Kitabı oxu: «Бегущая по лезвию 11. Второй акт»
Глава первая
Солнце лениво выползало из-за океана, касаясь воды первыми лучами. Бирюзовая гладь лагуны загоралась расплавленным золотом, обещая еще один идеальный день. Ника стояла на балконе своего номера на втором этаже, обхватив ладонями горячую чашку кофе. Легкий бриз шевелил занавески за ее спиной, а внизу, на белоснежном песке, царила гармония. Кристина, одетая в ярко-розовые леггинсы и топик, застыла в позе воина. Ее темные волосы, развеваемые ветром, струились на фоне лазурной воды, как живой шелк. Ника смотрела на подругу и чувствовала, как в груди разливается тепло, которое она уже успела забыть. Покой.
Прошел пол года с того дня, когда они, грязные и измученные, переступили порог этого места, превратив его из заброшенной развалины в убежище. Ровно год с тех пор, как они сбежали от ада, который устроил Хорхе. Ника сделала глоток кофе и поморщилась не от горечи напитка, а от внезапно кольнувшей мысли: ровно год с тех пор, как Розита поклялась найти её. Она тряхнула головой, отгоняя наваждение. Это было глупо. Розита, скорее всего, давно сгнила в какой-нибудь канаве или прячется на другом конце континента, боясь высунуть нос. Угроза осталась в прошлом. Взгляд Ники снова смягчился, когда она посмотрела на Кристину. «Лагуна» процветала. Сайт отеля ломился от восторженных отзывов: туристы обожали уединенную атмосферу и идеальный сервис. Ресторан по вечерам был полон, а бармен уже знал коктейли всех постоянных гостей.
Ника улыбнулась своим мыслям. Впервые за долгое, очень долгое время она чувствовала себя просто женщиной. Не наемницей, не машиной для убийств, не дочерью своего отца. Просто женщиной, которая пьет кофе на балконе своего отеля. Она поставила чашку на перила, поправила легкое белое платье и направилась вниз, к пляжу. Песок приятно обжег босые ступни прохладой.
– Не дыши ровно, дыши свободно, – донесся до нее спокойный голос Кристины. – Почувствуй, как энергия поднимается от земли…
– Если я почувствую энергию, я, наверное, упаду, – усмехнулась Ника, подходя ближе.
Кристина открыла глаза и, увидев подругу, расплылась в счастливой улыбке. Она грациозно вышла из позы и подбежала к Нике.
– Ты пропустила рассвет! Самый красивый за последнюю неделю!
– Я его не пропустила. Я им любовалась, – Ника кивнула на балкон. – С кофе.
Кристина рассмеялась, заправляя выбившуюся прядь за ухо. Этот смех был для Ники лучшей наградой за всё. Год назад Кристина не смеялась. Она вздрагивала от каждого шороха и боялась собственной тени.
– Слушай, – Кристина взяла подругу под руку, и они пошли вдоль кромки прибоя. – Сегодня приезжает та пара из Канады, помнишь, они бронировали люкс на месяц? Надо бы проверить, готов ли номер.
–Успеем, – отмахнулась Ника. – Сейчас есть дела поважнее.
– Какие? – удивилась Кристина.
– Завтрак. Я умираю с голоду.
Они рассмеялись уже вдвоем, и этот момент был настолько идеальным, что даже море, казалось, замерло, чтобы не спугнуть его. Ника обняла подругу за плечи, притягивая к себе. Та прильнула к ней, положив голову на плечо.
– Спасибо, – тихо сказала Кристина.
– За что?
– За этот рай. За то, что вытащила меня.
Ника поцеловала её в макушку.
– Это не рай, Крис. Это просто кусочек земли, который мы отвоевали. И теперь он наш.
Они стояли на берегу, две женщины, обнявшись на фоне бескрайнего океана. Вода лизала их ступни, солнце поднималось всё выше, а вдалеке кричали чайки. Ника чувствовала, как напряжение последних лет понемногу отпускает её мышцы. Здесь, в этом моменте, не было места для войны. И она почти поверила, что так будет всегда. Почти. Где-то в глубине её сознания, как далекий гром над горизонтом, всё ещё звучало эхо той клятвы, которую дала Розита. Но Ника решительно заглушила этот звук, концентрируясь на тепле тела подруги и шуме прибоя. Сегодня был хороший день. И она собиралась насладиться им сполна. Они зашли на кухню через служебный вход. Ника любила этот путь, потому что оттуда всегда пахло свежей зеленью и специями. Просторное помещение гудело, как растревоженный улей. Повара суетились у плит, помощники нарезали овощи, а в центре этого контролируемого хаоса возвышался Луис.
