Kitabı oxu: «Любовь с немецким акцентом»

Name: Любовь с немецким акцентом
Author: Алиона Хильт
ISBN: 978-5-04-100866-6

Şrift:

Иллюстрации на обложке Т. Очеретяной

Во внутреннем оформлении использованы иллюстрации П. Батановой

Все права защищены. Книга или любая ее часть не может быть скопирована, воспроизведена в электронной или механической форме, в виде фотокопии, записи в память ЭВМ, репродукции или каким-либо иным способом, а также использована в любой информационной системе без получения разрешения от издателя. Копирование, воспроизведение и иное использование книги или ее части без согласия издателя является незаконным и влечет за собой уголовную, административную и гражданскую ответственность.

***

Посвящаю эту книгу Оксане Артемовой. Благодаря ее поддержке я смогла снова поверить в себя.

Часть 1

Глава 1
На крыльях

«Мне тебя не хватает. Странное чувство», – пришла рано утром эсэмэска на английском.

Я прочитала и отложила телефон, а про себя тихонечко улыбнулась: «Значит, он тоже не может выкинуть меня из головы».

Мы встретились в 2009-м, когда я ждала продления индийской рабочей визы в Петербурге, а он прилетел в первый раз в Россию по работе. Однажды я увидела его в дверях офиса, нейрончики моего мозга сразу запрыгали и засуетились. Неужели при первой встрече нам становится понятно, что перед нами – наша вторая половинка? Неужели есть такое понятие, как судьба, и, встречая ее, мы уже ничего поделать с собой не можем?

Или, может быть, так: в один момент жизни мы чувствуем, что готовы к серьезным отношениям, и если у человека на нашем горизонте ровно такие же планы, то пазл складывается? Не знаю. Но я твердо убеждена, что определенные люди нам встречаются именно тогда, когда мы к ним готовы.

Так было у нас с Армином. Я просто была готова его встретить.

У меня из головы до сих пор не выходит наш первый вечер в ресторане. Мы проболтали до полуночи и не могли наговориться. Мне было с ним безумно интересно и абсолютно наплевать на границы, расстояние между странами и то, что ему завтра улетать.

Знаете, бывает, ты пьешь и не можешь напиться? Мы говорили, говорили, говорили и не могли наговориться… Мы обсудили все на свете, включая имена наших будущих детей. Он был такой красивый, излучал такую уверенность и надежность, то самое чувство «не бойся, я с тобой», мне хотелось просто быть рядом с ним.

Интересно, что я почувствовала бы, встреться мы только сейчас? Мне почему-то захотелось задать себе этот вопрос.

«Почему ты рассталась со своим женихом?» – вдруг спросил меня мой спутник.

«Не знаю. Он меня подавлял. Наверное, поэтому…» Неожиданно для себя я не смогла толком ответить на этот вопрос, да мне и не хотелось углубляться в прошлое. «Подумаю об этом как-нибудь потом, на досуге, когда будет настроение. Зачем сейчас анализировать?» – пронеслось в моей голове, и я задвинула больную тему на самую дальнюю полку в своем сознании, а вернулась к ней только спустя десять лет. На некоторые вещи нужно время…

Несмотря на то что с Армином мы встретились вечером в непринужденной атмосфере вечернего ресторана, у меня в голове все равно срабатывал звоночек, что я на работе. Всего лишь несколькими часами ранее мы сидели в офисе, где я была его переводчиком. Я не знаю, как это назвать – судьбой или стечением обстоятельств, ведь переводчиком я не работала, а просто в тот день подстраховывала подругу, которая отправила свою сотрудницу в срочный отпуск.

Говорила я тогда на французском, турецком и испанском, а мой английский был, под влиянием индийских коллег и друзей, весьма специфичным. Немецкий я НЕ ЗНАЛА. Это вообще был единственный язык, который я НИКОГДА не хотела учить. Он меня бесил. Гавкающий, шкваркающий, абсолютно немелодичный; да и не особо распространенный, зачем его учить? На работе в Турции мне с лихвой хватало каких-то элементарных фраз, чтобы объяснить детям в мини-клубе, что мы сейчас будем танцевать или рисовать. Но если честно, немецких детей я никогда особо не любила, потому что очень часто они не отличались особенной воспитанностью. Могла ли я представить себе тогда, что жизнь меня закинет в Германию на ПМЖ? Однозначно – нет. И, если бы мне тогда кто-то об этом намекнул, я бы громко рассмеялась и покрутила пальцем у виска.

Но в тот самый вечер я сидела напротив Армина и медленно таяла, растворяясь в его потрясающей способности говорить длинными фразами.

Придя домой, я с порога сказала маме, что встретила своего будущего мужа. Это не было легкомысленной примеркой симпатичного мужчины кандидатом в мужья. Это было реальной уверенностью – вот Он.

На следующее утро Армин улетел домой в Германию. Уже сидя в самолете, он прислал мне эсэмэску: «Мне тебя не хватает». Неужели он тоже, проведя со мной всего несколько часов, понял, что это навсегда?

После солнечной, теплой и шумной Индии в Петербурге было серо, холодно и тихо. Я однозначно решила никуда пока не улетать и побыть дома. Незаметно для самой себя я стала регулярно ходить на работу в офис, записалась в автошколу и ждала, что будет дальше. В первый раз чувство какой-то уверенности и стабильности меня не покидало.

«Это хорошо», – думала я про себя, но не могла понять, что же в моей ситуации стабильность?

Чтобы занять себя еще больше, я решила завершить второе высшее экстерном; тем более что нужно было досдать несколько профильных предметов и пройти многочасовую практику. Я тогда еще не знала, что отпрыгать пять-восемь часов аэробики в день посильно только сверхчеловеку, но об этом я узнаю позже. На получение диплома у меня оставалось чуть больше года.

Письмо от Армина не заставило себя ждать. Длинное, обстоятельное, словно продолжение нашей вечерней беседы. По коже бежали мурашки, голова немного кружилась, буквы сливались в слова, а слова разбивались на буквы, мне было довольно сложно читать, но не хотелось, чтобы письмо заканчивалось.

«Повременить с ответом или сделать это сразу? – думала я про себя, но руки так и чесались ответить. – А чем черт не шутит, напишу!»

Я помню, что в первый же день мы с Армином написали друг другу писем десять, все они были длинными и содержательными, в чем-то повторяющими наш единственный разговор, в чем-то рассказывающими о планах на будущее.

«Я чувствую себя школьником, влюбившимся в самую красивую девочку класса» – написал он.

«Не поверишь! У меня те же чувства, – осторожно ответила я. – Когда ты приедешь?»

«Мне нужно закрыть контракт. Через три недели».

Так у меня появилась конкретная дата, которую я могла ждать.

*** * ***

«Наташа! Я встретила Его! Я уверена, что это моя судьба!» – почти орала я в трубку подруге, не сдерживая эмоции.

«А часы у него какие? Посмотрела?» – невозмутимо ответила Наташа.

«При чем тут часы?» – недоумевала я.

«Ну как при чем? Дорогие? Он прилично зарабатывает, чтобы ты так сразу за него замуж собралась?»

«Да не звал меня туда еще никто, успокойся! – засмеялась я. – Мы всего один день знакомы. Сидели в ресторане, имена детям выбирали».

«Он точно нормальный? Что-то я за тебя переживаю, – настороженно перебила меня подруга. – Не извращенец и не женатый?»

«Наташ, да ну тебя!»

«Блин, и все-таки при чем тут часы?» – подумала я и повесила трубку.

Когда ты влюбляешься, у тебя словно уходит земля из-под ног! Ты носишься без остановки, забывая пообедать, а твои мысли постоянно где-то далеко, с ним. Когда ты влюбляешься, можно оставить косметичку дома, ведь твои щеки всегда будут окрашены естественным румянцем, а лицо сияющим! Когда ты влюбляешься, ты становишься нежной, задумчивой, но веселой. Бабочки в животе порхают, ты думаешь, как лучше поступить, как стать для него Той самой, как очаровать мужчину из своих снов… Прекрасное чувство – влюбленность, но я чувствовала ее в этот раз несколько иначе. Глубже? Интенсивнее? Еще не понимала. Но одно могу сказать точно: мне было абсолютно наплевать, какой марки у Армина часы. Мне вообще было наплевать, есть ли они у него в принципе.

