Kitabı oxu: «Кулак Полуденной Звезды. Ученик медиума»

Глава 1

Судя по книгам современных писателей-фантастов, переходы в другие миры спрятаны буквально на каждом углу и за любой дверью: в шкафах, кустах, реках и даже в ничем не примечательных стенах. Природный катаклизм, взрыв, удар молнии, случайно найденный таинственный артефакт, банальная смерть в автомобильной катастрофе или поцелуй красивой незнакомки – все это запросто перенесет вас куда-нибудь в далекие края, где начнутся ваши невероятные приключения. А дальше уж зависит от жанра: либо это будет лихой боевик, либо веселая и беззаботная комедия, а может, и кровавая бойня. Самое обидное, что герою никогда не предложат выбрать, в какой именно постановке ему предстоит участвовать. Лично я бы предпочел комедию. Ту самую, в которой никто из главных героев не умирает, а все злодеи ходят в черных повязках с надписью «зло» на лбу, патетично смеются по поводу и без и охотно рассказывают обо всех своих планах. Конечно, я немного утрирую, но ведь мечтать же не вредно? И перенос я бы хотел совершить благодаря поцелую чудесной девушки, а не банально рухнув в чертов канализационный люк.

Вообще, я бы много чего хотел: получить способности к магии, новое молодое тело, уже вложенные в память боевые умения или хотя бы знание местного языка. Но нет, я остался все тем же тридцатипятилетним мужчиной. Подтянутым, обаятельным (это лично мое мнение, но некоторые особы женского пола были с этим полностью согласны), неглупым, но явно не приспособленным к таким жизненным перипетиям. Кое-кто, по слухам, даже с машиной, набитой оружием и патронами, умудряется переместиться, а я вот лишь в легкой спортивной одежде да с телефоном. Так вот неожиданно аукнулись мне мои вечерние пробежки по городу. Столица столицей, а освещение на улицах далеко не идеальное, вот я и проворонил темный канализационный зев, притаившийся среди многочисленных теней. Даже испугаться толком не успел. Хотя с канализацией я, может, и махнул, ведь по всем законам физики я должен был со всей силы удариться головой об асфальт, а вместо этого полетел куда-то под землю, рефлекторно выставив перед собой руки, но не найдя никакой опоры. Пожалуй, это можно было бы назвать кроличьей норой (в память о Льюисе Кэрролле). Падал я, кстати, тоже несколько дольше, чем должен был по логике. Какая глубина может быть у канализации? Три-четыре метра? Да хоть десять. Но тогда откуда взялось падение длительностью в несколько часов?!

Перед моими глазами не только вся жизнь успела пронестись, но и все просмотренные сериалы, аниме, фильмы и даже рекламные ролики. В какой из миров я хотел бы попасть? Магический, стимпанк, Средневековье или мир какого-нибудь аниме вроде «Наруто» или «Евангелиона»? Сложный выбор, особенно когда точно знаешь, что тебе его никто не предлагал. Но больше всего во время этого занимательного вертикального путешествия меня занимал вопрос приземления. «Чем дольше падать, тем меньше мучиться», – говорил инструктор в парашютной школе. Я, кстати, так и не прыгнул после этих слов. И вот теперь представилась возможность полетать, только парашют кто-то выдать забыл.

– Хочу в гаремник, – произнес я вслух.

Звук собственного голоса почему-то успокаивал. По крайней мере, я почувствовал, что все еще жив и даже нахожусь в относительно здравом уме.

– С эльфийками: темной и светлой, как водится.

Говорят, визуализация желаний ведет к их исполнению. Я очень ярко представил этих великолепных дамочек, а также собственный замок со всеми сопутствующими удобствами. Да-да, биотуалет – это очень важно. И водопровод. Так что никакого Средневековья, лучше что-нибудь вроде магического парапанка.

«Ох, черт, а вдруг этот полет продлится целую вечность?! – неожиданно подумал я. – Это ж вечный ад какой-то. Свихнуться как не фиг делать».

Честно говоря, я даже не знал, чего боялся больше – приземления или бесконечного полета. К счастью, и этого выбора мне никто не предоставил. В один момент я моргнул и вдруг оказался лежащим «звездочкой» на земле. Падение прервалось настолько незаметно, что на какое-то мгновение я подумал, будто все это мне лишь привиделось. Но затем огляделся по сторонам и отчетливо понял, что путешествие меж мирами стало моей реальностью.

– Ё-моё, – выдохнул я, сев и схватившись за голову.

Проверив телефон, я убедился, что связь полностью отсутствует. Но в этом не было ничего удивительного, ведь я определенно переместился куда-то очень далеко. Во-первых, сейчас был день. А во-вторых, я был где угодно, но только не в Москве. Вокруг меня простирался бескрайний лиственный лес, весело напевали птички, а в глаза светило по-летнему яркое солнце. Лепота. Вот только я совершенно не понимал, где оказался. Природа выглядела нетронутой, словно здесь никогда не ступала нога человека: никаких тебе бутылок, пакетов и прочего мусора. Звуки, характерные для высокоразвитой цивилизации, как то: рев машин, самолетов, электричек, пьяные крики под гитару, наконец, – тоже отсутствовали. Конечно, еще существовала вероятность того, что я очутился где-то в далеком Подмосковье, но интуиция яростно протестовала. Видимо, интуиции хотелось приключений в другом мире или она знала что-то, чего не знал я. Не зря же она женского рода – такая же непредсказуемая, как флиртующая дамочка.

Вообще, я, кажется, начал понимать замысел того, кто перебросил меня сюда. После долгого полета в темноте любой мир покажется раем, и все переживания мигом отойдут на второй план на фоне бесконечного падения в ничто. Да, в том мире остались родители и они будут переживать о моем исчезновении. Но, к счастью, есть старший брат, его семья, дети – они не дадут отцу и матери впасть в депрессию. Да и шанс вернуться всегда есть, во всяком случае, процентов пять героев книг о попаданцах возвращались домой, а то и вовсе учились гулять между мирами. Тут главное оказаться тем самым главным героем, по версии вселенского автора, выжить и научиться всему необходимому. Ну и о гареме не будем забывать, это святое.

«Пожалуй, стоит провести рекогносцировку, – решил я, быстро присмотрев подходящее дерево. – А уж дальше быстренько найдем цивилизацию, замок, эльфиек…»

Мне уже далеко не пятнадцать и даже не двадцать, но лазить по деревьям я еще не разучился. Забраться на высоту порядка семи метров не составило особого труда.

Деревья, деревья… Ни черта не видно. Листва закрывает весь обзор. Но есть и плюс – все деревья знакомы, никакой экзотики. Березки не березки – а клен я точно узнал. Вообще что угодно, лишь бы не тропический лес, а то я еще в детстве ужастиков о всяких вирусах, муравьях-убийцах и змеях насмотрелся. И это не говоря уже о тропических ливнях, которые попросту смоют меня к чертовой бабушке.

Кричать «ау!» я почему-то не рискнул. То ли пресловутая интуиция вновь сработала, то ли логика: если в лесу есть опасная живность, то я с удовольствием обойдусь без ее общества. Но делать что-то все равно надо, на месте оставаться смысла нет никакого. Окажись рядом речка, пошел бы вдоль нее, а так пришлось выбирать направление наобум. Единственное, что я точно помнил из курса ОБЖ, – это знаменитый способ определения севера по мху на деревьях. И я даже спустился вниз и смог отыскать этот треклятый мох. Одна беда – я, хоть убей, не помнил, с какой именно стороны он растет, с северной или южной. Да и черт с ним. Вновь выбрал наобум и отправился в пешее, надеюсь, не слишком далекое, путешествие.

Лесом, полем, лесом, полем… Только без поля. Сплошной лесной массив. Негустой, но достаточно плотный и какой-то неестественно ровный. Деревья чуть ли не в ряд. Пару раз примечал кроликов, но желания поохотиться почему-то не возникло. Самое опасное оружие в моем арсенале – это ключи от квартиры, едва ли ими можно кого-то пришибить. Но каким-то средством самообороны все же стоило обзавестись, подошла бы даже обычная увесистая палка.

После непродолжительных поисков я стал обладателем тяжеленной, но очень кривой дубины. Голову динозавру такой проломить – раз плюнуть, только тащить немного тяжеловато. Но и бросить жалко. Где же мой чертов замок с эльфийками? Уж заждались, поди, а я тут по лесу плутаю да зайцев пугаю. Нехорошо. А еще очень хочется пить. Все-таки перенос застал меня в момент пробежки, да и длительное падение во тьме заставило серьезно попотеть. Однако восполнить потерю жидкости было решительно негде и нечем. Хотя я уже был готов утолить жажду даже из не слишком свежей лужицы.

Меня хватило на несколько часов пути. Почти разрядившийся телефон показал час ночи по московскому времени, когда солнце приблизилось к горизонту и окрасило небо в огненно-красный цвет, а я окончательно выбился из сил. Свое супероружие от хищников я выкинул еще час назад, так и не встретив никого опаснее зайца или белки и логично рассудив, что силы нужно все-таки поберечь.

Когда я уже всерьез начал подумывать о том, чтобы попытаться вырыть с помощью ключей колодец, впереди раздалось бодрое «ква-а!». Кваканье лягушек я воспринял как манну небесную, ведь где болото, там и какая-никакая, а все же вода. Пусть даже тухловатая. Да и мясо, если что, тоже найдется. Чем я хуже французов? Вот только огонь разжечь нечем. И почему я никогда не курил? Сейчас бы хоть зажигалка с собой была.

К болоту я вышел спустя несколько минут. Сперва появился характерный запах, потом начала хлюпать земля под ногами, и вот вдруг р-раз, и я уже по колено… в зеленой жиже. Размечтавшись о воде, я совершенно не подумал о том, что лесное болото – не самое лучшее место для прогулок. Тут же утопнуть – раз хлюпнуть.

Выбравшись из грязи, я принялся по широкой дуге обходить болото в поисках речки или озера. Откуда-то же вода здесь взялась. И вскоре мне улыбнулась удача – я набрел на небольшой, но бойкий ручеек. Нереально прозрачная вода весело мчалась между камнями и едва не вызвала у меня слезы радости. Хотя если бы не обезвоживание, то кто знает, может, и всплакнул бы. Рухнув на колени, я принялся жадно пить из ручья. Пожалуй, никогда в жизни не пил такой вкусной воды.

Как следует утолив жажду, я пошел вдоль ручья к его истоку. Если он не пробивался из какого-нибудь подземного источника, то у меня были все шансы отыскать речку, а уже идя вдоль нее, добраться до ближайшего поселения. А уж людей, или не совсем людей, или даже «совсем не» – это как повезет. Лучше эльфы, конечно. Поселение эльфиек-амазонок, соскучившихся по суровой мужской ласке… О, ягоды!

Я буквально носом уткнулся в деревце с черными ягодами, по форме напоминавшими ежевику. Тутовник, что ли? Кушать хочется, но оправдан ли риск? Так, я читал в какой-то фантастической книге, что для пробы нужно съесть одну ягоду и подождать три часа. Если с желудком все будет в порядке, то можно спокойно нажираться от пуза. Пожалуй, так и сделаю. Заночую прямо здесь, чтобы завтра проснуться, поесть и продолжить путешествие. Хотя солнце еще подсвечивает откуда-то из-за горизонта, по моим биологическим часам уже глубокая ночь, поэтому спать действительно хочется. Нужно только какое-то подобие укрытия придумать.

Я съел тестовую ягодку и принялся за создание архитектурного шедевра, в простонародье именуемого «шалаш обыкновенный». Выбрав в качестве основания дерево, нижняя ветка которого росла практически горизонтально на высоте полутора метров, я взялся за создание временного жилища. Все строительство свелось к выламыванию достаточно длинных веток и кустов и укладыванию их на поперечину. Кроватью послужили те же ветки лиственных деревьев.

«Ну что ж, в целом неплохо, – подумал я, окинув взглядом получившуюся конструкцию. – Эльфиек я бы, конечно, сюда привести постеснялся, но от ветра и совсем слабенького дождика убежище защитить должно».

Забравшись в шалаш, я закрыл глаза и долго прислушивался к окружающему миру. Лес жил своей особенной жизнью, в которую я совершенно не вписывался. Собственно, не очень-то и хотелось. Робинзонада – это не то приключение, в котором я мечтал участвовать. Даже с эльфийскими Пятницами. Да и места в моем «особняке» на троих не хватит, я один-то тут едва поместился.

Отключился я на удивление быстро, все-таки путешествия между мирами сильно выматывают. И снилась мне всякая хрень. А как еще назвать странного старичка, сидящего на берегу облюбованного мной ручейка на огромном камне? Ну как старичка… На лицо-то он выглядел классическим лысым дедушкой с седой бородкой, а вот телосложение имел эдакого бодибилдера на пике карьеры за полчаса перед выступлением на звание «мистер Олимпия». Да и одет он был не в какую-то дедовскую хламиду, а в зеленую обтягивающую майку и зеленые же брюки.

– Что стоишь, Роман? В ногах правды нет, – неожиданно сказал «дедушка», зыркнув на меня льдисто-синими глазами. – Присаживайся на соседний камешек, поговорим.

Я вдруг понял, что уже сижу на точно таком же камне прямо напротив дедка-бодибилдера.

– Э… здравствуйте.

– Я-то здравствую, – хмыкнул мой собеседник. – А вот ты так себе выглядишь. Староват, да и хлипкий какой-то.

– Староват?! – переспросил я.

Это мне семидесятилетний дедок говорит?!

– Видимо, выродились Михайловы в вашем мире. Хотя родную кровь я чувствую, она в тебе есть. Пусть немного, но, возможно, именно этой капли хватит моей семье, чтобы пройти через предстоящие испытания. На безрыбье и хромой рак – рыба, как говорится.

То есть меня тут старым раком считают. Просто супер. С таким отношением гарема мне точно не видать.

– Ну да ладно, это дело поправимое, – продолжил старик. – Главное, перенос прошел нормально и ты уже здесь. Честно говоря, впервые проделывал этот фокус.

Почему-то его «поговорим» превратилось в сплошной монолог, я и слово-то вставить не успевал.

– Еще бы меня для приличия спросили, прежде чем фокусы свои устраивать, – поспешно сказал я. – Мне и дома неплохо жилось.