Шеф-повар «Лагуны» был невысоким, плотным мужчиной с пышными усами и взрывным темпераментом, который, казалось, мог поджарить яичницу без огня. Сейчас он размахивал половником перед лицом несчастного помощника, тыча в сторону огромной сковороды с паэльей.
– Ты это называешь рисом? – гремел Луис. – Это не рис, это клейстер! Моя бабушка, царствие ей небесное, перевернулась бы в гробу, узнав, что ты сделал с паэльей! Рис должен быть сочным, но каждое зёрнышко отдельно! А у тебя? Каша!
Помощник, молодой парень с трясущимися руками, что-то лепетал в своё оправдание, но Луис был неумолим.
– Переделывай! Сейчас же! И чтобы шафрана не пожалел, жадина!
Увидев Нику и Кристину, застывших в дверях с одинаковыми улыбками, Луис мгновенно преобразился. Половник исчез за спиной, лицо расплылось в радушной улыбке, а голос приобрёл медовые интонации.
– Кристина! Николь! – воскликнул он, разводя руки в стороны. – Заходите, мои дорогие! Сейчас я вам такое приготовлю пальчики оближете!
Он метнулся к плите, отодвинув бедного помощника плечом.
– Луис, – Ника улыбнулась, наблюдая за этим представлением, – Ты в своём репертуаре. Они прекрасно готовят, зря ты на них катишь бочку.
– Катишь бочку? – Луис картинно прижал руку к груди. – Николь, дорогая, я не качу бочку! Я их учу! Они пришли сюда с нулевыми знаниями, а я делаю из них поваров! Это тяжёлый труд вбивать талант в ленивые головы!
Кристина прыснула в кулак и прошла к высокому барному стулу у рабочей поверхности.
– Луис, не мучай мальчика. Он старается.
– Старается он, – проворчал Луис, но уже беззлобно. – Ладно, Хуан, иди пока нарежь перец для соуса. И смотри мне, кубиками, не соломкой!
Помощник пулей вылетел из зоны поражения. Луис тем временем ловко орудовал у плиты, одной рукой помешивая что-то в сотейнике, другой подбрасывая креветки на гриль.
– Вы завтракать? – спросил он, не оборачиваясь. – Сейчас сделаю вам омлет с трюфельным маслом, как вы любите. И те самые тосты с авокадо, от которых Кристина в прошлый раз чуть не съела свой язык.
– Я не чуть не съела язык, – возразила Кристина. – Я просто сказала, что это божественно.
– Это одно и то же, – хмыкнул Луис.
Ника села рядом с подругой, опираясь локтями на столешницу. За этим ежедневным спектаклем она могла наблюдать бесконечно. Луис был не просто поваром – он был душой отеля. Когда они только купили «Лагуну», кухня была в ужасном состоянии, а местные повара не хотели работать за нормальные деньги. Луис появился случайно – заехал отдохнуть на неделю, а остался насовсем.
– Слушай, Луис, – Кристина подперла подбородок рукой. – А почему ты вообще решил остаться? Ты же мог работать в любом ресторане Мадрида или Барселоны.
Луис на мгновение замер, но быстро вернулся к готовке.
– Мадрид, – фыркнул он. – В Мадриде пробки, суета, люди бегают как угорелые. А здесь рай. Море, солнце, продукты свежайшие. И начальницы красивые, – он подмигнул им обеим. – Чего ещё желать?
Ника переглянулась с Кристиной. Они обе знали, что за этим циничным фасадом скрывается своя трагедия погибшая жена, взрослая дочь, с которой Луис не общался, какая-то старая история в Мадриде, о которой он не любил рассказывать. Но здесь, в «Лагуне», он расцвёл.
– А если серьёзно, – добавил Луис, ставя перед ними две тарелки с идеально поджаренными тостами, розовым авокадо и яйцом-пашот, – Здесь я чувствую, что нужен. Вы дали мне дом, когда я думал, что домов у меня больше не будет.
Повисла короткая пауза. Кристина тронула Луиса за руку.
