Kitabı oxu: «Настоящий Президент»
Глава 1. Не с начала
— «Первого звали Рон Уоллес, родом из британских колоний, город Лок‑Фолт; второго — Дмитрий Фур, родом из южного перешейка, город Моллон‑Торф; третьего — из Прибалтийской республики, город Роксон Холд Инди; и девушка — Виктория Белова, крымский полуостров. Вопреки вашему мнению, эти люди сделали очень правое дело. Не поминайте их плохо, а лучше простите».
***
Этот человек стоял босыми ногами на холодной плитке. Запоздалое утро встретило его непривычной головной болью в затылке. Умывшись ледяной водой, он провёл ладонью по трёхдневной щетине. Электрическая зубная щётка сломалась, зубочистки закончились, зубной нити осталось всего семь сантиметров — начало дня явно не задалось!
Радовал лишь запах свежезаваренного кофе.
В комнате тревожно зазвонил служебный телефон, и длинные ноги этого человека понесли его к источнику звонка.
— Слушаю.
— Доброе утро. Генерал Лесницкий?
— Да.
— Вас беспокоят из дежурного отдела городской полиции, лейтенант Подрубко. У нас чрезвычайная ситуация: в главном федеральном управлении сказали связаться с вами!
— Ну?
— По центральному каналу поступил тревожный сигнал от охранника центрального банка. Он произнёс внутриведомственный код чрезвычайной ситуации и затребовал подкрепление. Три патрульные машины тут же прибыли на место, но мы толком не можем понять, что происходит!
«О, а вот и тот самый банк», — подумал Лесницкий.
— Почему не можете понять? Что вам мешает? — спросил он.
— Через оконные рамы мы смутно видим, как кто‑то наставил пистолет на одного из посетителей банка — возможно, на охранника. Там происходит какой‑то конфликт! Очень сложно разглядеть: стёкла тонированные.
— Пытались связаться с охранником по рации?
— Он больше не выходит на связь. Мы пытались с ним связаться, но — тишина. Он молчит!
— Что ещё известно?
— Он назвал очень странный код! Этот код из устава федеральной полиции.
Генерал на мгновение задумался.
— Федеральной полиции? Эти коды давно никто не использует. А что за код?
— Код Руднора — Вильнора.
Генерал скорчил нелепую гримасу:
— Я не помню такого кода!
— Послушайте, генерал, я обычный полицейский. Я понятия не имею, что это за код, мне просто нужно знать, что мне делать.
— Все три патрульные группы оставьте на месте. Ни в здание, ни к зданию никого не пускать. Продолжайте попытки выйти на связь с охранником. Скоро приеду к вам. Ждите.
— Понял.
В трубке послышались короткие гудки.
— Руднора — Вильнора… — Лесницкий рассуждал вслух. — Я отлично помню старый устав, однако такого кода припомнить не могу. Возможно, это один из сотен антитеррористических шифрованных кодов? Я никогда с ними не работал… Да и откуда, чёрт подери, охранник в банке знает шифровки федеральной полиции?!
Он открыл маленький сейф и забрал оттуда служебный револьвер. Его движения были быстрыми и точными — отработанными годами. Извинившись перед котом за отсутствие завтрака, он на ходу натянул лакированные ботинки и выскочил на улицу. Сев в машину, резко тронулся с места.
«Опять мотор не прогрел», — с огорчением подумал он.
— Алло, диспетчер? Да, это генерал Лесницкий. Я выехал к центральному банку.
Поскольку левая рука была занята телефоном, а правая — стаканом с кофе, ему приходилось подруливать коленом левой ноги.
— Я выехал на тревожный сигнал из банка. Вызовите на место кинологическую бригаду, следственную группу федеральной полиции и кого‑нибудь из отдела связи.
— Ещё пару нарядов городской полиции направить? Для плотного оцепления, — отвечал оператор.
— Можно.
— Принято.
