Kitabı oxu: «Произнеси мое имя»

Произнеси мое имя

Глава 1

Нога резко перескочила на педаль тормоза, но было поздно. Автомобиль засвистел шинами и легонько ткнулся в чужой бампер.

– Вот ты ж тварь, – ругнулась Надя и выключила громкое радио. Колотящееся сердце не помешало включить аварийку, поправить длинные темно-бордовые крашеные волосы и с храбрым видом выйти из машины. Рядом с пострадавшей маздой уже стоял недовольный мужчина, небритый и явно настроенный поскандалить.

– Вы на светофор смотрите вообще? – начал он.

Надя с серьезным видом посмотрела на бампер мазды и с радостью увидела, что ее автомобиль не оставил никаких следов случайного столкновения.

– Ох, замечательно, – сказала она торопливо. – У вас ничего нет, у меня ничего нет, извините.

Надя двинулась назад в машину.

– То есть как ничего? – выпучил глаза мужчина.

– Да даже царапины нет, езжайте уже! – отмахнулась Надя и села за руль. Второй раз на этой неделе ей захотелось закурить. Она достала из бардачка банку с жвачкой и засунула одну в рот, начав ожесточенно работать челюстью. Надя завела мотор, включила радио, кивнула обиженному мужику и терпеливо дождалась, когда тот все-таки вернется в мазду и уедет восвояси. Через пятнадцать минут очень осторожного торможения и соблюдения идеальной дистанции с другими автомобилями Надя припарковалась у садика №311.

Дети девятой группы уже перекусили после сна и занимались своими делами. Надя высунулась в дверь игровой и сразу нашла нужного ребенка.

– Оля! – помахала она девочке лет шести. Та радостно подскочила, отпросилась у воспитателя и выбежала в раздевалку.

– Привет! – Оля прижалась носом к легкому плащу девушки.

– Привет, котенок, одевайся быстрее! Твоя мама нас уничтожит, если мы опоздаем на занятие.

– Влад Степанович не будет ругаться, мы с мамой иногда опаздываем. Все равно в начале распевка, – ответила девочка, неумело натягивая штаны. Надя присела, чтобы ей помочь.

– Я думала, что тебя женщина вокалу учит, – удивилась она.

– Татьяна Викторовна ребенка ушла рожать, у нас вот Влад Степанович теперь.

– А, вон оно как. Ребенка рожать – дело хорошее.

– А чего тогда ты не рожаешь? – между делом спросила Оля.

Надя скривила губы.

– Давай ты еще ко мне поприставай, а то мало вас таких.

– Бабушка говорит, что тебе уже скоро поздно будет, совсем родить не сможешь.

– Бабушке мама твоя уже двух внуков родила, ей достаточно, я думаю. И вообще, одевайся молча, а то время только тратишь.

Надя тут же мысленно отругала себя за то, что разозлилась на ребенка.

До Дома культуры и творчества они бежали уже на своих двоих, так как в спальном районе новостроек с парковками была беда. Переодев Олю, Надя затолкала ее на второй этаж дома культуры и медленно приоткрыла дверь в учебный класс. У пианино лицом к окну и с телефоном в руке стоял, по всей видимости, преподаватель. Надя постучала по дверному косяку.

– Извините…

К двери повернулся совсем молодой парень. Лет двадцать, по Надиным ощущениям. Он был довольно симпатичным – большие серые глаза, очень светлые, кудрявые волосы и подтянутый торс. Широкие плечи подчеркивала черная водолазка. Все это Надя рассмотрела за секунду. Три года одиночества сказывались тем, что мужскую фигуру она могла оценить мгновенно.

– Пришла Оля Миронова… – пояснила Надя, но тут из ее рта случайно выпала жвачка и упала аккурат в глубокий вырез футболки. Надя замерла в ужасе и стыде. Не глядя вниз, Надя смотрела на округлившиеся глаза преподавателя. С плохо скрываемой усмешкой он быстро взглянул на ее грудь. Взяв себя в руки, Надя продолжила:

– Мы немного опоздали, на дорогах пробки…

Прежде чем Влад Степанович успел что-то ответить, Оля наконец пробралась в загораживаемый Надей дверной проем и звонко поздоровалась. Надя тут же закрыла за ней дверь, срезав взгляд преподавателя, обращенный к декольте.

«Ндаааа, Орбит – прекрасное средство, чтобы привлечь внимание к сиськам…», – подумала Надя с неловкой ухмылкой и села на лавочку ждать конца занятия. Осмотревшись по сторонам, она засунула руку в футболку, достала липкий шарик и прилепила его к низу скамейки.

В рабочем чатике как обычно преобладала истерика. Ленка-маркетолог писала, что начальник требует готовые макеты к завтрашнему утру. Игорь пытался защитить себя и Надю и объяснял, что с нуля три макета для промо они за ночь точно не нарисуют и пусть начальник идет в жопу. Спустя какое-то время в переписку зашел сам Бронеславский и отметил, что ему как начальнику обидно, когда срывают сроки и отправляют его по известному адресу. Потом куча смайлов, мемов и прочей ерундистики. Посмеяться, конечно, посмеялись, но Надя поняла, что ночью ей опять придется посидеть над макетами. Бронеславский хороший, но над ним стоит откровенно припизднутая замдиректора Лида Волченко, которая всех выдерет за игнорирование ее указаний.

Поток рутинных мыслей прервала скрипнувшая дверь. Выбежала радостная Оля и за ней вышел преподаватель.

– Можно вас на минутку? – обратился он к Наде и вежливо улыбнулся.

Надя подскочила и подошла к нему.

– Сегодня позанимались хорошо, Оля молодец, – начал он. – Только полечите ей горло, чувствуется, что немного сипит, а у нас скоро отчетный концерт, болеть нельзя.

Надя увидела, как глаза Влада Степановича бегают по ее лицу и волосам, и почувствовала себя неловко. Под конец речи он бросил долгий взгляд на ее грудь и снова заглянул в глаза.

– Да, спасибо, – замялась Надя, – я передам ее маме.

Парень кивнул и попрощался. Надя с Олей побежали в гардероб.

На улице было еще светло. Апрельские долгие вечера с шелестящим в молодых ветвях ветром радовали красивым закатным солнцем и сладким воздухом.

– Он спросил, сколько тебе лет, – невзначай бросила Оля, пока Надя заводила машину. Надя посмотрела на нее в зеркало заднего вида.

– Кто спросил?

– Влад Степанович.

– Зачем?

– Не знаю, – Оля пожала плечами и заулыбалась. – Может, он влюбился в тебя!

Надя нервно засмеялась.

– Смешно, – поддакнула она девочке. – Я серьезно, о чем вы говорили и почему он спросил про мой возраст?

– Он спросил, кто меня сегодня привел. Я сказала, что тетя, сестра мамы. А потом он спросил, сколько тебе лет.

– И что ты ответила?

– Тридцать шесть. Да ведь?

– Да ведь, – посмеялась Надя и поехала в сторону Олиного дома, оставляя позади детский сад и далекие очертания Дома культуры и творчества.

– А фамилия у твоего преподавателя какая? – вдруг спросила Надя, когда они уже подъехали к одной из новых высоток.

– Не помню, – крякнула Оля. – Но у меня на бумажке написано.

Девочка порылась в рюкзаке и достала смятую бумажку. Надя развернула ее и прочла в конце индивидуального расписания ученика ФИО – Носов Влад Степанович.

– Носов, – ухмыльнулась Надя, – как сказочник.

– Какой сказочник? – не поняла Оля.

– Незнайку на Луне знаешь? Вот дядя Носов его придумал. Ладно, бери рюкзак и сменку, и побежали домой. Мама твоя нас заждалась, наверно.

Дверь открыла пухлая брюнетка с трехмесячным ребенком на руках. Оля проскочила внутрь трехкомнатной квартиры, сбросила обувь и побежала на кухню. Надя разулась, повесила плащ на крючок и достала из сумки магазинный кекс.

– Люб, я у вас чайку попью? – спросила она у сестры.

– Опять дома жрать нечего? – улыбнулась та и сразу добавила. – Конечно, попьешь. У меня рагу готово. Матюшу подержи, пожалуйста, я белье из машинки достану.

– Руки сейчас помою, подожди. А мама где? И Костя?

– Костя с работы едет, пробки. Мама сейчас вернется, к соседке ушла.

– У нее здесь уже подружки есть? – спросила Надя.

– Да, в отличие от меня.

– Ну, скоро песочницу начнете осваивать и у тебя будут, – хихикнула Надя и взяла на руки дремлющего черноволосого малыша. От макушки племянника пахло чем-то сладким и очень приятным. Надя ткнулась в нее носом и покачиваясь пошла в кухню. Из окна было хорошо видно центральную площадь нового микрорайона, усыпанного вдоль и поперек детскими площадками и островками парковок для автомобилей. В песочницах суетились мамы с детьми. Надя целовала пушистые волосики маленького, чмокающего во сне губками человечка и любовалась этой идиллией, вспоминая свое невеселое прошлое.

– Как дела на работе? – спросила Люба, гремя тарелками. Оля сидела напротив телевизора с мультиками и жевала свой ужин, не обращая ни на кого внимания.

– На работе разврат и коррупция, – вздохнула Надя. – Опять все горит, опять все надо было вчера. Занимаемся только теми проектами, которые интересны Лидусе.

– А у Игоря как дела?

– Люб, отстань, – резко осекла сестру Надя. – Ты меня достала.

– Ну он же тебе симпатизирует явно, чего ты отбиваешься? – мягко возразила Люба, накладывая в глубокую тарелку овощное рагу. – Тебе со сметаной? Хлеб нужен?

– Со сметаной, без хлеба. Игорь мне просто приятель, мне индифферентны его симпатии. Не надо больше об этом.

– Ладно, – согласилась Люба и забрала у Нади уже крепкого спящего Матвея.

Минут через двадцать пришла мама и сразу за ней Костя. С криком «папочка!» Оля бросилась ему на шею. Измученный работой и плотным дорожным трафиком отец семейства расцеловал дочь и побежал смотреть сына.

– Кто у нас тут такой маленький, – раздавался из комнаты подслащенный мужской голос. Надя засобиралась домой, но быстро проскочить мимо мамы не удалось. Женщина вынырнула из ванной и затолкала старшую дочь обратно на кухню.

– Чего не заходишь совсем? После новоселья первый раз пришла! – негодующим тоном вопросила мама.

– У меня ж работа, – издевательски хохотнув, ответила Надя. – Это вы тут все на шее у мужика висите, а мне на покушать зарабатывать надо.

Люба скривила гримасу.

– Харэ издеваться, у меня и так комплексы уже по этому поводу.

– Какие еще комплексы? – возмутилась мама. – У тебя дети. Женщина должна сначала детей вырастить, а потом работать.

– Я все поняла, – воскликнула Надя. – Я вас тоже всех люблю, но мне пора.

Костя увидел Надю уже в прихожей.

– Опа, привет! Ты уже уходишь?

– Да, привет. Пойду, отдыхайте.

– С вашей маман хрен отдохнешь, – прошептал Костя и засмеялся. – Зарабатываю на вторую ипотеку, чтобы отселить ее подальше.

– Всех ипотек не заработать, Костя, – ответила Надя и позвала Олю, чтобы попрощаться.

– Надь, – спохватилась мама на пороге. – Я в четверг Олю опять не смогу на занятие отвести, у тебя получится?

– Не знаю, у нас аврал на работе, я тебе в среду отвечу. Ну все, пока.

Надя вернулась в свою тихую пятиэтажку через полчаса. Есть не хотелось, а вот откупорить бутылку белого полусладкого очень тянуло. В рабочей переписке подтвердилась необходимость подготовить три информационных макета к десяти утра. Игорь написал в личные сообщения, что сделает два макета, и Наде останется только один. Она ответила подмигивающим смайлом и достала из ящика штопор.

На большую региональную сеть автодилерских центров приходилось почему-то всего два дизайнера – Надя и ее коллега Игорь. На все просьбы взять еще хотя бы одного человека на эту же должность руководство отвечало коротко: «Зарплаты у вас очень хорошие, вот и отрабатывайте их полностью». Надя вспомнила эту фразу как раз, когда открывала бутылку вина почти за полторы тысячи рублей. «Ну хоть винишко неплохое могу себе позволить», – подумала она и села с бокалом за рабочий стол, чтоб до двух ночи рисовать «динамичный и мощный как двигатель S-класса» рекламный макет для очередного, никому не нужного роллапа.

Уже перед сном, лежа в кровати Надя бесцельно листала соцсеть в поисках какой-нибудь фигуристой фитоняшки. Интересных персонажей не попадалось. Она добавила в поиск ник одной из примелькавшихся девиц и открыла ее аккаунт. Появилось несколько новых фото. Надя сразу же открыла ту, где фитоняшка обнималась со своим новым мускулистым спутником. Девушку с надутыми губами и силиконовой грудью крепко обнимал рельефный самец с бриллиантовыми пуссетами в ушах. Надя смотрела на их тела и особенно внимательно изучала то, как накачанная рука держала тонкую девичью талию. В голове у Нади фитоняшка и ее избранник уже кувыркались в кровати. Посмаковав в голове постельную сцену, она бросила телефон на тумбу и уснула.

Ночь была душной. Ветер никак не хотел подуть в приоткрытое окно. За стеной, у соседки непрерывно щелкал какой-то прибор. Надя ворочалась на влажной простыне. Ей снилась боль.

Надутый до больших размеров живот крутит и режет изнутри. Надя в длинном белом сарафане обнимает живот руками и шепчет ему ласковые слова. В животе неприятно булькает, словно там перекатывается из стороны в сторону тягучая, густая масса. Надя боится упасть и ищет вокруг хоть какую-нибудь скамейку. Ей нужно присесть. Но скамеек нет. И ничего вокруг нет – ни людей, ни транспорта. Только серая, бесконечно уходящая вдаль проселочная дорога. Где-то далеко виднеется дом. Наде нужно дойти до этого дома, но живот очень тяжелый, а нести его надо бережно. Вдруг Надя слышит треск. Она смотрит на ноги и видит, как из-под живота хлещет кровь. Очень много крови. Надя кричит и просыпается.

Рядом с головой зазвенел будильник на телефоне. Не открывая глаз, Надя ткнула на экранчик, чтобы прервать мерзкий звук, и резко села в кровати. Сердце сильно колотилось. Очень хотелось пить. Половина бутылки белого полусладкого отзывалась внутри неприятной тошнотой. Надя осмотрелась, нашла под кроватью тапки и пошла в ванную.

За завтраком она обнаружила в почте уведомление о новом сообщении в ВК. Некий Влад Носов написал ей около двух ночи. Надя подумала, что это спам и не стала проверять личку. Уже за рулем ее вдруг осенило – преподавателя Оли по вокалу зовут Влад Степанович Носов. Надя аж подпрыгнула. На одном из светофоров она стала рыться в сумочке, чтобы найти мобильник, но ей тут же начали сигналить. Надю буквально разрывало от любопытства. Рядом с родным бизнес-центром как назло не было свободных мест. Надя покружила по парковке, мысленно ругаясь на начальство, которое не разрешает сотрудникам подъезжать к зданию и заставляет парковаться где-то через дорогу. Найдя наконец свободное местечко и сунув в рот жвачку, она схватила телефон и только собиралась зайти в нужное приложение, как на экране появилась фотка Игоря. Входящий вызов.