– Ты нам тоже нужен. Без тебя «Лагуна» была бы просто красивым местом с ужасной едой.
– Это точно, – подхватила Ника, откусывая тост и довольно жмурясь. – Боже, Луис, это нечестно. Я теперь всё остальное есть не смогу.
– И не надо, – довольно хмыкнул шеф. – Ешьте только у меня и толстейте на радость мне.
– Эй! – возмутилась Кристина. – Мы не хотим толстеть!
– Худые женщины – это невкусно, – философски заметил Луис. – Женщина должна быть аппетитной, как хорошо прожаренный стейк. Сочной.
Ника рассмеялась и чуть не поперхнулась соком.
– Луис, ты неисправим.
– Зато честен, – он развёл руками. – Ладно, ешьте давайте, а то остынет. А мне нужно этого бездаря Хуана догонять, а то он мне весь перец испортит.
Он умчался вглубь кухни, и оттуда снова послышались раскаты его голоса: «Кубиками, я сказал! Кубиками! Это похоже на лапшу, а не на перец!». Кристина и Ника переглянулись и синхронно засмеялись.
– Я люблю это место, – сказала Кристина, глядя на подругу тёплыми глазами. – Я люблю всех этих сумасшедших людей.
– Я знаю, – Ника накрыла её ладонь своей. – Я тоже.
Они доедали завтрак под аккомпанемент ругани Луиса и звона посуды, и в этот момент всё действительно было идеально. Солнце заливало кухню золотым светом, пахло шафраном и морем, а где-то далеко-далеко, за горизонтом, прошлая жизнь оставалась лишь страшной сказкой, которая никогда больше не повторится. Ника отправила в рот последний кусочек тоста и уже собралась предложить Кристине пройти в офис, чтобы проверить бронирования, как вдруг со стороны кладовки раздался оглушительный грохот. Бум! Дзынь! Трах! Звук был такой, словно кто-то уронил сразу все кастрюли, которые только были на кухне, а заодно прихватил пару противней и, для верности, мешок с мукой. Кристина вздрогнула и расплескала сок. Ника мгновенно напряглась – старый рефлекс, от которого невозможно было избавиться. Её рука на секунду дёрнулась туда, где раньше висела кобура, но наткнулась лишь на голую талию.
Мимо них со скоростью болида Формулы-1 пронёсся Хуан. Лицо парня было белым, как та самая мука, которая, судя по звуку, всё-таки пострадала. В руках он сжимал разделочную доску, с которой в разные стороны разлетались кусочки перца.
– Простите, простите, сеньориты! – выкрикнул он на бегу и исчез в двери, ведущей в зал для персонала.
Не успели девушки переварить увиденное, как из тех же кухонных глубин вылетел Луис. В одной руке он сжимал кухонное полотенце, другой размахивал, как ветряная мельница крыльями. Глаза шеф-повара горели праведным гневом, усы топорщились, а лысина блестела от пота.
– Идиот! – ревел Луис, проносясь мимо них. – Я тебе сказал кубиками! Ку-би-ка-ми! А не соломкой! Это был последний перец, придурок! Последний! Я тебя уволю! Уволю и заставлю есть эту соломку ложками!
– Луис! – крикнула Кристина ему вслед. – Успокойся! Это просто перец!
Но Луис уже скрылся за той же дверью, откуда только что вылетел Хуан. Оттуда донеслась приглушённая перепалка, топот ног и звук захлопнувшейся двери. Ника и Кристина переглянулись. Тишина на кухне, нарушаемая лишь шипением забытой сковороды, длилась ровно три секунды. А потом они обе расхохотались.
– Боже, – Кристина уткнулась лбом в плечо подруги, сотрясаясь от смеха. – Это был последний перец! Ты слышала? Последний перец в мире!
– Бедный Хуан, – выдавила Ника сквозь смех. – Он теперь до конца жизни перец резать будет. Во сне.
– А Луис с этим полотенцем! – Кристина вытирала слёзы. – Как гладиатор! Только вместо меча полотенце!
Из подсобки донеслось ещё одно громкое: «Кубиками, балбес!» и они засмеялись с новой силой. Подошёл один из официантов. Он покачал головой, глядя на дверь, за которой скрылась буря.
