Kitabı oxu: «Тени чистого неба. Часть 2»

Глава 1: «Двое суток»

Дверь закрылась негромко.

Роман ещё несколько секунд держал ладонь на металлической ручке, будто ждал, что из комнаты донесётся знакомый голос. Катя окликнет его, попросит не забыть что-нибудь перед дежурством. Даша высунется из-за двери и напомнит про рисунок, про камень или снова задаст вопрос, на который взрослому человеку неожиданно трудно ответить. В ответ была только тишина.

За тонкой перегородкой осталась комната, в которой больше никто не жил. Дашина кровать, стол с Катиной кружкой, снятый со стены рисунок. Рядом с письмом лежали вещи, которые Роман отобрал для дороги. Он медленно отпустил ручку и пошёл по коридору.

Жилой сектор после нападения выглядел почти привычно, если смотреть на него издалека. Те же серые стены, те же лампы под потолком, те же номера блоков и указатели на переходах. Но стоило задержать взгляд хотя бы на несколько секунд, и становилось понятно, насколько многое изменилось.

Под двумя потолочными светильниками висели временные кабели. Их протянули поверх облицовки и прихватили к стене пластиковыми стяжками. Возле технической ниши стояла снятая панель; за ней виднелись трубы, провода и тёмное пятно копоти. Вдоль стены сложили обгоревшие куски изоляции. Из соседнего перехода пахло сваркой, голубоватые вспышки время от времени отражались на бетоне.

Раньше здесь приходилось постоянно уступать дорогу. Дети возвращались с занятий, взрослые меняли смены, работники пищевого блока везли контейнеры. Теперь коридор почти опустел. Несколько помещений стояли открытыми, а у стены возле одного из них мужчина складывал в пластиковый ящик оставленные после эвакуации вещи: детскую куртку, два свитера, ботинки и свёрнутое одеяло. На каждой вещи висела бирка с номером жилого блока. Роман задержался на секунду, но заставил себя пройти дальше. Пустота в коридоре тревожила сильнее, чем следы ремонта.

На повороте к техническому сектору появился новый пост охраны. Двое вооружённых мужчин стояли по разные стороны прохода. Один держал автомат перед грудью, второй проверял фамилии на небольшом планшете. Роман машинально потянулся к пропуску.

- Проходите, сержант, - сказал охранник после короткого взгляда на экран.

Роман сделал несколько шагов, потом остановился.

- Давно вас сюда поставили?

- После прорыва. - Мужчина убрал планшет в нагрудный карман и кивнул на закрытую дверь рядом. - Теперь каждый переход между жилыми и техническими блоками отдельно контролируем. Кравцов сказал, что больше никаких слепых зон внутри объекта.

- Людей хватает?

Охранник усмехнулся без веселья.

- А когда их хватало? Сейчас часть на периметре, часть помогает ремонтникам, часть сопровождает переселение. Ночью смену пришлось растянуть почти на три часа.

Роман посмотрел на второго бойца. Тот стоял неподвижно, но по покрасневшим глазам было видно, что отдыхал он немногим больше остальных.

- Понял. Держитесь.

- И вы.

Роман пошёл дальше. Охранник не преувеличивал.

Объект ещё не восстановился после нападения. Стены ремонтировали, связь налаживали, а люди продолжали выходить на смены, хотя едва держались на ногах.

Роман и сам чувствовал усталость каждым шагом. Ныло между лопатками, плечи саднили после рюкзака и носилок. От недосыпа гудела голова. За последние дни он почти не отдыхал: дальняя разведка, бой у складов, возвращение с раненым Антоном, нападение на объект, поиски Кати и Даши. Потом новый выход с Захаром и Игорем, след Нестерова, промзона, тоннель, водозабор и дорога обратно. Ему хотелось отправиться на север немедленно. Но если он свалится от усталости посреди леса, семье от этого не станет легче.

Военный сектор встретил его запахом оружейного масла и металла. Здесь последствия нападения были ещё заметнее. У дальней стены стоял шкаф без дверцы, рядом на полу лежали снятые петли и погнутая металлическая рама. Две стойки со снаряжением перенесли к противоположной стене. В одном углу сложили ящики с боеприпасами, каждый дополнительно опечатали и подписали маркером.

Руссу сидел на низкой скамье перед открытым контейнером и сортировал подсумки.

На полу возле него стояли три пластиковых ящика. В одном лежали магазины, во втором ремни и элементы разгрузочных систем, третий оставался почти пустым. Молдаванин услышал шаги, поднял голову и прищурился.

- Ты что здесь делаешь?

- Я здесь живу.

- Ты себя видел? - Руссу осмотрел его с головы до ног и отложил магазин. - Сядь хоть на минуту, пока не упал.

Роман сел на край соседней скамьи.

- Не хочется спать.

- Врёшь.

- Хорошо. Хочется. Не получается.

- Так честнее.

Руссу снова взялся за снаряжение. За пять лет его привычки почти не изменились: говорил суховато, серьёзных разговоров избегал, но замечал больше, чем показывал. Лицо стало жёстче, возле глаз появились складки, а в тёмных волосах у висков теперь можно было разглядеть седину.

- Что собираешь? - спросил Роман.

- То, что после нападения успели растащить по трём секторам. - Руссу проверил застёжку на подсумке и бросил его во второй ящик. - Наш оружейный блок видел?

- Сегодня нет.

- И не ходи. Расстроишься. Один шкаф выбило, стойку погнуло, часть снаряжения унесли на временный склад, часть выдали людям во время атаки и теперь собирают обратно. Я уже нашёл два чужих магазина и ремень, у которого пряжка держится на честном слове.

Роман провёл ладонью по лицу.

- Кравцов завтра собирает группу.

Руссу замер всего на секунду, потом продолжил перебирать вещи.

- Я знаю.

- Откуда?

- Ром, мы здесь пять лет живём. О большой экспедиции всё равно узнают. Тем более после того, как ты вернулся с письмом Кати.

- Значит, уже знаешь, зачем собирает.

Руссу усмехнулся.

- Я ещё у шлюза сказал, что пойду дальше. И не передумал.

Роман посмотрел на него внимательнее.

- Кравцов может оставить тебя здесь.

На этот раз Руссу положил подсумок на колено и поднял глаза.

- Может. И если ему действительно будет некем держать объект, я останусь. Не потому что хочу, а потому что после того, что случилось, бросать периметр без людей тоже нельзя. Но если людей хватает, я иду.

- Почему?

Руссу несколько секунд молчал, будто подбирал слова, которые не будут звучать слишком серьёзно.

- Потому что мы пять лет были одной группой. Антон лежит у медиков, Азамат почти не отходит от него. Захар и Игорь уже ходили с тобой, а я сидел здесь и ждал, вернётесь ли вы. - Он провёл пальцем по шву подсумка. - И у меня тоже остались люди за пределами объекта. Я ничего не знаю о них с начала войны. Не прошу менять маршрут ради меня. Просто хочу идти, пока есть такая возможность.

Роман кивнул.

- Кравцов будет решать.

- Пусть решает. Я ему всё равно скажу то же самое.

Руссу снова взял следующий ремень, потом добавил:

- И Ковалевичу одному с вами скучно будет.

- Он в этом не признается.

- Скучать ему точно не придётся.

Роман слабо улыбнулся. После разговора стало немного спокойнее.

- Иди спать, - сказал Руссу, не поднимая головы. - Завтра будешь спорить с Кравцовым. Лучше делать это хотя бы с открытыми глазами.

- Я не собираюсь спорить.

Руссу медленно повернул голову.

- Вот и хорошо. А теперь иди отдыхай.

* * *

Спать Роман всё-таки лёг.

Сначала он сел на свободную койку в военном секторе и решил закрыть глаза на несколько минут. Потом снял ботинки, откинулся к стене и сам не заметил, как уснул. Проснулся через четыре часа от того, что кто-то негромко передвигал металлический ящик в соседнем проходе. Перед пробуждением ему снился лес.

Не тот, который они видели с дрона за северным водозабором. Другой. Зелёный, летний, почти довоенный. Даша стояла между деревьями и держала в руке серый камень с белой полосой. Роман шёл к ней, но расстояние не сокращалось. Потом между стволами появился снег, хотя листья оставались зелёными, и сон оборвался. Он сел.

В помещении горел дневной свет. Кто-то уже ушёл на смену. На соседней койке Захар сидел спиной к стене и пил из металлической кружки.

- Доброе утро, - сказал он.

Роман посмотрел на часы.

- Почти девять.

- Вот именно. Ты проспал завтрак.

- Трагедия.

- Для тебя может быть. Я твою порцию не спас.

Роман натянул ботинки.

- Когда пришёл?

- Часа два назад. Помогал на внешнем посту. Ограждение уже закрыли временными секциями, сегодня начнут ставить нормальные. - Захар сделал ещё глоток. - Кравцов прислал человека. В десять оперативный отдел.

- Кто будет?

- Те, кому предстоит слушать, как ты объясняешь, почему тебе срочно надо на север.

Роман поднялся.

- Мне не надо объяснять.

- Ещё один. Руссу утром сказал то же самое.

- Что именно?

- Что идёт с нами.

- Я ему уже говорил, что решать будет Кравцов.

Захар поставил кружку на пол.

- Он и решит. Только, Ром, на этот раз я с ним спорить не буду, если он скажет подождать ещё день.

Роман посмотрел на белоруса.

- Я тоже.

Захар несколько секунд изучал его лицо.

- Письмо подействовало?

Роман машинально коснулся внутреннего кармана куртки. Катина записка лежала там, аккуратно сложенная в плотный прозрачный пакет.

- Не только письмо.

- Значит, хоть немного отдохнул.

- Всё равно мало.

Захар усмехнулся.

- Тогда хоть поешь перед совещанием.

* * *

В оперативном отделе стало тесно ещё до начала совещания.

На большом столе лежали три карты. Первая показывала обследованные районы вокруг объекта № 7. Вторая была довоенной схемой северной промышленной зоны и лесного массива. Третью распечатали из старого технического архива. На ней тонкими линиями были отмечены кабельные трассы, мачты связи, насосные станции и несколько служебных дорог, часть которых могла давно не существовать.

На отдельном столе стояли два радиокомплекта, разобранный аккумуляторный блок и несколько герметичных контейнеров.

Кравцов находился у карты. Рядом с ним стояли Савельев и один из сотрудников медицинского сектора, которого Роман знал только по фамилии - Воронцов. Игорь уже сидел у терминала. Руссу и Захар вошли почти одновременно с Романом. Последним появился Азамат. Роман сразу посмотрел на него.

Киргиз выглядел уставшим, но значительно лучше, чем двое суток назад. Чистая форма, вымытые волосы, спокойное лицо. Только тёмные круги под глазами всё ещё выдавали недостаток сна.

- Антон? - спросил Роман.

- Стабильно. Сегодня впервые нормально поел, потом пожаловался, что еда отвратительная. Значит, выздоравливает.

Воронцов усмехнулся.

- Хороший знак, - сказал Воронцов.

Кравцов дождался, пока все соберутся.

- Сразу определимся с задачей. - Он положил ладонь на карту северного сектора. - Мы не отправляем поисковую группу бродить по лесу в надежде случайно найти людей. У нас есть последний подтверждённый маршрут Нестерова: северный водозабор, затем лесной сектор к старой линии связи. На момент его записи в группе было шестьдесят три гражданских и шесть бойцов, потерь на переходе не было. Дальше точных данных нет.