– Что? – рявкнула Надя.

– И тебе доброго утра, – медленно начал Игорь.

– Гоша, не тяни, я долго искала, где встать, и вообще убивать хочу.

– Это здорово, нам как раз нужны твои позитивные флюиды, потому что Лида собирает планерку. Через пять минут надо быть у нее в кабинете. Я тебя обрадовал, сахарок?

Надя просто положила трубку и с тихим рычанием вышла из машины.

Лида Волченко собрала на планерку двух маркетологов – Лену и Женю, начальника отдела рекламы и дизайна Сережу Бронеславского и четырех его подопечных – рекламщиков Севу и Настю, дизайнеров Надю и Игоря.

Поправляя пиджак дорогого костюма, Лида включила плазму и стала показывать какие-то графики динамики продаж автомобилей. Девочки-маркетологи кивали в такт ее речи, как два китайских болванчика. Надя сразу потеряла ход мысли и отвлеклась на телефон. Она открыла ВК и залезла в личные сообщения. Влад Носов написал ей в 2.46. На мелкой иконке с фото отправителя был изображен светловолосый парень в солнечных очках, манерно улыбающийся на камеру.

«Добрый вечер. Хочу сообщить, что занятие Оли в четверг сдвинется на 15 минут. Приходите с ней в 18.15. Спасибо.»

Надя зашла в профиль пользователя. У Влада Носова было чуть больше трехсот друзей и не заполненная графа семейного положения. Надя бросила взгляд на возраст и испугалась от обнаруженной цифры – 20 лет. Она вернулась в личку и набрала текст: «Скорее, доброй ночи, если судить по времени вашего сообщения. Я передам бабушке Оли эту информацию, чтобы они пришли на занятие вовремя».

– Сахарова, ты слушаешь? – голос Лиды вонзился в черепную коробку острым ножом.

Надя закрыла телефон блокнотом и громко ответила: «Да, конечно».

– Вот и слушай, а не мобильник тереби, у нас тут важная задача.

Надя подумала, что Лида любую херню называет важной задачей, и запретила себе тратить нервы на эту двадцатипятилетнюю курицу, которая на столь почетную должность пристроили то ли папа, то ли дядя. В конце планерки Лида в пух и прах раскритиковала Надин макет для роллапа и заставила все переделывать. Надя кротко смолчала и перед уходом из кабинета незаметно прилепила жвачку к нижней стороне крышки красивого и дорогого Лидиного стола.

– Сочувствую, – театрально вздохнул Игорь во время чаепития.

– Пофигу, – ответила Надя, разгрызая засохший пряник. – Я этот макет нашла в древнем архиве и размеры переделала, сейчас нормальный нарисую. А чего она опять такая вздрюченная?

– Продажи плохие, и все думают, что рекламой можно кому-то втюхать наши дорогущие тачки. Ага, конечно, в наше-то время… Мы сейчас больше денег на промо-акцию для этих випов потратим, чем потом приобретем.

– А когда у нас супер-сейшн для городской Ылиты?

– Через месяц. Нам бы день простоять, да ночь продержаться.

– Да уж, и я в отпуск сразу уйду.

– Она тебя отпустит?

– Вертела я ее, – громко хохотнула Надя, – мне Бронеславский все уже подписал.

В кабинет вошел пухлый, розовощекий начальник.

– Что я тебе подписал?

– Премию, – не задумываясь ответила Надя.

– Хуемию, – передразнил Бронеславский. – Хорош чаи пить, изобразите мне бурную деятельность хотя бы до обеда, пока эта дура рядом ходит.

Все расселись за рабочие столы. Надя увидела в уведомлениях новое сообщение. Снова от Влада Носова: «Извините, если ночью вас вдруг разбудило мое сообщение». Надя ответила: «Ничего страшного, не разбудило, не волнуйтесь». Только Надя хотела вернуться к рабочей программе, как загорелся маячок нового месседжа.

«Глядя на вашу аватарку невозможно не волноваться )».

Надя посмотрела по сторонам, будто за ней могли подглядывать.

– Гош, – вдруг позвала она на весь кабинет, – а ты волнуешься, когда смотришь на мою аватарку в вэкашечке?

Сидевшая рядом Настя громко засмеялась, Бронеславский говорил по телефону и не слышал подопечных.

– Это аватарка, на которой ты пальму обнимаешь, словно пригубила слишком много?

– Да, она.

– Волнуюсь, конечно. Волнуюсь за печень твою и трезвость ума.

Надя улыбнулась и решила ничего не отвечать Владу Носову.

Вечером дома Надя уговорила вторую половину полусладкого и полезла более внимательно изучать профиль Носова.

– Итак, Незнайка на Луне, посмотрим, где ты учишься… – проговорила Надя. Из динамиков томно пела пухлогубая селеба про «твои глаза – мой личный океан».

Надя слегка стыдилась того, что изучает страницу случайного «подростка», но винишко и природное любопытство вперемежку с какими-то злачными инстинктами заставляли ее копать информацию дальше. Оказалось, что Влад Носов учится в местном педагогическом, день рождения у него 11 августа, а в музыкальных записях сплошь классика и классика в современной обработке. Девушек в друзьях было не так много, как могло бы быть при такой внешности. Неожиданно в друзьях Надя нашла свою сестру. Значит, Влад Носов вполне мог сообщить ей напрямую о переносе занятия на пятнадцать минут. Но почему-то этого не сделал и написал Наде.

«И почему же моя аватарка заставляет вас волноваться?» – Надя щелкнула клавишу «отправить» и с ужасом посмотрела на экран. Вязкий мозг стал решать, стоит ли быстро удалить это сообщение, или дождаться ответа, или спать лечь. Вместо всего перечисленного Надя истерично заржала в руку и откатилась на стуле подальше от стола. С расстояния двух метров было видно, что на экране ничего не происходит. Голос поющей селебы вторил мыслительному процессу и выдавал надрывное «мальчик, ты разбил мне сердце пополам…». Надя опять посмеялась и пошла в ванную хотя бы почистить зубы перед сном. Возвратившись в комнату, она выключила свет и нехотя посмотрела на монитор, думая о том, что ведет себя, как школьница. На экране светилось новое сообщение.

«Ну как же не волноваться, когда на фото красивая женщина в купальнике».

Надя посмотрела на часы – 1:31. Вечер переставал быть томным, как говорилось в одном старом фильме.

«За пальмой ничего не видно», – ответила Надя.

«У меня хорошее воображение )»

«И что вы там себе навоображали?»

«Что я приглашаю вас прогуляться по городу. Например, в пятницу»

Надя вдруг разозлилась на себя. Разозлилась на свой возраст, на свое одиночество, на бывшего мужа, из-за которого она теперь готова вести какие-то глупые переписки.

«А я, например, вам отказываю»

Влад Носов не отвечал. Надя распустила хвост и расчесала пальцами волосы. Наконец, появился значок набора сообщения собеседником.

«Тогда я воображу очень красивый закат на набережной. Такой красивый, что вы не сможете отказать»

Надя закатила глаза. «Что за цитаты из справочника юных пикаперов», – подумала она.

«Доброй ночи, Влад»

«хм… Доброй ночи, Надежда…»

Выключив компьютер, Надя вспомнила, что должна была посмотреть новое ТЗ от Волченко для верстки презентационного буклета. «Хрен с ним, с буклетом. Хрен с ним, с Незнайкой…», – бормотала Надя, засыпая.

Глава 2

Четверг не заладился с самого утра. Во-первых, сломалась кофеварка. Во-вторых, Надя обнаружила в почте письмо Бронеславского, который переслал ей гневный текст Волченко в духе «все херня, переделать», касающийся презентационного буклета. А буклет верстался Надей всю долбаную среду. На нервах она взяла из шкафа шкатулку в стиле Палех и долго на нее смотрела. На крышке была нарисована девушка в санях, запряженных тройкой белых лошадей. Внутри шкатулки лежали остатки последней пачки сигарет. Надя пообещала себе, что выкурит эти остатки только если случится что-то совершенно ужасное. Хорошенько подумав, Надя вернула шкатулку на место и стала собираться на работу.

На выходе из квартиры ждала еще одна неприятность – соседка баба Нюра. Надя даже ругнулась тихонечко, увидев противную старуху на лестничной клетке.

– Ты беременная что ли? – на весь подъезд спросила старуха, с прищуром рассматривая Надю.

– Здравствуйте. Нет, не беременная, – так же громко ответила Надя и побежала вниз по лестнице.

– Врешь поди! У меня сон чуткий, если ребенок орать за стенкой будет, я тебя засужу, поняла! – кричала ей вдогонку баба Нюра. Надя выбежала из подъезда и рванула к своей машине, будто старушка пыталась ее догнать.

– Привет, сахарок! Лидуся вчера написала… – начал Игорь, встретив Надю в офисе.

– В жопу твою Лидусю. Надрачивать иллюстратор из-за того, что ей шрифты не понравились, я не собираюсь.

Игорь ласково обнял злую Надю за плечи и стал приговаривать:

– Мы же с тобой понимаем, что все равно будем надрачивать, пока она не успокоится. Мы же крепостные, Надюнь. Выбора нет. Недели через три пройдет «пати на палати», и Лидуся свалит в свою Ниццу на месяц. Главное, продержаться. Помни, что ты супер-дизайнер, а все, что происходит вокруг, просто веселый челлендж.

– Я тебя люблю, Гош, – кивнула ему Надя. – Тебе надо консультации в качестве психолога давать.

– У меня это в планах, я на тебе тренируюсь, – согласился Игорь и пошел по своим делам. Надя смотрела ему вслед. Высокий, смешной и даже вполне симпатичный очкарик. Милый очкарик. Но не в Надином вкусе абсолютно. Однажды на корпоративе он начал ее целовать, зажав в одном из офисных углов, а Надя была такая пьяная, что, закрыв глаза перед поцелуем, моментально отрубилась. Больше Игорь не предпринимал попыток прямого контакта. Надя прогнала из головы эти неловкие воспоминания и пошла играть со шрифтами, дабы ублажить неадекватное руководство.

Ближе к концу рабочего дня позвонила мама.

– Надюш, ты помнишь, что Олю надо отвести на занятие? Я все-таки не могу, у нас заседание клуба…

– Какого еще клуба?

– Клуба по благоустройству. Нас семь человек активистов, будем территорию рядом с нашими новостройками приводить в порядок. Клумбы, лавочки…

– Мам, у меня вообще-то срочная работа есть.

– Надюш, Любе надо помочь, она же с малышом не сможет по улицам долго таскаться.

– Да-да… А я везде могу.

– Ну, Надюш!

– Все. Хорошо, я заберу Олю из садика и отведу на занятие. Решай что-то со своим клубом активистов, два раза в неделю водить Олю я не могу.

Мама зачмокала в трубку и радостно согласилась. Надя картинно поморщилась и положила трубку.

Из группы Оля вышла с рисунком в руках.

– Это мама, папа, Матвей, бабушка и я, – рассказывала девочка.

– А я где? – спросила Надя, доставая верхнюю одежду из шкафчика.

– Ой! – смутилась Оля и вытаращила глаза. – Просто ты с нами не живешь, и я что-то… Надя, прости! В следующий раз я обязательно тебя нарисую! Вот прям завтра нарисую!

– Да ладно тебе, – успокоила ребенка Надя. – Я не обижаюсь. Нарисуешь меня на восьмое марта.

– Так это же через год почти! А я в сентябре уже в школу пойду.

– Вот и нарисуешь в школе. Ты там как раз будешь лучше рисовать, и сделаешь мне настоящий портрет.

– Хорошо, – заулыбалась девочка.

В Доме культуры и творчества Надя отправила ее на второй этаж одну, сообщив, что лучше подождет ее рядом с гардеробом. Через полчаса занятия Оля спустилась вместе со своим преподавателем. Надя поднялась со скамейки.

– Здравствуйте, – сдержанно поздоровалась она.

– Добрый вечер, – Влад слегка улыбался. – Сегодня Оля занималась еще лучше, думаю, в программу концерта я поставлю две ее песни, а не одну. Только нужно будет подготовить костюмы. Первая песня…

– Влад Степанович, я думаю… – нетерпеливо прервала его Надя.

– Можно просто Влад.

– Влад, я думаю, что по костюмам вам лучше пообщаться с мамой Оли. Я совершенно случайный человек здесь, и могу что-то забыть, не понять.

– Я понял, – кивнул Влад. – Извините за навязчивость.

– Все в порядке, просто я… Я, наверное, не смогу водить к вам Олю постоянно, поэтому вам лучше контактировать с кем-то другим, – стала оправдываться Надя.

– Хорошо. Всего доброго, – Влад опять кивнул, помахал Оле и ушел.

Люба встретила дочь и Надю в слезах. Матвей орал где-то в кроватке, в одной из комнат кто-то стонал.

– Мама сломала ногу, – завыла Люба. Надя разулась и побежала на стон. В своей спальне мать лежала на кровати, держась за сердце и старательно отворачиваясь от распухшей до невероятных размеров в области щиколотки ноги. Оля вбежала в комнату и заревела от увиденного. От всеобщего крика у Нади сильно зазвенело в ушах.

– Блажить хватит! – она резко рявкнула на Любу. – Ты скорую вызвала?

– Нет…

– Какого хрена, Люба? Почему нет?!

– Костя сказал, что надо везти в травмпункт, он едет с работы…

– В скорую звони! – Надя вытолкала Олю и Любу из комнаты. – И Матвея успокой! Он себе сейчас грыжу наорет.

Надя повернулась к маме.

– Ты как себя чувствуешь? Что это вообще такое с тобой?

Мама еле слышно рассказала, как пошла в группе активистов обследовать местность и делать карту благоустройства. В одном из мест будущей газонной площадки она наступила в ямку и сильно подвернула ногу. До квартиры ее донесли двое единомышленников. Надя едва сдержалась от злых комментариев по поводу этой ситуации. Она только погладила маму по голове и попросила ее потерпеть боль до приезда врачей.

– Скорая не приедет, – сообщила Люба.

– Бабушка не умрет? – с испуганными глазами спросила Оля вышедшую из комнаты Надю.

– Обязательно умрет, – ответила та, – но не сегодня, а когда станет совсем старенькой. Почему скорая не приедет?

– Говорит, везите в травмпункт.

Надя погуглила адрес ближайших травматологов. В квартиру как раз вбежал взволнованный Костя. Вместе с ним они на пределе сил перетащили уже давно не стройную маму в Надину машину. Костя хотел сам отвезти тещу ко врачам, но Надя благородно отпустила его домой. Всю дорогу мама молчала и постанывала на кочках. К счастью, очереди в травмпункте не было. Увидев врача, Надя почувствовала неладное – он казался ей знакомым. Взглянув на Надю, врач удивленно приподнял брови, но ничего не сказал и стал осматривать пациентку.

– Ну что ж… – начал врач. – Даже царапины нет, езжайте-ка вы домой.