***
Полиция оцепила весь внешний периметр банка. Толпа зевак собралась у ленты, огораживающей периметр, и жадно вглядывалась в глухие окна здания. Пресса ещё не успела появиться. Генерал Лесницкий и следственная группа федеральной полиции прибыли одновременно.
Генерал остановился в тридцати метрах от входа в банк; рядом с ним стоял лейтенант Подрубко.
— Что нового?
— Охранник на связь не выходит, рация молчит. Мы пытались дозвониться до операторов банка — никто не берёт трубки. Похоже, это ограбление!
— Кто‑нибудь входил или выходил из помещения?
— Нет.
— На телефоны экстренных служб поступали тревожные сигналы?
— Нет.
— Известно, сколько человек находится в банке?
— Нет.
— Слышу, ты любишь исчерпывающие ответы, лейтенант!
— Простите, простите! Пока нет никаких точных сведений. Если бы что‑то было, я бы тут же доложил.
Лесницкий присмотрелся.
— Механический замок блокирован. Двери закрыты?
— Не могу сказать наверняка. Никто не пробовал войти внутрь, но, кажется, вы правы.
Генерал посмотрел на наручные часы.
— Сколько времени прошло с момента поступления сигнала?
— Двадцать семь минут.
— Ты сказал, что видел, как кто‑то направил пистолет на одного из посетителей банка? Где ты это разглядел? Через эти окна ни черта не видно!
— Они стояли прямо у окна. Эти стёкла обклеены тёмной плёнкой — что‑то увидеть сквозь неё действительно тяжело, но их силуэты можно было разглядеть. Не очень чётко, не детально, но можно.
«Это тот самый филиал банка с новейшей системой защиты, который открыли совсем недавно. Всего один филиал по всей стране! И вот я смотрю на него и вижу обычную консервную банку, только позолоченную. Чувствую, повозимся сегодня!» — подумал Лесницкий.
— И как ты думаешь, лейтенант, что там происходит?
— Не знаю. Надо посмотреть! Может, попробуем войти в банк?
— Нет. В банке размахивают оружием. Идти сейчас туда никому нельзя.
К генералу подбежал ещё один полицейский.
— Разрешите обратиться? — отчеканил офицер.
Лесницкий кивнул.
— Вас ищет сотрудник федеральной полиции. Он расположился вон в том автобусе, — офицер пальцем указал на большой служебный транспорт.
— Передайте, что я сейчас приду.
Офицер спешно удалился. Лесницкий обратился к лейтенанту:
— Вызовите вашего штатного переговорщика и продолжайте попытки выйти на связь с сотрудниками банка. Не сводите глаз с витражей, следите за каждым подозрительным движением.
— Понял.
— Я буду в том автобусе, — он указал рукой на служебный транспорт, — обо всём происходящем докладывайте по рации, канал сто двенадцать.
— Канал сто двенадцать, выполним.
***
Внутри пахло запеченным сыром и свежим хлебом. Когда генерал поднялся по выдвижным ступенькам, он оказался в просторной комнате мобильного информационного центра. Его встретили три человека, между ними произошли взаимные приветствия.
— Хороший день начинается с хорошего завтрака? — начал Лесницкий.
Все присутствующие одобрительно кивали. Агент Ким ответила:
— Может и вам бутербродик?
— Нет, ограничусь пока рацией. Мне нужна рация. Дайте мне рацию, — попросил Лесницкий.
— Да, конечно, — один из агентов протянул ему пластмассовый аппарат. Генерал настроил рацию на нужный канал связи, после, он прикрепил ее к ремню на брюках и продолжил:
— Старшим назначили меня. А я генерал Лесницкий, заместитель начальника управления оперативного реагирования федеральной полиции. Думаю, многие меня знают. Как и я вас. Зовите меня либо генерал, либо Лесницкий, либо генерал Лесницкий. Тут всё понятно?
— Да, генерал.
— Хорошо. Детали происходящего вам уже известны?
— Да, один из полицейских ввел нас в курс дела.
— Кто из вас специалист из отдела связи?