Роман кивнул. Эти цифры он и без карты помнил слишком хорошо. Кравцов продолжил:

- Основная задача - установить местонахождение группы Нестерова и состояние людей. Если найдёте их, передаёте координаты и оценку обстановки. Не обещаете от имени объекта эвакуацию, снабжение или возвращение сюда, пока мы не понимаем маршрут и угрозы. Шестьдесят девять человек не поведёшь обратно по одному следу только потому, что так хочется.

Руссу опёрся ладонями о край стола.

- А если они в плохом состоянии?

- Тогда окажете первую помощь теми средствами, которые есть, и доложите. После этого будем решать, кого и чем отправлять. - Кравцов посмотрел на каждого по очереди. - Это именно тот момент, который я хочу проговорить вслух. У большой гражданской группы есть дети, пожилые, люди без военной подготовки. Им нужны вода, укрытие, еда и темп, который нельзя сравнивать с вашим. Если вы их найдёте, не пытайтесь внезапно стать снабжением для семидесяти человек.

Роман понимал, как легко будет забыть обо всём этом, если он увидит Катю и Дашу. Ему придётся думать не только о них.

- Понял, - сказал он. - Сначала контакт и оценка. Потом решение.

- Именно.

Кравцов провёл пальцем по линии до водозабора.

- Вторая задача - помнить о неизвестной группе, которая наблюдала за объектом и, вероятно, связана с нападением. Подчёркиваю: вероятно. Карта подходов, рассказ Михаила и движение машин позволяют предположить связь, но доказательств у нас нет. Поэтому никаких попыток искать их базу, устраивать засаду или выяснять отношения.

Захар слегка наклонил голову.

- Если они сами появятся?

- Избегаете контакта, если это возможно. Если невозможно - действуете по обстановке и в первую очередь сохраняете людей. Ваш маршрут не военная операция против них.

- Принял.

Кравцов перевёл взгляд на Романа.

- Предварительный состав. Окончательно утвержу завтра после проверки состояния объекта и людей. Пока так: ты, Ковалевич, Левченко, Руссу и Садыков.

Азамат нахмурился.

- Я?

Роман тоже не ожидал этого решения.

- Антон? - спросил он.

Воронцов ответил вместо Кравцова:

- Антон уже не нуждается в постоянном наблюдении Азамата. У него есть штатные врачи. Ранение серьёзное, восстановление долгое, но ближайшие дни риски контролируемые. Садыков нам помог, за что спасибо, но он не единственный человек в медицинском секторе.

Азамат посмотрел на медика.

- А если что-то изменится?

- Тогда мы справимся без тебя. - Воронцов скрестил руки на груди. - А если что-то изменится у них в тридцати километрах отсюда, там врача вообще не будет. Поэтому я поддержал решение отправить тебя.

Азамат некоторое время молчал, потом кивнул.

- Хорошо.

Кравцов продолжил:

- Савельев остаётся. После нападения внешний радиационный контроль держится на нём и ещё двух специалистах. Забрать одного из них сейчас я не могу.

Савельев недовольно посмотрел на Романа, будто тот лично был виноват в таком распределении.

- Поэтому будете слушать мои инструкции даже без моего присутствия. Каждый получит индивидуальный прибор. Ещё один резервный комплект пойдёт у Романа. Маршрут до водозабора проверен, но показания могли измениться после снегопадов и ветра. За водозабором данных почти нет.

Он развернул третью карту.

- Здесь старая линия связи. Мачты идут через лес примерно на двадцать километров севернее, потом расходятся. Рядом с ней раньше была служебная дорога. Сейчас состояние неизвестно. Вот здесь, здесь и здесь находились технические колодцы и две небольшие насосные станции.

Игорь наклонился ближе.

- Воду можно брать?

Савельев сразу покачал головой.

- Не формулируй так. Можно рассматривать как возможные точки пополнения после проверки. Обычный фильтр не делает заражённую воду безопасной только потому, что она стала прозрачной. Поверхностный снег вообще не трогаете без крайней необходимости. На первые двое суток берёте воду полностью с собой. Дальше используете только закрытые или глубинные источники, которые сможете проверить по инструкции. Если сомневаетесь - не пьёте.

Руссу посмотрел на рюкзаки у стены.

- Через два дня у меня плечи от этой воды отвалятся, - сказал Руссу.

- Поэтому распределим нагрузку нормально, - сказал Кравцов. - И именно поэтому вы идёте впятером, а не втроём.

Роман посмотрел на карту.

- На сколько рассчитываем автономность?

- Шесть суток в нормальном режиме. Ещё двое суток аварийного резерва по еде. Резерв не вскрывать без необходимости. Вода отдельно, по точкам пополнения. Фильтров и расходников берёте с запасом на восемь дней. Если к четвёртым суткам не будет ни контакта с Нестеровым, ни уверенного следа, обсуждаете возврат на ближайшем сеансе связи.

- А если связь пропадёт?

Кравцов посмотрел на Игоря. Тот встал и подошёл к радиокомплектам.

- Основная портативная станция и резервная. Для дальней связи я собрал складную антенну. На открытом месте или высоте шансы нормальные. В лесу будет хуже. Контрольные сеансы каждые четыре часа, но если рельеф не даст выйти в эфир, записываем время и пробуем на следующей подходящей точке. Если двенадцать часов связи нет совсем, объект начинает считать, что у нас проблемы.

- А когда начинает искать? - спросил Захар.

Кравцов ответил после короткой паузы:

- Не автоматически через двенадцать часов. Иначе мы угробим вторую группу, отправив её по вашему следу вслепую. Сначала оценим последние координаты и причину потери связи. Именно поэтому каждый сеанс должен быть содержательным.

Роман представлял, как тяжело будет ждать помощи, если они потеряют связь. Но Кравцов не мог рисковать ещё одной группой без сведений о том, где их искать.

Если они пропадут, объект не сможет просто послать людей следом, как спасательную машину по знакомой дороге. За водозабором знакомых дорог больше не было. Кравцов провёл по карте дальше на север.

- Ночёвки. Где возможно, используете капитальные здания. Не палатки на открытом месте. В лесу ветер и температура могут стать хуже. Огонь разводить только при необходимости и с пониманием, что дым виден. Игорь ведёт воздушную разведку короткими полётами, батареи держать в тепле. Никаких длинных разведок просто из любопытства.

Захар посмотрел на Игоря.

- Слышал? Только короткие полёты, - сказал Захар Игорю.

- Я слышал.

- Вот и договорились.

Кравцов дождался, пока они закончат.

- Теперь самое важное. Роман, ты старший группы, но по медицине слушаешь Азамата, по радиационной безопасности придерживаешься инструкций Савельева, по связи и беспилотнику не заставляешь Игоря делать то, что техника не может. Если кто-то из них говорит, что дальше идти нельзя, сначала разбираешься почему, а не вспоминаешь, что у тебя сержантские нашивки.

Роман встретил его взгляд.

- Я понял.

- Хорошо. Ты уже один раз правильно развернулся у водозабора. Хочу, чтобы и теперь ты умел остановиться, если обстановка станет опасной. Даже с письмом Кати в кармане.

В помещении на несколько секунд стало тихо. Роман не обиделся. Кравцов говорил именно то, что следовало сказать.

- Понял, - повторил он.

- Тогда сегодня готовимся. Завтра к полудню я утверждаю состав и маршрут окончательно. После этого отдых. Выход следующим утром в шесть. До тех пор никаких самовольных ускорений.

Руссу поднял руку.

- Вопрос можно? - спросил Руссу.

Кравцов посмотрел на него.

- Если по делу.

- По делу. Когда получим окончательный приказ, сразу сообщите. Нужно успеть уложить всё без спешки.

* * *

После совещания занялись снаряжением. На сборы и проверки ушёл почти весь день.

Снаряжение разложили в техническом помещении на длинных металлических столах. На первый взгляд вещей было слишком много. Пять рюкзаков, спальники, утепляющие вкладыши, герметичные мешки с одеждой, сухие пайки, индивидуальные аптечки, общая медицинская сумка, запасные фильтры, аккумуляторы, два комплекта связи, складная антенна, инструменты, карты, дозиметры, несколько фонарей и боекомплект. Рядом стояли ёмкости с водой. Захар посмотрел на всё это и тихо присвистнул.

- А тележку нам не дадут?

- Дадут, - сказал Савельев. - До шлюза.

- Очень щедро.

Азамат уже раскрыл медицинскую сумку и перекладывал содержимое. Он убрал две упаковки, добавил ещё одну, проверил бинты, обезболивающие, перевязочные материалы, шины и маленький термопакет. Роман подошёл.

- Не слишком много?

Азамат даже не поднял головы.

- Нет.

- А по весу? - уточнил Роман.

- Тяжёлая. Но если понадобится помощь в лесу, без неё будет хуже.

Роман кивнул.

- Надеюсь, большую часть обратно принесём нетронутой, - добавил Азамат.

Руссу, услышав разговор, указал на крепления сумки:

- Если понадобится, быстро снимешь?

Азамат показал, как расстёгивается застёжка.

- Да. Проверил.

Захар подошёл и помог затянуть второй ремень.

- Тогда оставляем как есть.

Игорь занимался аккумуляторами. Каждый блок он завернул в утепляющий чехол и подписал маркером. Основной комплект дрона лежал в жёстком контейнере. Рядом находился второй аппарат, меньше и проще. Роман указал на него.

- Резервный?

- Да. Камера хуже, дальность меньше, но если основной потеряем, хотя бы не ослепнем полностью.

- Вес?

- Два килограмма вместе с батареями.

Захар поднял голову.

- Неси сам.

- И собирался.

- Ладно, договорились.

Игорь снова уткнулся в терминал.

Роман прошёл вдоль стола, сверяясь со списком. Он не хотел превращать подготовку в бессмысленный подсчёт вещей, но теперь каждая вещь имела причину находиться в рюкзаке. Еда на шесть суток. Отдельно аварийный резерв. Два комплекта носков на человека в герметичных пакетах. Запасные перчатки. Средства для ремонта обуви и ремней. Небольшой рулон прочной ленты. Верёвка. Складная пила. Два компактных инструмента для вскрытия заклинивших дверей. Индивидуальные фонари и общий запас батарей. Резервные фильтры. Пять дозиметров и один запасной. Карта на бумаге в герметичном чехле. Электронные копии у Игоря и Романа. Кравцов настоял на бумаге отдельно.

- Бумажная карта не разрядится, - сказал он.

Игорь не спорил. Савельев тем временем наносил на одну из карт красные и жёлтые отметки.

- Красные зоны не пересекаете вообще. Жёлтые только после проверки на месте. Вот здесь, возле старой котельной, в прошлый раз приборы показывали нестабильно. Снег может скрыть локальное пятно, поэтому не думайте, что белая поверхность означает чистую.

Роман наклонился.

- После водозабора?

- После водозабора у меня только архив. Пять лет назад там могли быть локальные выпадения, могли не быть. Метеоданные после ударов слишком неполные. Поэтому прибор смотрите чаще, чем вам кажется разумным.

- Понял.

- И ещё. Если увидите резкий скачок показаний без понятной причины, не стойте на месте и не ищите источник. Отходите назад по собственному следу. Потом уже разбираетесь.

Руссу посмотрел на него.

- А если приборы начнут показывать разное?

Савельев нахмурился.

- Проверяете резервным. Если и резервный ведёт себя странно, считаете участок опасным. В незнакомой местности лучше один раз обойти чистое место, чем один раз уверенно зайти в грязное.