– Что? – возмутилась Надя. – У нее нога, как шар, распухла, вы в своем уме?

– Ну царапин же нет! Значит, и поломки нет! – всплеснул руками бородатый врач.

Надя прищурилась.

– Я вас вспомнила! Я вам бампер задела в понедельник. Мама, пошли, мы в другой травмпункт поедем.

– Да ладно уж, – остановил их врач. – Так уж и быть, сделаем рентген.

– У вас же правда не было повреждений на бампере, – вскипела Надя, – что вы концерт устраиваете?

– Концерт тут устраиваете вы! А я хотел, чтобы вы оценили свой поступок со стороны. Толкнуть чужую машину и без должного осмотра покинуть место ДТП – это совершенно неприемлемо. Все равно, что вашу подопечную без рентгена отправить бы домой. Заходите, уважаемая, в кабинет и ложитесь на стол. Да не стоните вы, я вам сейчас помогу!

Рентген показал вывих. Травматолог вправил ногу и наложил гипс.

– Приедете через три недели в хирургию по месту жительства вот с этой справкой, – травматолог вручил Наде листок.

– Спасибо. И извините за машину…

Мужчина махнул на нее рукой и спрятался в кабинете с рентгеном.

Обратно ехали тоже молча. Надя зло жевала Орбит. Мама чувствовала себя виноватой за то, что из-за нее теперь придется всем суетиться.

– Ты Любочке поможешь? – тихо спросила мама.

– Господи! – рявкнула Надя. – Помогу я твоей Любочке! У нее же дети! А теперь еще и пенсионерка недееспособная, как тут не помочь!

Мама обиделась и больше разговоров не заводила. Надя вернулась в свою однушку ближе к одиннадцати вечера. Холодильник ее встретил прокисшим молоком и одним-единственным сырым яйцом. Надя решила лечь спать и даже не проверять почту перед сном. Хватит на сегодня дурацких ситуаций.

Во сне ее кто-то обнимает. Прикасается губами к шее, чуть прикусывает мочку уха и гладит все тело сразу, будто у него сто рук. Между ногами становится тепло и влажно. Нежные губы спускаются к плечам, язык медленно скользит по ключицам и находит обнаженную грудь. Зубы прикусывают сосок, а рука сильно сжимает ягодицу. Надя выгибает тело от наслаждения. Она тянет мужчину к себе. Он обнаженный, светловолосый и очень знакомый. В тот момент, когда его губы впиваются в ее губы, и языки начинают лихорадочно облизывать друг друга, Надя чувствует, как ей между ног упирается твердый член. Когда он, наконец, входит в нее, Надя узнает в мужчине преподавателя по вокалу, и тут же кончает.

Надя проснулась от сильного оргазма и сбившегося дыхания. За окном было светло, на часах почти шесть утра. Полчаса до будильника Надя лежала с закрытыми глазами и смаковала хорошо запомнившийся сон. Соски все еще торчали, словно каменные, пониже лобка опять разливалось тепло и томление. Надя взяла с тумбочки телефон и открыла в браузере первый попавшийся порно-ролик. Засунув руку во влажные трусики, она стала медленно нажимать средним пальцем на клитор. В ролике лысый мужчина имел на офисном столе грудастую блондинку. Надя застонала, отбросила телефон и зажмурилась, представляя перед собой парня из Дома культуры и творчества, его большой торчащий член. Через несколько секунд она медленно задвигала тазом и замерла. Пятница начиналась неплохо.

На работе было спокойно. Все руководство, включая Бронеславского, уехало за город на фестиваль рекламы и медиа. Сотрудников среднего звена решили не обогащать этими знаниями, да они и не расстроились – можно было срулить из офиса пораньше. Надя решила поехать в торговый центр, пошататься между вешалок с одеждой, попить кофе на фудкорте, посмотреть на людей. Зайдя в первый от главного входа магазин, Надя сразу пошла в сторону летних платьев. Ей хотелось побаловать себя красивой, струящейся по груди и бедрам вискозой. Она хаотично выбирала платья и смотрела у зеркала, идет ли ей цвет. Минут через двадцать Надя выбрала чисто белое платье на пуговицах по всей длине и подошла с ним к зеркалу. Кроме себя, она увидела там стоящего за спиной Олиного преподавателя. Надя подпрыгнула и испуганно обернулась. Парень действительно стоял сзади и молча наблюдал за ней. Он был одет в черную, обтягивающую футболку и клетчатые серые штаны.

– Добрый день, мне кажется, вам подойдет, – Влад показал рукой на платье.

– Добрый. А я сомневаюсь из-за цвета. Белое никогда не носила. Только один раз… в смысле, обычно выбираю на лето зеленое или оранжевое. – Надя замолчала и пристально посмотрела на случайного собеседника. – Что вы тут делаете? Это же женский отдел.

– Я вас минут пятнадцать назад заметил, у эскалатора. Решил подсмотреть, что вы выбираете.

– Подсматривать нехорошо, – Надя двинулась в сторону вешалок, – вас мама этому не учила?

Влад улыбнулся.

– Вы хотите его повесить обратно? – спросил он, глядя на платье.

– Да.

– Нет, – он остановил ее руку. Надя замерла от прикосновения. – Пожалуйста, померяйте его. Я уверен, что вам очень подойдет. Могу оценить со стороны. – Влад заулыбался еще шире, видимо, понимая, насколько нагло это звучало.

Надя возмутилась, но вида не подала. Она решила, что можно и проучить парня, который то ли издевался над ней, то ли посмеивался.

– Хорошо, – с вызовом сказала Надя. – Почему бы и не воспользоваться вашей помощью. Пойдемте переодеваться.

Она бодро зашагала в сторону примерочных. На входе Надя взяла у девушки номерок и оценила количество кабинок. Как назло, ряд примерочных уходил далеко в сторону от сотрудницы магазина. Надя пошла к самой дальней из них. Боковым зрением она видела, что Влад идет за ней. Надя зашла в кабинку, повесила на крючок платье и сумку и повернулась, чтобы закрыть дверку. Влад стоял напротив.

– Я вас подожду, – заверил он. – Покажитесь, как переоденетесь.

Надя, ничего не сказав, медленно закрыла дверь и повернулась к зеркалу. Оттуда на нее смотрела бледная женщина с выкрашенными в темно-красный цвет длинными волосами. Женщина сняла офисный пиджак, футболку и джинсы. Она смотрела на свое асексуальное нижнее белье и пыталась вспомнить, есть ли у нее вообще в шкафу хоть один привлекательный бюстгальтер. Кажется, не было. Наде опять стало жалко себя. Но внезапно в мозгу появилась другая мысль – там, за дверью стоит привлекательный молодой человек, который хочет увидеть ее в белом летнем платье. Подумав, что платье должно просвечивать, как обычно бывает с белой одеждой, Надя расстегнула лифчик и высвободила упругую, средних размеров грудь. Она надела платье и застегнула пуговицы. Под тканью можно было различить темные соски и бледно-зеленые трусы. Волосы никак не хотели красиво ложиться. Надя попыталась несколько раз привести их в порядок, но поняла, что все бесполезно, и просто убрала пряди от лица назад. Открывая дверь, она подумала, что там, наверное, уже никого нет. Но Влад терпеливо ждал. Увидев Надю, он оживился. Хотел что-то сказать, но, заметив просвечивающую грудь, застыл на полуслове. Парень внимательно посмотрел в глаза Наде. Несмотря на спокойный внешний вид, внутри у нее закипала истерика. Еще немного, и сердце пробьет диафрагму насквозь.

Парень не спеша зашел в кабинку и закрыл за собой дверь. Воздуха не хватало, и Надя стала дышать чуть приоткрытым ртом. Он еще раз взглянул на торчащие соски и прикоснулся к одному пальцами. Надя, не отрываясь, снизу вверх смотрела на его невозмутимое лицо, приближавшееся все ближе. Влад чуть сжал грудь, потер о нее ладонью, другую руку положил на чуть дрожащее Надино бедро. Она старалась не шевелиться. Все тело пребывало в каком-то ужасном оцепенении.

– Я же говорил, что платье подойдет, – тихо сказал парень и прикоснулся губами к ее губам. Тут же Надя размякла и позволила себе дотронуться до него. Под футболкой чувствовались крепкие мышцы. Он медленно обхватил ее зад обеими руками, крепко сжал пальцами и притянул к себе. Их рты впились друг в друга, и Надя потерялась в мыслях. С закрытыми глазами она нащупала ремень его штанов и расстегнула его. В штанах уже торчал большой твердый член. Надя положила на него руку, но парень резким движением развернул ее от себя, сам спустил штаны и задрал юбку платья. В зеркале Надя видела его раскрасневшееся лицо. Влад достал из кошелька в кармане презерватив, быстро распечатал и надел. Он отодвинул трусы Нади в сторону и резко вставил в нее член. Она вскрикнула. Парень посмотрел на нее в зеркале, потом нагнулся, уткнулся носом в ее затылок и начал раскачиваться. Надя зажмурилась от удовольствия. Мужские руки держали ее за грудь и бедро, горячий рот дышал в шею. Все Надины мысли устремились в то место, где сейчас происходило самое активное действие. Она стала покачиваться в такт его движениям. Ее зад звучно хлопал о его ноги. Казалось, звук настолько оглушительный, что его должны слышать во всем торговом центре. Руки парня переместились на ее поясницу. Он резко выпрямился, отклонился назад и задвигался быстрее, Надя застонала, уперевшись руками в стену. Несколько сильных толчков, и парень уменьшил темп, продлевая наставшее удовольствие. Еще через минуту он вышел из нее и отвернулся к дверке. Надя поправила нижнее белье и опустила юбку. От произошедшего ее била мелкая дрожь.

– Я подожду снаружи, – хриплым голосом произнес Влад, повернулся к ней, неожиданно схватил бирку на платье и внимательно посмотрел на нее. Надя неловко прикрывалась руками, будто больше не хотела, чтобы он смотрел на нее. Парень вышел и закрыл дверь.

Надя быстро переоделась, оставила злополучное платье в примерочной и вышла в пустой коридор – там не было ни Влада, ни сотрудницы отдела. Надя торопливо зашагала на выход. Она старалась не смотреть по сторонам от стыда. В десяти метрах от отдела женской одежды ее схватили за руку. Надя стала вырываться.

– Тише, тише! – успокоил ее знакомый голос. Влад приобнял Надю за плечи одной рукой, а другой вручил фирменный пакет магазина. В нем лежало то самое белое платье ее размера.

– Не стоит, – робко начала Надя.

– Стоит, – закивал Влад. – Мне со стороны виднее, платье прекрасное. – Он широко улыбнулся.

Надя взяла пакет, лишь бы отделаться от парня.

– Мне пора домой.

– Я понял. Тогда до встречи, – Влад развернулся и ушел в противоположную сторону.

Обескураженная Надя не сразу нашла на гигантской парковке свою машину. Она хаотично шаталась между автомобильных рядов, пока не увидела знакомый номер на красном пежо. Всю дорогу домой она испуганно поглядывала на пакет с платьем, лежащий на соседнем сиденье, и пыталась понять, как можно было вести себя, словно дорожная проститутка. Дома Надя затолкала пакет в шкаф и достала шкатулку с сигаретами. Она насчитала четырнадцать штук и недолго думая все-таки взяла одну. Курить было невероятно приятно. Сигаретный дым и голод закружились в голове вальсом. Надя залила окурок водой из-под крана и выкинула его в мусорку. Время на часах разрешало позвонить Любе и спросить, как дела.

Через три гудка в трубке отозвался раздраженный голос:

– Да.

– Привет. Что с голосом? Все нормально?

– Нет, не нормально, – злым шепотом разразилась сестра. Надя услышала звук закрывающейся двери.

– Ты на балкон вышла?

– Да! Они меня все достали! Костя хочет завтра ехать на дачу, мама все время дома и рассказывает, как надо Матюше жопу мыть правильно. Матюша орет, как резаный… Хочу в деревню, к тетке, в глушь, в Саратов.

– Потерпи, – сочувствующе сказала Надя. – Три недели и мама вернется к своим активистам.

– Ох, задрали эти активисты. Она с ними каждые пятнадцать минут перезванивается и обсуждает на всю квартиру сраные саженцы.

– Люб, это был ваш выбор, вы сами захотели жить все вместе.

– Слушай, если б не ее квартира, мы бы начальный взнос в ипотеку не смогли сделать… Да и с Матюшей она помогает…

– Тогда не жалуйся, – ласково произнесла Надя.

– Ох, все равно застрелиться хочется. Ладно, как у тебя дела?

«Нормально, я сегодня трахалась с Олиным педагогом по вокалу», – подумала Надя. Лет десять назад в такой ситуации она легко бы об этом сообщила. Но сейчас Надя не стала ничего рассказывать.

– Нормально. На работе вымучиваю макеты к нашей великой презентации. Ничего нового.

– Ты нормальную работу себе найти не хочешь?

– Обсуждали уже. Во-первых, в нашем тухлом городке мне семьдесят тысяч больше никто платить не будет. Во-вторых, начальником я быть не хочу, вертела я эти корпоративные коммуникации. Сижу, рисую, никого не трогаю.

– В Москву езжай. Там тебе три раза по семьдесят платить будут.

– Никуда я от вас не поеду. Меня же в старости кошки сожрут, если я совсем одна останусь. А так хоть ты будешь в гости заходить.

– Гы, – хохотнула Люба. – Ой, пиздец, Оля, кажется, тарелку разбила, я пошла ругаться. Давай, пока.

– Пока.

Надя отложила телефон. В голове опять нарисовался сегодняшний герой постельных сцен. Она проверила личку – новых сообщений не было. «Ну хоть платишко подарил», – подумала Надя и засмеялась в голос, закрывая лицо руками.

Глава 3

Выходные прошли быстро. Надя решила поехать с семьей на дачу и все два дня помогала маме перемещаться на костылях из одного конца участка в другой. Мама причитала, что из-за ноги не может заняться посадками, заставляла Любу прибираться в доме, пока Костя занимается с детьми, а Надю читать ей вслух статьи про ландшафтный дизайн. Люба огрызалась на каждый совет матери, а Надя принимала все просьбы смиренно и философски. Это было гораздо лучше, нежели сидеть в квартире и гонять туда-сюда глупые мысли.

Понедельник опять начался с планерки.

– На пятничном семинаре у нас с Сережей родилась прекрасная идея, – Лидок сладко улыбалась Бронеславскому, который с кислым лицом смотрел в стол, – к черту эти дурацкие роллапы, они все равно у нас каменным цветком высераются. Мы решили, что на презентации будет только одна, но большая плазма с бомбическим роликом. Концепция ролика пока дорабатывается, но уже сейчас ясно, что в центре должен быть наш конь премиум-класса. Пусть он едет вперед и бесконечно преодолевает сложные трассы.

Весь рекламный отдел перевел взгляд на Бронеславского.

– Сергей Юрич, – уточнил Игорь, – то есть вся наша с Надей работа за последние две недели отправляется в топку?

– Да какая там работа! – ответила Волченко. – Херню из шаблонов перерисовали два раза. Гоша, вы же с коллегой знаете, как анимацию сделать и все такое?

Игорь кивнул.