Глава 2
Иностранные женихи

Работать в брачном агентстве оказалось весьма интересно: помимо разбора почты и приема анкет в мои обязанности входило переводить во время первых свиданий кандидатов в мужья и кандидаток в жены. Последние зачастую не говорили на иностранных языках, поэтому мне и приходилось не только знакомить женихов и невест, но еще и помогать им лучше узнать друг друга. Вы себе и представить не можете, как много в таких мероприятиях зависит от переводчика, и какую чушь порой несли иностранные женихи!

«Я бы мог найти себе жену в Таиланде, я там отдыхал прошлой зимой, но тайку везти ко мне слишком дорого, да и по менталитету они совсем другие, поэтому я решил попытать счастье с русской женщиной», – откинувшись на спинку стула и немного мечтательно закатив глаза, размышлял шестидесятилетний швейцарец, знакомясь с тридцатилетней петербурженкой.

Конечно же, в моей интерпретации это звучало совсем иначе:

«Прошлой зимой я отдыхал в Таиланде, и меня поразили женственные и миловидные тайки, в Европе женщины совсем перестали быть похожими на женщин… Везде в Европе, кроме России! Русские сочетают в себе европейский менталитет и азиатскую женственность – потрясающий микс!» – И «невеста» сразу же расплывалась в улыбке, а у меня начинали почему-то гореть уши.

В нашем агентстве швейцарцы были частыми гостями, наравне с французами. В основном это были вдовцы в возрасте или разочаровавшиеся в первом браке с европейками учителя. Они были очень образованны, вежливы, даже где-то галантны, но почему-то параллель русская – тайская жена то и дело всплывала в диалогах. Швейцарцам казалось, что русские девушки зависимые, покладистые, готовые с утра до ночи варить борщи, чистить кастрюли и гладить мужа по головке. Они приезжали за этой мечтой, которую, увы, в Европе было найти невозможно.

Французы, в отличие от швейцарцев, почему-то были уверены, что русскую жену нужно брать в целях еще и экономии: мол, дома не надо будет сильно топить, она ведь привыкла к русскому холоду, да и в рестораны водить тоже не надо, русские же все отменные поварихи и любят есть все домашнее. Французы, которые к нам приезжали, были очень себе на уме, выглядели хуже среднестатистического русского, но при этом все считали себя чуть ли не Аленами Делонами и в жены хотели взять себе Брижит Бардо, не меньше! К избранницам у них были строгие требования: молодая, бездетная, всегда одетая в платье и каблучки, с аккуратной прической и маникюром.

Немцев у нас практически не было, а те, что были, оставляли неоднозначное впечатление. Занудные, жадные, любящие поговорить, скользкие, как ужи. Я никак не могла понять, что же им надо, и это очень мешало работе. Подобрать невесту по параметрам было нереально, я с тем же успехом могла просто тыкать пальцем в анкеты девушек на сайте и приглашать их на знакомство. Я бы сказала, что немецкие мужчины были самыми тяжелыми клиентами, потому что они никогда сами не знали, чего хотят.

Зато норвежцы были на вес золота! Я бы сказала, самые адекватные мужики, у которых и руки, откуда надо, и мозги на месте. Всегда запрашивали адекватные параметры по возрасту и внешним данным, никогда не приходили на встречу с пустыми руками, были действительно настроены серьезно, хоть и могли запросить знакомство с десятью кандидатками. Каждый раз, когда приезжал кто-то из Норвегии, мы с удовольствием показывали им наших самых серьезных невест и со спокойной душой оставляли их на свиданиях, зная, что скорее всего с самой первой он и останется на несколько дней, а потом, как повелось, женится, и будут они жить долго и счастливо… Я помню, как, воспользовавшись своим положением, познакомила мамину незамужнюю подругу с обаятельным норвежцем ее возраста. Боже, какой был мужчина! Невероятный! С какими чайными розами он пришел на встречу! Как говорил! Я до сих пор кусаю локти, потому что мамина подруга зачем-то предпочла этому кавалеру абсолютно недостойного русского мужчинку, который в итоге ее бросил (в миллионный раз). А ведь могла бы выйти замуж за очень обеспеченного норвежца, который был готов взять ее с двумя детьми, и жить счастливо в браке…

Однажды к нам приехала группа испанцев.

– Ты вроде говоришь на испанском? – спросила меня Аня, но интонация в ее голосе была скорее утвердительная, и я поняла, что с подводной лодки никуда не деться.

– Говорю, только практики давно не было.

– Ну вот и попрактикуешь. К нам приехала группа женихов из Испании. Будешь переводить встречи.

– Ань, я не уверена, что моего испанского хватит.

– Должно хватить. На тебя вся надежда! – сказала Аня и прищурила глаза.

Группа темноволосых и загорелых Хосе Игнасио производила весьма интересное впечатление. Все мучачо – как на подбор, все лет по сорок, в самом расцвете сил, как говорится, харизматичные до одури! Я смотрела на своих новых знакомых и тихонько про себя думала, сколько сердец они смогут разбить за эту неделю, и действительно ли у них серьезные планы. На всякий случай я вооружилась русско-испанским словарем, а ночь накануне их приезда слушала аудиодиски «Учим испанский». У меня дома была, кажется, вся коллекция таких обучающих материалов, и я периодически освежала тот или иной иностранный язык в голове. Обычно я делала это для себя, а не накануне ответственной работы переводчиком, вершащим чужие судьбы.

– Можно я кое-что спрошу у вас? – Мое любопытство взяло верх, я не стала даже дожидаться утвердительного кивка кого-то из моих собеседников.

– Почему вы решили найти русских жен? Да еще и всей компанией?

Мужчин было шестеро: не просто случайные знакомые, узнавшие о существовании друг друга, заполнив анкету, это были действительно друзья-приятели, решившие все вместе прилететь в Санкт-Петербург на поиски любви. Мне это казалось немного сюрреалистичным.

– Мы решили образовать коммуну «Русские жены испанских мужчин»! – сказал один из них, и все дружно засмеялись.

– Ну, а все-таки? – не унималась я. – Это важный вопрос, об этом все невесты спрашивают.

– Русские жены как нельзя кстати подходят испанским мужьям: они добрые, нежные, заботливые, хорошо выглядят и вкусно готовят. Такой ответ устроит? – подмигнул мне второй приятель низкого роста с редеющими кудрявыми волосами и огромными карими глазами.

Я смотрела на них, изучала и прислушивалась, пытаясь понять, кого я бы могла им предложить, мой взгляд переходил от одного к другому, и неожиданно для себя я поняла выражение «в самом соку» или «в самом расцвете лет»: передо мной сидели состоявшиеся, ухоженные, знающие себе цену взрослые мужчины. Во всех них был какой-то удивительный, едва уловимый шарм, несмотря на мимические морщины, небольшую седину и залысины у некоторых.

Следующую неделю я практически не появлялась в офисе, и моя коллега Маша принимала всю корреспонденцию и распечатывала анкеты. Я же с утра до вечера носилась со своими харизматичными испанцами, как с писаной торбой, переводила по десять встреч ежедневно и к концу дня, даже зайдя в магазин, начинала говорить с кассиром по-испански. Удивительно работает наша память: когда нам что-то не нужно, она не стирает знания, а лишь отправляет их в архив, из которого мы практически в любое время можем достать нужные файлы. Я была уверена, что мой испанский уже давным-давно канул в Лету, а оказалось, что я на нем даже шутить умею.

Невест бравым парням мы в тот раз так и не нашли, мужчины хотели скорее гулять, кутить и ходить с девушками по барам, чем найти свою любовь. Каждый день я старалась познакомить их с подходящими им кандидатками, слушала грустные истории про их неудавшиеся браки с испанками, но каждый вечер я видела их в том или ином баре неподалеку от офиса с абсолютно не знакомыми мне молодыми девицами.

– Ну ладно, у каждого свои цели, – говорила я себе. – Мальчики явно приехали развлечься. Не очень-то логично, учитывая стоимость их контрактов на поиск невест, но каждый сходит с ума по-своему.

Тогда я сделала вывод, что испанцы – так себе серьезные женихи, лучше на них не концентрироваться.

