Kitabı oxu: «Слезы черного дьявола»

Глава

Тёмные улицы, шёпот теней,

Власть и разборки – закон здесь грубей.

Но среди пуль и холодных ножей

Вспыхнуло чувство – сильней и нежней.

ГЛАВА 1

САРА

8 лет назад

Уже около десяти вечера, и я собираюсь лечь спать, но родители все еще не пришли. Они уехали днем и так еще не вернулись.

Мне страшно ложиться спать одной, и в прошлый раз, когда мама с папой задержались, я ждала их на кухни. Папа сильно разозлился на меня тогда. А мама вернулась с моим любимым шоколадным тортам и прошептала: "Только не говори папе, что я тебе сладкое перед сном дала". Мы тогда долго смеялись с мамой.

А еще я не могу заснуть без маминой сказки на ночь о принцессах и злых ведьмах – я обожаю эти книги. Особенно историю про Спящую Красавицу: как она уколола палец, и весь замок погрузился в сон. Мама сказала, что если я когда-нибудь поранюсь, то прекрасный принц спасет меня. А моему папе больше нравиться сказка о Жасмин – она там летала на ковре-самолете вместе с веселой обезьянкой над Аграбой. Папа сказал, что на каникулах мы полетим туда, но он еще не знает, что я хочу купить обезьянку и назвать ее Абу как в мультике. Так же после мамы, всегда приходит папа, целует меня в висок и желает добрых снов, чтобы день закончился хорошо.

Я иду в свою комнату, чтобы не расстраивать родителей. У меня из окна видна река и лес. Летом мы с родителями часто купаемся там. Сегодня на небе полная луна, мама говорила, что ей не нравиться такая луна. Потому что от нее веет холодом и каким-то ужасом. Я слышу звук звонка в дверь. Но родители всегда открывают сами. Я спустилась вниз, чтобы открыть дверь, но вскрикиваю от ужаса.

– НЕТ! – На пороге лежат мои родители, мертвые. Мамины пальцы сжимают край папиной рубашки – будто она пытается его удержать. А он прикрывает её собой, как обычно он делал при опасности. – Нет! Прошу, откройте глаза! – Где-то рядом слышаться шум машин, голоса людей, но я ничего не замечаю, кроме лужи крови моих родителей. Кто-то грубо оттаскивает меня в сторону – чьи-то ладони заслоняют мои глаза, но я вырываюсь. Мой взгляд направлен на папу. На его запястье болтаются часы, которые мы с мамой подарили ему на прошлый день рождения, но теперь там только сломанные стрелки и кровь моих дорогих родителей. "Чтобы ты всегда знала: время с близкими – самое ценное", – эта его фраза запомнилась мне надолго. Он считал лучшим подарком часы.

– Сара, милая, посмотри на меня. – Это голос нашего капо и моего дяди Карна. Его пальцы вытирают мои слезы, которые льются рекой, они пахнут порохом – точно, как в тот день, когда он учил меня стрелять. "Крепче держи, малышка", – смеялся он, а мама возмущалась в стороне – Посмотри на меня, малышка. –Я перевожу на него взгляд и понимаю, что мы уже в доме. На кухонном столе стоит мамин пирог с вишней – мы испекли его сегодня утром. – Сара, всё будет хорошо. Не переживай. Я всегда буду рядом. – Но это ложь. Мои родители умерли. Ничего уже не будет, как прежде. Больше не будет маминых сказок на ночь, её вкусных ужинов для нашей семьи, папиных упрёков за мое непослушание. Всё это ушло вместе с ними навсегда

Наше время

Восемь долгих лет. Тысячи дней, которые слились в черную бездну моих снов. Теперь я живу у моего дяди Дамиэля и его семьи. Но эта не та жизнь, которая была у меня в моем доме. Этот особняк не стал домом для меня. «Дом – это не место, а люди, которые создают его» - так говорила моя покойная мама, моя любимая мама.

Дядя Дамиэль – это человек со светлой кожей и длинными пальцами, которые выдают мне еду порциями, так он заставляет меня чувствовать себя как в тюрьме. «Благодари судьбу за крышу», – эту фразу я слышу уже на протяжении восьми лет, мне хватило и первого дня, чтобы запомнить эту фразу навсегда.

Тётя Киара – женщина, которая выглядит всегда на миллион долларов, носит только дорогие платья и украшения. Но она же покупала мне одежду на распродажах. «Ты же ещё вырастешь», – шептала она, пока протягивала моей сводной сестре новое платье из модного бутика, а мне оставалось только смотреть на это в сторонке.

Катрин – моя сводная сестра, девушка с фарфоровой кожей. Она воплощение зла и роскоши. И ради забавы она могла оставить в моей спальне свои старые туфли. «Тебе же всё равно», – смеялась она, когда говорила мне гадости, но я оставалась равнодушной к ней и не обращала внимание на это. Она, как и мать, любит все роскошное и из-за этого загоняет дядю Дамиэля в долги, которых у него и так много от карточных игр.

Лоренс – мой сводный брат, который всегда ходил в рубашке и смотрел сквозь меня, будто я пустое место в его жизни. «Ты опять в библиотеке?» – бросал он, проходя мимо. «Странно. Кажется, там нет ничего интересного». Его голос звучал плоским, без эмоций, когда он говорил со мной.

Всю свою жизнь в этом доме я провожу в любимой библиотеке. Только там я чувствую умиротворение и могу выплеснуть все свои эмоции. И она меня всегда слушает и никогда не осудит за проявление слабости. Она стала родной сестрой и подругой. Это странно – называть комнату подругой, но если в ней проводишь больше пятнадцати часов в день, то да, это так.

7 лет назад

Я собираюсь ложиться спать. Сегодня Рождество, и был бал. В это время года мама заплетала мне ленточки в косы, чтобы я выглядела по-праздничному, а когда папа приходил с работы, мы украшали елку. И главную звезду ставила я, папа садил меня на плечи и поднимал. А потом возил так по всему дому, пока мама не звала нас на ужин. Мне понравилось, хоть и было очень грустно без мамы и папы. Я выключаю свет и укрываюсь одеялом, как открывается дверь. Там стоит дядя Кармэй.

– Дядя, это ты? Я уже ложусь спать – Мне стало не по себе. Он всегда вызывает у меня неприязнь, но после смерти жены он переехал в наш дом. Он садится на кровать и пристально смотрит на меня.

– Милая, давай поиграем. Ты же послушная девочка? – Я киваю, сама не понимая почему. – Вот и славно. Ложись на спину, откинь одеяло и раздвинь ноги пошире. –Мне не нравятся его слова, но я остаюсь лежать неподвижно. – Сара, ты же сказала, что послушная. Разве хочешь, чтобы тебе было больно? – Я не понимаю о чем он, но он наклоняется и грубо раздвигает мои ноги.

– Дядя, что ты делаешь?! – Я почти заплакала, но он зажимает мне рот рукой, а другой стаскивает пижамные штаны. Боль пронзает все тело. И она продолжается всю ночь.

Наше время

Эта боль продолжается каждый день. Я сломалась. На любом балу или празднике я избегаю мужчин – они пугают меня. Когда кто-то предлагает танец, я отказываюсь. Но это лишь малая часть того ада, что творится в моей душе. Я никому не говорю. Начнут тыкать пальцами. Даже если капо что-то сделает, кто захочет «испорченную» невесту? По нашим правилам, я – грязь. Сегодня ночь слез повторится. Я не могу спать в кровати, обычно, ложусь на пол – не могу смотреть на эту кровать.

Я сижу в библиотеке, читаю книгу по медицине – остались только они, и детективы, и биографии. Вдруг дверь распахивается – это моя сводная сестра Катрин. Настоящая стерва. Она смотрит на меня, будто я исчадие ада, хотя в свои 19 я красивее ее в разы. И это самый главный фактор ее неприязни ко мне. «Даже дядя говорил во время секса, что я «самая красивая шлюха»» — от этих мыслей меня тошнит. Но мои раздумья прервала пощечина.

– Зачем ты вообще родилась?! Кто тебя просил?!– Катрин выкрикнула это с такой ненавистью, что её голос срывается на визг. Её глаза, обычно холодные, теперь пылают яростью, а пальцы впиваются в мои плечи до боли. "Что я ей сделала?" – мелькнуло у меня в голове, но ответа не было.

– Что я сделала? – прошипела я скорее себе, чем ей, чувствуя, как по спине бегут мурашки от нервов.

– Ты выходишь замуж! За брата дона Нью-Йорка! Свадьба через неделю! – Она ударила меня снова, на этот раз попала по губе. Боль резко пронзает кожу, но я даже не успеваю что-то сказать. "Я не поняла ничего. Это какой-то бред. Какой брат? Какая свадьба?"– Это должна быть я на твоем месте, тварь! – Катрин замахнулась снова, её лицо исказилось от бешенства, но тётя Киара резко хватает её за руку и оттаскивает назад.

– Прекрати. Она ничего не знает. – Голос Киары был спокоен, но в нём слышатся угроза. – Ты достойна только дона Нью-Йорка, и точка. – "Я выхожу замуж?"– Мысль казалась нереальной, как будто кто-то рассказывает мне чужую историю.

– О чём вы? За кого? – мой голос дрожит, но я не могу молчать.

– Да. – Киара вздохнула, будто объясняет что-то очевидное. – Скоро приедет Карн и всё объяснит.– "Что случилось за день? Почему именно сейчас?" – В голове крутились обрывки мыслей, но ни одна не складывалась в понятную картину.

Я просидела в библиотеке до вечера, уставившись в одну точку, пока не услышала шаги за дверью.

– Сара.– Голос дяди Карна прозвучал твёрдо, но без злости. Он стоит в дверях библиотеки. – Нам нужно поговорить.—Я молча указываю на кресло, пальцы дрожали так, что пришлось сжать их в кулак. "Не показывай страх. Никогда не показывай страх."– слова отца звучат в голове.

– Если это о свадьбе – я согласна. Даже не спрашивайте. – Он удивился, брови поползли вверх. "Ждал истерики? Мольбы? Ты не видишь, дядя, как я устала бороться с этой жизнью".

– Ты даже не видела его. Может, он тебе не понравится? —"Мне всё понравится, если это не мой дядя". Тело напряглось, в висках застучало. "Я хочу сбежать. Не могу даже сидеть рядом с доном – меня трясет. Мозг рисует картинки: его руки на моей шее, запах пороха от пальцев, хриплый смех"

– Ничего. Увижу его на свадьбе. Помолвки не будет? —"Надеюсь, что нет. Не хочу её. Не хочу ещё один вечер, когда они будут трогать меня взглядами, делать грязные намёки"

– Нет. Но одна традиция будет, которая для нашего клана важно. – Внутри всё сжалось. "Кровавые простыни". Горло перехватило. "Но их не будет. Если жених узнает правду – он откажется. И это будет позор для нашей семьи. Тогда они убьют меня медленно"

– Может, без традиций? Просто свадьба и отъезд в Нью-Йорк? – Он посмотрел загадочно, уголок его рта дёргается. "Знает. Чёрт, он точно знает"

– Нет. Это не обсуждается. – Голос повысился, я вжимаюсь в кресло. "Не плачь. Не смей плакать. Не показывай страх" – я повторяла это в своей голове, чтобы успокоиться – Но можешь отказаться. Только знай – он не ангел. Даже не дьявол. Он – монстр в обличии человека. — От этих слов стало хуже. Что хуже смерти? Нет, я не хочу знать – Но есть плюс – он лучше старшего брата. – Я забыла об этом, если мы будем жить в одном доме, они будут передавать меня по кругу. Сегодня – муж, завтра – его брат, послезавтра – их друзья. Живот сводит от тошноты, от этих мыслей.

– У него только один брат?

– Нет. Четверо. – хуже некуда. Веки задрожали. Я попаду в ад. Стану их общей шлюхой. Нет. Они убьют меня. Разорвут на части, как добычу.

– Оставьте меня одну, пожалуйста. – уже ночь. Скоро придёт моя личная смерть. Я не могу дышать. Не могу представить, что будет в том доме. Или умру. Или покончу собой от такой жизни.

Я посмотрела на часы – ровно полночь. "Время пришло." Я пошла в комнату и дверь, сразу же, открылась. Я увидела своего палача.

– Почему не готова? Надо подготовить тебя к свадьбе. Жених должен быть доволен. – Я отпрянула к стене. "Нет. Только не это. Не снова"– Что, и с мужем так будешь? Он любит грубо. – "Нет. Я больше не могу так жить." В глазах потемнело. "Хочу назад, в счастливое детство. В котором остался запах маминых пирогов, в котором папа играл со мной, а я смеялась над его шутками, в котором перед сном мне читали добрые сказки"

– Нет. Больше я не дам себя трогать. —Третья пощечина за день, даже хочется смеяться от этого. От нее я отлетаю в сторону. Голова не хочет опускаться и подчиняться этому садисту, но глаза молят о пощаде. От всего этого мне становится больно в груди, которая разрывает мое сердце и душу.

–Будешь. Каждую ночь до свадьбы. — Он ударил снова. И снова. Как обычно, дальше я ничего не помню или только расплывчато. Когда он ушёл, я осталась лежать на полу, но чувств не осталось. А может они пропали еще семь лет назад, а то и восемь лет или их вообще никогда не было. "Скоро свадьба. Скоро ад. Скоро конец."

«Боже, если ты есть. Дай мне сил. За что мне эта жизнь?»

ГЛАВА 2

МАРК

У нас скоро начнётся война с русскими, и для этого нужно заключить недолгое перемирие для защиты своих границ. Думаю, нам не откажет дон «OkaDeath» – у него тоже будет своя выгода в этом или просто желание, чтобы война не перешла на его территорию.

Сегодня день моего боя, поэтому утро начинается как всегда: с пробежки и бассейна. После бега я заскочил выпить воды с лимоном, а потом пошел в бассейн, но там уже , по-моему, третья оргия моего среднего брата за неделю. Я думал, Дан запретил ему еще во вторник, то есть, вчера. Дарк – мой средний брат. Высокий, накаченный, с острыми скулами парень. Если про человека можно сказать: Ходячий хаос, то это точно он. Спит со всеми девушками, у них от него сносит крышу, они как зачарованные за ним ходят. И ему это определенно нравится. Но и у этого человека есть серьезная сторона и слабые точки.

– Я что тебе говорил про это, Дарк? Ещё и младшего подсадил! – Они обернулись, а девушки испугались моего прихода. Они начали прикрывать руками свои тела, а я только обращал внимание на братьев.

– Не пугайтесь, это наш брат. Извини, Марк. Лучше иди, у тебя же бой сегодня?

– Да, сегодня. А вы будьте поаккуратнее, а то дон заметит – влетит и тебе, и мне. – Я вернулся на кухню и сделал себе яичницу с беконом, чтобы придать сил для боя. Я проиграл только два раза и оба нашему дону, моему старшему брату.

Даниэля я нашёл в гостиной – он смотрел бой. Даниэль – мой старший брат, высокий, атлетичный, с холодными серыми глазами. Каждая деталь его жизни, подчинена строгому порядку. У этого мужчины нет ни страха, ни любви. Но это только пока.

– Доброе утро. Как дела? Что там с миром? —Он посмотрел на меня непонятным взглядом.

– Мир будет, но на их условиях. Но они мне совсем не нравятся. – Чувствую, одно условие – про территорию, а второе без понятия. – Первое – на их территории не должно быть войны, вообще ничего не должно быть. А второе – кто-то из нас должен жениться на их девушке.– Ох, это серьёзно.

– И если мы согласимся, то будут их традиции. Я сказал, что никаких традиций, но они настояли на одной – «кровавые простыни». – Мне это ещё больше не нравится, от этого я прихожу в бешенство.

– Нужно собрать братьев и решить, кто пойдёт на этот шаг. Младшим повезло – они не могут. И ты, думаю, тоже нет. Девушке не повезёт, если она выйдет за Дарка. Остаюсь только я. Мне не нужен брак, но я готов жениться ради мира. Правда, девушка будет страдать из-за ложных надежд и мечт. Трудный выбор, но так будет лучше для всех.

– Брат, подожди, может, это будешь не ты?

– А кто? – Младший, который направо и налево меняет девушек и не воспринимает их всерьёз. Остальные ещё мелкие. А ты? Ты не умеешь любить и не сможешь быть с женой ни нежным, ни хотя бы не грубым. Я попытаюсь хоть как-то стать для неё мужем. Мне нужно сконцентрироваться на сегодняшнем бое. Позвони им и скажи, что мы согласны, но помни – сегодня у меня бой. Я не хочу думать ни о чём, кроме боя и нашего клана. Много дел, ещё и свадьба Но она должна пройти быстро.

Я пошёл наверх, смотрел новости, занимался делами, как обычно. После обеда спустился, чтобы поехать в спортзал и остаться там до боя. В гостиной сидели Даниэль, Дарк и Сэм

— Я ушёл, встретимся потом! — Но меня окликнул Даниэль.

— Свадьба на следующей неделе. Никаких условий, кроме той традиции. —Опять это забивает мне мозг. —Хорошо, встретимся позже.

Я уехал в наш спортзал. Это заброшенный завод, который мы переделали под базу для тренировок. В зале есть только тренажеры, клетки и маты. Свет проникает через старые окна под потолком, но этого достаточно, чтобы видеть своего противника. Тут заниматься только свои. Сегодня почти пусто —я да братья. Нас боятся, держатся подальше, не хотят попасть под горячую руку.

Тренировка идет всегда по строгому плану: разминка, бег, кардио, бокс. Прошло больше трех или четырех часов. Пот течет по спине, груша скрипит на цепи. Я слышу удар входной двери. Это братья приехали, особенно я бы хотел увидеть и поговорить с младшими, которые приехали со школы .

—Привет! Как учёба? —Они резко затихли. Что—то не так —это было видно по их лицам. —Рассказывайте! —сказал я строго. Все братья боятся этого тона. Я встал и пошёл им навстречу.

—Такое дело Мы не сдали экзамены. —Ого. Я ожидал услышать другое, но, в-принципе, это было предсказуемо. Понимаю, что им всё равно, но я требовал от младших хорошей учёбы — в жизни это пригодится. Особенно в нашем «нелегком» мире.

—Все экзамены? —Они кивнули. Я прорычал и отвернулся, сдерживая гнев. —Что я вам твердил?! Что?!—Они испугались такого тона от меня. Сэм и Виктор были одинакового роста и телосложения. В криминальном мире не выжить трусом и слабым, но мой тон в этот момент наводит тихий ужас на них. — Когда я говорил, что нужно учиться и вкладываться в знания, что вы делали?! Гоняли на машинах? Познавали наш мир? Или трахали проституток?!— Они вывели меня из себя. Мы растили их, обеспечивали всем, но не давали полной воли.

—Успокойся —спокойно сказал Даниэль. Он единственный, кто мог меня успокоить и направить воспитание братьев в нужное русло, если это не удается мне. —Ну и что, с кем не бывает. Да, ты не доглядел. Но парни не должны целый день сидеть за учебниками.

—Должны! Ещё как должны! —я был вне себя от ярости и смеси разочарования с обидой, а может даже болью. —Они обязаны думать головой, принимать решения не только на эмоциях, но руководствоваться логикой, смекалкой! Мафия —это не только убийства, драки, перестрелки. Это ещё ум, логика, смелость! И у парней должны быть качества каждого из нас! —Они смотрели на меня виновато. —Никогда так не смотрите на меня! Мне нужно отдохнуть перед боем. —Я был зол, расстроен, и было ещё какое—то чувство Возможно, вины.

—Я чуть не забыл сказать, твоя невеста — Сара Имм. — Я взглянул на брата

—Фото. — У меня были подозрения, что она может быть некрасивой или уже взрослой. Какой человек пойдёт к врагу? Только псих.

Мне протянули телефон. Я сразу начал разглядывать девушку. На меня смотрела стройная девушка, одетая в красивый темно-синий сарафан, с бледной кожей и тёмными волосами до пояса. У нее миндалевидные глаза цвета шоколада. Тонкий и аккуратный носик, но при этом у нее пухлые губы цвета вишни. По ее позе и взгляду, можно догадаться, что ее что-то беспокоит, и ей не удобно сидеть перед камерой.

—Она девственница. — Я поморщился, ненавижу их традиции. Во многих итальянских семьях девушки не видят «белого» света, не знают, как общаться с мужчинами, не из семьи.

—Я хочу с ней поговорить, поеду к ним. — Брат посмотрел мне прям в глаза, в них читался ответ на мой вопрос.

—Нет! —его тон был таким, что любой другой уже был бы мёртв, но я даже не дрогнул. —Я говорю это как дон! Ты поедешь туда за день до свадьбы, и точка! — На моей свадьбе не будут присутствовать братья — это как-то скучно. Но в этом есть плюс, Сара может согласиться уехать после церемонии.

—Как я понял, я еду один. Но можно немного изменить правила игры. — Дан кивнул, разрешая продолжать. —Эта традиция Она омерзительна. Может, мы просто уедем со свадьбы? Типо пойдём в комнату, а потом уйдём. Не хочу, чтобы такая красотка смущалась и чувствовала себя неловко. Брачную ночь проведём уже у нас. Что скажешь? — Он задумался.

—Мне нравится! —хором сказали остальные. —А лучше немного припугнуть их и устроить кровавую свадьбу. Без трупов, конечно.— Мне нравилась идея, но у нас же вроде как мир намечается.

—Нет! Только вариант Марка. Но сделай это аккуратно, чтобы потом не было проблем. Если хочешь менять правила, меняй, НО без перестрелок.

Мы еще немного поговорили и поехали на место проведения боя.

«Гранд Арена» – это элитный подпольный клуб. С золотисто-черными залами. В центре каждого зала стоит восьмиугольная клетка из стали и стекла, чтобы зрители могли видеть каждый брызг крови. Пол клетки покрыт кожей. По углам горят факелы с ароматным маслом. Вокруг – ярусы лож из дерева с кожаными креслами, где располагаются зрители этого жестокого места. В их руках – бокалы с коньяком, а у девушек – бокалы шампанского. Тут никогда нет криков и громких звуков, а только тихий шепот, звук хрусталя. Над клеткой расположен таймер, а на стенах – экраны с показателями ставок в реальном времени. Здесь бьются не ради денег, а ради чести и власти. «Гранд Арена» привлекает богатых людей. Все хотят похвастаться своими деньгами, женами и властью, которую имеют. Но они не чувствуют настоящую атмосферу и красоту этого заведения.

В зеркале вижу другого себя. Зверя. Глаза пустые, как у мертвеца. Именно таким меня боятся. Там, ждут крови, и они ее получат. Ведущий объявляют моего соперника: "непобедимого Призрака". Чушь, всех можно победить в этом мире.

Мой соперник – Призрак, двухметровый мужик, со шрамами вместо бровей. По слухам очень медленный, но техника боя очень хорошая. Будем брать умом и логикой.

–Ну что, будем играть? – говорит он, показывая сломанные зуб и свою ухмылку. Я молчу. Зачем тратить слова на того, кто через пять минут будет ползать по полу. Гонг. Весь мир теперь – это клетка в четыре метра. Первый удар бью снизу вверх, вкладывая в него всю злость. Чувствую, как его челюсть хрустит под моим кулаком. Но он не падает. Только плюет кровью и смеется. –А, так ты крепкий орешек. – Его главная ошибка – недооценивать своего соперника. Его кулак летит по моим ребрам, и по телу разливается знакомая жгучая боль. Но я давно научился ее не замечать. Хватаю его за руку – раздается хруст. Я ничего не замечаю, кроме него и клетки. Он падает на одно колено. В его глазах я вижу страх.