– Вот и нарисуете нам зашибенный ролик.

Бронеславский по-прежнему молчал. А вот Наде молчание давалось очень тяжело. Держа под столом мобильник, она набирала сообщение в рабочий чат: «КОЛЛЕГА Гоши сейчас придушит эту суку. Броня, что за нахуй? Какой еще ролик?». Бронеславский прислал только одно слово: «Позже».

Позже никаких вразумительных разъяснений от начальника не последовало. Сидя в рабочем кабинете, Бронеславский расстроенно рассказывал:

– Ей на выездном семинаре моча в голову ударила, и она стала вдруг фонтанировать идеями создания ролика. Чтоб все випы на презентации оторвались от красной икры и охренели от нашего творчества.

– Ты же ей объяснил, что в нашей структуре просто невозможно за две недели до мероприятия с нуля сделать видеопроект и согласовать его на всех уровнях? – спокойно спрашивал Игорь. Надя топталась рядом и зло смотрела на начальника.

– Конечно, сказал, – тряхнул лысеющей головой Бронеславский, – и конечно был послан нахуй с этими отмазками. Ребят, давайте хотя бы попытаемся. Возьмите Севу и Настю в помощь, пусть в фотобанке вам какие-нибудь рисуночки, например, поищут… А согласовывать ролик долго не придется, Лида обещала, что ее визы будет достаточно.

– Лидок в случае какого-нибудь косяка сразу все на тебя свалит, ты это понимаешь? – спросила Надя.

– Понимаю, – вздохнул Бронеславский. – Сергей Юрич все понимает, но из запаянной подводной лодки выбраться не может.

– А какая концепция ролика-то? – спросил в конце беседы Игорь.

– Хрен проссыт, – честно ответил Бронеславский. – Лидок не дофантазировала. Дофантазировать теперь надо нам.

– Вот обязательно будет какой-нибудь трэш с этим роликом, – заныла Надя, уходя на свое рабочее место.

– Обязательно будет! – крикнул ей вдогонку Бронеславский.

Вечером у Оли по расписанию стояло занятие вокалом. Надя приехала за ней в садик чуть раньше. Вечно радостный ребенок выскочил из игровой с кривым портретом красноволосой тети в руках.

– Это ты! – воскликнула Оля. – Я обещала тебя нарисовать, и вот!

– Очень красиво, – наигранно произнесла Надя. – Мой лучший портрет!

– Только я забыла, каким цветом у тебя глаза и нарисовала зеленые.

– Здорово, – ответила Надя. – Только они у меня карие. Но ничего страшного, я всегда мечтала о зеленых, и ты исполнила мою мечту.

Оля засияла, как светодиодная лампочка.

– Давай мой портрет пока в твой рюкзачок положим, а то на улице небольшой дождик, хорошо? А в машине я его заберу, – предложила Надя, и девочка согласилась.

В Доме культуры и творчества Надя снова осталась на первом этаже. После занятия Оля спустилась одна.

Собирая девочку, Надя не выдержала и поинтересовалась:

– Как занятие прошло?

– Хорошо, репетируем перед концертом.

– Влад Степанович почему не спустился?

– К нему девушка из соседнего кабинета зашла.

– А, понятно…

В лифте Олиного дома Надя вспомнила про портрет и хотела вытащить его из рюкзачка, но Оля вдруг призналась:

– Ой, извини, я его Владу Степановичу отдала, – Оля скривила виноватую мордочку.

– Зачем? – изумилась Надя.

– Я ему показала рисунок, ему понравился, и он попросил подарить. Я тебе другой нарисую, ладно?

Надя успокоила ребенка тем, что она нисколечко не обиделась и будет ждать другого портрета. Поступок Влада, по ее мнению, не поддавался рациональным объяснениям.

Следующие дни неслись молниеносно. Весь отдел запарился над созданием сценария будущего ролика. Кучу идей отверг сам Бронеславский, а те, которые прошли его фильтр, отбросила уже Лидочка. Она желала нечто из разряда Каннских львов, но рекламщики с дизайнерами никак не могли уловить нужный сюжет. Хоть голой жопой на медный треножик садись и лучи космоса лови, чтоб понять истинные желания Лиды.

Занятие Оли в четверг отменили. В рабочей суете Надя не придала этому особого значения и только обрадовалась свободному времени – можно было посидеть в офисе подольше. В пятницу поздно вечером они остались с Игорем вдвоем.

– Я уже всю голову сломала, – пожаловалась Надя. – Коза за рулем ей не подошла, а это, я считаю, был шедевр.

– Нет, – не согласился Игорь, – шедевром был ролик, где связанную Лидусю везут в багажнике в лес вместе со слоганом «Ваш геморрой увезет наш рулевой».

– Коза за рулем, это тоже про нее, между прочим! – отметила Надя.

– Она бы эту метафору не просекла, ей надо в лоб хамить.

– Кстати, про в лоб – ты чего домой не идешь? Я тут, может, одна посидеть хочу, – хохотнула Надя.

– А что ты меня гонишь? Любовника привести хочешь и на казенных креслах разврат учинить?

– У тебя все мысли не о том, Гош…

– Я ж мужчина.

Они помолчали. Потом Игорь все-таки спросил:

– А что ты не замужем до сих пор, сахарок?

– Ну ты и наглец! – театрально возмутилась Надя.

– Я за тебя уже два года работаю, имею право знать!

– Уж да уж…

– Ну серьезно! – стал канючить Игорь. – Почему?

– Я замужем уже была.

– Ух ты. Понятно.

– А ты чего не женат? Тебе тоже уже тридцатник есть.

– Да, знаешь, как-то не сложилось. Я с девушкой больше семи лет жил, а потом она замуж вышла.

– За другого?

– Да.

– Почему не за тебя?

– Я не предлагал.

– Понятно… – в свою очередь ответила Надя. – На этой веселой ноте предлагаю распрощаться до понедельника.

Игорь проводил ее до машины, дружески похлопал по плечу и пожелал хороших выходных. Надя села за руль и поехала на набережную любоваться закатной рекой. Мимо ее пежо гуляли парочки, держались за руки, обнимались. Кто-то вдалеке без остановки целовался, не обращая внимания на окружающих. Надя пила купленный в автокафе молочный коктейль и рассматривала их под тихие звуки радио. Она разглядывала лица девушек и то, с каким чувством смотрят на них парни. Один из молодых людей смотрел на свою спутницу с хищной улыбкой. Он то и дело наклонялся к лицу девушки и слегка прикасался к ее губам своими, а чуть позже положил руку ей пониже талии. Девушка будто смущалась и смотрела исключительно на закат. Парень пару раз облизнул ей шею и положил руку еще ниже. Надя словно чувствовала его возбуждение. Она была готова поспорить, что парень прижимается к девушке сильным стояком. Коктейль закончился, а Надя продолжала смотреть. Вдруг парень повернулся в ее сторону. Надя резко отвела взгляд и сделала вид, что смотрит на реку. Солнце плескалось в воде, глаза жгло от света, но все равно хотелось неотрывно смотреть на эту красоту. Было так спокойно на душе и хорошо. Забылась работа и прочие неурядицы. Надя вспомнила про белое платье. Погода становилась с каждым днем теплее, и она подумала, что можно как-нибудь надеть его.

Следующая встреча с Владом состоялась в понедельник. Надя уже перестала переживать из-за отсутствующих сообщений от него и вернула себе обычный эмоциональный фон. Правда, в выходные она выкурила еще одну сигарету из шкатулки, но виной тому были ужасно слезливые фильмы «P.S. Я люблю тебя» и «Куда приводят мечты».

Оля спрыгнула с лестницы прямо перед ожидающей ее у гардероба Надей и замахала у нее перед глазами разрисованной бумажкой.

– Смотри, смотри, смотри! – тараторила девочка, срываясь на радостный визг. – Это тебе!

На половине альбомного листа цветными маркерами была нарисована сидящая в красной машине, задорно подмигивающая Надя. Правая рука держала руль, локоть левой высовывался из открытого окна, копну красных волос красиво трепал ветер. В очертаниях одежды угадывалось то самое белое платье. По стилистике рисунок напоминал одновременно и пинап, и комикс.

– Это Влад Степанович нарисовал! Говорит, в обмен на мой рисунок мне этот дает.

С радостью шестилетки Надя держала листок в руках и рассматривала каждую черточку маркера.

– Оля, давай одевайся. Я сейчас к преподавателю твоему поднимусь и вернусь, хорошо?

Девочка кивнула и послушно села на скамейку переобуваться.

Когда Надя открыла дверь учебного класса, она увидела, как у окна вместе с Владом стоит длинноволосая девушка его возраста. Девушка положила локоть ему на плечо и смеялась над чем-то, глядя в телефон. Влад смеялся с ней. Надя тут же представила их трахающимися. Прямо здесь, в учебном классе, рядом со старым пианино. Увидев Надю, Влад мгновенно стал серьезным и обратился к барышне рядом:

– Ира, я позже зайду, мне нужно поговорить.

Девушка поздоровалась с Надей и вышла из кабинета. Влад схватил Надю за руку, перевел ее через порог, закрыл дверь на ключ и сразу начал целовать Надины губы и шею. Она не стала сопротивляться. Парень держал ее за талию, трогал грудь, водил своим языком по ее зубам. Он прижал Надю к стене и стал расстегивать джинсы на ней. Она схватила его руки.

– Меня Оля внизу ждет. Я просто хотела сказать спасибо за рисунок.

– Ты не написала, не зашла ко мне после той встречи, я чуть не рехнулся.

– Ты ждал, что я напишу? – удивилась Надя.

– Конечно, – парень прижался губами к ее уху и стал шептать, – я подумал, что обидел или испугал тебя своей настойчивостью. Я не хотел навязываться, ждал, когда ты сама со мной заговоришь. Больше недели прошло…

– Я не знала, что ты этого ждешь…

– Я хочу тебя…

– Не сейчас, – Надя вырвалась из его рук. – Мне надо везти Олю домой. Я напишу.

Надя последний раз впилась в его губы своими губами и вышла из кабинета, оставив перевозбудившегося парня наедине с пианино и нотами детских песенок.

Вечером она открыла ВК и нашла Влада Носова в друзьях своей сестры.

«Привет. Рисунок прекрасный. Только я там красивее, чем в жизни», – написала Надя.

Ответ пришел почти сразу:

«Ты там такая, какая есть. Пришли мне свой номер телефона. Я не могу общаться с тобой по переписке. Мне нужен твой голос»

Надя отправила номер, и Влад сразу позвонил.

– Я тебе не мешаю? – спросил он.

– Нет, я дома, дел никаких нет.

– Ты одна дома?

– Да.

– Ты всегда по вечерам одна дома? – Надя услышала, как парень улыбается.

– Хочешь узнать, не замужем ли я? – догадалась она.

– На самом деле, мне все равно, но можешь ответить на этот вопрос, почему нет.

– Я не замужем.

– Здорово. Я рад.

Надя заулыбалась, как школьница. Ей так нравилось в этот момент чувствовать себя школьницей.

– Итак, ты студент и преподаватель музыки.

– Преподаватель по вокалу, – поправил ее Влад и добавил: – А еще мне двадцать лет, живу с родителями, вожу старую двенашку, хожу в качалку и ненавижу, когда меня называют Владик. Лучше Влад, так привычнее. – Он засмеялся.

– Вот это характеристика, вот это да, – Надя тоже посмеялась.

– Расскажи теперь о себе.

– Мне тридцать шесть, – начала Надя и замолкла.

– Годится, продолжай.

– Работаю дизайнером в сети автодилерских центров, живу одна, хожу по магазинам…

– … примерять белое платье, – продолжил Влад.

Надя нервно хохотнула.

– Времени еще мало, – сказал он. – Может быть, встретимся сейчас? Я могу подъехать куда скажешь.

Надя задумалась и ответила:

– Погода хорошая, давай у речного вокзала встретимся.

– Окей, буду там минут через двадцать.

В шкафу не нашлось ничего привлекательного. Надя торопливо выбрала самое приличное белье с небольшими вставками кружева, надела через голову платье в зелено-белую полоску и позволила себе белые туфли на высоком каблуке. Схватив с трюмо в прихожей сумку с правами и ключами от машины, она выбежала из квартиры.

Когда пежо припарковался у речного вокзала, черная тонированная лада уже стояла там. Розово-фиолетовое солнце садилось в реку, раскрашивая здания неестественными цветами. Влад вышел из машины и пригласил Надю сесть на пассажирское сиденье рядом с водителем. Надя села внутрь. Парень быстро сгреб с заднего сиденья какие-то мятые блокноты, запихнул их в бардачок и посмотрел на нее.

– Я прибрался, – объявил он.

– И? – спросила Надя, – гулять? Или…

– Какое гулять, ты что? – Влад притянул ее к себе и сразу стал задирать платье. Надя обхватила его голову руками и закрыла глаза, отдаваясь поцелуям. Парень сжимал ее грудь двумя руками и большими пальцами пытался найти соски под жестким лифчиком. Он оторвался от ее лица и потянул в сторону заднего сиденья. Надя легко перебралась туда, теряя белые туфли. Влад перелез следом. Парень хмурился, пытаясь справиться с пуговицами на платье. Надя видела, что от нетерпения он еле заметно дрожит всем телом. Разозлившись, Влад резко дернул ткань, и пуговицы полетели в сторону. Он снял с Нади лифчик и прижался лицом к ее груди, одновременно стягивая с нее трусики. Когда Надя осталась в одном распахнутом платье, Влад стянул с себя футболку и спустил джинсы, достав из них презерватив. Надя смотрела ему в лицо, стараясь не смущать парня рассматриванием его члена. В эту минуту Влад показался ей очень красивым: его ровное, молодое лицо подсвечивало розоватым светом, отчего губы выглядели ярче, а глаза мультяшно блестели. Надя еще сильнее захотела его. Словно услышав ее мысли, он чуть притянул Надины ноги к себе и аккуратно лег на нее, схватившись вспотевшими ладонями за ягодицы. Надя выгнулась навстречу его члену и застонала. Влад покусывал ее шею и мял руками зад, с каждым движением все сильнее и сильнее впиваясь пальцами. Надя с наслаждением слушала, как он тихо постанывает и тяжело дышит. Этот звук был самым сладким из всех на свете. «Я сейчас кончу», – прошептал Влад, и Надя почувствовала внутри себя короткие сокращения. В этот момент между ног оборвалась растягиваемая воображаемая ниточка, и Надя растворилась в собственном оргазме. В черной, раскаляемой последними лучами солнца машине было невыносимо жарко.

Под веселую песенку из мультфильма Надя резво двигала ложкой, с аппетитом уплетая мамины пельмени. Рядом с ней на кухне сидела Люба и задумчиво смотрела в телефон.

– Может, мне на удаленку устроиться? – спросила она.

– С ума сошла, – ровно ответила Надя, внимательно следя за сюжетом мультфильма. – У тебя грудничок, будущая первоклашка и мать на костылях.

– По ночам буду работать.

– В таком режиме можно будет и в больничку угодить.

Люба отложила телефон в сторону.

– Я работать хочу. Чувствую, как разлагаются мои мозги и хочу это прекратить.