Глава 3
За расставанием встреча

Время, учитывая мою занятость, летело со скоростью света! Я и оглянуться не успела, ровно через три недели, как и обещал, Армин нарисовался на пороге нашего офиса с букетом из искусственных цветов в руках.

«Оригинально!» – подумала я и прыгнула ему на шею. Я не могла сдержать эмоции и ощущение, что мы знакомы вечность, поэтому обняться при встрече мне казалось вполне логичным. Хотя зачем я вру, логика – последнее, что меня волновало в тот момент.

За то время, что мы не виделись, были написаны километры писем, проведены часы видеосвязи в скайпе, и, конечно, когда я увидела его в джинсах и полосатой футболке с этим смешным пластиковым букетом, он показался мне таким родным, что я еле сдержала себя, чтобы его не поцеловать!

– Привет! – немного растерянно пробормотал Армин. Я могла видеть сотни мыслей и переживаний на его лице.

– Привет! Подождешь меня? Я должна разложить анкеты, потом мы сможем пойти вместе пообедать, – ответила я.

Аня разрешила мне не возвращаться после обеда. Мне так хотелось показать Армину город, в котором я родилась! Казанский собор, Спас-на-Крови, Дом Книги, Зимний дворец, Стрелка Васильевского острова! Да в центре Петербурга что ни дом, то дворец! Выходя из здания офиса на Моховой, я с гордостью вышагивала вверх к зданию цирка и, с непередаваемым ощущением высшего эстетического удовольствия, вертела головой по сторонам, пытаясь показать иностранцу свой любимый город таким, каким вижу его я.

Недолго думая или не думая вовсе, я взяла его за руку. Держать кого-то за руку для меня было очень личным, сродни поцелую, это значило доверять и чувствовать свою принадлежность. Армин вопросительно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Казалось, что так и надо было.

Он не сжимал мою ладонь, не вел, как в танце; я думаю, правильно это было бы назвать – поддерживал. Да, он поддерживал мою руку, и это было новое, интересное ощущение.

Мы вышли из парадной на Моховую улицу, свернули на Фонтанку, прошли мимо цирка.

Сюда меня водил папа, когда я была маленькая. Если честно, я не очень люблю цирк, но меня всегда привлекали блестящие наряды воздушных гимнасток! У нас всегда такие красивые шоу! Эх, вот бы тебе показать! – мне почему-то очень хотелось восполнить пробел в его культурном образовании.

Мне кажется, это проблема многих, если не всех жителей Северной столицы: мы чувствуем себя настолько полными культуры и искусства, настолько гордимся каждым зданием, каждой рекой и канавой, каждой картиной, статуей и пристройкой, что нам кажется, что человек, приехавший из другой страны или города, априори имеет огромные пробелы в образовании и страдает от отсутствия культурного наследия. Каждый раз, показывая иностранным гостям наш город (будь то туристическая группа Интуриста или очередной жених из агентства), я сама давала себе по губам за то, что слишком с большим энтузиазмом стараюсь приобщить гостей нашего города к тому, с чем росла всю жизнь.

В Петербурге действительно совершенно особая атмосфера и немного странные традиции: свидание могут назначить… в музее. А что: тепло, светло, можно прогуляться, а потом спуститься в буфет. С подругами мы зачастую встречались в библиотеке или на выставках, ходили в театры на спектакли, а общались во время антракта в фойе.

Я помню, как-то после очередной встречи во французской медиатеке на Большой Конюшенной мы с той самой Наташей познакомились с марокканцами, которых нас черт дернул повести в театр. В музыкальный. У меня там билетером работала бабушка, поэтому бесплатные входные билеты на любой спектакль достать было не проблема. Парни очень сильно удивились и весь спектакль пребывали в недоумении, для нас же это было в порядке вещей.

Вот и тогда, гуляя с Армином по центру города, у меня руки так и чесались расписать ему культурную программу, но какая-то часть моего мозга все же понимала, что прилетел он общаться со мной, а не смотреть достопримечательности моего прекрасного и любимого города.

Мы прошли через Летний сад, я показала ему Михайловский замок, Спас-на-Крови, Дом Зингера и Марсово поле. Вспоминая все, что читала у Синдаловского, и включая внутреннего гида-интуриста, я рассказывала байки и легенды практически у каждого дома, а Армин шел, как завороженный, с открытым ртом и то и дело вертел головой по сторонам. Я видела его неподдельный интерес и какой-то легкий шок от потока информации. Я помню, как отметила для себя, что моему спутнику действительно интересно, потому что он внимательно слушал и задавал вопросы. Невольно перед моими глазами всплыл образ Алту – вечно недовольного, мерзнувшего и спящего в Петербурге, которого ничего не интересовало, меня аж передернуло, насколько важной оказалась для меня эта деталь.

– Ты не против, если мы сделаем фото на память? – спросил вдруг Армин, когда мы дошли до набережной Невы.

– А ты знаешь, тут мосты разводят. И летом, в белые ночи, все парочки приходят сюда, чтобы посмотреть. Мне кажется, это так романтично! – сказала я и прижалась к нему для кадра.

– То есть ты сюда ходила со своим молодым человеком? – осторожно поинтересовался мой друг.

– Нет-нет, только один раз, и то с коллегой по работе. Он охранником работал у нас в отеле, предложил погулять в белую ночь. Мне было нечего делать, и я согласилась, – засмеялась я.

– Гулять? Ночью? – Армин не понимал, как это.

– У нас в городе есть период, когда ночь не наступает. Солнца нет, но очень светло, как днем! Это очень красиво! И вот в это время все ждут заката, чтобы пойти погулять. Народу не меньше, чем днем! – Я видела его удивление и продолжала: – Это с конца мая до начала июля. Правда, светло как днем! Жаль, ты уже этот период не застал…

– Я обязательно сюда приеду в следующем году, – сказал он, улыбаясь.

– Хорошо. Ловлю на слове! – пошутила я и прижалась к его плечу для совместного фото.

В тот день мы прогуляли допоздна, и я думала, решится ли он на поцелуй. У меня было впечатление, что он боится показаться слишком настойчивым и испугать меня, а мне так хотелось романтики! Я помню, как бабушка меня наставляла в свое время, что нельзя вешаться мужчинам на шею, нельзя слишком рано давать доступ к телу и ни в коем случае нельзя, ни при каких обстоятельствах, проявлять инициативу! Я очень хорошо запомнила ее наставления, четко структурировала их в своей голове, миллион раз взвесила все «за» и «против», и когда Армин довел меня до моего дома, я смачно поцеловала его по-французски. «Будь что будет! Мы же не школьники! – подумала я. – Лучше сделать и жалеть, чем не сделать и жалеть!»

Армин был в шоке, я точно знаю. Видимо, его воспитание тоже говорило ему, что поцелуй на первом свидании – слишком рано, а я ломала стереотипы. Мы попрощались и договорились встретиться на следующий день, чтобы пойти в Таврический сад, – мне хотелось показать ему не только туристические места, но и те, куда я хожу регулярно.

В тот его приезд я жила одна, родители уехали на дачу, а мы все помним, что лучший способ приворожить мужчину – приготовить ему что-нибудь вкусненькое. Поэтому я, недолго думая, после прогулки в парке предложила не идти в кафе, а приготовить ему обед дома.

– Ты только не пугайся, – сказала я Армину, открывая парадную, – тут лет сорок ремонт не делали.

Мы жили в самом центре города, можно сказать, почти на Невском проспекте, а дома у нас в центре старые и тогда были не особо ухоженные: темная лестница с побитыми перилами, неработающий лифт и стены, покрашенные в два цвета: белый и зеленый. На первом этаже жили какие-то цыгане, поэтому их входная дверь была постоянно нараспашку, и туда-сюда входили и выходили черноволосые мужчины и полноватые женщины с кучей детей. На этажах выше были коммуналки.

– Не беспокойся, я тоже не во дворце живу, – сказал Армин, но я чувствовала, что он напрягся, увидев лестничную площадку.