– Обидно, – сокрушенно покачал головой старик. – Тебе наверняка будет обидно услышать, что мне плевать на твои желания. Но такова твоя реальность.

Стоп-стоп. Обидно – это понятно, но что он там о родной крови говорил? Мы родственники?

– Разве бывают родственные узы, соединяющие разные миры? – удивленно спросил я.

– При определенном стечении обстоятельств род с сильной кровью может стать частью нескольких реальностей. Вот из соседнего с нашим мира я тебя и вытянул.

Суровый дедушка. По собственному желанию устраивает путешествия через канализационные люки в другие миры.

– А зачем конкретно? – уточнил я. – И сможете ли вы потом вернуть меня обратно?

– Смогу, но вряд ли захочу. Возможно, когда-нибудь ты сделаешь это сам. – Дедок посверлил меня взглядом, словно рентгеном. – Хотя вряд ли. Не с твоими способностями.

– Способностями к чему – к магии? Может, у вас и эльфы здесь есть?

Старик поморщился.

– Кровь кровью, но ты вообще нормальный? По голове не били? Какая, к черту, магия?

Ясно, значит, гарема мне точно не видать.

– О каких же способностях вы тогда говорили? – уперся я.

– Умственных, – буркнул дедок. – Единственное, что ты должен запомнить: семья для тебя должна стать всем.

– Да какая семья-то?!

– Твоя. Новая. Семья, – сурово отчеканил дедушка. – И ты сделаешь для нее все. Если понадобится, даже отдашь свою никчемную жизнь. Именно для этого я и перенес тебя сюда.

Ну, это дедушка уже загнул. Отдавать жизнь непонятно за кого? Серьезно?!

– Посмотрите на меня и на себя, – раздраженно, но очень-очень вежливо сказал я. – Что бы ни грозило вашей семье, вы сами сможете ее защитить одной левой. Той самой, которая по толщине приблизительно равна обеим моим ногам.

Дедок озадаченно посмотрел на свои руки, словно увидел их в первый раз. Затем повел плечами что моя голова – и поморщился:

– Староват я уже. А участвовать в жизни семьи не могу по объективным причинам, которые ты и сам скоро поймешь. Однако имей в виду: если кто-то из моих родственников погибнет, то ты тоже умрешь. Это уж я смогу обеспечить.

Так, а теперь и угрозы пошли. Ну супер.

– То есть мою смерть вы обеспечить можете, а смерть врагов своих родственников – нет? – все же уточнил я.

– Да, так все и работает, – подтвердил старик. – Ты не часть этого мира, на тебя я влиять могу. И ты можешь изменить судьбу моей семьи, поскольку являешься неучтенным фактором этой исторической линии.

– А, тогда все понятно, – с сарказмом ответил я, но старику явно было плевать на мои попытки выказать свое недовольство.

– Я дам тебе медальон, который подтвердит твою принадлежность к семье Михайловых, – продолжил он инструктаж. – Подделать его невозможно, как и надеть на человека не из нашего рода.

Старик протянул мне небольшой черный медальон на серебряной цепочке: кругляш с витиеватой буквой «М», обрамленной остроугольными узорами. Едва я коснулся медальона пальцами, как старик с удивительным для такой комплекции проворством ткнул чем-то острым в мою ладонь и с силой вдавил в нее медальон.

– Носи с честью и даже не думай опозорить его. Если понадобится, я найду тебя и в посмертии.

Разжав ладонь, я увидел, что выступившая от мелкого пореза кровь странным образом покрыла букву «М», окрасив ее в алый цвет. А еще через какое-то мгновение подарок оставшегося безымянным старика засветился красным светом.

– Все это, безусловно, очень занимательно, – проговорил я, продолжая рассматривать медальон. – Но вы до сих пор не сказали ни слова о том, куда я вообще попал. Что это за мир?

Вот только когда я оторвал взгляд от медальона и посмотрел на старика, его уже и след простыл. И камень, на котором он сидел, куда-то исчез. Да и сам я вдруг провалился в темноту…

Проснулся я от звука громких шагов, буквально бьющих в мои бедные барабанные перепонки. Словно в ухо вставили мощный слуховой аппарат, включили на максимальную чувствительность и начали танцевать рядом со мной чечетку. Да и вообще голова болела будто после серьезной пьянки.

«Нет, это определенно был не тутовник, – подумал я, приподнимаясь на локте и пытаясь протереть глаза. – Таких галлюцинаций у меня даже в лакокрасочном цеху не было, где я подрабатывал по молодости. А ведь в конце долгого рабочего дня мне даже выходящие из стены зомби как-то привиделись. Но дедушка-бодибилдер со скверным характером – это уже слишком».

Я выглянул из шалаша и уперся взглядом в черные, начищенные до блеска сапоги. Затем почувствовал, как лба коснулось что-то холодное. Ох, блин, это ж дуло автомата!

– Встать. Руки за голову.

«Проблем с языковым барьером у меня явно не будет, – подметил я, послушно исполняя команду и ожидая, пока меня обыщут. – Зато других – просто навалом».

Мой импровизированный шалашик окружила пятерка военных в камуфляже и полной боевой экипировке. Еще столько же стояли чуть поодаль, контролируя окружающее пространство. Большинство из них, кстати, были европейцами, что тоже неплохо.

– Парень, ты кто такой? Как прошел охранный периметр? Сколько вас всего проникло на территорию поместья?

Не знаю, кто учил этих ребят, но больше двойки они точно не заслужили: я еще слова сказать не успел, а уже получил столько полезной информации. Я оказался в каком-то защищенном поместье, а то, что я принял за лес, видимо, являлось своеобразным приусадебным парком. А еще на плечах окруживших меня людей красовались необычные нашивки с изображением синих драконов. Я, конечно, не специалист, но таких войск в российской армии отродясь не было.

– Понятия не имею, где я и как здесь оказался, – честно ответил я. – А зовут меня Роман Михайлов, и я совершенно один.

– Из семьи Михайловых? – как-то мгновенно напрягся военный, очевидно, командир группы: невысокий, но крепкий, примерно моего возраста мужчина с острой мушкетерской бородкой.

Видимо, сон со здоровенным дедушкой был не совсем сном!

– Да, – на всякий случай подтвердил я.

А что, я же ведь и правда из семьи Михайловых. Не соврал ни единым словом. Только мама моя – секретарь, а папа – владелец автомойки, и их личности уж точно не могут вызвать у военных такую реакцию.

– Врет? – спросил «мушкетер» другого военного.

– Нет. Всё правда, – коротко ответил худенький то ли китаец, то ли японец.

Хм, это как он так с ходу определил? Менталист, что ли?

– У Михайловых только двое детей его возраста, но один из них – девушка, а другой – старше и не такой хлипкий.

Детей?! И вообще, это каким идиотом надо быть, чтобы назвать «хлипким» мужика тридцати пяти лет и весом девяносто пять килограммов?!

– Расстрелять? – предложил один из военных. – Тоже мне, поселенец. Это же надо – шалаш на территории поместья Михайловых начать строить.

Тут я запоздало вспомнил о выданном дедком медальоне. Ну, сейчас я им продемонстрирую эту штуку, и они тут же упадут на колени пред своим повелителем… Хм… а где он? Надул дедулька, что ли?!

Увы, но никакого медальона при мне не оказалось.

– Предлагаю забрать его на базу и вызвать Евгения Сергеевича. Просто на всякий случай. А там уж видно будет.

– Согласен, – ответил второй военный.

Я решил не вмешиваться в их разговор. В конце концов, когда вас десять человек и у вас в руках автоматы, вполне допустимо разговаривать о человеке так, будто его нет рядом. Да с таким численным превосходством вообще что угодно можно себе позволить, так что это они еще по-доброму со мной обращаются.

Один из военных обыскал меня, отобрал телефон с наушниками и сунул в карман рубашки. Я постарался запомнить его лицо, чтобы потом в случае чего у меня была возможность стребовать свою технику. Если меня, конечно, раньше не казнят.

– Шагай, – велел военный, легонько толкнув меня рукой в спину.

Я послушно последовал за идущими впереди мужчинами. Кстати, повнимательнее присмотревшись к их форме, помимо драконов на плечах, я заметил на нагрудных карманах стилизованные буквы «М», подозрительно схожие с медальоном, на который меня нагрел дедулька. А еще кроме старых добрых автоматов Калашникова они были вооружены странными, покрытыми рунами дубинками. Или это жезлы?

– Простите, так где я все-таки оказался? – осторожно напомнил я о своем существовании.

– Это земли при поместье графа Михайлова, – со значением ответил военный.

– А страна? – чуть ли не жалобно спросил я.

– Мальчик, ты больной? – раздраженно рявкнул «мушкетер». – Это Объединение островов, Золотой.

– Что – «золотой»? – окончательно растерялся я.

– Остров – Золотой!

Про планету я спрашивать постеснялся, интуитивно догадываясь, что особенной пользы от этой информации не получу, а вот по шее за подобные вопросы – запросто. Но вот по поводу «мальчика» все-таки решил высказаться:

– Я, конечно, хорошо сохранился, но не настолько, чтобы меня называли мальчиком.

– Ах, извините! – ехидно ответил один из военных. – Дяденька.

– Школу закончи для начала, шкет, а потом возникай! – рявкнул «мушкетер» под смех остальных военных.

И тут я вновь вспомнил свой наркотический сон и разговор с веселым старцем. Он же что-то говорил об обновлении. Быстро осмотрев себя, я убедился в правильности предположений – я действительно помолодел лет на двадцать! Причем чувствовал себя в новом состоянии настолько естественно, что сперва даже не заметил никаких изменений. Будь это обычный перенос сознания, по логике, я бы должен чувствовать себя непривычно с изменившимся центром тяжести, с другой длиной рук и ног, формой ладоней, но мне было вполне комфортно с новым юношеским телосложением.

– Что встал, мелкий? Ногами шевели! – вновь поторопил меня «мушкетер».

Спорить с вооруженными людьми – занятие, безусловно, захватывающее, но очень глупое. Особенно когда они правы, ведь я теперь действительно шестнадцатилетний парень. Черт, с этим еще труднее свыкнуться, чем с самим фактом переноса в другой мир.

Глава 2

Спустя пару часов мы вышли к огромному особняку. Белому, как лист самой белой на свете бумаги, и начищенному до неестественного, буквально фантастического блеска, слепящего сильнее девственного снега в горах. Я бы сказал, что величиной он с небольшой городской квартал, но от ворот сложно было оценить точные размеры. Более всего особняк походил на какой-то средневековый летний дворец с множеством колонн, балкончиков и симметричных клумб вокруг. Немного портили ретрокартинку многочисленные камеры, пулеметные турели и суровые мужчины в камуфляже, дефилирующие вдоль красивого решетчатого забора. Особенно меня поразил охранник в странном стальном костюме, чем-то смахивающем на Железного Человека. Я бы принял его за робота, однако открытое забрало шлема позволяло рассмотреть суровое, но тем не менее вполне человеческое лицо. Ах да, еще на одной из крыш особняка виднелся вертолет, а стоянка перед домом была заполнена десятком бронированных машин разной степени вооруженности и комфорта, от практически танка до элитного лимузина.

Утро в новом для меня мире выдалось довольно прохладным, и мне в шортах и майке было не слишком комфортно, но это явно никого особо не волновало. Кстати, судя по времени в пути, я остановился на ночлег не так далеко отсюда, всего в паре километров. Это же надо было так умудриться!

– Хватит смотреть по сторонам! – толкнул меня в спину военный, посчитав мое любопытство излишним.

И действительно, я откровенно пялился на особняк, открыв рот от изумления в самом буквальном смысле.

Меня отконвоировали к воротам, где нас встретил седовласый худой мужчина в строгом черном костюме. Длинные волосы были собраны в аккуратный хвостик, придавая его и без того хищному, благодаря острым чертам, азиатскому лицу еще большую резкость.

– Это он пробрался в защищенный периметр? – окинув меня холодным взглядом, спросил он.

– Так точно, – ответил «мушкетер».

– В подвал его.

Хм, вот подвал – это не очень удачно. Там никогда ничего хорошего не происходит, судя по фильмам. Не видел ни одной сцены, чтобы кто-то спустился в подвал и его ждал там приятный сюрприз вроде огромного джакузи, толпы красоток и моря бухла.

– Простите, я здесь оказался совершенно случайно и…

– Тсс! – шикнул «мушкетер». – Не смей заговаривать с ним, если не хочешь остаться без языка.

Я испуганно заткнулся. По крайней мере, на то время, что мы находились рядом с этим подозрительным мужиком, любящим отрезать языки.

– А кто это? – шепотом спросил я у «мушкетера», когда мы миновали ворота. – Хозяин дома?

– Хан. Дворецкий.

Если здесь такие высокомерные дворецкие, то какие же хозяева?

– И куда меня теперь? – обреченно спросил я «мушкетера».

– Ты же слышал – в подвал.

– А что там? – с замиранием сердца спросил я. – Пыточная?

– Слушай, помолчи хоть немного! – раздраженно рявкнул военный. – У нас и так из-за тебя проблем выше крыши. Посидишь в комфортабельной одноместной камере, пока граф не решит, что с тобой делать.

Граф? Я что, в Англии оказался? Но ведь все говорят на русском языке. Странновато. Хотя что из произошедшего со мной за последний десяток часов не было странным?

В подвал основного здания меня не повели – видимо, мордой лица не вышел. А в место своего предварительного заключения я попал через небольшую угловую пристройку. И на самом деле это оказался не подвал, а какой-то гигантский подземный комплекс. Во всяком случае, вниз мы спускались на лифте несколько минут, а когда двери открылись, моим глазам предстал огромный зал, напоминающий свежевыстроенную станцию метро. Из этого зала в разные стороны устремлялось множество проходов, часть из которых явно была приспособлена под проезд на электромобилях, несколько из которых как раз стояли рядом с лифтом.

Но на машинке меня не прокатили, а повели по одному из проходов пешком, благо идти было недалеко. Как и обещал «мушкетер», место моего заточения тянуло на небольшой и вполне себе комфортабельный гостиничный номер. Пожалуй, он был даже раза в два просторнее всей моей (теперь уже бывшей) квартиры, разве что без окон.

– А когда здесь кормят? – спросил я прежде, чем передо мной захлопнули мощную стальную дверь и щелкнули замком.

– Завтрак ты уже проспал! – раздался ехидный голос «мушкетера» из-за двери. – Постись.