– Вставай. – говорю я. Но он только мотает головой.

–Не зря тебя прозвали Тень смерти.

Бой закончился. Я опять в раздевалке. Теперь здесь пахнет победой. Я приложил лед к ребрам, и в раздевалку входит Дан.

– Ну ты и зверь – говорит он, бросая мне полотенце.

– Он еще живой, – хриплю я. – Значит, я сегодня добрый.

Закрываю глаза. Где-то там меня ждет невеста, которую я даже не выбирал и не люблю. На улице начался дождь, а это предвестник только одного.

«Последние дни, когда я принадлежу только себе»

САРА

Несколько дней спустя

Это было хуже ада. В аду ты хотя бы знаешь, что с тобой будет происходить. Но не это. Меня убили давно – по крайней мере, я так думала. Оказалось, тогда мне просто нанесли удар. А вчера вчера меня убили по-настоящему. Вырвали душу. Я ненавижу эту жизнь. Через два дня состоится моя свадьба. А я хочу, чтобы она горела адским пламенем. Хочу, чтобы её не просто не было – хочу, чтобы само слово «свадьба» исчезло. Пусть это место назовут: «похоронами невинных девушек». Вчера была последняя капля. Мне никогда не стать прежней, которую я даже не помню. Я больше не показываю эмоций – ни грусти, ни боли, ни страха. Ничего. Я не та радостная девочка, которую когда-то забирали из родительского дома. Я другая. Спасибо, дьявол за такую жизнь!

Вчера должен был прийти мой кошмар последних семи лет. Я была готова. Но не к этому. Он пришел не один.

– Ну, привет! – Я ничего не понимала. Рядом стоял ещё один мужчина, моложе. Внутри у меня всё перевернулось. Тело ныло от свежих синяков, каждый вдох отдавался болью.

– Ты сказал, что будет девушка с хорошими сиськами и фигурой. А это? – Он смотрел на меня, как на грязную, брошенную вещь.

– Раздевайся! – Его голос прозвучал как приговор. Я отступила назад, натыкаясь на стену. – Опять эти игры? Я же сказал – мы сделаем из тебя хорошую жену. Твой будущий муж любит грубый, животный секс. А ещё – втроём, с братьями. Вот и попробуем. – Слёзы текли по лицу, но я не верила в происходящее. Это был сон. Кошмар. Только бы проснуться и забыть весь этот ужин. – Можешь делать с ней что угодно. Только держи рот – если закричит, и кто-то нас услышат - мы мертвы. – Ко мне подошёл тот парень. Его пальцы впились в ткань одежды, рвали её. Я осталась голой. Его прикосновения обжигали, как раскалённое железо.

– Задом! – Я не двигалась. – Я что сказал?! Повернись! – Удар кулаком между ног, адская боль пронзила все тело. В эту минуту, я вспомнила, как папа учил меня: «Боль – это просто сигнал твоего тела. Дыши глубже». Но сейчас дышать было невозможно – Думаю, надо попробовать её в анал. Это же любимое место мужчин. – Во все эти моменты я умирала, а потом оживала и так снова и снова.

– Хорошо. Только давай на коленях. И мы оба. – Я не понимала всего. Это было худшее, что могло случиться. Слёзы больше не лились. Меня повалили на пол, заставили встать на колени. Дальше – всё как в тумане. Меня трахали или убивали – я не понимала. Голова отключилась.

– Мне нравится. Давай поменяемся. – Это длилось вечность. Я не кричала. Даже когда боль рвала тело на части. За это меня били сильнее. – Ох, какая ты узкая. Это плохо. Значит, нужно повторить ещё много раз.

Прошло время. Меня брали на полу, на кровати, у стены. Я думала, ночь не кончится никогда. Но они ушли. Оделись и просто ушли. Выбросили, как не нужную куклу.

Боль пронзила меня, как нож. Кровь стекала по ногам. Я не могла встать. Не помнила, как доползла до ванной. Через несколько часов я поднялась и посмотрела в зеркало. На меня смотрела девушка с синяками, покусанными губами, пустыми глазами. Ничего общего с той девочкой, чьи шелковистые волосы мама заплетала по утрам в две косички. Я не была человеком. Передо мной стоял мертвец в человеческом теле. Я знала: мой «любящий» муж вернёт меня сюда. Душ немного смыл грязь, но не боль.

Было пять утра. Если меня увидят в таком виде, подумают, что в доме появился призрак молодой девушки. Свадьба уже стала моими личными похоронами. Но в этом есть плюс: я уеду из этого ада. Прямо в другой. Может, это моя судьба? Я обязана родить ребёнка. Но после всего это невозможно.

Я всегда мечтала о семье. О папиных руках, подбрасывающих меня в детстве к потолку. О маминых сказках перед сном. О доме, где меня ждали. Где любили. Но теперь – только о смерти. Мазь, обезболивающее – так выглядит моя новая жизнь. Я замазала синяки, скрыла красноту глаз. Может, не заметят. Может, хоть сегодня мир не увидит, как я медленно гасну и падаю в бездну.

Мама , папа, зачем вас забрал Бог? Почему вы меня оставили? Мне так холодно без вас. Так страшно. Я пытаюсь держаться, но без ваших голосов, без ваших объятий – это просто существование. Не жизнь. Таблетки не лечат, они просто откладывают неизбежное. Приглушают боль ровно настолько, чтобы можно было сделать еще один шаг. Еще один вдох.

Два дня. Два дня до того, как я наконец смогу обнять вас снова. До того, как эта невыносимая боль прекратится. Я смотрю в окно. Там та же луна, что светила нам, когда мы все были вместе.

«Может, в новом аду будет не так страшно?»

ГЛАВА 3

МАРК

День свадьбы

Сегодня моя свадьба, я прилетел вчера. Лос-Анджелес встретил меня палящим солнцем и очень жаркой погодой. Свадьба будет в особняке моей невесты, я приду туда после обеда, чтобы познакомиться с ней. Особняк находится на Беверли-Хиллз. Как мне ее описали: тихая, умная, скромная, красивая. А главное – все говорят: любит читать. Все время проводит в библиотеке. Значит, ей у нас понравится.

Есть кое-что: про меня ей говорили плохие вещи, но с семьёй я другой. Я одет в черный узкий костюм с бабочкой. Купил букет белых роз для Сары, ей должно это понравиться.

Раздался звонок. Дан. Голос в трубке хриплый, будто он не спал неделю.

– Ты уверен, что хочешь это сделать?

– Уже поздно спрашивать.

– Она же ничего не знает.

– Так даже лучше.

Я бросил трубку. Провел время за работой и другими делами. Когда посмотрел на часы, уже был час дня – пора выезжать. У меня есть план – главное, чтобы Сара была не против моей идеи.

Я еду к их дому. Особняк их семьи выглядит величественно. Каменная дорожка, обрамленная высокими темно-зелеными туями, ведет к белому зданию с колоннами. Но меня это не восхищает. У дома стоит мужчина в сером деловом костюме – Дамиэль, а справа от него стоит женщина в нежно-желтом платье – его жена Киара.

—Здравствуйте – он пожимает мне руку, его жене я поцеловал руку в знак уважения.

—Пройдемте в дом – дом у них не такой большой как наш, но изысканный. Есть несколько крыльев. В гостиной мебель сделана под старину и это придает особенную атмосферу.

—Могу ли я увидеть Сару? – они переглянулись, мне это не понравилось. Так же к нам подошел мужчина постарше с улыбкой, но эта не та улыбка, которую дарят в знак знакомство и добра.

—Здравствуйте, я – Кармэй – он мне не понравился.

—Рад знакомству. Где я могу увидеть Сару? – почему у них такой взгляд, что-то с Сарой не так.

—Давайте в гостиной – мило сказала Киара.

—Нет. Только мы вдвоем. Где? – я начинаю злиться, и тут у меня звонит телефон. На экране номер одного человека из клана – Извините.

–Да! – очень резко сказал я.

–У нас проблемы! – только этого не хватало, именно сейчас – Поставка не состоялась, судно потонула – черт!

–Как!? Когда я приеду! Должна быть причина этому! И если нет, вы трупы! Все! —я слишком громко сказал это.

–Хорошо – даже по телефону меня боятся.

–Пускай этим займется кто-нибудь другой! Я занят! Но если что-то не так докладывать в сообщение, если экстренно звоните и я прилечу – я скинул звонок и вернулся к нашему разговору.

—Извините еще раз. Где Сара? – почему у них такие взгляды.

—Пошлите. Она в библиотеки – мы направились туда, и я попросил оставить нас.

Вся комната уставлена темными стеллажами с книгами, в центре стоял дубовый журнальный столик и два темных кресла. Рядом с креслом на мягком белом ковре сидела девушка в нежном свадебном платье. Сара выглядела хрупкой, как фарфоровая кукла – бледная кожа, тонкие запястья, длинные каштановые волосы, собранные в небрежный пучок. Кружевное платье подчеркивало ее хрупкую фигуру. Вверх платья сделан корсетам. Я осторожно позвал ее.

—Сара? – она обернулась и быстро встала – Здравствуй, я -Марк. Это тебе – я протянул букет, она вдохнула аромат цветов и прижала к груди.

–Здравствуй, большое спасибо – но у нее что-то было не так, я смотрел в ее карие глаза, а там был страх и что-то еще. Что мне придется отгадать.

—Ты боишься меня? – я решил спросить на прямую, она укусила губу и опустила взгляд. Я видел, что ей не удобно находиться со мной в одном помещении и ей так же некомфортно в этом платье. Но она не показывала вида.

—Да, мне про тебя рассказали – мы прошли к креслам. Когда она села, она закрыла глаза и закусила губу. Как будто хочет скрыть боль или что-то еще, но от меня ей ничего не скрыть.

—Я не причиню тебе вреда, ты моя будущая жена и мое сокровище – в ее глазах что-то поменялось и это было не удивление, а страх и грусть и что-то что я пока не разгадал. На столе я увидел вторую часть «Божественной комедии». Чистилище. Она в черном переплете, не похожа на ту, которую читал я. Но я обратил внимание, что это книга в оригинале, на итальянском. Значит Сара владеет итальянским, как и вся наша семья. У нас больше общего, чем я думал. —Тебе нравиться Данте? Не слишком серьезная книга перед свадьбой? – Я решил немного ее успокоить шуткой, но она только обратила внимание на стол, а потом сразу же закрыла книгу.

– Там интересные параллели и есть схожесть – но она резко замолчала. А одна прядка вырвалась из ее прически, и я подавил желание помочь убрать ее.

—Схожесть с чем? – она встали и убрала книгу на полку, но в ее действиях, меня что-то смущала, и я бы сказал очень сильно. Она делала очень плавные движения, почти не весомые, как будто у нее болит тело. Она присела обратно.

—Не с чем, так перепутала книгу. Тебе сказали, что я люблю читать, могла и перепутать – я кивнул и решил перейти к сути разговора.

– У меня есть план, если ты согласишься. То так все и будет. Я думаю, что тебе будет не комфортно находиться в то время, когда будут показывать простыни – на этом моменте, ее взгляд опустился вниз. Она начала быстрее дышать, а руки дрожали. Я сел пред ней на колени. И положил руки на ее колени. Стало только хуже. Я убрал их. – Сара! Все хорошо, я ничего не делаю и ничего не будет. План в том, что, когда мы обменяемся кольцами, мы сразу улетим и все. Я просто заявлю, что мы улетаем, у меня так же появились некоторые проблемы на работе. Но самое главное твой комфорт – она не подняла глаза и до сих пор дрожала.

—Можешь сесть на кресло – я сделал то, что она просила – я согласна, это мне подходит. Только это будет неправильно и не по традициям – я ухмыльнулся.

—Я не играю по правилам никогда в своей жизни – она опять трясется – у тебя что-нибудь болит? – я что-то не то сказал и у нее еще больше началась паника —Сара, подними голову! Никогда ее не опускай! У тебя очень красивые глаза. Я тебе обещаю ты будешь самой счастливой в мире – она подняла голову, но в ее глазах была паника и страх.

—Все хорошо, просто не много волнуюсь – но это не волнение, это что-то другое, и она мне врет.

—Расскажи мне все. Тебе станет легче, правда. Если хочешь, то мы просто сейчас распишемся и все. Без пышной свадьбы и всего остального – у нее в глазах появилась надежда.

—Правда? – я улыбнулся и кивнул – Хочу, я тебе буду очень благодарна – но у нее все равно что-то не так.

—Я тоже не хочу всей этой пышной свадьбы, можешь идти переодеваться в любую одежду, в которой тебе комфортно, а я пока все устрою – она кивнула и встала, но она опять закусила губу. Она сдерживает боль, я это понял.

Она вышла, и я спустился вниз.

—Мы решили с Сарой что просто распишемся и улетим домой – они посмотрели на меня взглядом недовольства.

—Нет! «Не будет!» —сказала женщина.

—Будет! – я слишком строго это сказал – Так хочет моя жена! Значит так и будет! И вы ответите потом за ее состояние! Вы думаете, что я глуп, чтобы не увидеть, что что-то мучает Сару и ваши взгляды – у них появился страх.

—Нет! – этот голос я узнаю из тысячи

—Мой дорогой Карн – я повернулся к мужчине – Так будет. Я дал одно обещание брату, но могу его не сдержать – он посмотрел в мои глаза.

—Нет! У вас должна быть свадьба – что делать на свадьбе, где нет моих братьев.

—Хотите отмечайте, мы просто распишемся и все. И у меня проблемы. Которые нужно срочно решить – и я увидел, как спускается Сара, она была в джинсах и худи – Готова?

—Да – ей было некомфортно тут, это я понял сразу же.

—Пока – крикнул я и мы вышли с Сарой – сейчас поедем поставим подписи и вот – я надел ей кольцо виде лилии и веток, мое просто черное.

—Спасибо – ее что-то тревожит и это я знаю. Мы доехали до места и поставили подписи и поехали к самолету.

—Сара милая. Расскажи? – она опять дрожит и дышит часто, это похоже на паническую атаку – у тебя паническая атака? Не молчи.

—Я не могу тебе сказать, что со мной, просто не много переживаю – допустим я поверил, но есть один фактор. Она не показывает эмоции, она их играет.

Мы доехали до самолета. Мы сидим друг на против друга. Я рассматриваю ее, она смотрит куда угодно, но не на меня и он опять закусывает губу и закрывает глаза. У нее что-то болит и это понятно по действиям.

—Сара. Я знаю, что у тебя что-то болит и это не голова. И это не волнение. Просто скажи что? – я не понимаю что она скрывает.

САРА

А мой муж оказался очень красивым. Двадцать два года, но в его почти черных глазах – глубина, в которой можно утонуть. Высокие скулы, плавно переходящие в сильный, ровный подбородок. Черты лица резкие. Глаза – темные, как ночь. Взгляд, как будто смотрит сквозь меня. Волосы такие же черные, как и он сам.

Сейчас мы сидим в самолете, мне становится все хуже. Каждый вдох дается с трудом, будто грудь сжали тисками. Я не могу находиться рядом с ним, не могу вынести этот взгляд, полный спокойствия, в то время как внутри меня все разрывается на части.

Сердце бешено колотится, а в горле стоит ком. Я скоро упаду от сильнейшей боли – она пронизывает все тело. Это из-за панической атаки, и из-за другой боли, физической, ноющей, не дающей ни на секунду забыть о себе. Она слишком сильная, невыносимая. Прошлая ночь была ужасна. Я кусала губы до крови, чтобы не закричать, не выдать себя. Теперь я не могу ходить нормально, каждое движение дается через адские боли. Я дышу через боль, поднимаю руки через боль, просто живу сквозь эту всепоглощающую агонию. Марк догадался, что что-то не так – я вижу это в его нахмуренных бровях, в том, как он украдкой бросает на меня тревожные взгляды. Но если он узнает правду, если поймет, насколько я сломана он меня бросит. Он обязательно бросит, я как обуза, как инвалид. Поэтому он об этом не узнает. Никогда. Я скорее умру, чем позволю ему увидеть меня такой – слабой, беспомощной, жалкой. Лучше продолжать улыбаться сквозь боль, делать вид, что все в порядке, даже если внутри все кричит от боли. Он не должен знать. Не должен.

—Все хорошо правда – я сыграла радость, но Марк не поверил – может что-то расскажешь о себе? – нужно перевести тему или уйти и сделать укол.

—Мне нравится все. Я люблю читать. Я знаю, что ты тоже? У нас дома две библиотеки – это мне понравилась, там и буду проживать оставшиеся дни.

—Круто! А какая у нас комната? – это мне не особо интересно, я не спала уже много месяцев, а если и засыпала, то это я падала в обморок от боли и так каждый день. И не ела я почти также.

—Она большая, сразу есть ванная и гардероб – мы разговаривали еще на разные темы, боль только усилилась, ее невозможно терпеть, мы летели и как сказал пилот через минут 20 будем на месте.

— Я отойду – я встала и чуть не упала от боли в ногах и во всем теле – главное дойти и сделать укол и все. Я кое как зашла в ванную. И сразу упала на пол, ноги не выдержали, я быстро достала шприц из сумки и со всей силы вколола и выпила пару таблеток. Нужно вернутся, но я не могу встать, ноги не хотят работать. Боль не утихает, а я сейчас буду впервые плакать за все это время. Такую боль я еще не терпела. У меня еще паническая атака усиливается, мы слишком много времени провели вместе. Он меня убьет, когда увидит такой. Я не могу это выдержать. Я поняла, что мы снижаемся и Марк стучится в дверь.

—Открой, пожалуйста – я бы хотела, но не могу встать. Через адскую боль я встаю, посмотрев в зеркало, открываю дверь. Мне очень больно, мои ноги не выдержат такого напряжения. Паническая атака стала сильнее из-за боли, я стала хуже видеть.

—Извини, у меня все хорошо – мы прошли на свои места.

Пилот объявил о посадки.

—Сара – старого сказал он. Это начало моего конца– я не верю, что у тебя все хорошо, если ты переживаешь о чему-нибудь, то просто скажи – я не знала, что сказать, думаю надо задать вопрос, пока боль меня не поглотила полностью.

—Мы же будем только одни? – мой голос дрожит, я не знала, как задать вопрос и он скорее всего его не понимает.

—Задай вопрос прямо – почему укол не помогает, боль все сильнее и сильнее. Я должна побыть одна, у меня слишком быстро развивается приступ.

—Я стану рабыней в доме? Так сказать игрушкой? – он удивился, мой голос дрожал, если он ответит да – это конец. Я больше не смогу, я не переживу этот день.

—Нет – я выдохнула – Кто тебе такое сказал? Ты моя жена, наш член семьи. А сейчас пойдем, а то нас дома уже заждались – там будут еще мужчины, я не верю его словам. Сегодня ночью меня опять будут насиловать и возможно еще больше побьют, и даже может будет втроем. От этих мыслей мне становится хуже. Лучше умереть сейчас, чем пройти чрез это еще раз.

Завтра прилетит мой главный кошмар. И если он будет продолжать это делать, я вскрою вены и не буду мучаться. Я больше не могу. Я не такая сильная, я лучше умру, чем попаду в ад.

Мы сели в машину и поехали в мой «новый ад». Я попыталась успокоиться, но не как. Укол не действует.

—Я знаю, что тебе плохо, ты можешь все рассказать. Я помогу. И, кстати, твой дядя уже прилетел и ждет нас с моими братьями –НЕТ! Я больше начала дрожать, мне не хватает кислорода. Марк это заметил – Останови машину! – машина остановилась, мне конец, боль растет в геометрической прогрессии, сегодня опять это случится. Нет! Нет! – Дыши! Я рядом все хорошо! – он положил руку на спину и начал гладить – его движения привели к обратному эффекту, появились картинки, как меня бьют плёткой.

– Убери ... Пожалуйста ... Руку – он убрал, я начала заново дышать.

—Ты мне все расскажешь! Я тебе сказал фразу, и ты начала задыхаться – боль не прекратилась, вчера меня не только изнасиловали, но и избили. Сильно, всем чем только можно.

—Я просто боюсь мужчин очень сильно, это и есть правда. После того как мои родители умерли – он повернулся и его взгляд ничего не означал – а еще я боюсь сегодняшний ночи – и я опустила взгляд, пусть думает, что я смущаюсь.

—Все будет хорошо. Не опускай взгляд, у тебя очень красивые глаза. Мы уже скоро приедем, и ты сможешь отдохнуть после переезда. Мне нужно будет на работу, но ненадолго – мне придется остаться с большим количеством мужчин не едине. Это ужасный знак свыше. Зачем меня бог наказывает.

—Хорошо – буду сидеть только в комнате.

Через минут тридцать мы доехали до дома, он был великолепен, большой. Это дворец?

—Идем! – когда мы вышли нас встретило четверо мужчин, все атлетичные, высокие и до ужаса красивые, и мой дядя. Опять паника, опять картинки прошлого. Боль притупилась, я собрала ее и положила в самый дальний угол моего организма.

—Знакомься это мой старший брат и дон – Даниэль Холтер, средний брат – Драк и младшие Сэм, Виктор – они все поздоровались, и я тоже, дядя подошел и протянул руку Марку и поздравил со свадьбой, а меня он обнял:

—Сегодня будет незабываемая ночь и не забудь, чему я тебя учил – он произнес это тихо, а потом отстранился. Он вызвал новый приступ, новые или старые воспоминания.

—Пойдем, покажу дом.

Дом был трехэтажный, на первом располагался спортзал, бассейн, гостиная и кухня. Два других оказались жилыми. У нас есть три комнаты: спальня, библиотека и рабочий кабинет Марка.

Мы прошли в спальню. Посредине стоит большая двухспальная кровать, окруженная двумя тумбочками. В комнате есть окна в пол с красивым видом в сад, перед ними стоит небольшой диванчик. А рядом стоит зеркало, на полу лежит белый шерстяной ковер. Сама комната темная, видно, что живет Марк – правая рука дона мафии. Но комната, просторная и уютная.

—Можешь располагаться, я уеду. Но скоро вернусь. Не скучай, ходи по всему дому или выйди подыши свежим воздухом –я предпочту запереться и остаться в спальне.

МАРК

Я спустился в гостиную, там были только братья. Тишина в комнате казалась гнетущей, словно воздух был наполнен невысказанными вопросами. Я почувствовал, как сжались мои кулаки – мне нужно было выговориться, иначе эта тревога съест меня изнутри.

– Ну как тебе? – Голос Дана прозвучал резче, чем я планировал. Я нахмурился.

– Есть проблема – я произнес это медленно, словно взвешиваю каждое сказанное слово. Они все уставились на меня, и под этим пристальным взглядами мне стало не по себе. – Она скрывает боль и что-то еще – я выдохнул, чувствуя, как горечь подкатывает к горлу. Братья удивились, переглянувшись. В их взглядах читалось недоверие, но я знал – я не мог ошибиться.

– С чего ты взял? Может, она просто волнуется и страх из-за переезда к нам? – Сэм скрестил руки на груди, его голос звучал скептически.

– Это точно нет, – я покачал головой, стиснув зубы. – Нет. Она панически боится мужчин, закусывает губу и закрывает глаза, чтобы унять боль. – В комнате повисла неловкая пауза. Их выражения лиц меняются – от сомнения к тревоге. – А когда я сказал ей, что вы ждете нас дома, она начала задыхаться, – мой голос дрогнул. – И это была паническая атака, которую она хотела скрыть. Всегда, когда я рядом. – Мои слова, казалось, ударили их, как удар тока. Я видел, как Драк напрягся, а младшие беспокойно провели рукой по волосам. – И последний факт – я достал телефон. – Мне прислали пилоты сообщения, что у нас на борту нашли сильные обезболивающие и шприц. – Теперь на их лицах было не только удивление, но и глубочайшее замешательство.