Мы поднялись по грязной лестнице на третий этаж, я вставила ключ в замочную скважину, и он был уже готов увидеть все, что угодно… Я видела, как менялся его взгляд и с каким облегчением он выдохнул, увидев нашу квартиру. Ремонту было больше десяти лет, но он был сделан со вкусом и по европейским стандартам. Когда в 97-м у нас в ночи загорелась проводка, сгорела вся квартира, маму снимали в одной ночнушке с балкона, больше дома никого не было. Стены с советскими обоями, высокие потолки с лепниной и хрустальными люстрами, которые так любили мои дедушка с бабушкой, старинная прабабушкина мебель с бархатной обивкой, кожаный уголок в прихожей, шкаф с театральными платьями и боа, длиной на весь коридор, моя комната с чехословацкой стенкой и миллионом игрушек – все сгорело, а что не сгорело, то покрылось слоем гари и восстановлению не подлежало. Какую-то мебель нам отдала моя тетя, а за обоями, лампами и занавесками мы ездили в Стамбул через Болгарию. На время того ремонта, в котором пришлось переделывать даже стены, мы переселились в одну комнату двушки на Охте, где жили моя бабушка и прабабушка. Я, конечно же, все это рассказала Армину за чашечкой жасминового чая у нас на кухне.

– Как же хорошо, что мама не пострадала! – сказал он, отпивая обжигающе-горячий напиток (я понятия не имела, что зеленый чай кипятком не заваривают).

Не помню, что именно я готовила в тот день. По-моему, запеченная в рукаве курица, но могу ошибаться, да и так ли это важно? На десерт была шарлотка, и это стопроцентное попадание! Кислые яблоки, нежное тесто с корицей, и по сей день фирменная шарлотка моей мамы, печь которую она меня научила в свое время, является самым любимым блюдом моего мужа.

Рецепт фирменной шарлотки

Говорят, все гениальное просто. И это абсолютно точно о ней, всеми обожаемой красотке – шарлотке с яблоками. Превосходный десерт, занимающий высшие места в Топ домашних кондитерских изделий.

Еще бы, кисло-сладкая яблочная феерия в воздушном бисквите, и все это за считаное время и с минимальными затратами! Иными словами, шарлотка с яблоками всегда стоит на страже «утоления жажды сладенького» и обеспечивает царское чаепитие и разбитые мужские сердца с последующим предложением этих сердец и рук в придачу.

К чаю можно рассказать интересную историю о родословной русской шарлотки со времен Александра Первого, повара которого имели желание удивить Европу бисквитом с кремом и взбитыми сливками. С годами фрукты заменили кремовую начинку, русская шарлотка превратилась в шарлотку с яблоками. Историки поговаривали, что в сталинские времена шарлотку переименовывали в яблочную бабку, чтобы не низкопоклонствовать Западу.

Сладость воздушного бисквита, разбавленная кислинкой яблок – что может быть вкуснее, правда? К тому же блюдо легкое в приготовлении, а продукты обязательно найдутся в холодильнике. Вот поэтому пирог является частым и желанным гостем на каждой кухне.

Необходимые ингредиенты:

5 куриных яиц;

полстакана белого сахарного песка (стакан для меры берется двухсотграммовый);

6 яблок, лучше кислых;

1 ч. л. корицы молотой и столько же ванилина;

Разрыхлитель;

5 ст.л. пшеничной муки.

Как я готовлю пышную шарлотку:

1. Беру глубокую миску, аккуратненько взбиваю в ней яйца.

2. Добавляю сразу третью часть сахара, включаю миксер и работаю минут десять, а может, и больше, постепенно засыпая сахар. Когда сахар полностью растворится и объем увеличится в три раза, масса готова.

3. Затем я медленно добавляю просеянную муку. Перемешиваю лопаткой сверху вниз, в одну сторону.

4. Вымытые яблочки (пять штук, одно оставляю на потом) очищаю от кожицы и сердцевины, нарезаю тонкими дольками, складываю в отдельную посуду.

5. К яблокам добавляю 1 ст.л. муки (чтобы не опали в одном месте), две трети части корицы, ванилин и разрыхлитель, перемешиваю.

6. Форма у меня силиконовая, поэтому я ее ничем не смазываю, а вот металлическую нужно обязательно смазать кусочком сливочного масла.

7. В тесто выкладываю яблоки, аккуратно перемешиваю и заливаю полученную массу в форму.

8. Оставшееся яблоко чищу и нарезаю тонкими дольками, украшаю пирог сверху, раскладывая дольки на поверхности теста.

9. Оставшуюся корицу смешиваю с щепоткой сахара и посыпаю пирог.

10. Теперь пирог можно отправить в разогретую до 180 градусов духовку и выпекать минут 40–45. Не открывайте без надобности крышку, особенно в первые полчаса, иначе наш бисквит опадет!

О готовности моей шарлотки доложит умопомрачительный аромат, румяный верх и сухая зубочистка, которой я проверяю пирог для верности. Потом я выключаю духовку и даю пирогу немного остыть.

Кстати, шарлотка с яблоками будет хороша не только с чаем или кофе, но и со стаканом свежего молока!

Ну и несколько вам советов от бывалого повара:

1. Вы можете проверить тесто на уровень его будущего «поднятия» в духовке. Для этого нужно чистой и сухой рукой перемешать еще раз тесто после добавления муки. Если вся масса воздушная и однородная – все замечательно. Но если вы почувствуете, что тесто расслоилось, то есть на дне посуды присутствует жидкость – не рискуйте, добавьте половину чайной ложки разрыхлителя.

2. Причинами такого казуса могут быть: некачественное взбивание яиц, сильно свежие яйца, уровень их охлаждения, недостаточно просушенные сахар, мука.

3. Для того чтобы яйца лучше взбивались, нужно охладить (поместить в холодильник) посуду, в которой будет проходить процесс взбивания, к ней добавить и орудие – венчики от миксера. Чем холодней посуда, тем лучше взобьются яйца.

4. Очень свежие яйца взбиваются хуже, не нужно за ними бежать на рынок. Прекрасно подойдут магазинные.

*** * ***

– А давай фильм посмотрим? – предложила я. На улице шел дождь, и гулять совсем не хотелось.

– Давай посмотрим! – согласился Армин, взглянув за окно.

Я выбрала «Непохищенную невесту» с Шакх Рукх Кханом, очень романтичная комедия, которая длится целую вечность. К сожалению или к счастью, это был единственный фильм в моей медиатеке, у которого были хотя бы английские субтитры, все остальные – на русском.

К слову сказать, фильм мы так и не посмотрели. Как только мы удобно устроились на диване, я поняла, что если не возьму дело в свои руки, то буду ждать еще год, прежде чем он до меня решится дотронуться. В моей голове шел странный диалог:

– Секс на первом свидании – это нонсенс!

– Но это не первое свидание!

– А какое?

– Второе!

– Ну если второе… Про второе мне никто ничего не говорил, значит, можно!

Теперь вы знаете, что своего будущего мужа я очаровала, накормила и соблазнила на втором свидании. После этого я вообще на сто процентов знала, что от такого сокровища, как я, ему будет трудно куда-то деться, несмотря на то что на следующий день ему надо было улетать.

Глава 4
На расстоянии

Когда-то давно я прочитала в одной умной книге про такую очевидную, но от этого не менее интересную особенность многих отношений на расстоянии. До тех пор, пока у влюбленных есть препятствия, которые они вместе стараются преодолеть, их любовь живет и крепчает. Как только эти препятствия, словно Берлинская стена, падают, влюбленным становится скучно, не с чем бороться, и их отношения постепенно сходят на нет.

Казалось бы, где логика? Ведь нас с детства учили: то, что не убивает, делает нас сильнее, а в случае с любовью – делает ее крепче… А вы попробуйте посмотреть на это с другой стороны: направляя все усилия на борьбу с «противником», влюбленные забывают говорить друг с другом, изучать самих себя и привыкать к своим особенностям. А еще очень часто в отношениях на расстоянии мы невольно идеализируем друг друга, в голове срабатывает щелчок – раз он мне так трудно дается, значит, он идеален. Если у вас была любовь на расстоянии, то вы поймете, о чем я.

У меня была одна знакомая из нашего брачного агентства, русская девушка Таня. Молодая, симпатичная, хорошо знающая английский и заканчивающая университет. Со своим избранником она переписывалась, наверное, года полтора, за это время он прилетал к ней, если я не ошибаюсь, трижды на выходные. Тане отказывали в шенгене несколько раз, поэтому Италию – родину Клаудио она так и не посетила.