Роман отметил опасные участки на своей карте и проверил, совпадают ли обозначения у остальных.

К середине дня всё необходимое разложили по рюкзакам. Самые тяжёлые вещи несколько раз перекладывали, чтобы никому не пришлось нести лишнее. Руссу забрал часть воды. Захар понёс общие инструменты и часть боекомплекта. Азамат закрепил медицинскую сумку снаружи так, чтобы её можно было быстро снять. Игорь взял технику и аккумуляторы. Роман оставил у себя резервную связь, карты и часть общего запаса. Когда почти закончили, Игорь позвал его.

- Ром, подойди.

На экране терминала был открыт журнал последнего полёта дрона за водозабором.

- Что?

Игорь несколько секунд молчал, потом указал на две строки.

- Я вчера выгружал все журналы перед заменой памяти. Хотел проверить батарею, которая быстрее остальных села на холоде. И вот это не сходится.

Роман посмотрел на цифры.

- Что именно?

- Видеозапись последнего полёта длится тринадцать минут сорок две секунды. Контроллер пишет одиннадцать минут пятьдесят восемь. Разница - сто четыре секунды.

- Запись могла включиться раньше?

- Нет. Я запускаю её автоматически после взлёта. И журнал координат начинается в тот же момент.

Игорь открыл второй файл.

- А вот батарея. Разряд соответствует примерно четырнадцати минутам при той температуре и ветре. То есть видео похоже на правду. Контроллер потерял кусок времени.

Захар подошёл сзади.

- Может, контроллер просто сбился, - сказал Захар.

- На сто четыре секунды, - уточнил Игорь.

- Я понял. Проверь ещё раз.

Игорь раздражённо посмотрел на него.

- У контроллера часы синхронизируются автоматически. Они не должны просто потерять сто четыре секунды посреди полёта.

Роман снова посмотрел на данные.

- Мог быть сбой памяти?

- Мог. Холод, ремонт, старый контроллер, помехи. Всё могло быть. Я просто не понимаю, почему траектория непрерывная. Координаты идут нормально, высота идёт нормально, только время перескакивает.

- Где именно?

Игорь открыл карту полёта.

Точка находилась примерно в километре севернее водозабора, возле старой линии связи. Роман задержал взгляд.

- Там, где ткань на мачте?

- Примерно в том районе. Может, чуть западнее.

Захар перестал улыбаться.

- Помехи от линии?

- После пяти лет? - Игорь пожал плечами. - Там ничего не должно работать. Но металлические конструкции, старое оборудование, остатки кабелей могут давать всякое. Я не говорю, что это что-то особенное. Просто хочу проверить аппаратуру до выхода.

Роман кивнул.

- Проверь. Журнал сохрани отдельно. Если повторится, будем знать, что это не случайность.

- Уже сохранил.

Захар посмотрел на экран ещё раз.

- Значит, до выхода ещё раз проверь аппаратуру, - сказал Захар.

- Проверю. А ты пока помоги с водой, - сказал Игорь.

- Уже иду, - ответил Захар и отошёл от стола.

Роман отошёл от стола, но данные не выходили из головы. Холод мог повлиять на контроллер, помехи - на связь. И всё же Игорь не зря обратил внимание на точную разницу во времени.

* * *

Перед вечером Роман зашёл в медицинский сектор.

Теперь там было спокойнее, чем после нападения. Часть раненых перевели в жилые блоки, освободились несколько коек, проход между рядами больше не был заставлен дополнительными носилками. Запах дезинфицирующего раствора всё равно оставался резким, к нему примешивались лекарства, тёплый воздух и слабый запах пищи из небольшого раздаточного окна. Антон лежал у стены и листал старую книгу. Увидев Романа и Азамата вместе, он сразу нахмурился.

- Вы вдвоём? - Антон отложил книгу. - Что-то случилось?

Азамат остановился у кровати.

- Всё нормально, - ответил Азамат.

- Тогда куда собрались?

Роман сел на стул.

- Послезавтра выходим.

Антон закрыл книгу.

- Состав?

- Я, Захар, Игорь, Руссу и Азамат.

Антон перевёл взгляд на киргиза.

- Значит, уходишь? - спросил Антон.

- На несколько дней, не навсегда.

- Ты обещал следить, чтобы я не умер.

- Ты уже под присмотром врачей. Я им всё передал.

Антон несколько секунд смотрел на него, потом усмехнулся.

- Ладно. Идите.

Роман ожидал больше споров.

- Так просто?

- А чего спорить? Сам видишь, что я здесь застрял. - Антон положил книгу на одеяло. - Далеко собираетесь?

- Пока не знаем. Последний след уходит к старой линии связи. Запас на несколько суток.

Антон кивнул.

- Если там встретите людей из других мест, спрашивайте.

Роман понял сразу.

- Про Ярославль.

- Не только. Вообще про северо-восток, про убежища, про дороги. Я понимаю, что вы не будете менять маршрут ради меня. Просто если кто-то что-то слышал, запомни.

- Запишем.

- Только не забудь спросить, ладно?

Роман хотел возразить, но не стал. Антон был прав. Азамат поправил край одеяла.

- И лежи спокойно, пока нас нет.

- Я и так едва с кровати встаю.

- С тобой лучше перестраховаться.

Антон посмотрел на Романа.

- Верни его обратно. Он слишком много о себе думает.

- Уже поздно. Включён в состав.

- Тогда хотя бы не потеряйте.

На секунду шутливая интонация исчезла. Роман встретил взгляд Антона.

- Не потеряем.

Азамат ничего не сказал, но Роман заметил, как он едва заметно кивнул.

* * *

Второй день подготовки оказался тише первого.

Основная часть снаряжения уже была собрана. Оставались проверки, повторная укладка, зарядка батарей и то, что Кравцов назвал обязательным отдыхом.

Утром группа прошла короткое медицинское занятие. Воронцов заставил каждого повторить порядок действий при переохлаждении, травмах и кровопотере. Азамат стоял рядом и периодически поправлял ответы.

- Медик идёт с вами, но каждый должен уметь помочь товарищу, - сказал Воронцов. - Поэтому слушайте внимательно.

После этого Савельев почти час проверял приборы. Каждый дозиметр сравнивали с контрольным источником, записывали исходные показания, осматривали крепления и батареи. К полудню Кравцов подтвердил состав без изменений. Периметр за ночь усилили ещё двумя постами, ремонтники восстановили одну из повреждённых линий связи, и людей для внутренней охраны оказалось достаточно, чтобы отпустить Руссу и Азамата. Решение перестало быть предварительным.

Игорь дважды запускал оба беспилотника в техническом ангаре на минимальной высоте. Затем вынес их к внешней площадке, провёл короткий полёт и снова выгрузил журналы. Временная ошибка не повторилась.

- В этот раз всё сошлось, - сказал Захар.

Игорь сохранил новый журнал рядом с прежним, чтобы потом сравнить данные. После обеда Кравцов приказал всем разойтись и отдыхать. Роман вернулся в жилой сектор, хотя отдыхать пока не хотелось.

Дверь комнаты открылась с тем же лёгким скрипом, который он слышал тысячи раз. Внутри ничего не изменилось с позапрошлого вечера. На кровати лежали вещи, которые он выбрал для дороги. На столе - рисунок Даши. Рядом Роман положил письмо Кати, вынув его из внутреннего кармана. Он сел и несколько минут слушал ровный шум вентиляции.

Когда-то он почти не замечал этого шума. Теперь в пустой комнате каждый звук был слышен отчётливо.

Роман проверил личные вещи ещё раз. Запасное бельё. Тёплая кофта. Небольшой набор для бритья и гигиены. Никаких лишних предметов. Рисунок он брать не стал.

Он аккуратно сложил рисунок и оставил его на столе. Письмо Кати снова убрал во внутренний карман куртки. Потом заметил маленькую царапину на краю столешницы.

Даша однажды попыталась заточить карандаш ножом. Катя отобрала нож, усадила дочь рядом и долго объясняла, почему так делать нельзя. Роман тогда только посмеялся, а царапину так и не заделал. Теперь он провёл по ней пальцем. На столе лежал рисунок, рядом стояла Катина кружка. Он представил, как Даша снова сидит здесь, болтает ногами и рассказывает что-то матери, а Катя просит её говорить потише. Роман убрал руку и отошёл от стола.

Он лёг на кровать, не раздеваясь полностью, и впервые за несколько дней действительно уснул без борьбы.

* * *

Подъём был в 04:30.

Объект в это время жил приглушённо. Основное освещение в жилых секторах ещё не включили. Вдоль пола и потолка горели только дежурные полосы. В коридорах встречались люди ночной смены, технический персонал и охрана.

Роман умылся холодной водой, надел термобельё, форму, тёплый слой и куртку. Сверху позже предстояло закрепить разгрузку. Оружие он получил уже в военном секторе. Там ждали остальные. Захар затягивал лямки рюкзака и недовольно смотрел на весы.

- Они врут.

Руссу стоял рядом.

- Больше, чем вчера?

- На килограмм.

- Переложи часть воды ко мне, - предложил Руссу.

- Не надо. Донесу.

Игорь проверял утеплённый контейнер с батареями. Азамат закреплял медицинскую сумку. На столе стояли пять кружек с горячим напитком и миски с кашей. Роман сел есть. На этот раз Захар следил, чтобы он действительно закончил порцию.

- Ешь, - сказал Захар, пододвигая Роману миску.

- Ем.

- Вчера почти ничего не съел.

- Сегодня съем.

Руссу отпил из кружки и посмотрел на часы.

- Через двадцать минут у шлюза.

- Успеем, - ответил Роман.

Захар наконец занялся своей кашей.

За столом разговаривали негромко. Никто не спрашивал, когда они вернутся вечером: на этот раз возвращение могло занять несколько дней.

У технического блока их ждали Кравцов, Савельев и Воронцов. Чуть дальше стоял дежурный персонал шлюза. Савельев проверил дозиметры в последний раз.

- Исходные значения записаны. Если на любом приборе видите непонятную разницу, сравниваете с резервным. Красные участки на карте не трогаете. В низинах аккуратнее. И не собирайте снег для воды только потому, что он выглядит белым.

Захар поднял ладонь.

- Мы запомнили.

- Я знаю. Всё равно повторю.

Воронцов посмотрел на Азамата.

- Медицинский комплект полный. Антон спит. Я специально не сказал ему время выхода, иначе он бы добрался сюда на одной ноге.

Азамат едва заметно улыбнулся.

- Правильно.

Кравцов подошёл к Роману.

- Последний раз. Задача?

Роман ответил без паузы:

- Найти группу Нестерова, оценить состояние, установить связь с объектом и передать координаты. Не менять маршрут ради неизвестной группировки. Не вступать в контакт без необходимости. При потере следа не уходить в неизвестность только из-за предположений.

- Автономность?

- Шесть суток штатно. Двое аварийно по еде. Вода с пополнением только в проверенных точках.

- Связь?

- Каждые четыре часа при возможности. Пропущенный сеанс фиксируем. Двенадцать часов без связи считаются проблемой, но не автоматическим сигналом отправлять за нами людей.

Кравцов кивнул.

- Хорошо.

Он протянул Роману небольшой герметичный пакет. Внутри лежала ещё одна бумажная карта.

- Что это?

- Копия старой схемы линий связи севернее леса. Нашли ночью в архиве. Она старше половины людей в объекте, так что относись как к подсказке, а не как к истине. Есть несколько технических строений, которых нет на обычной карте.

Роман убрал пакет.

- Спасибо.

Кравцов задержал на нём взгляд.