– Нам нужно выяснить, что происходит с ней, – Дан произнес это тихо, но в его голосе звучала сталь. – И если она держит боль, то это ее погубит, и она может умереть от болевого шока. – Мне стало страшно. Холодный ужас сжал сердце – потерять жену в первый же день брака? Это была бы новость дня, над которой бы смеялся весь свет. Но мне было не до смеха.

– Мне нужно в офис, решать проблемы, – я резко повернулся к выходу, но на секунду задержался. – Если можете сделайте так, чтобы она не сидела в комнате весь день. – Я видел, как они переглянулись, кивнув. Но перед тем, как уйти, я добавил, стиснув зубы: – И мне очень не нравится этот Кармэй.

Они снова кивнули, и я ушел, оставив за собой только тишину. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. И где-то там, в глубине души, зрело предчувствие, что все только начинается.

САРА

Он ушел. Я решила отдаться своим чувствам и телу. Ноги повалили меня на пол, впервые за это день, я начала выть от боли, которая сидела и ждала своего часа во мне. Паническая атака прошла. Но боль! Я сделала еще один укол, если сделаю больше, то это приведет к моему концу, но это может даже к лучшему. Я так пролежала несколько часов, в комнату вошел мой «любимый» дядя.

—Нет! Уходи! – я начала кричать как никогда. Это только ухудшило мое положение, но я хочу найти помощь и исцеление в этом проклятом доме—Не подходи! Я - Сара Холтер! Не подходи!

—Не кричи, я пришел поговорить. Но мне кажется из-за криков, нужно тебя наказать – удар прошелся по спине и ногам, но он не тронул меня—Это сделает твой муж, не я.

Я доползла до ванны. Смотря в зеркало, я вижу только одно существо, не человека и даже не живой организм. Я замазываю увечья, которые Кармэй нанес за все годы моих наказаний. Когда-то я верила, что они пройдут когда-нибудь, но этого не произошло. На груди остался самый первый синяк. Он фиолетово-желтый, по нем били каждый раз. Из-за этого мои первые синяки не зажили до сих пор, они как напоминание о прошлом, о том, кто я есть на самом деле. Тут в дверь кто-то постучался.

—Сара. У тебя все в порядке? – вроде, это младший брат Марка – Дарк.

—Все хорошо – ложь. Вся моя жизнь – это сплошная ложь и маска.

—Выходи в зал – я не могу выйти к ним, я не готова к такому шагу. Я знаю последствия такому поступку – паническая атака.

Я выпила еще таблеток и неспеша спустилась вниз. Было свободное место напротив всех – я заняла его.

—Сара, у тебя все хорошо? Ты выглядишь плохо – у самого старшего такой пронзительный взгляд. По кожи бегут мурашки от его глаз, как будто он уже все знает и ждет, когда его жертва сама заговорит.

—Все хорошо, я не много устала после перелета – ложь, одна сплошная ложь. Они этого не заслуживают, но по-другому я не могу жить.

—Расскажи о себе

—Я очень люблю читать. Чтение – моя страсть – я рассказывала много и делала это искреннее, но фальшиво – Вот так. А можно узнать о вас? Может у вас есть какие-нибудь семейные традиции?

—У нас нет ничего такого. По вечерам мы собираемся в гостиной. Делаем что-то наподобие семейного вечера. Может ты хочешь чего-нибудь поесть? – сейчас мне не до еды, живот болит, он не справиться с пищей.

—Нет. Я хочу задать вопрос, у вас нет работников в доме? — я заметила только охрану, но она находиться далековато-то от дома.

—Уборщицы приходят раз в 2 дня – значит они не хотят видеть посторонних.

—А чем вы питаетесь? – боль стала меньше, успокоительные долго не продержатся. Но мужчины не причиняют мне боль?

—Доставка! – ответили они хором. В комнату зашел мой дядя.

По телу прошла дрожь, а паника понялась к груди. Даниэль заметил мое состояние.

—Выйдите все! – крикнул он, мне стало страшно от такого тона.

—Брат, что? – он посмотрел на них диким взглядом.

—Выйдите! – все быстро встали и вышли — Рассказывай! – пульс участился, сердце забилось в бешеном темпе. Я согнулась и положила голову на колени. Даниэль сел на колени передо мной и хотел положить руку мне на спину.

—Не трогайте, пожалуйста! Уйдите! Прошу! – я знала, что это неправильно, он мой дон. Но в моменты приступа, я не осознаю, что делаю –Извините! Но просто не трогайте, умоляю!

—Можно на ты. Я не причиню тебе вреда. Никогда. Давай, ты все мне подробно расскажешь? – я хотела выпрямится, приступ достиг своего предела. Я закричала. Не показывай боль и страх– сейчас я не могу об этом думать.

– Я больше так не могу! – я кричала, не сдерживала всю боль, что сидела во мне годами – Убей, прошу! Я не могу больше терпеть, убей, и все закончиться – его взгляд не удается мне прочитать, он как закрытая книга.

—Попробуй доверяться мне — я не могу это рассказать, будет только хуже. На меня будут смотреть как на уродину. Я не хочу такого, хочу счастья, даже если через боль и страдания. Но счастья в душе и в сердце. Я встала на ноги, Даниэль хотел помочь, но я выставила руку.

–Не надо! Я прошу прощение за грубость. Но не надо, все будет хорошо. Просто нервы сдали, вот и все. Я пойду посплю и все пройдет – он кивнул, и я вышла из гостиной и начала подниматься, но каждый шаг – это дикая боль.

В комнате я дала волю эмоциям, все они обрушались на пол. Я медленно сгораю от боли в теле. Она горит как адское пламя, и я в этом пламени хочу найти тропу в рай, но не вижу ее. Кармэй пришел. Опять.

—Ты, сука, все рассказала – и он ударил– ты теперь будешь позорам двух семей – боль. Я чувствую только ее. Когда он закончил, то бросил меня и ушел.

Нужно сделать выбор: либо смерть, либо унижение, но жизнь. Тогда выбор очевиден. Я направилась в ванну и смыла всю косметику.

В зеркале стояла не я, а живой мертвец. Все мое тело в синяках и шрамах. Лицо выглядит не как у человека. Боль пронзает все частички моего тела. Я решила сдаться, Марк, скорее всего, вернулся домой. Я взяла его футболку и одела на голое тело. Она скрыла многие части тела. Живот – это синя-красная масса, спина в шрамах, ноги и руки в синяках.

Пусть меня будут судить, но мне нужен врач и спасение! Напоследок взглянула в зеркало в нашей спальне, но ничего нового я там не увидела. Я терпела унижения годами, хватит! Я отдаюсь судьбе, пусть она решит, что случиться дальше.

Я спускаюсь через боль и страдания. Но мое лицо ничего не отражает, и моих слез они не увидят. Я тихо захожу в гостиную, там сидели все, кроме Кармэя . Сэм увидел меня первым.

—Боже! – все обратили внимание на меня, ко мне подбежал Марк.

—Сара, что с тобой? Срочно врача! – я чувствую пронзающую боль в ногах. Я делаю шаг вперед, но немного падаю. Марк подхватывает меня, но это причиняет мне боль.

—Вы хотели, чтобы я рассказала. Так вот, я больше не могу терпеть все страдания, которые несу на своем теле долгие годы. Я хочу помощи и поддержки хоть от одного человека в этом мире – я прошла и села в кресло, все смотрели на меня с потрясением и другим чувством, которое я не могу понять.

—Сара, скажи, кто с тобой это сделал? — они думают, мне станет легче после его смерти – Ты очень храбрая и сильная, назови имя мертвеца – а я кто для них? Я тоже не живой человек, от меня осталось тело, и то стало умирать.

—А я что не мертвец, я терплю боль на протяжение семи лет. Каждый день, я прошла ад или прохожу. Но я устала! – голос перешел на крик. В их глазах я видела кучу эмоций: шок, боль, ярость.

—Дорогая, скоро приедет врач. Тебе будет легче – он смотрел на меня со страхом, и я понимала его чувства, они были у меня в прошлом. Но я справлялась сама. И страх побудил другое чувство – надежды.

—Сара, скажи имя! – это говорил Даниэль.

—Он насиловал меня каждый день на протяжении 7 лет – хочу, чтобы об этом узнал весь мир –когда мне сказали, что я выхожу замуж. Он сказал, что мы будем пробовать ваши предпочтения. Вы такие жестокие люди. Я не пролила ни одной слезинки, думала, это будет моим концом, но он все не приходил... Только боль не уходила, к ней добавлялась новая. Вы увидели на лице красные отметины, это случилось сегодня в вашем доме – понимание пришло на место шоку— Кармэй – мой самый главный кошмар . Я не сплю уже много лет, питаюсь я таблетками и водой – я посмотрела на Марка – Спасибо, что спас меня из ада, но всю эту неделю я думала, что еду в другое чистилище. – В комнате стало меньше людей. Глаза закрывались от боли, можно уже отпустить весь груз и отдаться только себе.

—Солнце, все будет хорошо. Ты сильная, я тебе обещаю: он будет гореть в аду долго и мучительно –кто-то зашел в комнату —Помогите ей! – меня уложили на диван и что-то вкололи...

«Рай совсем близко»

ГЛАВА 4

МАРК

Почему она? Этим вопросом я задаюсь в голове снова и снова.

– Она будет жить? – мой голос звучит хриплым и чужим. Почему она раньше не рассказала? Почему терпела все это время?

– Будет. Но боль не пройдет скоро.– Врач поправил очки, его лицо было непроницаемым. – Я так понимаю, она принимает сильные обезболивающие средства. И это сильно навредило ее организму. – Он сделал паузу, его пальцы сжали ручку. – Могу ли я осмотреть живот и другие части тела?— Я кивнул. В комнате остались только я, врач и Дан. Он натянул футболку выше – и я потерял дар речи. Я жестокий убийца. Видел кровь, слышал крики, ломал кости. Но такое… такое я видел впервые. У Сары живот, его даже так назвать трудно. Это было что-то другое. Сине-красное, с желтыми пятнами, с впадинами и шрамами. Будто её резали, били, жгли. Я посмотрел на Дана. Он отвернулся, сжав кулаки. Я тоже не мог смотреть на такое. – Я не могу ничего сказать, но…– Врач тяжело вздохнул. – Внутреннего кровотечения, каким-то чудом, нет. Ей очень повезло. Но у неё тяжелый случай. Скорее всего, многие шрамы останутся навсегда — Он вытер руки салфеткой – Пускай, как только встанет на ноги, сходит на приём к гинекологу. Я подозреваю, что она не сможет иметь детей после таких травм. Самое главное – чтобы она не ходила. Если будет – боль будет усиливаться.– Я поник. Он что-то написал на листке, протянул мне. – Это принимать. И если будут боли – звоните.—Он встал и ушел. Мы с Даном стояли в полной тишине, никто не хочет начинать разговор.

– Я не могу поверить. Не могу.—Моё сокровище. Сколько она пережила? И это… это несравнимо ни с чем. Ни с какими нашими войнами, ни с какими пытками.

– Марк, такое не забыть никогда. Ни одно лекарство не поможет.—Дан говорит тихо, но каждое слово бьет в мое сердце. Он повернулся ко мне, его глаза пусты. – Отнеси её в комнату и оставайся с ней. С ним я сам разберусь.– У меня помутнел разум. – Если ты думаешь, что должен. Это да. Но она не справится одна.— Его голос дрогнул.

– А если бы мы узнали позже ...– Я закрыл глаза. – Я не могу поверить, сколько она хранила эту боль в себе. Когда смотрела в зеркало на своё тело.

– Мы должны подарить ей счастье.—Я кивнул. Взял её на руки. Моё солнце. Моё сокровище. "Я обещал сделать тебя самой счастливой. Ты будешь ей." Эмоции взяли вверх над разумом, слеза скатилась по щеке. Я никогда не плакал. Никогда. "Почему судьба к ней не повернулась счастливой стороной?"

Она спит уже два часа, пусть ее ничего и никто не беспокоит. Пусть отдохнет. Но Сара открыла глаза, самые красивые глаза этого мира.

– Солнышко, как ты себя чувствуешь? – Она пытается встать. – Не вставай.– Я помог ей сесть на кровати, она сморщила свой прекрасный носик. Мне стало так больно от этого, я не хочу видеть на ее лице ни грамма боли.

– Мне плохо.—Её голос хриплый, как будто она кричала на весь мир. – Я не хочу так жить.— Чёрт! У моего солнца начинается истерика.

– Ангел, не плачь, пожалуйста.—Я опустился перед ней на колени. – Всё будет хорошо. Ты самая красивая и сильная.—Она смотрела на меня, её глаза полны боли. – Прости, пожалуйста.– Мои пальцы дрожали. – Я не заметил твоих мучений. Мы справимся. Обещаю. – Она пытается отстраниться.

– Я не смогу смотреть вам в глаза после того, что вы видели.– Голос перешел на шепот.– Вы будете мне показывать сочувствие. Но не надо.– Я кивнул.

– Может, хочешь пить? А лучше, поспи.– Я провёл рукой по её шелковистым волосам. – Я охраняю твой сон.—Она ничего не ответила. Я обошел кровать и лёг рядом. – Ложись на меня, станет легче. И ничего не бойся. Я не причиню вреда.– Она смотрела на меня со страхом в глазах, но этот страх был и в сердце. Но всё-таки легла.

– Спасибо.– Её голос был слабым и очень тихим. – Только я не сплю.– Она должна поспать.

– Давай попробуем. Закрой глаза. Расслабься. Помни – я рядом. Всё будет хорошо.—Через несколько минут её дыхание стало ровным. Она заснула. И я почувствовал, как её тело стало лёгким, как пушинка. Как будто боль отпустила, хотя бы на время. Я обнял её. И заснул вместе с ней.

САРА

Я вскакиваю от кошмара. Всё тело болит, будто меня снова и снова ломали на части. Но странно – нет панической атаки. Хотя я помню, как засыпала на Марке. Почему-то мой организм реагирует на него по-другому. Хочу лечь обратно, но Марк резко включает свет.

– Что случилось? Что-то болит?—Я качаю головой, пытаясь отдышаться.

– Кошмар…– Выдыхаю, но легче не становится. – Всё тело болит. Прошу, облегчи мои страдания. – Он смотрит на меня сначала сурово, потом взгляд смягчается.

– Солнце, ложись обратно.– Почему он меня так называет? – Скоро боль пройдёт. Давай. Я же тебе обещал сделать самой счастливой. – Я кивнула, он обещал ... – Я сделаю. Ложись спать.

– Почему ты меня так называешь? Ласково…—Он улыбнулся.

– Хочется. И ты как солнце, и остальное. Просто ляг, и я избавлю от всех проблем. Давай поспим, ещё очень рано, и тебе нужно набираться сил. А если будут кошмары – жми мою руку. Договорились? — Он гладит мои волосы, что-то шепчет. И я медленно погружаюсь в сон.

«– Где же ты? Зачем прятаться? Тебе же нравится. Всем нравится.– Его шаги. Он нашёл меня. – Я же говорил – выходи по-хорошему. А сейчас будем тебя учить хорошим манерам.—Хватает за волосы, разворачивает спиной. Удар приходится по спине. Я теряю равновесие и падаю на пол. – У тебя такая аппетитная задница. Давай сегодня попробуем в неё.– Он сжимает ее и резко входит. Боль пронзила все тело. Слезы льются рекой. – Хватит плакать!– Удар пришелся на живот. – Подожди, скоро всё пройде, когда ты удовлетворишь своего папочку, хорошая шлюха…»

Я дёргаюсь. Кто-то хватает меня сзади.

– Тише, малышка. Я рядом. – Марк держит мою руку. Только сейчас понимаю – я вцепилась в него так, что на его коже остались следы от ногтей.

– Всё… прошло?– Он одобрительно кивает.

– Давай, я принесу тебе покушать.– Я сразу же отказываюсь. – Чу-чуть. Если будет плохо – ничего страшного.—Он перекладывает меня и встаёт. – Я принесу лекарства, у тебя что-то болит?– Сейчас она ушла на второй план, я хочу навсегда забыть о ней. Но я знаю, что это не получиться. Прошлое вернется и напомнит о себе.

– Сейчас нет. Но спасибо тебе.— Я делаю попытку, чтобы встать, но Марк останавливает меня.

– Не вставай. Постельный режим. Если что-нибудь нужно – говори мне или братьям.—Упоминание о них дает дрожь в руках, дыхание начинает сбиваться. – Тише. Они не причинят вреда. Если ты не хочешь, они не войдут в комнату. Давай, дыши глубоко, спокойно.– Он опять поцеловал меня в лоб, это так странно? Но одновременно так приятно, что хочется забыть обо всем на свете. Марк ушел.

Он слишком нежен со мной. Может, он прав? Может, всё пройдёт? Он поможет мне, будет как спасательный круг. У мужчин есть определенные потребности, а я не могу ему это дать. Или он набросится на меня как голодный зверь. От этих мыслей становится плохо. Пытаюсь откинуть это, не замечая, как Марк возвращается.

– Что случилось? Что-то болит? Почему ты плачешь?—Я даже не заметила, как слёзы потекли. – Пожалуйста, не плачь. Все твои слёзы и страдания убивают меня. Давай лучше позавтракаем.– Я соглашаюсь.

– Который час?

– Четыре. Ты поешь, и мы поспим. Давай.—На подносе стоит салат и бутерброды. Он подносит вилку ко рту. Как только проглатываю, начинается боль в животе. – Что-то не так? Плохо?

– Всё нормально, но мне больно есть.– Его взгляд становится задумчивым. С первого дня я становлюсь обузой. –Я поем.– Он откладывает поднос, берёт таблетки.

– Выпей. Это обезболивающее. Есть через боль, ты не будешь. – Я – обуза. Лучше оставить его и его семью, я только мешаю ему нормально жить. Я не подхожу для его мира.

– Давай, я уеду обратно.– Он смотрит непонимающе. – Я буду тебе мешать. Я – обуза. Ты всё равно не станешь смотреть на меня как на женщину. Я испорченный товар. Не подхожу ни под один критерий. Я не красивая, я страшная. Я ничего не могу сделать. Хотя… могу, за все годы я привыкла к боли. Тебе я – помеха. Я лучше буду там. Одна. Чем мешать тебе жить нормальную жизнь с братьями —Не понимаю его взгляда. Потом он берёт меня за подбородок.

– У меня таких мыслей нет. Ты очень красивая. И не испорчена. И не обуза. Перестань так думать. Ты – моя жена. Сара Холтер. Самая могущественная женщина Нью-Йорка. И самая сильная, любая бы сдалась. А ты прошла через многое. Но это – прошлое. А мы – настоящее. И ты – моё сокровище. Каждый за этой дверью готов отдать за тебя жизнь. – Он пристально смотрит мне в глаза. – А сейчас я помажу мазью синяки. С едой что-нибудь придумаю. И твой сон я буду охранять. – Не знаю, что сказать. Хочу убежать и закрыться в маленькой комнате, и не слушать все эти слова. – Не плачь. Знаешь, что ты со мной сделала за один день? Ты дала мне новые чувства. Поменяла мой мир. А теперь ложись и расслабься. Я ничего плохого тебе не сделаю.– Он наносит мазь на руки, ноги. Массирует. – Я могу снять футболку?– Паника накрыла с головой. Картинки прошлого начали вырисовываться перед глазами. – Тише. Я не причиню вреда. Я контролирую себя прекрасно. Это нужно, чтобы позаботиться о тебе.– Я готовлюсь к худшему, но ничего не происходит. Марк аккуратно водит пальцами по животу, груди, плечам. Потом надевает обратно. – Лицо.– Марк помогает присесть и продолжает свою "работу".

– А спина? Там ... много шрамов и синяков от ударов...

– Давай, ты медленно повернёшься на бок, на животе будет неприятно, и я нанесу мазь. – Его пальцы нежно впитывают мазь в побои, я не замечаю, как слезы начинают течь по лицу. Воспоминания всплыли в голове. – Спокойно, солнце. Всё уже хорошо. Я ничего не делаю, только помогаю. Когда ты пьёшь, тебе не больно?– Я киваю. У него появляется небольшая, но милая улыбка. – Давай, на завтрак ты выпьешь смузи. Он будет вместо еды. Там есть все витамины, которые помогут укрепить твой организм и поправиться. Подойдет?– Эта, вроде хорошая идея?

– Хорошо.– Он убирает поднос и ложится рядом.

– Идём, ещё поспим немного. Тебе не больно? Может, по-другому ляжем?– Он так заботится обо мне. Но зачем? Я же не особенная.

– Нет, всё хорошо.– Он массирует голову и нашептывает что-то. – Можешь мне одно пообещать?– Голос начинает дрожать. – Я знаю… ты не будешь верен в браке. У тебя есть потребности. А я не могу их удовлетворить. Конечно, могу. Но ты же не мой кошмар, чтобы просто заниматься с той, которая лежит.– Он закрывает мне рот рукой.

– Не. Говори. Эти. Слова. Никогда.– Он злится из-за этого? – Я буду верен, потому что мы в браке. Да, он не такой, как у всех. Но это – брак. Я не смогу знать, что дома меня кто-то ждёт, а я – с какой-то шлюхой.– Я не хочу показывать свои эмоции, но он вывернул их наизнанку. – Тише, не плачь. Ты – моя жизнь. У нас будет крепкий брак.– Не могу остановить слёзы. Я давно приняла тот факт, что я – шлюха, но сейчас он предстал в другой картине.

– Можешь… не прикасаться ко мне, пожалуйста.– Марк сразу же убирает руки. Я перелезаю на другую сторону и сползаю на пол. Я не могу и не хочу останавливать слезы. И это делает меня ничтожной, но это не сравниться с тем, что я – шлюха. Грязная. Я грязная! Грязная! Шлюха! Истерика берет вверх над мной. Марк берёт меня на руки и уносит меня куда-то.

– Тише. Ничего нет. Я рядом. Ты станешь самой счастливой.— Я не могу остановить, то что сейчас скажу.

– Возьми меня! Давай!– Тянусь к его домашним штанам, но Марк перехватывает мои руки. – Тебе нужна стимуляция? Хорошо, сейчас. – Я делаю попытку встать, но боль пронзает все тело. Марк только больше прижимает меня к себе – Позови братьев... – Он держит меня крепко, но без вреда для меня. Силы покидаю меня, я не четко вижу его лицо и нашу комнату.

– Тише, маленькая моя. Не говори так. Всё в прошлом. Давай, сейчас ты попьёшь воды, и мы ляжем спать. Тебе нужно набираться сил.– Но этот факт не даёт покоя.

– Я грязная. Я грязная. Я грязная. Я – шлюха.– Картинки прошлого и эмоции взяли вверх над разумом .Марк смотрит на меня глазами, полными боли. Но все слова говорит не просто мне, а в мою душу и разум, чтобы перекрыть мои домыслы.

– Ты – не она. Сара, запомни – ты моя жена. У нас всё хорошо, всё в порядке. Ты будешь самой счастливой. И хватит копить плохие мысли в голове.—Марк подаёт стакан воды. – Давай маленькими глотками. Вот молодец. Теперь давай поспим. Ты устала, после сна тебе будет полегче – Возможно, он прав.