Она отправляла ему длинные лирические письма на почту: «Любимый, мне жизни нет без тебя, свет не светит, батарея не греет…», «Вспоминаю нашу последнюю встречу, хочу снова посмотреть в твои бездонные глаза и оказаться в твоих крепких объятиях…» и все в таком духе. Клаудио тоже в поэтике не отставал, распечатал все ее фотографии, повесил их на стены в своей спальне и каждый раз, общаясь с Таней по скайпу, демонстрировал, как много она для него значит.

Во время коротких встреч все было, как в сказке: долгие прогулки, хорошие отели, общие интересы, каждый месяц в день знакомства он отправлял ей какой-то милый подарок через агентство или курьером: то дорогие духи, то редкий аудиодиск, то огромный букет роз. Наблюдать за ними было одним удовольствием! Таня стала усиленно работать над собой, записалась в тренажерку, мечтая, что Клаудио оценит ее подтянувшуюся фигуру.

Полтора года их отношений на расстоянии укрепили их веру в то, что они созданы друг для друга и нужно срочно узаконить отношения. Решено – жених летит в Санкт-Петербург на пару месяцев, и они вместе подают заявление!

– Девочки! Он сделал мне предложение! – Помню, как в эйфории Татьяна влетела в наш офис. – А фамилия у него какая! Анжелуччи! Татьяна Анжелуччи! Звучит?

Мы хором кивнули – логического завершения этой истории ждало все агентство.

Он приехал к ней с пакетом документов для заключения брака и, как оказалось, прихватил с собой тяжеленный чемодан недостатков, к которым Таня готова не была. Закоренелый холостяк Клаудио постоянно жаловался, что его невеста нарушает его зону комфорта, «стоит над душой» и в то же время не уделяет ему должного внимания. Конечно, Клаудио приехал в отпуск, а у Татьяны была самая обычная офисная работа с девяти до шести.

Безусловно, Татьяна не была подарком: длинные темные волосы по всей квартире, тонны косметики в ванной, да еще и выяснилось, что она абсолютно не умеет готовить итальянскую кухню!

Заявление они все-таки подали, но за два месяца, пока жених гостил у невесты, их романтические отношения превратились в сущий хаос, скандалы и обвинения, и когда нужно было прийти на торжественную регистрацию, они рассорились в пух и прах. Клаудио забрал свой чемодан и уехал обратно в Италию в поисках той единственной, а Таня вздохнула с облегчением.

Глава 5
Странная идея

Армин присылал мне десятки фотографий по электронной почте, и я любила их разглядывать: вот он на тренировке, а вот со своей покойной собачкой Шилой, вот он с другом на Хеллоуин, а тут сидит на капоте машины, а вот его новый пес, родезийский риджбек. Судя по фото, он был огромным! На одной карточке я заметила деталь, которая меня смутила. Я приблизила его правую руку, на ней явно красовалось обручальное кольцо! «Да нет, не может быть! – думала я про себя. – Он не говорил мне, что был женат!» В сердце так больно кольнуло, и я осторожно написала ему в скайпе:

– Мне кажется или у тебя на пальце обручальное кольцо? Ты был женат?

– Да, был, – ответил он и позвонил по видеосвязи.

– А почему ты мне об этом не говорил?

– Ты не спрашивала, да и важно ли это? Я был женат меньше чем полгода.

– Да нет. Не важно, ты прав, – почему-то сказала я, хотя это было очень важно. – Слушай, моя идея может показаться странной, но давай сделаем совместную фотосессию? – спросила я Армина.

– А что тут странного?

– Ну понимаешь, это будет не просто фотосессия, и если ты против, ничего страшного.

– Что ты имеешь в виду? – Армин немного напрягся, а я в ответ скинула ему пример фото.

– Но это же фото со свадьбы! – Его глаза округлились, и он улыбнулся.

– Это лав-стори в свадебных нарядах. Одному очень хорошему фотографу требуются модели для портфолио, поэтому он готов нас снимать бесплатно. Если ты, конечно, не против.

– Ты сумасшедшая! Нет, я не против. Let’s do it! – И он улыбнулся и покачал головой.

– Возьмешь свой свадебный костюм в следующий приезд? У меня тоже есть свадебное платье. От моей несостоявшейся свадьбы осталось. – Почему-то мне захотелось его уколоть, и последнюю фразу я произнесла с особой расстановкой.

– Договорились! – подмигнул мне Армин.

Я очень четко помню те ощущения. Узнав о том, что он был женат, я почувствовала обиду и желание во что бы то ни стало создать с ним общие воспоминания. Мне было неприятно не то, что он мне не рассказал сам и пришлось спрашивать в лоб, да даже не то, что он был на ком-то женат до меня… Мне было неприятно, что у него с кем-то есть общие воспоминания, и мне непременно хотелось их заменить собственными, нашими общими.

Когда молодые люди вместе долго, например еще со школы, и их отношения перерастают в нечто совсем серьезное, багаж воспоминаний они собирают вместе. У них есть фундамент, какая-то база, на которой можно строить свою крепость. Они взрослеют вместе и врастают друг в друга корнями, если можно так выразиться. Первая прогулка, первый поцелуй, записочки через одноклассников, первая совместная жизнь, совместно купленная кастрюля, ссоры из-за занавесок, потому что она хотела в цветочек, а он вообще не хотел… А потом – свадьба, один раз и навсегда! Увидеть свою девушку в белом платье, прекрасную и счастливую, вытереть слезы на глазах ее мамы и пожать руку своему тестю. К медовому месяцу у пары уже накапливается много-много моментов, вспоминая которые они становятся еще ближе! Понимаете, если первый раз оказаться в Париже со своим любимым, то это будут невероятно насыщенные и яркие эмоции! Увидеть фейерверк у Эйфелевой башни, сходить в Цирк дю Солей или Мулен Руж… Эти эмоции вы разделите с тем, кто будет рядом с вами, и второго раза, точно такого же, уже не будет! Ах, как же мне хотелось, чтобы белое платье у Армина ассоциировалось со мной, а не с его бывшей женой! Как бы мне хотелось, чтобы это слезы моей мамы он вытирал и руку моего папы пожал! Как же мне тогда хотелось, чтобы все, все, все, абсолютно все его приятные моменты были связаны со мной! Мне казалось, что наша «свадебная» фотосессия перечеркнет у него в голове ассоциации с бывшей, а я смогу закрыть нереализованную мечту и надеть платье, купленное для свадьбы с другим, стерев воспоминания о нем из своей головы…

Глава 6
По газам

– Давай газку и поехали! – сказал мне инструктор и удобно устроился в кресле.

Мои руки плотно сжимали руль, и я чувствовала, как он под ними становится мокрым. Я никогда в жизни не сидела на водительском месте, а сейчас инструктор хочет, чтобы я вот так просто отжала сцепление, дала газу и тронулась с места. И не где-то там, а на оживленном Искровском проспекте!

– Вы знаете, я впервые сижу за рулем, – робко сказала я.

– Ничего страшного, у всех когда-то был первый раз. – И он громко засмеялся, запрокидывая голову и брызгая слюной.

– Я серьезно, – посмотрела я на заливающегося смехом тучного инструктора.

– Я тоже, – и он вдруг прекратил ржать и сделал строгое лицо. – Вполне серьезно. Поехали.

– Но я боюсь!

– Нечего бояться, у тебя табличка на машине «чайник», так что все всё поймут, даже если заглохнешь. Ну погудят, поматерятся, но тебя не задавят, не бойся. Езжай.

Я включила поворотник, очень медленно отжала сцепление, повернула голову через плечо, пропуская машины, и надавила на газ. Сердце упало в желудок, а в нем забурлило, руль был мокрым от пота, я была красная, будто разгрузила вагон.

– Да не прись ты, как черепаха. Здесь можно 60, а ты едешь 54. Сливайся давай с потоком.

Тот первый урок я запомнила на всю жизнь. Когда ты сидишь за рулем, а не рядом с водителем, все чувствуется совсем иначе: и машины кажутся больше, и дорога уже, и скорость выше, и звуки громче. Мне стоило неимоверных усилий собраться, взять себя в руки и не трястись. Точнее, там, внутри, я была, как осиновый лист, но, видя серьезное лицо инструктора рядом, боялась это показать.