- И ещё. Если найдёшь Катю и Дашу, не забывай, что вместе с ними идут другие люди.

- Не забуду.

- Я знаю. Просто теперь у тебя другая причина торопиться.

Роман кивнул. Он знал, что Кравцов прав. За спиной загудела внутренняя створка шлюза. Пятеро вошли внутрь. Дверь закрылась.

В небольшом металлическом помещении сразу стало теснее. Рюкзаки почти касались стен. Защитные маски уже были надеты, и собственное дыхание через фильтры звучало громче обычного. На панели загорелись жёлтые индикаторы. Игорь проверил связь.

- Первый канал, слышу всех.

- Второй, нормально, - ответил Захар.

- Третий, слышу, - сказал Руссу.

- Четвёртый, норма, - отозвался Азамат.

Роман ответил последним.

- Старший, связь есть.

Оператор шлюза подтвердил готовность. Наружная створка начала открываться. Холод вошёл внутрь сразу.

Не порывом, а плотной массой воздуха, которая мгновенно напомнила, что снаружи зима. За металлической дверью постепенно появился серый предрассветный свет. Снег у порога был чистым и ровным, только возле самого шлюза тянулись следы ремонтников и охраны. Роман шагнул наружу. Под ботинками сухо хрустнула корка снега. Он остановился у бетонной стены и посмотрел назад.

Во внутреннем проёме ещё стоял Кравцов. За его плечом виднелись Савельев и дежурные. Искусственный свет объекта падал на снег прямоугольной полосой.

Пять лет назад Роман вбежал в эту дверь под вой сирен и вспышки ядерных ударов, потому что за ней находились Катя и маленькая Даша. Теперь всё стало наоборот. Он поднял руку. Кравцов коротко ответил тем же жестом. Створка пошла закрываться.

Свет внутри становился уже, пока не превратился в тонкую полосу. Потом исчез. Металл вошёл в паз. За спиной остался объект № 7. Впереди лежала знакомая дорога до водозабора, а дальше начинался лес, по которому никто из них ещё не ходил. Роман поправил лямки рюкзака и посмотрел на север.

- Проверка приборов. Потом идём.

Пять экранов по очереди показали нормальные значения. Игорь достал первый беспилотник.

Руссу поправил ремень и встал рядом с Романом.

- Ну что, командир. Теперь уже точно пошли дальше.

Роман посмотрел на него.

- Идём.

Дрон поднялся над бетонным валом. Пятеро двинулись по дороге.

Пока они видели только знакомую дорогу. Дальше, за водозабором, их ждал лес, откуда Нестеров больше не выходил на связь.

Глава 2: «За водозабором»

Первый километр прошёл почти без разговоров.

Роман шёл впереди и заново привыкал к весу рюкзака. Даже после двух дней подготовки двадцать с лишним килограммов давили на плечи и тянули назад. Лямки натирали, поясной ремень стягивал куртку, автомат приходилось поправлять, чтобы он не цеплялся за боковую сумку. Защитная маска плотно прилегала к лицу, каждый вдох через фильтр был слышен отчётливее шагов, а по краю прозрачного щитка собирался конденсат. Под ногами хрустел снег.

За прошедшие дни дорога возле объекта изменилась. Ветер стёр часть старых следов, засыпал неглубокие ямы и набросал вдоль бетонного вала длинные белые языки. Повреждённое во время нападения ограждение уже закрыли временными секциями. Новые металлические панели отличались от старых цветом и ещё не успели покрыться ржавчиной. Возле внешнего поста стоял сварочный аппарат под брезентом, рядом лежали кабельные катушки, отрезки профиля и инструменты. Над стеной медленно поворачивалась восстановленная камера.

Раньше этот участок казался последним местом, где всё ещё поддерживали порядок. Теперь и здесь были видны следы нападения: новый металл рядом с обгоревшим бетоном, тёмные пятна на снегу возле поста. Один прожектор заменили, второй пока оставался без стекла. Игорь вёл беспилотник примерно в трёхстах метрах впереди.

Аппарат почти не было слышно. Ветер уносил слабое жужжание к лесополосе. На планшете дорога выглядела спокойной: белая полоса, серые деревья, тёмные пятна брошенных машин и никаких движущихся фигур.

- Впереди чисто, - сказал Игорь. - До сервисной дороги никого.

- Батарея?

- Девяносто один. Ветер слабый. Долго держать не буду.

Роман кивнул.

Захар шёл справа, иногда поглядывая на лесополосу. Руссу держался ближе к Игорю. Азамат замыкал группу и периодически проверял, не слишком ли сильно сбивается темп.

Снег скрыл мелкие повреждения, но крупные разрушения по-прежнему бросались в глаза.

Слева от дороги стоял старый грузовик. Кабина выгорела, лобового стекла не было, из-под капота торчали ржавые детали. Снег лёг на крышу и капот ровным слоем, а через открытое окно занёс внутрь небольшую белую горку. На водительской двери сохранилась часть выцветшей надписи, но буквы давно нельзя было прочитать.

Чуть дальше лежала металлическая дорожная стойка. Когда-то на ней висел знак. Теперь круглая табличка валялась в канаве и почти полностью скрывалась под снегом. Роман уже видел всё это раньше. Но сегодня окружающий мир воспринимался иначе.

В прошлый раз он искал след семьи и постоянно боялся потерять его. Теперь направление до водозабора было известно. Роман мог смотреть не только под ноги, хотя от увиденного легче не становилось.

Справа за деревьями виднелся двухэтажный дом с обрушившейся крышей. На втором этаже сохранилось окно с занавеской. Ткань давно выцвела почти до белого цвета и временами шевелилась от ветра, хотя стекла не было. Возле стены стояла детская коляска без одного колеса. Её металлический каркас проржавел, ткань сгнила, но форма всё ещё оставалась узнаваемой. Руссу проследил за взглядом Романа.

- Каждый раз замечаешь что-нибудь новое.

- Хотя ходили здесь уже несколько раз.

- Вот именно. - Руссу поправил ремень рюкзака. - Иногда думаю, сколько таких вещей мы вообще не видим. Проходим мимо дома и понятия не имеем, что там внутри осталось.

Захар ответил, не оборачиваясь:

- Если будем заходить в каждый дом, до водозабора сегодня не доберёмся.

- Я не предлагал.

- Тогда идём дальше, - ответил Захар.

Руссу тихо усмехнулся. Роман не вмешался.

Они давно привыкли идти вместе. По тому, как человек переставлял ноги или поправлял рюкзак, можно было понять, когда ему нужен привал. На первой контрольной точке Роман остановил группу.

- Приборы.

Пять дозиметров показали близкие значения. Он сверил резервный.

- Норма. Игорь, аппарат возвращай.

- Уже.

Дрон появился над дорогой через минуту и опустился на очищенный от снега кусок асфальта. Игорь быстро вынул аккумулятор и спрятал его под куртку в утеплённый чехол.

- Следующий запуск через город, - сказал Роман.

- Согласен. Здесь всё видно и с земли.

Они продолжили путь.

* * *

Насосное здание, где Нестеров впервые останавливал эвакуированных, встретило их открытой дверью. Роман заметил это ещё издалека.

В прошлый раз створка была приоткрыта примерно настолько же, но теперь снег у входа выглядел почти нетронутым. Старые следы большой группы ветер сгладил. Только под навесом сохранялись отдельные вдавленные участки. Роман поднял руку. Пятеро остановились.

- Проверяем быстро.

Захар снял автомат с предохранителя.

- Думаешь, кто-то заходил?

- Не знаю. Именно поэтому проверяем.

Игорь остался у входа с планшетом. Азамат контролировал дорогу. Роман, Захар и Руссу вошли внутрь.

Здание пахло старым металлом, сыростью и холодным бетоном. Вдоль стен тянулись трубы. На полу ещё лежали остатки временной стоянки эвакуированных: пластиковые панели, упаковки, пустая бутылка и короткий кусок верёвки. Пустую медицинскую упаковку с маркировкой объекта ветер загнал к дальней стене. Свежих следов внутри не было.

Роман посветил фонарём на раму, где Нестеров оставил две царапины и стрелку. Метка сохранилась.

- Чисто, - сказал Захар.

Руссу прошёл к соседней комнате.

- Здесь тоже.

Они вышли обратно. Игорь показал на часы.

- До контрольного сеанса сорок минут.

- Поймаем связь ближе к жилому району.

Роман хотел уже дать команду двигаться, когда Азамат остановился у дороги.

- Подождите.

Он смотрел в снег возле бетонного бордюра. Роман подошёл. Там тянулась цепочка мелких следов. Не человеческих.

Четыре лапы, небольшие отпечатки, ровный шаг. Животное прошло от посадки к зданию, обнюхало угол и ушло обратно. Захар присел.

- Лиса?

Азамат посмотрел внимательнее.

- Похоже.

Руссу оглядел пустую дорогу.

- Хоть лисы здесь водятся, - сказал Руссу.

- Лис мы уже видели, - напомнил Роман. - Отметим следы и пойдём.

Роман присел, ещё раз посмотрел на отпечатки и выпрямился. Ничего необычного. Они продолжили путь.

* * *

К жилому району подошли около десяти утра.

Снег здесь лежал глубже, чем несколько дней назад. Дома перекрывали ветер, и во дворах белый слой доходил местами почти до колена. На открытых перекрёстках, наоборот, асфальт проступал тёмными полосами.

Разрушенные машины превратились в странные белые формы. У одной легковушки из сугроба торчала только крыша и верхняя часть дверей. На другом автомобиле снег провалился внутрь через разбитое заднее стекло и заполнил салон почти до сидений.

Возле магазина, через который проходила группа Нестерова, дверь теперь была завалена сорванным куском вывески. Его принесло ветром с фасада и поставило под углом, словно кто-то специально пытался перекрыть вход.

- В прошлый раз этого не было, - сказал Игорь.

Роман кивнул.

- Ветер.

- Скорее всего.

Руссу толкнул край металлического листа носком ботинка.

- Обойдём с другой стороны.

Обход занял несколько минут.

Во дворе за магазином старые следы Нестерова почти исчезли. Зато на снегу появились другие. Роман заметил их первым.

- Стоп.

На чистом участке между домами тянулись две свежие цепочки человеческих отпечатков. Не десятки. Два человека. Они пересекали старый маршрут группы и уходили к подъезду соседнего дома. Захар сразу посмотрел на края следов.

- После последнего снегопада.

- Насколько после? - спросил Руссу.

- Не знаю. Но явно не наши старые.

Игорь поднял беспилотник. Пока аппарат набирал высоту, Роман осмотрел двор.

Следы шли уверенно. Один человек был тяжелее или нёс груз. Его отпечатки проваливались глубже. Второй шёл немного сзади. У подъезда оба следа исчезали под козырьком.

- Внутри движение не вижу, - сказал Игорь. - На крыше чисто. За домом ещё один выход.

Роман подумал несколько секунд.

В прошлый раз неизвестная группа наблюдала за ними в городе. Теперь свежие следы подтверждали, что люди продолжали ходить поблизости. Но их задача была другой.

- Не проверяем.

Захар посмотрел на подъезд.

- Согласен.

Руссу кивнул. Никто не спорил. Они отметили точку на карте и пошли дальше. Через несколько кварталов Роман оглянулся на дом. За окнами ничего не двигалось. Он всё равно ускорил шаг.

* * *

Первый сеанс связи провели у старой школы.

