Kitabı oxu: «Равновесие Осенних Дорог»

Часть первая – Мабон

Когда приходит Время без времени, становится возможным всё,

даже отсрочить смерть.

Главное не нарушать естественный порядок вещей.

Предисловие

Велена помнила бабушку Аглаю не по сказкам на ночь, а по терпкому запаху полыни и бесконечному звуку веретена. В детстве девочке казалось, что нить, выходящая из-под пальцев старухи, тянется далеко за пределы комнаты, прошивая насквозь стены дома, кроны деревьев и сами облака.

– Мироздание, внучка, – говорила Аглая, не оборачиваясь, – это не про законы, написанные чернилами. Это про узы. Мир держится на обещаниях, которые были даны еще до того, как люди научились говорить.

Обучение проходило в старом доме на окраине большого города, где он постепенно переходил в могучий старинный лес. Половицы в избушке скрипели на разных диалектах, а на чердаке жили вороны. Бабушка часто выводила девочку на опушку на рассвете и заставляла, закрыв глаза, слушать тишину. Аглая учила её, что справедливость – это не равенство, а равновесие. Она клала на одну ладонь Велены тяжелый речной камень, а на другую – птичье перо, и заставляла стоять так часами, пока девочка не начинала чувствовать, как тяжесть камня перетекает в легкость пера через её собственные плечи.

Вторым уроком Аглаи был «Гриммуар смыслов». Это была книга и не книга одновременно. Огромный гербарий, где вместо растений были вклеены обрывки старых клятв, лоскуты знамен и тени забытых имён. Сколько бы не пыталась Велена, она ни разу не смогла прочесть его от корки до корки. Были в нем страницы, скрытые от нее магией. Бабушка позволяла читать лишь то, что было дозволено и заставляла заучивать наизусть магические свойства трав, заклинания призыва сущностей и рецепты зелий.

***

– Предательство пахнет ржавым железом, – наставляла бабушка. – Такая сделка всегда имеет скрытый смысл. Любовь же пахнет озоном перед грозой. Она может быть разрушительна, но в ней нет корысти.

Именно тогда Велена впервые услышала о мире Ши. Аглая рисовала на пепле в печи ломаные линии. Объясняла, что реальность никогда не бывает сплошной – в ней всегда есть зазоры и трещины, через которые подсматривают Те, Кто Был Раньше – Ши.

– Твоя задача, девочка, – говорить с ними на языке правил. Если ты не задашь структуру хаосу, хаос поглотит твою структуру.

Аглая учила её искусству «молчаливого договора». Она заставляла Велену договариваться с ветром, чтобы тот не тушил свечу, не используя слов, а лишь предлагая ветру что-то взамен – например, ритм её собственного дыхания.

***

Но последний урок Велена получила в ту ночь, когда Аглая решила уйти на ту сторону. Она позвала Велену и рассказала ей самую страшную тайну из всех, что хранила от внучки годами.

– Милая моя девочка, ты уже многое знаешь о нашем мире. Я передала тебе всё, что знала и чем владела сама. И теперь спокойно могу покинуть этот мир и уйти на ту сторону. Присоединиться к своим сестрам и обрести покой. Эта зима станет для меня последней, – голос Аглаи звучал тихо и грустно. – Но, прежде, чем уйти, я расскажу тебе кое-что очень важное. Не позволяй моим знаниям угаснуть. Найди себе наследницу, обучи ее, передай ей все знания, которыми владеешь сама. Сделать это ты обязана до того, как почувствуешь дыхание смерти за своим плечом. Если не успеешь, то будешь обречена вечно скитаться между мирами и никогда не знать покоя. Не пренебрегай временем, дорогая, не повторяй моих ошибок. Тебе будет казаться, что ты еще все успеешь, но это не так. Поверь мне! Никогда не будет более удобного момента, чем прямо сейчас. Не откладывай замужество, не отказывайся от ребенка. Когда меня не станет, ты станешь единственной хранительницей «Гриммуара смыслов». Ценность этой книги в том, что она единственная в этом мире и это последний оплот магии. Если не станет хранителя, умеющего читать ее, то магия навсегда уйдет из этого мира. Удача и чудеса покинут его и жизнь людей станет серой и беспросветной. А когда люди перестанут верить в волшебство, со временем они забудут и Ши. И тогда их и нашему миру наступит конец…

– Бабушка, а если я не успею? – дрогнул голосок Велены.