– А мы можем лечь не на кровать?– Ему будет неудобно. Я опять причиняю вред.– Или… я могу лечь одна. Так не будет кошмаров.— он опять делает, то что я хочу. Марк, и вправду, прав?

– Я постелю нам, завтра куплю матрас. И мы будем спать на полу. Хорошо?– Марк начал расстилать простынь, подушки и плед. Потом перекладывает меня. – Давай, ложись. Если будут кошмары – сжимай мою руку.– Снова гладит по волосам, шепчет. И я погружаюсь в сон.

МАРК

Я впервые в жизни так трепещу перед кем-то. Она слишком хрупка для таких испытаний. Эта боль не исчезнет бесследно, а роящиеся в её голове мысли… Я должен их развеять. Чтобы она обрела свою жизнь. Я нежно гладил её по голове, по рукам. В ответ лишь тихое мычание и сопение, словно у испуганного котёнка.

За один день она пробудила во мне неведомые прежде чувства. Это не было влечением. Не страстью. Это нечто иное. Что-то… согревающее.

Сегодня второй день нашего брака, и он обещает быть ещё сложнее. Мне предстоит уехать на работу, а она боится моих братьев. И ей нельзя вставать – отсюда и трудности. Но мы справимся.

Она заворочалась во сне, и я мгновенно понял причину. Осторожно переложил её, а сам отправился в душ. Ледяная вода обожгла кожу, но помогла собраться с мыслями.

Вернувшись, я увидел Сару, свернувшуюся клубочком. Такая маленькая. Такая… беззащитная. На часах было семь утра. Время для пробежки, для заказа завтрака. Но оставить её я не мог. Я вернулся в постель, бережно взял её на руки. Она прижалась ко мне, уткнувшись носом в грудь. Так уютно держать её. Я задремал.

Чья-то рука ощутимо дёрнула меня. Я резко открыл глаза.

— Что-то болит? – в глазах Сары мелькнуло сомнение.

— Да, болит. – Я тут же переложил её и поднялся за таблеткой. Она её приняла. – Но мне нужно… в ванную, – она начала смущаться.

— Хорошо. Давай я наберу, и ты полежишь там, расслабишься. А я пока закажу нам завтрак, и ты покушаешь, – она кивнула. Я пошёл набирать ванну, добавив в воду какую-то соль с ароматом ягод. Взял её на руки и понёс в ванную. – Мне нужно тебя раздеть, – её охватила паника, взгляд метался по сторонам. – Сара, всё будет хорошо. Я просто сниму футболку и всё. А потом принесу тебе пижаму. Я ничего не сделаю. Помнишь, я говорил, что контролирую себя? – она мне не доверяла, и это было ужасно. Но она кивнула, хотя руки её дрожали, а по щекам текли слёзы. – Милая, не плачь. Хочешь, полежишь в ванной в футболке. А потом переоденешься в обычную одежду, – она продолжала плакать.

— Нет. Сними футболку, – я не мог смотреть на её слёзы. Я вытер их пальцем и начал аккуратно снимать одежду

. — Не плачь, всё хорошо, – я снял футболку и переложил её в ванну. Затем пошёл в комнату и достал пижаму. – Вот пижама. Я пойду закажу завтрак. Может, что-то хочешь? – она посмотрела на меня.

— Нет. Я и есть не хочу, – так не пойдёт, она должна поесть.

— Ты покушаешь, давай я закажу ягодный смузи и фруктовый? – она кивнула. Я подошёл к ней и сел на корточки. – Только не плачь. Я не выношу женских слёз. И если что-то будет сильно болеть, сразу кричи, и я приду.

— Хорошо. А тебе нужно на работу сегодня? – да, и срочно.

— Да. Но я постараюсь побыстрее всё закончить и вернуться. Помни: тебе нельзя ходить. Если будешь – боль только усилится, и ты не выздоровеешь. Я потом тебе принесу книги, – когда я это сказал, её глаза просветлели. – Какие ты хочешь? – она начала думать.

— Есть что-нибудь на русском языке? Рассказы или стихи? – я задумался. – Или не на английском? – что-то точно есть.

— Скорее всего, у нас была «Мастер и Маргарита», и на итальянском исторические книги, – её глаза загорелись.

— Я очень хочу «Мастер и Маргариту», – я кивнул и поцеловал её в лоб.

Я начал спускаться по ступенькам, но внизу стояла какая-то девушка.

— Вы кто?! – произнёс я строго и громко. Она немного отступила.

— Меня прислал Карн, потому что ни Сара, ни Кармэй не отвечают на телефон. Я – Катрин. Сводная сестра Сары, – я посмотрел на неё взглядом, от которого люди падают.

— Кто тебя впустил? – она занервничала.

— Парень молодой… сказал, что Сэм, – я сжал челюсть. — Сэм! Быстро сюда! – он тут же подошёл. – Ты её впустил?

— Да, она же сестра Сары, – я начал глубоко дышать.

— Сара никого не хочет видеть. На выход! – она посмотрела на меня с недоумением.

— Что? Но я должна увидеть Сару! – она выводила меня из себя.

— Марк! Марк! – я тут же рванул наверх.

— Что случилось? Что болит? – я быстро подбежал к ней.

— Живот! – она кричала от боли. Я быстро вытащил её из воды. Взял полотенце, начал вытирать и осматривать живот. Он стал красным. Чёрт! Я надел на неё пижаму и уложил в постель. — Сейчас всё пройдёт. Я смажу мазью. И после еды выпьем таблетку. Потерпи немного, – она всхлипывала. Я вытер её слёзы и начал наносить мазь. – Всё, сейчас станет легче. Ты у меня самая сильная. Я сейчас принесу книгу и ноутбук. Может, электронные почитаешь? – она кивнула. Я пошёл в библиотеку. Сразу нашёл книги. — Вот. Я пойду закажу завтрак и улажу одно дело. Ты же не хочешь никого видеть? – она посмотрела на меня странным взглядом.

— Кто-то приехал? – она занервничала.

— Не нервничай. Катрин, – я гладил её по волосам и плечам. – Она не придёт! Всё, расслабься. Читай или посмотри сериал, – я встал и ушёл. Внизу она всё ещё стояла.

— Я что, не сказал тебе убираться! – тут вышел Дан.

— Нельзя гостей выгонять, – он что, за неё заступается? – Тем более наших родственников

. — Сара не хочет её видеть, – прорычал я. Она напряглась.

— Я сама у неё это спрошу, – она хотела подняться, я перехватил её за руку.

— Нет! Ты не подойдёшь к моей жене! Она не желает тебя видеть и слышать! – От моего тона у неё навернулись слёзы. Ко мне подошёл Дан и шепотом сказал:

— Пропусти её. Это приказ, – я посмотрел на него.

– У Сары адские боли, она не может сидеть и даже есть. Я еле унял боль, – я посмотрел на него хищным взглядом. – Когда я сказал, кто пришёл, у неё началась паника. Она сейчас отдыхает. А если будет нервничать, то боль усилится. А теперь я пойду и закажу нам завтрак. И если она подойдёт к Саре – она труп, – он посмотрел на меня с ухмылкой.

— Ты что, влюбился? – я посмотрел на него.

— А может, да! Она моя жена! – он кивнул. — Ты не пойдёшь к ней и убирайся домой! – она в слезах убежала.

Я пошёл на кухню и заказал смузи, себе салат и маленькую пиццу. На кухню зашёл Дан.

— Как прошла ночь? – я начал вспоминать ночь. Нельзя сказать, что хорошо, но и нельзя, что очень плохо.

— Пятьдесят на пятьдесят, – он кивнул. – Мне нужно в офис, а Саре нельзя вставать ни в коем случае. Если что, ты поможешь. Хотя маловероятно, что она попросит помощи у вас. Она не доверяет никому, даже мне. От этого сердце разрывается, и смотреть на неё – это боль. Но она сильная, справится, – мы ещё поговорили о работе. И я услышал стоны со стороны сада. Я посмотрел на Дана, он тоже удивился. Я прошёл в сад, и там Дарк трахал Катрин— Дарк! Ты – идиот, скажи! – девушка сразу попыталась отойти, но Дарк не дал. – Ты хоть понимаешь, что тебе нужно жениться на ней?! – его глаза вылетели из орбит.

— Что? Почему? – так он не знает. — Она же шлюха, которую я вызвал! – теперь у меня не всё в порядке.

— Она – сестра Сары, – на этом я ушёл. Мне нужно было выпить виски. У меня из-за всего сейчас голова лопнет.

Нам привезли доставку, и я пошёл наверх.

— Солнце, давай покушаем, – она посмотрела на меня взглядом радости и кивнула. Я протянул ей малиновый смузи. Она начала пить, и её радости не было конца.

— Это очень вкусно, спасибо большое, – я ей улыбнулся и тоже начал есть. – От тебя пахнет спиртным? – чёрт, у неё началась паника.

— Всё хорошо. Я не причиню тебе вреда, завтракай. Это из-за брата. Он не понимает слов, поэтому такое случается. Но помни, что я сделаю тебя самой счастливой, – она посмотрела на пиццу, и её взгляд стал голодным. – Хочешь? – она кивнула, я протянул ей небольшой кусочек. Она начала есть по маленьким кусочкам, запивая. – Не больно?

— Всё хорошо. Если запивать, то хорошо, – это радует, я ей улыбнулся.

— Хочешь, я после работы заеду в итальянский ресторан за едой, и на обед или ужин мы поедим её? – её глаза засияли.

— Да, если тебе удобно. И ещё раз спасибо. Никто так не заботился обо мне. И можно я буду ходить? Пожалуйста.

— Нет. И точка. У тебя будет боль в ногах. Давай хотя бы три-четыре дня полежим. Сегодня ещё привезут матрас, поэтому зайдут чужие, но не бойся. Просто не замечай их, всё сделает кто-то из братьев. А если начнётся паническая атака, то просто переключись на книги или что-то в интернете, – она внимательно меня слушала, и я видел, что ей стало легче.

— А у меня нет твоего телефона или твоих братьев на всякий случай, – я ей кивнул и ввёл свой номер в контакты, и доставку еды.

— Ты доедай, а я пойду собираться, – я поцеловал её в лоб и поехал на работу.

Нужно решить много дел, и, возможно, я вернусь поздно. Но нужно всё закончить поскорее, я хочу вернуться домой. Я влетел в офис, и там все бегали и суетились. Я прошёл мимо них, и ко мне тут же подбежала секретарша. Блондинка и тупая. Но в сексе просто огонь. Но это в прошлом.

— Закажи матрас на двоих ко мне домой. И это срочно! – она взглянула непонимающе. – Я что, непонятно говорю?! Быстро! – я зашёл в кабинет и начал проверять почту и различные бумаги. Много накопилось, и ещё проблемы с поставкой.

САРА

Марк уехал на работу. Я сидела, читала книгу, но в голове крутились только мысли о Марке и его работе. Боли почти не было, и это хорошо. Я выпила ещё одну таблетку и встала. Стоять на ногах и передвигаться было не больно. Я переоделась в брючный костюм и замазала все синяки. Спускаясь, я встретила Дарка.

— Сара, зачем ты встала? Тебе нужно лежать. Иди в комнату, – из-за таблеток я не чувствовала паники.

— Можешь мне помочь? – голос слегка дрожал, и говорила я нечётко, из-за небольшой боли. – Отвези меня к Марку на работу, пожалуйста. Я очень хочу. И мне хорошо. Ничего не болит, – он задумался, потом что-то прорычал.

— Хорошо, но если что – это твоя идея. Я не хочу, чтобы он меня убил, – я подарила ему улыбку. Мы прошли к его машине и поехали в офис. — Ты меня не боишься? – этот вопрос прозвучал странно.

— Боюсь, но я на таблетках, они помогают. Без них я бы из комнаты не вышла, – он кивнул. Через двадцать минут мы приехали в офис.

— Извини, но ты идёшь сама. На стойке спроси, как пройти, они покажут, – я кивнула и вышла.

За стойкой стояла брюнетка. Очень красивая, но слишком яркая.

— Здравствуйте, подскажите, как пройти к Марку Холтеру, – мой голос дрожал и хрипел. Она посмотрела на меня странным взглядом.

— Вы записаны? — Похоже, эта идея приехать была ошибкой.

— Нет. Но он будет рад меня видеть, — она окинула меня высокомерным взглядом. — Так вы меня проводите? Или мне позвонить, чтобы он спустился? — она кивнула, и мы направились к лифту.

По дороге кто-то шлепнул меня.

— Что вы делаете?! — он посмотрел на меня взглядом, полным похоти.

— А что, нельзя? — он попытался приблизиться, но я отступила.

— Не подходи! Сделаешь шаг, и ты труп! — я чувствовала, как ноги отказывают от боли и усталости.

— А ты кто такая? Здесь мне можно всё! — он не походил на человека, которому позволено всё.

— Вы не член семьи Холтеров. Поэтому у вас нет власти. Так вы проводите меня к Марку? — лифт прибыл, мы вошли, и этот парень за нами.— Зачем вы зашли? — меня охватил страх, паника надвигалась. Действие таблеток было недолгим.

— Может, я хочу попробовать тебя, — он начал подходить, но лифт остановился, и вошел мой спаситель, Даниэль.

— Что ты делаешь? — затем он взглянул на меня. И его глаза… их нужно было видеть. — Что ты здесь делаешь?! — мне стало страшно.

— Не кричи, пожалуйста, — он что-то сказал.

— Меня Марк убьёт, точнее, всех нас. Ты хоть понимаешь это!

— Не кричи.

— А ты — труп. Бедный парень, я же говорила, что не надо. — А ты едешь к Марку. И если с тобой что-то случится, помни, что я — труп, и тот человек, который тебя привёз… — Мне стало хуже, но я не показала этого Дану. Он вывел парня, и мы поехали наверх.

Мы приехали. За столом сидела блондинка.

— Господин Холтер свободен? — Я спасала ситуацию, но прийти было ошибкой.

— А вы кто? — Почему меня никто не знает. Ладно, я просто прошла мимо неё, она кричала и пыталась догнать. Но я постучала в кабинет.

— Да! — Я собралась с духом и вошла. Он не отрывал глаз от бумаг. — Что вам? — Я молчала, боялась. К тому же, боль усиливалась. Тут вбежала секретарша.

— Привет, — я сказала это осторожно, сквозь боль. Он посмотрел на меня, и в его глазах была ярость.

— Я тебя убью. Ты должна быть дома и отдыхать. — Я опустила взгляд.

— Она зашла без разрешения, у вас же много работы! — Он посмотрел на неё.

— Она — моя жена, Сара Холтер. — И вышла из кабинета. Она быстро убежала. — А ты просто молись, чтобы я тебя не приковал наручниками к кровати, чтобы ты всегда была дома, особенно когда болеешь. — Он сел на диван и жестом показал, чтобы я тоже села.

— У тебя есть вода? — Я спросила аккуратно. Он сразу принёс, и я выпила таблетку.

— У тебя что-то болит? Говори. Если ноги или что-то ещё, я тебя предупреждал. — Я опустила голову. Он поднял мой подбородок. — Не опускай взгляд. И говори.

— Болит всё тело, но это началось только в лифте. До этого всё было хорошо. — Я положила руки на его.

— Кто тебя привез? И кто должен умереть из-за этого? — Я не могла сказать, что это сделал Дарк.

— Обещай, что ты ничего не сделаешь, потому что это было моё решение. И просто никто не может мне ничего сказать, кроме тебя и Даниэля. — Я улыбнулась, он тоже мне улыбнулся. — Дарк. Он привёз меня. — Он начал злиться. — Не злись, он не хотел. Я понимала, что не могу сидеть в комнате, и мне было страшно. А на уме были только мысли о тебе и о работе. Если ты не хочешь, я пойду домой. — Он остановил меня.

— Нет. Уйдём вместе, и ты не пойдёшь на своих двоих. Или ты хочешь, чтобы ты всегда болела? — Я помотала головой, и у меня пошла слеза. — Не плачь. У меня будет совещание, мне нужно уйти. — Я кивнула. — Ты обещаешь, что будешь сидеть на этом месте и не вставать. Давай я тебе дам книгу, у меня они неинтересные, но хоть что-то. А потом домой. — Я кивнула. Он дал книгу про бизнес и успех. Хоть что-то. И ушёл. Я сидела и читала.

И в кабинет входят девушки. Я удивилась.

— Господина Холтера нет. — Они посмотрели на меня гневным и ревнивым взглядом.

— А мы к тебе! — Ого, это страшно. Но таблетка немного помогает. — Ты же просто шлюха. Вот сколько на тебе макияжа. — Как будто они супернатуральные. Я не обратила внимания и продолжала читать книгу. — Эй, ты глухая? — Там все были длинноногие и на каблуках. Как их держат в офисе?

— Выйдите. Вы приносите негатив, а я не хочу, чтобы мой муж работал в такой обстановке. — Они не вышли. Господи, какие же они тупые. — Почему вы не понимаете с первого раза? Это так сложно? — Они смотрели ещё грознее, но меня это не напугает. А ещё им нечего ответить. И тут кто-то врывается.

— Я правда не виноват. — Ого, это Дарк.

— Дарк, его тут нет. И почему ты здесь? — Он выдохнул, но его удивило скопление девушек, а они сразу обратили на него внимание. Господи! Они ещё и шлюхи.

— А тебе тут не скучно? А то твой муж кричит мне в трубку, цитирую: «Можешь не показываться на глаза! Ты хоть понимаешь, что ей нельзя ходить! Что нельзя доверять её словам, когда она говорит, что у неё всё хорошо. У неё адские боли!» И это я ещё смягчил. — Мне стало стыдно.

— Если ты их уберёшь от меня, то он тебе ничего не сделает. Я обещаю, он слово дал. И в этом только моя вина. — Он как-то их уговорил уйти.

— Но теперь они будут каждый день у нас дома. — Мои глаза вылезли из орбит.

— Нет! Тебя братья убьют! Они же тупые. — Они — Божье наказание. — Пожалуйста, Дарк, ты же не можешь так поступить со всеми. Дома же будет атмосфера тупости. У нас же все образованные. — Тут он покачал головой.

— Нет, младшие не сдали экзамены. — Ого, я думала, что таким, как им, всё просто поставят.

— Но они же пересдадут, и всё получится? — Он кивнул.

— У тебя всё хорошо, только честно. А то я буду винить себя в том, что у тебя боли, а я это не понял. — Они все за меня волновались.

— Нет, всё правда хорошо. Но только на таблетках. — Я улыбнулась, а он посмотрел виноватым взглядом.

— Я повёлся, мне нужно было думать головой. — Нужно рассказать Дарку, что ещё произошло.

— Дарк, кое-что произошло, пока я добралась до кабинета Марка. — Он посмотрел недовольным взглядом. — Ко мне приставал парень. — И я опустила голову, но я ощущала ярость.

— Где он? И что он сделал? — Это была ярость.

— Меня спас Даниэль. — Он выдохнул.

— Всё, теперь ты одна никогда никуда не пойдёшь. Это запрет! Нас убьёт Марк.

Через какое-то время мне на телефон поступает звонок от Сэма.

— Почему мне звонит Сэм? — Дарк кивнул, чтобы я ответила. Я поставила на громкую связь.

— Привет. — Мне кажется, что что-то случилось.

— Привет, а Дарк рядом? — Что он уже натворил? Я посмотрела на него волнующимся взглядом.

— Да, но он вышел. Ему что-то передать? — На той стороне послышались крики.

— Передай ему, что в нашем дворе стоят полуголые девушки и кричат его имя! И если это увидит кто-то из старших, они убьют его. Реально. Я вам видео скину. — Он отключился. Мой взгляд был смешным и тревожным. Нам прислали видео: там были девушки из офиса. Но они даже не были полуголые, они прям голые и кричат имя Дарка и разные пошлые фразы. Дарк смеётся.

— Тебе смешно. Я надеюсь, это не ты сделал. Если да, то молись. Они же тупые наголову, а ты так с ними! Они даже родного языка не понимают! — Я была раздражена, и тут врывается Марк.

— Просто молись. — И он кулаком в челюсть.

— Марк, нет, пожалуйста, он невиноват. Это я всё. — Он посмотрел на меня.

— Значит, это ты из нашего дома сделала бордель. И эти голые девушки — твоя заслуга. — Это я не ожидала услышать. — Я же дал слово, что ему из-за тебя ничего не сделаю. Так это ты сделала? — Я пойду на это ради Дарка, он мне помог, и я ему.

— Я. — Чётко сказала. — Когда ты ушёл, зашли они и начали нападать. Ну, они тупые и нормальных слов не понимают. Так вот, зашёл Дарк, они начали улыбаться ему, и я сказала, что если хотят с ним быть, пусть выйдут из кабинета. А дальше была лишь их фантазия. Как вы их держите, если они тупые и ещё шлюхи? Я не понимаю? — Он удивился, а Дарк подмигнул мне. — Я не хотела этого, я даже не думала, что они могут это.

— Хорошо. Но вы хоть понимаете, что это всё происходит у нас дома. И пока Дан это не видел. А девушек не угомонить.

— Хотите, я со всеми потрахаюсь, а то давно уже пора. — Я не могла это слушать. Марк присел ко мне и начал гладить по коленям.

— Тебе нужно привыкнуть, что Дарк это говорит. И это устраивает дома. Просто он озабоченный по поводу секса. — Я посмотрела на него.

— Эй, Сара, я тебе никогда не причиню вреда. Просто я такой. А ещё немного Сэм. — Он и его подсадил.

— Но, как я поняла, Сэм — несовершеннолетний. — Он начал смеяться. А что тут смешного?

— Ладно, давайте поедим домой.

« Я нашла своё спасение. И это — моя новая семья. »

ГЛАВА 5

САРА

Мы ехали домой, и пока всё было спокойно. Дан не звонил, домой ещё не вернулся. Я вспомнила про итальянскую кухню, которую мы должны были сегодня попробовать. Но если не получится — ничего страшного. У Марка и так полно работы, проблем. Я не обижаюсь. Он уже столько сделал за эту ночь. За вчерашний день. И продолжает делать всё, чтобы я была счастливой. Но я всё равно не могу находиться рядом с ним. Я — обуза. Я обречена жить в кошмарах и боли. Даже удовлетворить его не смогу. И ребёнка родить — а ведь это моя самая главная мечта. Из-за всех этих гнетущих мыслей я даже не заметила, как мы уже подъезжаем к дому.

— Как убрать этих шлюх? — внезапно прорвалось сквозь тишину. — Ты хоть понимаешь, что если Дан увидит — он нас не просто убьёт, а ещё и расчленит? — Я, словно в трансе, сидела, уставившись в окно. Марк заметил это.— Солнце, у тебя что-то болит? — Болело. Но не так сильно, благодаря таблеткам. Я лишь отрицательно покачала головой.— Я помню про еду сегодня. Мы закажем доставку, посмотрим что-нибудь. — Он не забыл. Это чувство заботы… Такое было только с родителями. Странное, нежное. Я кивнула, снова отвернувшись к окну. Мы подъехали к дому. Так странно называть новое место – домом.

Картина за стеклом заставила меня похолодеть. Младшие братья высунулись из окон, их глаза расширились от удивления при виде нас. Я потянулась к ручке двери, но Марк остановил меня:

— Тебе нельзя ходить. Я донесу тебя до комнаты, хорошо? — Кивнула. Он не говорит, но я понимаю: его забота продиктована чувством вины. Я — испорченный товар. Меня нужно вернуть. Но в глубине души я знала: как только мне станет лучше, этот дом превратится для меня в ад. Им просто нельзя, чтобы я умерла раньше времени. Девушки у ворот завизжали, увидев Дарка. Запрыгали, словно обезумевшие. Мерзко.

