминаю о кругосветном путешествии, в которое Надя не поехала, потому что не получила отпуск за свой счет, и которое планировала еще во время учебы в университете.

А еще она всегда хотела завести собаку, мечтала открыть небольшой отель где-нибудь на юге и втайне мечтала о том, чтобы ее любимый и отец ее детей сделал ей предложение.

«Почему она никогда не говорила ему об этом?» – спрашивает Л., изумленно глядя на меня, и я не могу дать точного ответа. «Наверное, Надя просто хотела услышать предложение. Это намного романтичнее, чем делать его самой». На мгновение воцаряется странное молчание, во время которого Л. размышляет, не стремлюсь ли я к тому же. Мы оба оглядываем стол, немного смущаясь.

«Когда-то ты тоже хотела открыть небольшой отель где-нибудь на юге, помнишь?» Л., к счастью, переводит разговор на другую тему, и я невольно улыбаюсь, потому что да, когда-то я этого хотела. «Ты все еще хочешь этого?» – спрашивает Л.

«Я не могу представить себе ничего лучше», – раздается из моего сердца. Если кому-то интересно, почему я до сих пор не сижу на солнышке на раскладном стульчике перед собственным отельчиком, работающим по принципу «ночлег и завтрак», потягивая кампари оранж, то объясню: у меня есть работа, есть Л. и ребенок, и от одной мысли о том, что потребуется для такого начинания, меня бросает в пот. Я отгоняю эту мысль и спрашиваю Л.: «Что бы ты сделал, если бы знал, что у тебя осталось мало времени?» – ведь в мгновение ока я стала совсем взрослой. «Я бы точно не стал злиться из-за нескольких штрафов за парковку», – пытается выкрутиться Л.

Но потом все становится серьезнее, потому что, как выясняется, мысль о том, что мы уйдем из жизни, – а мы обязательно из нее уйдем, – помогает нам кое-что прояснить. И если не отодвигать этот момент в далекое, неопределенное будущее, а держать перед глазами, становится совершенно ясно, на что действительно стоит тратить время и силы.

Короче говоря, если бы я знала, что мне осталось жить всего несколько месяцев, принимала бы я те же решения? Злилась бы на те же самые вещи? Поступала бы так же, как сегодня? С кем бы проводила время? И как? Что бы я точно хотела сделать, а что оставила бы как бессмысленное? Была бы я, в конце концов, счастлива оттого, что моя квартира всегда чистая и что я соблюдаю все свои договоренности? Почему бы нам не спрашивать себя гораздо чаще о том, что нам действительно важно?

Невероятно, как быстро это теряется из виду снова и снова. И как мы продолжаем метаться от недели к неделе, а в конце жизни мечтаем иметь еще несколько недель впереди.

Я поняла, насколько это абсурдно, услышав однажды в ноябре от мамы: «Когда стоит такая дерьмовая погода, я рада, что день быстро заканчивается». Нужно понимать, что в Регенсбурге, где мама живет, погода часто бывает дерьмовой. Хотя это очень красивый город, расположенный в долине, где протекает несколько многоводных рек. Из-за этого с самого начала осени там образуется устойчивый туман, который не рассеивается до мая. Так что мама действительно часто сидит на диване и ждет, когда пройдет день. Тем более что по причине болезней она ограничена в своих действиях.

Но это ведь поразительно, особенно если учесть то, сколько дней имеется у нас в распоряжении.

Давайте я вам кое-что покажу¹:

Если вам интересно, то поясню: это все годы, которые есть в распоряжении человека, прожившего 90 лет. В среднем мужчины могут рассчитывать на 78 лет, а женщины – на 84 года. Если быстро вычеркнуть все годы, которые вы уже прожили, останутся пустые квадратики, то есть годы, что вам еще остались. А потом вы умрете. Когда вы доберетесь до последних квадратиков – а это, видит бог, может случиться раньше чем в 90, о чем из несделанного вы будете жалеть?

Возможно, именно поэтому Карлос Кастанеда² однажды сказал, что смерть – единственный наш мудрый советчик. Иными словами, если мы не уверены в том, как следует решить тот или иной вопрос, стоит на мгновение представить себе, что жить нам осталось совсем недолго. Это очень помогает сориентироваться.

Почему бы вам не попробовать остановиться на мгновение, отложить книгу в сторону и вообразить, что вы знаете, что скоро умрете. Как бы вы оценили свою прежнюю жизнь? Дайте себе время подумать, мы никуда не спешим.

………

……

…

.

Будете ли вы довольны своими решениями?

А если заглянуть в будущее? Довольны ли вы тем, как проводите время? И с кем? Кому бы вы позвонили и что бы еще хотели сказать? Стали бы вы по-прежнему злиться на коллегу (глупую гусыню), потому что она вечно… или это была бы бесполезная трата времени? Пойдете ли вы на встречу с выпускниками, на которую вам уже сегодня не хочется идти? А если нет, то чем займетесь вместо этого?

Как изменилась бы наша жизнь, если бы мы принимали решения, зная о том, что завтра может наступить последний день? Или последний месяц, последний год? Если бы мы перестали тратить время, полагая, что его у нас еще так много? И почему ответы на вопрос, что еще является важным, не совпадают с ответами, которые приходят на ум, когда мы думаем о том, о чем заботимся на протяжении каждого дня? Хотя мы снова и снова убеждаемся в том, что особенно счастливы тогда, когда принимаем правильные решения и делаем то, что для нас действительно важно, а не то, что:

• нас меньше всего страшит;

• наиболее перспективно;

• дается легче всего;

• чего ожидает семья;

• чего хочет от нас религия, партия, начальник или кто-то еще.

Если вы ненадолго отложите книгу в сторону и немного погрузитесь в мысль, что ваша жизнь скоро может закончиться, то заметите, что значение различных событий, людей и занятий меняется. Причем в здоровую сторону: мы вдруг начинаем действовать исходя из своих чувств. Без «если» и «но», без страха. Именно так, как мы должны поступать на самом деле. Так, как того хочет наше сердце. И это начало. Начало конца, в частности моего.

Если вы уже читали одну из моих книг, то наверняка догадываетесь, что сейчас произойдет: мы будем кое-что пробовать. Вернее, я буду пробовать, а вы можете наблюдать. Возможно, вы найдете для себя один или два импульса, когда я буду пробовать

ЖИТЬ ЭТОТ ГОД ТАК,

СЛОВНО ОН ПОСЛЕДНИЙ,

ПОТОМУ ЧТО

жизнь слишком коротка,

чтобы откладывать ее на потом.

Сперва небольшое примечание.

В следующих разделах речь пойдет о том, как меняется жизнь. Они не посвящены смерти. Я ни в коем случае не хочу никого обидеть подобным мысленным экспериментом – никого из тех, кто потерял близкого человека, и тех, кто, возможно, сам серьезно болен. Я сама теряла близких, и в кругу моей семьи и друзей есть люди с неизлечимыми заболеваниями. В моей жизни также много людей, кто потерял близких родственников, и тех, чьи любимые умерли совершенно неожиданно в результате несчастного случая, болезни или по собственной воле. Эта книга написана не вопреки, а благодаря этим людям и их историям. И мы поступаем с ними наиболее справедливо, когда бережем и уважаем жизнь, когда празднуем ее и каждый день радуемся тому, что она у нас есть. Потому что имеем возможность изменить свою жизнь, пока не стало слишком поздно.

Давайте сделаем это!