– Тогда поступи, как поступила я – приворожи любого из Всадников Дикой Охоты и пусть он подарит тебе Время. Запомни, Всадники – неупокоенные души, ищущие тепла и охотно идущие на сделки. Когда-то давно я воспользовалась магическим заклинанием, записанным на семьсот пятидесятой странице в моем гримуаре и это позволило мне прожить еще полвека, чтобы воспитать тебя и научить всему, что знаю. Но постарайся все же обойтись без этого. Ведь магия не действует долго на Них и каждый год придется повторять ритуал снова и снова. Это выматывает, поверь…

С этими словами Аглая и отошла в мир Ши. Велена заплакала, шепча слова прощания.

Глава первая

– Шух! Шух! Шух! Листья летели во все стороны от старой метлы. Велена не особо любила уборку, но перед приездом гостей следовало навести порядок, освободить осенние дороги от опавшей листвы.

Листья никак не хотели лежать там, куда их откидывала с дорожки метла, разлетались, кружились. Некоторые вовсе улетали прочь, в лес, за поворот тропинки, ведущей от дома в чащу. Другие упорно падали снова на дорожку. Ведьма злилась и принималась за работу снова.

– Зачем ты убираешь их? – вдруг прозвучало совсем рядом. Подняв голову, Велена увидела всадника на белом коне. незнакомец был одет в охотничий костюм и сапоги, на голове у него была корона из сухих ветвей, напоминающая ветвистые оленьи рога, а за плечами плащ.

– Тебе-то какое дело? – раздраженно спросила ведьма, опираясь на черенок метлы.

– Никакого! – грустно улыбнулся незнакомец. – Только вот так уж вышло, что у твоей калитки мой конь потерял подкову и я думаю, ты знаешь, что это значит.

Велена вздрогнула при этих словах незнакомца. Будучи ведьмой, она прекрасно знала, что по приметам Ши, потерянная конем подкова – ни что иное, как знак, что в этом доме нужно искать силу. Ши были обречены зависеть от людской веры, чтобы продолжать существовать.

Более того потерянная подкова была не просто «приметой», а принуждением, которое буквально заставляло Короля Ши заходить в дом, около которого его конь терял подкову, а хозяев – принять и угостить такого гостя.

– Что ж, – натянуто улыбнулась ведьма, в ответ, – у меня в печи стоит шарлотка, да и овса для твоего коня найдется. Милости прошу, в гости.

– Благодарю, – спешиваясь и следуя за хозяйкой во двор, ответил гость.

Что-то в ее ответе насторожило незнакомца. Тонкий аромат ржавого железа коснулся его ноздрей, но он отмахнулся, зная, что не сможет противиться старому договору людей и Ши. Раз конь потерял подкову здесь, ничего не попишешь, в этом доме и принимать ему угощение.

Домик Велены, сокрытый в тени застывших вековых кедров, встретил Есеня странным сочетанием аскетизма и скрытой силы. Внутри пахло сушеной полынью, жгучим перцем и старой бумагой. Вдоль стен тянулись полки, заставленные глиняными горшками и стеклянными фиалами. На окнах висели симпатичные занавески, а пол устилали домотканные половики. Посреди столовой, куда Велена ввела гостя, стоял добротно сколоченный стол, покрытый белоснежной скатертью.

– У тебя здесь жарче, чем в жерле вулкана, – незнакомец снял плащ, чувствуя, как пот мгновенно выступает на лбу.

– Жар надежнее холода, – Велена захлопотала у стола, подавая шарлотку и наливая чай. – Холод и зима – это смерть. Поэтому я защищаюсь от неё…

– Но жизнь без конца превращается в тюрьму, – он разглядывал пучки сухих трав, свисающих со стен.

Девушка резко обернулась, и в её глазах вспыхнули искры.

– В тюрьму? Разве плохо жить вечно?

Гость мягко улыбнулся в ответ

– Да, ведь так можно сойти с ума. Зимой, когда ветер поет лесу колыбельные, земля отдыхает в белом саване, чтобы набраться сил.

– Но мы говорим не о зиме…

– В моем мире это одно и тоже, – отпивая горячего чая, тихо произнес гость.

Разговор не клеился. Покончив с угощением, он поднялся и вежливо поблагодарив, спросил:

– Что попросишь взамен за вкусную трапезу, хозяйка?

– Покажи мне свой мир, – вдруг выпалила ведьма.

– А не испугаешься? Это может быть опасно для человека.

– Я смелая, – впервые за все время беседы улыбнулась девушка.

– Что ж, хорошо, – улыбнулся он в ответ. – Собирайся.

Побросав в сумку нехитрые пожитки: защитные травы и амулет, Велена вышла на крыльцо. Гость терпеливо ждал ее, сидя в седле.