Руку подняла девушка, на вид лет тридцать, стройная, черные волосы.
— Как тебя зовут?
— Агент Ким.
— Отлично. Агент Ким, что вам известно о коде Руднора Вильнора?
Глава 2. Обвиняемый
— Уберите ногу с трубы.
— Что, простите?
— Ногу! Вашу ногу с белой трубы!
Охранник выглядел очень обеспокоенным. Посетитель взглянул на свою правую ногу — его ступня действительно касалась трубы.
— Но, простите, чем вам мешает моя нога?
Охранник положил руку на кобуру с пистолетом; его лицо начинало краснеть.
— Немедленно уберите ногу! — Он повысил голос. — Не заставляйте меня это делать!
— Делать что? Простите, я не понимаю. Объясните! Эта нога стоит на трубе, потому что мне так удобно! Почему я должен её убирать? Труба на два‑три сантиметра выше пола — в этом нет ничего такого! Не только я так стою. Вы посмотрите на людей. — Он указал пальцем на рядом стоящего человека: его нога тоже касалась трубы.
— Парень, не играй с огнём. Опусти ногу на пол!
Он огляделся по сторонам: некоторые посетители банка уставились на него с явным беспокойством.
— Да что здесь вообще происходит?! Не хочу ничего убирать! Нравится мне так стоять — и буду стоять. Слышать ничего не хочу по этому поводу!
Охранник поднёс рацию к губам:
— Мне кажется, у нас тут код Руднора — Вильнора! Прошу подкрепления в центральный банк!
Посетитель негодующе выпучил глаза:
— Какой ещё код?! Меня в чём‑то подозревают?! Потрудитесь…
Он попытался сделать шаг в сторону охранника. В тот же момент охранник выхватил револьвер. Из‑за резких движений из вспотевшей ладони охранника выскользнула рация. Ударившись о твёрдое напольное покрытие, она отключилась.
— А ну, не двигаться! Ни шагу с места! Я знаю, кто ты и зачем ты сюда пришёл! — требовал охранник.
В зале было ещё шесть человек — на их лицах выразилось острое удивление. Охранник окинул их твёрдым взглядом:
— Спокойно, никакой паники! Всё под контролем, угрозы нет!
Все замерли. В банке повисла тишина.
Подозреваемый несколько сбавил тон и заговорил быстро:
— Простите, я не понимаю. Если, коснувшись этой трубы, я нарушил закон, то я готов за это ответить! Но, извините, вы не имеете права наводить оружие на безоружного человека! Это незаконно!
— Что в вашем портфеле?
— Мой портфель? — Посетитель оглянулся назад, краем глаза окинув рюкзак на своих плечах.
— Бумажник, блокнот, пара книг, газировка. А что?! Думаете, я там бомбу прячу?
— Медленно снимите портфель и положите его на пол!
— Это уже ни в какие ворота не лезет! Предъявите мне обвинение — я требую обвинения! У вас нет прав для такого требования, я не обязан вам подчиняться! Вы даже не полицейский!
— В соответствии с федеральным уставом внутриведомственной охраны я имею право на задержание и досмотр лиц, которые угрожают национальной безопасности. Статья сорок пять, пункт два. На основании этого документа я требую, чтобы вы, парень, сняли чёртов портфель и поставили его на пол!
На лбу охранника выступил пот; его неровное дыхание всё заметнее вырывалось из ноздрей. Остальные посетители всё тревожнее переглядывались по сторонам.
Три патрульные машины уже подоспели к банку и заблокировали лицевую часть здания.
— Национальной безопасности?! Мой портфель угрожает национальной безопасности?! Вы вообще в своём уме? — Следующие слова он адресовал окружающим: — Да на охраннике лица нет, вы только посмотрите на него! Он явно не дружит с головой! Невменяемый!
— Делайте то, что я говорю, иначе я буду вынужден применить силу! — Охранник терял терпение.
— Беспредел! — негодовал посетитель.
Стащив лямки рюкзака с плеч, он небрежно швырнул его на пол.