— Девушки, пошлите на задний двор! — Зачем он их туда ведёт?

Мы вошли в дом, поднялись в комнату. Я молчала. Марк положил меня на кровать, сам ушёл в гардеробную. Я свернулась калачиком. Хотелось плакать. Выть. Но это не поможет. Марк должен отказаться от меня.

Сегодня я совершила глупость. И буду совершать снова, потому что я — калека. Не смогу стать матерью. Хорошей женой. Не могу жить без таблеток. Даже общаться без них. Хотя с ним… с ним легче. Но всё равно. За окном слышались стоны, крики. Я сжала подушку в кулаках, впиваясь ногтями в ткань. Эти звуки — они проникали сквозь стекло, сквозь стены, прямо в мозг. Каждый стон, каждый смешок — как нож по старому шраму. Слёзы потекли сами. Картинки прошлого всплыли перед глазами.

«Он идёт на меня, как зверь. В руках — ремень и что-то ещё.

— Почему ты плохая девочка? — В голове — миллион вопросов. Что я сделала? Сегодня сдала экзамен. Выучила новый язык. Прочитала книгу по физиологии человека. Что?! Мозг повторял это всегда. Я не заметила, как уже лежу на животе. Он пихает что-то в меня. Боль адская. — Почему ты такая узкая?! А! — Не получается. Он бьёт ремнём. — Раздвинь! Быстрее, я не могу сам! — Я не двигаюсь. Он резко раздвигает ноги, ставит на колени. Пытается снова. — Я сейчас вернусь. — Я услышала хлопок дверью и рухнула на ковер. Слёз уже не осталось. Он вернулся, но я слышу чужой голос. — Давай ты. А то я один не могу. — Не понимаю, кому он говорит. Посторонний что-то впихивает в меня.

— Она слишком узкая. Не влезет. — Удар. Но кошмар всё равно вводит это. Боль. Она не просто давит — режет на части.

— Можешь первый, я пока займусь остальным…»

Меня дёргают за руки. Я кричу, не открываю глаза, отбиваюсь.

— Что случилось? — Голос знакомый, но далёкий. Я не слышу. Только воспоминания. И звуки за окном.

— У неё приступ. Истерика. Не могу вытащить. — Ещё один голос. Тоже знакомый. — Солнце, открой глаза! Это я — Марк! — Я не улавливаю этот голос.

— Не трогай! Молю! Дай отдохнуть! — Тело пронзает боль. — А-а-а! Помогите! Боль! — Становится хуже.

— Ангел, проснись, молю! Дан, что делать?! — Я нахожусь в своих мыслях. Пока стук в дверь не вырывает меня обратно. — Милая, что с тобой? — Боль и раны души вырываются наружу. Смотрю на дверь. Там — Дан и Сэм. Воздух перехватывает. Дышу глубоко и часто. — Выйдите! — Меня гладят по спине. — Дыши! Они ушли. Никого нет. Всё закончилось. Выпей таблетки. — Марк протягивает их. Замечаю: наши руки сплетены. Окно уже закрыто. Я сильно сжимаю его руку. Очень плохо вижу Марка, глаза как в тумане.

— Марк… помоги… боль… — Дальше — только туман.

МАРК

— Марк… Помоги… Боль… — И она закрыла глаза. Чёрт. Она потеряла сознание — от боли, от душевного расстройства, от всего этого ада, что копился внутри годами. Я приложил пальцы к её шее — пульс был, сердце билось. Может, к лучшему. Пусть поспит. Хоть во сне она сможет убежать от кошмаров. Я не мог смотреть на её состояние. Просто гладил лоб, целовал запястья — тонкие, с синими прожилками вен. Такие хрупкие, такие измученные. Она поспит. И будет легче. Я буду рядом. Всегда. Моё солнце пережило больше боли, чем все люди на планете Земля и за её пределами. Она не справится одна. Снизу доносились крики. Что там происходит?!

Ярость закипела в груди. Из-за моего идиота-брата у Сары случился приступ. Если бы не стук в дверь тогда, она бы не вышла из этого состояния. Её тело медленно заживает. Но душевная боль? Она вылезает наружу, как гной из старых ран. Нужно спуститься за смузи. Она должна поесть, когда проснётся. А я… я буду охранять её сон. Я вышел из комнаты — и тут же рухнул на пол. Дыхание сбитое. В груди — эта чёртова боль, будто кто-то вырывает сердце когтями.

— Где она?! Почему Кармэй не отвечает на звонки?! — Голоса раздаются внизу. Его имя. Кто-то посмел произнести его имя в моём доме?! Я вскочил.

— Кто?! — рёв вырвался из горла. — Кто произнес его имя?! — Внизу стояли Дан и приёмные родители Сары. Дан бросил на меня немой вопрос. Я кивнул и он выдохнул.

— Где она? — ярость клокотала, готовая вырваться. Почему они достают нашу семью? Дан спокойно повернулся к ним:

— Этого урода мы пытаем и убиваем самыми жестокими методами. Хотите, отдам его вам? Потому что такого тваря на нашей земле не будет. — Гордость распирала грудь. Спасибо, Дан. Он не сказал им правды. Всё останется в этих стенах.

— За что?! Наш дон вам его доверил! — Я прошёл мимо, на кухню. Пусть Дан выкручивается. Взял два смузи — малиновый для неё, банановый для себя. Заказал итальянскую еду. Когда я возвращался, они преградили путь. — Мы должны её увидеть. — Рассмеялся.

— Нет. И точка. Она не будет с вами говорить. — Тут сверху раздался крик. — Не пускай их! — Сердце упало. Я рванул в комнату.

Сара сидела на кровати, вся дрожа. Слёзы. Сотни слёз.

— Солнце, успокойся! Всё хорошо, я рядом! — Она закрывала лицо руками — пальцы впивались в кожу, будто пытались вырвать глаза. Я осторожно разжал её пальцы. Лицо исказилось болью. — Сара, детка моя, пожалуйста… — СТИРАЛ слёзы пальцами. Целовал её лицо — щёки, веки, нос. Руки — ладони, запястья, каждый сустав. — Успокойся. Мне это приносит страдания. — Она подняла на меня глаза. В них было столько боли, что я едва не зарычал. Но потом её дрожащие пальцы коснулись моего лица.

— Марк… — Один звук моего имени — и мир остановился. Я прижал её к себе.

— Я здесь. — И чёрт со всем остальным. Дан разберётся с ними. А я… Я останусь здесь. Потому что она — моё солнце. А солнце нельзя оставлять в темноте.

— Марк, больно тут — она судорожно ткнула пальцем в висок, потом в грудь — я не могу! Отпусти меня! — её кулаки обрушились на собственное тело, я резко перехватил её руки. Моё сердце рвалось наружу — положи меня в психушку! Или убей! Я не могу жить! — Каждое слово било по мне больнее ножа. Я бережно переложил нас на кровать.

— Солнце, мы справимся вместе, — мои губы коснулись её мокрых от слёз пальцев — Я заберу все страхи. Только не говори этих слов. Я умоляю тебя. Она сжалась в комок, как испуганный ребёнок.

— Он преследует меня… Можно я не буду спать? — её голос дрожал — Мне будет хорошо. Правда, я так уже много времени делаю и всё очень хорошо. А ты можешь не беспокоиться. — Её слова разрывали меня изнутри — Я буду в библиотеке, а в комнате, когда тебя нет, хорошо? Я не буду мешать, я могу уйти. Если тебе будет удобно, я смогу жить. Я не хочу вас напрягать, я справлялась все эти годы сама и сейчас всё будет хорошо, правда? — Я крепче обнял её, чувствуя, как хрупко её тело.

— Не говори! — мои руки дрожали — Мы справимся! — Её глаза расширились от удивления — Ничего из того, что ты сказала, никогда! Не будет! — Она продолжала плакать, её слёзы жгли мою кожу — Не плачь, прошу? Давай я куплю тебе любой бизнес или ты будешь управлять моим? Тебе будет легче, ты станешь моим ангелом и божеством.— Она медленно повернула голову к тумбочке, её глаза теперь светились иначе — Давай ты попьёшь? А скоро и еда приедет, и мы посмотрим фильм в кровати вдвоём. Но тут её тело снова затряслось, кулаки вновь полезли к рёбрам. Я быстро перехватил её руки, целуя каждую ладонь.

— Мне плохо, извини меня. Я умоляю — моё солнце просило прощения за то, чего не совершало. А крики с первого этажа становились всё громче. Я почувствовал, как Сара прижалась ко мне сильнее — Кто там кричит? Марк, мне страшно. А если это за мной? — Я нежно погладил её спину:

— Всё хорошо. Ничего не будет, давай вместе сходим и посмотрим. Может, еда приехала, и тебе будет полезно прогуляться. — Я протянул ей таблетку и смузи — Только сначала выпьем таблетку. — Она неуверенно кивнула:

— Хорошо, давай. Но там будут твои братья? И те девушки? — Я опустился перед ней на колени, чтобы быть на одном уровне:

— Будут, но я рядом всегда. Помнишь, мы говорили, если тебе плохо, то сразу хватай меня за руку и меняй мысли в голове. — Я глубоко вздохнул — Есть одно но… эти крики — это твои приёмные родители. — Её тело мгновенно напряглось, дыхание стало прерывистым:

— Я не пойду! Нет! — Я начал дышать с ней в одном ритме, стараясь успокоить. Если бы кто-то сказал мне раньше, что я — дьявол смерти, буду так заботиться о хрупкой девушке… Но сейчас я понимал — передо мной не просто тело. Передо мной было моё сокровище, мой ангел, весь мой свет.

— Мы пойдём через другую часть дома, ты их не увидишь. Давай только потихоньку… — у неё не были замазаны синяки, и я знал, что за одеждой скрываются следы жестокости. Никто из братьев такого никогда не видел — так жестоко из нас никто не поступал. Ее пытка продолжается и никогда не прекратится. Но это очень удивительно, что внутренние органы не сильно пострадали. —Опирайся на меня и только аккуратно.

Мы вышли через другую часть дома, и уже на кухне стояла наша еда. Я разложил по тарелкам, но почему-то лицо Сары изменилось.

— Что случилось? — она смотрела сквозь меня, словно на кого-то другого. — Что происходит?

— Он там. Марк, не дай ему меня… — Сара начала оседать. Я подхватил ее. Черт, слезы текли по ее щекам. Она была сломлена, растоптана. И я ничего не мог сделать, и это убивало. Я опустился на пол, усадил ее к себе на колени. — Марк, спаси меня… — она рыдала, и я готов был забрать всю ее боль, всю эту ношу себе. Ей не суждено было это нести.

— Тише, мое солнце. Сейчас мы посмотрим фильм, съедим самую вкусную еду, а потом отправимся спать. Это будет наш первый настоящий семейный вечер. Мы всегда будем вместе, и мое счастье будет безграничным, если с тобой все будет хорошо. — Я поцеловал ее в лоб, стирая непрошеные слезы. Она станет самой счастливой на свете. Постепенно она успокаивалась, и я понял, что Дан их отпустил.

Дан вошел на кухню, и его глаза изумленно расширились.

— Что здесь происходит? — Сара сжалась, прижимаясь ко мне. Я взглянул на брата.

— Уже ничего. Мы поедим в комнате. Я спущусь позже, обсудить дела. — Он кивнул и принялся листать меню. Я помог Саре подняться, она украдкой вытирала слезы.

— Ничего не болит? — она не стала говорить при брате, лишь вопросительно взглянула на меня. Я кивнул.

Мы лежали в кровати, поглощая пасту и попивая смузи. На экране мелькал какой-то сериал — я не вдавался в сюжет, лишь любовался моим лучом солнца.

— Ты почему не смотришь? — спросила она, заметив мой взгляд. Ее глаза, еще влажные от слез, теперь светились легким любопытством.

— Смотрю, — улыбнулся я, проводя пальцем по ее щеке. — На нечто куда более интересное, чем сериал. — Она зарделась еще сильнее и уткнулась вилкой в пасту, делая вид, что полностью поглощена едой. Но уголки ее губ дрогнули — почти улыбка. На экране герои куда-то бежали, кричали, стреляли — типичный боевик. Но ни один выстрел не мог заглушить тихий звук ее дыхания рядом.

— Марк… — она вдруг потянулась к моей руке, сжимая пальцы. — Ты правда думаешь, что когда-нибудь… мне станет легче? — Ее голос был так хрупок, словно одно неверное слово — и она рассыплется. Я притянул ее ближе, чувствуя, как дрожит ее тело.

— Я не думаю. Я знаю. Потому что я не позволю иначе. — Она прижалась лбом к моему плечу, а на экране в этот момент раздался оглушительный взрыв.

— Ой! — она вздрогнула, и я тут же прикрыл ей уши ладонями.

— Ничего, просто кино, — прошептал я. — Они все выживут.

— Ты же не смотришь, откуда знаешь? — она хмыкнула, и это прозвучало почти как смех. Почти.

— Потому что в хороших фильмах всегда хэппи-энд. А у нас — он будет еще лучше. — Она не ответила, но ее пальцы чуть разжали хватку на моей руке. Не отпустили — просто перестали впиваться в кожу. Это уже было начало.

— Мы же будем спать на матрасе? — она посмотрела на меня и засмущалась, я кивнул. — Только можно просьбу?

— Да, конечно. — Она немного помолчала.

— Ты можешь никуда не уходить, когда мы ляжем спать? Я знаю, что я много прошу… Может быть экстренная ситуация, а если будет — разбуди меня. Я буду плохо спать, если буду одна… — Она смотрела глазами ребенка, но за плечами у нее было столько боли и страха.

— Естественно, солнце. — Она повернулась и доедала пасту, а я продолжал смотреть на нее. Ее щеки пылали, и это было очень мило.

«Я буду защищать и охранять ее. Всегда».

ГЛАВА 6

САРА

Прошло две недели с тех пор, как я поселилась в доме мужа и его братьев. Тишина окутывала меня, нарушаемая лишь глухим эхом боли, что терзала меня прошлой ночью, лишив сна. Марк, не смыкая глаз, сидел рядом, его теплая ладонь сжимала мою, он то и дело подправлял подушку, приносил воды и таблетки, но ничто не приносило истинного облегчения.

«Кто-то тянет меня за руку. Я открываю глаза, и боль мгновенно разливается по телу, словно раскаленное железо, влитое под кожу. Но как? Я же выпила вечернюю дозу…

— Сара, что болит? Ты плачешь? — голос Марка пробивается сквозь туман в моей голове. Я сама не поняла, как это произошло, но вдруг мое тело содрогнулось, и я закричала. Не просто вскрикнула — а завыла, как загнанный зверь, задыхаясь от слез и не в силах остановиться. — Солнце, посмотри на меня! Живот болит? — Марк схватил меня за плечи, его пальцы впились в кожу, но я даже не почувствовала.

— Всё тело! Везде! Она… она разрывает меня! — я билась в его руках, не в силах ни думать, ни дышать. Боль была настолько всепоглощающей, что мир вокруг перестал существовать. Остался только этот огонь под кожей, этот нож, который резал меня изнутри.

Марк бросился к аптечке, принес таблетки, сделал укол. Но боль не отступала. Она просто жила во мне, пульсировала, смеялась надо мной. Я выла, сжимая кулаки, чувствуя, как слезы текут по лицу ручьями. Марк не мог помочь. Он только гладил меня по спине, целовал в висок, шептал что-то — но его слова тонули в этом кошмаре. В какой-то момент у меня просто не осталось сил. Я рухнула обратно на матрас, всхлипывая, сжавшись в комок. И только тогда, медленно, нехотя, боль начала отступать.

— Всё, солнышко, всё хорошо… Ты у меня самая сильная, — Марк приподнял меня, поднес к губам стакан воды. — Пей. Потихоньку. — Я сделала несколько глотков и тут же обмякла, уткнувшись лицом в его грудь. — Ты завтра к врачу не пойдешь, — сказал он твердо. Я мотала головой. Нет, я не могу отменить.

— Я собиралась неделю… Не могу перенести. Я и так никуда не выхожу, а теперь еще и это… — Голос дрожал. — Всё будет хорошо. Я… я пойду одна? — Я знала, что завтра у всех дела. Но больше всего — видела в его глазах эту смесь обиды и бессилия. Он ненавидел, когда не мог быть рядом.

— Да. Но с тобой будет охрана, — он стиснул зубы. — И ты можешь приказывать им. Любой приказ — они все выполнят.

Мы еще немного поговорили, он обнял меня крепче, и я, измученная, наконец закрыла глаза. Но ночью это повторилось. Еще раз.»

Ужасная ночь миновала, но когда я проснулась, Марка не было. Я начала собираться. На улице царила жара, но я облачилась в закрытое платье с длинными рукавами и босоножки. Лицо тщательно замаскировала. Многие синяки сошли, но тело и живот по-прежнему были отмечены. Врач, приезжавший к нам, мрачно предсказал, что живот, возможно, никогда не вернется в прежнюю форму. Слава богу, лицо было почти чистым. Волосы я собрала в тугой пучок, оставив лишь несколько прядей обрамлять лицо. Две таблетки успокоительного помогли немного приглушить дрожь, и я начала спускаться. Легкая боль сопровождала каждый шаг, но она была незначительной. В доме царила тишина. У входа уже ждал охранник.

— Мисс Холтер, доброе утро. Вы уже готовы к поездке? — Даже под действием таблеток мне было трудно стоять рядом с ним и говорить. Но никто не должен видеть моей слабости. Кроме моей семьи, никто не знает, что со мной, и никто не узнает. Врачи же… врачи либо молчат, либо исчезают.

— Здравствуйте, да, готова. Мы можем ехать, — мой голос прозвучал сталью, заставив его удивленно вздрогнуть. Если бы этот парень знал, через какой ад я прохожу… Мы сели в машину. Я была благодарна, что ехала одна. Путь пролегал в молчании, лишь в зеркале заднего вида я видела вереницу черных машин, следующих за нами. Зачем столько охраны?

— Мы приехали. — Я погрузилась в свои мысли, но голос охранника вернул меня в реальность. Я вышла из машины, и за нами последовали еще люди.

— Стоп! Только он пойдет со мной, — сказала я с трудом, ледяным тоном.

— Да, госпожа Холтер.

Я повернулась и направилась к регистратуре. Я выбрала городскую больницу — никакого частного пафоса. Мне казалось, это лучше.

— Здравствуйте, подскажите, в каком кабинете принимает гинеколог? — Девушка за стойкой была слишком молода. Почему она уже работает здесь?

— Вы записывались? — Точно. О чем я забыла.

— Нет, но я же могу пройти? — Девушка нахмурилась.

— Можете. Кабинет 357. — Я поблагодарила её и направилась к лифту. Но сцена, развернувшаяся там, просто ударила меня в сердце. Парень держал девушку за руки и кричал на неё, а она плакала. Я подошла к ним.

— Отпусти её! — Он посмотрел на меня хмуро, а девушка шептала, чтобы я не вмешивалась, иначе будет хуже. Его вид вызвал во мне бурю.

— Нет! И тебе какое дело? Это моя девушка! — Я посмотрела на него ледяным взглядом. Он хотел что-то сказать и даже поднял на меня руку, но я перехватила её. Голова уже шла кругом.

— Никто не смеет меня бить! И ты отпустишь эту девушку! А с рукой можешь попрощаться! — От моего тона даже мне стало страшно.

— А ты кто такая? Одета как непонятно кто! — Я послала ему ещё более холодный взгляд. Охранник хотел подойти, но я остановила его жестом. Влепила парню пощёчину. Внутри меня всё сжималось, я едва не упала в обморок, но что-то держало меня.— Ты вообще рехнулась! — Девушка умоляла меня уйти, но я стояла и смотрела на него свысока — взглядом, от которого хочется скрыться.

— Я — Сара Холтер, — прошептала я. Парень услышал и сразу встал на колени, но я отошла. — Заберите его и сделайте так, чтобы он лишился руки, но не жизни. И запомнил надолго, что девушки — это сильные и независимые люди! — Охрана увела его, а девушка отошла от меня.

— Не бойся меня, садись. Давай поговорим. — Мой взгляд смягчился, я смотрела на неё с сочувствием.

— Я — Анна, я русская. Но моя семья давно приехала в США. Мне 20 лет. А этот парень — мой молодой человек. Я знаю, кто вы. — Она смотрела на меня с опаской.

— Не бойся, я не причиню тебе вреда. Можешь мне доверять. — Она кивнула и вытерла слезы.

— Я беременна от него. — Я вздохнула. Это такое счастье… Но у меня его не будет никогда. Я не показала ей этого и поздравила будущую маму. — Я учусь на архитектора и подрабатываю. Я так хочу этого ребенка, он же частичка меня. А он отправил меня на аборт и сказал, что я его нагуляла… — Я возненавидела его ещё сильнее, а Анна плакала. Я гладила её по спине.

— Ты будешь под моей опекой и защитой. Я выделю тебе квартиру, обеспечу деньгами. Только пообещай, что станешь хорошей мамой, сильной и независимой. — Она посмотрела на меня, как будто я — лучик света в её жизни.

— Я обещаю. Спасибо вам большое. Вы лучшая девушка, которую я видела в жизни. Вы и правда королева. Я вам очень благодарна. — Она дарила мне наслаждение. Впервые я сделала что-то хорошее. Я искренне улыбнулась.

— Давай ты пойдешь со мной, а потом мы поедем в твой новый дом и по магазинам. Тебе будет удобно? Или ты хочешь к себе домой? — Она отрицательно покачала головой. Она была очень хорошей.

Мой телефон зазвонил. Это был Сэм. Почему он мне звонит?

— Сара, ты сумасшедшая? Почему он так говорит?

— Сэм, привет. Что-то случилось? — У меня и так была дикая паника, но я умела её скрывать.

— Что случилось? Ты зачем отдала приказ отрезать парню руку?! — Он кричал на меня, но я понимала, что это просто ярость, и он не хотел меня обидеть.

— Он хотел меня ударить! И второе — он издевался над девушкой, а ты знаешь, как я на это смотрю. — На той линии послышались глубокие вдохи.

— С тобой все хорошо? — спросил он уже спокойнее.

— Со мной — да. А еще ты можешь выделить или снять на мое имя двухкомнатную квартиру в хорошем районе, чтобы там было тихо и спокойно.— Он что-то крикнул кому-то в трубку.— И не задавай лишних вопросов, расскажу все дома.

— Окей, я сниму квартиру. Ключи передам охране, она привезет их. Но отчитываться будешь не передо мной, а перед братом.

— Пока. — Я сбросила. Меня всю покрыли мурашки, и на душе было плохо, но я не подала вида.

— Скоро привезут ключи от твоей квартиры, и мы сможем перевезти твои вещи. — Она засияла. Это была искренняя улыбка.

— Я вам всегда буду благодарна. — Я улыбнулась. На душе стало легче, но боль вернулась, и плохие чувства поднялись к горлу.

— Ты главное — всегда улыбайся и дари только положительные эмоции. Вот мой номер. — Я протянула ей визитку. — Звони в любое время, если что-то будет волновать. Я всегда помогу. — Она была счастлива, и меня это радовало.

— Госпожа, мы не можем этого сделать. Босс будет в гневе. — Я посмотрела на него холодным взглядом.

— Мое слово — закон. Или хотите своей смерти? — Он покачал головой и отошел.