– Шеф сегодня не в духе, – философски заметил он, забирая со стойки поднос с чистыми бокалами. – Вчера ему поставщик испорченные мидии привёз. Вот он и отрывается на бедном Хуане.
– Мидии? – переспросила Ника, промокая салфеткой глаза. – А мы знаем?
– Знаем, сеньора Николь. Шеф лично их выкинул и нового поставщика нашёл. К обеду всё будет хорошо, не волнуйтесь.
Карлос удалился, а Кристина вдруг посмотрела на Нику с хитрым прищуром.
– Слушай. А может, нам пора вмешаться? А то Луис Хуана действительно уволит, а нового помощника искать замучается.
– Предлагаешь спасать тонущих? – усмехнулась Ника.
– Предлагаю сделать вид, что нам срочно нужен Луис для очень важного разговора. Например… – Кристина задумалась. – Например, про меню на следующей неделе!
– Крис, мы никогда не лезем в меню.
– Вот именно! Луис обалдеет от такой заботы и забудет про Хуана.
Ника покачала головой, но встала.
– Ладно. Идём спасать молодое дарование. Но если Луис поймёт, что мы отвлекаем, нам достанется больше, чем Хуану.
Они двинулись к двери подсобки, откуда всё ещё доносилось ворчание Луиса и жалобные всхлипывания Хуана. Ника толкнула дверь и замерла на пороге. Картина маслом: Луис стоял над столом, на котором лежала злополучная разделочная доска с горой перечной соломки, и тыкал в неё пальцем. Хуан сидел на табурете, сжавшись в комок и глядя на шефа глазами побитой собаки.
– Луис, – позвала Ника самым спокойным голосом. – Прости, что отвлекаем. Но нам срочно нужно обсудить меню на следующую неделю.
Луис медленно обернулся. Его взгляд всё ещё горел, но при виде хозяек огонь немного притух.
– Меню? – переспросил он подозрительно.
– Да, – встряла Кристина, заходя внутрь и вставая между Луисом и его жертвой. – Нам кажется, что пора добавить что-то новенькое. Может, рыбу? Какую-нибудь интересную?
Луис посмотрел на неё, потом на Нику, потом снова на перечную соломку. Хуан за его спиной часто задышал, понимая, что появился шанс на спасение.
– Рыбу, – повторил Луис медленно. – Новую. Интересную.
– Да, – подтвердила Ника. – И нам нужен именно твой совет. Без тебя мы не справимся.
Луис тяжело вздохнул. Полотенце в его руке наконец-то опустилось.
– Ладно, – буркнул он. – Идёмте. А ты, – он обернулся к Хуану, который буквально светился от счастья, – перережешь эту соломку на кубики. По одному. Чтобы я видел! И если хоть один кусочек будет неправильным, ночевать будешь здесь!
– Да, шеф! Спасибо, шеф! – Хуан вскочил и схватился за нож с такой скоростью, будто от этого зависела его жизнь.
Луис вышел из подсобки, всем своим видом показывая, что его отвлекли от важнейшего дела. Кристина подмигнула Нике, и они синхронно выдохнули.
– Ты была великолепна, – шепнула Ника.
– Я знаю, – шепнула в ответ Кристина. – Я вообще великолепна.
Они вернулись на кухню, где Луис уже открывал холодильник, бормоча что-то про свежую рыбу и бездарных помощников. А за их спинами, в подсобке, Хуан с маниакальной сосредоточенностью резал перечную соломку на идеальные кубики, мысленно благодаря всех святых за своё спасение. День в «Лагуне» продолжался. Обычный, суматошный, полный мелких драм и смешных ситуаций. Идеальный день. Ника поймала себя на мысли, что даже не вздрогнула, когда упали кастрюли. Что её рука хоть и дёрнулась, но сердце даже не ускорило бег. Может быть, она действительно начала выздоравливать? Может быть, прошлое наконец-то отпускает? Она посмотрела на Кристину, которая что-то оживлённо обсуждала с Луисом, жестикулируя и смеясь. И улыбнулась. Но Кристина, словно почувствовав, обернулась и послала ей воздушный поцелуй.
Ника с Кристиной вышли из кухни, всё ещё улыбаясь, когда в конце коридора показался Роман. Он быстрым шагом направлялся прямо к ним, а за его спиной маячили двое охранников. Пабло и Хосе, местные ребята, которых Роман лично выучил и натаскал. Ника нахмурилась. Что-то случилось?