В общем, оставили меня, бедного и голодного, в уютной и достаточно просторной комнате. За шкафом даже вход в ванную комнату с джакузи обнаружился. С огромным, мать его, джакузи, человек на пять! Они что, рассчитывали, что заключенные здесь оргии будут устраивать?! Эх, я всегда мечтал поваляться в джакузи с книжечкой и с апельсиновым соком, как в лучших домах. И, выходит, мне потребовалось переместиться в другой мир и попасть в тюрьму, чтобы эта маленькая мечта исполнилась?! Правда, книги и сока нет, но зато в этом джакузи с моим нынешним субтильным телосложением даже поплавать можно.

Недолго думая я наполнил это чудо техники горячей водой и как следует расслабился и согрелся. Неизвестно, что со мной будет дальше, а так хоть какое-то удовольствие от происходящего получу. После расслабона даже нашлось, во что приодеться, поскольку в одном из шкафов обнаружилась бесформенная камуфляжная форма. В куртке я запросто мог утонуть, а вот штаны и зеленая футболка более или менее подошли. Пусть и не моего размера, но всяко лучше, чем в беговых шортах и майке не по размеру щеголять.

Спустя какое-то время я стоял перед зеркалом в ванной и придирчиво рассматривал свое помолодевшее лицо. Непривычно. Словно смотришь на какого-то другого человека. Хотя память услужливо подсказывала, что именно так я и выглядел в возрасте шестнадцати лет, – это не чужое тело, а мое, просто сильно помолодевшее. Смутно знакомые тонкие черты, не по-детски серьезные зеленые глаза и худенькие ручки. Эх, вот так занимался-занимался годами в тренажерке, и все нажитое непосильным трудом пропало. Я снова дрищ.

– Прощай, бицунька, – грустно сказал я.

– Познаёшь себя? – вдруг раздался насмешливый женский голос. – Могу прочитать лекцию на тему полового созревания.

Я резко обернулся и увидел в дверном проеме миловидную светловолосую девушку лет двадцати. В белом халатике, едва доходящем до середины бедра, с третьим, а то и четвертым размером груди, – фантастика! Смущал только подозрительный стальной чемоданчик с красным крестом в руках.

Ух, хорошо, что я уже оделся. Подростковое тело на такие сексуальные неожиданности реагирует мгновенно. А ведь жизнь-то налаживается! И вот уже первая кандидатка в мой гарем.

– Простите, а вы кто? – осторожно спросил я.

– Ника, – сделала легкий книксен девушка. – А ты?

– Роман, – представился я.

– А фамилия?

– Михайлов, – после недолгой паузы ответил я.

Как-то нехорошо солдаты отреагировали на мою фамилию, но и смысла скрывать ее нет. Тем более так я наверняка быстрее найду упомянутую странным стариком семью, которой я чем-то должен помочь.

– Мне необходимо провести небольшое обследование, – слегка нахмурилась Ника. – Пойдем усадим тебя на диван и займемся делом.

Пф, да я только «за»!

На диване я оказался почти мгновенно. А затем миленькая девушка достала из того самого подозрительного чемоданчика огромный шприц. Нет, реально огромный! Я таких еще никогда не видел. Мне кажется, таким мое подростковое тельце можно насквозь проткнуть.

– Сиди спокойно, – мягко попросила она, начав перевязывать мою руку жгутом. – Это не больно.

«Это было бы не больно, будь шприц меньше хотя бы раза в два», – нервно подумал я, но ехидничать все же не стал. Девушка выглядела очень располагающе, и портить с ней отношения с первых минут знакомства совершенно не хотелось. Да и в последующие минуты, часы и годы, кстати, – тоже.

Крови миловидная блондиночка набрала столько, что под конец процедуры я цветом сравнялся с белоснежным потолком. Зато ручки у нее оказались чудо как нежны, а успокаивающие поглаживания в течение всего процесса имели ровно обратное воздействие. Я бы сказал, она будоражила мне кровь, но не уверен, оставалось ли во мне что будоражить.

– Ника, зачем тебе столько крови? – запоздало спросил я. – Вампиров подкармливаешь?

– Вампирам донорская кровь не подходит, – отмахнулась девушка, заставив меня искренне удивиться. – Просто мне велено провести полный спектр анализов: на родство, на все болезни, на насыщенность крови икс-телами.

Из перечисленного я понял только смысл анализов на болезни. С кем они собираются проверять меня на родство? Что за икс-тела такие? И это не говоря уже о странной фразе про вампиров. Шутка? Или этот мир не так обычен, как я думал? Так, может, еще и на эльфийку надежда есть? Хотя бы на одну, светлую…

– А что за икс-тела такие? – подозрительно спросил я.

– Ой, это долго объяснять, а мне нужно срочно доставить кровь в лабораторию. Обещаю, в следующий раз вместе с результатами анализов проведу короткий экскурс на эту тему.

– За чашечкой кофе? Желательно в кафе где-нибудь в городе.

– Какой шустрый мальчик, – улыбнулась Ника. – Не уверена, что тебе в ближайшее время разрешат выйти отсюда, но, думаю, я смогу принести пару стаканов кофе сюда.

– Договорились!

Чудесное создание в белом халатике упорхнуло, прихватив пару литров моей крови, и я вновь остался один, запоздало вспомнив, что надо было спросить о питании. Кушать очень хотелось, но тщетные попытки позвать кого-нибудь из охраны ни к чему не привели. Заняться в месте временного проживания было решительно нечем, разве что часами отмокать в элитном джакузи, поэтому я решил придавить подушку на пару часов. А спустя какое-то время мне наконец-то принесли сытный и вкусный ужин. Мяско, салатик, десерт, фруктовый чай – судя по заботе, сразу стало понятно, что я не рядовой заключенный. Да и какая сволочь станет морить голодом шестнадцатилетнего подростка? Сам я еще не привык к новой ипостаси, но окружающими воспринимался именно как несовершеннолетний.

И вновь здоровый, но уже порядком поднадоевший сон.

Разбудил меня звук открываемой двери. Вскочив с кровати, я поправил одежду и встретил гостей по стойке «смирно». Уже знакомая девушка пришла в компании зловещего дворецкого и холеного стройного паренька лет двадцати. Светловолосый, с тонкими чертами лица, почему-то казавшийся смутно знакомым. Эй, да он напоминает моего старшего брата! Только мы оба брюнеты, а этот парень – натуральный блондин.

– Это он? – спросил парень, брезгливо посмотрев на меня.

Как будто у них здесь все камеры забиты детьми и они могли запросто ошибиться дверью и найти за ней какого-то другого шестнадцатилетнего пацана. Хотя кто их знает, вообще-то…

– Он, – подтвердила Ника. – Называет себя Романом Михайловым. Анализ ДНК подтвердил наше родство. Я дополнительно провела сиблинговый тест с нашей кровью и тест наследования Y-хромосомы с кровью отца. Он однозначно наш родственник.

Я стоял, открыв рот от изумления.

Ничего себе!

– Ошибки быть не может? – уточнил парень.

– Нет, – серьезно нахмурилась Ника, почему-то став при этом еще милее. – Причем не какая-то вторичная ветвь, а прямой родственник. Если бы я точно не знала, что у отца нет других детей, кроме нас, то подумала бы, что он наш брат.

Я – ее брат?! Черт! Ну за что-о!..

– Клонирование? – холодно спросил парень.

– По последним данным ЩИТа ни одна семья не обладает подобными возможностями, – ответила моя «сестренка». – Исследования по этой теме ведутся в семье Ортега, но они наши союзники и мы имеем все сводные отчеты.

Странно, что к мнению эдакой молоденькой пигалицы всерьез прислушиваются.

– Что с икс-телами?

– В пределах нормы. Середнячок. Со стихией пока непонятно, он только вошел в пору полового созревания.

– Эй, я вообще-то тоже здесь! – не выдержал я. – Возможно, стоит поговорить со мной?

Парень вновь одарил меня брезгливым взглядом:

– И с тобой поговорим. В специальном месте.

Сказав это, он вышел из комнаты, а следом за ним – и Ника с дворецким.

– Что встал? Пойдем, – выглянув из-за двери, подмигнула девушка.

Но стоило мне выйти, как с двух сторон тут же пристроились конвоиры. Взяв меня в «коробочку», они периодически поглядывали в мою сторону так, будто я самый известный в мире террорист, а не простой шестнадцатилетний пацан.

Привели меня в классическую комнату для допросов, прямо как в фильмах. Неприветливые стальные стены, стол и стулья. Куда садиться моей скромной персоне, я как-то интуитивно догадался по милым таким стальным фиксаторам на подлокотниках. Нет, я бы туда лучше кого-нибудь другого посадил, но кто ж меня спрашивать-то будет?

И действительно, военные усадили меня в не слишком комфортабельное стальное креслице и нежно зафиксировали руки и ноги. Далее Ника с парнем уселись напротив меня, а дворецкий начал снимать пиджак и засучивать рукава рубашки.

– Эй, я же ничего не скрываю! – забеспокоился я. – Задавайте умные вопросы – получайте умные и честные ответы.

– Не суетись, поселенец, – холодно сказал дворецкий. Кажется, это были первые его слова, обращенные лично ко мне. – Никто не будет тебя бить.

– Пока, – с легкой усмешкой добавил парень.

Черт, похоже, благодаря «мушкетеру» меня теперь все поселенцем называть будут? Хотя, по сути, это не самое обидное прозвище. И вообще, называйте как хотите, только не бейте!

Дворецкий тем временем подошел ко мне и достал из кармана рубашки небольшой кожаный футляр. А вот то, что оказалось в футляре, заставило меня вздрогнуть и испугаться всерьез. На бархатной черной поверхности были разложены тончайшие блестящие иголки длиной в добрый десяток сантиметров.

– Воу-воу! – задергался я. – Полегче! Зачем тебе эти длинные штуки?

– Чтобы обеспечить твою честность, – ответила вместо дворецкого Ника. – Расслабься, это совершенно не больно.

Прежде чем я успел еще что-то сказать, дворецкий молниеносным движением воткнул одну из иголок мне… да черт знает куда, я действительно ничего не почувствовал. За первой иголкой последовала вторая, затем третья… Спустя минуты полторы дворецкий вогнал в меня их больше двадцати штук.

– А вот теперь поговорим, – сказал парень, дождавшись утвердительного кивка дворецкого. – Как тебя зовут?

– Роман Сергеевич Михайлов.

– Кто твои родители?

– Сергей Павлович Михайлов и Марина Викторовна Михайлова, в девичестве Жданова.

– Откуда они?

– Отец из Москвы, мать из Днепропетровска.

Повисла пауза.

– О чем он? – шепотом спросила Ника.

Она всерьез надеялась, что я ее не услышу? В этой микрокомнатке и при полной тишине?

– На каком острове находятся эти поселения? – уточнил парень.

– На острове? – переспросил я. – Ты идиот? Это континент – Евразия.

Парень дернулся всем телом, словно я не просто оскорбил, а ударил его по лицу.

– Он же должен говорить только правду? – раздраженно уточнил он у дворецкого. – Ты уверен, что твои методы работают как надо?

– Разумеется, – невозмутимо ответил дворецкий. – Очевидно, он действительно считает вас идиотом.

Ника прыснула в кулачок, даже не пытаясь сдержать смех. Вообще, несмотря на присутствие за дверью толпы вооруженных до зубов военных, все происходящее вокруг не выглядело достаточно серьезным. Достаточно серьезным для того, чтобы по-настоящему напугать меня.

– Где находится эта твоя Евразия? – продолжил парень. – В Альянсе?

– Без понятия, о чем вообще речь, – честно признался я.

Девушка посмотрела на брата как на полного идиота.

– Евразией назывался первоначальный континент до Великого Катаклизма. Ты историю вообще учил?

– Кому нужна эта твоя история! – отмахнулся парень и зло посмотрел на меня. – Как ты попал на территорию нашего поместья?

– Не знаю.

– Сколько человек в вашей группе?

– Нет никакой группы, я один.

– Что ты собирался делать?

– Вообще планировал собрать гарем из темной и светлой эльфийки. Или стать избранным пилотом огромного человекоподобного робота. Или поступить в местную академию магии. Еще точно не решил.

Меня начинал забавлять этот допрос. Нет бы просто позволили спокойно рассказать мою скромную попаданческую историю и описать встречу с вредным дедулькой, зажавшим ценный медальон. А ведь будь он при мне, это бы наверняка решило все проблемы.

– Ты больной? – озадаченно спросил парень.

– Ты желаешь нам зла? – задала девушка слегка наивный, на мой взгляд, вопрос.

– Нет, – честно ответил я обоим и добавил уже для Ники: – В основном я сейчас желаю тебя.

Сказал и сам выпучил глаза от удивления. Это что такое было?!

– Следи за языком! – рявкнул парень.

– А ты вообще молчи, хмырь, – фыркнул я. – Строишь из себя крутого, а сам даже истории своей земли не знаешь. И, кстати, тебя не учили представляться собеседнику? Ты кто такой, собственно?

Парень дернулся вперед, явно намереваясь меня ударить, но его остановил дворецкий. Прыткий мужик, среагировал мгновенно, успев перехватить руку пацана.

– Успокойтесь, Виктор, – сказал он. – Воздействие на определенные точки не только вынуждает его говорить правду, но и бесконтрольно озвучивать все свои мысли.

Так этого хмыря зовут Виктором?

– Что такое «хмырь»? – с любопытством спросила Ника.

Ой, я это что, вслух сказал? Чертов акупунктурщик!

– Я Виктор Михайлов – единственный наследник старшей ветви семьи! – раздраженно рявкнул парень. – Рассказывай по порядку, кто ты такой и что здесь делаешь.

– Я Роман Сергеевич Михайлов, сижу здесь пристегнутый к стальному стулу, – ответил я, едва сдерживая смех. – И работаю подушечкой для иголок.

Дворецкий вытащил из кармана еще один футляр с иглами.

– Видимо, придется простимулировать твои мозговые процессы.

– Стоп-стоп! – завопил я. – Давайте я лучше сам все расскажу, а то у вашего единственного наследника и извилина, очевидно, тоже всего одна.

Сам не знаю, почему я себя так вел, обычно не замечал за собой суицидальных наклонностей. Ведь этот парень здесь главный и явно может приказать сделать со мной все что угодно. Но я был не в состоянии сдерживать потоки ехидства.