– Эй, куда ты так гонишь? Впереди красный. – Он показал на светофор, и я со всей силы дала по тормозам. – Ты мне так машину сломаешь, девочка, – выпучил он на меня глаза и покачал головой. – Нам еще с тобой водить и водить, так что поаккуратнее.

Домой я шла на подкашивающихся ногах и с полной уверенностью, что водить мне не дано. Вечером по скайпу позвонил Армин:

– Ну как прошло твое первое занятие? Кайф, да?

– Ты знаешь… нет… вообще не кайф. – Мне было как-то не по себе и даже немного стыдно. Я знала, что в Европе все водят машину, и это нормально, что в 18 у каждого есть права. Мне было 22, и за рулем я в тот день сидела впервые. Я даже толком не запомнила, какая у машины педаль – газ, а какая – тормоз. Ужас. Моя внутренняя отличница очень меня ругала.

– Ты, главное, не переживай. У всех когда-то был первый раз, – сказал Армин и улыбнулся.

Я истерично засмеялась.

– Ты чего? – испугался он.

– Инструктор мне сегодня сказал то же самое.

– Ну вот видишь! – Он посмотрел с экрана компьютера мне прямо в глаза и послал воздушный поцелуй.

Глава 7
Знакомство с родителями

Это очень странное ощущение – быть вместе и при этом находиться в разных городах и даже странах, не иметь возможности физически ощутить человека, потрогать его, потрепать его волосы. Нельзя вот так просто позвонить и сказать: «Одевайся, я сейчас буду!», нельзя взять и пойти в кино или в театр, нельзя гулять по вечерам после работы, взявшись за руки… Все сводится к томительному ожиданию без какой-либо конкретной даты, и ты знаешь, что эти два-три дня, проведенные вместе, пролетят очень быстро, и снова придет неизвестность… Я не знаю, как это? Как это – жить в соседних подъездах, пить вместе чай, кричать друг другу с балкона. Не знаю, как это – ждать обеденного перерыва, чтобы в офисе не заметили служебный роман. Не знаю, как надевать самые короткие шортики в спортзал, чтобы он смотрел на тебя, и его фантазия играла… Не знаю… У нас были редкие и короткие встречи, которые не оставляли времени для долгого ни к чему не обязывающего флирта, совместных походов на все без разбора и на какую-никакую рутину. Те несколько дней, когда Армин прилетал, не давали мне даже возможности продемонстрировать свою хозяйственность и заботу. Он оставался в отеле, а я жила с родителями, которые только-только отошли от моей турецкой жизни и были счастливы, что их блудная дочь, кажется, вернулась в родное гнездышко. Я помню, как я аккуратно попыталась подтолкнуть маму к тому, что ей надо бы познакомиться с будущим зятем. Это был его третий приезд в Санкт-Петербург, и в том, что за Армина я выйду замуж, я почему-то не сомневалась ни единой секунды. На что мама закатила глаза и нервно поджала губы, как она умеет:

– Опять иностранец! Да еще и немец! Подумай о бабушке с дедушкой. Да и ты в Германии не была ни разу, ты ничего не знаешь об их менталитете!

– Не знаю, так узнаю, мам! – стояла я на своем. – Он мой будущий муж, так что придется знакомить с родителями.

Уговорить маму оказалось непросто, и, даже подходя в назначенное время в назначенное место, я переживала, что она не придет. Так у нас было впервые: обычно моя мама знала всех моих подруг и друзей, легко шла на контакт, сидела с нами часами на кухне, а когда дело доходило до мальчиков, то очень ненавязчиво знакомилась с моими «ухажерами» или же наблюдала на расстоянии. Я частенько подстраивала случайные знакомства на прогулке или в парке, когда ничего не подозревающий молодой человек, пригласивший меня на свидание, сталкивался с мамой, гуляющей с моим братом. Я всегда очень гордилась тем, что мне не надо было ничего от нее скрывать, мы делились секретами и опытом, но в этот раз я натолкнулась на такой каменный блок, на высокую кирпичную стену, которую мне было не перепрыгнуть.

Однако, когда мы зашли в кафе на Рубинштейна, где была назначена встреча, я выдохнула – мама нас ждала. На ней был элегантный костюм, шляпка и кружевные перчатки, на столике рядом лежал русско-немецкий словарь.

– Назови мне причину, по которой я должна с тобой познакомиться, – с ходу сказала мама не вполне приветливо на ломаном немецком, оставшимся со школьных времен.

– Я бы хотел, чтобы вы были спокойны, зная, с кем встречается ваша дочь. Кроме того, у нас все серьезно, – спокойно и с улыбкой ответил Армин.

– А что твой дедушка делал во время войны? – Видимо, неприятие будущего зятя из Западной Германии было волной такого балла, что почти снесло ее толерантность. Я видела напряжение и негодование на мамином лице и думала про себя, что все пропало. Армин же не растерялся:

– Дедушка был военным переводчиком.

Надо отдать должное моему будущему мужу, язык у него был подвешен всегда, и ораторское искусство – его конек. Мне кажется, он даже мертвого уболтает, смог заинтересовать он и мою маму. Я наблюдала, как между ними постепенно тает лед и беседа становится все доброжелательнее. Армин рассказывал про свою семью, про покойного отца, про маму, сестру. Из разговора было понятно, что у него не было ни единого сомнения, что он возник в моей жизни навсегда, и мама это видела.

– Но хорошо ли ты понимаешь масштаб творческой и интеллектуальной личности моей дочки? – Маминых знаний немецкого не хватало, чтобы доходчиво объяснить, что именно она имеет в виду.

– Да, Алиона очень умная, я знаю, – сказал Армин, но это был ответ на другой вопрос.

Мама хотела объяснить, что хотела сказать, и открыла принесенный с собой словарик на первой странице. Год издания был годом рождения Армина. Напротив нее сидели совершенно разные люди: ее девочка в короткой юбке и ботфортах на высоких каблуках с копной нарощенных кудряшек на голове, эдакий «свободный художник», и Армин – в наглаженном костюме, рубашке с запонками, очень правильный с головы до ног. Мама закрыла словарь и сказала:

– Может быть, ничего серьезного и не выйдет из вашей истории…

– Почему же, выйдет! У меня это очень серьезно, – уверенно сказал Армин.

На этом встреча была закончена.

Глава 8
Свадебный переполох

– Горько! Поздравляем! – кричали нам прохожие, когда мы с Армином вышли на улицу.

Свадебная пара при полном параде – абсолютно привычное явление для центра Санкт-Петербурга. Молодые заказывают у фотографа фотопрогулку и обычно после регистрации брака в ЗАГСе или во Дворце бракосочетания бросают своих гостей и направляются за коллекционированием кадров на фоне достопримечательностей нашего города. Спас-на-Крови, сад у Михайловского замка, Исаакиевский и Казанский соборы, Медный всадник и Зимний дворец, – фото с этими памятниками культуры есть, по-моему, у каждой пары, поженившейся в Северной столице.

На мне было свадебное платье, купленное еще в то время, что я собиралась замуж за Алту. Оно было недорогое, состояло из двух юбок: мини и длинной фатиновой и расшитого бисером и стразами корсета. Платье было бывшим в употреблении, и, судя по его состоянию, не единожды: корсет помялся, а юбка была порвана и чем-то залита, но мне оно так понравилось и стоило это чудо текстильной промышленности так дешево, что я не думала ни минуты, написала его владелице и купила в тот же вечер в переходе на Техноложке. Сдать в химчистку его не составило труда, но вот юбку отремонтировать было невозможно. Не долго думая, я взяла большие хозяйственные ножницы и просто обрезала наискосок порванную и залитую чем-то непонятным часть подола. Фасон получился очень интересным, чем-то напоминая мне платье любимой Милагрос из «Дикого ангела».

– В самый раз! Ни у кого такого платья точно нет! – подумала я тогда, и платье поселилось в моем шкафу ждать своего звездного часа, который так и не наступил…

В день нашей фотосессии я была так рада, что наконец-то платье не будет висеть без дела! Армин зашнуровал мой корсет и сказал:

– По-моему, ты сумасшедшая! Но очень красивая!