— Вы мне за это ответите! Я на вас в суд подам! Слышите? В суд!
— Отойди от окна к стойке оператора! — Охранник не сводил револьвер с подозреваемого. — Никаких резких движений, я слежу за тобой!
— Мужик, ты болен! — Он сделал семь крупных шагов и встал напротив стойки.
Всё внимание сконцентрировалось на портфеле. Охранник медленно подошёл к объекту всеобщего внимания и осмотрел его со всех сторон. Он не решался расстегнуть молнию, словно ожидал увидеть в нём двенадцатиметровую анаконду.
Из дальнего конца помещения послышался мужской голос:
— Извините, разрешите спросить?
— А? Что? — Охранник был рассеян и не сразу понял, кто это произнёс.
— Я говорю, можно задать вам вопрос?
— Да, задавайте.
— Если в этом портфеле что‑то опасное, то по уставу вы обязаны сначала вывести всех посетителей банка, а уже после осмотреть портфель.
— Этот человек может быть не один, у него точно есть сообщники! Я не могу никого отсюда выпустить.
— У вас нет полномочий, чтобы принимать такие решения. Поднимите рацию с пола, доложите обстановку старшему офицеру патрульной службы, выпустите людей, осмотрите сумку с кинологической бригадой. Так вы обязаны поступить по уставу. Нельзя подвергать людей риску, даже если один из них теоретически подозревается непонятно в чём!
— Откуда вы всё это знаете?
— Это не имеет значения. Я знаком с кодом Руднора — Вильнора, однако не разделяю ваших подозрений. Просто выпустите людей из здания — так велит устав.
Полицейский посмотрел на напуганных людей. Несколько секунд он думал, а потом, вернувшись на своё прежнее место, поднял рацию с пола. Тыльная сторона корпуса треснула, аккумулятор вышел из строя — рация не работала.
— Она не работает, я не могу связаться с полицией! Тут вроде как трещина… Рация не включается.
— Тогда просто отпустите людей. Полиция сама обо всём догадается.
Охранник подозрительно посмотрел на собеседника и оценил его. Тот был в лёгкой летней рубашке, чёрных брюках и летних ботинках. Среднего роста, худощавый, с острыми чертами лица.
— Откуда вы знаете про код Руднора — Вильнора?
— Это не код! Вы неправильно классифицируете название.
Охранник похлопал глазами:
— Он идентифицируется по‑разному…
В разговор вмешался подозреваемый:
— Может, вы уже уберёте оружие?! Я не вооружён и совсем не опасен. У вас руки трясутся. Не хочу случайную маслину поймать!
Мужчина в летней рубашке добавил:
— Он прав. У него нет оружия, к тому же он в пяти метрах от вас! Хотите, я надену на него наручники? Размахивать оружием в разные стороны — это лишь нагнетает обстановку!
Охранник всё больше нервничал. Сняв со своего ремня наручники, он швырнул их в руки собеседника:
— Наденьте их на него. Заверяю, что за этот арест несу ответственность лично я.
Человек в рубашке иронично развёл руки в стороны.
— Ну не я же! — с улыбкой прокомментировал он.
Подойдя к подозреваемому, он защёлкнул наручники на его запястьях.
— Просто невероятно! — возмущался парень. — Сходил в банк за депозитом, чёрт подери!
Охранник опустил пистолет.
— Ни шагу с места, парень! Ты понял? Ни шагу!
— Да, понял.
— Сейчас я выпущу посетителей, затем кассира и администратора, а после мы досмотрим твой портфель!
— Там учебники и газировка. Нечего там досматривать!
Охранник не ответил. Повернувшись в пол‑оборота к остальным свидетелям этого инцидента, он произнёс:
— Итак, вы, — он указал пальцем на одного из посетителей, — выходите первым. Все остальные пойдут за вами в том порядке, в котором вы сейчас находитесь. Понятно?