Игорь выбрал лестничную площадку второго этажа, где окно выходило на юг. Стекла давно не было. Ветер свободно проходил через раму и шевелил остатки выцветшей занавески в бывшем кабинете. Роман стоял рядом и смотрел во двор.

Металлические турники покрылись инеем. Детская горка почти исчезла под снегом. На стене школьного корпуса оставались выцветшие рисунки, сделанные ещё до войны: солнце, цветы, разноцветные ладони. Пять лет назад Даша была совсем маленькой. Теперь она сама прошла через этот район вместе с эвакуированными. Игорь поднял складную антенну к оконному проёму.

- Седьмой, разведка. Первый контрольный сеанс. Приём.

Шипение. Через несколько секунд пришёл ответ.

- Разведка, седьмой. Слышим хорошо.

Роман взял гарнитуру.

- Движемся по известному маршруту. До жилого сектора без происшествий. Обнаружены свежие следы двух человек, уходят в жилой дом западнее школы. Контакт не проверяли. Радиационная обстановка штатная.

- Принял, - ответил Кравцов. - Состав?

- Все в норме.

- Дальше по плану.

- Принял.

Связь завершили. Руссу, стоявший у двери, посмотрел на класс.

- Здесь Нестеров с людьми отдыхал?

- На первом этаже, - ответил Роман. - Часть заходила наверх.

Роман вспомнил детские рисунки на полу, следы, упаковки от еды и круг на пожарном шкафу, предупреждавший об опасности впереди. Тогда он пытался понять, куда ушла колонна. Теперь путь до водозабора был известен.

Они задержались только на десять минут, чтобы выпить воды и поправить снаряжение. Потом снова вышли в снег.

* * *

К промзоне добрались к вечеру.

Небо стало темнее, хотя до настоящих сумерек оставалось время. Облака опустились ниже, мелкий снег начал идти почти горизонтально. Между длинными складскими корпусами ветер разгонялся так сильно, что временами приходилось наклоняться вперёд. Игорь больше не поднимал основной дрон. Видимость стала слишком плохой.

Дорога через гаражи сохранилась. Следы, по которым они шли в прошлый раз, исчезли почти полностью, но маршрут был записан в навигаторе и нанесён на бумажную карту. Там, где приборы раньше показывали повышенный фон, группа снова сделала широкий обход. Роман проверял дозиметр чаще обычного. Значения менялись мало. Савельев бы одобрил.

Когда впереди появились рельсы, Роман почувствовал знакомое напряжение. Именно здесь несколько дней назад они нашли гильзы и первые признаки того, что эвакуированные могли встретить чужих. Теперь снег закрыл почти всё.

Тёмные рельсы тянулись через белое поле. Грузовые вагоны стояли на прежних местах, их крыши покрылись толстым слоем снега. Один вагон лежал на боку, второй наклонился, но всё ещё держался на колёсах. Рядом с путями не было новых следов.

- Хоть что-то сегодня без сюрпризов, - сказал Захар.

Руссу посмотрел на него.

- Не говори такие вещи вслух.

- Суеверный?

- После последних недель? Немного.

До административного здания, где Роман, Захар и Игорь ночевали в прошлый раз, оставалось меньше километра. Решение остановиться там приняли без споров. К сумеркам видимость упала ещё сильнее, а продолжать движение к депо и тоннелю в темноте не было смысла. Здание стояло на месте.

Ветер набросал снег к стенам и почти закрыл нижние ступени. Дверь открылась тяжело. Пришлось вдвоём с Захаром расчистить порог. Внутри было темно и холодно.

Следы прошлой ночёвки всё ещё сохранялись. На втором этаже стояли те же шкафы и столы. У стены лежал кусок картона, который Игорь использовал под оборудование. В углу Роман увидел красную детскую варежку. Она всё ещё была здесь.

На ткани лежал тонкий слой пыли и снега, занесённого через щель в окне. Роман остановился у двери. В прошлый раз он долго смотрел на эту варежку, пытаясь вспомнить, не было ли такой у Даши. Теперь он знал, что дочь ушла с колонной дальше. Варежка принадлежала другому ребёнку, который тоже где-то шёл по снегу.

Азамат проверил комнаты, Захар и Руссу закрыли проём плотной тканью. Игорь установил связь. Роман сверил маршрут на завтра. До депо Михаила оставалось несколько часов пути. Дальше тоннель. Потом водозабор. Если идти без задержек, к нему можно было выйти завтра после полудня.

- Горячее будем? - спросил Захар.

Азамат посмотрел на Романа.

- Будем. Воду разогреем. Запас пока есть, - сказал Азамат.

- Тогда ставлю горелку, - отозвался Руссу.

Они разогрели воду на небольшой горелке. Открытого огня почти не было видно снаружи, а помещение впервые за несколько часов наполнилось запахом горячего напитка и пищи. Роман сидел у стены, держа кружку обеими руками. Пальцы постепенно отогревались. За окном ветер толкал снег по пустой железной дороге. Игорь проверял журнал сегодняшнего полёта.

- Всё нормально, - сказал он через несколько минут.

Роман понял, о чём речь.

- Время?

- Секунда в секунду. Никаких прыжков.

Захар поднял кружку.

- Хорошо, что сейчас без сбоев, - сказал Захар.

Игорь не ответил. Он сохранил файл и убрал терминал. Ночью дежурили по очереди. Роман уснул быстро. На этот раз снов не было.

* * *

Утром ветер стих.

Небо оставалось серым, но видимость стала лучше. Снегопад прекратился, и в разрушенной промзоне стало тихо. На крышах лежали тяжёлые белые пласты. С длинных труб свисали ледяные наросты. Между зданиями тянулись нетронутые участки снега. После завтрака группа вышла. До ремонтного депо, где жили Михаил и остальные, добрались к десяти часам. Дым из щели под крышей был виден издалека. Первым его заметил Захар.

- На месте.

Роман почувствовал неожиданное облегчение.

За воротами их узнали не сразу. Из-за металлической створки показался мужчина с ружьём. Потом опустил ствол.

- Седьмой?

- Седьмой, - подтвердил Роман.

Через несколько минут появился Михаил.

На нём была та же рабочая куртка, только поверх неё теперь лежал дополнительный шерстяной шарф.

- Быстро вернулись.

- Теперь идём дальше, за водозабор.

Михаил посмотрел на пятерых и на тяжёлые рюкзаки.

- Вижу.

Внутри депо было тепло по сравнению с улицей. Печь горела ровно. Людей осталось семеро. Пожилой мужчина сидел возле огня, подросток помогал женщине разбирать старую проводку, двое мужчин возились с металлической канистрой. Михаил предложил горячую воду. Роман не отказался, но задерживаться надолго не собирался.

- После нас машины возвращались? - спросил он.

Михаил покачал головой.

- Здесь не видел. Вчера утром слышали мотор далеко на востоке, но это мог быть кто угодно.

- Люди пешком?

- Двое проходили южнее. Не заходили. Может, те же, чьи следы вы видели в городе.

Роман запомнил.

- Нестеров ничего не передавал обратно?

- Нет. Если бы передал, я бы оставил у тоннеля знак.

Михаил посмотрел на Азамата.

- Медик?

- Помогаю врачам в объекте, - ответил Азамат.

- Хорошо. Там дальше медицина пригодится больше, чем здесь.

Роман нахмурился.

- Почему?

- Дальше лес, людей почти нет. А звери подходят к складам всё ближе.

Захар поднял бровь.

- Какое зверьё?

- Разное. Лисы, собаки. Один раз видели кабана у водозабора. А неделю назад ночью что-то ходило возле складов. Большое. Не разобрали.

- Медведь?

- Не знаю. Следы снег потом занёс.

Роман не стал развивать тему. Здесь животные встречались всё чаще, и известие о крупном звере не понравилось Роману. Через двадцать минут они были у входа в тоннель.

Металлическую дверь снова пришлось отодвигать. Внутри их встретил холодный запах воды, ржавчины и бетона. Роман включил фонарь. Лестница уходила вниз.

- Связь здесь пропадёт, - сказал Игорь.

- Следующий сеанс после выхода.

Пятеро спустились под землю.

* * *

Тоннель казался длиннее, чем Роман помнил.

В прошлый раз он шёл здесь с ощущением, что Катя и Даша были впереди всего день назад. Каждая бутылка, каждый след на пыли, каждая отметка Нестерова имели значение. Теперь большинство следов затёрлось.

Тонкий лёд на полу стал толще. В нескольких местах вода выступила из трещин и замёрзла бугристыми прозрачными полосами. Свет фонарей отражался в них и дрожал на стенах.

Под потолком тянулись старые кабели. Некоторые оборвались и свисали вниз. На металлических креплениях росли длинные сосульки. Руссу посмотрел вверх.

- Под кабелями осторожнее, - сказал Руссу.

- Вижу, - ответил Захар.

Азамат шёл осторожно, проверяя каждый скользкий участок перед тем, как переносить вес рюкзака. На развилке сохранились отметки Нестерова: три вертикальные линии и круг с буквой «В». Водозабор. Роман провёл фонарём по стене. Новых знаков не было. Они пошли дальше. Когда впереди появился дневной свет, Игорь первым выключил фонарь.

Люк примерз по краям. Захар упёрся плечом в тяжёлую крышку, Роман помог ему, и вдвоём они сдвинули её. В тоннель хлынул холодный воздух. Роман поднялся первым. Впереди лежал водозабор. Отсюда начинался неизвестный им участок пути.

* * *

Они остановились в здании на верхней насыпи.

В комнате связи всё осталось почти так же, как несколько дней назад. Старый передатчик стоял на столе. Металлическая коробка с надписью «ДЛЯ 7» была пустой. Рядом лежала пыльная отвёртка, кусок кабеля и несколько листов довоенных инструкций. Роман задержался у стола. Здесь он впервые прочитал Катину записку. Теперь письмо лежало у него на груди под несколькими слоями одежды. Захар ничего не говорил. Руссу осматривал комнату впервые и заметил надпись на коробке.

- Вот здесь оставили?

- Да.

- Удачно спрятали.

Роман посмотрел в окно. За каналом начинался лес.

- Повезло, что нашли.

В соседнем техническом помещении Игорь и Азамат проверяли старую систему водозабора. Главные насосы давно молчали, но в нижней части комплекса сохранялся закрытый резервуар, о котором было указано на технической схеме. Савельев заранее объяснил порядок проверки. Воду брали не из открытого канала.

Азамат набрал небольшую пробу из контрольного крана, Игорь сверил переносной прибор, затем использовали тестовый набор из объекта. Только после этого заполнили часть ёмкостей и прокипятили воду для горячего питья. Процедура заняла почти час. Руссу наблюдал за всем этим и вздохнул.

- Раньше можно было просто открыть кран, - сказал Руссу.

Захар сел на металлический ящик.

- И ещё жаловались, если вода шла слабо.

- Теперь бы хоть такую, - ответил Руссу.

Роман подошёл к окну.

На снегу за зданием старый след колонны ещё угадывался, но стал значительно слабее. В лесу он почти исчезал. Игорь поднял дрон. Аппарат ушёл над деревьями. На экране появилась белая просека и линия старых мачт связи.

- След вижу кусками, - сказал Игорь. - Под деревьями снег сохранился лучше. На открытых местах почти ничего.

- Ткань на мачте?

Игорь провёл камерой вправо.

Светлый кусок всё ещё висел на проводе или креплении примерно в километре от водозабора. Теперь его хорошо трепал ветер.

- На месте.

Роман посмотрел на время. До следующего сеанса связи оставалось двадцать минут. Они поднялись на крышу. Антенну закрепили у ржавого ограждения.