– Раз уж мы вместе проведем время, то недурно будет и познакомиться. Меня зовут Есень, – снова улыбнулся он.

– Я – Велена, – опираясь на его широкую ладонь и позволяя поднять себя на седло, ответила девушка.

Листья закружились в вальсе и мягким ковром укрыли дорожку. Стук копыт утонул в этом ковре на дороге осени…

Глава вторая

Дорога, по которой ехали Есень и Велена, петляла и уходила все дальше и дальше, вглубь леса. Золотые, карминовые, ярко-алые и темно-коричневые с медного цвета прожилками листья устилали путь. Конь шел спокойно, изредка встряхивая головой, чтобы отогнать редких назойливых насекомых.

Дышалось в лесу легко. Вокруг было тихо и необычайно спокойно. Краски завораживали и очаровывали. Хотелось рассмотреть поближе каждый листочек, каждую веточку, сохранить в памяти ее необыкновенную красоту и изящество.

– Я знаю этот лес вдоль и поперек, – вдруг нарушила молчание Велена, – но ни разу не встречала тут ничего особенного! Только сухие листья и мухоморы и поломанные ветки деревьев.

– Согласен, этого тут много, особенно сейчас, в сентябре, – улыбнувшись, подтвердил Есень.

Они еще немного помолчали, а потом он спросил:

– Ты, правда, знаешь этот лес так хорошо, как говоришь?

– Конечно, – гордо ответила Велена. – Сколько раз я тут травы собирала, грибы и ягоды, а еще … мусор за всякими … туристами! Приедут, знаешь ли, на шашлыки, поедят, выпьют, бутылки пластиковые и мусор всякий покидают в кусты и уедут. Свиньи! А еще руки влажными салфетками вытирают… тьфу, культурные тоже мне.

– Так вот, кому нужно спасибо сказать за чистоту, – улыбнулся Есень снова.

– Ну… да, – смутилась она.

– Спасибо!

– Пожалуйста!

– Ну, раз лес ты знаешь, то странно, что ты никогда не бывала в моем мире. Ты же знаешь, где тут порог?

– Порог? – переспросила девушка.

– Ну да… место такое, – начал объяснять Есень. – Шагнешь за него и окажешься в мире Ши.

– Вот тк просто? – рассмеялась она!

– Не веришь?

– Конечно же нет! Мир Ши не для смертных, сам говорил…

– Ну держись, – усмехнулся Есень, дав шпоры коню.

Его белый конь взял с места в галоп, да так резво, что Велена вскрикнула от неожиданности и, наверное, свалилась бы с седла, если бы Есень не обхватил ее покрепче рукой за талию, прижимая к себе.

Они неслись между деревьев, пыль и сухая листва летела из под копыт лошади, ветки задевали головы и плечи всадников, ветер свистел в ушах. Велена только успевала по сторонам смотреть, куда же вез ее таинственный новый знакомый.

Промелькнула знакомая грибная полянка, а вон и поворот к пруду, где водились карпы, вот родник, а по левую руку промелькнул небольшой сосновый бор, где так приятно было отдыхать в летний зной, вдыхая ароматы хвои и смолы… Впереди небольшая развилка – дорога уходила направо к дачному загородному поселку, а налево – к федеральной трассе. Прямо тоже была тропинка, но она никуда не вела. Упиралась в расколотое грозой дерево, одна из ветвей которого наклонилась почти до земли, образуя собой что-то похожее на портал.

Вот по этой прямой тропинке и проскакал белоснежный конь с двумя седоками на спине. Едва он нырнул под склоненную ветвь, как мир вокруг неуловимым образом изменился…

– Вот это да! Никогда не знала, что эта тропинка ведет куда-то… – изумленно выдохнула Велена, оглядываясь по сторонам.

– А надо было верить, – усмехнулся Есень, направляя коня по новой тропе.

Глава третья

– Так куда ведет эта тропа? – спросила Велена.

– Туда, куда тебе хочется, – ответил ее спутник.

– Так не бывает, – рассмеялась она в ответ.

– Бывает! Нужно всего лишь загадать место, куда хочешь попасть. Главное, чтобы это было очень желанное место.

– Любое?

– Самое желанное!

Велена немного помолчала, закрыв глаза, а потом воскликнула:

– Хочу на побережье! Я всю свою жизнь провела в лесу и в соседнем городе, но никогда не была на побережье, не видела море и корабли. Вот бы эта тропа вела туда.

– Сейчас узнаем, – улыбнулся Есень, пуская лошадь рысью.

