Kitabı oxu: «Курсант-адмирал»

Вступление

Осенним дождливым днем, спортивно одетый молодой человек шел по улице Санкт-Петербурга, смотрел на архитектурные памятники Северной столицы мировой империи, которая была возрождена, и жадно вдыхал влажный воздух. Он прибыл по скоростной железной дороги Ярославль – Санкт Петербург, и недавно шагнул из одиннадцатого класса во взрослую жизнь с четвёрками и пятёрками, по всем предметам. Окончить школу с очным обучением было в его время было большой редкостью. Все его друзья по социальным сетям сидели на дистанционном обучении, или просто слушали лекции, сдавали тесты, получали такие же сертификаты, но лишались живого человеческого общения, возможности драться, спорить и мирится, списывать друг у друга и совместно обсуждать учителей на переменах, да и многих других радостей школьной жизни. Родителям Николая, а именно так звали молодого человека, напрягая все материальные силы, пришлось продать одну из двух квартир, и задействуя все свои связи, они всё таки смогли выбить для своего чада место в единственной на весь город очной школе, где учились дети всех патрициев¹. Государство решило, ни к чему содержать для плебеев² остальные сорок школ небольшого городка. Продали здания, отправили педагогов³ на пенсию или переобучение, всех способных обучать детей дистанционно. Наделив избранных педагогов⁴ не только весомой зарплатой, так как высвобождались громадные средства. Но и огромными возможностями, так как поголовная чипизация, помогала преподавателю не только видеть мысли и чувства ученика, но и поощрять его не оценками, а выпуском эндокринной системой обучаемого, гормонов радости. Учащиеся реально подсели за изучение предметов, как за самую увлекательную компьютерную игру, проходя все бесплатные курсы на раз, и опустошая кошельки родителей, вынужденных трудиться каждый в своей касте от рассвета до заката, еще более теряя связь со своим ребенком.

Вообще в государстве всеми силами желающее войти в мировое сообщество и интегрирующие все институты подобным образом кастовое разделение ведущее своё начало из древнего Рима напрашивалось само собой. Поток знаний из глобальной сети хоть и всячески ограничивался, и искажался, но власть предержащим было выгодно признание глобального потопа, ложности хронологии, принятой в двадцатом веке, признание упавшей звезды «Полынь⁵» в 1840 году, который сразу стал 1860 и так далее, а также распространённом в англоязычной литературе такой термин как «год без лета⁶» и изменению сроков присвоения значка за выслугу лет в Российской империи, который давали сперва с 1827 года за 15 лет безупречной службы с 1858 года стали давать за 40 лет, и даты поползли вниз, так как в 1898 году если и появились счастливчики награжденные, то расшифровывали награды награжденных пятнадцатилетним знаком отличия в 1855 году, например, как произошедшее в 1815, так как отнимали от пятидесяти пяти не пятнадцать, а сорок лет.

Знак отличия «За безупречную службу» 50 лет на ленте ордена «За заслуги перед Отечеством» и Знак отличия «За безупречную службу» 30 лет.

Николай знал данные исторические обстоятельства, ища на виртуальном навигаторе работающим по принципу дополненной реальности и осознавал преимущества новой старой истории, для правящего класса, в виде показа населению, что все славяне со своей гордостью и независимостью смыты с лица земли потопом и добиты изменением климата и последующим неурожаем, а все плебеи собраны из карело-финнов и других жителей Ингерманландии, которые были под рукой Петра великого герцога Ольденбургского и отправлены осваивать высыхающие земли с занесенными илом и грязью домами и промышленными сооружениями того народа, который проживал в центральной части России справедливым общинным строем, а все пришедшие народы жить сообща уже не умели и полностью подчинились центральной власти.

Да и сам правящий класс к 2050 году, именно такой год показывал другой значок на информере Николая, полностью очистился отошел от бандитских и ментовских методов управления, получивших широкое распространение шесть десятков лет назад сменив господствующую в Советском Союзе плановую экономику не лишенную своих перегибов, так как ушли все люди с ней связанные. Их дети, а большей частью внуки, сменив идеологию на новых патрициев, управляли плебейским населением с помощью встроенных, постоянно обновляемых жидких чипов и вышек 10G дающих человеку не только виртуальную валюту и дополненную реальность но и развлекательный и образовательный контент, а также формируя нужную для власти политическую атмосферу в обществе.

Сами патриции от такой чипизации были освобождены на законодательном уровне, строя свои Олимпы изолированно, одеваясь в лучшую одежду исключительно из натуральных материалов, пользуясь услугами выдающихся мастеров и профессоров, правом ношения и применения оружия, поедая органические продукты и перемещаясь от городка к годку на летающих автомобилях. Для них было разработано даже новое законодательство, но ещё не загружено в мозги всего населения. Правда, и среди патрициев, для развития страны внедрена и своя система тестирования выявляющая гнилых людей, для которых обладание сорока ультра дорогими часами или бриллиантами становилось целью, а не средством, такие люди безжалостно изгонялись превращаясь в козлов отпущения, и тем самым власть поддерживала себя в форме, усиленно работая над проектами развития медицины, градостроительства, робототехники а самое главное хронотехники, пытаясь подчинить себе не только настоящее время, что практически завершено, но и прошлое. Но, чтобы подчинить его, и исправить в требуемом государству направлении, требовалось сперва узнать его.

Первые успехи произошли всего лет десять назад, когда путь, установленный советскими ещё учеными по переносу всего тела в прошлое, неизменно проваливался, и испытуемые погибали. На помощь пришло мировоззрение славян о раздельности тела человека руководимое душой и его духа состоящее из множества тонких оболочек. Появились приборы сперва точно и качественно их измеряющие и оценивающие, а это 6G и 7G, а затем и создающие их точный образ в прошлом. Там оболочки просто бесплодно витали в пространстве, а затем наблюдатели смогли по возвращении рассказывать, что видели, ну и наконец присоединяться к личностям, а также влиять на них, выполняя задания и поручения руководства. Но было условие, что дух, засланный в прошлое, должен, был быть крепче духа подопытного человека, в противном случае он подавлялся, присоединяясь к более крепким духам предков, и тут то выпускники реальных школ, де ещё отслужившие в вооруженных силах, которых в новом обществе было очень мало и могли сыграть свою роль. Их внутренний мир еще не исказила бренность бытия, необходимость каждый день работать ради денег, лебезить перед начальством, ставящим порой противоположные по смыслу задачи и давящий все зачатки разума развлекательный контент.

Туннель со стенками из красного кирпича, полученным методом воздействия электрическим током на глину и обладающим отличным от современного свойствами.

Но как знал Николай Бурлаков, практически дошедший до места назначения, были и несогласные ушедшие в тысячекилометровые подполья оставшиеся от допотопной цивилизации, служащие для транспортировки воды, руды, предметов и передвижения людей в специальных капсулах методом разности давления на разных концах магистрали и заложенных в кирпичной кладке железных шинах с постоянным током, или основавшие экологические поселения в труднодоступных регионах бескрайней страны.

Люди тоже вернулись к истокам, но не римского государства, а общинно-родового строя, выкидывая свои гаджеты, строя дома из природных материалов, ставя водяные мельницы, которые превращались в мини-фабрики, снабжавшие сообщества людей близких по духу и крови всем необходимым. Освоившим тоже учение о различной природе человеческого духа и души, но в необходимой им трактовке. О вечности духа, пребывание его в другой мерности и возможности просить о чём либо как эрегоры⁷ бывших гигантов святых, живших до потопа здесь, а сейчас в мире слави⁸, так и просто своих умерших предков находящихся в данный момент времени в мире прави, но не зацикливаясь на этом. Широко получило распространение рукоделие, земледелие, и всё то, что способствовало не только поддержанию жизни общины, а вне её, люди жизни себе не представляли, но самосовершенствованию человека через творческий, кропотливый труд.