Люди положительно кивали. Охранник сделал пять шагов и оказался у двери. Дёрнув за большую пластмассовую ручку, он обнаружил, что дверь не поддаётся. Затем ещё раз, сильнее, — снова не открылась. Он спросил у девушки-кассира:
— Что с дверью? Она закрыта.
— Сейчас посмотрю.
Девушка прошла к большому квадратному монитору. После нескольких нажатий на сенсорный экран она скорчила удивлённую физиономию.
— Не открывается? — Её тоненький голос исполнился тревожными нотами.
— Нет! — ответил охранник.
— Странно! Но…
— Что, но?
— Я нажимаю на эту кнопку, она должна открыться! По‑моему, терминал не работает, программа не отвечает.
— Что значит «не отвечает»?! — охранник бросил обвинительный взгляд на подозреваемого.
Девушка удивлённо подняла плечи:
— Значит, не работает! И…
— И? — вторил охранник.
— Эти палочки на мониторе, видите, они красные. Связи нет, телефоны тоже не работают. То‑то я заметила, что уже десять минут никто не звонит.
— Что это может быть?!
— Я не знаю.
Администратор, сидящий за дальним столом, добавил:
— Можно перезагрузить главный компьютер. Скорее всего, это просто сбой в программе.
— Телефоны тоже из‑за сбоя в программе не работают?! — охранник сорвался на крик и пошёл в сторону подозреваемого. — Что ты тут наделал? А ну, говори! Что ты задумал?! — Он схватил его за воротник поло. — Сознавайся! Что твоя бригада тут забыла?!
— Отпустите меня! — завизжал парень. — Отпусти, сумасшедший! Помогите!
На помощь бросился мужчина в летней рубашке. Он подбежал к парочке враждующих и попытался встать между ними.
— Офицер, успокойтесь! Вы превышаете свои полномочия, отпустите его!
Выхватив пистолет, охранник взял на прицел обоих посетителей.
— Ты что, с ним заодно?! Я знаю, что тут есть ещё кто‑то! Твои сообщники, они ведь здесь?!
— Он параноик, психопат! — шептал парень своему заступнику. — Он не в себе!
— Спокойно! — Мужчина в рубашке выставил вперёд свою правую руку, закрыв спиной жертву агрессии. — Что вы делаете, чёрт вас подери?! Уберите оружие!
Охранник испуганно кричал, его руки тряслись, а глаза панически бегали по сторонам.
— Этот человек хочет сотворить что‑то страшное, вы даже не подозреваете, кого защищаете!
— Нам сейчас всем нужно успокоиться! — ритмично и медленно проговорил мужчина. — Никакой угрозы нет! Посмотрите на себя: угрозу здесь представляете только вы. Опустите револьвер!
Никто из других свидетелей этой сцены не решался вмешиваться в столь странную и нелепую передрягу. Люди попятились назад и встали у стен помещения, чтобы максимально отдалиться от вооружённого охранника.
Последний же вытер рукавом своего мундира вспотевший лоб. Он молчал, думал и смотрел на двух подозрительных людей сквозь мушку прицела. Наконец он снова обратился к девушке‑кассиру:
— Перезагрузи компьютер! Нам нужно открыть входную дверь.
Она не замедлила с выполнением его поручения. Добежав до металлического щита, девушка открыла одну из больших прямоугольных ячеек и активно начала нажимать на необходимые кнопки.
— Возможно, стоит открыть окно и позвать полицейских? — продолжал мужчина в рубашке.
Охранник отвечал с ноткой гордости:
— Эти окна не открываются и не бьются! Банк защищён по новейшим стандартам. Выбраться отсюда можно только через две двери: через эту, — он указал на центральную дверь, — и ещё через пожарную, которая находится в подсобном помещении.
— И за все двери отвечает компьютер? Вручную их открыть нельзя?
— Нельзя!
— Но это же противоречит противопожарному регламенту, — отметил мужчина в рубашке.
— Прекрасно, можете оставить жалобу в книге отзывов.