Мы поднялись на лифте на третий этаж. Мне было страшно. Нужно выпить таблетки, но я не могла сделать это при охране и Анне. Я просто переключила мысли, как просил Марк. Так мы дошли до кабинета. Я сказала охраннику ждать у лифта. Тут сидело много девушек и женщин. Я хотела постучать, но они начали кричать:

— Тут очередь! Мы сидим тут долго. А ты только пришла — жди! — Я покачала головой. Я была справедливой, но мне нужно срочно. Иначе упаду в обморок.

— Извините, но мне нужно срочно на прием. Меня дома ждет муж и семья. — Анна присела и смотрела на меня, а девушки возмущались и даже встали.

— Нас всех дома ждут! — Они кричали, и это пугало. Я не хотела этого делать, но придется.

— Мой муж — Марк Холтер. И он не любит, когда я где-то надолго задерживаюсь. — Все сразу затихли и сели. Из кабинета вышла довольная девушка, одетая как девушка легкого поведения — с накачанными губами и ресницами. Выглядело жутко.

Я вошла в кабинет. За столом сидела медсестра. Врача не было. Она тоже была похожа на куклу. Господи, откуда они берутся?

— Здравствуйте, я на прием. — Она оценивающе посмотрела на меня. Это было унизительно.

— Вы по записи? — Тон был безразличный. У меня было плохое предчувствие.

— Нет, но меня любезно пропустили. А где доктор? — Она покосилась.

— Сейчас придет. — Она что-то печатала. Я заметила её длинные ногти. Ужас!

— А что у вас?

— Осмотр и УЗИ. — Она записала, и из другой двери зашел врач. Мужчина! Нет, он не будет меня осматривать. Нет!

— Здравствуйте, что у вас случилось? — Он смотрел на меня. Я закрыла глаза и глубоко дышала. Когда открыла — он ухмылялся.— Или вы лично ко мне пришли на персональный осмотр? — Что? Паника нарастала.

— Здравствуйте. Но мне нужна женщина-врач! — Он удивился и посмотрел на медсестру.— И побыстрее! Я спешу!

— У нас врач-женщина в отпуске. Давайте я вас осмотрю. — Он подошел, я отступила.

— Не подходите! Мой муж убьет вас, если вы сделаете хоть шаг! — Я должна была сохранять рассудок.

— Ты в себя поверила! Я под защитой мафии «Черного дьявола». Никто не может меня убить. А ты хоть слышала про них? — Я поняла по его взгляду и жестам, что он не просто врач. Он заводит девушек в комнату и насилует. Либо предлагает секс.

— Я сказала — мне нужна женщина-врач! Не буду повторять. — Он оскалился. Мне нужно уходить, иначе упаду в обморок.

— Ты очень смелая. Иди и не выделывайся. Раздевайся, обещаю, буду нежен. — Что он сказал?! Паника и гнев нарастали.

— Ты будешь уволен и не устроишься ни в одну клинику. За то, что перечишь мне и говоришь такие вещи! — Он что-то сказал медсестре. Она встала. Он шлепнул ее. Это мерзко.

— Сейчас я найду женщину-врача, а вы пока подготовьтесь к осмотру. Извините нас. — Я кивнула, но чувство, что что-то случится, не уходило. Я прошла в комнату. Там было гинекологическое кресло, кушетка с УЗИ-аппаратом, диван и ширма. Я зашла за ширму — там лежал халат. Что-то было не так. Я решила позвонить Марку. Одна бы не справилась. Долгие гудки. Я знала, что он занят, но только он мог помочь.

— Марк Холтер, — его голос был стальным.

— Марк…

— Сара? Что случилось? С тобой все хорошо? — Он засыпал меня вопросами. Я села на кушетку.

— Марк, мне плохо. Я точно упаду в обморок. Не могу переключить мысли. Поговори со мной. Мне страшно. — Я еле дышала.

— Дыши ровнее. Включи камеру, хочу видеть тебя, солнце. Ты сегодня очень красивая. Что случилось? Рассказывай. — Когда Марк говорил, становилось легче.

— Я в больнице, но тут… Врач — мужчина. — Марк злился, я видела.

— Подними голову! Сара! — Я подняла. Перед ним я была как открытая книга. — Он не будет тебя осматривать! Попроси другого врача. — Я улыбнулась.

— Я попросила, она должна скоро прийти. Но чувствую, что будет плохое. Этот врач принуждает к… — у меня потекли слезы. В его глазах была ярость, но когда он увидел мои слезы, выражение изменилось.

— Моя родная, не плачь. Вытри слезы. Помнишь, что я говорил ночью? — Я кивнула.— Так я повторю снова. Ты самая сильная и моя королева. А этот врач — уже труп. Ты моя. И только. — Я вытерла слезы, стараясь не смазать макияж.

— Давай я уйду, не хочу на осмотр. У меня плохое предчувствие. Останься на связи, мне будет легче выйти. — Он кивнул и сказал еще несколько комплиментов.

Как только я вышла, мое лицо изменилось. На нем был ужас. Не маска холодности — настоящий страх. На столе лежали вещи, которые использовал мой кошмар. Марк сразу это заметил.

— Что это у вас? — голос дрожал. — Марк, спаси меня. Он… — Врач обернулся.

— Закрой рот! Почему ты вышла?! — Марк это слышал. — И что у тебя делает телефон? Отдай! — Я поставила на громкую связь.

— Мне никто не смеет приказывать! — Я была в ярости, но организм снова меня убивал.— Вас слышит мой муж. И он уже придумывает, как вы будете умирать. — На том конце послышался смех. Это был не Марк, а Дарк. Черт!

— Я же говорил, кто я? Меня не могут убить. — Он перешел на «ты». Я надела маску холодности и посмотрела на него взглядом, полным гнева.

— Вы даже не спросили, кто я? — На его лице — шок, когда он услышал голос моего мужа.— Хватит цирка. Сара, уходи. Приезжай потом к нам на работу, поговорим. А вас никто не спасет, обещаю! — Марк сказал это, и я положила трубку.

— Поехали! — Анна встала и странно посмотрела на меня.

— Куда мы поедем? — Я поменяла выражение лица.

— Не хочешь поесть? Я проголодалась. — Боль нарастала, нужно было выпить таблетки. Она согласилась.

Мы приехали в дорогой ресторан. По взгляду Анны я поняла, что она тут никогда не была.

— Рады вас приветствовать. У вас заказан стол? — Администратор — милая девушка.

— Нет, но мое имя — Сара Холтер. — Она улыбнулась еще шире.

— Прошу за лучший стол. — Мы сели. Анна удивленно смотрела на цены в меню.

— Выбирай, что понравится. Только то, что не повредит ребенку. — Она кивнула.

— Я обожаю пасту. Буду карбонару и апельсиновый сок. А вы что будете? — Я не знала, что выбрать. Еда сейчас не лезла в горло из-за стресса.

— Салат "Цезарь" с курицей, яблочный сок и воду. — Девушка записала.

— Вас хочет поприветствовать наш управляющий. — Мой организм сразу напрягся. Но отказаться было невежливо. Я кивнула.

И тут в ресторан вошел Виктор с девушкой. Он отодвинул ей стул, осмотрел зал — и заметил меня. Я улыбнулась и кивнула. Он занервничал, но потом расслабился. Напечатал что-то в телефоне.

На мой телефон пришло сообщение:

Виктор: Сара, привет. Не думал, что встречу тебя.

Я: Я ничего не расскажу братьям. Считай, что я тебя не видела.

Виктор: 😘

Я улыбнулась. Анна заметила.

— У вас хорошее настроение.

— Просто хороший день. — К нам подошла управляющая — Дана, лет 25.

— Здравствуйте, спасибо, что посетили наш ресторан. Хорошего вечера. — Я кивнула. Через несколько минут принесли заказ. У Анны разыгрался аппетит. Я отпила сок, съела немного салата и отставила. Подошел охранник.

— Вам передали ключи. Куда поедем потом?

— Отвезите Анну по адресу, который вам скинули. Меня — в главный офис. — Он ушел.

— Это ключи от твоей квартиры. Парни помогут перевезти вещи. Не тягай тяжелое. И вот банковская карта. Я буду пополнять ее раз в месяц по двадцать тысяч. Не экономь, покупай все, что нужно. Особенно еду. — Она сияла.

— Я вам очень благодарна. Вы спасли меня. Вы лучший человек на свете. — Я улыбнулась.

Отошла в туалет, выпила таблетки. Боль стала сильнее. Вряд ли поеду в офис. Вышла — и встретила Виктора.

— Еще раз привет, Сара.

— Мы же договорились, что я тебя не видела.

— Куда поедешь?

— Хотела в офис, но боль усилилась. Скорее всего, домой. — Он странно посмотрел.

— Если что, сегодня никого не будет дома.

— Тогда я даже домой не поеду. Не усну.

— Все слышали, что было ночью. Ты очень сильная. — Я улыбнулась.

— А кто эта девушка с тобой?

— Анна. Я ей помогаю. — Он удивился.

— Полную историю расскажу, когда соберемся все. А кто с тобой?

— Одноклассница. Джулия Волтер. — Он сказал это быстро. Влюбился?

— Увидимся потом.

Я вернулась к Анне. Она ела десерт.

— Вкусно?

— Да, очень. А почему вы не ели салат? — Я сохранила холодное выражение.

— Просто нет аппетита. Пойдем. — Я оплатила счет, вышли.

Доехала до офиса. Внутри — суета. Меня пропустили. Увидела девушек, которые были у нас дома. Отвратительно. Я прошла к лифту.

— Госпожа Холтер! — ко мне обратилась девушка лет 20.

— Да?

— Мистера Холтера нет, он на совещании. Я его новая ассистентка — Катрин. — Пожали руки. Она была в платье ниже колен и в кроссовках.

— Могу подождать в приемной. — Зашла в лифт. В приемной — человек 20. Вот почему у них завал.

— Кто последний на прием? — Мой муж — как мэр города.

— Вот эта девушка.

— Нет, я не последняя. — Был один свободный стул. Я решила не сидеть и прошла в кабинет.

— Куда вы идете? Очередь!

— В кабинет. Мне можно. — Не стала слушать и вошла. Увидела удобное кресло — села. Сняла обувь. Ноги и спина болели, я получила сообщение от Анны: она доехала, квартира ей нравится. В мини-баре я взяла бутылку воды. Держалась за предметы, корчась от боли. Кто-то постучал и вошел. Молодой парень в черном костюме. По телу побежали мурашки.

— Здравствуйте. Господина Холтера нет, подождите в коридоре.

— Если его нет, почему вы в его кабинете?

— Мне сказали ждать здесь. — Он усмехнулся. — Не улыбайся так, а то не доживешь до утра. — Он прошел и сел рядом. — И кто вы такой? Я сказала — ждите в коридоре.

— Мне нельзя в кабинете? А вам, дамочка, тут появляться вообще нельзя. — Как он меня назвал?!— Как вас зовут?

— Сара Холтер. — Я не успела сказать, как дверь распахнулась. На пороге — Марк и все братья. Парень побледнел. — Убирайся! — Он быстро вышел. Марк подошел, присел передо мной.

— Ты сегодня очень красивая.

— И тебе привет. Всем привет. Как день прошел? — Они уставились на меня. — Что?

— Скучнее, чем у тебя. Ты сегодня зажгла! — Я направила на него убийственный взгляд.

— Вот этот взгляд! Холодная королева Нью-Йорка. Вы хоть понимаете, с кем мы живем под одной крышей?

Я рассмеялась. От этого живот заболел сильнее. Марк целовал мои колени, массировал стопы. Я наклонилась, шепнула:

— Спасибо за помощь. Если бы не ты, умерла бы от паники.

Парни что-то обсуждали.

— А теперь расскажи, Сара, зачем тебе квартира в тихом районе? — спросил Сэм.

— Я решила помочь одной девушке. Ее зовут Анна. Вы знаете, что я сегодня одного парня приговорила к казни — отрезать руку и избить, чтобы запомнил.

— Стоп! Что ты сделала? Руку отрезать? — удивился Дан. Я кивнула.

— Это бывший Анны, отец ее ребенка… — А потом рассказала всю историю. И мы начали обсуждать другие темы, и речь зашла о моем бизнесе.

— Хорошо, я даю добро. Но есть предложение, — сказал Дан. — Может, Сара откроет фонд или сеть для жертв насилия? — Я посмотрела на Марка. Он подумал, кивнул. Я улыбнулась. Боль отошла на второй план.

— У вас сегодня много работы. Вы не вернетесь домой? — Марк улыбнулся.

— Можешь остаться. Там есть комната с кроватью.

— Я не смогла сходить к врачу. Может, завтра в другую больницу. — Он мрачно кивнул. Я прошла в комнату, сняла платье и легла. Сразу провалилась в сон.

На следующий день я поехала в другую больницу. Анне было хорошо. Ночью снился кошмар, но Марк меня вытащил. Как всегда. Я переоделась в закрытый бежевый костюм с кроссовками. Ноги болели, но терпимо. В больнице — очередь.

— Без очереди нельзя!

— Я — Сара Холтер. Я не могу ждать. — Постучала, вошла. За столом — женщина лет 35. Добрая.

— Здравствуйте, доктор Мария Лимм. Что у вас?

— Мне нужен осмотр и УЗИ. Без записи. — Она пригласила пройти. Осмотр был болезненным. Когда врач увидела мой живот, чуть не потеряла сознание.

— Девушка, что с вами? Я должна вызвать полицию! — Я остановила ее.

— Нет, тот, кто это сделал, уже наказан. Просто скажите, что со мной.

— Ваша матка сильно повреждена. Вы молоды, но детей иметь не сможете. УЗИ показало, что у вас были беременности, но они прерывались. Это очень печально. Мне вас жаль. —Слезы текли по щекам.

— Меня не нужно жалеть.— Я вытерла слезы и, сбросив с себя налет скорби, вышла.

Натянув на лицо маску холодности, я направилась к дому. Охрана следовала за ней по пятам. Ее била дрожь.

В гостиной, заполнив все пространство, сидели Виктор, Сэм и другие. Желание уйти охватило меня, но одна девушка преградила путь.

— Не хотите ли к нам присоединиться?

— Откажусь. У меня дела.

Я направилась в комнату, где, обессиленная от бессилия, рухнула на пол.

— Лучше бы я умерла! Не хочу такой жизни! — В этот момент зазвонил телефон. Марк.

— Привет. Ты скоро будешь дома?

— Скоро. Заехал в ресторан за пастой и салатом. Тебе что-нибудь еще взять?

— Нет. Жду тебя. — Слезы хлынули с новой силой.

Я умылась, подправила макияж, надела платье. Приняв таблетки, спустилась вниз.

— Скоро приедет Марк. —Я ушла на кухню, прильнув к окну.

— Сара. — Это был Виктор.

— У тебя что-то болит? Как поездка? — Его слова отозвались эхом врачебных прогнозов.

— Нет, все хорошо. Прописали витамины. — Мне кажется, что он не поверил.

— Наши одноклассники идут в клуб. Мы с ними. Пока!

Через полчаса приехал Марк.

— Привет. Как дела на работе?

— Привет, солнце. Все нормально. Что случилось?

— Ничего. Врач сказала, что не все так плохо. Но живот не восстановится до конца.

— Ты плакала. — Это было утверждение. — Не кусай губу. Дай мне руки. — Он обнял меня. Я прижалась, изливая горечь слез. — Помнишь, ты у меня самая сильная. Ты — королева. —Мы сели есть. Еда была превосходна, особенно паста.

— Я не смогу иметь детей. Никогда. — Марк замер. — Я была беременна не один раз, но были выкидыши. Не два и не три — больше. И даже после этого некоторые могут иметь детей, но не я. Мой организм не сможет выносить ребенка. —Я отвела взгляд, вновь оказавшись в его объятиях.

— Не плачь. У нас будут дети. Ты будешь лучшей мамой. — Я вскрикнула от боли. — Сара, посмотри на меня! Мы справимся вместе. — Он уложил меня спать.

МАРК

Слова Сары потрясли меня до глубины души. Я прекрасно понимал, что после такого чудо невозможно, но не мог представить, как ей жить с этой мыслью. А она держит все в себе — это невыносимо тяжело.

Сейчас она спит на мне, такая милая и безмятежная. Не верится, что это происходит. Мое солнце — самое сильное существо во вселенной. Мы справимся. Я знаю, как сильно Сара мечтает стать мамой, и она ею станет. Пусть отдыхает.

Сара начала ворочаться. Неужели ей больно? Или снится кошмар? Она прижалась ко мне еще сильнее, положив голову на плечо. Я гладил ее по спине, шепча ласковые слова. Она проснулась.

— Марк… Почему ты не спишь?— Я поцеловал ее в лоб.

— Я только проснулся. Спи дальше, котик, ты мало поспала. Или у тебя что-то болит? — Она покачала головой и прижалась еще ближе.

— Мне снился сон…— Ее голос звучал глухо, будто сквозь ткань моего плеча. Она редко рассказывала о своих снах. — Там я сидела в кабинете, рядом Анна и еще какие-то люди. На столе были планы и договоры. Я не поняла, что это было. Потом пришел ты и позвал меня куда-то… —Я удивился, но предположил, что ей просто снилась работа. — Мы вышли, и там было очень красивое помещение, похожее на кафе. А потом я проснулась. Что это было?— Я глубоко вдохнул. Она немного занервничала.

— Это была твоя мечта. Работа.— Сара приподнялась и села между моих ног, глядя мне в лицо.

— Ложись обратно! Тебе больно так сидеть! —Но она осталась на месте.

— Тогда можно я открою фонд и кафе? Деньги из него пойдут в фонд. Анна мне поможет. — Я улыбнулся.

— Да.

— А Дан?..

— Думаю, он одобрит. Всё будет в порядке. Хочешь, посмотришь помещение и сделаешь план работ? А я найду тебе сотрудников. — Она покачала головой.

— Я всё сама!

ГЛАВА 7

САРА

Мы еще немного поспали с Марком, наслаждаясь теплом друг друга, прежде чем он нежно поцеловал меня в лоб и уехал на работу. Перед уходом он разрешил мне зайти в его кабинет, если захочется. Я долго лежала, размышляя о предстоящем дне, прежде чем решила подняться.

В кабинете мой взгляд сразу же упал на новый ноутбук, сверкающий на столе. Глаза загорелись от любопытства. Уже вечерело, и я решила не тревожить Анну, хотя в голове крутились мысли о ней. У меня были подозрения, что она охотница за деньгами, но, с другой стороны, она почти ничего не тратила — только на продукты и витамины. Может, я ошибаюсь? В любом случае, я искренне рада за нее. Потом, как всегда, нахлынули другие мысли. Мысль о том, что я никогда не смогу стать матерью, пронзила меня, как острый нож. В такие моменты хочется содрать с себя кожу, убежать, спрятаться от самой себя. Но я стараюсь держаться — у меня прекрасная семья, любящий муж, и это уже огромное счастье.

Я открыла ноутбук и начала искать помещение под кафе. Это должно быть идеальное место — я представляла его в мельчайших деталях. Косметический ремонт, потому что я хочу сама продумать каждый уголок. Нежные пастельные тона, может быть, слоновая кость и лавандовые акценты. Колонны, придающие пространству элегантность, и живые цветы в высоких вазах — розы, пионы, гортензии. Но самое главное — вид. Он должен открываться на большую часть города, значит, помещение должно быть высоко. Возможно, даже двухэтажное кафе — первый этаж для гостей, второй для приватных встреч. И обязательно кабинет для меня и моих помощников — просторный, с большим окном и удобным рабочим столом. Это будет не просто кафе, а настоящий замок для принцесс, место, где каждая гостья почувствует себя особенной.

Я нашла два помещения в одном здании — одно на 12-м этаже, другое на 13-м. Если купить оба, можно сделать внутреннюю лестницу, соединив их в единое пространство. Представляю, как это будет выглядеть… Завтра обязательно поеду посмотреть. Взглянув на время — уже час ночи.

Вдруг с первого этажа донеслись крики. Я насторожилась и вышла в коридор, прислушиваясь.

— Где они?! Вы хоть понимаете, что они несовершеннолетние?! Я поубиваю вас, пока вы их не найдете! Пошли вон! — Это был Даниэль. Его голос звучал так яростно, что мне стало немного страшно, хотя я понимала — его гнев направлен не на меня.

— Даниэль, я знаю, где они, — тихо сказала я, спускаясь по лестнице. Он резко поднял голову, его глаза пылали. — Они в клубе с одноклассниками. Когда я пришла домой, они были у нас и смотрели какой-то фильм, а потом уехали. — Даниэль тяжело вздохнул, и вдруг его взгляд изменился — в нем появилась холодная решимость. Не сказав ни слова, он стремительно вылетел из дома, хлопнув дверью так, что я даже пошатнулась от порыва воздуха.

Я решила вернуться в комнату — завтра будет сложный день, а мне нужно отдохнуть. Марка все еще не было, но это нормально — у него много работы, он консильер, его часто задерживают.

Но как только я переступила порог спальни, мне стало плохо. Ноги подкосились, и я упала на колени, схватившись за грудь. В голове всплыли картинки из прошлого, голоса, которые я так старалась забыть.

«Ты опоздала. Нехорошо… Сейчас будет наказание». «Сегодня попробуем новое. А если будешь сопротивляться — будет двойное». Я задыхалась. Сердце бешено колотилось, в ушах звенело. Не помня как, я спустилась в сад, жадно глотая воздух. Без Марка я не смогу зайти в комнату. Нужно дождаться его… Вдруг кто-то коснулся моего плеча. Я резко отпрянула, обернувшись — передо мной стоял Дарк.

— Ты в порядке? — спросил он, слегка нахмурившись. — Я видел, как ты спускалась вниз… Ты выглядела так, будто тебе плохо. — Я посмотрела на него, и мне стало еще хуже — я забыла выпить таблетки, а они в комнате. Черт!

— Я в порядке, но… могу попросить тебя кое о чем? — Он кивнул. — Принеси, пожалуйста, мои таблетки из спальни. Они лежат на тумбочке. — Дарк изучающе посмотрел на меня.

— А ты?— Я не могу сказать ему, что боюсь заходить туда.

— Ноги болят… Не смогу подняться по лестнице. — Он ушел, а я опустилась на ступеньки веранды. Ноги действительно болели, но не настолько, чтобы не подняться. Проблема была в голове. Я даже в собственную спальню зайти не могу… Я жалкая. Если кому-то сказать — просто отмахнутся, назовут дурочкой. Дарк вернулся с таблетками и стаканом воды. Я слабо улыбнулась. — Спасибо… А ты не знаешь, когда Марк вернется? — Он задумался.

— Слишком много работы, да еще проблемы. Скорее всего, только вечером. А может, и завтра.

— Это плохо.

Я не смогу заснуть одна в этой комнате. Но, может, лягу в кабинете? Там есть диван и плед… Я кивнула и попрощалась. Было уже поздно, а завтра предстоял трудный день. Я уже дала объявление о наборе персонала — если помещение понравится, можно будет начинать работать. Поднявшись в кабинет, я устроилась на диване. Он был жестковат, но лучше, чем ничего. Укрывшись пледом, я начала думать о Марке, о жизни, о будущем кафе… И незаметно заснула.

Я проснулась от резких звуков, доносящихся снизу. Ночь прошла относительно спокойно, но теперь все тело ломило, а спина горела, будто после долгой тряски в машине. Я с трудом поднялась, выпила таблетки и медленно спустилась вниз, прислушиваясь к голосам.