Ника положила руку на плечо брата:

– Не обращай внимания, ты же слышал – это все результат точечного воздействия.

Парень одарил меня таким злым взглядом, что я невольно поежился. У него даже белки глаз покрылись красными прожилками – того и гляди зубами в горло вцепится. Ой, я что, опять это вслух сказал?

Хрясь!

Виктор ударил со всей силы кулаком в стену, рядом с которой сидел, оставив в ней глубокую вмятину. В стальной. Стене. Вмятину. Возможно, мне показалось, но в момент удара его кулак покрылся странным синим свечением.

– Я спокоен! – прорычал он, вытащив кулак из стены и сдув с него невидимую пыль. – Говори, самозванец!

– Сам дурак, – вновь взбрыкнул я. – Все очень просто. Меня перенес в ваш мир здоровенный такой стероидный дедок лет семидесяти. Лысый с седой бородой. Сказал, что я призван, чтобы спасти семью Михайловых, всучил какой-то медальон с буквой «эм» и исчез.

Воцарилась напряженная тишина.

– Откуда перенес? – полюбопытствовала Ника.

– Из моего мира, – с готовностью ответил я. – Не знаю, где я оказался, но это точно не мой дом. Пожалуй, изучив ваш глобус и парочку книг по истории, я точно смогу сказать, так ли это.

– Бред какой-то, – фыркнул парень, впрочем явно растеряв всю свою злость. Теперь он выглядел скорее сбитым с толку, чем разъяренным. – Какие, к черту, параллельные миры?

Что ж, по крайней мере, христианство у них тоже есть. Как и русский язык. Значит, действительно наши миры во многом схожи, просто у этого – какая-нибудь альтернативная история развития после таинственного Великого Катаклизма.

– И где медальон, о котором ты говоришь? – спросил дворецкий, дернув меня за ворот куртки. – Охрана ничего не докладывала о медальоне. Только телефон неизвестного производителя с фруктовым названием.

Разумеется, никакого медальона там не было. Чертов дедок меня определенно надул.

– Не знаю, – честно (а как же иначе, с этой кучей торчащих из меня иголок) ответил я. – Потом исчез и дедок, и медальон.

– А ты пробовал запитать его чакрой? – поинтересовалась Ника. – Или просто проявить ауру? Если родовой медальон действительно на твоей шее, то он станет видимым.

– Э… что сделать? – озадаченно переспросил я. Сразу захотелось потрогать шею в поисках невидимого медальона, но руки были надежно зафиксированы. – О чем речь?

Все трое переглянулись.

– Вот бездарь, – резюмировал Виктор. – Спасать он нас прибыл, как же. Используешь чакру, чтобы наполнить ауру энергией ровно настолько, чтобы она проявилась. Вот так.

И он вдруг замерцал! То есть все его тело покрылось странной, светящейся синим светом дымкой.

– Это проявление ауры, – раздраженно пояснил Виктор. – Самый простой прием, на который способны даже пятилетние дети. Конечно, нормальный человек просто подал бы немного энергии в медальон, но это тонкое действие явно не для тебя.

Да тут любое действие не для меня. О чем он говорит вообще? Я ж не маг, не ниндзя из скрытой деревни и даже не йог, а трид… точнее, шестнадцатилетний парень.

– Моя твоя не понимай, – честно ответил я.

Виктор изобразил классический фейспалм, а дворецкий задумчиво потер подбородок и сказал:

– Пожалуй, я смогу заставить его выпустить ауру с помощью игл. Но это будет немного… больновато. Он может умереть от болевого шока.

– Да и черт с ним, – отмахнулся Виктор. – Нет человека – нет проблемы.

– Ну мы могли бы подождать возвращения доктора Семенова, – неуверенно вмешалась Ника. – Он наверняка смог бы решить проблему не так радикально.

Парень снова отмахнулся:

– Хан справится. Не вижу смысла ждать несколько дней, когда можно получить нужную нам информацию прямо сейчас. Вдруг этот пацан – часть какого-то плана?

– Эй, я вообще-то здесь сижу! – раздраженно заметил я. – А может, вы просто подучите меня, чтобы я сам смог воспользоваться чакрой и сделать все, что надо?

– Приступай, – велел Хану парень, криво ухмыльнувшись. – И заткни его, пожалуйста, чтобы не орал.

Я посмотрел на Нику в поисках поддержки, но та лишь добродушно улыбнулась, словно ее совершенно не волновало происходящее.

– Как скажете, – спокойно ответил дворецкий.

И прежде чем я успел толком возмутиться, он ткнул меня иголкой куда-то в шею, и голосовые связки отказались мне повиноваться. А дальше дворецкий достал еще один комплект иголок и занялся мной всерьез. Боли от самих уколов я не чувствовал, но зато с каждым мгновением возникало все более сильное ощущение, словно по коже водят наждачной бумагой. Сначала это было похоже на легкий зуд, а спустя какое-то время я стал чувствовать себя так, будто с меня заживо содрали шкуру. Я пытался вырваться из сковывающих пут, но мышцы отказывались повиноваться: очевидно, предусмотрительный мучитель полностью меня обездвижил. Я не мог даже кричать или хотя бы мычать. Оставалось лишь яростно сопеть и смотреть в лица сидящих напротив «родственничков», с искренним интересом наблюдающих за моими мучениями.

В какой-то момент, когда я уже просто мечтал быстрее умереть и закончить свои мучения, все вдруг резко прекратилось. Я увидел, словно в замедленной съемке, как иголки акупунктурщика выстрелили из моего тела во все стороны, лишь чудом не попав в людей напротив меня. Впрочем, может, это было и не чудо вовсе, а какие-нибудь их хитрые способности, поскольку многие иглы явно меняли траекторию. Затем я опустил взгляд на свои руки и увидел, что они светятся таким же синим светом, как недавно светился Виктор. Я с легкостью оторвал удерживающий меня стальной фиксатор и поднял ладонь перед собой, с интересом рассматривая так называемую ауру.

– Медальон, – все так же спокойно сказал дворецкий, указав Нике и Виктору на мою грудь.

И действительно, прямо поверх слегка болтающейся на мне зеленой футболки появился выданный дедулькой медальон со стилизованной буквой «М». Парень тут же подскочил ко мне и провел рукой по украшению, заставив его светиться ярко-белым светом.

– Что ж, значит, он не врал, – резюмировал Виктор. – Этот шкет – действительно наш родственник, родовой медальон подделать нельзя.

Похоже, никого не удивляло то, что я с легкостью освободился от пут и понатыканных в меня иголок.

– Ты молодец, Ромик, – подмигнула Ника. – Увидимся через пару недель.

– Почему через…

Закончить вопрос я не успел, потеряв сознание на середине фразы. Но мир почему-то поглотила вовсе не тьма, как это обычно бывает, а бесконечная синева неба. Я превратился в ветер и растворился в небесных потоках…

Поместье семьи Михайловых, спустя месяц

– Отец, ты всерьез собрался оставить этого бродяжку?! – Виктор ворвался в кабинет Михайлова-старшего, даже не постучавшись, что позволял себе крайне редко.

Евгений Сергеевич недовольно взглянул на сына поверх папки с документами, и тот мигом взял себя в руки, коротко поклонился и извинился. Наследнику позволялось и прощалось в этом доме многое, но только не пренебрежение этикетом при посторонних. И пусть сидящий в кресле напротив хозяина дома лысый мужчина и был близким другом семьи, соблюдать некоторые формальности все же следовало.

– Присаживайся, мы как раз обсуждаем данную ситуацию, и тебе будет полезно послушать, что говорит глубокоуважаемый доктор Семенов.

– Хорошо, – покладисто ответил Виктор, сев в кресло рядом с доктором.

Если глава семьи Михайловых телосложением напоминал скорее профессионального борца, кое-как напялившего на себя строгий дорогой костюм, то Семенов выглядел как классический сумасшедший ученый. Худой, небритый, помятый, в постоянно испачканном какой-нибудь гадостью белом халате. Он просто не считал необходимым следить за своим внешним видом, предпочитая тратить мозговые ресурсы на многочисленные исследования. Вполне логично, что у него не было ни семьи, ни друзей, зато количество открытий в самых различных научных областях и финансовые возможности позволяли при желании купить в личное пользование несколько островов.

– Значит, родство подтверждено однозначно? – повторил вопрос специально для сына Евгений Сергеевич.

– Да, я трижды провел анализ ДНК, все результаты однозначно подтверждают родство по линии рода Михайловых. Да вы и сами наверняка заметили семейное сходство, тут трудно ошибиться. Медальон тоже оригинальный, не подделка.

– Да он даже не блондин, как он может быть… – начал было Виктор, но мгновенно замолчал под суровым взглядом отца.

– А остальные тесты?

– Уровень интеллекта высокий, айкью – сто семьдесят. Знания в некоторых областях просто поражают, а в некоторых отсутствуют вовсе. Сначала я дал ему тесты с выпускных экзаменов в средней школе, он прошел их буквально за полчаса. Математика, физика, химия, русский и английский язык – все на восемьдесят – девяносто баллов из ста, и это вообще без подготовки. История – всего пять баллов, и то явно по чистой случайности.

– Подумаешь, умник. У меня айкью – сто восемьдесят три, – тихо пробурчал Виктор.

– Это еще не все, – усмехнулся доктор. – После обычных тестов я ради интереса дал ему несколько задачек из курса высшей математики. Решил за пару минут.

– Занятно, – бесстрастно произнес Михайлов-старший. – А что с физической формой и наличием в крови икс-тел?

– Тело человека, никогда не занимавшегося боевыми искусствами и спортом.

Виктор пренебрежительно фыркнул, заработав еще один недовольный взгляд отца. Но он ничего не мог с собой поделать: неожиданно объявившийся родственник бесил не только самим фактом своего существования, но и манерой поведения, речи и невероятной наглостью. К тому же именно из-за него Виктор месяц назад получил серьезный нагоняй от отца. Когда «поселенца» привели в особняк, наследник семьи Михайловых решил доказать отцу, что уж с такими мелкими делами вполне способен справиться самостоятельно. Именно поэтому он провел допрос, не дожидаясь возвращения доктора Семенова, и едва не угробил мнимого родственника. В результате полного опустошения энергетических каналов «поселенец» выжил лишь чудом, впрочем провалявшись в коме на грани между жизнью и смертью почти три с половиной недели.

– Икс-тела в норме, твердый середнячок для своего возраста, – продолжил доктор. – Не гений, но и не полная бездарность. Когда он окончательно восстановится, я смогу провести полное тестирование на объем энергии, ее развитие и контроль. Но уже сейчас можно сказать, что у него стихия ветра, как и у всех в вашей семье.

– Откуда он взялся вообще? – стараясь сдерживать раздражение, спросил Виктор. – Неужели мы должны поверить в сказку про параллельные миры и про дедка, вручившего ему медальон? К тому же этот никчемыш уверен, что его послали спасти нашу семью. Это же глупость несусветная!

– Сам мальчик во все это верит, – пожал плечами доктор. – К тому же было бы глупо отрицать существование параллельных миров, имея в корпорации отдел демонологии. А еще мы изучили его телефон, он сделан по технологиям, отличным от известных нам, начиная от операционной системы и заканчивая кодировкой аудиофайлов. На фотографиях и на видео явно не наш мир, хоть и очень похожий.

– Разве возможно, чтобы одновременно существовал параллельный мир и в нем обнаружилась семья Михайловых с точно таким же набором хромосом, как и у нас? Какова вероятность? Может, это чья-то глупая шутка, а он просто из какой-нибудь неизвестной ветви от прадеда? – задумчиво проговорил Михайлов-старший. – Тогда времена были смутные, да и чудил Александр налево и направо, могли не уследить. А остальное мальчику кто-нибудь внушил, пока только непонятно зачем.

– Так, может, пусть он и остается никому не известным? – с надеждой спросил наследник. – Кому этот шкет нужен вообще?

– Семья превыше всего, – резко напомнил Михайлов-старший, отчеканив каждое слово. – А этот щенок – нашей крови. К тому же явно не совсем тупой, а значит, может принести хоть какую-то пользу.

Доктор Семенов откашлялся, привлекая к себе внимание.

– Я все же настаиваю на том, что история о параллельном мире правдива. Кстати, я попросил парня нарисовать фоторобот дедка, отдавшего ему медальон Михайловых. – Доктор положил на стол планшет. – Никого не напоминает?

Оба Михайловых одновременно воскликнули:

– Прадед!

– Дед!

– Удивительно, что ты сам упомянул Александра Михайлова. Хоть он и исчез во времена смуты, его тела никто не нашел. Возможно, он все же достиг трансцендентности и теперь по-своему помогает вам? Не зря же парень появился именно в момент острого кризиса.

– Что ж, возможно, так и есть, – вынужденно согласился Евгений Михайлов. – Я так с ходу не смогу придумать, но наверняка можно разыграть эту карту к нашей выгоде…

– Кхм… Дело в том, что эта ваша карта – слегка бракованная.

– В каком смысле? – не понял Михайлов-старший.

– Дворецкий Хан – отличный специалист в своей области, но палача не слишком заботит состояние пациента после процедур. Производя манипуляции с внутренними энергетическими каналами, он нанес какое-то незначительное микроповреждение, немного повлиявшее на поведение мальчика.

Евгений Михайлов нахмурился, выразительно посмотрев на сына.

– И что же с ним случилось в результате столь необдуманных действий моего сына? Он повредился головой?

– Да не стал он идиотом! – вмешался Виктор. – Во всяком случае, не больше, чем был до этого. Просто парень теперь постоянно говорит только правду.

– Не соглашусь с формулировкой, – возразил доктор. – Он физически не может врать и периодически спонтанно озвучивает все свои мысли и желания. Должен заметить, это весьма забавный случай. Что бы вы ни решили с ним делать, парнишка нужен мне в лаборатории. Возможно, изучив изменения в его энергетической структуре, мы сможем разработать новые методы допроса. К тому же с ним произошел энергетический коллапс, это тоже стоит изучить.

– Хорошо, в любом случае он будет в вашем распоряжении, – легко согласился Михайлов-старший. – А в остальном этот мальчик вполне адекватен?

– Не считая странной навязчивой идеи о личном гареме – вполне. И более чем любознателен – горит желанием узнать все о нашем мире.