— Отпустите уже оружие, — в очередной раз потребовал подозреваемый. — Мы не опасны! Мой портфель не опасен! Вы не имеете права!
Охранник не отвечал. Заметно покосившись на портфель, он снова обратился к кассиру:
— Ну что там? Как компьютер?
— Уже почти! — она закрыла крышку щита и быстро вернулась к сенсорному пульту управления. — Так, так… Он загрузился, сейчас я открою меню… Ага… Нажимаю!
Никакого результата — замок двери не открылся.
— Не работает! — констатировала девушка‑кассир.
— А телефон?
Она подняла трубку:
— Гудки есть, но линия занята! Мы не можем ни позвонить, ни принять звонок.
— Что это может быть? — сказал охранник.
— Я не знаю, я не понимаю, — ответила девушка‑кассир.
— Можно, я посмотрю, что с рацией? — внезапно вставил мужчина в рубашке.
— Что вы понимаете в рациях?
— Я много чего в них понимаю. По профессии — инженер‑связист, я могу её починить.
Охранник недоверчиво гипнотизировал своего собеседника:
— Знаешь код Руднора Вильнора, по профессии связист… Где же ты служил?
— В подразделениях внешней армии. Но это не ваше дело. Дайте, я посмотрю рацию.
Охранник похлопал глазами, опустил пистолет, аккуратно протянул рацию мужчине в рубашке:
— Хорошо, попробуй.
Опытный глаз этого человека быстро поставил диагноз повреждённому аппарату.
— Тут всего лишь аккумулятор отошёл. В этих моделях он несъёмный: во время удара оторвались два нижних ушка, батарея сместилась на пару миллиметров вниз — из‑за этого пропал контакт.
Он повернулся к девушке‑кассиру:
— Достаньте мне из органайзера вон тот карандаш и маленький скотч.
Получив все названные предметы, он в три счёта вернул аккумулятор на место. Нажав соответствующую кнопку, рация заработала.
— Я же сказал, ничего сложного! — на его лице просияла довольная улыбка.
Рацию тут же выхватил охранник.
— Патруль, это банк, как слышно? — охранник говорил громко, практически кричал.
— Лейтенант Подрубко, старший оцепления, приём. Слышу вас хорошо! Что стряслось?!
— У меня тут парень с подозрением на код Руднора Вильнора. При нём имеется портфель с неизвестным содержимым. Двери банка блокированы, нет возможности выпустить людей, телефоны также не работают.
— Банк, вас понял, ожидайте.
Минуло тридцать секунд. Динамик рации передал грубый голос:
— С вами говорит генерал Лесницкий, представьтесь.
— С вами говорит начальник охраны центрального банка, Тони Милански.
— Милански, давай вкратце и попонятнее, что случилось?
— Вооружённых людей нет, открытой угрозы нет, но имеется неопознанный портфель!
— Сколько людей в помещении?
— Восемь.
— Женщины, дети есть?
— Четыре женщины.
— Вас понял, Милански. Нужно выпустить людей. Что с дверями? По какой причине они не открываются?
— Возможная ошибка в операционном оборудовании. Других причин быть не может.
Помещение сотряс звон входящего вызова — заработал телефон кассира. Все взгляды устремились на белую трубку стационарного телефона.
Лесницкий спросил:
— Что за звук, Милански?
— Это звук входящего вызова на рабочий телефон кассира. Что нам делать?
По рации — тишина, телефон продолжал звонить.
— Поднимите трубку, — после небольшой паузы сказал генерал.
— Центральный банк, — лаконично произнесла девушка‑кассир. Несколько секунд она внимательно слушала голос в трубке.
— А кто это говорит?
— Что там? — спросил охранник.
— Кто там? — спросил генерал по рации.
— Там какой‑то мужской голос, требует позвать к телефону Виктора Ли!
Подозреваемый ошарашенно замотал головой в разные стороны.
— Здесь есть Виктор Ли? — обратился охранник к присутствующим.
— Меня зовут Виктор Ли! — ответил подозреваемый.