— Где Сара?! Она не могла уйти, она была дома! Марк нас просто убьет! — Это кричал Дан. Его голос звучал так отчаянно, что у меня ёкнуло сердце. Почему они меня ищут?

— Он уже едет сюда!

— Сейчас же еще рано… Что случилось? — пробормотал кто-то в ответ.

— Я видел ее ночью, а потом она пошла спать. — Не выдержав, я вышла в зал.

— Доброе утро. А почему вы меня ищете? — спросила я, окидывая всех удивленным взглядом. Дан резко обернулся, его лицо выражало смесь облегчения и раздражения.

— Сара?! Ты где была?! — он почти выкрикнул это. — Марк не мог дозвониться, он уже с ума сходил, что ты не берешь трубку! — Его тон был резким, почти агрессивным. Я моргнула, пытаясь осознать ситуацию.

— Я спала, а телефон, скорее всего, забыла в комнате. Была же ночь… Зачем Марк звонил? — Дан тяжело выдохнул, проводя рукой по лицу.

— Я не знаю, но он хочет… — Он не успел договорить.

— Где Сара?! — Голос Марка прозвучал как гром среди ясного неба. Я обернулась и увидела его в дверях. Он замер, его напряженные плечи наконец опустились, и он быстро подошел ко мне, взял мое лицо в ладони и поцеловал в лоб. — Почему ты не отвечала на телефон? Я очень волновался. — Я посмотрела на него, и в моих глазах читалась мольба. — Оставьте нас, пожалуйста. — Остальные без слов вышли. Как только дверь закрылась, я опустила взгляд.

— Я спала в кабинете. Не могу быть в комнате, когда тебя нет. — Мои пальцы нервно сжали край рубашки. — Я знаю, что дура и сумасшедшая, что не могу зайти туда одна… Когда я попыталась, мне стало плохо, я не могла дышать. Вот и решила переночевать в кабинете. А телефон, наверное, остался в комнате. — Я подняла глаза. — Уже все хорошо? — Марк притянул меня к себе так крепко, что у меня перехватило дыхание.

— Все хорошо, любимая. — Я отстранилась, удивленно глядя на него.

— Что ты сейчас сказал? — Он уставился на меня, будто сам не ожидал этих слов.

— Все хорошо, любимая. — Он медленно повторил, и в его глазах появилась теплая нежность. — Я не могу свою жену не называть любимой. Я же уже говорил, что ты мой лучик солнца и все для меня. — Мое сердце забилось чаще. Я смотрела на него с восхищением, а он вдруг перевел разговор: — Я вспомнил, что ты вчера выбирала помещения для кафе. Ну и как? — Мои глаза сразу загорелись.

— Да! Можно я поеду посмотреть? Если понравится, сразу найму сотрудников. — Марк мягко остановил меня, положив руку на мое плечо.

— Тише, Сара, милая. — Его голос стал серьезным. — Я договорюсь, и ты посмотришь помещение и персонал, но с охраной. И если что-то пойдет не так — сразу зови их. Не должно быть повторения истории с больницей. — Я замерла, переведя взгляд в окно.

— Прости меня… прости. Я больше не подниму эту тему. — Когда я снова посмотрела на Марка, он стоял на коленях передо мной. Кому сказать, что самый опасный мафиози стоит на коленях перед девушкой? Закоснеют и не поверят. Я потянула его за руки, пытаясь поднять.

— А никто, кроме нас, не знает про мои проблемы? — прошептала я, не решаясь назвать это вслух.

— Братья знают только то, что случилось в первый день, и эта информация никуда не утечет. А про наши отношения не знает никто. — Он снова поцеловал меня в лоб.

— Спасибо… дорогой. — Марк застыл в ступоре, а потом его глаза вспыхнули.

— Сара… — Я закрыла ему рот ладонью и быстро направилась на второй этаж. Он последовал за мной. — Мы должны зайти вместе. — Марк взял меня за руку и повел в комнату. Будто я не была здесь несколько часов назад…

Я переоделась в черный костюм и боди с алыми акцентами. Как всегда — стильно, строго, но с намеком на дерзость. Губы под цвет украшений. В зеркале я выглядела как ангел смерти… только очень сексуальный.

— Сара, ты хочешь меня убить? — Я обернулась — в дверях стоял Марк, его взгляд скользил по мне с явным восхищением. Я улыбнулась.

— Тебе нравится? — Сегодня я чувствовала себя лучше — боли не было, и я двигалась легко.

— Конечно. Ты самая красивая. — Он сделал паузу, затем добавил: — Тебе бы еще каблуки… — Я удивленно подняла бровь, а он уже вернулся с коробкой в руках. В ней лежали черные босоножки на изящном каблуке. — Дай ногу. — Я засмеялась, но протянула ногу. Марк аккуратно обул меня, его пальцы слегка коснулись кожи, отчего по спине пробежали мурашки.

— Теперь ты дьявол любви. — Он поднялся и взял мои руки в свои. — Давай я тебя довезу. Пообещай, что с тобой все будет хорошо.

— Клянусь, — ответила я с улыбкой.

— Только, пожалуйста, сделай так, чтобы из-за Холодной Леди мне не пришлось убивать всех мужчин в округе. — Я рассмеялась, а он поцеловал меня в лоб, и мы вышли.

Помещение оказалось идеальным — настоящий рай для кафе. Просторное, с уже оборудованными кабинетами и шикарным видом на город.

— Я покупаю, — сказала я, переключившись на рабочий тон. Голос стал холоднее, четче. Думаю, именно из-за этого меня побаиваются.

— Хорошо, давайте подпишем договор. И это помещение будет вашим. — Мы прошли в кабинет. Я внимательно прочитала каждый пункт — все чисто. Вряд ли кто-то захочет проблем с семьей Холтер. Позвонила Анне. Она искренне обрадовалась за меня, и уже через час начали приходить первые соискатели.

— Заходите! — В кабинет вошла девушка на высоких каблуках, в черной мини-юбке и полупрозрачной рубашке. Если я правильно помню, шлюх я не заказывала. Она бросила сумку на стол и уселась напротив, вызывающе скрестив ноги.

— Я пришла устраиваться администратором. — Мое лицо осталось бесстрастным, но внутри все закипело.

— Вам отказано. Можете идти. — Она уставилась на меня с ненавистью.

— Вы даже не выслушали! Хамка! — С этими словами она вылетела из кабинета. Следом зашел молодой человек. При виде него внутри все сжалось, но лицо осталось ледяным.

— Здравствуйте, я хотел бы работать архитектором. — Он показал свои работы и рекомендации. Талантливый, профессиональный…

— Вы приняты. — Я протянула визитку. — Вот телефон. Позвоните этому человеку — это моя правая рука. — Он кивнул и вышел. Так, один за другим, я набрала целый штат сотрудников. Все — приличные, компетентные, без лишних намеков. Неплохое начало.

Когда мы выходили из здания, мой взгляд уловил знакомую картину из самых страшных кошмаров. У стены стоял мужчина, грубо хватая за руку молодую девушку. Она сопротивлялась, ее лицо было мокрым от слез, а голос дрожал, когда она умоляла о помощи. Я замерла. Должна была почувствовать страх. Должна была вспомнить боль. Но вместо этого во мне вспыхнула ярость — горячая, всепоглощающая.

— Отпусти девушку! Быстро! — Мужчина обернулся, его наглый взгляд скользнул по мне. Он усмехнулся, но тут же нахмурился, увидев мое лицо. Во мне бушевал огонь. Где-то глубоко, под слоями гнева, шевелились страх и боль, но они были раздавлены, подавлены злостью.

— Ты кто такая, чтобы мне указывать? — Он оттолкнул девушку, и та тут же бросилась прочь. Я подошла ближе. Он занес руку для удара, но я ловко перехватила ее, резко вывернув кисть. — А-а-а! Отпусти! У тебя будут проблемы! — Он согнулся, пытаясь вырваться, но я сильнее надавила, и он с грохотом рухнул на колени.

— Нет! В этом городе я — власть! А ты молись, чтобы попал в рай! — Мои пальцы дрожали. В голове звенело. Я не понимала, почему мне так хочется видеть его кровь. Он что-то бормотал, но я уже не слушала. — Пистолет! — Рука сама потянулась назад. Один из охранников без лишних слов вложил в нее холодный металл — уже заряженный, готовый.

— Прошу, не надо! Я ничего не сделал! — Я рассмеялась. Смех вырвался истеричный, чуждый даже мне самой.

— Последнее, что ты услышишь. Сара Холтер — твой суд. — Выстрел оглушил тишину. Тело мужчины рухнуло на землю. Я стояла, глядя на него, и ждала. Ждала раскаяния, ужаса, хоть чего-то… Но внутри было только пустое, холодное спокойствие. — Уберите это. И мы едем домой. — Охранники молча кивнули, а остальные расступились, глядя на меня так, будто видели саму смерть. Я не понимала своих эмоций. Они были странные, чужие. Как будто меня наконец отпустили.

Я не помнила, как оказалась дома. Сознание вернулось только тогда, когда я уже сидела у входной двери, спиной прислонившись к стене. Глаза смотрели в пустоту. Мне не было жаль. Не было боли. Было… облегчение. Но это же неправильно.

— Сара, всё хорошо? — Голос Дана вывел меня из оцепенения. Я медленно подняла на него взгляд — пустой, безжизненный — и снова уставилась в пол.

— Я… убила человека. — Только сейчас это осозналось.

— Что?! — На лестнице замерли остальные. Все, кроме Дана и Марка. — Сара, что ты сделала? — Я снова посмотрела на них тем же пустым взглядом.

— Убила человека. Выстрелила в лоб. — Голос звучал ровно, будто это была не я. — Только я не поняла, как это вышло. — В голове всплывали обрывки воспоминаний. Крик. Выстрел. Кровь. Я — убийца. И самое страшное — мне это принесло удовольствие. Я закрыла лицо руками, поджав ноги. Слёз не было. Не хотелось ни плакать, ни кричать. Дверь резко распахнулась, и я едва не упала, но чьи-то сильные руки подхватили меня.

— Сара, что-то болит? Почему ты тут сидишь? — Марк. Я подняла на него глаза. Он не понимал моего выражения.

— Привет. А я убила человека. В гневе. И даже страха не было. — Губы дрогнули. — А самое главное — я почувствовала облегчение. — Его лицо в этот момент стоило бы сфотографировать.

— Теперь в этом доме живут только убийцы, — сухо бросил Дарк. На него тут же обрушились гневные взгляды. Я встала.

— Я устала. Пошли в комнату.

— Расскажи мне всё. — Марк сидел рядом, пока я дрожащим голосом описывала произошедшее. А потом… Потом я заплакала. — Тише. Ты всё правильно сделала. — Его рука легла на мой живот, и вдруг я почувствовала странную тяжесть внизу. — У тебя ничего не болит? — Я покачала головой, но Марк уже пристально смотрел на меня. — Что-то не так?

— У меня от твоих прикосновений… как будто тяжесть внизу живота. — Его глаза вспыхнули. Взгляд стал хищным, тёмным. Мне стало немного страшно, но лишь на мгновение — я знала, он не причинит мне вреда. — Марк, что это? — В ответ он опустил руку ниже, сжав моё бедро. — А-ах! — Я застонала, не ожидая такого.

— Это возбуждение. — Его голос стал низким, густым. — Давай я заберу все твои страхи. Будем немного исследовать твоё тело, хорошо? — Я не знала, что ответить, и просто кивнула. — Произнеси это. — Он снова сжал бедро, и волна тепла разлилась по телу.

— Д-да…

— Теперь спокойно ложимся на кровать. — Марк медленно, аккуратно снимал с меня одежду. Каждое прикосновение было нежным, но от этого только сильнее кружилась голова.

— Мне хорошо. И не страшно. Продолжай. — Я застонала, когда его пальцы скользнули по рёбрам. Почему от простых прикосновений так… Но вдруг — резкий толчок в памяти. Тени. Голоса. — Остановись, пожалуйста! — Я дёрнулась, сползая с кровати. Тело дрожало.

— Солнце, посмотри на меня. — Я отвернулась. — Всё было хорошо. Я бы ничего без согласия не сделал. Я же говорил. А теперь повернись ко мне. — Руки прикрывали грудь, но я послушалась. — Солнце, у меня есть выдержка. Всё было бы хорошо. Только не плачь. Твои слёзы меня убивают. — Он вздохнул. — Мы сегодня и так много сделали. Давай ты сейчас пойдёшь переодеваться, и мы поспим. Только не закрывайся от меня. Если ты будешь готова — попробуем снова. Я не заставляю. Я хочу помочь. Просто говори мне всё. Особенно свои чувства. — Я кивнула, но дрожь не проходила.

В гардеробной я надела пижаму и упала на матрас. Слёзы текли сами. Всё тело ныло, а в голове был хаос. Я закусила губу, чтобы не всхлипывать громко, и отвернулась, закрыв глаза.

— Ложись ко мне. Будет легче. — Я не могла пошевелиться. — Сара, что с тобой? — Марк осторожно повернул меня к себе. Слёзы не останавливались. — Милая, не плачь. Всё хорошо. — Я не сдерживалась больше. Прижалась к его груди, рыдая.

— Мне плохо… очень… Я всё испортила…

— Успокойся. Ты самая красивая и сильная девушка. Давай поспим, а завтра видно будет. Только ложись на меня — будет легче. — Но я не могла даже повернуться.

— Я не могу… очень больно. Марк, принеси таблетки, пожалуйста? — Он вернулся с водой и таблеткой. Я выпила, и он осторожно уложил меня на себя.

— Сара, если тебе больно, можешь лечь по-другому. Как удобно. — Я вытянула одну ногу, устроившись полубоком.

— Можно так? Мне так удобно. — Он кивнул, гладя меня по спине. Постепенно дыхание выровнялось.

— Давай засыпай. И я тоже. — В тот раз кошмары не пришли.

МАРК

Первое, что увидел – спящую Сару. Её дыхание было ровным, губы слегка приоткрыты, а ресницы трепетали, будто ей снился лёгкий, приятный сон. Я не смог сдержать улыбку и нежно поцеловал её в макушку, вдыхая слабый аромат её шампуня. Сегодня была отличная ночь. У Сары не было кошмаров. Это уже победа. Но мысль о том, что сегодня она снова идёт на работу, заставила мои мышцы напрячься. Меня это бесило, хоть я и понимал – её кафе помогает ей справляться с прошлым.

— Доброе утро, сегодня была прекрасная ночь, — прошептала Сара, потягиваясь, как кошка. Я поймал её руку и поцеловал костяшки пальцев, чувствуя, как её кожа теплеет под моими губами. В этот момент в дверь постучали.

— Заходите! — Сара попыталась встать, но я не позволил, мягко прижав её к матрасу. В комнату заглянул Сэм.

— Ой, вставайте уже! Мы сегодня завтракаем все вместе, — бросил он и тут же исчез, хлопнув дверью. — Сара неловко повернулась, и её пальцы случайно скользнули по моему возбуждению. Я стиснул зубы, стараясь не застонать.

— Ой, извини! — её глаза расширились, и она тут же отвела взгляд, щёки вспыхнув румянцем.

— Тише, всё хорошо. Я ничего тебе не сделаю. Так у каждого мужчины по утрам, — я приподнялся, собираясь в душ, но Сара вдруг схватила меня за руку.

— Давай я тебе помогу… — Я замер, изучая её лицо. Её щёки горели, но в глазах читалась решимость.

— Не нужно. Мы только начали, и это уже слишком. Ты пока не готова. — Но Сара повернулась ко мне полностью и потянула руку под мои штаны. Чёрт, она сводит меня с ума. — Сара, не шути… — мой голос прозвучал хрипло. Она не остановилась. Её пальцы осторожно обхватили меня, и я застонал, когда она начала двигать рукой. Она наблюдала за моей реакцией, её глаза блестели от любопытства и чего-то ещё… — Только не останавливайся, прошу… — Вторая её рука скользнула по моему торсу, и я понял, что ещё пару минут – и я кончу, как мальчишка. Так и случилось. Сара округлила глаза, когда я напрягся, сжимая простыни. — Сара, иди в ванну, — выдохнул я. Она послушно кивнула и исчезла за дверью. Я уставился в потолок. Что это было? Я, Марк Холтер, кончил от простых прикосновений, как неопытный пацан. И самое странное – у меня давно не было секса. Потому что я хочу только одну женщину. И это Сара. Господи, помоги мне.

Когда я переоделся в чёрные брюки и белую рубашку, Сара уже ждала меня в гардеробной. На ней было облегающее чёрное платье, подчёркивающее каждый изгиб её тела.

— Ты опять выглядишь как искусительница? — я не смог сдержать ухмылки. Она рассмеялась, но потом закатила глаза.

— А ты как бог? И на тебя сегодня будут смотреть все девушки в округе. — Я подошёл и обнял её сзади, прижавшись губами к её уху.

— Но у меня есть любимая жена. — Она обернулась, и в её глазах я увидел то, что мы оба ещё не решались произнести вслух. — Нас уже ждут, пошли.

За столом не было Дарка.

— Где он? — Братья переглянулись, и на их лицах появились ухмылки.

— Это история года. Начнём: сегодня где-то в час ночи он пришёл домой, но не один, а с девушкой. Когда они поднялись наверх, оказалось, что она блондинка и… без груди. — Сэм фыркнул. — Ты бы видел, как Дарк разозлился! Он её вышвырнул, вызвал кого-то, а когда я пошёл его будить, из комнаты доносились стоны и крики «Отстань, скоро буду». — Я заметил, как Сара опустила голову, но потом украдкой посмотрела на меня. Я подмигнул, давая понять – она тоже не без греха. Мы начали завтрак, обсуждая рабочие вопросы, но тут Дан неожиданно сказал:

— Скоро у твоего дяди день рождения. Мы все приглашены. — Сара слегка напряглась. — Мы не поедем все. Слишком большой риск. Давай поеду я, Сара и Дарк. Может, хоть это его отвлечёт.

В этот момент в столовую вошёл сам Дарк. С девушкой. Хотя её сложно было так назвать.

— Это мои братья и Сара, — он кивнул в нашу сторону, а потом представил свою спутницу: — А это Лейла. — Она была брюнеткой с пышной грудью, но я тут же отвел глаза на Сару. Её реакция меня удивила.

— Я её знаю, — прошептала она, наклоняясь ко мне. — Она приходила устраиваться на работу, но я ей отказала. Потому что проституток не беру. — Я мягко поднял её подбородок.

— Ты не проститутка. Ты моя жена. Сара Холтер. — Она улыбнулась, но тут же нахмурилась, когда Дан громко заявил:

— Она не будет сидеть с нами за одним столом. — Он шлёпнул Лейлу по заднице, что-то прошептал, и та тут же исчезла.

— Всем приятного аппетита! — Дарк выглядел довольным, как кот, слизавший сливки.

Мы ничего не обсуждали, просто завтракали как обычная семья. После завтрака мы с Сарой вышли к машине.

— Нам уже пора. — Она кивнула, но в её глазах читалось беспокойство.

— Давай сегодня поработаешь со мной?

— Будет хорошо. Я всё равно пока не могу быть в кафе – там парни. Я ещё не готова. — Я стиснул зубы, но промолчал. Ради неё я готов терпеть. Когда мы сели в машину, Сара отвернулась к окну.

— Что-то случилось? — Я волновался. Слишком много всего произошло за последние дни.

— Марк, я должна извиниться за вчерашнее. Это не должно было случиться. Я знаю, тебе нелегко… А тут ещё я со своими проблемами. Ты хотел меня, но мои страхи только усилились. — Я закрыл ей рот пальцем.

— Мы вчера всё решили. Ты – большая молодец. Мы сделали огромный шаг. Особенно утром. — Она отвернулась.

— Тебе не понравилось? Я тупица. Ты взрослый мужчина, тебе нужно тело, чтобы удовлетворить… — Я резко остановил машину и повернул её лицо к себе.

— Ты что такое говоришь?! — мои пальцы сжали её подбородок. — Ты была просто не готова. Слишком большой шаг. Сначала ты должна полюбить себя и своё тело, а потом уже моё. Вчера мы добились успеха. И сегодня утром тоже. — Она смотрела на меня, качая головой. — А хочу я только тебя, моя малышка. — Её глаза наполнились слезами. — Почему нет? Мне всё понравилось. Ты у меня самая лучшая. — Я прижал её ладонь к своей груди. — Мы должны ещё кое-что попробовать. Ты будешь готова? — Она кивнула.

— Тебе правда понравилось? — Почему она мне не верит?

— Правда. Только правда. Но ты должна рассказывать мне о своих чувствах. — Её взгляд скользнул вниз, и она вдруг ухмыльнулась.

— Марк… Ты опять хочешь меня? — Мой член снова был наготове. Чёрт!

— Дай руку. — Она неуверенно протянула ладонь, и я положил её себе на колено. — Да, я хочу тебя. Всегда. И только тебя. — Её пальцы дрогнули. — Но помни – я никогда не сделаю тебе больно. А теперь поехали. Работа ждёт. — Но в этот момент у Сары зазвонил телефон.

— Слушаю… — её голос стал деловым. — Меня не будет. Скидывайте всё на почту. — Она бросила трубку и вдруг промурлыкала:

— Сегодня была прекрасная ночь. И утро… очень понравилось. — Господи, дай мне сил. Если она ещё раз так скажет, я кончу просто от её голоса.

— Милая, не говори таким тоном… — я прикусил губу. — Лучше расскажи, что ты чувствовала утром. — Она задумалась.

— Был небольшой страх, но он быстро прошёл. А потом… лёгкость. И наслаждение. — Последнее слово она произнесла нарочито медленно.

— Сара, если ты ещё раз так скажешь, я не сдержусь. — Она заерзала на сиденье. Я тут же остановил машину. — Солнце, тебе что-то болит? — Но когда она подняла на меня глаза, я понял всё. Её взгляд был полон похоти, а лицо пылало. Она передвинула наши руки… себе на бедро. Откуда у неё такая смелость?!

— Марк… Я хочу тебя. — Её голос звучал как молитва. Я не выдержал. Моя рука скользнула выше, под платье. Она вся мокрая. Это первый раз, когда она возбуждена настолько. — Я хочу тебя, Марк… — она застонала, когда мои пальцы нашли её складки. Я начал водить по ним, чувствуя, как её тело дрожит. — Ещё… пожалуйста… — Я не мог ей отказать. Один палец вошёл в неё, и она выгнулась, впиваясь ногтями мне в плечо. — Марк… — Её соски затвердели под тонкой тканью платья, и я не удержался, начал прокручивать их второй рукой. Когда она кончила, её глаза стали стеклянными, а губы приоткрылись. — Марк… — она выдохнула. Это был её первый настоящий оргазм. Я попробовал её соки на пальцах. Сладкая… Потом она посмотрела на мой член. — Можно я тебе доставлю удовольствие? — Я знал, что она не готова.

— Ты и так зашла слишком далеко. Давай вечером попробуем? — Она покачала головой.

— Пожалуйста… — Её голос дрожал. Чёрт, она сводит меня с ума.

— Очень хочу. Но твои страхи…

— Пожалуйста! — Она уже двигалась ко мне. Я откинул сиденье, и она опустилась передо мной на колени. — Только помоги мне… — Её неуверенность сводила меня с ума.

— Расстегни ремень и ширинку. — Её пальцы дрожали, но она послушалась. — Спусти штаны. — Когда она увидела мой размер, её глаза округлились. — Начинай. Только аккуратно с зубами.

Её губы коснулись меня, и я зашипел. Она лизала и сосала медленно, будто пробуя. Так ни одна шлюха не делала.