– Я знаю! – засмеялась я, поправляя его галстук на свадебном костюме.

Я взяла тот самый букет, который он подарил мне на второй встрече, он был точь-в-точь как свадебный, а цветы казались совсем настоящими!

Выйдя на улицу, мы держались за руки, и все происходящее мне казалось таким естественным: внимание прохожих, их искренние пожелания, крики «горько!»…

– А что они кричат? – спросил Армин, услышав это в двадцатый раз.

– Горько! Это значит… горько… обычно на свадьбах гости таким образом просят молодоженов поцеловаться, а потом еще считают, насколько поцелуй долгий.

– А у нас ложкой по бокалу стучат в таком случае. А это нормально, что нам кричат «горько!» абсолютно посторонние люди на улице?

– Честно? Не знаю! Я никогда не ходила по улицам в свадебном платье и с женихом. Но думаю, что ничего такого в этом нет, нас поздравляют.

– Какие вы, русские, интересные! Надо же! – сказал Армин и улыбнулся. – Мне это нравится!

В тот день мы обошли весь центр, сфотографировались у каждого музея, прогулялись по Эрмитажу, и все вокруг говорили, какая мы красивая пара, и желали нам долгих лет жизни! Мне и вправду на какое-то мгновение показалось, что это наша свадьба. Мы с Армином кружились в танце прямо на Малой Садовой улице, и вместе с нашим фотографом толпа китайских туристов щелкала нас на свои телефоны и фотоаппараты.

Армин все время боялся сделать слишком длинный шаг и наступить на мой подол или на белые туфли, он развернул меня, чтобы обнять сзади, как вдруг я почувствовала, что каблук застрял между плитками. В то время, пока он меня разворачивал, каблук прочно сидел в щели, и к концу поворота я услышала треск, и вдруг вместо правой туфли на мне оказалась балетка на плоской подошве. Туфли были безнадежно испорчены, ходить в них было невозможно!

Нет, я не расстроилась, а даже наоборот, ведь домой Армин меня нес на руках.

– Ты сегодня как Золушка! Потеряла туфельку, – сказал он, поднимая меня своими большими сильными руками.

– Вообще-то, это ты ее сломал! – Я посмотрела на него и скорчила недовольную гримасу.

– Зато тебе домой идти не придется. Я тебя отнесу!

«Какой же он заботливый!» – подумала я и еще крепче обняла его за шею.

Глава 9
В гостях

– В следующий раз ты прилетишь ко мне, хорошо? – сказал Армин, прощаясь со мной в холле отеля.

– Почему бы и нет? У меня есть шенгенская виза, только надо ее открыть, съездив в Финляндию. Если я этого не сделаю, меня могут развернуть на границе.

– Странные какие у вас правила, – округлил он глаза.

– Да нет, не у НАС, а у ВАС, – засмеялась я. – Но ничего, я могу одним днем смотаться, no problem!

Уже через неделю я сидела в автобусе с однодневным туром в Лаппеенранту. Обычно эти автобусы отходят примерно в шесть утра от площади Восстания, а возвращаются обратно около полуночи, билет нужно обязательно купить заранее, так как в день отъезда свободных мест может не оказаться. Люди, как правило, ездят, чтобы купить кофе, чистящие средства и какие-то продукты, ну и заодно, чтобы «откатать» визу, ведь многие оформляют финский шенген с целью ездить по всей Европе. Я поехала с целью полететь через неделю в Германию на свидание с моим женихом, но не только для этого, – он хотел показать меня своей родне.

Авиабилеты в Дюссельдорф были у меня на электронной почте, Армин их купил, и это даже не обсуждалось. Мне нравилось чувствовать, что кто-то вот так просто берет все в свои руки и все организует. Я думала, как прекрасно, можно расслабиться, а у самой с каждым днем напряжение росло и росло! Мне так хотелось произвести впечатление на его родственников! Я выучила несколько фраз на немецком, купила подарки, сняла африканские косички и вынула пирсинг из носа, потому что мне казалось, что невеста Армина не может выглядеть так несерьезно. Кстати, косички я заплетала впервые для какой-то фотосъемки, и они мне ужасно шли. Я смотрела в зеркало и казалась себе невероятно хорошенькой, хоть немного и неформальной. «Ладно, короткую юбку и каблуки они, наверное, переживут, а афрокосами и пирсингом пугать не буду», – сказала я себе и попросила подругу расплести меня прямо в офисе, благо в тот день мы никого не ожидали с визитом.

Как оказалось, купить билеты и полететь с финской визой в Германию – это полдела, основное испытание меня ожидало на паспортном контроле. Я видела, с каким пристрастием и даже немного с садистским упоением инспекторы на контроле расспрашивали вновь прибывших русских граждан, не говорящих ни на каком языке. Очередь не уменьшалась, они просили показать документы, карты, наличку. Одна женщина никак не могла понять, что от нее требуется. Судя по всему, это была русская бабушка, приехавшая навестить своего новорожденного внука и помочь дочке по хозяйству. Молодой человек в форме задавал ей вопрос за вопросом, а она его не понимала. Выложив папку с документами на стойку контроля, пожилая женщина так разнервничалась, что уже готова была заплакать.

– Могу я ей помочь? – крикнула я по-английски с конца очереди, удивляясь, что никто этого не сделал до меня.

– Подойдите сюда! – сказал инспектор.

Оказалось, он всего-то требовал показать обратные билеты и приглашение дочки. Женщина отныне могла идти дальше, а вся очередь облегченно вздохнула. Я думала вернуться на свое место, но человек за стеклом в форме меня остановил:

– Останьтесь. Спасибо за помощь. Ваш паспорт! – сурово сказал инспектор.

– Вот, bitte, – ответила я, улыбаясь.

– Цель вашей поездки? – Инспектор внимательно разглядывал мое фото в паспорте.

– Посмотреть Норд-Рейн Вестфалию, – отвечала я.

– Где вы остановитесь? – продолжал молодой человек за стеклянной перегородкой.

– У своего друга, он встречает меня в аэропорту.

– Как зовут вашего друга?

– Армин Хильт. Я могу дать его телефонный номер. Нужно?

– Да, напишите, на всякий случай. Я себе помечу.

Мне кажется, я стояла у окошка паспортного контроля полчаса, не меньше! У меня спросили все: начиная от того, где я живу и есть ли у меня домашние животные, заканчивая тем, где и при каких обстоятельствах мы с Армином познакомились и был ли у нас секс. Я стояла пунцовая, щеки и уши горели, сердце билось где-то в районе почек, а в мыслях я уже забирала свой чемодан и садилась обратно в самолет до Санкт-Петербурга; неожиданно инспектор протянул мой паспорт обратно и сказал с улыбкой:

– Приятного времяпрепровождения! Обязательно сходите на Königsallee.

Не веря своему счастью, я взяла паспорт и с подкашивающимися коленками направилась к выходу. Приехала я налегке, с одной небольшой сумочкой, в которой лежала зубная щетка, пара сменных футболок и сувениры для семьи Армина.

Он ждал меня на выходе. Высокий, красивый, в бежевой замшевой куртке, с букетом цветов в одной руке и огромной собакой на поводке в другой. Я подбежала к нему на высоченных каблуках, и он закружил меня в объятиях.

– Ты хорошо долетела?

– Да, даже не заметила!

– А это мой пес Бакари, познакомься. – Подросший щенок цвета дорогого виски рвался с поводка, чтобы обнюхать и поприветствовать меня. – Сейчас оплачу парковку и поедем ко мне домой, – добавил Армин.

Его серебристая «Ауди» сверкала, будто из автомойки. Кожаные сиденья, натуральное дерево, навороченная панель управления… все было идеально, если бы не запах псины, который стоял в салоне. На сиденье рядом с водителем для меня заботливо было приготовлено наливное яблочко и бутылка воды без газа.

– Я подумал, что ты захочешь пить и, возможно, проголодаешься. Нам ехать полчаса, – улыбнулся Армин и поцеловал меня. – Рад тебя видеть!

– Я тоже рада, спасибо за заботу.

Мы выехали на дорогу. Я слышала, что в Германии очень ровные и чистые дороги. Несмотря на большую скорость, ехать было действительно очень комфортно. Я уютно погрузилась в кожаное сиденье и смотрела по сторонам. То, что я видела вокруг, было очень чужим, холодным и каким-то стерильным, что ли, но не отталкивающим.