- Седьмой, разведка. Приём.

Ответ пришёл хуже, чем утром, но достаточно уверенно.

Роман передал координаты и сообщил, что они дошли до водозабора без происшествий.

- Дальше уходим по линии связи, - сказал он. - След Нестерова сохраняется частично.

Кравцов ответил через шум:

- Принял. Следующий сеанс по графику. За водозабором не спешить.

- Понял.

Связь оборвалась. Роман посмотрел на лес. Теперь всё, что находилось впереди, они видели впервые.

- Собираемся, - сказал он. - До темноты найдём первую точку ночёвки.

* * *

За водозабором служебная дорога почти исчезла.

На старой карте она шла параллельно линии связи, соединяя мачты и технические станции. Но пять лет без ремонта, снег, корни и упавшие деревья сделали её почти непроходимой.

Первые сотни метров ещё угадывались две колеи. Потом одна исчезла под кустарником, вторая упёрлась в упавшую сосну. Дальше начинался смешанный лес.

Часть старых деревьев погибла. Высокие серые стволы стояли без ветвей или лежали друг на друге, образуя тяжёлые переплетения. Между ними росли молодые берёзы, низкие кусты и редкие ели. Некоторые выглядели неожиданно здоровыми. На тёмно-зелёных ветвях лежал свежий снег.

Роман впервые за долгое время слышал звуки, которые не принадлежали городу. Скрип деревьев. Шорох снега, осыпавшегося с ветвей. Тихий треск замёрзшей древесины.

Один раз где-то справа вспорхнула небольшая птица. Она пролетела между стволами и исчезла так быстро, что Руссу сначала решил, будто ему показалось.

- Видели?

- Видели, - ответил Азамат.

Руссу посмотрел туда, где исчезла птица.

- Откуда она здесь? - спросил Руссу.

Захар повернул голову.

- Похоже, птица здесь и зимует, - ответил Захар.

- Давно их не видел.

Роман усмехнулся. Пока лес выглядел именно лесом. Разрушенным, холодным, местами мёртвым, но живым.

След Нестерова читался хуже, чем в городе. Под деревьями сохранялись отдельные отпечатки. На поваленном стволе кто-то срубил несколько ветвей, чтобы провести людей. У небольшого склона в снегу остались глубокие борозды, где гражданским помогали подниматься. Через полтора километра они дошли до первой мачты.

Металлическая конструкция стояла под углом. Один трос оборвался, часть изоляторов лежала в снегу. Светлая ткань была привязана к нижней перекладине. Роман подошёл.

Материя держалась крепко. Между складками почти не набился снег, хотя саму мачту уже занесло.

- Нестеров? - спросил Руссу.

- Скорее всего.

Захар проверил снег вокруг.

- Колонна здесь проходила. Много следов. Потом на север.

Игорь достал камеру и зафиксировал метку. Роман почувствовал облегчение: они всё ещё шли по следу колонны. Через несколько минут он заметил странность в показаниях компаса.

Небольшой стрелочный прибор был закреплён на лямке рюкзака как резерв на случай отказа электроники. Он пользовался им редко, но сейчас заметил, что стрелка медленно уходит в сторону, хотя группа стояла неподвижно.

- Игорь.

Тот подошёл.

- Что?

Роман показал компас. Стрелка качнулась ещё раз и остановилась почти на востоке. Игорь достал свой. У него направление было нормальным.

- Поднеси сюда.

Роман снял прибор с лямки и отступил на несколько шагов. Стрелка вернулась на север. Захар посмотрел на мачту.

- Мачта мешает, - сказал Захар.

- Скорее всего, - сказал Игорь. - Тросы, конструкция, может под землёй кабель.

Роман тоже так подумал. Они отошли ещё дальше. Оба компаса снова показывали одинаково. Скорее всего, стрелка реагировала на металл старой мачты. Группа продолжила путь. Примерно через сорок минут Игорь остановился.

- Подождите.

На планшете мигнул значок связи с дроном. Аппарат находился всего в четырёхстах метрах впереди.

- Сигнал просел, - сказал Игорь.

- Ветки?

- Может быть. Подниму выше.

Дрон набрал высоту. Картинка улучшилась, но через несколько секунд снова пошла рябь.

- Странно.

Роман посмотрел вокруг.

Впереди стояла ещё одна мачта. Ни дыма, ни строений, ни чего-либо необычного.

- Возвращай.

Игорь не спорил. Аппарат развернулся. На экране на секунду появилась серо-белая полоса помех. Потом изображение восстановилось. Дрон вернулся нормально.

- Батарея семьдесят два, - сказал Игорь. - Связь должна была держаться.

- Запиши точку.

- Уже.

Они пошли дальше. Через несколько минут Захар остановился и поправил воротник.

- Мороз крепчает.

Руссу выдохнул в ладони.

- И правда.

- Минут двадцать назад было теплее, - сказал Захар.

Роман проверил маленький термометр на снаряжении. Минус двенадцать. Двадцать минут назад у водозабора было около минус семи.

- Низина, - сказал Азамат. - Холодный воздух собирается.

Местность действительно опускалась. Лес становился плотнее, солнца всё равно не было, ветер почти исчез. Объяснение выглядело правдоподобным. Но через триста метров температура снова поднялась до минус восьми. Руссу посмотрел на термометр.

- Опять теплее стало.

- Вышли из низины, - ответил Азамат.

- За триста метров на четыре градуса?

- Может быть. Я бы отметил это место.

Роман уже записывал показания и координаты. Он не знал, было ли в перепаде температуры что-то необычное, но в незнакомом лесу такие вещи стоило замечать.

* * *

Следы они нашли ближе к четырём часам. Роман сначала решил, что это обычный волк или крупная собака.

Цепочка выходила из кустарника слева, пересекала служебную дорогу и уходила между соснами.

- Стоп.

Захар подошёл первым. В снегу виднелись отпечатки четырёх лап. Большие. Заметно крупнее тех, что они видели утром у насосного здания. Азамат присел.

- Собака?

- Очень большая, - сказал Руссу.

Захар положил рядом ладонь, не касаясь отпечатка.

- Волк может быть.

Роман смотрел не только на размер.

Расстояние между следами было странным. На нескольких шагах животное двигалось ровно, потом два отпечатка почти совпадали, словно зверь резко изменил походку. Дальше снова появлялся длинный шаг. Игорь сфотографировал.

- Здесь ещё.

Чуть дальше след вышел на более плотный снег.

Передняя лапа оставила глубокий отпечаток. Рядом задний оказался меньше и смещён внутрь. Руссу нахмурился.

- Хромает?

- Может быть, - сказал Азамат.

- Тогда почему шаг такой длинный?

Никто не ответил. Роман проследил направление. Следы уходили в сторону, не совпадая с маршрутом Нестерова.

- Не преследуем.

Захар выпрямился.

- Я и не собирался.

- Фиксируем и идём дальше.

Они сделали несколько снимков и отметили координаты. Через пять минут лес снова выглядел обычным. Но теперь каждый время от времени смотрел между деревьями. Первым животное увидел Руссу.

- Справа.

Он сказал это негромко, но все остановились сразу. Роман повернул голову. Между двумя стволами, метрах в семидесяти, стояло что-то серое. Большое.

На секунду он действительно подумал о волке. Потом понял, что силуэт слишком высокий в плечах. Животное стояло боком, частично скрытое кустами. Длинная морда. Светлая грязно-серая шерсть. Передняя часть тела казалась массивнее задней. Роман успел увидеть только несколько деталей. Зверь повернул голову. Потом одним быстрым движением ушёл за деревья. Не бросился на них. Не зарычал. Просто исчез. Захар поднял оружие, но не целился.

- Это что было?

Азамат смотрел туда же.

- Не знаю.

- Волк? - спросил Игорь.

Руссу медленно покачал головой.

- Я видел волков вживую. Этот по-другому сложен.

- Чем именно? - спросил Захар.

Руссу нахмурился.

- Слишком высокий спереди. И двигался странно.

Роман поднял ладонь.

- Без фантазий. Мы видели животное несколько секунд через кусты. Может быть крупная собака. Может волк с травмой. Может вообще расстояние неправильно оценили.

Руссу посмотрел на него.

- Я только сказал, что он странно выглядел.

- Вот и хорошо.

Игорь уже запускал дрон.

- Посмотрю сверху.

Аппарат поднялся над кронами. Пять минут поиска ничего не дали. На снегу между деревьями след быстро терялся.

- Нет его, - сказал Игорь.

Роман проверил время.

- И не надо. До темноты меньше двух часов. Ищем укрытие.

Они пошли дальше. Теперь никто не выпускал лес из виду надолго.

* * *

Ретрансляционную станцию нашли почти случайно.

На карте Кравцова она была отмечена небольшим квадратом возле третьей мачты, но служебная дорога к ней полностью исчезла под снегом и молодыми деревьями. Если бы Захар не заметил прямую линию бетонных столбиков, они прошли бы в ста метрах. Здание стояло на небольшом возвышении.

Одноэтажное, прямоугольное, с плоской крышей и металлической дверью. Рядом возвышалась невысокая антенная мачта, отдельная от основной линии. На ней всё ещё висели остатки кабелей. Снег вокруг здания был чистым. Следов людей не было. След Нестерова проходил восточнее и уходил дальше на север.

- Они здесь не останавливались, - сказал Захар.

- Им и не обязательно, - ответил Роман. - Нам подходит.

Азамат проверил дозиметр.

- Фон нормальный.

Роман и Захар подошли к двери.

Замок проржавел, но сама створка держалась. После нескольких попыток Руссу достал инструмент, и минут через пять механизм сдался. Дверь открылась внутрь с длинным металлическим скрипом. Запах был неожиданно сухим.

Внутри находился небольшой коридор, аппаратная и две служебные комнаты. Окна были узкими, часть закрыта металлическими ставнями. Крыша не протекала. На полу лежала пыль, но снега почти не было.

- Здесь хотя бы от ветра спрячемся, - сказал Захар.

Руссу посветил в соседнюю комнату.

- Даже стол есть.

На столе действительно стояли старые приборы. Серые металлические корпуса, переключатели, несколько аналоговых шкал. Большая часть кабелей была отключена или сгнила. На стене висела схема сети связи. Игорь оживился сразу.

- Подождите.

Он подошёл к шкафу, открыл дверцу и провёл фонарём по оборудованию.

- Что? - спросил Роман.

- Здесь был автономный ретранслятор. Резервное питание от батарей и, судя по схеме, маленький дизель снаружи.

Захар посмотрел на покрытые пылью приборы.

- И вряд ли заработает, - заметил Захар.

- Я не собираюсь его запускать. Просто интересно.

- Игорь.

- Да, понял. Сначала ночёвка.

Они осмотрели всё здание.

В дальней комнате стояли два металлических шкафа, старый диван и деревянная скамья. Окно сохранилось полностью. Дверь закрывалась. Для ночёвки место было почти идеальным.

Руссу и Захар укрепили вход изнутри. Азамат разложил медицинскую сумку и заставил всех снять перчатки, проверить пальцы и обувь. Игорь установил антенну у окна. Роман сверил карту.

За день они прошли меньше, чем хотел Роман, но след Нестерова сохранялся. Завтра можно было продолжать вдоль линии связи. В 20:00 наступало время контрольного сеанса. Игорь включил основную станцию. Сначала в наушниках был обычный шум.

- Седьмой, разведка. Контрольный сеанс. Приём.