– Значит, решено. Я признаю его официально.

– В качестве кого?! – не сдержал эмоций Виктор.

– В качестве приемного сына. Без права наследования, разумеется.

Глава 3

После странного допроса, превратившегося чуть ли не в фарс, я провалялся без сознания целый месяц. Чертов любитель иголок что-то перемудрил, едва не угробив мой молодой, я бы даже сказал – совершенно новый организм. А ведь гарантии на него мне старичок не давал, и вряд ли теперь получится выбить гарантийный ремонт того, что попортили его, да и мои, как теперь выяснилось, родственники. Злился ли я на них? Немного. Но зато после комы меня с неожиданной легкостью перевели из статуса узника подвала в пленника с привилегиями, снабженного соответствующей легендой. Отныне я был племянником хозяина дома, приехавшим из одного из российских княжеств. Моя свобода все еще была ограничена пределами особняка, но тут я мог чувствовать себя практически как дома, – разумеется, если бы я когда-либо жил в гигантском дворце с бассейном и пулеметными турелями по периметру.

Правда, сначала меня отправили на обследование в местную лабораторию, оборудованную еще глубже под землей. Местный ученый, внешне удивительно напоминающий дока Брауна из сериала «Назад в будущее», разве что с прической покороче, чуть ли не прыгал вокруг меня, рассматривая как некую диковинку. Он-то и сообщил чрезвычайно «приятную» новость о том, что я временно стал самым правдивым и несдержанным на язык человеком на свете. К счастью, долго мурыжить анализами доктор Семенов меня не стал, благо за месяц комы успел изучить чуть ли не каждую клеточку моего организма. Зато заставил пройти несколько интеллектуальных тестов и устроил небольшой экзамен по основным школьным предметам.

Я не удержался и блеснул остатками знаний, завалявшимися в закоулках памяти еще со школьной и институтской программы, заставив дока удивленно чесать затылок. О своем настоящем возрасте я ведь так никому и не сказал, да и не планировал, если честно. Главное, чтобы мне не задали правильный вопрос, от которого я никак не смогу увильнуть. Ведь с моей непонятной «болезнью» я язык за зубами не удержу и выложу все как на духу. Ах да, еще Семенов заставил нарисовать с помощью специальной программы фоторобот накачанного дедка, переместившего меня в этот мир и омолодившего мою бренную тушку. Никогда не понимал, как из бесконечной череды бород, усов, ушей и прочих запчастей можно собрать человеческое лицо. Но что-то вроде получилось. Во всяком случае, док посмотрел на экран, странно хмыкнул и милостиво разрешил мне покинуть казематы.

Но вернемся к моему новому дому, точнее, к той его части, что находилась над землей. Охрана жила в отдельном здании, а количество домашней прислуги оказалось необычно мало для такого огромного особняка, поэтому я познакомился практически со всеми обитателями в первый же день. Помимо Виктора, Ники и дворецкого-палача Хана здесь жили несколько горничных, кухарка, глава службы охраны и, собственно, сам Евгений Михайлов. Именно его-то я пока и не видел, словно отца семейства не особенно интересовало появление в доме нежданного родственника. Мать Ники и Виктора здесь не жила. То ли умерла, то ли они были разведены, мне пока не представилось возможности спросить. Мои условные братишка и сестренка куда-то уехали, поэтому после заселения в новую комнату экскурсию по дому для меня провел дворецкий. Да-да, тот самый, что чуть меня не угробил своим иглоукалыванием. Правда, к чести дворецкого, при первой же встрече после моего выхода из комы он искренне извинился. И я не держал на него зла, ведь по факту допрос проводил именно Виктор, и вся вина за мою травму лежала именно на нем.

Кухня, общий обеденный зал, огромный тренировочный зал, жилые этажи, ванные и туалеты. Все как в обычных загородных домах, только раз в десять больше и в сто раз пафоснее. Например, то, что я назвал ванными, было целыми СПА-комплексами с бассейнами и джакузи.

– Массажистка в отпуске, будет со следующей недели, – невозмутимо сообщил дворецкий, когда мы покидали блистающий неестественной чистотой СПА-центр. – Если понадобится, то до ее прихода массаж делаю я.

– Боже упаси! – шарахнулся я в сторону. – Прожил три… шестнадцать лет без массажа, и еще несколько дней потерплю. А кстати, какой сегодня день, месяц?

– Двадцатое апреля две тысячи двадцатого года. Среда.

«Хм, похоже, время в наших мирах текло одинаково. Вот бы еще узнать, как и в какой момент наши миры пошли по разным путям развития?» – заинтересованно подумал я.

– А библиотека у вас здесь есть? Или компьютер с Интернетом? – спросил я дворецкого.

«И вообще, создан ли Интернет?» – мысленно добавил я.

Со всеми этими лабораторными делами я ничего толком не узнал об окружающем мире. Даже год додумался спросить только сейчас. Фиговый из меня попаданец, совершенно нелюбопытный. Но ничего, я еще создам здесь какой-нибудь Вконтакт, Ютуб или другую хрень для личного обогащения. Есть же какие-то сетевые проекты, до которых еще не смогли додуматься в этом мире? В крайнем случае стану подрабатывать написанием песен для рок-групп, благо телефон забит музыкой под завязку. Доктор Семенов уже разобрался с зарядкой и обещал со временем справиться и с кодировкой аудиофайлов. Если что, всегда можно записать мелодии через аналоговый кабель.

– В библиотеке есть ноутбуки. Позже, если получу разрешение от Михайлова, я закажу нашим техникам телефон и планшет специально для тебя.

Михайловым он называл главу семейства, в то время как сынок был просто Виктором. Я пока не очень хорошо понимал, какие отношения сложились в их семье и какое место в них займу я сам. Взбалмошная девочка Ника, вспыльчивый братец Виктор и таинственный Евгений Михайлов – все они в будущем должны стать моей родней. Технически они уже были моими родственниками, но пока я, что вполне логично, чувствовал себя здесь чужаком.

– Телефон-то какой? «Айфон» хоть? – не удержался я от подколки.

– «Ай» что? – переспросил дворецкий.

– Ну, «айфон» компании «Эппл», – уточнил я.

– Не знаю такой компании, – коротко ответил мужчина, чем привел меня в легкую эйфорию. – Индийская, что ли?

– Шикарно! – восхищенно воскликнул я. – Мне определенно начинает нравиться ваш мир. Может, у вас и Америки нет?

– Пожалуй, тебе действительно стоит первым делом наведаться в библиотеку, – с легкими покровительственными нотками произнес Хан. – Не Америка, а Миротворческий Американский Альянс.

Надо же, и в этом мире себя миротворцами считают.

– С кем у них альянс-то хоть? И против кого?

– После Великого Катаклизма половина стран вообще исчезла с карт, а те, что остались, вынужденно объединились в несколько независимых альянсов. В частности, Америка поглотила Канаду, Бразилию, Боливию и еще несколько уцелевших после катастрофы государств.

Ах да, я же слышал что-то такое во время допроса. У них же здесь какой-то Великий Катаклизм произошел. Видимо, тряхнуло планетку знатно.

Я продолжил задавать вопросы, пока мы шли в библиотеку:

– А что случилось с Россией?

– Российские княжества занимают самый крупный материк на планете и являются главным поставщиком природных ресурсов.

Ха, в этом плане ничего не изменилось. Я знал, что мы в любой, даже самой конкретной заднице выживем.

– Правда, население России пострадало от катаклизма сильнее всех и сократилось почти наполовину, – огорчил меня дворецкий. – Видимо, многонациональность и мультикультурность сыграли злую шутку.

– В каком смысле? – озадачился я.

– Потом сам прочитаешь. Я дворецкий, а не учитель младших классов.

– Как скажете, – поспешно согласился я, помня о его огромном наборе иголок. Однако любопытство быстро вновь взяло верх: – А военные говорили, что мы находимся на каком-то острове…

– Так и есть, – одарив меня недовольным взглядом, подтвердил Хан. – Это особая территория, созданная на руинах Европы. Те немногие страны, что не ушли целиком под воду, не могли существовать отдельно и вынуждены были объединиться в конгломерат из пяти островов.

– На месте Европы теперь острова? – удивился я. – Круто! А почему Михайловы живут здесь, а не в российских княжествах?

– Я не справочная, – еще раз напомнил дворецкий. – Всю информацию ты сможешь найти в учебниках по истории. Возможно, в будущем мы наймем учителя, чтобы подтянуть тебя по некоторым дисциплинам для поступления в школу. А пока обойдешься тем, что есть в библиотеке и в Интернете.

Снова в школу? Это будет забавно. И сильно отдает какой-то анимешной тематикой. Может, я попал в мир аниме, просто пока не понял, какого именно? Лишь бы не «Евангелион» или еще что-нибудь постапокалиптическое, хотя пока именно на это все и указывает. Да и вообще, этих анимешек столько выпущено, что все знать просто невозможно. Всегда поражался, почему попаданцы не только удачно переносятся в отсмотренные аниме, но еще и отлично помнят сюжет. Запихни меня сейчас в мир «Наруто» – я едва вспомню пару ключевых моментов, да и то наверняка перепутаю.

– Изучай, – милостиво разрешил дворецкий, распахнув передо мной дверь. – Захочешь есть – сделаешь заказ на кухне. Да, и не забудь, что о твоем происхождении знают только Михайловы, профессор Семенов и я. А если кто-нибудь из работников будет задавать вопросы – то ты родственник Евгения Михайлова, приехавший сюда из Новгородского княжества после ужасной смерти своих родителей.

– А ничего, что благодаря вам я врать не могу? – не удержавшись от ехидства, уточнил я.

– Вообще не проблема, – совершенно нейтральным тоном ответил дворецкий. – Пока ты был без сознания, мы возили тебя в Новгородское княжество, вот фото. – Он протянул мне фотографию. – Так что теперь ты честно можешь сказать, что приехал оттуда. Также ты действительно генетический родственник Михайловых, а твои родители сейчас не в этом мире. Полагаю, упоминание о мнимой трагедии избавит тебя от лишних расспросов, а позднее мы дополним легенду документальными подтверждениями и всеми необходимыми подробностями.

– Будет сделано, – козырнул я.

Я из Новгородского княжества. Звучит! Прямо не терпится освоить географию и историю этого мира! Тем более что, судя по фото, на котором моя бессознательная тушка на кресле-каталке, толкаемой весело улыбающейся Никой, выезжает из новгородского аэропорта, я даже успел немного попутешествовать.

– В остальном все зависит только от тебя, – как мне показалось, с легким скепсисом сказал Хан. – Ты не способен врать, но даже ответ на прямой вопрос всегда можно подать так, что его посчитают лишь глупой шуткой. А уж о том, как можно исказить любую правду, если у тебя достаточно мозгов, я вообще молчу.

Мне почему-то показалось, что дворецкий хотел добавить: «Потому что это не твой вариант», – но он сдержался и даже виду не подал. Кремень-мужик!

Посчитав разговор завершенным, я наконец-то заглянул в библиотеку. И она оказалась шикарной! В лучших традициях английских фильмов: многоярусные стеллажи, уходящие высоко под пятиметровый потолок, лесенки на колесиках, удобные кресла, диваны и столы из красного, блестящего лаком дерева. Пожалуй, я бы остался тут жить на пару-тройку недель, чтобы как следует изучить новый мир.

Дворецкий ушел, а я первым делом ломанулся к ноутбуку. Вот только то, что дворецкий назвал этим гордым и миниатюрным словом, скорее напоминало дедушкин чемодан. Что-то подобное выпускали и у нас году эдак в девяностом. Хорошо хоть экран цветной. С такими технологиями боюсь даже представить, как выглядит здешний планшет. Надеюсь, мне не придется возить его перед собой на тележке?

А ноутбук я все-таки недооценил: он отличался от привычных мне лишь странным объемным корпусом из непонятного материала, разрисованным хитрыми рунами и рисунками. Интуиция подсказывала, что это далеко не простые украшения, возможно служащие защитой от какого-нибудь магического воздействия. Стоящая на ноуте операционка «Windows XP 2.0» оказалась немногим хуже нашей «семерки», да и скорость работы процессора порадовала. Местный Интернет, названный просто Сетью, тоже не особо отличался от нашего, поэтому я быстро разобрался с системой поиска и начал познавать новый мир. Увы, подобия «Википедии» здесь еще не создали (отметим как бизнес-идею), да и сама Сеть оказалась подозрительно урезанной. Словно кто-то специально ограничил доступ ко всем современным соцсетям и новостям. Кроме того, как я ни пытался отыскать информацию о новой семье, так ничего и не нашел. Благо хоть общие исторические хроники нашлись почти сразу и я смог найти ответ хотя бы на один интересующий меня вопрос.

И первым делом я занялся изучением раздела, посвященного Великому Катаклизму. Как и ожидалось, именно он оказался той самой точкой во времени, после которой этот мир начал стремительно меняться. А произошло это бедствие почти в середине Второй мировой войны, а точнее, в 1943 году. Виноват во всем оказался рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер – фанатичный мистик, пожелавший найти мифическую Шамбалу в горах Тибета. По легенде в этом месте находился центр мира – ось земли, обладающая невероятной магической мощью и позволяющая распоряжаться материей и даже временем. Сумасшедший немец намеревался вернуться в 1939 год, учесть все ошибки будущего и сделать Германию самой великой державой на планете. Что ж, в моем мире ему это не удалось. Впрочем, и здесь тоже, но Шамбалу он все-таки нашел. Точнее, не Гиммлер лично, а посланная им группа из пяти человек во главе с неким Генрихом Харрерой. Неизвестно, что именно произошло в Шамбале, но ось мира определенно сместилась. Из шести материков осталось только пять, причем от Евразии благополучно отделилась часть Европы и почти вся Азия. Австралия перестала существовать. А вот Северная и Южная Америка сошлись в единый континент, и для жителей двух континентов это стало еще большей катастрофой, чем затопление доброй половины Африки. Остатки Европы позже стали называться Объединением островов, поскольку называть эти огрызки суши материком никто уже не решился. Ну а Антарктида осталась на прежнем месте практически нетронутой, как, кстати, и Россия. Не уверен, что тут есть повод для гордости, но наша литосферная плита оказалась самой прочной.