Новое государство основанное на правилах господствовавших в Римской империи, как и сотни лет назад боролась с проявлениями сепаратизма и не подчинения своим законам, но не огнем и мечем, так как политик, запятнавший себя, подобным образом скидывался с политического Олимпа, как и проворовавшийся товарищ, а деликатно, внедряя туда своих псевдо ставленников лет на пять-десять раньше, не давая образовываться подобным микро-государствам в зародыше. Но как многогранная природа со своими законами, до конца не постижимая ни одним человеком, так и субстанция времени с признанными в новом государстве тахионами⁹ не переставала удивлять современных патрициев образованием всё новых и новых эко-поселений со своими правилами и порядками, счастливыми и независимыми людьми, и соответственно работа над изучением прошлого закипела с новой силой.

Глава 1

Взору Николая открылось футуристическое здание, построенное в стиле знаменитых сталинских высоток, но выполненное из современных материалов. Над входом всеми огнями, то увеличиваясь, то уменьшаясь сияла вывеска «Академия времени ВМФ». На входе у него дистанционно проверили чип и даже взяли все виды анализов, какие только могли. Девушка андроид на ресепшене приветливо улыбалась и предложила пройти в лифт, который вознес его на тридцать шестой этаж, целиком занятый приёмной комиссией. Николай удобно устроился в кресле, вещей у него в сумке на плече было минимум, и он уставился на стены, украшенные моделями кораблей всех эпох, флагами, в углу стояла даже старая 3-фунтовая пушка. Перед ним находился стеклянный стол, ножки у которого были выполнены из пары бронзовых осьминогов очень воинственно настроенных.

Скорой походкой вошел капитан-лейтенант, невысокий щуплого телосложения мужчина и вопросительно уставился на Николая.

– Курсант Бурлаков, – встал с кресла и представился молодой человек.

– Капитан-лейтенант Козлов Николай Николаевич, – услышал он в ответ хрипловатым голосом, располагающим к безграничному доверию, – какими судьбами в нашу академию?

– Отслужил обязательную службу, на ледоколе в Арктике, пограничном катере в Черном море, да и на Тихом океане бывал в командировке. Флот сейчас небольшой, мне места не хватило, вот и прислали к Вам в академию ещё подучиться в ожидании освободившейся вакансии.

– Почему не пошел на гражданку, есть же много интересных профессий?

– Так сейчас роботы съели людей, как когда-то овцы в Англии¹⁰, и реально хороших рабочих мест практически не сыскать. Всё что можно делать, они делают, и корабли водят, и на ресепшене встречают, я уже не говорю о производствах различных вещей, где всё полностью автоматизировано и роботизировано, только они не понимают, что если и дальше всё пойдет подобными темпами, то массово производить что-либо будет не для кого, а чинить и обслуживать роботов я не хочу, я не придаток к ним, да и уже есть такие кто ремонтирует сам себя.

– Молодой человек, – строго сказал Козлов, – не в вашей компетенции рассуждать что и как будет, это вам не компьютерная игра, в жизни всё более разнообразно и управляемо, численность населения и все места планируются искусственно, это повелось ещё с начала двухтысячных, а сейчас обрело вообще совершенную форму.

– Хорошо изучу вопрос, – Бурлаков понял, что увлекся депрессивными мыслями, а управление своим внутренним настроем есть непременный атрибут любого здравомыслящего человека к коим он себя относил.

– Вам известно, чем занимается наша академия?

– Упорядочиванием времени на кораблях, в перевозках, сроками службы кораблей и судов, наверняка внедрением андроидов на флоте.

– Курсант Бурлаков прошел все возможные проверки? – громко спросил Козлов у интернет системы.

– Да всё проверено, допуск к документам особой важности, он может подписать договор о поступлении на службу и неразглашении информации.

Перед Николаем из щупальца осьминога выросло голографическое изображение в виде старинного свитка, он скорочтением, которым хорошо владел, ознакомился с содержанием, где было много приставок НЕ и НИ, и задержав взгляд в кружочке подписал контракт с Люцифером¹¹ в роли которого вероятно выступал капитан-лейтенант Козлов, хотя он совершенно со своим умным взглядом не был похож на падшего ангела, хотя кто знает, ведь в тихом омуте – черти водятся.

– Прекрасно господин курсант первого курса Академии времени ВМФ поздравляю с зачислением, – торжественно произнес Николай Николаевич, – а теперь изложу чем мы занимаемся на самом деле.

Бурлаков превратился в саму внимательность, и ему показалось что щупальца осьминогов шевелятся.

– Время – субстанция до которой может добраться только дух человека, а тело вечно призвано обитать в этой мерности, где мы находимся. Прошлое как кисель обволакивает наши тонкие оболочки, никуда не деваясь и постоянно напоминая о себе через картины, фильмы архитектуру и многое другое. Оно как живое существо питается нашими мыслями и эмоциями пытаясь завладеть временем и мыслями ныне живущих. Но в прошлом времени есть задачи и для настоящих курсантов. Поглядите что произошло сперва с Вашим предшественником.

Бурлаков переметил свой взгляд с Козлова на светящийся 3Dкуб, на котором сперва включилось вступление:

«Эпоха великих географических открытий сделала Испанию и Португалию великими державами XV и XVI веков. Брак испанского короля Филипа II с Марией Португальской в 1580 году связал эти два государства личным союзом, что автоматически привело к возникновению огромного государства, раскинувшегося на несколько континентов. Территориальная и религиозная экспансия в конце концов привела к войне с протестантской Англией в 1585-1604 годах. Для утверждения своего господства на море в 1588 году Испания создает невиданный до той поры (за исключением мифов и легенд) флот Непобедимой Армады, состоящей из 130-150 боевых кораблей.

Испанская армада у берегов Англии

Сон Френсиса Дрейка оказался пророческим, и он проснулся в испарине и подумал: «Придут испанцы и вновь запылают костры инквизиции. Этим фанатикам не нужны деньги, им нужны наши души. Золото они все тратят на корабли, солдат, красивое оружие, на крайний случай кроют крыши как в одной из центральных провинций – Московии, где восседает сам REХ. Кто сейчас в i500, а летоисчисление велось от Исуса, он не помнил, надо этот вопрос уточнить у дипломатов».

– Хорошее вступление, вполне в духе школьной программы, – кивнул Бурлаков капитан-лейтенанту.

– Для погружения в прошлое необходимо представлять политическую, экономическую, поенную ситуацию как в стране, так и в отдельной местности, в частности, – ответил Николай Николаевич, – смотри дальше идут мысли капитана, за которого работал предыдущий курсант.

«Вообще эта идея с отделением Англии от огромной империи попахивала авантюрой. У империи верховная власть от Бога, мощная промышленность, флот, войска катаров¹², монахи и инквизиция, система ценностей, культура и транспорт, знаменитые ямщики или цыгане ромалэ¹³. Финансовые институты империи стойко держат жиды¹⁴, которые с детства обрезают крайнюю плоть и тем самым лишаются любого творческого начала, ведь они в отличии от других граждан принадлежат казне, вместе со всем своим имуществом и семьями. И когда казна прощает рыцарству их долги, то не еврей по своей жидовской воле им что-то прощает, а сам император соблаговолит поступить так, и нет силы ему в этом помешать.

Но такая сила нашлась в лице королевы Елизаветы и ее генералов, министров и просто богатых людей. Но главным стало не знатность рода, а наличие денег, умение их зарабатывать не смотря ни на что, не считаясь со всеми смертными грехами, и слезами, убийствами, работорговлей, да он и сам был такой в 1568 году раз пострадав от испанцев, решивших прекратить морской разбой кровью, вырезав под ноль всю пиратскую экспедицию, остались только мой корабль дяди под командованием Джона Лоувелла. Мы уносили ноги».