Треск. Ответа не было. Он изменил положение антенны.

- Седьмой, разведка. Как слышите? Приём.

Шум стал сильнее. Потом на секунду прорвался голос. Роман поднял голову. Не Кравцов. Не оператор связи объекта. Мужской голос, далёкий и искажённый помехами, произнёс несколько слов.

- ...третий... готовиться к отходу...

Игорь замер. Роман подался ближе к приёмнику, стараясь разобрать слова.

- Что?

Игорь поднял ладонь, требуя тишины. В динамике снова зашипело. Потом голос вернулся. На этот раз отчётливее.

- ...через десять минут снимаетесь... маршрут четыре... объект семь...

Перед Романом на секунду исчезла комната. Он снова увидел ноябрьскую дорогу. Грязь под ногами. Дым над лесополосой. Людей, собирающих рюкзаки в окопе.

И услышал голос командира взвода, который пять лет назад передал приказ отходить к объекту № 7. Тот самый приказ. Те же слова. Роман подошёл к радиостанции.

- Повтори.

Игорь посмотрел на него.

- Я ничего не передавал.

- Я про запись. Ты записываешь эфир?

- Да.

В динамике снова был только шум. Руссу медленно поднялся от стены.

- Что это сейчас было?

Захар смотрел на Романа. Он понял по лицу.

- Ты знаешь этот голос?

Роман не ответил сразу. Пять лет прошло с того дня.

Он не мог гарантировать, что помнит тембр идеально. Люди забывают голоса. Память меняет интонации. Радиопомехи искажали звук. Но слова он помнил.

- Такой приказ я получил в день ударов, - сказал он наконец. - Перед тем как мы пошли к объекту.

В комнате стало тихо. Руссу смотрел на станцию.

- А если запись осталась в каком-нибудь блоке?

Игорь сразу покачал головой.

- Он не должен хранить переговоры. Это не диктофон. Даже если здесь стояла цифровая система с буфером, пять лет без питания она не должна внезапно выдать кусок на нашей частоте.

- А если питание где-то осталось? - спросил Азамат.

- Тогда здесь должны работать хотя бы какие-то индикаторы. - Игорь показал на старые шкафы. - Всё мёртвое.

Роман посмотрел на приёмник.

- Частота?

Игорь сверился с экраном.

- Не наша рабочая. Сигнал пришёл на сканировании рядом с военным диапазоном. Станция сама остановилась, потому что поймала несущую.

Захар нахмурился.

- То есть это мог кто-то передать сейчас?

- Мог. Теоретически. Только зачем передавать старый приказ про объект семь слово в слово?

- Может, кто-то слушал старые записи.

- Где они их взяли?

Никто не ответил. Роман заставил себя вернуть мысли к задаче.

- Седьмой вызывай отдельно. На рабочей частоте.

Игорь переключился.

- Седьмой, разведка. Приём.

Несколько секунд шёл шум. Потом появился знакомый голос оператора.

- Разведка, седьмой. Слышим слабо. Докладывайте.

Роман почувствовал, как ослабло напряжение в плечах. Остальные тоже придвинулись ближе к радиостанции.

Роман передал координаты, рассказал о следе Нестерова, кратко упомянул крупное животное и нестабильную связь у линии. О старой передаче он сказал последней. В эфире наступила пауза. Кравцов вышел на связь сам.

- Повтори, что услышали.

Роман повторил.

- Запись есть?

- Есть.

- Сохранить. Ничего на этой частоте не передавать в ответ. Завтра на следующем сеансе сообщите, повторилось или нет.

- Принял.

Кравцов тоже не стал придумывать объяснение. Роман убрал гарнитуру. Некоторое время никто не говорил. Потом Захар достал паёк.

- Ты запись сохранил? - спросил он.

Игорь кивнул, не отрываясь от экрана.

- И сделай копию, - добавил Руссу.

- Сделаю, - ответил Игорь.

Азамат разлил горячую воду по кружкам.

- Поешьте, пока не остыло. Ночью ещё дежурить.

Роман взял кружку, но почти не притронулся к еде. Он несколько раз прослушал запись вместе с Игорем.

Голос был плохого качества. В некоторых местах слова почти исчезали под треском. Но фраза оставалась узнаваемой. «Через десять минут снимаетесь. Маршрут четыре. Объект семь». Роман помнил этот приказ.

Он помнил, каким был эфир в тот день: артиллерия, отходящие подразделения, ракетная тревога, голоса людей, которые больше не вышли на связь. Теперь тот же приказ прозвучал на заброшенной станции посреди леса.

- Смотри, - тихо сказал Игорь.

Роман повернулся. На экране был открыт журнал приёмника.

- Что?

Игорь провёл пальцем по строке времени.

- Станция поймала сигнал в двадцать ноль три шестнадцать.

- И?

- Системные часы сейчас двадцать ноль пять ровно. Всё нормально. Но вот длительность записи.

Роман посмотрел.

Файл был длиннее на сто четыре секунды, чем интервал, отмеченный журналом приёма. Он сначала не понял. Потом вспомнил терминал в объекте. Последний полёт дрона. Сто четыре потерянные секунды. Игорь смотрел на него молча.

- Та же разница? - спросил Роман.

- Ровно та же.

Из соседней комнаты донёсся голос Захара:

- Вы там надолго?

Игорь не ответил. Роман посмотрел на старые металлические шкафы ретранслятора. Ни один индикатор не горел. За окном стоял тёмный лес. Ветер снова начал двигать ветви, и по стеклу тихо зашуршал снег.

- Сохрани всё отдельно, - сказал Роман.

- Уже.

Игорь кивнул. Роман вернулся к остальным. Он не хотел давать случившемуся название, пока не понимал, что именно произошло.

Всё ещё можно было искать техническую причину: сбой часов, повреждённый файл, помехи. Но совпадение не давало ему покоя. Перед сном Роман проверил дверь, окно и дозиметр, затем убрал письмо Кати глубже во внутренний карман.

На двух разных устройствах, в разных местах и в разные дни пропали одни и те же сто четыре секунды.

Глава 3: «Сто четыре секунды»

Роман проснулся за несколько минут до своей смены. Будить его не пришлось.

В дальней комнате ретрансляционной станции было почти темно. Закрытый фонарь у стены оставлял на полу узкую полосу тусклого света, и в ней едва различались рюкзаки, прислонённое к стене оружие и ботинки, поставленные сушиться у старого металлического шкафа. Руссу спал на продавленном диване, подложив под голову свёрнутую куртку. Захар устроился возле двери прямо на полу, ближе остальных к выходу. Азамат лежал у противоположной стены, вытянув ноги и накрывшись тонким термоодеялом.

Роман прислушался. Из аппаратной доносился лишь слабый скрип стула. Он поднялся, стараясь не задеть рюкзак Захара, надел куртку и прошёл в соседнюю комнату.

Игорь сидел за столом над планшетом. Свет экрана падал ему на лицо; под глазами залегли тени. Рядом стояла радиостанция с антенной, вынесенной за окно. Вдоль стены громоздились старые шкафы ретранслятора с потускневшими шкалами и рядами механических переключателей. Ни один индикатор не горел.

- Ты должен был спать, - тихо сказал Роман.

Игорь даже не повернулся.

- Я спал.

- Когда?

- До того, как сел разбирать запись. - Он прокрутил таблицу и поднял глаза. - Минут сорок поспал. Не больше.

Роман подошёл к столу. На планшете были открыты журнал радиоприёмника и график, который Игорь построил по временным меткам.

- Нашёл что-нибудь кроме ста четырёх секунд?

- Приёмник начал запись в двадцать ноль три шестнадцать, а по журналу закончил в двадцать ноль четыре сорок одну. Прошло восемьдесят пять секунд. Сам файл длится три минуты девять секунд. Разница - сто четыре секунды. - Игорь увеличил строку на экране. - Я проверил: нет ни повторов, ни пустых участков, ни заметных разрывов звука.

- Может, файл повреждён так, что ты этого не видишь?

- Может. Приёмник старый, да и холод ему на пользу не идёт. Только почему разница совпадает с тем, что мы нашли в журнале дрона?

Роман посмотрел на второе окно. Там были данные последнего полёта, которые Игорь ещё в объекте № 7 отметил как подозрительные. Другое устройство, другой контроллер, другой день. И те же одна минута сорок четыре секунды.

- Оба прибора проверял ты, - заметил Роман. - Мог использовать одинаковые настройки.

Игорь наконец усмехнулся.

- Проверил уже. Настройки разные.

- Я не обвиняю тебя. Ищу то, что мы могли упустить.

- И я ищу. У приёмника собственные часы и память. От контроллера дрона он вообще не зависит. - Игорь потёр глаза. - Но меня больше беспокоит сам сигнал. По звуку это не испорченный файл. Передача действительно пришла по радио.

Роман сверил цифры ещё раз. Сто четыре секунды - меньше двух минут. Человек мог не заметить такого промежутка, если не следил за часами. Но одинаковое расхождение в двух приборах, не связанных друг с другом, требовало проверки.

- До утра никаких выводов, - сказал он.

- Я их и не делаю.

- Тогда почему до сих пор не лёг?

- Потому что не могу перестать об этом думать. Ты, кажется, тоже.

Роман уже собирался ответить, когда за их спинами раздался короткий металлический щелчок.

Оба повернулись одновременно.

Щелчок напоминал звук остывающей металлической трубы. Роман направил фонарь на ближайший шкаф ретранслятора. Под мутным стеклом шкалы виднелась тонкая стрелка.

На глазах у обоих она дрогнула, сдвинулась на деление и медленно вернулась в крайнее левое положение.

Игорь поднялся.

- Ты видел?

- Видел. Не трогай.

- Я только проверю питание.

- Утром. Снаружи посмотрим ввод и резервный блок. Сейчас ничего не разбираем.

Игорь направил фонарь вниз. Часть кабелей была обрезана, остальные покрывал толстый слой пыли. Не пахло нагретой изоляцией, не слышалось работы реле, не горело ни одной лампы.

- От перепада температуры механизм мог дёрнуться, - сказал Роман.

- Мог.

- Возможно, металл просто остыл.

- Возможно, - согласился Игорь. Уверенности в его голосе не было.

Роман подождал, но стрелка больше не шевелилась.

Из соседней комнаты донёсся голос Захара:

- Если вы там что-то чините, делайте это потише. Нам утром идти.

Игорь взглянул на Романа, затем на мёртвый прибор и выключил фонарь.

- Иди ложись, - сказал Роман. - Я дежурю.

- Я только сохраню журналы.

- Сохраняй и ложись.

Игорь посмотрел на него, понял по тону, что спорить бессмысленно, сохранил файлы и выключил экран.

- Ты только за ним последи, - сказал Игорь, кивнув на шкаф.

- Спать, Игорь.

Когда тот ушёл, Роман сел у окна. Снаружи стояла густая зимняя темнота. Лес начинался почти сразу за площадкой перед станцией. Днём между стволами можно было различить старую служебную дорогу и бетонные опоры линии связи. Сейчас ближние деревья казались чёрными вертикальными полосами, а всё, что находилось дальше, сливалось в единую стену.

Ветер стряхивал снег с ветвей. Иногда с крыши раздавался сухой треск, и Роман поворачивал голову к аппаратной, но стрелка оставалась неподвижной.

Роман достал из внутреннего кармана сложенное письмо Кати. Разворачивать не стал. Просто провёл пальцем по краю бумаги, убедился, что она на месте, и убрал обратно.