Осенние листья закружились вокруг всадников и конь лихо пробежал еще под одной надломленной и склоненной до земли веткой какого-то дерева. Велена зажмурилась от пыли, летевшей ей в лицо, а когда открыла глаза, то не поверила увиденному. Копыта звонко стучали по каменной мостовой. Вокруг гомонили и сновали туда-сюда люди, в лицо пахнуло холодом и свежестью, а еще запахом тухлой рыбы и стоялой воды. Всадники ехали по узкой улочке, которая вихляя из стороны в сторону спускалась к морю. Вокруг шумел обычный портовый городок, каких немало на побережье.

– Вот это да! – восхищенно произнесла девушка. – Это все взаправду?

– Это твоя мечта и тебе решать, – ответил спутник. – Хочешь пройтись?

– Конечно!

Есень направил коня к двухэтажному дому слева по улице. Свернув в небольшой проулок, натянул поводья и, едва конь остановился, легко спрыгнул на землю. Велена последовала за ним. Привязав лошадь, он взял девушку за руку и произнес: “Здесь небезопасно, не уходи от меня далеко!” Она только кивнула в ответ.

Держась за руки, они снова вышли на улочку и пешком спустились к причалам, где на волнах покачивались лодки. Некоторые из них были совсем новенькими, с названиями на бортах, поблескивающих свежей краской. На других краска была потрескавшейся и выгоревшей, а названия почти стершимися. На дне некоторых лодок лежали рыбацкие сети и удилища, а в других сидели матросы. Рукава их рубах и штанины брюк были закатаны, обнажая крепкие мускулы на руках и ногах.

Есень и Велена идя вдоль берега, рассматривая лодки и читая названия, не заметили, как порт остался позади. Выйдя на песчаный пляж, девушка посмотрела на океан, туда, где на рейде стояли корабли. У некоторых паруса были убраны, а другие, наоборот готовились выйти в море.

– Ты заметил, что у некоторых лодок вовсе нет названия? – спросила Велена.

– Названия принадлежат не лодкам, – вдруг ответил чей-то чужой голос. Мужчина и девушка одновременно оглянулись. Позади них, чуть поодаль стоял старик. Он был похож на самого настоящего пирата из детских книжек. Одетый в поношенные штаны и куртку, обутый в ботфорты. Его внешность пугала и привлекала одновременно. Широкое морщинистое и сильно загорелое лицо, обрамленное давно нечесаной бородой, повязка на одном глазу и самодельный костыль под мышкой.

– Это названия кораблей, которым принадлежат шлюпки?! – догадался Есень.

– Именно, – кивнул старик. – Некоторые шлюпки уже никому не принадлежат. Разве, что какому-нибудь пьянице-лоцману. Поэтому у них нет названий.

– Почему же лоцманы не дают других названий своим шлюпкам? – полюбопытствовала девушка.

– А зачем? – пожал плечами старик. Все в этом мире быстротечно. Пока ты молод и силен, ты не замечаешь этого, а потом приходит старость… будто бы осень жизни спускается к тебе и уже ничего нельзя изменить, все теряет смысл. Урожай собран и земли больше не плодоносят, листья облетают, приходит сезон дождей… с моря дует холодный ветер, а волны бьются о берег с такой силой, что нередко уносят эти безымянные шлюпки в пучину. Зачем давать им названия, если следующей весной их уже не будет тут?! Весной корабли придут в порт, кто-то из капитанов закажет новые шлюпки на верфи, а со старых матросы собьют названия и бросят их тут, на берегу, как и тех, кто больше не может служить на борту… бросят и уйдут за горизонт… – произнес старик своим скрипучим голосом, а потом спросил, – кстати, не найдется монетки на эль старому боцману?

Есень протянул старику пару кругляшей, блеснувших серебром в лучах вечернего солнца.

– Благодарствую! Благодарствую! – подобострастно залепетал боцман и проворнее, чем можно было ожидать от него, заковылял в сторону таверны. Словно боялся, что благодетель передумает и вознамерится отобрать у него столь щедрое подаяние.

С моря налетел промозглый порыв ветра. Потянуло сыростью.

– Пойдем, – потянул Есень за собой свою спутницу. – Холодает…

– Подожди, – попросила та, – давай проводим солнце.

Они постояли на берегу еще несколько минут, пока дневное светило не опустилось в воду и не стало совсем темно. В порту зажглись огни, потянуло ароматами жареной рыбы.

– Есть хочешь? – спросил Есень, когда они шли обратно к таверне.

– Пожалуй, – кивнула Велена.

– Тогда позволь угостить тебя ужином.

– Позволяю, – с улыбкой ответила она.

Держась за руки они вошли внутрь таверны.