– Люб, давай я что-то тебе поищу, не очень обременительное, если тебе так важно не закиснуть.

Сестра приободрилась.

– Спасибо! Поищи обязательно. Хотя бы два раза в неделю что-то умное поделать. Тексты могу писать, контекстную рекламу настраивать… В общем, поищи, и ты меня спасешь.

Надя доела пельмешки и счастливо выдохнула.

– А что у тебя аппетит такой хороший? – спросила Люба.

– Энергии много трачу, – Надя отвернулась к окну.

– И с кем ты эту энергию тратишь? – подозрительно уточнила сестра.

– Я пока не могу сказать, потому что это чистое безумие. Я такая глупая, Люб…

– Ладно, я подожду, когда сможешь… – хитро прищурилась Люба, и обе они рассмеялись.

На кухню зашла мама, без костылей, легонько наступая гипсом по полу.

– Мать! – крикнула Надя. – Где костыли? Ты ногу изуродовать хочешь?

– Она почти зажила. Я уже даже на собрания бегаю.

Надя возмущенно посмотрела на Любу. Сестра виновато кивнула.

– Она иногда уходит. Бахилы на гипс надевает и ковыляет.

– А если нога не заживает? Вы головой думаете вообще? – спросила Надя.

– Мне уже не больно, не переживай, – махнула рукой мама. – Ты лучше помоги мне делом. Надо съездить на агробазу и купить нам для клумб несколько десятков саженцев. Костя не может, у него командировка намечается. Люба – сама понимаешь… Так что очень прошу тебя.

Надя недовольно закатила глаза, но все-таки взяла у мамы бумагу с сортами нужных растений. Агробаза находилась рядом с городским кладбищем. Видимо, это стало неплохим маркетинговым ходом для предпринимателей: перед встречей с усопшими родственниками люди покупали искусственные цветы у местных барыг, после – живые растения в свой огород. Надя походила между рядами в поисках растений по списку, но поняла, что сама не справляется, и обратилась к консультанту. В итоге нужное маме количество саженцев надо было оформлять как индивидуальный мелкооптовый заказ. Пока сотрудник базы заполнял бумажки, Надя засмотрелась на стоявшую на стойке красную герань. Запах цветка растекался по всему ближнему окружению.

– Герань продается, – отметил консультант, увидев заинтересованность Нади. – В отделе горшечных растений много других оттенков. Есть розовые, белые…

– Я красную возьму, вот эту, если можно, – сразу согласилась Надя и ушла с базы с пахучим цветком и уведомлением о том, что через три дня надо будет забрать сто саженцев бархоток и шалфея.

С Владом встретиться пока не получалось. Видимо, он очень скучал – присылал ей длинные голосовые сообщения почти каждые три часа.

«Сегодня выучил новую детскую песенку, – раздавался в динамике телефона низкий мужской голос, – она про то, как все мальчишки сходят с ума от косичек одной из девочек в школе. Я бы сейчас подергал твои косички с удовольствием… Думаю о тебе каждую минуту… А мне ведь отчетный концерт со своими ребятами готовить надо. Выбираю номера, думаю над костюмами. Забавно, я ведь в свое время вообще не хотел соглашаться на работу в Доме творчества. Думал, что будет скука смертная. Слава Богу, что согласился, а то так бы и ходила ты мимо меня… Давай после концерта поедем на реку с палаткой, я тебе прекрасное место покажу. Ты таких сосен и таких звезд никогда не видела. Возьмем гитару, вина… Скорее бы лето. Когда у тебя, кстати, отпуск?».

Надя прослушивала каждое сообщение по несколько раз. От еле слышных причмокиваний губ и случайных вздохов мурашки бежали по коже. Отвечала она текстом. Просто не могла говорить так долго и так красиво. Влад вроде бы не обижался. Надя по-прежнему иногда открывала его профиль в Контакте, чтобы еще раз полюбоваться чертами лица и улыбкой. Влад изменил статус на «Влюблен», и только от одной этой ерундовой отметки у Нади в животе что-то ласково щекотало.

Глава 4

– Итак, что мы имеем? – задал риторический вопрос на очередном собрании отдела Бронеславский. – Нихуя мы не имеем! Все наши предложения Волченко отметает, как теннисные мячики. Сувенирка готова, полиграфия есть, макет приглашений, пакетов и всякой такой требухи есть, а вот сраного ролика на эту сраную плазму по-прежнему нет. Что делать, товарищи?

Четверо подопечных, включая Надю, хмуро молчали. И тут ее осенило. Надя подбежала к сумке, порылась в ней немного под недоуменные взгляды коллег и принесла с собой рисунок с девушкой в красном автомобиле.

– Лидуся ведь у нас четкая телочка? – начала Надя объяснять свою идею.

– Лидуся – сатана, а не телочка, но продолжай, – ответил Игорь.

– Давайте нарисуем ролик в комиксовом стиле. Пусть красивые бабенки выглядывают из окон наших автомобилей и катаются по пересеченной местности, как и хотела Волченко. Задорные платишки, длинные волосы, ноги от ушей – все дела. Нарисуем ей несколько типажей, пусть отберет, какие понравятся.

Рекламщики радостно закивали, Игорь в задумчивости потирал подбородок, Бронеславский смотрел на рисунок.

– Это ты что ли? – вдруг спросил Сева. – Как похожа! И пежо твое красное. Сама рисовала?

– Не сама, – уклончиво ответила Надя и обратилась к Бронеславскому. – Иди прямо сейчас обрисуй ей эту концепцию. Возьми рисунок, например, скажи, что это мы сейчас набросали. И пусть она сразу ответ даст. Если нет, тогда мы ее вздернем, потому что силы на исходе.

Бронеславский молча поднялся из кресла, взял рисунок и направился к выходу из кабинета. Вернулся он через полчаса, красный, взмыленный, но довольный.

– Работаем, идею приняли, – возвестил он и под радостные крики отдела положил рисунок на стол Наде. Было решено, что Игорь прорисует основные эпизоды, а Надя возьмет на себя анимацию. Пока все были в приподнятом настроении, Надя решила, что настал хороший момент попросить Игоря о помощи.

– Раз уж мне сегодня так фортит, Гош, ты должен согласиться на мое предложение!

– Нуу? – заинтригованно спросил Игорь.

– Поехали сегодня… после работы… на твоей машине… – дразнила его Надя.

– Куда? – спросил он с той же интонацией, что и она, под смех коллег.

– На агробазу, – произнесла по слогам Надя. – Мне нужен твой грузовик, чтобы отвести маме сто саженцев бархоток.

Настя и Сева заржали в голос.

– Эх, вот бы мне такое предложение поступило, – раздосадовано отметил Сева.

Игорь немного подумал и согласился.

– Блин, ладно, ты сегодня молодец, надо тебя поощрить.

– Ох, спасибо, – искренне ответила Надя. – Я надеялась на твое согласие, даже без машины сегодня приехала.

– Ах ты мерзота, – возмутился Игорь.

Вечером они сели в его внушительных размеров пикап и поехали в сторону кладбища. Почти у самой агробазы у Нади зазвонил телефон. Это был Влад. Они не разговаривали вживую несколько дней, и ей очень хотелось взять трубку.

– Алло, – буднично произнесла Надя, чтобы не вызвать вопросов у Гоши.

– Привет. У меня перерыв, захотелось поговорить. С работы едешь?

– Да…

– Вот урод! – вдруг громко выругался Гоша в адрес подрезавшего его водителя.

– Это кто? – как-то слишком резко спросил Влад.

– Коллега с работы, едем по небольшим моим делам. Как твои дела?

– По каким твоим делам? – не отступал Влад.

– У меня мама благоустройством двора решила заняться, попросила меня цветы с базы забрать, – Наде стало казаться, что Влад сильно злится.

– Понятно. А коллега твой причем тут?

– У него машина большая, цветов много, поэтому…

– Мы с тобой могли на двух машинах за этими цветами съездить, если их так много. Почему ты меня не попросила помочь?

Надя не знала, что ответить. Этот вариант просто не пришел ей в голову.

– Не знаю, так вышло. Слушай, я тебе перезвоню, мы уже приехали…

Влад молча положил трубку. Паркуясь, Гоша опасливо посматривал на Надю, боясь что-либо спрашивать.

– Мне показалось, что тебя допрашивали с пристрастием, – все-таки сказал он.

Надя махнула рукой, демонстрируя, что не хочет это обсуждать. Разговор с Владом ее изрядно разозлил и расстроил.

Ящики с саженцами принимала веселая мама и уставший после работы Костя. Мама уже спокойно наступала на загипсованную ногу и обрушивала на Гошу совершенно ненужные ему потоки информации о том, как их клуб активистов собирается оформлять клумбы.

– С меня в общий вклад десять ящиков бархоток и шалфея. Две женщины обещали раздобыть более двухсот анютиных глазок. Представляете, как это много? Еще у нас уже ждут посадки заячьи ушки – это трава такая, мягонькая, невысокая, если потрогать, кажется, что ушко зайчика мнешь. И еще газончик в семенах разбросаем по округе…

Гоша кивал, доставая из машины ящик за ящиком, и вежливо улыбался. Когда все растения перетащили в подъезд к вахтеру, он предложил Наде подвезти ее домой. Та отказалась, решив прогуляться до остановки.

У своего дома Надя внезапно обнаружила знакомую черную двенашку. Тут же из машины вышел Влад. В руках он держал пышный букет красных роз.

– Откуда ты знаешь, где я живу? – спросила Надя, не обращая внимания на букет.

– Проследил за тобой после встречи у речного вокзала, – честно ответил Влад. – Я очень соскучился. Мы давно не виделись, и я подумал, что хватит уже ждать удобного случая, надо просто ехать к тебе. Кстати, привезли цветы маме?

Надя кивнула.

– А я привез цветы тебе, – улыбнулся Влад, и Надя размякла.

– У меня дома пустой холодильник, нечем тебя угостить, – сказала Надя, принимая букет.

– Врешь! – хохотнул Влад. – Думаю, что-нибудь найдется…

Надя сделала вид, что не понимает, о чем он.

– Ладно, пойдем ко мне.

Дома, как обычно, буйствовал творческий беспорядок: везде были раскиданы разные книжки, Надя читала много литературы по психологии и межличностному общению, на книжной полке можно было найти и парочку изданий по эзотерике. Еды в холодильнике почти не было. Зато Надина кухня была богата запасами кофе и разнообразной чайной заварки. Влад бродил по маленькой комнате, разглядывал предметы на полках стеллажа, фигурки, которые Надя покупала в других странах на память, заглянул в шкатулку с украшениями. На столе он обнаружил свой рисунок. Надя в это время поставила букет в вазу и наполнила водой электрический чайник.

– Тебе понравился рисунок? – спросил ее Влад.

– Да, и не только мне.

– А кому еще?

– Ты мне очень помог этим рисунком, если честно. На работе через несколько дней ответственное мероприятие – будем звать важных людей на презентацию автомобиля премиум-класса. Одна начальница попросила наш отдел подготовить ролик для трансляции на этой презентации. Весь мозг нам выела, и так ни одного варианта не приняла, пока я не предложила сделать анимацию в стиле твоего рисунка. Чтобы красивые девушки в наших красивых автомобилях по зеленым лужайкам катались.

Надя подошла к столу. Влад тут же положил руку ей на зад и стал медленно гладить джинсы, постепенно спускаясь к промежности.

– Так что спасибо тебе за идею. Теперь нам с другим дизайнером надо нарисовать и оживить анимацией еще несколько девушек в машинах… И за рисунок спасибо. Меня еще никто не рисовал, – тихим голосом закончила Надя, ощущая, как пальцы Влада уже полностью переместились к ней между ног. Они мягко растирали промежность, задевая возбужденно набухший клитор. Влад посадил Надю на стол и стал целовать. На кухне шумел закипающий чайник. Рукой парень забрался к ней в джинсы и трусики, нашел горячий бугорок и стал массировать его средним пальцем, иногда с силой нажимая на дырочку под ним, но не проникая внутрь. Надя вцепилась руками в край стола и не шевелилась. Все мысли полностью сосредоточились на руке Влада. Когда возбуждение стало невыносимо сильным, Надя расстегнула молнию на своих штанах и положила руку на пальцы Влада, заставляя его сильнее потирать клитор. Через минуту парень схватил ее на руки и перенес на стоявшую рядом кровать с высокими и узорчатыми металлическими спинками. Кровать стала первой Надиной покупкой после развода. В детстве она мечтала быть принцессой, которая спит в своей башне именно на таком ложе.

Влад быстро стянул с нее всю одежду и разделся сам, целуя Надины щиколотки и колени. Чайник свистел так громко, будто сейчас взорвется. Надя будто не слышала его. Она двигала тазом от возбуждения. Влад держал ее ногу у своего лица и с закрытыми глазами продолжал водить губами по белой коже. Надя протянула руку вперед и коснулась его торчащего кверху члена. Она обхватила его ладонью и легонько сжала. Потом погладила пальцами нежную кожицу и пробежала кончиками ногтей по яйцам. Влад шумно вздохнул. Он оттолкнул ее руку в сторону и опустился вниз, чтобы облизать внутреннюю сторону бедер. Надя закинула руки за голову и обхватила прутья металлической спинки. Язык Влада добрался до ее и так уже мокрой щели. Он водил по краю дырочки кончиком языка и иногда забирался внутрь. Надя стонала. Чайник свистел. Парень вытянул руки, нащупал ее каменные соски и стал сильно сжимать их пальцами. Грудь пронзила сладкая боль, которая только усилила удовольствие. Влад уткнулся языком в клитор и стал шевелить его из стороны в сторону. Надя на секунду напряглась и кончила с громким стоном. В этот момент Влад резко поднялся и воткнул ей между ног твердый член, усиливая наставший оргазм. Надя так и держалась дрожащими от напряжения кулаками за прутья кровати, пока Влад с ожесточением долбился в нее. Через пару минут он вытащил член, и Надя почувствовала, горячие капли на своем животе. Они оба тяжело дышали и дрожали всем телом. Звон в ушах перекрывал свист чайника.

Позже Влад заботливо вытер салфеткой свои следы с Нади и проводил ее в душ, все-таки выключив конфорку под бьющимся в истерике чайником. В ванну они забрались вместе. Под горячими струями воды Влад ласково мыл губкой ее плечи и спину, проводил руками по всем округлостям, целовал плечи и ключицы. Надя водила ладонями по его подкачанной груди и крепкому прессу, мягко массировала яйца, наблюдая как снова поднимается член. Влад поднял руками ее груди и стал больно покусывать зубами соски. Потом развернул Надю от себя и резко воткнулся членом в промежность. Через несколько минут громких хлопков о Надин зад и взаимных стонов оба кончили.

Измотанная и умиротворенная Надя заснула мгновенно, ощутив под головой подушку. Рядом лежал обнаженный Влад, а за стеной, у соседки, мерно и навязчиво щелкал какой-то странный прибор. В открытое окно проникал прохладный мягкий ветер.