– Цыган и евреев то зачем приплели к вступлению? – поинтересовался Бурлаков, – все и так знают, что оба народа работали на глобальную империю обслуживая караванные пути и финансы империи.

– Смотри что дальше произойдет, повествование от первого лица, – Козлов зло буркнул, потеря предыдущего курсанта его не радовала.

«В 1575 году, Френсис Дрейк после великого дела при ограблении испанского серебряного каравана, стал арматором, купил поместье, приобрел три корабля и перед лицом вполне очевидной угрозы Англия начинаю строительство собственного военного флота. И в Дептфорде был заложен новый галеон, который после двух лет строительства и затрат в четыре тысячи фунтов был спущен на воду и получил название «Revenge» («Месть»)».

– За четыре тысячи фунтов стерлингов можно было купить корабль? – Николай никогда не задумывался о ценах на деревянные галеоны.

– Слушай дальше, произойдет диалог бывшего курсанта в образе Дрейка с судостроителем Мэтью Бейкером на верфи Дептфорда, – шепотом произнес капитан-лейтенант и кивком указал на монитор.

– Этот грациозный корабль-красавец сэр¹⁵ Френсис имеет длину 92 фута, ширину в 32 фута и осадку 15 футов, – хвастался Бейкер, смотря на шпангоуты, устремленные в небо.

– Что у него с вооружением? – поинтересовался Френсис Дрейк, стоя на деревянном помосте, чтобы не увязнуть в жиже.

– Вооружение состояло из двух десятков пушек в 24-фунта, и двадцати шести пушек калибром в 12-фунтов, расположенных на двух палубах-деках, – ответил опытный судостроитель и добавил, – корабль при умелом обращении потопит в два раза более мощный корабль испанцев, так как для них главное при умелом маневре по ветру сойтись на абордаж, дав залп из всех бортовых пушек, предварительно заряженных. Орудий более 12-фунтов испанцы не устанавливают, так как не видят необходимости утяжелять свои корабли.

– Из этого умозаключения можно сделать вывод, что установив на «Мести» даже два десятка 24-фунтовых орудий, мы можем навязать испанцам артиллерийский бой, – ответил Дрейк, – да это займет время, требует мастерства как судовождения, так и стрельбы из артиллерии, следует потренироваться на скалах, или просто сколотить мишень из дерева, а потом разнести её в щепы, но это позволит нанести ущерб рангоуту испанцев, затем подойти с носа или кормы и картечью уничтожить абордажную команду, и вот он тепленький галеон – сундучок императора Филиппа, попадет прямо мне в руки, – размечтался прежний испытуемый, тело которого сейчас лежало овощем в глицериновой ванне со множеством датчиков на теле, а затем перед Бурлаковым и Козловым пошли снова воспоминания бывшего курсанта:

«Экипаж был набран мной во всех кабаках Дептфорда, и состоял из ста двадцати одного матроса. Позже добавлены еще три десятка, которые крайне умело и ловко управлялись с парусами и кораблем и семидесяти солдат абордажной команды, настоящих убийц и воинов, побывавших во множестве абордажей, а там слабаки долго не живут и три дюжины артиллеристов мастеров своего дела, на подготовку которых я потратил не один десяток бочек пороха. Причем опытным путем было установлено, что 24-фунтовая пушка пробивала двадцать сантиметров борта корабля, а 12-фунтовая полупушка, только оставляла вмятины, разбивала в щепки шлюпки, орудийные порты, и все дельные вещи. С моим лучшим канониром Оглом, мы отобрали десяток самых зрячих канониров с отличным глазомером, и они наводили орудия при точной стрельбе одиночными выстрелами, ведя так называемый беспокоящий огонь. При стрельбе всем бортом, раздавался бортовой залп – уже сам Нед Огл, говорил сколько пороха и ядер заряжать, и какой угол возвышения ставить. Отрабатывались все виды орудийной стрельбы, а также быстрая перезарядка, до которой испанским артиллеристам с базовой сухопутной подготовкой было далеко. Абордажники возглавляемы Хардкором, мощным громилой с фигурой Геракла и свирепым на вид были сильны и смелы, но у меня не было сильной уверенности, что они лучше, чем закованные в панцири испанцы. «Придется положиться на артиллерию» – рассуждал уже безымянный курсант.

– Получается, попадая в прошлое, – шепотом поинтересовался Бурлаков управляя каким-либо героем можно построить какой хочешь корабль, и на нем перевернуть историю мира? – Тогда мы будем жить в совершенно другом обществе нежели сейчас?

– Время как кисель, он обволакивает событие и если где-то ты преуспеешь, то другим событием или их цепочкой время нивелирует твои достижения и всё придет на круги своя, – так же тихо ответил Николай Николаевич и указав пальцем на 3D куб, потребовал наблюдать дальше за рассуждениями безымянного курсанта:

«Водоизмещение моего галеона оценивается примерно в 500 тонн, но чаще всего, в технической литературе указывается 440 длинных тонн. Его архитектура была началом нового стиля в судостроении, и предопределила облик боевых кораблей всех стран на ближайшие 300 лет. Сравнительно небольшое судно, был оценена как галеон. Вооружение кораблей этого периода было разнообразным. Оружие могло быть добавлено, удалено или изменено, в силу различных причин, и «Revenge» был особенно тяжело вооружен во время ее последнего путешествия».

– Что-то курсант слишком увлекся тоннами да пушками, где его задача, что необходимо делать в прошлом?

– Всего лишь захватить испанский галеон, он вез кое-какую находку, найденную так некстати в своих сундуках, – ответил Козлов, – смотри дальше и не перебивай, а то вслед за ним отправишься, и дальнейшие события шли как в увлекательном кинофильме.

Календарь показывал 1 декабря ANNO 1577 года по Старокатолическому календарю и капитан Френсис Дрейк, стоя на палубе галеона «Месть», смотрит на море, корабль, снасти и матросов, копошащихся на палубе, и корабль идя при свежем ветре на ост, нагонял торговое судно.

– Кто там впереди? – спросил Дрейк у своего первого помощника, и тот глядя в подзорную трубу и видя золото-красное полотнище ответил, -испанцы сэр!

Глаза Френсиса налились кровью, воспоминания девятилетней давности проявились в мозгу у курсанта дурманя разум и вызывая чувство мести, как у гавани Сан-Хуан-де-Улуа они резали как свиней его беззащитных товарищей пострадавших от шторма.

Обстрел форта Сан-Хуан-де-Улуа.

– Опознаю корабль под испанским флагом, как «Santa Maria di Visari» 660 тонн, полторы дюжины пушек, приписан к Кадису, я его там видел, построен против наших кораблей типа «Пеликан», но против «Ривенжда» устоять не должен, – произнес первый помощник.

Курсант в образе Дрейка сжал перила костяшками пальцев. Сейчас должна решиться правильность концепции артиллерийского огня, ведь до сего момента корабли брались исключительно на абордаж, а пушки использовались исключительно, как вспомогательное вооружение.

– Позвать канонира, – распорядился капитан.

Явился большой громила, который пушку мог поднять самостоятельно.

– Нед Огл, – обратился к нему Дрейк, – сейчас мы будем догонять испанца, ветер попутный, будем держаться на него на расстоянии четыреста ярдов, на этой дальности его 12-фунтовые орудия нас не достанут, а наши 24-фунтовые пушки, в аккурат.

– Будет сделано капитан, – Нед попытался улыбнуться, но больше оскалился.

Английский галеон «Ривендж» легко догонял «Санта Марию» благодаря более вытянутому корпусу, но та подобно грациозной сеньорите чуть повернула свой борт и раздался первый залп, море окутала белая пороховая дымка, и восемь ядер грохнулись в воду рядом с английским галеоном, а одно особенно удачное, вдребезги разбило борт в корме и пролетев до противоположного борта разбило планку для нагелей и канаты которые крепились стали развиваться на ветру подобно змеям.