Помимо волны разрушений по всей планете Великий Катаклизм привнес в мир и кое-что еще. Позже ученые предположили, что из Шамбалы вырвалось нечто, вступившее в реакцию с информационным полем Земли. А лучше всего в этом поле почему-то отпечатывались коллективные страхи и религиозные верования. Древние боги, мелкие мифические существа, оборотни, вампиры, зомби, русалки, призраки. Что только не повылезало из подсознания людей. Более того, вскоре и сами люди начали открывать в себе новые способности. Сначала это называли магией, но постепенно смогли подвести научную базу и даже выделить некие икс-тела в крови, отвечающие за управление новым видом энергии. Но и это еще не все. Со смещением оси мира истончилась граница с другими мирами и открылся прорыв в Лимб – обитель демонов! Хотя в книге отмечалось, что, по другой версии, и мир демонов был создан на основе сильнейших человеческих страхов. Вообще, несмотря на все объяснения ученых, касающиеся результатов Катаклизма, о самой его природе не было известно абсолютно ничего. Генрих Харрера был найден спустя несколько лет в одной из лечебниц Китая, специализирующейся на неизвестных болезнях. Мужчина потерял рассудок, зато обрел совершенное нестареющее тело с удивительными способностями к регенерации. Именно из обрывков его дневника и стало известно о Шамбале, оси мира и причинах мировой катастрофы.

Стоило Великому Катаклизму немного утихнуть, как существенно прореженное человечество занялось выяснением отношений, но, как это ни странно, не между собой, а с новоявленными измененными существами. Вооружившись легендами, художественными книгами, фильмами и всем, чем только можно, люди начали битву за выживание. И делать им это пришлось сообща, забыв о былых обидах и наплевав на любые расстояния. Американцы, русские, африканцы, китайцы и японцы, жители огрызка, оставшегося от Европы, – все объединили усилия и начали открыто обмениваться информацией. Ага. Вот только нужно учитывать, что я читал официальный учебник и без приукрашивания здесь явно не обошлось. Ну не верю я, что страны могут пойти на такое сотрудничество даже в мирное время, а тут еще вчера была мировая война, а сегодня люди в едином порыве борются против монстров! Не ве-рю.

– Я, конечно, извиняюсь, но вы тут уже семь часов сидите. Может, покушаете чего-нибудь? – раздался тихий женский голос у меня за спиной.

– Да пока не хочу, спасибо, – ответил я, не оборачиваясь.

– Вам, живым, необходимо питаться.

– Что значит нам жи… – Посмотрев через плечо на собеседницу, я резко шарахнулся в сторону, уронив стул. – Твою мать!

В воздухе передо мной завис самый настоящий призрак! Полупрозрачная девчушка лет пятнадцати, то есть практически моего биологического возраста. Белые длинные волосы, очки, ярко-зеленые глазки, стройное тело и строгий серый костюмчик смотрелись очень миленько, если бы она не была чертовым призраком!

– Ай-ай-ай, так грязно ругаться в таком молодом возрасте! – осуждающе покачал головой призрак.

– Это ты еще не слышала, как я ругаюсь, – тут же ощетинился я. – Ты кто вообще?

Девушка развела руками:

– Призрак.

– Да ладно?! – нервно воскликнул я. – А сам бы не догадался! От меня-то что надо?

Внутри меня все буквально клокотало от эмоций. В прошлой жизни за мной не наблюдалось такой истеричности, но сейчас организм буквально на любые неожиданности реагировал резкими скачками настроения.

– Ничего, – смущенно потупилась девушка. – Живу я тут, в библиотеке.

Поняв, что никто меня убивать вроде бы не собирается, я слегка успокоился. В конце концов, я только что читал о вампирах, зомби и прочей ереси, описанной во вполне серьезной исторической хронике. А тут всего лишь безобидный няшный призрак.

– Ну вот, а я думал, что меня со всеми жильцами познакомили.

– Я появляюсь только после полуночи, – с легкой грустью ответила девушка. – Так что днем мы бы и не смогли познакомиться.

Ох, ё-моё, уже полночь! А я действительно засиделся.

– Значит, будем знакомы, – подмигнул я призраку. – Роман.

Девушка мило зарделась и сделала воздушный книксен:

– Катя.

– Приятно познакомиться, – совершенно искренне улыбнулся я.

Нет, ну каково, а? Встретил в новом мире двух красивых девушек: одна из них оказалась моей сестрой, а вторая – миленьким призраком. И как в таких условиях работать над созданием гарема?

– Вы правда считаете меня миленькой? – еще сильнее смутилась Катя.

– Э… я что, это вслух сказал?!

– Ну да. А зачем вам целый гарем? Последние исследования психологов показали, что моногамный брак более выигрышен для мужчин, чем для женщин. Еще Гегель говорил, что…

– Стоп-стоп, – перебил я призрака. – Может у человека быть мечта? Кто-то мечтает полететь в космос, написать гениальную кантату, а я вот хочу гарем. Из темной и светлой эльфийки, в крайнем случае из брюнетки, блондинки и рыжей.

Девушка невольно провела рукой по длинным белым волосам, явно задумавшись, стоит ли ей считать себя блондинкой.

– Мечта – это важно, – задумчиво согласилась она. – И еще очень важно правильно питаться. Человеческому телу необходима определенная дневная норма белков, жиров, углеводов и микроэлементов.

Мой желудок согласно заурчал.

– Да, пожалуй, действительно стоит сходить на кухню и чего-нибудь перехватить.

– Тело надо беречь, – наставительно сказала Катя.

Благоговейный тон девушки подсказал, насколько ее задевает эта тема. Что ж, не начнешь ценить, пока не потеряешь. И став бестелесным духом, наверняка будешь завидовать живым, не понимающим своего счастья.

– Точно, – насупившись, кивнула девушка.

– Это я опять вслух?! Так, все, пойдем есть…

Точнее, это я пошел, а Катя полетела рядом. Проскользнувшая мимо нас горничная настолько буднично поздоровалась с призраком, что я окончательно убедился, что Катя является полноправным жителем дома.

– И давно ты тут живешь?

– Да еще с Великого Катаклизма.

Ох, блин, это же ей уже почти девяносто лет?! Ничего себе девчушка!

– Здесь раньше высотка стояла. Когда сдвиг земной коры начался, ее затянуло в провал. В себя я пришла уже вот в таком состоянии, неспособная отдаляться от места гибели дальше сотни метров. А много позже здесь построили этот дом. – Девушка грустно вздохнула. – К сожалению, я не могу покинуть это место и не могу прикасаться к материальным предметам. Поэтому единственное мое развлечение – это компьютер.

– Ты можешь пользоваться компьютером? – удивился я. – Он же материален.

– Сильные призраки могут влиять на электронную технику. Правда, я недостаточно сильна, поэтому специально для меня и сделан этот компьютер.

Ха! А насчет рун я оказался почти прав, только дело обстояло ровно наоборот. Значит, мне выделили компьютер призрака. Забавно.

Дородная кухарка встретила меня, аки родная бабушка. Хотя по возрасту ей было никак не больше сорока пяти, да и внешне она сохранилась весьма неплохо, но вот замашки и желание накормить до смерти выдавали в ней принадлежность к виду «бабушкус заботливус».

– Ох, какой же ты худой-то! – всплеснула руками женщина, выставив передо мной на стол «легкий перекусон» из шести блюд. – Ну ничего, я за тебя еще возьмусь. Тебя там в твоем княжестве совсем не кормили, что ли?

– У меня метаболизм быстрый, – ответил я, уплетая за обе щеки огромный мясной стейк.

– Ничего, я тебя откормлю, – погрозила пальцем женщина, кстати, звали ее не по-нашему – Гортой. – Чтобы пять раз в день являлся на кухню!

– А лучше семь, – подключилась Катя.

– Угу – десять, – буркнул я. – Вы меня в секцию сумо, что ли, готовите?

Было очень странно и вместе с тем забавно спокойно общаться за обедом с призраком. Интересно, а кого еще можно вот так запросто встретить в этом мире? Вампиров и оборотней? Домовых? Список созданий, появившихся на Земле после катаклизма, был настолько обширен, что я даже не воспринял его всерьез, лишь бегло пробежав взглядом. Но доступные мне новостные сайты буквально пестрели сводками о происшествиях с участием самых разных монстров, и особенно это касалось перемещений между материками. В воде и в воздухе жили какие-то совсем несусветные твари, весьма затруднявшие движение судов и самолетов.

– Есть в доме кто-нибудь еще, с кем меня забыли познакомить? – на всякий случай поинтересовался я.

– Домовой, но ты его все равно не увидишь и не услышишь, – беззаботно ответила Горта, подливая мне в чашку зеленого чая. – А с остальными ты уже знаком.

Ага, как же. Вот только с хозяином всего этого великолепия меня почему-то познакомить забыли. Или он не захотел. Брезгует? Хотя что я знаю о семье Михайловых? Может, у них сейчас столько дел, что вообще не до меня?

– Поня-атно, – медленно протянул я.

По прочтении вводной лекции в историю этого мира у меня возникла уйма вопросов, но задавать их Горте или Кате я не рискнул. Сильно сомневаюсь, что кухарку поставили в известность о моем истинном происхождении, а спалиться на незнании простейших вещей можно очень просто. С Катей сложнее: не уверен, что жители дома вообще от нее могут что-то утаить. С другой стороны, важные дела Михайловы могут обсуждать в каких-нибудь защищенных от проникновения призраков местах.

– А ты готовишься к поступлению в нашу школу? – спросила Горта.

– Наверное, – уклончиво ответил я, благо действительно не знал дальнейших планов главы семейства на мой счет. – А что?

– Просто как приехал, сразу в библиотеку засел. Для подростка твоего возраста это несколько необычно.

Быть подростком в моем возрасте странно само по себе. Видимо, судьба мне стать ботаником, поскольку читать придется еще очень и очень много, чтобы хоть как-то подготовиться к общению с жителями этого мира. Очки, что ли, себе купить для полноты образа? Или, раз здесь существует магия, то и проблемы со зрением решить настолько просто, что очки давно никто не носит? Вот, даже о таких житейских мелочах ничего не знаю.

– Он почти семь часов сидел и читал книги по истории, – радостно сообщила девочка-призрак.

Да, все-таки, когда за тобой следит невидимый призрак, это немного неприятно. Интересно, а когда я принимал ванную, она тоже могла на меня смотреть? Это напрягает.

– Книги я люблю больше, чем людей, – буркнул я, недовольно покосился на Катю и добавил: – И следящих за мной призраков.

Вообще-то я не собирался произносить вслух ничего подобного и даже не уверен, что подумал именно так, но после иголок дворецкого-инквизитора я стал живым примером поговорки: «Язык мой – враг мой». Это тот случай, когда в голове пробегает глупая и гадкая мысль, которая просто пришлась в тему, даже если это не так. А может, дело не только и не столько в иголках, но и в гормонах, все-таки шестнадцатилетнее тело совершенно иначе реагирует на любые раздражители.

– Извините! – обиженно пискнула Катя и растворилась в воздухе.

– Молодой человек, – неодобрительно покачала головой Горта. – Не знаю, как там принято у вас в Новгородском княжестве, а здесь люди уважительно относятся к призракам.

М-да, не очень хорошо получилось. Надо как-то учиться сдерживать глупые мысли еще на этапе формирования.

– Виноват. Я действительно не очень хорошо лажу с… со всеми.

– Ладно, доедай уж, – сказала Горта, потрепав меня по голове. – Катя теперь только завтра появится, она, когда испытывает сильные эмоции, мгновенно теряет концентрацию и развоплощается. Обязательно извинишься перед ней следующим вечером, иначе кормить не буду.

– Конечно, – послушно кивнул я.

Действительно, как-то совсем нехорошо получилось. Девочка-то милая, заботливая, даром что призрак. Может, и в ванной за мной не следила все-таки?

Разговор с кухаркой не заладился, поскольку я боялся лишний раз открыть рот, чтобы не ляпнуть какую-нибудь глупость. Она наверняка решила, что я стеснительный подросток, еще не привыкший к новому окружению, но оно и к лучшему. Этот образ спасет меня от излишнего внимания домочадцев хотя бы на несколько дней, а там уж я немного освоюсь в местных реалиях и научусь следить за своим языком.

Вернувшись в библиотеку, я вновь засел за компьютер, на этот раз углубившись в историю российских княжеств. Собственно, территория моей родины вроде бы особо не пострадала от сдвигов свихнувшихся тектонических плит. Зато большие расстояния между населенными пунктами и ослабление страны войной не позволили жителям своевременно среагировать на новые угрозы. А благодаря многонациональному народу России-матушки, как и говорил дворецкий, угроз хватало: ходячие мертвецы, черти, кикиморы, старички-лесовички, русалки, огромные волки, оборотни, летающие змеи горынычи и прочие отрицательные герои многообразного русского фольклора. А еще были дэвы, армянские паи, грузинские али и множество других монстров из мифологии десятков народностей, населявших огромные евразийские территории. Это им еще повезло, что в сороковых годах не было сотен тысяч книг моих современников в различных жанрах фантастики, фэнтези и хоррора. В общем, то, что не удалось немецким захватчикам и землетрясениям, сделали многочисленные сказочные создания и люди с пробуждающимися экстраординарными способностями. Умерли десятки миллионов человек. Куда больше, чем могло бы погибнуть во время Второй мировой войны.

Я схватился за голову.

Господи, сколь во многом мне еще предстоит разобраться?! История, политика, наука, технологии, измененные люди и существа, телевидение и книги. И не только потому, что все эти знания необходимы для комфортного существования в новом мире. Это ведь действительно интересно – узнать, в чем разница между нашими мирами: стали ли президентами те же личности, появились ли знаковые музыкальные группы, какими путями пошло развитие здешних технологий с учетом появления нового вида энергии – магической?

Ушел спать я поздно. Сам не знаю, как умудрился на автопилоте найти свою комнату, поскольку в этом огромном доме заблудиться было легче легкого. Рухнув на кровать прямо в одежде, я мгновенно окунулся в сон без сновидений.

А на следующий день произошло событие, пошатнувшее мои и без того не слишком стабильные представления о новом мире. Утром меня разбудили глухие удары, словно где-то этажом выше детишки включили компьютер, мощную звуковую систему с сабвуфером и решили поиграть в «Контрстрайк». До моей комнаты доносились лишь многочисленные «вуф-вуф» автоматных очередей или чего-то, очень на них похожего.