— Если не хочешь глотать, остановись. — Но в её глазах вспыхнул огонь, и она ускорилась. — Чёрт!

Я кончил быстрее, чем ожидал. Она проглотила, а я стёр остатки с её губ. Лучший минет в моей жизни. Она застегнула мои штаны и вернулась на своё место, красная, как помидор. Я завёл машину, а она вдруг протянула мне руку. Я поцеловал её пальцы и переплёл их со своими.

— Я слишком далеко зашла?

— Да. Но ты была неотразима. — Я улыбнулся. — Давай приедем, и ты поспишь. Ты — самая смелая. И мой лучик солнца. — Она поднесла руку к своим губам.

— Мне понравилось. С тобой я чувствую себя… живой.

В офисе я проводил её в комнату.

— Поспи. Я разбужу тебя позже. — Она кивнула и закрыла дверь. Сегодня у меня важные встречи. Но всё, о чём я могу думать — чтобы ей не снились кошмары.

«Она самая сильная»

ГЛАВА 8

САРА

Я решила лечь спать, а потом поработать. Голова гудела от усталости, но мысли всё равно не хотели успокаиваться. Из кабинета доносились приглушённые голоса и стук клавиатуры — значит, Марк всё ещё работал. Я укуталась в одеяло, вдыхая его запах с подушки, и незаметно провалилась в сон. Проснулась я от нежных прикосновений. Тёплые пальцы осторожно гладили мою щёку, разгоняя остатки сна.

— Милая, вставай. Тебе много писем пришло. И прошло уже три часа — ты выспалась? — Голос Марка звучал тихо, почти шёпотом. Я приоткрыла глаза и увидела его склонившимся надо мной. Его тёмные волосы были слегка растрёпаны, а в уголках глаз собирались лучики морщинок — значит, он тоже устал.

— Да… Я могу выпить чай? — мой голос прозвучал хрипло от сна. Он кивнул и вышел, а я потянулась, ощущая приятную тяжесть в мышцах. Сегодня не было кошмаров. Это уже победа. Я поправила волосы, смахнула невидимые пылинки с платья и направилась в кабинет. Марк сидел за столом, уткнувшись в документы. На мониторе горели какие-то графики, а перед ним стояла уже остывшая чашка кофе.

— Сейчас принесут чай. Садись, только… — он взглянул на меня, и в его глазах мелькнуло сомнение. — У меня сегодня много совещаний, и все в кабинете. Мы не помешаем тебе? — Значит, будет много мужчин. Мои пальцы непроизвольно сжались, но я заставила себя улыбнуться.

— Всё хорошо. Я сегодня спала без кошмаров — это же хорошо. — Он кивнул и поцеловал меня в лоб. Его губы были тёплыми и чуть шершавыми от усталости. В этот момент дверь открылась, и в кабинет вошла… ну, я даже не знала, как её назвать. Секретарша? Администратор? Соблазнительница? У неё были расстёгнуты почти все пуговицы на блузке — кроме последней. И мне одной кажется, или она действительно без лифчика? Я перевела взгляд на Марка. Он просто потер переносицу, будто пытался стереть начинающуюся головную боль.

— Я принесла чай, — её голос звучал нарочито высоко, почти пискляво. Марк молча указал на меня. Женщина повернулась, и её взгляд скользнул по мне — оценивающий, яростный. Я встретила его ледяной маской своего «холодного» лица, и она тут же опустила глаза. Но наглости ей было не занимать. Она поставила чашку на стол и намеренно наклонилась, да так, что декольте оказалось в паре сантиметров от лица Марка.

— Можете быть свободны, — мой голос прозвучал тихо, но в нём было столько металла, что она дёрнулась. Она выскочила из кабинета, как ошпаренная. Я подошла к Марку и села перед ним на колени.

— Что это было? Почему она полуголая заходит к тебе? — Он попытался приподнять меня.

— Вставай, тебе же больно так сидеть. Сара! — Но я не двигалась. Вместо этого мой взгляд скользнул вниз, к его паху. Ого.

— Я поняла, — я спокойно встала и вернулась на своё место, делая глоток чая. — Это тебя возбуждает. Возьму на заметку. — Марк что-то пробормотал под нос, а потом посмотрел на меня так, что у меня по спине побежали мурашки.

— Это ты меня возбуждаешь. — Я покраснела. — Ты села на пол, и это выглядело чертовски сексуально, особенно в этом платье. И твои щёки… — он провёл пальцем по моей горящей коже, — …выдают твоё смущение. — У меня в животе запорхали бабочки, а по коже побежали мурашки. — За этот случай я извиняюсь. Я не должен был такое позволять. Но зачем тебе это брать на заметку? — Я залилась румянцем ещё сильнее.

— Я буду так дома ходить. — Марк прошептал что-то, похожее на молитву — хотя я точно знала, что он не верил в Бога.

— Ты хочешь меня свести с ума. Ты же богиня разврата и искусительница. — От этих слов по моему телу разлилось тепло, и я невольно застонала. Его голос сводил меня с ума. — Ты не будешь так ходить по дому, потому что тогда я не смогу уехать на работу. И не сдержусь. — Его пальцы впились в подлокотники кресла. — А ещё у нас полный дом озабоченных парней. Они тебя не тронут, но будут вспоминать в самых эротичных снах. — Я опустила голову, но внутри бушевал странный огонь. Уверенность, желание, власть — всё смешалось в один клубок.

— Почему у меня так много уверенности? — Марк задумался, его глаза потемнели.

— У тебя это появилось после убийства. — Он был прав. После этого я почувствовала, как что-то внутри переключилось. Как будто я наконец отпустила старые цепи. — Тебе нужно было это. Даже из-за этого ты решила помогать девушкам, которые подвергаются насилию. — Я посмотрела на него, и вдруг слова сами вырвались наружу:

— Я никому не дам пережить то, что пережила сама. — Голос дрогнул. — Когда я в нашем доме… я хочу жить. А прошло так мало времени. Вы спасли меня из ада и подарили новую жизнь. Я бы просто… умерла. — Марк поцеловал меня в лоб, а потом… в губы. Я замерла. Его губы были тёплыми, чуть грубоватыми. Я невольно приоткрыла рот, и его язык тут же проскользнул внутрь. Это была борьба — за каждый вздох, за каждый стон. Нам не хватало воздуха, но мы не могли остановиться. — Ах! — я оторвалась, глядя на него глазами, полными похоти. — Ты украл мой первый поцелуй. — Марк услышал.

— Значит, сегодня мы можем зайти немного дальше? — Я посмотрела ему прямо в глаза.

— А может, дальше? — Его следующий поцелуй был требовательным. Жёстким. В нём не было места сомнениям. — Мне кажется, я готова. Страхи ушли. Нужно жить настоящим, а не прошлым. — Марк задумался. Я испугалась — что-то не так? Но он лишь кивнул и откинулся в кресло. У него тоже были свои скелеты в шкафу.

— Сейчас будет совещание. Если хочешь, можешь пойти поработать в комнату. — Я покачала головой и подарила ему улыбку. Я останусь.

Я углубилась в проверку почты, просматривая планы и отчёты, которые прислала Анна. Её проект был действительно прекрасным — всё продумано до мелочей, цифры сходились, а финансовые прогнозы выглядели более чем оптимистично. В голове уже выстраивались планы по развитию, когда в дверь кабинета раздался резкий стук.

— Да! — Дверь открылась, и в кабинет вошли несколько мужчин и одна девушка. Они рассредоточились по комнате — кто-то устроился в креслах, кто-то прислонился к стене. Но что было действительно неприятно — так это их взгляды. Не все, конечно. Большинство просто смотрели на меня с профессиональным интересом, но один… Один из них — высокий, с холодными серыми глазами — разглядывал меня так, будто пытался мысленно снять с меня платье. Его взгляд скользил по моей шее, груди, бёдрам, и от этого по спине пробежали противные мурашки. Я стиснула зубы и опустила глаза в документы. Не обращай внимания. Работа важнее.

Марк начал совещание, его голос звучал уверенно и властно. Я лишь краем уха улавливала, о чём идёт речь — что-то про поставки, контракты, новые территории. Моё дело было проверить счета и финансовые отчёты, и я сосредоточилась именно на этом. Но этот взгляд… Он продолжал давить на меня, как физическая тяжесть. Я намеренно подняла голову и встретилась с ним глазами. Холодно, без эмоций. Он на секунду замер, потом усмехнулся и наконец перевёл взгляд на Марка. Слабак.

Совещание шло своим чередом. Я делала пометки, подписывала документы. Но большую часть времени просто работала, стараясь не отвлекаться. Настолько, что даже не заметила, как всё закончилось.

— Сара, мы уже закончили. — Голос Марка вывел меня из рабочего ступора. Я моргнула, оглядываясь по сторонам — кабинет уже пустел, сотрудники один за другим выходили, оставляя после себя смятые бумажки и пустые кофейные стаканчики.

— А, уже? — я потянулась, чувствуя, как затекли плечи. — Я заработалась. Можно я прогуляюсь в кафе на нижнем этаже? — Марк нахмурился, его пальцы постукивали по столу. Он явно был недоволен — то ли тем, что я так углубилась в работу, то ли тем, что хочу выйти одна. Но я знала, как его размягчить. — Я тебе тоже кофе возьму, — мои губы растянулись в самой милой, самой невинной улыбке, какую только могла изобразить. Сегодня было хорошее утро. Я почти не чувствовала боли — только лёгкую усталость в ногах и приятную тяжесть в теле после вчерашнего… воспоминания. Марк вздохнул, но его взгляд смягчился.

— Только будь аккуратней. Если что — звони. — Я кивнула, ловко подхватила сумочку и выскользнула из кабинета, прежде чем он передумал.

Коридор офиса был почти пустым. Только где-то вдалеке слышался смех и звон посуды — видимо, кто-то уже успел заказать обед. Я шла, наслаждаясь свободой, и даже не заметила, как из-за угла появилась она — та самая секретарша. На этот раз её блузка была застёгнута. Но взгляд…

— Проходите, — я вежливо посторонилась, но она не двинулась с места.

— Вы думаете, вам здесь место? — её голос был сладким, как сироп, но глаза… В них читалась чистая ненависть. Я медленно подняла бровь.

— А вы думаете, ваше — в этом кабинете? — Она замерла. Я не стала ждать ответа, просто прошла мимо, оставив её стоять с открытым ртом.

Кофе будет особенно вкусным сегодня. Кафе на нижнем этаже было переполнено. Люди толпились у стойки, разговаривали за столиками, смеялись. Я сразу заметила его — того самого парня с совещания, который смотрел на меня так, будто я была куском мяса. Он стоял в углу, прислонившись к стене, и его глаза снова скользили по моему телу.

— Здравствуйте, мне два кофе и круассан с миндалём, — сказала я барменше, стараясь не обращать на него внимания. Девушка за стойкой посмотрела на меня с лёгким страхом и быстро кивнула. Видимо, слухи о «Холодной Леди» уже разошлись по всему зданию. Я отвернулась, но тут почувствовала чьё-то присутствие рядом.

— Пойдём со мной? Ты очень горячая, — прошептал тот самый парень, нагло ухмыляясь. Я медленно повернула голову и одарила его таким ледяным взглядом, что он невольно отступил на шаг.

— Я замужем. — Мои слова прозвучали как предупреждение. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут подали мой заказ.

— Ваш кофе! — Я взяла поднос и развернулась, намеренно задев его плечом. Пусть знает своё место. Поднимаясь наверх, я случайно столкнулась с Дарком.

— Привет! Как дела? — он улыбнулся, но в его глазах читалось что-то нехорошее.

— Вот работаю, а у тебя как?

— Сегодня, типа, мы все идём в ресторан. Типа семейный ужин. А завтра улетаем. — Меня на секунду охватил страх. Завтра… Но Дарк, кажется, заметил моё напряжение. — Всё будет хорошо, мы же рядом. — Я глубоко вздохнула.

— Меня это и тревожит. Я не забыла, что произошло утром. Но, кстати, мне лучше. Уже нет кошмаров после убийства, и синяки проходят. — Я улыбнулась, и на душе действительно стало легче. Дарк фыркнул:

— Вот и славно, значит можно трахать шлюх где угодно. Ура! — Я лишь покачала головой. Его слова меня уже не удивляли.

Вернувшись в кабинет, я игриво промурлыкала:

— А вот и я! Ты соскучился? — Марк застонал:

— Ты меня сводишь с ума. И не говори таким голосом. — Я подошла ближе и сразу почувствовала его возбуждение.

— Марк! — Он притянул меня к себе, усадив на колени. Его твёрдый член упирался мне в бедро, и я невольно застонала. — Марк, я хочу тебя. — Его глаза вспыхнули.

— Ещё рано для секса. Давай просто будем исследовать тело. Тебе будет больно, если мы займёмся сейчас. — Я поцеловала его — робко, неуверенно.

— Давай попробуем. Я хочу этого. Главное — не будь груб со мной. — Мой второй поцелуй был смелее. Марк не выдержал — он подхватил меня и уложил на кровать.

— Не сдерживай себя. Я хочу тебя слышать! И говори все эмоции. — Я кивнула, уже теряя контроль. Его губы обжигали мою шею, а руки осторожно снимали одежду. Каждое прикосновение было нежным, будто он боялся меня разбить.

— Ах! — Я не могла сдержать стоны. Его пальцы скользили по моей груди, сжимали, кусали. Я выгнулась навстречу, чувствуя, как внутри всё сжимается от желания.

— Сара, ты слишком чувствительна. Может быть больно… — Но я только застонала в ответ. Его рука опустилась ниже, поглаживая бедро, а затем…

— Марк! — Я кончила почти сразу, содрогаясь в его объятиях. Но когда он вошёл в меня, боль пронзила тело. — Очень больно, Марк! — Он остановился, целуя мои слёзы.

— Потерпи немного… — Боль постепенно утихла, сменилась новыми ощущениями. Его движения стали увереннее, а мои стоны — громче.

— Марк! — Мы кончили почти одновременно. Он упал рядом, тяжело дыша. — Мне было хорошо. А тебе понравилось? — спросила я робко. Марк зарычал и поцеловал меня.

— Ты была великолепна. У тебя что-нибудь болит?

— Нет, всё хорошо. Давай собираться, а то у нас ещё работа. — Мы оделись и вышли… Прямо на всех братьев, сидевших в кабинете. Я тут же отвернулась, прижавшись к Марку.

— Что вы тут делаете? — его голос звучал раздражённо. Дарк ухмыльнулся. — Сара, ты можешь повернуться. Тут все свои. — Но я только сильнее прижалась к Марку, чувствуя, как горят щёки. — Ну как здоровье, Сара? Ничего не болит? — Дарк явно издевался. Марк обнял меня.

— Всё у неё нормально. Так что вы пришли?

— Да вот, пришли за вами — усмехнулся Дан. Я наконец повернулась, всё ещё красная, но уже улыбаясь.

— Хорошо, пошли. — И, взяв Марка за руку, повела его за собой.

Мы поехали в ресторан. Машина мягко покачивалась на поворотах, за окном мелькали огни ночного города, но я едва замечала их — мои мысли были заняты странным поведением Дарка и Сэма. Они переглядывались и бросали на меня взгляды, в которых читалось что-то между насмешкой и любопытством.

— Вы хотите что-то спросить? — наконец не выдержала я, подарив Дарку лёгкую улыбку, стараясь выглядеть спокойной.

Он усмехнулся, перекинул ногу на ногу и откинулся на спинку сиденья.

— Зачем нам что-то спрашивать, когда мы всё слышали? — его голос звучал нарочито невинно, но в глазах плескался явный подтекст.

Я почувствовала, как жар разливается по щекам, и снова покраснела.

— Но теперь мы можем устраивать групповой секс дома, — продолжил он, будто обсуждал погоду. — Ты тоже будешь принимать участие.

Мои глаза расширились. Я уставилась на него, не веря своим ушам.

— Даже может сегодня, — добавил Сэм, подмигнув. Сердце учащённо забилось. Я непроизвольно взглянула на Марка, ища поддержки, но в его взгляде читалось лишь спокойствие.

— Нет! Ты дебил? — резко выдохнула Марк. — Был строгий мой указ, что такого не будет! — Дарк лишь кивнул, будто ожидал такой реакции. Марк мягко погладил меня по руке, его прикосновение было тёплым и успокаивающим.

— Спокойно, ты ничего не сделала, — прошептал он так тихо, что только я могла расслышать.

Я кивнула, стараясь взять себя в руки, и отвернулась к окну. И тут увидела это. То, что мгновенно выжгло все остальные мысли.

— Останови машину! — мой голос прозвучал резко, почти как команда.

На меня уставились с недоумением.

— Останови машину! — повторила я, уже почти крича. Машина резко затормозила у обочины. Я тут же распахнула дверь и выскочила на улицу. Там, рядом с припаркованной машиной, высокий парень в кожаной куртке грубо хватал за руку хрупкую девушку. Она пыталась вырваться, но он с силой толкнул её на капот, пригвоздив своим телом. — Отошёл от неё! — мой голос прозвучал низко и опасно.

Парень обернулся, его лицо исказила злость. Девушка замотала головой, глаза её были полны слёз, но я лишь кивнула ей, давая понять: я здесь. Я была готова убить. Ярость пульсировала в висках, сжимая горло.

— Не лезь в чужие дела! — рявкнул он, делая шаг ко мне.

Я не стала ждать. Резкий удар в пах — и он согнулся пополам, рухнув передо мной на колени. — Что ты делаешь?! — зашипел он, хватая меня за руку. Я вырвалась и схватила его за подбородок, заставив поднять голову.

— Я же сказала не трогать девушку! — мой голос звучал ледяно. Он попытался отодвинуться, но моя хватка была железной. — Почему ты трогаешь беззащитную девушку? Она же ничего не сделала!

Девушка за его спиной всхлипывала, прижимая руку к покрасневшему запястью.

— А ты кто такая?! — прохрипел он, пытаясь вырваться. — Если тебе нужны деньги или что-то, то скажи! А может, ты не удовлетворена? — Ярость вспыхнула во мне с новой силой. Щелчок. Пощёчина прозвучала громко, его голова резко дёрнулась в сторону.

— Кто я такая? — прошептала я, наклоняясь к его уху. — Твоя смерть. — Он замер, глаза расширились от непонимания. — Если тебе родители не объяснили, что нельзя трогать девушек, то это сделаю я! — Я резко закрутила ему руку, услышала хруст, и он закричал. — Она тоже кричала, но ты не остановился! — Я не осознавала, что делаю. Видела только его лицо, слышала только его крики.

Когда я остановилась, он лежал на асфальте, хрипя. На нём не было живого места. Как когда-то на мне. Девушка за его спиной плакала ещё сильнее. Я подошла к ней, и она инстинктивно прижалась к машине. — Я тебе ничего не сделаю, всё хорошо, — мягко сказала я. — Запиши мой номер. Если понадобится помощь — любая, даже лобовая — звони. Или моей помощнице. — Она, дрожа, протянула телефон.

— Спасибо… — прошептала она. Я улыбнулась. Ей было от силы лет двадцать.

— Может, тебя куда-то отвести? — Она неуверенно кивнула и назвала адрес. Я помогла ей подняться и проводила до машины. Она вся дрожала. Бросив тяжёлый взгляд на парней, я увидела в их глазах странную смесь страха и… гордости? — Отвезём девушку, — сказала я, усаживая её на заднее сиденье. — И мне нужно умыться. Я вся в крови. — Потом посмотрела на них с упрёком: — Почему вы меня не остановили? — Они переглянулись, затем взоры устремились на Марка.

— Я знал, что не надо, — спокойно сказал он. — Тебе нужно было выплеснуть ярость. — Я опустила голову, но он мягко поднял мой подбородок пальцем.

— Сара Холтер, — прошептал он. — Истинная Холтер.

— Истинная Холтер, — в унисон повторили братья. — Я улыбнулась. Мы сели в машину.

— Сколько тебе лет и как зовут? — спросила я, поворачиваясь к девушке. Она посмотрела на меня и чуть улыбнулась.

— Елена. Мне 16. — 16. Мои пальцы сжались. Теперь я жалела, что не добила его.

— А как вас зовут? — робко спросила она. Я погладила её по руке.

— Можно на «ты». Я — Сара. — Она кивнула.

— А почему вы решили мне помочь? Я просто… никогда не видела такой девушки. Вы так его избили…

— Я просто помогаю девушкам, — ответила я, глядя в окно. — Я хочу стереть насилие над женщинами из этого мира. Этого не должно быть. — После этих слов в машине воцарилась тишина.

Мы высадили Елену у её дома, убедившись, что она в безопасности. Девушка всё ещё дрожала, но в глазах появилась искорка надежды. Я сунула ей в руку свою визитку с личным номером, крепко сжала её ладонь и пообещала, что никто больше не посмеет её тронуть.

Когда машина тронулась, я почувствовала странное облегчение — словно спасла не её, а себя из прошлого. Но по мере приближения к ресторану моё спокойствие испарилось. Вся парковка была забита чёрными лимузинами и дорогими спортивными машинами. Я нахмурилась, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

— Почему так много машин? — спросила я, замечая, как братья переглянулись. Сэм сделал вид, что изучает свои ногти, прежде чем ответить:

— Это вечер нашей мафии. — Мои пальцы впились в кожаную обивку сиденья.

— И вы решили мне не говорить? Я вся в крови, без нормального наряда! — Марк повернулся ко мне, его глаза мягко светились в полумраке салона.

— Ты и так самая красивая, — произнёс он, заставляя меня покраснеть.Дарк фыркнул, развалившись на сиденье:

— А так и не скажешь, что ты только что избила какого-то ублюдка.

Машина остановилась перед роскошным входом ресторана. Когда я вышла, то сразу почувствовала на себе десятки любопытных взглядов. Дан, стоявший у входа, округлил глаза при виде моей окровавленной одежды.

— Что уже произошло? — спросил он, осматривая меня с ног до головы. — Дарк, не теряя времени, достал телефон:

— Ой, стой. Я покажу видео.

— Ты что, снимал?! — я не могла поверить своим глазам. Он лишь самодовольно ухмыльнулся, пока братья толпились вокруг экрана. Их реакция была предсказуемой:

— Ну ты и даёшь! — Я фыркнула и направилась прямиком в дамскую комнату. Внутри несколько девушек подкрашивали губы, но при моём появлении замерли. Их взгляды прилипли к пятнам крови на моей одежде. Я резко повернулась к зеркалу и начала смывать следы борьбы.

— Чёрт! Почему не оттирается? — я злилась, видя, как красные разводы расползаются по коже. Одна из девушек осмелилась заговорить:

— А ты кто? И почему на тебе кровь? — Я даже не удостоила её ответом, просто вытерла руки и вышла. В зале я сразу нашла Марка и вцепилась в его руку.

— Ты неотразима в гневе, — прошептал он, проводя пальцем по моей ладони. — Мне стоит тебя бояться? — Я отрицательно покачала головой, но в душе знала — пусть лучше боятся. Мы подошли к нашему столику, где братья уже поднимали бокалы с виски.

— Ну что, выпьем за нашу любимую Сару! — Дарк кричал громче всех, хотя вечер только начинался. Я отказалась от шампанского, предпочитая держать голову ясной. Осмотрев зал, я заметила, что большинство взглядов направлено на меня.

— На нас все так странно смотрят, — прошептала я Марку. Он обнял меня за талию:

— Потому что ты самая красивая здесь. Нам нужно выйти на минутку.