Но и Нед Огл поспешил выполнить волю капитана и «Месть» дала первый залп, мстя за то, что не смогла выстрелить первой, и из девяти 24-фунтовых ядер, в испанский галеон угодило одно, напротив румпельного отделения, пробило борт и ударившись о противоположный борт, там и осталось.

Капитан испанского галеона, был удивлен тем обстоятельством, что собаки англичане открыли огонь с такой большой дистанции по его кораблю, так и тем, что они попали, а еще более раздосадован пробитию борта. Благо оно застряло в досках обшивки противоположного борта и появилась возможность измерить калибр ядра, для чего был послан вахтенный матрос, который вскоре вернулся и доложил:

– Англичане стреляют ядрами весом в 24-фунта.

Все офицеры, стоявшие вокруг испанского капитана, погрустнели, ведь на их корабле были установлены орудия с весом ядра в два раза меньше. Но командующий галеона не унывал, так как твердо был уверен, что исход морских сражений, определяют не орудия, а закованные в кирасы солдаты, а на его корабле их было полторы сотни человек, с алебардами, мушкетами и кулевиринами¹⁶. Эти строгие усатые воины прекрасно знали свое дело, стоило им попасть на вражеский корабль как не было спасения никому на вражеском корабле. Но время на раздумье не было, «Ривендж» взял другой галс и дал залп правым бортом. В отличие от первого, второй залп был кучным и дружным, и опять одно ядро достигло испанского корабля и в щепки разбило шлюпку. Щепки, острые словно иглы дикобраза, поражали людей. Если солдаты еще были защищены кирасами, то матросы и артиллеристы пострадали куда больше. Пять человек стали перевязывать раны, пролилась первая кровь. Командующий испанского галеона – Дон Мигель распорядился дать залп из двух кормовых 18-фунтовых орудий. Испанские ядра упали перед английским пиратом, расстояние было около полутора миль, англичане поняли, что испанцы так просто не сдадутся.

– У нашего корабля есть еще минут пятнадцать, пока англичане будут перезаряжать свои пушки – сказал Дону Мигелю первый помощник. Каково же было удивление всех испанцев, когда через две минуты, английский галеон, снова повернувшись уже к ним левым бортом, дал залп и весь окутался дымом. На этот раз вражеское ядро попало в борт, и снова его проломив, полетело на главную палубу, и там забившись в бочках осталось.

– Во дают, – сказал главный артиллерист испанского галеона, – такая скорость перезарядки нам и не снилась.

Английский галеон «Месть» вскоре стал поворачиваться к испанцам правым бортом, и Дон Мигелю ничего не оставалось, как принять решение идти на абордаж, так как убежать от нового с иголочки сделанного галеона противника не было никакой возможности, а долго продержаться под его огнем не имело смысла, надо было что-то предпринимать и действовать.

– Лево руля, – скомандовал Дон Мигель.

– Целься лучше Огул, – прокричал Френсис Дрейк.

Два корабля подгоняемые западным ветром побежали параллельными курсами. Оба корабля окутались дымами, и если испанцы дали залп из девяти 12-футовых пушек, то англичане, подготовленные к такому виду боя из девяти 24-фунтовых длинных пушек и подобного количества 12-фунтовых.

«В мой корабль, – обдумывает Френсис Дрейк попало четыре ядра, это объясняется как сниженной дистанцией боя до полумили, так и прекрасной подготовкой испанских артиллеристов. Были попадания в нос, чуть выше ватерлинии, там полетели щепки, порваны ванты между фок и грот мачтами, сбита рея на фок мачте, и прямое попадание в румпельное отделение, причем испанское ядро пробило борт, и ударившись, крутилось и вертелось уже внутри. Наш залп был не менее страшным. Целых пять 24-фунтовых ядер достигли испанца».

Первое ядро влетело на палубу бака, и как кегли раскидало закованных в кирасы солдат, убив четверых и ранив еще пятерых. Сержант Санто, опытный вояка испанской империи, перевязывал раны уцелевшим товарищам и сжал зубы в бессильной злобе, моля Бога, чтобы одной ногой ступить на палубу наглого англичанина, а остальное он довершит сам. Второе ядро ударило в борт по центру корабля, чуть выше ватерлинии, заставив испанцев идти прямым курсом, не совершая быстрых маневров. Тем не менее Дон Мигель постоянно наваливался на англичан, сокращая дистанцию, а англичанин играючи уходил, на стороне испанцев могло быть только провидение, если какой из снарядов порушит рангоут англичанина, это был единственный шанс.

Артиллерист Андерс прибежал к капитану, с вопросом: «Пушки заряжать?»

– Да, конечно, – ответил Дон Мигель, – заряжай книппелями и картечью, попытаемся повредить рангоут англичанина, нам его не догнать без удачных попаданий. Артиллерист поспешил выполнять приказ.

Третье 24-фунтовое ядро с треском разрушило носовое украшение испанского галеона, четвертое наоборот ударило в корму, прямо в окно капитанской каюты, натворив там дел, разбив сервиз с посудой, кресло и фортепиано, а пятое попало в шкафут и опять досталось пехотинцам, приготовившимся к абордажу, но им так и не представился подобный случай. 12-фунтовых ядер попало в «Санта Марию» только три. Одно под шкафут в борт, отскочило и утонуло, в иссиня-серых водах Атлантики. Второе ядро угодило в шкафут, забрало души еще четверых идальго, вместе с шестью преставившимися ранее, а последнее ударилось в лестницу ведущую на бак и жертв не причинило.

Френсис Дрейк был доволен, более десяти ядер уже поразили испанца, а быстрая подготовка артиллеристов, обеспечивает всё новые и новые залпы. Огонь грохот и дым, и Френсис смотрит в трубу и видит как у испанца отлетает бушприт, и еще один удар в борт под шкафутом¹⁷, видит как из борта отлетают щепки, затем видно как более мелкое наше ядро своротило якорь и он устремился в низ, к Нептуну, второе более мелкое расщепило капитанский балкон и обломки упали в море. Галеон противника утратил манёвренность с утерей бушприта, и ветер исполнитель роли рока гнал его вперед.

Галеон «Ривендж» дал очередной залп, а через две минуты еще один. На испанском корабле были разбиты паруса, упало в низ много такелажа, рей и вант, продырявлены паруса, из полутора сотен солдат осталось не более ста человек, часть матросов тоже была искалечена, и уже хаотически начали формироваться пожарные команды, так как на баке и юте начинался пожар. Но ответный залп испанца книппелями тоже не прибавил «Ривенджу» прыти. С треском рухнула вниз грот-мачта, хороня все надежды англичан держаться от кортесов на расстоянии. Она как колосс, с подрубленными ногами пробила палубный настил, но не нащупав там точку опоры в виде степса, стала клониться на бок. Френсис Дрейк округлил глаза, что хотел он учинить с испанцами они пытаются сделать с ним, они обездвижили наш корабль, и громада вражеского галеона, дымящегося с рваными парусами и пробоинами, но от этого еще страшнее надвигается на «Ривендж».

– Хардкор, – обратился Дрейк к командующему солдатами, – сейчас нас будут брать на абордаж, подготовь и собери ребят.

– Так точно сэр, – прогремел Хардкор зажимая в руках саблю и пистолет.

– Огл заряди пушки картечью, и пройдись по палубе испанца, времени для одного залпа хватит, – распорядился ещё не прославленный английский мореплаватель.