«Странно. Кто, кроме меня, мог бы играть в компьютерные игрушки? – слегка удивился я. – Я же здесь единственный типа ребенок».

Широко зевнув, я потянулся всем телом, сполз с кровати и выглянул в окно. Просто так, без каких-либо предчувствий или подозрений. Я даже и представить не мог, что там увижу…

– Вот блин! – выдохнул я, резко падая на пол.

Под окнами шикарного особняка Михайловых развернулась самая настоящая бойня: стальной забор в одном месте был протаранен неким подобием бээмпэ, а за ней виднелось несколько роботов-цыплят, словно скопированных из старого доброго фильма «Робокоп». А еще всюду лежали тела. Очень много тел в одежде цвета хаки, большая часть из которых находилась за территорией особняка. Все это я рассмотрел уже потом, когда осторожно выглянул в окошко. К слову, звукоизоляция здания оказалась настолько хорошей, что я не слышал ни выстрелов из автоматов, ни криков. Только глухие «вух-вух» стационарных турелей на крыше здания создавали вибрацию, принятую мной за выстрелы в какой-то компьютерной игрушке. Судя по всему, наши все-таки выигрывали, поскольку стрельба преимущественно велась со стороны дома Михайловых. Уж не знаю, что за стекла были установлены в окнах, но они до сих пор были целы, не появилось ни единой трещинки от шальной пули. Чудеса!

Когда канонада стихла окончательно, на вспаханную выстрелами и взрывами полянку за забором высыпали охранники и начали деловито растаскивать тела. Особенно удивило меня то, что командовала всем этим действом моя так называемая сестренка Ника. В форме цвета хаки, подогнанной по фигуре, с двумя изогнутыми мечами наперевес. Какой смысл приходить на перестрелку с холодным оружием? Тем более когда в ход идут роботы и бээмпэ?! Звукоизоляция не позволяла услышать, что именно говорила девушка, но, судя по жестикуляции, она уверенно отдавала команды охранникам, что, куда и зачем тащить. Вскоре к Нике подвели одного из нападавших, его можно было легко отличить по цвету формы (наши носили старую добрую «березку», а нападавшие – мелкозернистый американский «цифровой лес»), ну и по особой «нежности», с которой военные держали его за связанные за спиной руки. Кстати, спасибо компьютерным играм за то, что я разбираюсь в видах камуфляжа, пока это единственные знания, которые мне хоть немного пригодились в новом мире.

Тем временем Ника разбиралась с пленником. Охранник ударил его ногой, заставив рухнуть на колени перед девушкой, а дальше последовала короткая беседа, во время которой мужчина брызгал слюной и орал что-то очень агрессивное. Закончилось все совершенно неожиданно – милая сестренка резко взмахнула мечом и отрубила ему голову.

Я вытаращился на покатившийся по земле «мячик», не в силах поверить в происходящее. Сначала непонятное нападение, которое я умудрился благополучно проспать, потом эта показательная казнь.

Ника вытерла меч об одежду мертвеца, повернулась к дому и увидела мою ошарашенную физиономию в окне. Расплывшись в радостной улыбке, она приветливо помахала рукой с зажатым в ней клинком.

«Она точно сумасшедшая, – ужаснулся я, чувствуя, как волосы на затылке встают дыбом. – Ё-моё, куда я вообще попал?!»

Глава 4

Я едва успел натянуть штаны, когда в комнату ворвалась моя так называемая сестренка, она же маньяк-убийца, с легкостью отрубающий своим врагам головы.

– Братик, ты проснулся?!

– Серьезно? – криво и слегка нервно усмехнулся я. – А кто-то мог бы спокойно спать под звуки выстрелов?

– Я бы смогла, – легкомысленно ответила Ника. – Но меня будильник разбудил.

Девушка подошла ко мне практически вплотную, обдав запахом лаванды, смешанным с порохом.

– Ну извини, малыш. Эти гадкие убийцы напали без предупреждения, я и сама из-за них осталась без утреннего кофе.

Она неожиданно обняла меня и буквально вжала в свою шикарную грудь.

На какое-то мгновение отдавшись приятным ощущениям, я все же опомнился и попытался вырваться. Вот только ее тоненькие и изящные ручки оказались на удивление сильными и цепкими.

– Они тебя напугали, эти плохие люди, – ласково приговаривала Ника, поглаживая меня по голове.

– Меня ты напугала! – глухо ответил я. – Отрубив голову безоружному человеку! И хватит меня тискать! Я тебе не плюшевая игрушка!

– То есть, если бы я отрубила голову вооруженному человеку, все было бы отлично? – ехидно уточнила Ника, выпустив меня из крепких сестринских объятий. – И чего ты так всполошился?

Она села на кровать и похлопала рядом с собой.

– Сядь. Расскажи сестренке, что тебя так смутило?

– Может, небольшая война прямо под моими окнами? – нервно предположил я, усаживаясь на кровать. – И как много людей ты уже убила за свою жизнь?

– Запомни главное правило семьи Михайловых, – очень серьезно произнесла Ника. – Никогда не оставляй врагов в живых. Я стараюсь следовать этому правилу.

– Сурово, – не удержался я от кривой ухмылки.

Нет, на самом деле меня всегда бесили герои книг, фильмов и аниме, оставляющие за спиной побежденных врагов. Если есть удобная возможность – убей и забудь. Так я думал, читая книги, но вот, видя это действие в жизни перед собой, слегка испугался. А может, даже и не слегка.

– Неужели в вашем мире никого не убивают?

– Убивают, конечно, – ответил я, вспомнив многочисленные новостные сводки. – Но чаще по телевизору, чем у тебя под окнами. Жизнь у нас, в общем-то, мирная… Бээмпэ, например, я видел только на параде и в музее.

– Да уж, без Великого Катаклизма вам жилось явно полегче нашего. У нас даже в самых безопасных городах случаются прорывы из другого измерения или иные эксцессы, да и стычки между различными семьями и группировками – далеко не редкость. Хотя столь наглое нападение, как сегодня, – это скорее исключение. – Ника сокрушенно покачала головой. – Совсем перестали уважать нашу семью.

Я навострил уши:

– В смысле?

– Ой, это долгая история, – отмахнулась сестренка.

– У нас впереди завтрак, – решил настоять я. – А то на днях к особняку подгонят целый отряд роботов и сровняют его с землей, а я даже не узнаю, за что героически погиб, прячась под кроватью.

– Ладно, одевайся, и за завтраком я немного тебя просвещу. Тем более ты теперь часть нашей семьи и эти знания точно не будут лишними.

Да мне вообще любые знания пригодятся! Как и завтрак, кстати. Я ведь теперь молодой растущий организм! Очень надеюсь, что растущий, а то непривычно смотреть на мир с высоты метра с кепкой.

За завтраком присутствовали только мы с Никой и дворецкий. Причем дворецкий Хан даже не ел, а молча изображал статую у входа в столовую. Видимо, не полагалось слуге, даже такому доверенному, сидеть за одним столом с хозяевами. Кухарка расстаралась и наготовила добрый десяток блюд, заверив, что с радостью исполнит любые мои кулинарные пожелания, если сообщить о них заранее. Приятно, черт возьми.

– Так кто на нас напал? – спросил я сразу, как только Горта поставила на стол последнее блюдо и налила нам кофе.

– На самом деле не так важно – кто, главное – почему, – поморщилась Ника. – Отец много лет работал начальником управления полиции Золотого острова. Это высокая и ответственная должность. И, как правило, чем лучше человек на такой должности справляется со своими обязанностями, тем больше у него врагов. А отец работал очень хорошо.

Я глотнул кофе и скривился от неожиданности. Такое ощущение, словно Горта использовала скисшее молоко.

– Работал? – переспросил я, отставив кофе в сторону.

Говорить что-либо кухарке я постеснялся, но и пить такую бурду не стал, сделав вид, будто сильно увлекся свежевыжатым соком.

– Месяц назад его уволили. В этом замешана политика и внутренние интриги, о которых нет смысла рассказывать, но в результате от нас отвернулись практически все. Друзья, союзники, партнеры – вся эта шваль теперь старательно делает вид, будто и слыхом не слыхивала о семье Михайловых.

Так вот о каких проблемах говорил тот старик. Что ж, логично, бывшего начальника полиции убить – святое дело для любого мафиози. Особенно если у него есть доступ к бээмпэ и к роботам, вооруженным пулеметами.

– Нам даже пришлось переехать из основного дома сюда, за город, чтобы было удобнее отбиваться. Да и соседи жаловались на слишком громкие звуки разрыва ракет и гранат, – продолжила Ника, увлеченно поедая огромную яичницу с ветчиной и закусывая уже третьим круассаном. – Так что теперь мы что-то вроде неофициальных изгоев. Михайловы все еще владеют несколькими компаниями в российских княжествах, но и там на нас начинают давить.

– Что за компании? – по инерции спросил я.

– Производство комплектующих для строительных роботов. А что, решил захватить семейные активы? – лукаво спросила девушка.

– Я бы не советовал, – раздался над моим ухом мужской голос.

От неожиданности я чуть не выронил стакан с соком. Виктор успел зайти в зал удивительно тихо, как будто специально хотел меня напугать. Но это вряд ли, для подобных выходок он был слишком серьезен и высокомерен. Даже на завтрак в кругу семьи молодой человек вышел в строгом наглаженном костюме. Одно слово – зануда. И я все еще не простил ему издевательств над собой и ту боль, что причинил мне дворецкий по его приказу. И не уверен, что вообще когда-нибудь прощу.

– О, явился, бог войны, – фыркнула Ника. – Все веселье пропустил.

– Опять эти ублюдки из корпорации? Так себе веселье, – холодно заметил мой… хм… брат, сев за стол напротив меня. – На что они вообще рассчитывали, придя сюда такими малыми силами?

Девушка вдруг стала серьезнее:

– Вообще-то они использовали мехи последнего поколения «Тунгус-12» и привели с собой двух специалистов. Если бы Хан не обезвредил их еще на подходе, то у нас могли возникнуть непреодолимые проблемы.

– Это его работа, – спокойно отозвался Виктор, ловко орудуя ножом и вилкой над принесенной Гортой яичницей. – Эх, как бы я хотел наведаться в «Галотех» и разгромить там все к чертям собачьим!

– Мечтай, отец этого никогда не позволит. К тому же Уоллесы тоже не дураки. Ну, не совсем дураки, – поправилась девушка. – В охране есть боец уровня эксперта, он тебя в порошок сотрет.

Я мало что понял из прозвучавших фраз, но переспрашивать под хмурым взглядом Виктора не рискнул.

– Ни один стоящий эксперт не станет работать на эту шушеру. Так что я бы еще посмотрел, кто кого.

Льдистые глаза парня засветились от злости. Буквально! На какое-то мгновение зрачки и белая радужка глаз растворились в фиолетовом сиянии, заметном даже несмотря на ярко светящее через окна весеннее солнце.

– Если бы папа разрешил, я и сама была бы не прочь заглянуть к ним на огонек, – кровожадно улыбнулась Ника. – Они моего младшего братика разбудили.

Виктор ударил кулаком по столу, впрочем, без особой злобы. Уверен, приложи он чуть больше усилий, и от стола бы остались одни щепки.

– Хватит называть «это» – братиком!

А вот подобное отношение очень неприятно. И когда-нибудь я ему обязательно припомню!

– Так, – прищурилась Ника. – Ну-ка прекрати третировать ребенка. Любой, кто обидит моего братика, будет иметь дело со мной. В том числе и ты.

В этот момент ее голос стал настолько пугающим, что по спине побежали мурашки. Может, у нее шизофрения? Как можно так быстро переходить от добродушной болтовни к такому холодному тону, буквально пропитанному сильным желанием убивать? Впрочем, так же, как от отрубания головы живому человеку – к банальным разговорам о завтраке.

– Ладно, ладно, – успокаивающе поднял руки Виктор, тоже ощутив исходящую от сестры угрозу. – На самом деле отец уже решил принять мальчишку в семью. Осталось определиться, какая роль ему достанется.

Я навострил уши и спросил у Ники, старательно игнорируя Виктора:

– И какой у меня выбор?

– У тебя – никакого, – припечатал Виктор. – Это мы пока решаем, где от тебя будет хоть немного пользы. Но, видимо, в любом случае придется отправить тебя в одну из школ-интернатов.

Я едва смог сдержать нервный смешок. Точнее, не смог, ведь сдержанность теперь – вообще не моя тема. Все-таки насколько забавно может выглядеть, по сути, молодой парень, старательно корчащий из себя спокойного и уравновешенного «вождя». Хоть он и был прокачан многочисленными уроками в школах аристократов, мышление и реакции все равно оставались юношескими. Ну не мог он еще мастерски лицемерить и сдерживать эмоции – я ему не нравился, и это сквозило во всех его словах и действиях. И понимание этого неожиданно принесло мне облегчение и смыло всю злость.

– Хорошо, – криво улыбнулся я. – Какие у вас варианты использования бедного никчемного подростка?

Как бы ни хотелось съехидничать, по факту так оно и было: я не умел и не стоил в этом мире абсолютно ничего. Правда, я и в своем мире был примерно на том же уровне – обычный веб-программист, любитель аниме и фэнтези, никакими особенными знаниями или навыками я никогда не владел. Зато, как я успел усвоить, детишки местных аристократов уже в десять лет делали то, что я видел только в кинокомиксах, и даже это не гарантировало им светлого будущего. Лишь шанс на дальнейшее обучение и статус на полступеньки выше «простых людей».

– На данный момент ты действительно бесполезен, – с убийственной серьезностью припечатал Виктор. – Но все же ты можешь поступить в одну из местных школ и со временем достигнуть чего-то сам, а также завести нужные знакомства. Может, получится тебя удачно женить. К тому же, по заверениям доктора, икс-тела у тебя развиты в должной мере, нужно лишь наверстать отсталость в развитии…

Самое обидное, что сейчас он даже не пытался меня задеть. Именно отсталым в развитии я и считался в этом новом мире, особенно в сравнении с потомственными аристократами. Их практически с пеленок учат единоборствам, работе с оружием, использованию этих непонятных икс-тел. Так что в десять лет это уже суровые такие карапузы, способные ударить огненным шаром или молнией.

– И вы сейчас решаете, в какую именно школу меня отправить? – уточнил я.

– Да. Либо это будет школа для истинных аристократов, либо общая. В зависимости от поставленных отцом целей.