– Ника, – Роман остановился в двух шагах, переводя дыхание. В его глазах читалась готовность к действию. – Я слышал шум на кухне. Грохот какой-то. Вот идём проверить.
Он говорил спокойно, но Ника знала этот тон. Это был тон человека, который всегда ждёт подвоха. Который за любой случайностью ищет закономерность. Кристина шагнула вперёд и положила руку ему на плечо, слегка сжав.
– Расслабься, Ромка, – сказала она с мягкой улыбкой. – Это Луис бегает за поваром. Бедный Хуан перец не так нарезал. Там сейчас такое шоу, я бы билеты продавала.
Роман моргнул. На его лице отразилась сложная гамма чувств: от облегчения до лёгкого разочарования, что тревога оказалась ложной.
– Перец? – переспросил он.
– Кубиками, – кивнула Ника, пряча улыбку. – Луис требовал кубиками, а Хуан нарезал соломкой. Кризис мирового масштаба.
Пабло и Хосе за спиной Романа переглянулись и синхронно выдохнули. Хосе, самый молодой из охраны, даже позволил себе короткую улыбку.
– Ясно, – Роман медленно опустил руку, которая уже лежала на кобуре. – А звук был такой, будто там минимум пять человек дрались.
– Там Луис с полотенцем, – пояснила Кристина. – Это страшнее пяти человек, поверь.
Роман покачал головой, но в уголках его губ дрогнула улыбка. За те полгода, что он работал в «Лагуне», он уже успел изучить характер шеф-повара.
– Ладно, – кивнул он. – Тогда мы пойдём. Но ты проверь камеры на кухне, – обратился он к Пабло. – Вдруг этот псих чего разобьёт.
– Уже проверяю, шеф, – Пабло поднял планшет, который держал в руках. -Там всё чисто. Только Луис машет полотенцем, а Хуан прячется под стол.
– Под столом? – переспросила Кристина.
– Ну да, – Пабло развернул планшет, показывая картинку с камеры наблюдения. – Вон он, видите? Сидит как мышка.
Ника и Кристина уставились на экран. Там, в углу подсобки, действительно сидел Хуан, сжавшись в комок под огромным деревянным столом. А над ним, как тираннозавр над добычей, возвышался Луис, продолжая размахивать полотенцем и, судя по открытому рту, что-то вещать. Кристина прыснула. Ника закусила губу, пытаясь сдержаться.
– Рома, – выдавила она сквозь смех. – Сделай одолжение. Не стирай эту запись. Я хочу сохранить её на память.
– Будет сделано, – кивнул Роман совершенно серьёзно, хотя в глазах плясали чёртики. – Для истории.
Охранники удалились, продолжая посмеиваться. Пабло что-то тихо говорил Хосе, и тот кивал, улыбаясь во весь рот. Ника проводила их взглядом и повернулась к Кристине.
– Переживает за перец. Душой болеет.
– За нас он переживает, – поправила Ника тише. – За безопасность. Шум на кухне для него потенциальная угроза. И так будет всегда.
Кристина посмотрела на подругу внимательно.
– Ты тоже так реагируешь, – заметила она. – Я видела. Когда кастрюли упали, ты руку дёрнула.
Ника не ответила. Она просто смотрела в конец коридора, где скрылись охранники.
– Это пройдёт, – сказала она наконец. – Всё проходит.
– Проходит, – согласилась Кристина и взяла её за руку. – Идём. Нам ещё проверять те бронирования.
– Идём.
Они пошли по коридору в сторону административного крыла, но Ника всё же обернулась на кухню. Оттуда доносился приглушённый голос Луиса, который, кажется, наконец-то успокоился. Или просто охрип. Хороший день. Самый обычный. Самый лучший.
Глава вторая
Вечер опустился на «Лагуну» мягко, как бархатное покрывало. Зажглись огни вдоль дорожек к пляжу, заиграла тихая музыка из динамитов, развешанных между пальмами. Воздух наполнился запахом соли и цветущего жасмина. Бар отеля, расположенный на открытой террасе с видом на бассейн и лагуну, понемногу наполнялся гостями. Кто-то потягивал коктейли, лениво перелистывая меню ужина, кто-то фотографировал закат, пока солнце медленно погружалось в океан, окрашивая небо в фиолетово-розовые тона. Ника сидела за своим любимым столиком в углу – оттуда был виден весь зал и вход, а спина была прикрыта стеной. Привычка, от которой она не собиралась отказываться. В руках стакан с апельсиновым соком и лёд. Сегодня она не пила. Давно уже не пила. Её взгляд был прикован к стойке бара, где сидели Кристина и Роман.