Тысячи шариков и дробинок, подобно змеям Медузы-Горгоны, покинули британские пушки. Одни встретили на своем пути дерево, какие-то отскочили, какие-то застряли в нем, какие-то сами вырвали щепки и устремили вслед за собой, какие-то встретили начищенные кирасы, а какие-то холщовые рубахи, а затем вошли в человеческую плоть, причем мелкие застряли в коже вызывая зуд и ожоги, более крупные вспороли мясо добрались до костей, а наиболее счастливые добрались до сердец, почек и селезенок, легких глаз и мозгов, а самые могучие вырвались из плоти и устремляя за собой души людей полетели дальше на встречу со своей настоящей целью, а души устремились на небеса.

Дон Мигель скрежетал зубами. Его солдаты погибали, а корабль разваливался от мощных ударов, ниспосланных ему провидением в лице галеона «Ривендж». Солдат ему было не жалко, если бы они умирали в бою, заодно прихватив с собой души этих грязных пиратов англичан, которые посмели восстать против его суверена, даже за одну мысль построить корабль и вооружить его пушками, а затем поплыть и на кого-то напасть их следует всех приговорить к аутодафе¹⁸. Но из-за плохой маневренности и как оказалось тонких бортов, «Санта Марии» терять людей, это было выше его сил.

«Слава Богу и пресвятой Деве Марии, что удалось свалить грот мачту англичанина, и через несколько мгновений корабли столкнуться и борт навалиться на борт, ванты, снасти, паруса, все переплетется и корабли как осьминоги в брачный период станут одним целым», – решил Дон Мигель. Но и тут-то англичане показали свою подлую натуру, картечь – это страшное слово для любого моряка прошлась по палубе «Санта Марии» обильно собирая свою жертву, около пятнадцати человек забрав с собой на небеса, а бренные тела, кровь, кости и лимфу размазала по палубе, людям, пушкам и парусам, словно помечая следующих жертв.

Три отряда английских абордажников приготовились сопротивляться пяти отрядам испанских солдат, одетых в кирасы. Если бы корабли сошлись в идеальных условиях, то преимущество испанцев было решающим. Сто пятьдесят вымуштрованных солдат против девяноста головорезов Хардкора. Но английская картечь и превратности судьбы распорядились по-своему и столкнуться на палубе «Ривенджа» суждено лишь сотне идальго, а это согласитесь не легкая прогулка, а тяжелая битва. Но Дон Илларион – капитан королевских солдат не унывал, что его алебардщики, что мушкетеры, что мечники были лучшими солдатами на свете, а офицеры, коих числом было около десятка были обучены магическому искусству дистрезы¹⁹, у лучшего фехтовальщика Кастилии дон Херонимо Санчес Карранза²⁰, который собрал и обобщил все известные на тот период системы фехтования и сделал свою лучшую и всё сокрушающую.

Французская и испанская стойки, XVIII век и стойка «прямого угла».

Но время на раздумье не было, борт английской «Мести» приближался, уже видны были даже пуговицы на камзоле английского адмирала. Дон Илларион скомандовал, – пли!

Солдаты окутались дымом от собственных аркебуз²¹, а в рядах англичан до пяти человек упало, как манекены. Радостные возгласы прошлись по рядам испанцев, а они уже сделали второй залп, так как имели двойной запас мушкетов предварительно заряженных. Особенно удачным этот залп был тем, что прошелся по стрелкам англичан, и поэтому их ответный залп был эпизодичен и нестроен. Пули рикошетили, скакали как горох, попадали по кирасам и не могли их пробить, лишь два бойца были ранены, у одного поцарапана шея, а второй отделался раной руки на вылет, кость не была задета.

Раздался скрежет, стук многие чуть не попадали с ног, и два корабля столкнулись и двух сторон полетели кошки, непонятно было кто кого берет на абордаж. Англичане во главе с Хардкором преследовали агрессивной тактике, и горячие испанцы, пылавшие отомстить гневом за своих товарищей во главе с Доном Илларионом, ринулись на борт вражеского галеона. Схватка разгорелась жаркая, так как и англичане и испанцы видели положение своих кораблей, что отступление невозможно, и пылали огнем ненависти друг к другу. Для перерезания глоток друг другу использовали все свои силы, навыки и умения.

Дон Илларион один из первых перепрыгнул на борт «Ривенджа», он был в замечательном костюме, а под кителем была кольчуга, выделки очень хорошего мастера, защищающая практически от всех видов стрелкового оружия и стрел. Навык боя на мечах – дистре́за была освоена Доном Илларионом около пяти лет назад, и с тех пор он постоянно практиковался в этом ремесле. Но мысли в сторону, сейчас все решают рефлексы, неоднократно отточенные на тренировках. Представляем магический круг. меч смотрит вперед, прямо в зрачок неприятелю, левая рука за спиной, рука с грудью образуют прямой угол, и нет значения сколько противников на тебя нападут, есть только реакция меча на покусившихся вторгнуться в магический круг. Первый противник с разбегу вбежал в пространство прямо впереди дона Иллариона. Быстрый укол сбалансированного испанского меча. Вспорота холщовая рубаха, прорезана кожа, холодная сталь прошла мимо двух ребер и вторглась в спазмические сокращающийся кровяной мешок души человека – сердце, которое лопнуло и с силой вытолкнуло кровь наружу струей, которая пролетела в стороне от дона Иллариона, а тело, словно кукла без веревочек кукловода, осело на палубу корабля, и стало частью декорации, наподобие бочки или кнехта.

Новая угроза пришла справа в виде косой сабли, рубящей по дуге. Дон Илларион не отступил и не приблизился к противнику, а совершил движение по окружности, как луна вращается вокруг земли и вонзил шпагу в нарушителя круга. В его движениях не было суеты и беготни. Противник упал. Следующий нападающий метил в грудь алебардой, и с криком вошел в круг, дон Илларион встал параллельно смертоносному предмету, а тело пирата налетело глазом на меч, а духа в нем уже не было, он где-то летал рядом, его сперва выгнал вон страх, а затем меч перерубил ту ниточку, которое связывала бренное тело и дух пирата. У дона Иллариона не дрогнул ни один мускул на лице, когда он сражался с тремя противниками. Четвертый с саблей только вошел в круг, как дон Илларион, вошедший в раж²², одним легким движением сбалансированного меча с отличной кастильской сталью и золотой рукоятью невидимым глазу взмахом руки сделал пирату испанский поцелуй – рассек кончик носа и губу до крови. Английский головорез почувствовал себя куском мяса насаженный на вертел. Но затем голова испанца покачнулась, улыбка застыла на устах, один глаз стал страшно увеличиваться изнутри и вдруг лопнул и устремился на встречу с пиратом, который это наблюдал и двенадцать граммов свинца упали в крови на палубу, туда – же свалилось бренное тело дона Иллариона до конца, выполнявшего свой долг. А дух, сильный и могучий настоящего воина устремился на пиратов англичан, побеждавших на палубе. Дон Илларион метался по палубе, рубил воображаемым мечом реальных противников, но они дорезали поднявших руки испанских солдат, рубили им головы и бросали за борт. Оставшихся в живых матросов на мачтах подстреливали аркебузиры и вообще все обладатели мушкетов, а испанские матросы срывались с вант и падали в море и на палубе, где их и подбирала смерть. Дух дона Иллариона понял, что делать здесь ему нечего и устремился за своими друзьями на небеса.

Френсис Дрейк улыбался в усы, вот несут раненого без сознания испанского капитана, вот правда обрубленная грот мачта, но рядом на волнах покачивается сундучок императора Филиппа, которому он отчаянный Френсис Дрейк бросил вызов и выиграл 120000 пиастров. На душе у Дрейка все ликовало. Он совершал все эти деяния во славу Господа, и если сегодня повезло ему, а не испанцам, то на все воля Всевышнего, значит они много грешили и отступились от истинной веры? Что принесет ему как человеку эта победа? Почет и уважение, и достаток? Сейчас в его новой стране все измеряется деньгами. Взбесившиеся толстосумы, не зная ни чего другого меряют все золотом и серебром, словно свиньи все бы меряли отбросами? У кого много отбросов тот богаче, знаменитее и знатнее. Молодой поросенок подходит к старому и говорит давай я здесь приберу вокруг тебя и он разгребает одно дерьмо что бы получить частичку отбросов, составляя макроэкономические теории, графики и учиться как заработать побольше отбросов, специально для этого красиво одевается, а когда они ему достаются бездумно прожирает их или выкидывает тратя на это свою жизнь. И старый хряк, видя это тоже не ценит молодого, с грустью вспоминая себя. Френсис улыбнулся. Корабли устремились в Английский порт Дептфорд.

