Kitabı oxu: «6 жутких историй. Книга первая»

Page 1

ИСТОРИЯ ПЕРВАЯ: ТРОПА, КОТОРОЙ НЕТ НА КАРТАХ

Пролог: Идеальная иллюзия

Они называли себя «Восьмеркой». Восемь друзей,

связанных общим прошлым, студенческими попойками и

первыми совместными ипотеками. К тридцати годам

жизнь превратила их в уставших офисных функционеров,

чьи диалоги сводились к обсуждению квартальных

отчетов и курсов валют. Чтобы не сойти с ума, они раз в

год сбегали от цивилизации.

В этот раз выбор пал на Кольский полуостров, на самый

край Терского берега, где Белое море дышит холодом

даже в августе. Идея казалась гениальной: арендовать

старый ГАЗ-66, забить его спальниками, тушенкой,

рыболовными снастями и уехать на неделю туда, где нет

сотовой связи. Точка на офлайн-карте — заброшенная

поморская изба в десяти километрах от последней

обитаемой деревни.

Глава 1. Точка невозврата

Дорога закончилась быстрее, чем обещал навигатор.

Водитель Макс, самый опытный из всей компании,

Page 1

Page 2

остановил грузовик на краю каменистого плато.

— Дальше пешком. Дорогу размыло, сядем — трактором не

вытянем, — бросил он, выпрыгивая из кабины.

До избы дошли к вечеру. Место было жутковатым, но

именно таким, какого они и искали: почерневший сруб,

заросшая мхом крыша, вокруг — только скалы, кривые

полярные березы и свинцовая гладь моря. Внутри пахло

сыростью, старой золой и рыбой.

Первая ночь прошла идеально. Они жгли костер прямо на

гальке, пили дешевый виски из железных кружек, Макс и

Леха пытались ловить треску, а девушки — Аня и Света —

снимали на зеркалку туманные пейзажи.

Странности начались на второй день.

Сначала пропала тропа. Макс повел всех к старому маяку,

который они видели с берега. Шли по компасу, но через час

уперлись в непроходимое болото, хотя на карте здесь была

твердая земля.

Page 2

Page 3

— Магнитная аномалия, — пожал плечами Макс. — Север

тут шалит. Обойдем.

Обход занял четыре часа. К маяку они вышли с другой

стороны, совершенно обессиленные. А маяка не было.

Была лишь идеально круглая поляна из черного,

спекшегося камня, в центре которой росло единственное

мертвое, абсолютно белое дерево. На его ветвях висели не

гнезда, а сплетенные из корней и сухой травы куклы,

похожие на человеческие силуэты.

Глава 2. Эрозия реальности

К вечеру третьего дня сломался спутниковый телефон. Не

разрядился — именно сломался. Пластиковый корпус

треснул сам по себе, а микросхема внутри превратилась в

зеленую труху, пахнущую гнилыми водорослями.

Еда начала портиться аномально быстро. Тушенка,

купленная неделю назад, покрылась черной плесенью за

одну ночь. Вода в канистрах стала солоноватой, хотя они

набирали ее из пресного ручья.

Page 3

Page 4

Психика группы дала первую трещину.

Леха, самый крепкий и циничный парень в компании,

начал разговаривать сам с собой. Ночью Аня проснулась

от того, что он стоял над ней и шептал: «Они не хотят,

чтобы мы уходили. Им нужны наши имена».

На четвертый день исчезла Света.

Они искали ее весь день, сорвав голоса. Кричали, пока не

охрипли. Макс хотел вызывать спасателей, но связи не

было, а до деревни по пересеченной местности было не

меньше двух дней пути. Еды оставалось на сутки.

Когда стемнело, Света нашлась сама. Она сидела на

крыльце избы, абсолютно сухая, хотя последние шесть

часов лил ледяной дождь. Она не дрожала.

— Где ты была? — бросилась к ней Аня.

Света медленно повернула голову. Ее зрачки были

неестественно расширены, закрыв почти всю радужку.

— Я никуда не уходила, — ровным голосом ответила она. —

Вы просто перестали меня видеть. Я всегда сидела здесь.

Вы просто смотрели сквозь меня.

Page 4

Page 5

Глава 3. Топь, которая помнит

Утром пятого дня они приняли решение уходить. Бросили

почти все снаряжение, взяли только воду и остатки

сухарей. Макс проложил новый маршрут — вдоль

береговой линии, по отливу.

Море отступило, обнажив сотни метров вязкого,

чавкающего ила. Идти было тяжело, но это был

единственный путь.

Первым начал проваливаться Денис. Ил схватил его ногу,

как бетон. Пока его вытаскивали, топь забрала один сапог.

Через полчаса увязла Аня. Ее засасывало медленно,

беззвучно. Она не кричала, только смотрела на друзей

расширенными от ужаса глазами, пока Макс и Леха,

бросив рюкзаки, вытягивали ее за руки.

Именно в этот момент они поняли, что берег исчез.

Слева, где должен был тянуться скалистый уступ, теперь

стеной стоял мертвый, затопленный лес. Деревья росли

прямо из ила, их корни были вывернуты наружу. На ветвях

висели клочья тумана, которые не двигались, несмотря на

сильный ветер.

Page 5

Page 6

— Мы ходим кругами, — севшим голосом сказал Макс,

глядя на компас. Стрелка бешено вращалась, а затем

замерла, указывая прямо в топь. — Мы вернулись к нашей

избе. Смотрите.

Вдали, на небольшом островке твердой земли,

действительно виднелась черная точка. Но это была не их

изба. Это было что-то другое, похожее на сгоревший остов

корабля.

Глава 4. Гость из тумана

Они встали на привал на единственном сухом клочке

земли, окруженном топью. Туман с моря стал густым, как

молоко. Видимость упала до метра.

Чтобы согреться, развели крошечный костерок из

обломков досок, найденных под ногами.

Из тумана вышла женщина.

Она была одета в тяжелую поморскую одежду — длинную

рубаху и сарафан, — но ткань казалась сотканной из

сырого мха и гнилых водорослей. Вода стекала с нее на

сухую землю, но не оставляла луж. У нее не было лица —

Page 6

Page 7

только гладкое, влажное пятно, из которого доносился

голос, похожий на скрежет гальки.

— Вы принесли мне новые имена, — сказала она. — Давно к

нам никто не приходил с суши. Дедко (дух-хранитель

места) скучал.

Леха, находившийся на грани срыва, выхватил

туристический топорик и бросился на нее.

Лезвие прошло сквозь фигуру, не встретив сопротивления,

и глубоко вошло в ногу самому Лехе. Он рухнул на колени,

захлебываясь кровью.

— Плоть слаба, — констатировала женщина. — А вот имена

— нет. Света уже отдала свое. Теперь она часть берега. Она

всегда здесь была. Теперь мне нужно еще четыре.

Глава 5. Жертвоприношение имен

Они побежали. Бросили раненого Леху, бросили рюкзаки.

Бежали сквозь туман, не разбирая дороги, пока не

выдохлись.

Когда они остановились, запыхавшиеся и обезумевшие от