Они разговаривали, склонившись друг к другу. Роман что-то рассказывал, жестикулируя свободной рукой, а Кристина слушала, чуть склонив голову, и улыбалась. Не той натянутой улыбкой, которой она улыбалась ещё год назад, когда любой резкий звук заставлял её вздрагивать. А настоящей. Тёплой. Спокойной. Роман сказал что-то смешное, Кристина рассмеялась и легонько толкнула его в плечо. Он поймал её руку и задержал в своей чуть дольше, чем нужно. Ника смотрела на них и чувствовала, как в груди разливается что-то тёплое и немного щемящее. Кристина изменилась. Исчезла та загнанная в угол лань. Та, что боялась темноты и мужских голосов, что просыпалась с криками и подолгу не могла прийти в себя. Сейчас перед ней сидела другая женщина. Уверенная. Свободная. Счастливая.
Роман что-то шепнул Кристине на ухо, и та зарделась, как девочка, пряча улыбку в бокале с маргаритой. Ника невольно улыбнулась. Кто бы мог подумать. Теперь они муж и жена. Роман настоял на фамилии Кристины сказал, что его старая жизнь кончена и он начинает новую. С ней.
– Ты смотришь на меня, как наседка, – раздался смеющийся голос Кристины.
Ника подняла глаза. Подруга уже стояла рядом с бокалом в руке, а за её спиной маячил Роман с неизменным стаканом минералки.
– Расслабься, – Кристина плюхнулась на соседний стул.– Здесь безопасно.
– Привычка, – ответила Ника, делая глоток сока. Она перевела взгляд с Кристины на Романа и добавила тепло: – Вы с Ромой очень хорошая пара. Правда.
Роман, который уже собрался сесть, замер на секунду, а затем медленно повернул голову. В его обычно непроницаемом взгляде мелькнуло что-то похожее на смущение.
– Спасибо, – сказал он коротко и сел рядом с женой, положив руку на спинку её стула. Жест собственника, но не агрессивный, а скорее защитный. – Но это, Ника, тем не менее не отменяет того, что я по-прежнему отвечаю за безопасность. И твою, и Кристины.
Ника усмехнулась. Старый вояка никогда не выключал режим «телохранитель». Даже в такой идиллической обстановке.
– Расслабься, Рома, – она откинулась на спинку стула и обвела рукой бар, где за столиками сидели гости, а у входа маячили двое охранников в форме отеля. – Я сама могу за себя постоять. У нас вон сколько охраны. Ты натаскал этих ребят, они теперь любой спецназ уделают.
Роман хмыкнул, но спорить не стал. Кристина переводила взгляд с мужа на подругу и улыбалась.
– Боже, вы как два бульдога, – фыркнула она. – Друг на друга рычите, а на самом деле одинаковые.
– Мы не рычим, – возразил Роман.
– Это у нас дискуссия, – добавила Ника.
– Ага, – Кристина закатила глаза. – Дискуссия на тему, кто круче защитник. Только забываете спросить меня, нужна ли мне вообще защита.
Роман и Ника переглянулись. Потом синхронно перевели взгляд на Кристину.
– Нужна, – сказали они в один голос.
Кристина расхохоталась, запрокинув голову. Звонко, свободно, не боясь привлечь внимание.
– Ой, не могу! Вы как близнецы! – она вытерла выступившие слёзы. – Ладно, ладно, пусть будет по-вашему. Я согласна быть под защитой, если это значит, что вы двое будете меньше напрягаться.
– Не дождёшься, – буркнул Роман, но в его голосе слышалась нежность.
Ника молчала, но внутри неё боролись два чувства. Радость за подругу, за то, что она нашла своё счастье. И лёгкая, почти незаметная тревога. Чем счастливее становилась Кристина, тем больше Ника боялась это счастье потерять. Глупо. Иррационально. Но от этого чувства не получалось избавиться.
– Ника, – голос Кристины вырвал её из мыслей. – Ты с нами?