– Ну как тебе? – спросил Бурлакова Козлов.

– Очень впечатляет, конечно, но я не понял, где Ваш курсант прокололся, и что он должен был делать в прошлом?

– Привести испанский галеон в порт и спрятать сокровища, а он метался то присоединяясь к капитану, то командующему всем галеоном Дону Мигелю, а в конце решил помахать мечем словно берсерк, зная, что Дон Илларион в совершенстве им владеет, но был убит и не смог вернуться домой присоединенный сущностью, вероятно Дрейка, в которого тоже вселялся когда тот строил свой корабль. В общем не разбрасывайся в прошлом, будь сосредоточен и целенаправлен.

– А теперь что с его телом? – поинтересовался Николай Бурлаков.

– Тело молодое здоровое, без заболеваний, пойдет на органы по запросам чипов различных людей согласно их социальному рейтингу.

– Как это, – спросил Николай, – что-то я не интересовался, мне только билеты в кино давали, вперед всех, как отличнику боевой и политической.

– Да и тут та же картина, так как если двум людям требуется пересадка сердца система выбирает того, чей социальный рейтинг, от заплаченных налогов, патентов, изобретений, действий выше, того и отправляют на операцию.

– Да воевать в прошлом сложно, может покажете мне как сами что-то добились? Какую-либо успешную миссию?

– Изволь Бурлаков, у меня таких более чем достаточно, смотри на мою любимую победу, где я избил до неузнаваемости новый японский корабль, правда и сам получив множество плюх.

Глава 2

Началось всё 1 апреля 1895 года, когда русская эскадра прибыла в Чифу. Я действовал за адмирала русского императорского флота – Степана Осиповича Макарова, чей отец возглавлял русский флот во вторжении в Голландию в 1799 году, по юлианскому календарю, или в 860 год по имперскому летоисчислению. Далее ты будешь всё слышать фоном от первого лица, – уставившись в 3Dкуб проговорил Козлов, – итак я адмирал Степан Осипович Макаров осматриваю вместе с Сергей Петровичем Тыртовым, прибывшего ко мне японского офицера. Тот был неказистый, но самоуверенный молодой человек, с каменным, истинно японским выражением лица. О представился, и подал нам конверт, в котором на хорошей мелованной бумаге было написано послание от адмирала японского флота Ито Сукэюки. Из послания следовало, что дружба между нашими народами кончилась и русские зазнались, прибыв на таком большом количестве боевых кораблей, без особой необходимости, и должны, по мнению контр-адмирала Ито, понести наказание, Японский адмирал приказывает, не позднее 12.00 следующего дня, выйти на рейд Чифу и там затопить свои корабли. Послание было краткое, оскорбительное и лаконичное, после прочтения я сказал японскому офицеру: «Вы получите то, что хотите. Никто не смеет этого делать, но бросить вызов как победители Поднебесной империи, вы можете. Честь имею».

Степан Осипович Макаров, русский морской офицер, командующий русским флотом на Тихом океане в начале войны между Россией и Японией (1904). Океанограф, исследователь Арктики, Судостроитель и вице-адмирал (с 1896 года), он построил ледокол "Ермак" для арктических путешествий. Ввел оснащение пароходов минными катерами и первым применил автоматические (самоходные) минно-торпедные аппараты, сконструированные Робертом Уайтхедом. Пионер в области торпедной обороны против подводных лодок и Тыртов, Сергей Петрович.

После удаления японского офицера, я сказал Сергею Петровичу: «Что Вы об этом думаете?»

– А что тут думать милостивый государь, – ответил опытный морской волк, – япошкам вскружила голову победа над китайцами, в том году, они и забылись, и остановиться у них никак не получается, и мы должны быть божественной силой в руках проведения и вразумить этих сынов Ниппона²³.

– Надо же, какая наглость такие ультиматумы рассылать, я в это до сих пор поверить не могу, безусловно надо сразиться, и увековечить славу русского оружия, очередной Синоп учинив.

«Я, знал Сергея Петровича давно, талантливый офицер и адмирал родился 19 августа 1839 года, цифра жизни²⁴3, командовал клипером "Гайдамак", фрегатом "Генерал-адмирал", броненосцем "Чесма" и вот сейчас всей эскадрой Тихого океана Российского императорского флота. После смерти отца, отставного флотского офицера, 9 января 1850 года он был зачислен в морскую роту Александровского кадетского корпуса для малолетних детей, а 31 августа того же года переведён в Морской кадетский корпус, откуда 1 мая 1854 года выпущен в чине гардемарина. В 1855 году участвовал в обороне Кронштадта на канонерской лодке "Осетр", а 14 мая 1856 года был произведён в чин мичмана и назначен в 3-й флотский экипаж; 17 апреля 1862 года произведён в чин лейтенанта.

– Карьера его понятна, – ответил Бурлаков, – а плавания куда совершал?

– Да куда же без них, в январе 1863 года был назначен старшим офицером парусно-винтового клипера "Разбойник", а 14 сентября того же года- старшим офицером парусно-винтового корвета "Новик", на котором участвовал в экспедиции к берегам Америки, которая тогда только вышла из подчинения единой империи; 6 мая 1866 года на корвете "Богатырь" вернулся из кругосветного плавания в Кронштадт и в том же году был награждён орденом Святого Владимира 4-й степени. До февраля 1871 года служил в должности старшего офицера монитора "Ураган" – броненосной эскадры Балтийского флота. Затем примерно год выполнял обязанности старшего офицера броненосной батареи "Не тронь меня", а 1 января 1872 года произведён в чин капитан-лейтенанта, что давало ему право самостоятельно командовать боевым кораблем.

– Какой первый свой корабль принял под командование Сергей Петрович, – поинтересовался Бурлаков, которому эти звания и должности начинали надоедать, хотелось экшена²⁵.

– 22 января 1873 года назначен командиром клипера «Гайдамак», на котором в течение пяти лет плавал в Дальневосточных водах. В июле-августе 1875 года участвовал в гидрографических работах в Анадырском заливе и в первой описи бухты Провидения. Затем Тыртов обеспечивал работы лейтенанта Онацевича по хронометрической связи пунктов побережья Японского моря с японскими и китайскими портами, ведь до него у нас были свои ориентиры, а у ускоглазых свои. 1 января 1876 года был награждён орденом Святой Анны 2-й степени.

– Хорошо поплавал, раз «Анну на шею» заработал, да еще 150 рублей ежегодной пенсии, – копнул знания в информере Бурлаков.

Козлов оценил быстроту ума нового курсанта и продолжил:

– После возвращения в Кронштадт, 18 июля 1879 года Тыртов был произведен в чин капитана 2-го ранга. 30 августа 1883 года назначен командиром броненосного фрегата «Генерал-адмирал» с производством в чин капитана 1-го ранга.

Полуброненосный фрегат «Генерал-Адмирал» (4600 тонн, 87,4х14,6х6,45 метра. Броня борта до 6-дм, палуба ½-дм, 1ПМ, 4700 л/с, 13,2 узла, 3900 миль, 472 человека, четыре 8-дм/22-кал, два 6-дм/23-кал)

– Того самого, что спустил на воду английский корабельный мастер Бейн, а Титов и Субботин достроили и сдали казне в 1775 году, – вновь уточнил Николай Бурлаков.