– Но…

– Ой, давай я лучше объясню, – перебила его Ника. – Тебе ж нельзя с нормальными людьми без переводчика говорить.

– Очень смешно, – резко отозвался мой «братик». – Мы тут серьезные вещи обсуждаем, между прочим. И твои шуточки совершенно неуместны.

– Шуточки уместны всегда, – отмахнулась сестренка.

Черт, а она красотка во всех смыслах, и, кажется, я ее уже люблю. Как сестру, разумеется.

– Вот и объясняй ему все сама, – раздраженно ответил Виктор. – Заодно можешь и первичной подготовкой заняться, до решения отца еще есть несколько дней. Он сейчас изучает списки учеников школы при Золотой академии и других учебных заведений, чтобы выбрать наиболее подходящие контакты его возраста. Хотя, по мне, с его знаниями и подготовкой даже в школу для умственно отсталых попасть будет непросто.

Хрясь! Ника сжала рукой угол стола, отломав от него кусок.

– Мне пора, – быстро сказал Виктор, вскочив из-за стола как ужаленный.

И куда делось все его высокомерие? Да парень просто позорно сбежал из столовой, опасаясь младшей сестренки! Похоже, хоть Ника и была на год моложе, Виктор ее действительно боялся.

Когда Виктор ушел, в столовой повисла пауза. Не неловкая, а скорее разряженная, словно воздух после окончания бури. Пока Ника занималась какой-то дыхательной гимнастикой для борьбы со злостью, я с удивительным для меня спокойствием смотрел, как за окном упаковывают в черные пакеты трупы неудачливых террористов. И, похоже, охранники не особенно торопились, поскольку процесс уборки явно затянулся.

– Кхм… так что там со школой? – нарушил я тишину.

– Отец хочет отправить тебя в одну из школ с оптимальными контактами на будущее. Если оно у нас, конечно, будет.

А то я сам этого не понял по добродушному объяснению Виктора. В общем-то в школу мне стоит отправиться в любом случае, поскольку это наилучший способ влиться в незнакомый социум. Тем более, будем реалистами, если уж здесь нет классических эльфиек, то попасть в школу супергероев – далеко не самая плохая альтернатива. Там-то наверняка получится познакомиться с местными красотками, правда, навырост, конечно, – я пока слишком молод. Черт, а ведь я сейчас еще несовершеннолетний! Мне хоть пиво-то можно пить в этом мире?

– Это-то понятно, – слегка раздраженно сказал я, но сдержался и не стал спрашивать о местных ограничениях для подростков. – А можешь объяснить, в чем разница между школой при Золотой академии и другими?

Разумеется, я кое-что успел прочитать в местной Сети, но куда полезнее получить информацию из первых рук.

– В Золотой академии учатся исключительно потомственные аристократы. Это лучшее учебное заведение Объединения островов, в которое можно попасть только после тщательного отбора. Мы с Виктором обучаемся именно в ней. Окончание школы при этой академии значительно повышает шансы попасть в саму академию. – Девушка бросила на меня сочувствующий взгляд. – Но, если честно, даже со старыми связями отца тебя туда протолкнуть не получилось бы, а уж теперь… Не знаю, почему Виктор вообще о ней упомянул. У тебя же нет никаких боевых навыков.

Я хотел было обидеться, но по здравом размышлении вынужден был согласиться. Несколько хаотичных драк в институте едва ли можно считать боевой подготовкой. Да, я всегда держал себя в неплохой форме, но вот навыками единоборств обзавестись как-то не додумался. Знал бы, что попаду в другой мир, хотя бы боксом занялся, но я никогда не любил боль.

– Готовить тебя к Золотой или Серебряной академии поздновато, – продолжала вгонять меня в депрессию Ника. – В твоем возрасте аристократы уже тренируются более десяти лет: контроль внутренней энергии, укрепление тела. Многие из них годам к пятнадцати овладевают семейными техниками. Да и атмосфера в специальных школах при этих академиях очень специфическая – драки между учениками не только разрешены, но даже поощряются. А уж новичка там просто сожрут.

– Видимо, боевая академия вообще не мой вариант? – предположил я.

Конечно, как и всякому нормальному попаданцу, мне очень хотелось научиться всем этим штукам с внутренней энергией. Укрепление тела – тоже вещь полезная, кстати. Кто же откажется стать… как бы это сказать… попрочнее? А судя по тому, что я успел прочитать в библиотеке, местные мастера мистических боевых искусств не только пуль не боялись, но и ракеты отбивали чуть ли не голыми руками. Все перечисленное явно способствовало высокому положению в обществе (силу здесь определенно ценили), а также личной безопасности и долголетию.

– Почему же, – ободряюще накрыла она своей ладонью мою руку. – Если потратить ближайшие два года на серьезную подготовку с хорошими инструкторами, то шанс на поступление в Бронзовую академию у тебя есть. Это не самый плохой вариант. Конечно, придется как следует поработать…

– Я готов начать хоть сейчас!

Даже если бы мне не нужно было поступать в местную школу, я бы сам бросился в ножки к родственникам, умоляя, чтобы они обучили меня своим супертехникам. У меня нет синдрома Гарри Поттера. «Мальчик, который выжил» почему-то не стал «мальчиком, который фанатично учился магии», а попросту страдал фигней практически все время обучения. Как так?! Да я готов сутками сидеть в библиотеке, знакомясь с новым для себя миром, и могу бесконечно общаться с нашим пугливым призраком просто потому, что это призрак! Кстати, надо будет вечером перед ней извиниться, девочка-то точно ни в чем не виновата.

– Молодец, братишка, – ласково улыбнулась Ника. – Ладно, начнем с самого простого: что ты уже знаешь о людях, умеющих управлять икс-телами в своей крови?

– Да в общем-то не очень много, – честно признался я. – Так увлекся историей, что руки не дошли, да я и не знал, что именно искать. Так что начни с самых азов.

– Ну тогда слушай, – решительно сказала Ника. – После Великого Катаклизма все люди и животные подверглись определенным изменениям, после которых в их крови появились икс-тела. Никто не знает, что именно это было: вирус, какое-то излучение или вовсе банальное чудо. Так или иначе, эти новые клетки в первую очередь управляются ментально. Именно поэтому люди, как существа, обладающие достаточно сильным самосознанием, практически не изменились, а вот животные начали мутировать, невольно подстраивая свой организм под новые реалии. Хищники стали крупнее и сильнее, а травоядные… стали хищниками. Но не будем об этом сейчас. Определенная часть икс-тел, словно пылинки, витала в воздухе и подверглась воздействию массового сознания людей. Так появились новые виды монстров и твари из древних легенд: призраки, вампиры, зомби, вендиго, наги и прочие, прочие, прочие.

Что ж, нечто подобное я уже читал в библиотеке.

– То есть если человек силен ментально, то он может творить с помощью икс-тел в своей крови что угодно? – уточнил я. – Даже создавать этих самых мистических созданий?

– Если бы все было так просто, – хмыкнула девушка. – У разных людей открылись разные предрасположенности к использованию икс-тел: кто-то лучше управляет стихиями, кто-то может работать с пространством или призывать животных. Вариаций использования способностей великое множество, и обладатели самых сильных из них стали новой аристократией изменившегося мира.

– А вы… мы… – Я смущенно запнулся, но поймал ободряющий взгляд сестры и поправился: – Наша семья. Какими способностями обладаем мы?

Ника вытянула перед собой руку, и в следующий момент стоящая на столе тарелка с выпечкой поднялась в воздух. Правда, выглядело это не как левитация из фильмов – тарелка двигалась слишком неуверенно, словно плавая в восходящем потоке.

– Мы связаны со стихией воздуха, – гордо сообщила девушка.

– Значит, я смогу летать?! – восхищенно воскликнул я.

– Если достигнешь уровня мастера, то сможешь, – улыбнулась Ника, опуская тарелку обратно. – Но для этого нужно потратить десятки лет на тренировки. Да и то не факт, что хватит способностей.

Черт, разве так нужно разговаривать с ребенком? И пофиг, что я на самом деле не ребенок, даже меня она сейчас жестко опустила с небес на землю. И это было довольно неприятное падение.

– А какого уровня ты? – заинтересованно спросил я. – Ты летать умеешь?

– Мы с Виктором – воины, это следующая ступень после ученика. Далее идут специалисты и эксперты. Мой отец – специалист, но вплотную приблизился к уровню эксперта. А выше только мастера, их единицы и они считаются чуть ли не национальным достоянием.

Так, значит, всего пять ступеней, и мои брат с сестрой в двадцать лет – уже на второй. Наверное, это круто? У меня пока нет статистики, как развиваются местные аристократы.

– Теоретически существует самая высшая степень – гранд-мастер, – продолжила сестренка. – По легендам, одним из таких гранд-мастеров был Генрих Харрера, создавший Великий Катаклизм и ставший первым носителем икс-тел. Но из ныне живущих никто и никогда не видел обладателей высшей ступени. Хотя, возможно, ты стал первым, кто встретил настоящего гранд-мастера.

– Тот дедок? – мгновенно понял я.

– Да. Самый сильный боец нашего рода – Александр Михайлов. Мой прадед. Сейчас ему было бы около ста пятидесяти лет.

– А где он теперь?

– Никто не знает, Александр исчез лет тридцать назад. Мы думали, он давно мертв.

Да нет, дедушка-бодибилдер выглядел куда живее меня в мои лучшие годы. Не знаю только, какие из годов теперь считать лучшими – нынешние молодые с икс-телами в крови или прошлые взрослые, с какой-никакой, но бицуней.

– В общем, судя по рассказам нашего домашнего ученого, знания в точных науках у тебя на очень высоком уровне. Историю и житейские знания об островах подтянуть не проблема… – Ника внимательно посмотрела на меня. – А кстати, откуда высшая математика у шестнадцатилетнего?

Кхм, да, вот тут я немного спалился. Хотел показать, что не такой уж я бесполезный, как все меня упорно называют, и выдал все, что помнил со школы и института. Не знаю почему, но формулы всегда отлично хранились в моей памяти, и я в любой момент мог рассчитать хоть дискриминант, хоть интеграл, хоть полную вероятность события. Поэтому доктор Семенов чуть сознание от счастья не потерял, когда я воспроизвел формулу квантового эффекта Холла, о котором в этом мире даже не слышали. Не то чтобы я когда-либо занимался наукой, но физикой и математикой интересовался всегда. Даже научные статьи почитывал, но скорее в качестве хобби, без фанатизма.

– Так у нас серьезных войн не было с сорок пятого года, – быстро нашел я отговорку. – Образование сильно скакнуло вперед. Там, где у вас используют так называемую магию, у нас все решалось техникой. Поэтому без высокого уровня физики и математики вообще никуда.

– Ну да, ну да, – задумчиво протянула Ника. – Значит, ты у нас умник. Вот только физическая подготовка просто нулевая. Тебя в любой школе с потрохами сожрут, даже если это будет общеобразовательное заведение. Поэтому надо всерьез заняться твоими навыками самообороны и хоть немного раскачать икс-способности.

– Да я только «за»! – обрадовался я, вскочив из-за стола. – Показывай, что делать!

Ника виновато вздохнула:

– У меня кое-какие дела сегодня. Давай начнем с завтрашнего дня, а пока можешь еще позаниматься самообразованием в библиотеке.

– Кстати, может, мне уже откроют доступ к соцсетям и новостным сайтам? – вдруг вспомнил я, садясь обратно на стул. – А то я вообще не знаю, что вокруг происходит. Я, конечно, понимаю, что это сделано с определенной целью, но…

– Да нет, там блокировка не от тебя стоит. Компьютер в библиотеке сделан специально для нашего призрака. Видел руны? Вот они позволяют Кате полноценно им пользоваться! – рассмеялась Ника.

– Она мне уже рассказывала, – кивнул я. – А зачем ей системную блокировку поставили?

– Да Катя одно время лазила по сайтам знакомств и соблазняла мальчиков. Скучно ей в библиотеке все время сидеть, вот и развлекалась как могла. Нам-то все равно, но потом один из ее воздыхателей покончил с собой от неразделенной любви, когда она резко оборвала с ним общение после года сердечной переписки. Тогда мы и решили закрыть ей доступ к любым соцсетям и онлайн-игрушкам.

– Вот этот одуванчик, исчезающий при любой сильной эмоции, так издевался над людьми? – поразился я.

Вот уж воистину в тихом омуте призраки – разбиватели юношеских сердец – водятся!

– Ну, Катя не считала это издевательством. Общалась вполне искренне. Видимо, при жизни она была довольно легкомысленной девочкой, и за полсотни лет посмертия особо ничего не поменялось.

И все-таки образ милой призрачной няши для меня был испорчен навсегда.

– Тебе уже давно должны были выдать ноутбук и телефон, – нахмурилась Ника. – Видимо, Виктор опять вредничает. Я распоряжусь. Только не вздумай регистрироваться в соцсетях под своим именем и фамилией. А лучше вообще заведи фейковый женский аккаунт, так всем спокойнее будет.

– Вот еще! – возмутился я. – Что за извращение?

– Ладно, хорошо. Просто не выкладывай свое фото и фамилию нигде не свети, – смягчилась девушка. – И, кстати, из дома во двор тоже пока не выходи.

– Боитесь, что я убегу? – хмыкнул я.

– Да куда тебе бежать, – отмахнулась Ника. – Просто мало ли, вдруг снайпер где-нибудь засел. Мы, конечно, прочесали всю местность, да и беспилотники постоянно в воздухе, но какой-нибудь специалист со специфическими способностями запросто обойдет любую охрану.

– А как нападавшие вообще смогли вплотную подойти к зданию, если у вас есть беспилотники? – удивился я. – Еще и бээмпэ подвели.

– Так они портал использовали, – объяснила сестренка. – Дорогущая штука и действует на небольшом расстоянии, но тут много и не надо. Это еще хорошо, что они бомбу не додумались таким образом отправить прямо нам под стены. Дом бы, разумеется, устоял, он хорошо защищен, но окна могло и повыбивать.

– Хм… может, я тогда лучше не в библиотеке, а в подземной лаборатории посижу?

Ника поднялась из-за стола и потрепала меня по голове:

– Шутник ты мой. Отдыхай, а я пойду. Сестренке пора заняться взрослыми делами.

Да кто шутит-то?! Я вполне серьезно говорил.