– А? Да, извини, задумалась.
– О чём?
Ника помолчала секунду, подбирая слова. Потом улыбнулась – легко, беззаботно.
– О том, что мы всё правильно сделали. Когда решили остаться здесь.
Кристина потянулась через стол и сжала её руку.
– Мы правильно сделали, – подтвердила она. – И ты правильно сделала,
– Не за что, – Ника пожала её пальцы в ответ. – Я за тебя горло перегрызу любому.
Роман кашлянул.
– Надеюсь, до этого не дойдёт, – сказал он сухо. – Но если что я рядом.
Они сидели втроём под звёздным небом, слушая шум прибоя и тихую музыку. Где-то за столиком слева пара целовалась, глядя на луну. Справа пожилой американец рассказывал жене историю про рыбу, которую поймал пять лет назад. Жизнь текла медленно и сладко, как тёплый мёд. Где-то глубоко внутри, в том месте, где жили старые инстинкты, царапалась мысль: покой – это всего лишь затишье перед бурей. Но она задушила эту мысль глотком сока и улыбкой в ответ на очередную шутку Кристины. Сегодня был хороший вечер. Самый обычный. Самый лучший. Официант принёс меню десертов, и Кристина с энтузиазмом принялась изучать, что бы такого съесть, чтобы не пожалеть завтра. Роман наблюдал за ней с той особенной улыбкой, которая появлялась на его лице только рядом с ней. Ника смотрела на них и думала о том, что, возможно, это и есть счастье.
– За нас, – сказала она просто.
– За нас, – откликнулись Кристина и Роман.
Их бокалы встретились с тихим звоном, который потонул в шуме прибоя и смехе далёких гостей. Ночь прошла спокойно. Ника даже позволила себе выпить бокал вина перед сном – редкая роскошь для неё. Утро встретило её привычным шумом прибоя и криками чаек. Она потянулась в постели, с удовольствием отмечая, что спина не ноет, голова ясная, а на душе удивительно легко. Кофе, душ, лёгкий завтрак. Ника спустилась в офис – небольшое помещение в административном крыле с окнами на внутренний двор. Она села за ноутбук, просматривая отчёты за вчерашний день. Всё было отлично – заполняемость почти сто процентов, выручка растёт, отзывы восторженные. Кристина должна была подойти попозже, она любила понежиться в постели, особенно когда Роман ночевал у неё. Ника улыбнулась своим мыслям и углубилась в цифры. Ровно в 9:15 дверь кабинета распахнулась без стука. Ника подняла голову. На пороге стоял Роман. Его лицо было бледнее обычного, скулы заострены, а в глазах застыло то самое выражение, которое Ника видела у него только в самые критические моменты.
– Что случилось? – она мгновенно встала, отодвинув кресло. Тело напряглось само собой, мышцы приготовились к действию.
Роман закрыл за собой дверь и сделал два шага вглубь кабинета.
– Ника, у нас проблема, – голос звучал ровно, но металл в нём звенел отчётливо. – Утром на парковке, в машине нашли тело.
Ника замерла.
– Тело? Чьё?
– Неизвестного мужчины, – Роман провёл рукой по лицу, стирая напряжение. – Дорогой костюм, итальянские туфли, часы за сто тысяч. Но главное не это.
Он замолчал, будто подбирая слова.
– Рома, не тяни, – холодно сказала Ника.
–На пальце у него был перстень, – Роман встретил её взгляд. – С символикой картеля, который когда-то возглавлял Карлос Мендоса.
В кабинете повисла мёртвая тишина. Ника слышала только стук собственного сердца, который вдруг стал оглушительно громким. Карлос Мендоса. Человек, чьё имя она пыталась забыть, она надеялась оставить в прошлом. И вот теперь этот перстень. На пальце мёртвого мужчины в её отеле.
– Ты уверен? – спросила она, хотя знала, что Роман не ошибается в таких вещах.
– Абсолютно, – кивнул он. – Я видел эту символику. Её ни с чем не спутаешь.
Дверь снова открылась, и вошла Кристина. В лёгком сарафане, с мокрыми после душа волосами, с улыбкой на губах. Но улыбка погасла в ту же секунду, как она увидела лица Ники и Романа.
– Что случилось? – спросила она тихо, медленно подходя ближе. – Вы оба такие. Что опять?