Но повествование полетело дольше, Козлову тоже не терпелось покончить со скучными датами и перейти непосредственно к боевому столкновению.

– 1 января 1886 года Тыртов был назначен командиром строящегося барбетного²⁶ броненосца "Чесма", с переводом на Черноморский флот.

– Что ж, отличное повышение с крейсера на броненосец, к тому же, как меня учили именно в те годы, готовилась десантная операция в проливах Босфор и Дарданеллы.

– Слушай дальше, – Козлов почесал чело²⁷, – 1 января 1888 года Тыртов был произведён в чин контр-адмирала. В 1890 году награждён орденом Святого Станислава 1-й степени.

– За какие заслуги Тыртову вручили этот орден, учрежденный еще Станиславом Понято́вским²⁸ чья биография так разительно похожа на судьбу фаворита Екатерины Великой светлейшего князя Потемкина Григория Александровича, – поинтересовался Бурлаков, – причем титул светлейший князь присвоен императором Иосифом II, и лишь затем признан Екатериной.

– Так за успехи в деле покорения Молдавии и подготовке покорения Крыма, который вероятно от оттоманов собирался сам Иосиф II, но после смерти его в 1790 году, Екатерина Великая присоединила все завоевания финансируемые Римской империей германской нации, или попросту, если переводить дословно Римско-Германской империи, в лоно матушки России.

– Видимо, как бывает, захватывает одна страна, а присваивает другая, – Бурлаков понял, что немного отвлекся от темы, и вновь спросил про Тыртова, который бок о бок с Макаровым должен был отразить нападение на русскую эскадру японских кораблей.

– В 1891 году Сергей Петрович назначен начальником штаба Черноморского флота и портов Черного и Каспийского морей, – Козлов решил договорить буквально скороговоркой биографию сподвижника Макарова, чтобы у курсанта была ясность о пройденном служебном пути военачальника, – 16 мая 1892 года назначен старшим флагманом Черноморской флотской дивизии, а уже 30 ноября 1892 года назначен начальником Тихоокеанской эскадры. 1 января 1894 года произведен в чин вице-адмирала и в том же году награждён орденом Святой Анны 1-й степени и 13 марта 1895 года назначен командующим объединенными Тихоокеанской и Средиземноморской эскадрами.

– Лихой карьерный рост, – Николай Бурлаков понял, что сейчас Козлов перейдет к делу рассказа о своих заслугах, и тот, действительно, не подвел.

– О чем задумались, Степан Осипович, спросил он меня? – Николай Николаевич начал рассказ от первого лица включив изображение на 3Dпроекторе, где открывалась береговая гладь с морской линией, а также эскадры российской империи и японской.

Я ответил: «Выходить на бой конечно надо, и тем более атаковать японцев. Что они могут нам противопоставить? По предыдущим боям с китайцами, а именно у Реки Ялу 17 сентября 1894 года был сформирован "Летучий отряд" из крейсеров: "Ёсино²⁹", "Нанива", "Такачихо", "Акицусима".

Японский бронепалубный крейсер 2-го класса «Ёсино» (5150 тонн, 109,73х14,7х5,18 метра, скосы палубы и щиты 4 ½-дм, 2ПМ и 12 котлов, 15000 л/с, 23 узла, 9000 миль 10 уз ходом и 1000 тонн угля, 26 офицеров, 359 нижних чинов, четыре 6-дм и восемь 4,7-дм орудий)

Основной отряд составлен из оставшихся наиболее мощных кораблей японского флота, а именно: броненосного крейсера «Чиода» и бронепалубных «Мацусима», «Ицукусима» и «Хасидатэ». Построенные во Франции, они не могли развить должную высокую скорость и были вынуждены играть роль вечно догоняющих.

– Что давало японцам подобное разбитие сил на два отряда? – поинтересовался Бурлаков, – как можно разделяя выигрывать, меня всегда учили, что прутья веника собранные в пучок разломать сложнее чем по одиночке.

– Смотри сюда, – проговорил Козлов указывая пальцем на боевой тактический планшет, – преимущество в скорости на два узла, которым обладал авангард противника, фактически мог решить всё дело, так как противник имел возможность атаковать своими не самыми мощными кораблями любой отставший или зазевавшийся наш корабль, например канонерку, не способную развернуть своё орудие-монстр или винтовой корвет, и от Тыртова поступило встречное предложение.

– Не сформировать ли и нам, из наших кораблей нечто подобное?

При внимательном рассмотрении вверенных ему кораблей, я только расстроился. Наиболее быстроходной частью русского флота могли считаться лишь только находящийся в своём первом плавании броненосный крейсер³⁰"Память Азова", названный в честь корабля «Азов» с честью послужившему, как Петру Великому, так и Екатерине, получивший свой триумф при Наварине³¹ окончив свой путь боновым заграждении Севастополя, и "Адмирал Корнилов", построенный во Франции. Скорость как таковая, не была в приоритете при проектировании данных кораблей, да и для остальных судов флота, считалось достаточным иметь скорость всего в 16 узлов, а у этих дополнительный узел появился, скорее всего, по недосмотру.

– Но на каждую хитрую жопу найдется болт с резьбой, и покумекав мы с Тыртовым, – рассказывает Козлов, – решили уповать на броню, благо бронированных кораблей у нас четыре, против одного у неприятеля, да и орудий крупных калибров более 8-дюймов начитывается десятка два, против семи подобных, у ускоглазого противника.

– Что Вы знали о главнокомандующем японским флотом? – поинтересовался Бурлаков, – может он был военным гением, наподобие Нельсона или Ушакова?

На что Козлов ответил: «Биографию его я выучил как свои пять пальцев. Родился 20 мая 1843 года, цифра жизни 5, что это такое, потом растолкую. По китайскому гороскопу телец, а значит упертый как бык и с намеченного пути его не свернуть. Ито Сукэюки был сыном самурая княжества Сацума, родился в Кагосиме, изучал морское и артиллерийское дело. В составе флота княжества Сацума принимал участие в войне княжества Сацума с Англией. К моменту начала войны Босин³² он уже перебрался в японскую столицу Эдо, основанную Англией на берегу, как у всех покоренных островитянами провинций и пошёл на службу к тем, кто боролся против Сёгуната Токугава³³, или так называемой народной аристократией, сливками простого народа, а не какого ни будь назначенного или самопровозглашенного императора».

Обстрел Кагосимы британцами 15 августа 1863, в результате которого были разрушены промышленный центр Сюсэйкан и монетный двор, что говорит о целях нападавших.

– Император может сам провозглашаться! – удивился Бурлаков, – неужели такое возможно?

– Сплошь и рядом. Вспомни Петра Великого, или ту же Екатерину, его жену, раздвоенную историей на две персоны, – ответил Козлов, – слушай дальше про адмирала Ито Сукэюки, против которого мне, в шкуре Степана Осиповича пришлось воевать. После Реставрации Меэйдзи Ито получил звание лейтенанта на паровом корвете "Ниссин", служившим флагманским, во время Тайваньского похода кораблей молодого капиталистического государства, и затем успел послужить практически на всех кораблях немногочисленного флота «Страны восходящего Солнца» – именно таково поэтическое название Японии или Ниппона, как называют свою страну сами японцы. В 1882 году Ито получил звание капитана, а 15 июня 1886 года звание контр-адмирала, и уже 12 декабря 1892 года вице-адмирала. С 20 мая 1893 года Ито – Верховный главнокомандующий "Флота постоянной готовности". Той части японского флота, состоявшей из наиболее современных и боеспособных судов. После того, как в 1894 году "Флот постоянной готовности" был объединён с "Западным флотом" – состоявшим из более устаревших судов, Ито Сукэюки стал первым верховным главнокомандующим Объединенного флота и выиграл борьбу на море во время Японо-китайской войны. Видимо данное обстоятельство и вскружило ему голову окончательно.