Надя проснулась от слепящего солнца. В кровати она лежала одна. Влад сидел в трусах за ее столом и что-то рисовал найденным в одном из ящиков простым карандашом. Надя обернулась тонким одеялом и, убирая с лица растрепанные волосы, подошла к нему. Перед Владом лежало уже пять разных сюжетов, подобных тому, в котором он изобразил Надю – привлекательные девушки махали руками из окон дорогих автомобилей, отправляли воздушные поцелуи и кокетливо подмигивали. Лучше девушек были нарисованы сами авто. Надя сразу заметила впечатляющую детализацию рисунков. Обняв парня за шею и слегка укусив его за ухо, она сказала:

– У меня два вопроса. Первый: где ты научился так рисовать?

Влад чмокнул ее в подбородок и ответил:

– Школа искусств номер двенадцать. За моими могучими плечами не только музыкалка по классу гитары, но и художественное образование.

– Ого, – поразилась Надя. – Обычно мальчиков отправляют в единоборства.

– Моя старшая сестра первая пошла в музыкалку и художку. А потом туда отправили и меня, чисто из удобства – сестра могла меня забирать и вести домой.

– Ясно…

– Задавай второй вопрос, – попросил Влад, заканчивая последний рисунок.

– Откуда ты знаешь, что моя фирма занимается продажей мерседесов?

Вместо ответа Влад включил лежащий на столе мобильник и показал Наде в браузере сайт ее фирмы. Во вкладке «О нас» были перечислены все сотрудники головного офиса, включая рекламщиков и дизайнеров. Влад показал Наде ее фото с ФИО и должностью.

– Я все о тебе знаю, – сказал Влад. – Вот этот коллега вчера катал тебя по городу? – он показал на фото Игоря.

– Да. У него настолько большая машина, что в нее поместилось десять ящиков саженцев.

– Окей, – сказал Влад, – только в следующий раз сначала позови на помощь меня, угу? А эти рисунки, надеюсь, упростят вам работу с роликом.

– Ты просто чудо какое-то, – искренне восхитилась Надя.

Она поцеловала его в ухо, и пошла искать в шкафу приличную офисную одежду. Пока Надя приводила себя в порядок и красилась, Влад быстро оделся и приготовил яичницу. Увидев сервированный стол, на котором дымилась в тарелке украшенная тертым сыром и молотым перцем яичница, Надя не выдержала и ляпнула:

– Боже мой, оставайся у меня жить.

Влад только посмеялся. Быстро позавтракав и взглянув на часы, он достал из кармана ветровки небольшую, белую коробочку с названием известного ювелирного бренда. Надя непонимающе захлопала ресницами.

– Мне надо бежать на учебу. Это тебе подарок. Хочу, чтобы ты носила его и думала обо мне.

В коробочке лежал серебряный браслет с двумя подвесками – клевером и сердечком, усыпанным мелкими белыми кристаллами.

– Влад, мне неудобно, он же дорогой, а ты голодающий студент… – попыталась отказаться от подарка Надя.

– Я работающий студент, который делает подарок любимой женщине, – Влад достал браслет из коробки и надел его на левую руку Нади. – Увидимся вечером.

И он быстро скрылся из квартиры. Надя вспомнила, что сегодня надо вести Олю на вокал, поэтому они точно увидятся. Уходя на работу, Надя бросила взгляд на скомканную постель и живо представила, как лежит на ней голая, изгибающаяся под натиском Влада. Звякнув браслетом, она достала с полки ключи и вышла за порог. У двери в свою квартиру стояла соседка.

– Ты замуж что ли вышла? – громко спросила баба Нюра, присматриваясь к Наде.

– Нет, не вышла! – не поздоровавшись, ответила Надя, пытаясь быстрее закрыть дверь. Ключ никак не хотел попадать в замочную скважину.

– А что за мужик от тебя вышел? – еще громче прокричала старуха.

Надя заперла дверь и побежала вниз, игнорируя невменяемую женщину.

– Если будете тут пьянки устраивать, я тебя засужу! У меня сон чуткий! И матери твоей расскажу, что ты беременная водку пьешь! – кричала на весь подъезд баба Нюра.

«Когда ж ты уже сдохнешь», – подумала Надя, выскакивая из подъезда.

В кабинете рекламного отдела за столом Бронеславского сидела Лидуся. Сам начальник устроился напротив, на стуле для посетителей.

– Здравствуйте, – поздоровалась Надя и сразу прошла к себе.

– Время, между прочим, двадцать минут десятого, – крикнула ей Волченко. – Сереж, ты вообще за дисциплиной следишь?

– Надя отпрашивалась, ей в поликлинику надо было, – соврал Бронеславский.

– Геморрой лечить? – заржала Лида. – Вы тут только жопы просиживаете, а ролика до сих пор нет.

Надя вскинула на нее злой взгляд. Бронеславский коротко махнул ей рукой, так чтоб Лида не видела, требуя промолчать. Игорь поднялся с рабочего места и понес Наде макеты для срочного обсуждения.

– Она уже двадцать минут тут сидит, – шептал он, пока они с Надей делали вид, что рассматривают макеты. – Как я понял, они обсуждают возможную премию. Она, типа, нас стимулировать на активную деятельность пытается, чтобы мы ей мероприятие не запороли.

– У меня в сумке лежат эскизы других девушек для ролика. Отнеси прям сейчас Бронеславскому, – предложила Надя.

– Круто, давай, – согласился Игорь и, схватив рисунки, отправился к начальству.

– Сергей Юрич, мы доработали эскизы. Пока тут Лидия Викторовна, давайте посмотрим и обсудим, – Игорь положил на стол пять рисунков. Лида тут же схватила их своими острыми, наманикюренными ноготками и принялась жадно рассматривать.

– Нот бэд, – покачала она головой. – Сахарова что ли рисовала?

– Да, – ответил Игорь, – мы с Надей сегодня начнем делать анимацию…

– Угу, покажете мне готовый ролик в пять вечера. В шесть меня уже не будет.

У Игоря за очками округлились глаза. Под нервное сопение Бронеславского он попытался возразить:

– Мы рассчитывали потратить на анимацию дня три.

– Ты глупый что ли, Игорь Иванович? – вскипела Лида. – Презентация через четыре дня. Сегодня мне нужен готовый ролик. К пяти! – Волченко хлопнула по столу ладонью, бросила на него рисунки и встала со стула. Когда она вышла из кабинета, Надя заорала в голос:

– Вот сучара! Мы физически не успеем это сделать!

Бронеславский пересел на свое место.

– Ой и за что она нас так не любит? – спросила Настя с рабочего места.

Ее вопрос остался неуслышанным. Надя с Игорем набросились на начальника, требуя защитить их от неадекватной бабенки. Бронеславский только разводил руками в стороны.

– Ребзя, сделайте к пяти, что успеете. Я с вами пойду, попытаюсь уговорить ее дать нам еще сутки.

Следующие пять часов дизайнеры не отрывались от компьютеров и даже не прерывались на обед и чаепитие. По итогам работы Надя гневно заключила:

– Говно получилось.

На что Игорь радостно возразил:

– Зато законченное говно! Лида должна понимать, что будь у нас больше времени…

– «Лида» и «должна понять» – это две разные вселенные, – со вздохом отметил Бронеславский, разглядывая на Гошином мониторе приторных девушек, катающихся на мерседесах по цветущим городам и зеленым лугам. – Ладно, понесем вот это.

На небольшом совещании Лида, конечно же, заставила переделать почти все. Вместо городов и лугов, должны быть деревни и горный серпантин, да и девушки не должны улыбаться чересчур натужно, как дебильные. Срок для переделки Лида обозначила до одиннадцати утра. Надя поняла, что сегодня они с Гошей остаются работать до глубокой ночи. Она позвонила Любе и сказала, что не сможет отвезти Олю на вокал. Сестра тяжело вздохнула и решила бежать в садик и потом на вокал вместе с Матюшей.

Около семи у Нади зазвонил телефон. Это был Влад.

– Привет, я думал, ты сегодня Олю приведешь. А она с мамой пришла. Ты где?

– Я на работе до сих пор. Мы ролик делаем к завтрашнему утру.

– Всем офисом?

– Нет, повезло сегодня только дизайнерам.

– Может быть, мне приехать? – предложил Влад. – Я могу еды привезти.

– Спасибо, – Надя улыбнулась. – Коллега мой уже сбегал в магазин и принес нам кефира и слоек.

– Какой коллега заботливый, – скептически ответил Влад. – Ты точно не хочешь, чтобы я приехал?

– Я работаю, поболтать все равно не получится, у нас аврал. Позвоню тебе позже, ладно?

– Я соскучился, – вздохнул Влад.

– И я, – Надя отвернулась к стене, чтобы Игорь не видел ее довольного лица. – Мне самой очень хочется встретиться, но из-за одной мерзкой девицы приходится сидеть здесь.

– Мерзкая девица – начальница?

– Да. Не суть важно. Как у тебя дела?

– Расскажу при встрече. Ладно, доделывай быстрее свою работу и звони.

Надя положила трубку и впервые с начала рабочего дня почувствовала себя прекрасно. Игорь заметил изменившееся выражение лица.

– У тебя, кажется, ухажер нарисовался? – полюбопытствовал он.

– Мммм, даже не знаю, – Надя почесала затылок и решила пооткровенничать. – Он младше меня на шестнадцать лет.

Игорь присвистнул.

– Ух ты! Я бы тоже хотел заарканить кого-нибудь младше себя лет на десять!

– Ты мужчина, тебе так можно. А я комплексую.

– Забей. В нашем толерантном обществе сейчас все можно. Главное, что ему больше восемнадцати, и тебя не посадят. Проверь у него паспорт! – хохотнул Игорь.

– Зря я рассказала, ты теперь издеваться будешь, – отмахнулась Надя.

– Конечно, буду! – подтвердил Игорь.

Прервать работу они решили ближе к девяти вечера и договорились прийти в офис к восьми. Когда Надя выезжала с парковки, ей показалось, что в зеркале заднего вида она увидела стоявшую недалеко от офисного центра черную тонированную Ладу.

Вернувшись домой, Надя приняла душ и легла в смятую еще утром постель. Экран телефона маячил голосовым сообщением от Влада:

«Мечтал сегодня покатать тебя вдоль набережной и сводить на смотровую площадку. Мы бы там целовались на глазах у окружающих. Но не случилось. Жду с нетерпением, когда аврал на твоей работе закончится. У меня большие планы на это лето. Хотел узнать, какой у тебя любимый цвет. Я люблю на девушках красный, поэтому балдею от твоих волос. И не только от волос. Вспоминаю прошлую ночь, твой вкус… Теперь ты – мой любимый вкус и цвет. Хочу тебя всю целиком…».

Надя проваливалась в сон под звуки его голоса. Глядя на экран полузакрытыми, мутными глазами, она набрала короткое сообщение и заснула. Спустя несколько минут Влад где-то на другом конце города прочитал: «Красный. Я тоже люблю твой цвет. Спокойной ночи».

Глава 5

Среди ночи Надю разбудил стук в дверь. Сначала ей показалось, что это обрывки тревожного сна. Но стук не прекращался. За дверью кто-то звал ее по имени. С бешено колотящимся сердцем Надя попыталась вскочить с постели, но запуталась в одеяле и плашмя шлепнулась на пол, больно ударившись подбородком. Стук продолжался. Незнакомый мужчина выкрикивал ее имя и фамилию. В полной панике Надя подбежала к двери и посмотрела в глазок. За дверью стоял полицейский.

– Сахарова Надежда, – не очень громко, но настойчиво говорил он в дверь.

– Что вам нужно? – хриплым спросонья голосом спросила Надя.

– Участковый Федотов Михал Геннадьевич. Проверка нарушения общественного порядка.

– Какого нарушения? – Надя совсем не понимала, что происходит.

– Соседи жалуются, что из вашей квартиры слышатся крики.

– Уважаемый, я сплю с девяти вечера. Никаких криков у меня в квартире не было, и я сама ничего не слышала.

– Благодарю за информацию, – участковый отошел от двери и стал с кем-то разговаривать на лестничной клетке.

Надя услышала голос бабы Нюры. Она с шипением доказывала, что слышала крики, и они мешали ей спать. Участковый что-то грубо ей сказал, и послышались шаги по лестнице. Вдруг в глазок Надя увидела, как соседка подошла к ее двери, осмотрела со всех сторон, плюнула на дверную ручку и вернулась к себе. Надя еле сдержалась, чтобы не разрыдаться от испуга и обиды. Она вернулась в постель и забилась под одеяло. О сне не могло быть и речи. По крайней мере в ближайшие часа два точно. Надя взяла мобильник и постаралась успокоиться. Она почитала новости, посмотрела новые фото знакомых в ВК. Через пару минут ей пришло сообщение от Влада с вопросом, почему она не спит. Надя написала, как есть. Влад тут же ответил, что едет к ней. Надя хотела отговорить его, но пользователь уже стал оффлайн. Через полчаса Влад тихонько постучал к ней в дверь. Надя впустила его и бросилась к нему на шею.

– Завтра вставать рано, а эта дрянь ненормальная мне спать мешает. Я так испугалась этого стука, – жаловалась Надя, не сдерживая слез.

– Тише-тише, – ласково шептал Влад, гладя ее по спине, – ложись в кровать, я сейчас приду.

Парень снял обувь и ветровку, помыл в ванной руки и разделся до трусов. Надя смотрела на него и ничему не удивлялась. Казалось, что она знает его очень давно, что они уже несколько лет живут вместе, настолько органично Влад смотрелся в трусах посреди ее квартиры. Он уложил ее в кровать и сам забрался под одеяло, выключив настенный светильник.

– Вот и все, теперь мы спокойно поспим, – прошептал он, обнимая Надю одной рукой.

– Ты просто сказочный какой-то, спасибо, – сказала Надя и легла щекой на его грудь.

Через несколько минут они оба заснули.

Утром Надя проснулась первой еще до будильника. Влад спал на спине рядом. Она медленно убрала с него одеяло и стала рассматривать с головы до ног. «Абсолютно прекрасен», – мысленно заключила она и ощутила прилив возбуждения. Надя забралась рукой в его трусы и стала легонько мять спящий член. Через некоторое время он стал уверенно увеличиваться и твердеть. Влад зашевелился. С закрытыми глазами он схватил Надину руку и поводил ею по своему органу вниз и вверх. Надя нагнулась и облизала его ухо. По телу Влада побежали мурашки. Он открыл глаза и жадно поцеловал ее в губы. Надя оторвалась от него, стянула с себя футболку и шорты и села сверху на готовый член. Своей промежностью она елозила по нему круговыми движениями, возбуждая еще сильнее и возбуждаясь сама. Между ног уже было очень влажно и горячо. Влад поднялся, чтобы облизать ее соски. Надя тихо застонала. Продолжая покусывать и сосать ее грудь, он мягко воткнул член в ее мокрую щель. Надя зажмурилась от нестерпимого удовольствия. Надя стала подпрыгивать, с каждым движением стараясь глубже воткнуть в себя Влада. Он лег обратно на подушку, и смотрел на нее со стороны, двумя руками поглаживая и сжимая ее зад. За пару мгновений до Надиного оргазма, он схватил ее, положил на спину, прижал к ее груди ее же плотно сжатые колени и в таком положении резко вошел в нее опять. Влад держал Надины ноги за щиколотки и трахал изо всех сил. Она больше не могла сдерживаться и закричала в голос. Неожиданно Влад остановился. Не убирая из нее член, он наклонился и строго попросил:

– Произнеси мое имя.