Ника медленно повернулась к окну. За стеклом цвели бугенвиллии, порхали бабочки, садовник поливал газон. Мирная картина, которая вдруг стала казаться декорацией.
– Крис, успокойся, – сказала Ника, не оборачиваясь. Она сцепила руки за спиной, чтобы подруга не видела, как они дрожат. – Это скорее всего Розита решила вернуться.
Кристина вздрогнула и инстинктивно прижалась к Роману. Тот обнял её за плечи, но взгляд оставался прикованным к Нике.
– Розита? – переспросила Кристина. – Ты думаешь, это она? Но как? Зачем?
– Это сообщение, – Ника наконец обернулась. В её глазах плясали холодные огоньки – Она хочет, чтобы мы знали: она здесь. Она следит. И она не одна.
– Перстень Мендосы, – тихо сказал Роман. – Это не просто угроза. Это заявление. Кто-то хочет, чтобы мы поняли – это война.
Ника кивнула. Она уже просчитывала варианты, раскладывая в голове возможные сценарии. Розита объединилась с людьми Хорхе – это они знали из того сообщения неделю назад. Но перстень Мендосы. Это означало, что в игру вступил кто-то ещё.
– Рома, – Ника резко развернулась к нему. – Вызови охрану. Всю, какая есть. Пусть подойдут сюда. Быстро.
Роман достал рацию, бросил короткую команду. Через минуту дверь кабинета открылась, и вошли четверо – Пабло, Хосе, Антонио и Диего. Лучшие из тех, кого Роман натаскал за полгода.
– Закрой дверь, – приказал Роман Пабло.
Когда все собрались, Ника обвела их взглядом. Молодые, подтянутые, сосредоточенные. Они знали, что работают не в обычном отеле. Роман готовил их к худшему с первого дня.
– Ситуация, – начала Ника без предисловий. – Сегодня утром на парковке нашли труп. Мужчина в дорогом костюме, с символикой картеля на перстне. Это не случайность. Это угроза.
Охрана переглянулась, но молчала.
– Я не знаю, кто это сделал и когда начнётся следующее действие, – продолжила Ника. – Но знаю одно: мы не имеем права подставлять гостей. Никто из постояльцев не должен пострадать. Поэтому ваша задача максимальное внимание, но без паники.
Роман шагнул вперёд, беря командование на себя.
– Полное внимание на всех гостей, – жёстко сказал он. – Проверяем каждого нового постояльца. Смотрим, кто приезжает, кто уезжает, кто шатается по территории без дела. Любую мелочь докладываете мне лично. И никакой самодеятельности.
– И ещё, – добавила Ника, и все взгляды снова обратились к ней. – Только не переусердствуйте. Не пугайте гостей. Для них мы просто отель. Дружелюбный, безопасный, уютный. Если кто-то заметит, что охраны стало больше, скажете, что учения. Или что Роман отрабатывает новые протоколы.
– А с телом что? – спросил Пабло.
Ника на секунду задумалась.
– Пока ничего. Оно ещё там?
– Мы его не трогали, – ответил Роман. – Я оцепил парковку, сказал персоналу, что там технические работы. Гостей отвели через запасной вход.
– Хорошо, – кивнула Ника. – Вызови полицию. Местную. Пусть забирают. Скажем, что мы ничего не знаем, нашли утром. Сами будем тише воды ниже травы.
– Они начнут копать, – заметил Пабло
– Пусть копают, – отрезала Ника. – Нам скрывать нечего. Мы чистый бизнес. А вот кто подбросил тело. Это уже их работа искать.
Охранники получили инструкции и разошлись. В кабинете остались только Ника, Кристина и Роман. Кристина стояла, прислонившись к стене, и молчала. Её лицо было бледным, но глаза сухими. Она больше не была той испуганной девочкой, которая год назад рыдала в объятиях Ники.
– Ты как? – тихо спросила Ника.
– Я в порядке, – ответила Кристина твёрдо. – Просто думаю.
Ника подошла к Кристине и взяла её за руки.
– Слушай меня внимательно, – сказала она, глядя в глаза подруге. – Я не дам тебя в обиду. Ни Розите, ни Хорхе, никому. Мы уже проходили это. И выстояли. Выстоим и сейчас.
– Я знаю, – Кристина сжала её пальцы. – Я не боюсь. Ну почти не боюсь.