– Когда соединяли флот постоянной готовности и западный флот какие цели преследовали? – Бурлаков поднял руку словно первоклассник и спросил, – как это по-русски сперва разделять, а затем объединять.

– Отнюдь, – Козлов слегка прищурил глаза, наблюдая как курсант, подобно молодому котенку делает первые неправильные выводы, – в то время как в Российской империи, со старых кораблей снимали пушки и оставляли ржаветь в портах, в «Стране восходящего Солнца» научились, с подачи Англии, присваивать не самым новым, но боеспособным кораблям самостоятельные роли и поручать посильные им задачи: разведки, охраны водного района, патрульных и сторожевых кораблей, а также торпедных канонерских лодок и баз миноносцев, что позволяло японскому флоту везде осуществлять своё присутствие при относительно небольшой доле современных кораблей, что из под шпица³⁴ совершенно проглядели и не учли, увлекшись то выработкой собственной идеи броненосца и бронепалубного крейсера 1-го ранга, то увлечением французскими прожектами.

– Ладно Николай Николаевич, не томите, включайте картинку, как там сражение то происходило, жутко интересно, – Бурлаков поёрзал на кресле, – у японцев значит восемь бронепалубных крейсеров было, разделенных на два отряда, а у Вас то с Тыртовым что?

– Не торопись салага, – вальяжно ответил Козлов, более удобно усевшись в кресле, и продолжил, комментируя всплывающие в объемном мониторе изображения, – утром 26 апреля наша эскадра, два часа усиленно дымившая, чтобы поднять пар в своих котлах, стала сниматься с якорей гавани Чифу. Русские корабли, покрашенные в серый цвет, чтобы не сильно выделяться на фоне моря, выходили на бой. Я, в обличие Степана Осиповича, держал флаг на самом мощном корабле эскадры броненосце "Император Николай I".

Эскадренный броненосец «Император Николай I» (9594 тонны, 101,7х20,4х7,6 метра, броня борта 14-дм, башни и барбета 10-дм, 2ПМ, 12 котлов, 7800 л/с, 14,5 узла, 4800 миль, 31 офицер, 585 матросов, два 12-дм/30-кал, четыре 9-дм/35-кал, восемь 6-дм/35-кал).

Справа от меня, шел на бой, броненосный крейсер, а в прошлом, до 1892 года, полуброненосный фрегат "Адмирал Нахимов", конечно, несколько уступающий броненосцу по калибру основных орудий, и площади бронирования, но на голову превосходящий японские суда. Мы с Тыртовым посовещались, и специально поставили два самых мощных и сильно бронированных корабля в начале двойной кильватерной колонны, которой шла русская эскадра. Так как, по опыту войны с Чиной³⁵, знали, что именно на них обрушиться вся сила огня японской эскадры. В сражении на реке Ялу, броненосцы поднебесной получили примерно по полторы сотни попаданий снарядов каждый.

– Что за кораблики расположились в центре строя, между двумя линиями более крупных кораблей?

– В центре шли две канонерки: "Гремящий" и "Отважный", каждый вооружен 9-дюймовым орудием, чей снаряд в 150-кг может нокаутировать любого противника, которые встретились нам сегодня, а справа от «Нахимова» и слева от «Николая» шли канонерские лодки «Кореец» и «Маньчжур», чьи 8-дюймовые 35-калиберные орудия с 87,8-кг снарядами весомый аргумент в морском бою. При необходимости из данных орудий еще можно выстрелить и 133-кг снарядами, правда скорость составит 583 м/с, а кинетическая энергия составит 22,6 мегаджоуля.

– Что за мегаджоуль, – Николай Николаевич изъясняйся проще.

– В повседневной жизни одному мегаджоулю приблизительно равна кинетическая энергия легкового автомобиля, движущегося со скоростью 160 км/час.

– То есть, Вы ничего более умного не придумали, как справа и слева от бронированных кораблей поставить по небронированной канонерке, и встретить японцев в том же развернутом строю, что и Дин Жучан³⁶ год до Вас, – вырвалось у молодого курсанта и он удивился своей дерзости, добавив, – прошу прощения.

– Цыплят по осени считают, – Николай Николаевич сделал вид, что не заметил выпада в свой адрес, тем более у него стояла задача разъяснить молодому подопытному как можно, а как нельзя действовать. Предыдущего, и единственного курсанта, он потерял, и продолжил рассказ: «За броненосцем «Николай I» следовали: броненосный фрегат "Владимир Мономах" и бронепалубный крейсер "Адмирал Корнилов", а за броненосным крейсером "Адмирал Нахимов" следовал флагман Тыртова броненосный крейсер "Память Азова" и бронепалубный корвет "Рында". В центре нашего боевого порядка шли минные крейсера "Гайдамак" и "Свеаборг", капитанам которых приказано действовать по обстановке».

– Внушительная сила, – Бурлаков внимательно изучал характеристики кораблей, – Вы должны были порвать японцев на британский флаг!

– Смотря в подзорную трубу, я видел море, тучи и вдалеке два отряда кораблей по четыре корабля в каждом. Вообще, идея ходить отрядами по четыре корабля свежа и нова. Использующая данное нововведение сторона получает значительное тактическое преимущество, так как разместить на одном корабле два десятка орудий среднего калибра не представляется возможным, а на квартете кораблей пожалуйста. Думал я, сжимая рукой поручень мостика, что в нашей эскадре я сделал бы не так, а лучше. Безусловно бы повысил скорость, но с другой стороны у противника скоростные корабли 3500 – 5000 тонн водоизмещения, а у нас корабли имеют водоизмещение 5500 – 9500 тонн, защита у него по данным наших агентов от 2-х до 3-х дюймов, и только в новейшем «Иосино» флагманском крейсере летучего отряда капитана Хэйхатиро Того, у которого гласис³⁷ бронепалубы составляет 4 ½ дюйма. В нашей эскадре лишь «Адмирал Корнилов» бронирован слабо, так как его сделали из захваченного адмиралом Кроуном японского крейсера «Унеби». Броню во время ремонта во Франции сняли, а затем пропили на радостях. Остальные наши корабли имеют броню борта от 6-дм на «Владимире Мономахе» и до 14-дм, на «Николае I» лучшем броненосце неоднократно бравшим призы на флотских соревнованиях. В общем, посмотрим.

– Смотрю времена меняются, а нравы остаются, – Бурлаков позволил себе улыбнуться, так с душой Козлов рассказывал о своих походах, словно современный капитан Врунгель, но правда и на мониторе происходила завораживающая картинка, но без комментариев старого морского волка он понял бы мало.

– Не зря главный артиллерийский офицер скомандовал огонь! – Козлов демонстративно подпрыгнул в кресле, – носовая и единственная башня броненосца «Император Николай I» рявкнула огнем с пламенем и в сторону флагманского крейсера летучего отряда полетели два фугасных снаряда.

– Их было видно в полете?

– Я, и другие офицеры эскадры могли визуально наблюдать их полет. Не зря главный артиллерист считался лучшим на флоте два подарка легли в аккурат по курсу «Иосино», жаль мне было не видно лиц этих макак, это вам не с китайцами воевать, а Российский императорский флот, блин едрить твою налево. Но тут рявкнули в ответ орудия-монстры с трех крейсеров французской постройки, чьи 32-см снаряды, а калибры во французском флота измерялись именно сантиметрами, весом 350-кг фугасного действия, понеслись в сторону русской эскадры, если стрельба с «Николая I» велась прицельно по микрометрам Люжоля³⁸, то японцы били по площадям, так как орудия то были замечательные, но при повороте кораблики типа "Мацусима" кренились, и вообще были ненадежной орудийной платформой для столь мощных орудий. Снаряды упали, недолетая русской эскадры, лишь отделив нас от японцев огромными водяными столпами воды.