Надя не могла соображать. Держа руками свои колени, она тяжело дышала и продолжала стонать.

– Влад, – проговорила она, – продолжай, Влад, Влад, Влад…

Он снова нарастил темп, с каждым толчком все сильнее ударяясь яйцами о ее зад. Надя выкрикивала его имя, лишь бы он не останавливался. Через несколько мощных толчков у нее загудело в ушах от сильного оргазма. Влад вытащил член и кончил ей на бедро.

Минут десять они молча лежали и смотрели в потолок, пока не зазвенел Надин будильник, объявляя наступление шести утра. Через час Влад и Надя сидели на кухне и завтракали бутербродами. Вдруг в квартиру постучали. Влад поднялся со стула и открыл дверь. Там стояла баба Нюра.

– Я вас слышала! Я вас засужу! – стала грозить она костлявым пальцем и зло повторять одно и то же. – Засужу! Засужу!

И тут случилось то, чего Надя точно не ожидала. Влад схватил старуху за руку и силой увел от двери. Надя бросилась следом, испугавшись, что он ее покалечит. Влад затолкал соседку в ее собственную квартиру и тихо прорычал: «Еще раз постучишь в ту дверь, и я тебя задушу». Надя с ужасом смотрела на него. Влад поймал ее взгляд и сразу изменил выражение лица на сдержанное и смущенное. Он вернулся к Наде.

– Ты что делаешь? Она же просто неадекватный человек! – Надя не знала, что ей делать – выгнать его или просить объяснений.

– Спокойно! – Влад закрыл за собой дверь и хотел положить руки на Надины плечи, но она отошла от него подальше. – Слушай, если она психанутая, ее можно только напугать. Больше ничего не подействует. Спорить с ней бесполезно. Только напугать. Я знаю, что говорю.

– Откуда знаешь? – недоверчиво уточнила Надя.

– Неважно, – Влад не стал отвечать. – Иди ко мне, пожалуйста.

Надя осторожно приблизилась.

– Все равно не стоило так себя вести. Мне не понравилось твое поведение, – сказала она, скрестив руки на груди.

– Извини, – Влад подошел и обнял ее. – Не будем портить замечательное утро. Собирайся, я провожу тебя до машины.

Всю дорогу до работы Надя прокручивала в голове то утренний секс, то эпизод с соседкой. Она вспоминала выражение лица Влада, пока он уводил старуху в сторону, и была уверена, что в тот момент он был готов ударить ее. Увидев в офисе Игоря, Надя тут же переключилась на рабочие мысли.

К одиннадцати у них чудом оказался готов обновленный ролик. Бронеславский решил избавить дизайнеров от прелести общения с Волченко и пошел к ней на совещание в единственном числе. С формулировкой «времени на переделку нет, сойдет и это…» Лида благословила рекламный отдел на дальнейшую подготовку к презентации. Вместе с вялым одобрением Бронеславский принес каждому из отдела по два приглашения на презентацию.

– Это что за жест доброй воли? – удивился Сева.

– Это не добрая воля, дружочек, – объяснил начальник, – это приглашение поработать лишние пять часов.

– То есть идти надо обязательно? – уточнила Надя.

– Конечно, – ответил Бронеславский, – а чтобы вам казалось, что вас любят и ценят, можете привести свою пару. Ну или маму, у кого пары нет.

– Мы тут все придем с мамами, – разочарованно заметила Настя.

Следующие два дня отдел активно готовил большой конференц-зал к презентации, принимал из типографии буклеты, ругался с контрагентами из-за сорванных сроков поставки минеральной воды и алкоголя – в общем, занимался всем тем, чем в обычное время заниматься не должен. В этой суете Надя отвечала на многочисленные сообщения Влада с большим опозданием, и чтобы хоть как-то загладить вину решила позвать его на их великий сейшн. К удивлению, Влад быстро согласился и даже обрадовался такому повороту.

– На мерсе дадут покататься? – весело спрашивал он.

– Обязательно. Но не тебе. Кроме нас, там будет куча пузатых мужиков с толстыми кошелечками. Поэтому настраивайся на скучный вечер.

– С тобой вечер не может быть скучным.

– Угу, потому что я звезда, – скептически ответила Надя.

– Вот именно. Ты сегодня Олю приведешь?

– Нет, опять работаем допоздна, – Надя вспомнила, что давно не звонила родным из-за всей этой бестолковой суеты. – Ладно, позвоню еще вечером.

Надя набрала сестре.

– Привет, я сегодня опять не смогу отвести Олю на вокал. Вы справитесь?

На заднем фоне в трубке играли детские песенки и шумела стиральная машина.

– Справимся, маме сняли гипс, – буднично ответила Люба, – она Олю отведет.

– Как сняли? – удивилась Надя, – Уже?

– Так три недели прошло! Вчера мы всем табором съездили в участковую поликлинику и вернули бабушке нашей движимость. Она уже под окнами цветы свои сажает. Почти все клумбы готовы, представляешь? Вот как людям приспичило ерундой позаниматься. Ты, кстати, поискала мне работу?

Надя виновато сморщила нос.

– Люб, прости, завтра презентация пройдет и на следующей неделе я напишу знакомым копирайтерам. Извини, не успела раньше.

– Понятно, – расстроено протянула Люба. – Я сама тоже что-нибудь поищу. А то у тебя то работа, то амуры…

Надя промолчала.

– Значит, точно есть кто-то, раз молчишь! – оживилась Люба.

– Фиг знает, есть он или нет, до сих пор понять не могу. Но ты точно не одобришь.

– Блин, ты меня еще и дразнишь! Говори быстро кто!

– Потом. Я думаю, это долго не продлится.

– Начальник твой? – предположила Люба.

– Упаси Боже! – возмутилась Надя. – Все, у тебя бред начинается, я пошла работать дальше.

В день презентации все шло гладко. Зал был готов, информационные материалы лежали на местах, артисты проводили саунд-чек, техники натирали три презентационных машины до блеска. Надя с Игорем проверяли демонстрационное оборудование и смотрели, как на большой плазме смотрится их ролик. Только сейчас, пересматривая его в сотый раз, Надя обратила внимание на одну из нарисованных девушек – блондинку с короткими волосами. Она кого-то сильно напоминала.

Перед началом презентации Надя переоделась в темно-зеленое облегающее платье с квадратным вырезом и прошла в конференц-зал. Там уже играл первый из приглашенных музыкантов – звуки саксофона наполнили собой все пространство, в котором удобно расположились три автомобиля, ряды фуршетных столов и диванчики для отдыха гостей. Через полчаса зал погрузился в шум многочисленных голосов. Игорь старался держаться рядом с Надей. Он посмеивался над гостями и говорил про них разные нелепости. Надя пила шампанское, слушала вполуха, иногда смеялась и выискивала в толпе знакомую подтянутую фигуру и светлые кудри. Вдруг сзади кто-то вкрадчиво произнес:

– Мммм, какой у вас шикарный и пленительный… ролик получился.

Надя обернулась и с радостью обнаружила за спиной Влада.

– Гоша, это Влад, именно он помог нам с роликом, – представила его Надя.

Влад с непроницаемым выражением лица пожал Игорю руку и приобнял Надю.

– Мы очень благодарны! – сказал Игорь. – Ваши рисунки спасли нас от гнева вон той не очень прекрасной дамы. – Он указал рукой на Лиду, которая стояла не так далеко от них и во все зубы хохотала в компании солидных мужчин.

Надя заметила, как Влад скользнул по ее ладной фигуре, обтянутой темно-зеленым платьем, и тут же взяла очередной бокал шампанского, одновременно бросив в рот пастилку жвачки. Начиналась официальная часть презентации. Ведущий пригласил всех подойти поближе к машинам и стал распинаться о невероятных технических характеристиках каждой из представленных моделей. Влад пожирал глазами авто и внимательно слушал ведущего.

– Я пойду к закускам, – шепнула Надя ему на ухо и, выбравшись из толпы, направилась к фуршетным столам.

– Сахарова! – окрикнул ее женский голос. Надя узнала в нем Лиду.

– Я вас слушаю, – остановилась Надя. – Что-то сделать нужно?

– Нет, – Волченко смотрела с издевкой и ехидно улыбалась. – Мы тут с девчонками-администраторами поспорили – твой спутник тебе брат или племянник?

– Я вам только для этого нужна была? – Надя отвернулась к фуршетному столу и схватила бокал с шампанским.

– Ты, конечно, прекрасно выглядишь, – продолжала Лида, – но контраст очень заметен.

– Какой контраст? – с намеренно скучающим видом уточнила Надя.

– Он школу-то успел закончить? – не унималась Лида.

– А не пошла бы ты нахер? – Надя с вызовом посмотрела ей в лицо и, чтобы подкрепить свою решительность действием, достала изо рта жвачку и бросила в Лидин фужер. Белый шарик, покрытый золотистыми пузырьками, изящно свалился на дно.

Лида, не переставая улыбаться, отставила фужер на стол. Было заметно, что она очень оскорбилась.

– Ты, видимо, перебрала, – кивнула Волченко на фужер. – Не заблюй мне конференц-зал. – И она ушла обратно к гостям.

Надя сама нашла Бронеславского.

– Я только что послала Волченко нахер, – призналась она начальнику.

– Святые Угодники! – Бронеславский оторвался от бутерброда с семгой. – Зачем?

– Она мне хамила. Не лишай меня премии, Сергей Юрич, – заныла Надя.

– Ох, Надежда, – Бронеславский сочувственно посмотрел на нее. – Ладно, будем считать, что, послав Волченко нахер, ты одна воплотила мечты всего нашего отдела. Не переживай. И заканчивай с алкоголем, ты уже тепленькая.

На сцене появилась местная рок-группа с зарубежными хитами. Из толпы начинающих танцевать гостей вынырнул Влад.

– А я посидел в машине! – похвастался он. – Ты говорила, что не дадут, а я посидел.

– Вот это везение, – Надя робко осмотрелась по сторонам, выискивая шушукающихся о ней администраторш. Но никому из присутствующих они с Владом не были нужны. Игорь болтался с Настей и Севой, изредка поглядывая, чем занимается Надя.

После рок-группы на сцену вышла симпатичная длинноволосая девушка в серебристом пышном платье.

– В завершение нашего прекрасного вечера несравненная Ирина споет нам чудесную песню о чистой и искренней любви! Любви к марке Мерседес, конечно же! – объявил ведущий.

– Ничего себе, – воскликнул Влад, не отрывая глаз от певицы. – Так это ж Ирка! Она со мной в ДК работает! – пояснил он Наде.

Надя присмотрелась к девушке повнимательнее и поняла, что именно ее видела однажды с Владом в учебном классе, когда пришла поблагодарить его за рисунок.

Девушка запела. Красивым, в меру низким голосом. И плюс ко всему на прекрасном французском языке. Надя узнала и песню – Лара Фабиан «Же тем». Название переводилось как «Я люблю тебя». Надя взглянула на Влада – он был полностью поглощен созерцанием сцены. Надя незаметно отошла к фуршетным столам и залпом выпила бокал шампанского.

«Же тем, же тем…» – надрывалась девушка по имени Ирина, а Надя рыдала в тени прожекторов конференц-зала, отхлебывая из очередного фужера. Голова уже кружилась, как на карусели. Надя повернулась. Влад все так же стоял, ослепленный бликами на серебристом платье. Песня закончилась, он принялся громко аплодировать. После третьей песни девушка прошла в гримерку, и Влад последовал за ней. Надя же направилась к выходу. У крыльца стояли гости. Надя стрельнула у какого-то мужика сигарету и выкурила ее за углом бизнес-центра. Она уже хотела отправиться домой, как обнаружила отсутствие телефона. Пришлось вернуться в зал. Гости расходились, Бронеславский, завидев Надю, жестом показал, что можно идти домой. Она вернулась к фуршетным столам и стала искать телефон.

– Ты куда пропала, – схватил ее за локоть Влад.

Надя зло вырвала руку.

– Не трогай меня, – непослушным языком сказала она.

– Что с тобой? – опешил Влад. – Ты чего ищешь?

– Телефон.

– Так он у меня! Ты сама мне его отдала, чтобы не потерять.

Надя повернулась и протянула руку.

– Давай его мне и возвращайся к своей Ирине.

Влад непонимающе смотрел на нее.

– Ты ревнуешь что ли? – спросил он изумленно и слегка обрадованно.

– Телефон мне дай, я такси вызову. И возвращайся в гримерку, вдруг вы там не кончили начатое…

– Я только поздоровался с ней! А когда вышел, тебя уже нигде не было!

Наде стало нехорошо. Она выхватила свой телефон из рук Влада и быстро пошла к выходу. На полпути к дверям, заметив перед собой Лиду и генерального директора, Надя покачнулась, сложилась пополам и выблевала все выпитое за вечер шампанское. Последнее, что она запомнила этим вечером, – злой крик Лиды, зовущей уборщиц, и тихий голос Влада, несущего ее на руках к своей двенашке.

Глава 6

Надя проснулась в своей кровати ближе к восьми утра. Из кухни доносился запах какой-то каши. Голова болела невыносимо. Казалось, что в затылке торчит огромное, тяжелое бревно. Надя выбралась из-под одеяла. Рядом с кроватью стоял маленький тазик для стирки. Сухой и чистый – значит, ее больше не тошнило. На кухне кто-то мыл посуду. Надя нашла в себе силы встать. Только сейчас она заметила, что из одежды на ней лишь трусы. Вечернее платье аккуратно висело на спинке крутящегося стула. В комнату вошел Влад.

– Проснулась! – радостно сказал он. – У меня готова каша и бутерброды. Если тебе нехорошо, полежи еще немного, позавтракаешь потом.

Надя прислушалась к себе – к горлу подступала тошнота. Она села на кровать и завернулась в одеяло. Влад заботливо принес ей воды.

– Я хочу, чтобы ты ушел, – тихо, но твердо сказала Надя.

Влад замер в дверном проеме.

– Уходи прямо сейчас, пожалуйста, – повторила Надя. – У нас с тобой все равно ничего не получится.

Лицо парня мгновенно приняло жесткие черты.

– Давай ты еще немного поспишь, а то…

– Обувайся и сваливай, – чуть громче произнесла Надя.

– А причину можно узнать? – строго спросил Влад.

– Я не понимаю, почему ты ко мне пристал…

Надя не успела договорить, Влад с силой шарахнул кулаком по дверному косяку. На пол посыпались крошки штукатурки.

– Я к тебе пристал? – еле сдерживая гнев громко спросил он. Надя замолчала.

– Мне показалось, у нас все взаимно! – уже тише, но все равно зло выпалил Влад. Потом он взял себя в руки и с шумом выдохнул. Постояв немного с закрытыми глазами, он взглянул на Надю и спросил:

– Что не так?