Ещё вчера всё сводилось к понятным задачам: держаться следа Нестерова, идти на север, проверять укрытия и связь. Теперь в журналах двух приборов обнаружилась одинаковая потеря времени. Роман не знал, имеет ли она отношение к дороге впереди, и до утра не мог ничего проверить.

* * *

К утру облака над лесом поднялись выше, хотя солнце по-прежнему не показывалось. На узком окне станции выступил ледяной узор. Металлическую дверь за ночь прихватило морозом, и Захар с Руссу вдвоём пытались её открыть.

- Поднажми, - сказал Захар, навалившись плечом на дверь.

Руссу упёрся в створку рядом.

- Да толкаю я.

- Тогда ещё раз. На счёт три.

Со второго толчка дверь поддалась с протяжным скрипом.

Снаружи потянуло холодным воздухом, снегом и влажной корой. После пыли ретрансляционной станции даже этот сырой запах леса казался свежим.

Роман вышел первым и остановился на пороге.

На снегу перед зданием появилась новая цепочка следов.

Вчера вечером площадка оставалась почти нетронутой. Они сами проходили от двери к антенне, Руссу обходил стены, Игорь несколько раз выходил проверять кабель, и эти отпечатки Роман узнавал. Новая цепочка шла со стороны леса и описывала вокруг станции широкую дугу.

Азамат присел возле ближайшего следа, не касаясь снега.

- Ночью кто-то подходил, - сказал Азамат.

- Вчера этих следов не было, - подтвердил Роман.

Отпечаток походил на волчий: четыре пальца, широкая подушечка и вытянутая задняя часть. Но был слишком крупным, почти с ладонь взрослого человека, а расстояние между отпечатками указывало на длинный шаг.

Игорь уже достал планшет.

- Похоже на зверя, которого мы видели вчера.

Руссу медленно посмотрел в сторону деревьев.

- Значит, он был здесь, пока мы спали, - сказал Руссу.

Роман пошёл вдоль цепочки. Зверь не подходил к станции прямо. Он обошёл её, несколько раз меняя расстояние до стен, словно изучал запахи или искал подход. У северной стены следы стали глубже. Там животное замедлилось и затем повернуло к окну комнаты, где они спали.

Захар подошёл к окну и посмотрел на отпечатки.

- Подошёл почти вплотную.

Следы доходили почти до фундамента и там обрывались. Роман остановился, пытаясь понять, куда животное могло уйти.

Игорь обошёл угол.

- С этой стороны ничего.

Руссу поднял голову на плоскую крышу.

- На крышу оно вряд ли забралось, - пробормотал Руссу.

Азамат осмотрел поверхность внимательнее.

- Могло развернуться по собственным следам.

Роман вернулся на несколько метров назад и присел. В одном месте края отпечатков действительно накладывались друг на друга. При обратном движении зверь почти точно попадал в прежние следы, поэтому отдельной цепочки не получилось.

- Вот, - сказал Роман. - Ушло той же дорогой.

Захар выпрямился и оглянулся на лес.

- Выходит, мы и не услышали, как он ушёл.

Игорь положил возле отпечатка складную линейку, сделал несколько снимков с разных углов и добавил координаты.

- Передадим Лебедевой, когда будет нормальная связь. Пусть хотя бы скажет, на что это похоже.

Ночью животное обошло укрытие, задержалось под окном и ушло обратно в лес. За годы без людей звери могли перестать бояться зданий и человеческого запаха. Отпечаток в рыхлом снегу иногда казался крупнее самой лапы. И всё-таки Роману не нравилось, насколько близко хищник подошёл к спящим людям.

- Не задерживаемся, - сказал Роман. - Завтракаем внутри, собираемся. Через сорок минут выходим.

Руссу ещё раз взглянул на следы.

- Думаешь, вернётся? - спросил Руссу.

- Надеюсь, нет. Но проверим дорогу перед выходом.

Захар отошёл от окна.

- Снимки сделаны? - спросил Роман.

Игорь кивнул и убрал планшет. Они вернулись в здание собирать вещи.

* * *

Перед выходом Игорь всё-таки проверил ретранслятор. За северной стеной станции они с Романом откопали небольшой металлический короб, почти полностью занесённый снегом. Под крышкой находились остатки силового ввода и несколько толстых кабелей. Один уходил в землю, но был перебит в двух местах. Резервный дизельный блок стоял за зданием под покосившимся навесом. Бак оказался пустым, аккумуляторного блока не было вообще.

- Питания нет, - сказал Игорь. - Ввод перебит, резервный дизель пустой. Аккумулятора тоже нет. Шкафы сейчас не должны работать.

- Стрелка могла сдвинуться от перепада температуры, - сказал Роман.

Игорь не стал спорить. Он ещё раз осмотрел кабели и закрыл крышку короба.

Они закрыли дверь настолько, насколько позволял повреждённый замок, и вышли на север. След Нестерова проходил восточнее станции и снова выводил к старой линии связи. За ночь ветер слегка сгладил края отпечатков, но широкую цепочку большой группы потерять было невозможно. В низинах снег доходил почти до середины голени. На более открытых местах его сдуло, и под ногами проступали потрескавшийся асфальт старой служебной дороги, бетонные плиты и чёрные корни деревьев.

Роман шёл первым. Захар держался справа и немного позади, Руссу время от времени оглядывался на лес за спиной. Игорь нёс дрон в утеплённом контейнере, экономя батареи. Азамат замыкал группу, следя и за дорогой, и за состоянием остальных.

Лес становился гуще. В городе война оставила разбитые окна и обвалившиеся дома; здесь её последствия было труднее отделить от обычного запустения. Среди почерневших стволов поднялись молодые берёзы. Некоторые деревья были сломаны на высоте нескольких метров, другие сохранили живые ветви, хотя кора на них покрылась серыми пятнами.

Вдоль дороги попадались бетонные столбики с выцветшими номерами, обрывки кабеля и почти занесённые снегом технические люки. У одной из опор лежал ржавый дорожный знак. Краску с него давно смыло; узнать, что он когда-то обозначал, было невозможно.

Сама линия связи шла почти параллельно дороге. Бетонные опоры стояли через равные промежутки, хотя несколько давно упали. На верхушках ещё держались перекладины и фарфоровые изоляторы. Провода сохранились кусками: где-то натянутые, где-то провисшие почти до земли, а иногда исчезавшие на сотни метров.

Игорь посмотрел на номер очередной опоры.

- Двенадцатая.

Роман сверился с картой.

- До сервисного узла около трёх километров.

- Если лес не перекрыл дорогу, - добавил Захар.

- Посмотрим по месту.

Захар кивнул и поправил рюкзак.

Пока они разговаривали, дорога оставалась спокойной. Фон держался на привычных значениях, ветер почти не чувствовался между деревьями, а след эвакуированной группы уверенно уходил вперёд.

Первые проблемы начались возле четырнадцатой опоры.

Голос Захара в гарнитуре неожиданно стал прерываться.

- Ром... ты меня... слышишь?

Роман остановился и поднял руку. Группа замерла.

- Повтори.

В ответ пришёл только сухой треск. Руссу находился в нескольких метрах и потому просто снял один наушник.

- Внутренний канал?

Игорь проверил рацию.

- Сигнал скачет. Пока не пойму почему.

- Линия может мешать? - спросил Азамат.

Игорь поднял голову на провода.

- Может влиять металл опор или кабель, - ответил Игорь. - Но это ещё надо проверить.

Азамат посмотрел на дозиметр.

- Радиация без изменений.

Роман отметил номер опоры на карте.

- Дальше медленно. Если связь пропадёт полностью, возвращаемся к этой точке и проверяем оборудование.

Они прошли ещё около ста метров, и помехи исчезли так же неожиданно, как появились. Гарнитуры снова работали чисто.

- Связь вернулась, - сообщил Захар.

Роман отметил место исчезновения помех. Пока не было причин связывать их с потерянными секундами.

* * *

Сервисный узел стоял рядом с линией. Небольшое кирпичное здание пережило войну хуже ретрансляционной станции: часть крыши обрушилась, дверь лежала в снегу, в комнате у окна вырос куст. Следы Нестерова заходили внутрь. Уцелевшая часть пола была вытоптана десятками людей.

- Останавливались, - сказал Захар.

В первой комнате лежали смятые куски картона, использованные как подстилки. В углу стояла пластиковая бутылка из запасов объекта. На полу сохранилось тёмное пятно от небольшой горелки. Никаких признаков спешки или борьбы Роман не увидел.

Игорь первым нашёл отметку Нестерова. На кирпиче были две короткие линии, стрелка на север и свежая карандашная надпись:

«Связь плохая. Идём по линии. Группа вместе».

Роман перечитал её дважды. Всего несколько слов, но они значили больше любых предположений. Никакой паники. Никаких сообщений о потерях. Нестеров продолжал считать людей и оставлять понятные ориентиры.

- Значит, они тоже ловили помехи, - сказал Игорь.

- Пока не знаем. Отметку оставили не случайно, - ответил Роман.

Руссу тем временем присел возле металлического шкафа.

- Тут журнал лежит.

На нижней полке оказалась толстая папка в растрескавшейся пластиковой обложке. Бумага отсырела, края листов слиплись. Записи относились к обслуживанию линии за несколько лет до войны: обрывы кабеля, замена изоляторов, повреждения после гроз, заявки на ремонт.

Игорь осторожно перелистывал страницы, пока вдруг не остановился.

- Смотрите. Этот участок упоминается несколько раз.

Роман подошёл ближе.

В графе замечаний несколько раз повторялся один и тот же участок между семнадцатой и девятнадцатой опорами. Сначала стояла запись о нестабильной связи. Позже оборудование меняли, но проблема сохранялась. Ещё через несколько месяцев техник отдельно отметил «плавающую временную синхронизацию между узлами».

Дата была довоенной. За два года до ударов.

Роман прочитал строку ещё раз.

- Что это могло означать?

- Тогда могло быть что угодно: повреждённый канал, разные модели оборудования, ошибки при синхронизации. Надо видеть саму систему, - ответил Игорь.

- Там указана величина расхождения?

- Здесь цифр нет.

Захар посмотрел на папку, потом на Романа.

- Получается, связь барахлила здесь ещё до войны? - спросил Захар.

- Судя по журналу, да.

Азамат взял журнал, внимательно посмотрел на дату и вернул Игорю.

- Значит, это не обязательно последствие ударов, - сказал Азамат.

- Верно. Сфотографируй страницы, Игорь. Папку оставим здесь, - сказал Роман.

Через несколько минут они снова были на дороге. Впереди среди деревьев уже виднелась семнадцатая опора.

* * *

Первым изменился воздух. Роман почувствовал резкий холод, словно шагнул из леса в морозильную камеру.

Между бетонными опорами мороз пробрался под воротник и сквозь перчатки. Ветер не усилился, место оставалось таким же защищённым деревьями, как несколько шагов назад.

Захар остановился первым.

- Почувствовали? - спросил Захар.

Азамат посмотрел на термометр рядом с дозиметром.

- Минус одиннадцать.

Роман проверил свой.

- Было минус семь.

Руссу оглянулся назад. За их спинами оставался тот же лес, тот же снег и серое небо. Ветви почти не двигались. Никакого открытого пространства или оврага, откуда мог бы тянуть холодный воздух, рядом не было.

Игорь включил планшет.

- Компас на планшете ведёт себя странно.

Цифровая стрелка ушла на несколько градусов, остановилась и вернулась. Захар достал механический компас: его стрелка тоже дрожала, но направление на север сохраняла.