– У нас все равно не получится ничего серьезного, – ответила она. – Я старше и не могу тратить время впустую, мне нужен кто-то… кто-то… В общем, найди себе кого-то своего возраста. У тебя вокруг много привлекательных девушек…

Влад опять ударил по косяку. Дерево треснуло. Надя почувствовала, что тошнота усиливается. Спрятанные под одеялом ладони вспотели от волнения. Ей хотелось выбежать из квартиры, но она не могла даже легонько пошевелиться.

– Ты говоришь херню, – сквозь зубы проговорил Влад. Он так и стоял в дверном проеме со сжатым кулаком с покрасневшими от ударов костяшками.

– Просто уйди… – взмолилась Надя и заплакала, не выдержав напряжения.

Влад со злобным рыком ушел на кухню. Тут же что-то сильно ударилось об стену и рассыпалось по полу тяжелыми осколками. Влад вернулся в прихожую с пиджаком и телефоном, обулся и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью. Надя сбросила одеяло, схватила таз с пола и выблевала остатки вчерашнего банкета вперемежку с ярко-желтой желчью. Минут через двадцать она смогла подняться и умыться. Войдя в кухню, Надя остановилась на пороге. На полу лежал разбитый горшок с геранью и металлический ковшик, сваленный с плиты. Земля перемешалась с пшенной кашей, и на этом ярком фоне лежал небольшой кустик с красными цветами и обнаженными корнями. Надя вернулась в кровать, уткнулась в подушку и зарыдала изо всех сил.

Спустя какое-то время ее усталые всхлипывания прервал проснувшийся телефон. Звонила Люба.

– Мы в деревню, можем забрать тебя через час-полтора. Поедешь с нами?

Надя решила, что ей нужно отвлечься и подышать свежим воздухом, и согласилась.

– Отлично, – быстро говорила Люба. – Тогда собирайся! Как, кстати, презентация прошла? Все норм?

– Все очень плохо, я в машине расскажу.

– Ну вот… У тебя из-за этого голос такой убитый?

– Да.

– В общем, не грусти, мы взяли пива, да с шашлычком, и настроение твое сразу улучшится, – и веселая Люба отключилась.

Надя с отвращением подумала о пиве и пошла убирать погром на кухне.

В машине ее встретило все семейство – Костя за рулем, мама рядом с ним спереди, Люба с детьми сзади. Наде пришлось взять Олю на колени. Восьмилетняя КИА Сид значительно просела под напором людей и провизии в багажнике, но тронулась весьма резво для своих лет. Чтобы не дышать перегаром на окружающих, Надя отвернулась к окну и разговаривала из-под тоненьких волос Оли. Из динамиков радостно пело Детское радио, Матюша молча смотрел по сторонам из своего детского кресла, мама рассказывала про новые клумбы и заседания клуба активистов. Нога ее больше не тревожила.

– Что там с твоей презентацией не так? – наконец спросила Люба, когда все поделились своими новостями.

– Я поругалась с Лидой, послала ее в грубой форме, а потом наблевала прямо в центре конференц-зала.

Голоса в машине замолкли. Только лишь радио продолжало испускать свои волны позитива, напевая песенку про Фиксиков.

– Ниче себе ты повеселилась, – заржал Костя, не сдержавшись. Оля захихикала вслед за папой, оглядываясь на пристыженную Надю.

– Из-за чего ты с Лидой поругалась? – мягко уточнила Люба.

– А почему я блевала, вас не интересует, – решила пошутить Надя.

– Да ты как в машину села, все стало понятно, – недовольно ответила мама, – поругалась с начальством из-за чего?

– Она ко мне привязалась с ерундой какой-то, а я в тот момент уже под шампанским была, и вот…

Люба ткнула ее в плечо.

– Забей! Зато теперь есть, что вспомнить! – она добродушно засмеялась.

Надя улыбнулась.

– Да, только рассказать нечего… а вспомнить есть что, да, – ответила она.

– А я работу нашла! – выпалила Люба, которая, видимо, очень долго хотела об этом рассказать. – Мои тексты понравились одной девочке с биржи копирайтеров, она теперь будет давать мне задания со следующего понедельника. Сначала буду писать про сантехнику, потом про что-то более интересное.

– Поздравляю, – искренне обрадовалась за сестру Надя.

Через час дети заснули. Надя держала лежащую на себе Олю и слушала тихое радио. Сквозь тяжелые риффы баса пробивались слова «…как жвачка в волосах…». Надя стала прислушиваться.

«Ты во мне застряла, как жвачка в волосах, – только с мясом вырывать, только с кровью на руках. Вкус давно прошел, а я жую тебя опять. Сладко было пять минут – горько будет лет на пять…» – хрипло пел мужской голос. Надя заметила, что Костя тихо подпевает.

– Кто это поет? – спросила она.

– «Пятиэтажка». Наши, местные, – ответил Костя. – А что? Мешает? Выключить?

– Нет, просто интересно.

Надя отвернулась к окну, за которым бежала стена сосен. Слова припева все сильнее вколачивались в ее мозг. Глаза наполнились слезами. С каждым новым звуком трека становилось все тяжелее. Надя отвернулась еще дальше и позволила слезам побежать по щекам. Люба коротко посмотрела на нее, но сделала вид, что ничего не заметила.

Выскочив из машины рядом с двухэтажным домиком, Надя быстро помогла отнести сумки с едой на кухню и поднялась на второй этаж, где можно было поймать хоть какой-то интернет. Она сразу вышла в рабочий чат. Как и думала Надя, там уже все обсудили ее коронный номер.

«Сахарова, это пиздец!» – так выглядело самое первое сообщение после презентации, которое отправил Бронеславский. Потом высказались ребята – кто-то подбадривал и сочувствовал, парни по-доброму высмеяли ситуацию. Гоша в конце прислал стикер с изображением подвыпившей девушки и надписью «Королева вечера».

«Ребята, я очнулась и прошу у вас прощения», – писала Надя, – «Я жалею только об одном – что меня не стошнило прямо на Лидусю».

В комнату вошла Люба, Надя отложила телефон.

– Еще что-то случилось? – спросила Люба серьезно. – Про мужика своего ты мне так и не рассказала.

– Нет уже никакого мужика, – ответила Надя.

Люба присела к ней рядом и обняла. Надя забралась с ногами на узкую старую кровать и положила голову на колени сестре.

– Я так давно хотела любви, но она какая-то неправильная ко мне пришла, – плакала Надя.

– Почему ты решила, что неправильная? – Люба гладила ее по голове.

– Он был сильно младше меня.

Люба помолчала, а потом сказала:

– Ты попробуй не думать на десять шагов вперед. Находись, пожалуйста, здесь и сейчас. Когда тебе хорошо, просто смакуй это ощущение. А ты, видимо, повела себя, будто обжиралась в дорогом ресторане – сидела и с ужасом ждала, когда счет принесут. Если официант подает комплимент от шефа, просто с радостью его принимай.

– Люба, что за хрень! – сквозь слезы засмеялась Надя, – Ты книжек про рекламные метафоры начиталась?

Люба тоже засмеялась.

– В общем, – хлопнула она Надю по плечу, – поднимай задницу и иди насаживать шашлык на шампура, мы все есть хотим.

Уже ночью Надя лежала на скрипучей кровати и смотрела в приоткрытое окно на выглядывающие кончики яблонь. На небе мигали первые редкие звезды. Брать телефон совсем не хотелось. Хотелось остаться в деревне до сентября, как в детстве. В соседней комнате попискивал Матюша, которого по очереди пытались укачать Костя и Люба. Мама на первом этаже смотрела телевизионный фильм, Оля уже крепко спала рядом с ней. В доме было хорошо и спокойно, даже отголоски похмелья совсем исчезли. Надя вспомнила прикосновения Влада – как он утыкается ей носом в шею, как дышит в ухо, как гладит сильными руками по обнаженной спине и ягодицам. Надя закрыла глаза и представила свои пальцы, забирающиеся в его светлые волосы, пальцы, которые слегка касаются небритой щеки и раскрытых губ. Она резко открыла глаза, дыхание перехватило, в груди заныл тяжелый ком отчаяния. Надя постаралась отвлечься на другие мысли и заснуть. Удалось ей это ближе к рассвету.

В понедельник Надя немного опоздала и пришла в отдел последней. Настя сразу ошарашила ее свежими новостями.

– У Лиды сожгли тачку!

Надя поперхнулась сладкой слюной и выплюнула жвачку в мусорку.

– Да ты что? – она села напротив Насти и стала внимательно слушать подробности.

– В субботу ночью, рядом с клубом, в котором тусячила Волченко, полгорода любовалось на горящую бэху. Ты новостей не читала? – говорила Настя.

– Я в деревне была, – ошарашенно оглядывалась по сторонам Надя, пытаясь найти в лицах коллег подтверждения тому, о чем говорила Настя.

Сева кивнул.

– Ну еще бы не сожгли! Эта дурочка в вэкашечке во всех ракурсах свою бэху публиковала, даже номера не замазывала. – сказал он. – Вот завистники и подкараулили. Нехер держать страницу открытой для всяких долбоебов!

– Я согласен с предыдущим оратором, – поддакнул Гоша из-за компьютера.

В кабинет зашел Бронеславский.

– Привет, королева вечеринки, – бросил он Наде и сел за свой стол. – Я тебя вроде бы в отпуск отправлял, нет?

– Так я через неделю… – ответила Надя. – Ты про Волченко новости слышал?

– А как же. От нее самой и слышал. Она у себя сидит, по телефону решает вопрос со страховкой. Злая, как псина.

– Это ее обычное состояние, – хохотнул Сева.

– Поэтому вопрос с подведением итогов по нашему масштабному событию пока не закрыт, – продолжил начальник. – Что там с премиями пока сказать не могу. Из хороших новостей – сгоревшая машина Волченко отвлекла ее внимание на себя, и у нас пока нет срочных заданий. А через неделю она, как и Сахарова, свалит отдыхать. Так что месяц-два мы с вами живем спокойно.

Надя прошла к своему рабочему месту и ради интереса зашла в профиль Лиды. Она с удивлением обнаружила там больше девяти тысяч подписчиков, возбуждающихся лайками от сочных фото стильной барышни и ее крутого автомобиля, которого было действительно очень много. Казалось, Волченко любит машину даже больше себя. Просматривая явно обработанные в каком-то приложении слишком красивые картинки, Надя остановилась на одной из них и с неприятным ощущением стала всматриваться в сюжет. На фото Лида сидела за рулем и, кокетливо выпятив губки, делала селфи. Надя свернула окно, нашла в папке презентационный ролик и включила его. Сердце отчего-то ускорило темп биения. Наде очень хотелось, чтобы ее догадка была ошибкой. Но тут ролик как назло стал показывать рисованную девушку в той же позе, что и Лида на фото в своем профиле. Девушка была одета в такое же платье и так же кривила свои дурацкие губы. Надя отчетливо видела, что положение относительно руля и силуэт девушки в ролике полностью копировали Лидин образ. Только черты лица были немного другими. Возможно, это Гоша так пошутил. Надя совершенно не помнила, была ли на эскизах Влада эта девушка. Она открыла верхний ящик тумбы рядом со столом, но рисунков Влада не нашла.

– Гоша, а где эскизы для ролика? – невзначай спросила она.

– У меня их нет, – ответил он равнодушно.

Надя перерыла все бумаги на столе и выпотрошила тумбочку, но так ничего и не нашла.

«Да это Гоша ее нарисовал, – подумала она. – А у меня обычная паранойя, надо покурить…»

Надя достала из сумки жвачку и активно заработала челюстями.

В конце рабочего дня в коридоре она столкнулась с Лидой. Та разговаривала по телефону и не поздоровавшись прошла мимо. Надя в очередной раз поморщилась от воспоминаний и пришла к мысли, что увольнение, как самое страшное, что может случиться, будет даже благом. Со спокойной душой и ощущением близкого и спасительного отпуска она поехала ужинать в ресторан.

Вместо рассматривания интернет-страниц Надя смотрела по сторонам. В ресторане грузинской кухни в понедельник вечером было совсем мало людей. Надя разглядывала официантов, свою тарелку с сациви из курицы и улицу за высоким раскрытым настежь окном. Там прогуливались люди, было еще достаточно светло, как бывает в мае, расцветающем длинным днем. Надя зацепилась взглядом за уличную веранду соседнего ресторана. В тени навеса ей примерещилась знакомая фигура. За одним из столиков в одиночестве сидел мужчина, лицо которого скрывал капюшон толстовки. Мужчина иногда маячил загорающимся экраном мобильного телефона. Его темный капюшон будто смотрел прямо на Надю. Она стала делать вид, что спокойно ест, но то и дело бросала короткие взгляды в сторону веранды.

«Может, позвонить Владу, вдруг это он там сидит? Тогда он возьмет трубку, и я все пойму, – думала Надя. – А если это не он, что я скажу настоящему Владу? Нет, плохой вариант. Надо просто выйти и пройти мимо веранды».

Надя оплатила счет, взяла с диванчика сумку и вышла на свежий воздух. На улице зажгли фонари. Глядя под ноги, Надя шла в сторону веранды. Когда уже нужно было поворачивать к парковке, она подняла голову и посмотрела на столики. Там, где сидел человек в капюшоне, никого не было. Надя пробежалась взглядом по всей веранде и быстро пошла к своей машине. Вернувшись в квартиру, Надя, не переодеваясь, выкурила сигарету и откупорила бутылку противного белого вина из ближайшего продуктового. Пьяненькой засыпать легче и быстрее. Закинувшись тремя фужерами «успокоительного», Надя рухнула на кровать. Она взяла в руки телефон и стала рассматривать силиконовых девиц с четкими скулами и их гладеньких мужиков.

– У меня же сегодня нет вокала, почему ты меня забрала? – спросила Оля с заднего сиденья машины, роясь в рюкзачке в поиске очень нужной в данный момент игрушки.

– Я по вам соскучилась, – ответила Надя, глядя на нее в зеркало заднего вида.

Оля нашла плюшевого попугая неестественной кислотно-зеленой расцветки и, успокоившись, отбросила рюкзак на другой край сиденья.

– Бабушка тоже переживала, что ты долго не звонишь, – непосредственно сказала она. – О! Я тебе сказать хотела, что у меня в воскресенье отчетный концерт на вокале! А потом каникулы!

– Здорово! – порадовалась за нее Надя, тормозя на светофоре.

– Ты меня пофоткаешь на концерте? – спросила Оля. – Мама с Матюшей будет сидеть, бабушка в деревню хотела съездить…

– Оль, я, наверно, не смогу на концерт прийти, – начала отказываться Надя, но девочка прервала ее неожиданным криком:

– Нет! Ты что? Тебе обязательно надо прийти! Я для тебя песню учила! – возмутилась Оля, угрожающе потрясая попугаем.

– Для меня? – удивилась Надя и заелозила на сиденье. Ей очень не хотелось встречаться с Владом.

– Много людей обычно на концерты к вам ходит? – спросила она.

– Все родители, – сказала Оля.

– Ну в зале много народа сидит? – уточнила Надя, уже готовая согласиться на концерт.

– Много вроде бы… Я обычно в зал не смотрю, – призналась девочка.

– А куда же ты смотришь, артистка? – хохотнула Надя.

– На учительницу раньше смотрела, она мне слова подсказывала. Не знаю, будет ли так Влад Степанович делать.