«Смогла бы я тут жить, интересно? – спросила я себя, но ответить на этот вопрос не смогла, слишком мало было первых впечатлений. – Ладно, поживем – увидим».

Армин жил между Кельном и Дюссельдорфом, в небольшом городке под названием Дормаген. Если вы хоть раз в жизни принимали аспирин, то знайте, что эти таблетки производят там. Самая крупная и известная фармацевтическая компания Bayer с 1863 года дает тысячи рабочих мест местным жителям. Кстати, а вы знали, что именно эта компания продвигала героин и использовала его в конце девятнадцатого века для лечения пневмонии и туберкулеза? Это была их торговая марка вплоть до Первой мировой войны.

Мы припарковались у небольшого четырехэтажного дома, по две квартиры на этаже. Вокруг стояли похожие аккуратные домики на чистой аккуратной улочке.

– Моя квартира – на последнем этаже, я недавно переехал, снимаю, – сказал мне Армин, открывая дверь. – Проходи.

Я помню ту лестницу. Мне казалось, что я нахожусь в какой-то больнице, – настолько все выглядело белым и стерильным. Меня аж передернуло, особенно после четырех лет жизни в восточных странах, где такой чистоты нет даже в медицинских учреждениях. Было неуютно.

Квартира была довольно большой, но… однокомнатной.

– А зачем в однушке два туалета? – спросила я, когда пошла мыть руки и обнаружила два санузла.

– Понятия не имею! Архитектор живет в соседней квартире, надо будет у него спросить! – рассмеялся Армин.

Интерьер был довольно простым, но мебель подобрана со вкусом. На полке в рамочках я обнаружила две фотографии: свою и нашу совместную со «свадебной» фотосессии.

– Подожди, я тебе кое-что покажу! – сказал Армин, увидев, как я разглядываю фото, и вытащил из ящика стола толстенный фотоальбом. – Я его еще не доделал.

Я открыла кожаную обложку и обнаружила, наверное, сотню своих фотографий с разных фотосессий.

– Ты их все распечатал?

– Да, хотел перелистывать страницы альбома, как раньше.

– Спасибо. – сказала я и обняла его за шею.

Три дня в Дормагене пролетели настолько быстро, что я не успела обернуться! Мы трижды в день гуляли с Бакари (так звали его собаку) по лесу, который находился прямо у нашего дома, ездили в парк аттракционов, катались там на американских горках, Армин познакомил меня со своим другом детства, Штефаном, и один раз мы навестили его маму.

– Это моя мама Сильвия. Это Алиона, – представил нас Армин.

– Мне очень приятно. Это для вас подарок, – протянула я пакет с павловопосадским платком в подсолнухах, который я так тщательно выбирала в Петербурге.

– Какой красивый платок! – сказала Сильвия. – Пойдемте пить кофе.

Сильвия жила в цокольном этаже невысокого дома. Примерно полгода назад после плановой операции скончался ее муж, отец Армина, и она сетовала на то, что ей придется переехать, – эта квартира для нее слишком большая, да и платить за нее кредит она не в состоянии.

Если честно, вот этого я никогда не понимала! Почему у немцев это в порядке вещей, постоянно жить в съемном жилье и не заботиться о том, чтобы до пенсии купить что-то свое?

Мы сидели на светлом кожаном диване, Бакари лежал рядом на ковре, на стеклянных полочках серванта стояло множество фотографий в рамках. Я решила осторожно осмотреться. Среди фото было несколько тех, что присылал мне Армин по электронке: вот он с собачкой Шилой, вот он с сестрой… Мой взгляд упал на самую большую серебряную рамку, в которой красовался портрет улыбающейся блондинки.

– А это кто? – тихонечко спросила я Армина, когда Сильвия ушла на кухню за кофейником.

– Это… Юлия, – ответил Армин как ни в чем не бывало.

– Юлия – это кто? – переспросила я.

– Моя бывшая жена, – ответил Армин.

– То есть твоя мама хранит фотографию твоей бывшей в рамочке? Серьезно?

– Ну она же была членом семьи… – Армин явно не понимал, чем я так удивлена, и я решила закрыть тему, хотя сердце у меня провалилось в пятки, а руки похолодели.

Я изо всех сил старалась изображать спокойствие, хотя внутри все кипело, очень сильно разболелась голова, и мне хотелось провалиться под землю. Сидеть в гостиной и пить чай, когда на тебя с полки огромными голубыми глазами смотрит бывшая твоего мужчины и улыбается во все тридцать два зуба! В тот момент я чувствовала ревность, злость, недоумение… все чувства перемешались в какой-то адский непонятный коктейль, оставляющий множество вопросов, которые вслух произносить было почему-то страшно. Я решила, что вернусь к ним в подходящий момент и не буду портить себе поездку.

Я помню, что у Сильвии мы пробыли недолго, мне она показалась какой-то странноватой, но я списала это на немецкий менталитет, ведь с немцами так близко я общалась впервые в жизни.

На следующий день Армин прокатил меня на всех аттракционах в парке развлечений! Я помню, как мне было неудобно в ботфортах на шпильках, но другой обуви у меня с собой не было. Я почему-то вспомнила, как навещала свою тетю в Париже, и молодой симпатичный француз пригласил меня поехать с ним в Диснейленд. На мне тогда тоже были ботильоны на высоком каблуке, и я попыталась отказаться от свидания, на что он не растерялся, отвел меня в спортивный магазин на Елисейских Полях и купил мне кроссовки Nike со стразами.

– Если тебе нужна будет удобная обувь, приезжай ко мне! – сказал он на прощание, когда отвозил меня на тетину станцию метро.

Садясь на очередную американскую горку, я вспомнила этот момент и усмехнулась! Какие хорошие мужчины мне попадались, но они меня совершенно не привлекали. Хотя мои ботфорты на шпильках абсолютно не были большой проблемой…

Уставшая и полная впечатлений, я улетала домой с улыбкой на лице и абсолютной уверенностью, что я сюда еще вернусь. Однако, понравилось ли мне в Германии или нет, я не могла пока еще понять…

Глава 10
Неужели это ошибка?

Как только самолет приземлился в Санкт-Петербурге, мой телефон запиликал.

– Я уже скучаю… – писал Армин.

– Я тоже, – ответила я.

Каждый свой рабочий день я начинала с проверки личной почты. Если там было письмо от Армина, а оно было всегда, я быстро отвечала, до того как меня застукают, и только после этого с чистой совестью приступала к работе. Вместо обеденного перерыва я созванивалась с ним по скайпу, и мне казалось, что с каждым днем мы становимся все ближе, несмотря на расстояние. Где-то через неделю, в конце сентября, мейла я утром не обнаружила, зато запиликал мой телефон.

– Сможешь взять отпуск в октябре? – написал Армин в эсэмэске.

– А куда мы поедем? – спросила я.

– Сначала в Дюссельдорф, а потом пока не скажу. Возьми с собой купальник. – Он держал интригу.

– Ну ладно, с тобой хоть на край света! – ответила я и тут же позвонила Ане, чтобы отпроситься.

– Куда это ты собралась? – Я готова поклясться, что слышала, как моя начальница нахмурила брови и улыбнулась глазами. Аня так умела, и это означало удивление, задумчивость, недоумение, интерес и любопытство.

– Честно, сама не знаю. Армин куда-то путевки купил или собирается покупать… В общем, сегодня надо дать ответ. Отпустишь меня дней на десять?

– Ну, что с тобой делать? Лети, конечно! – грустно и с ноткой безысходности ответила мне Аня, а я уже набирала Армину СМС, что я в предвкушении совместной поездки.

Распечатав на холсте наше совместное «свадебное фото» и собрав чемодан летних вещей, я снова отправилась в путешествие. Мне очень хотелось, чтобы на стене в его квартире была наша фотография. И не какая-нибудь, а именно свадебная, в красивой раме!

Армин оценил мой подарок и в тот же вечер повесил его на самое видное место, а я почувствовала, что пометила, так сказать, территорию.

– Так куда мы летим, ты мне скажешь?

– Нет, это сюрприз! Все увидишь, когда придет время.

С одной стороны, мне было очень любопытно, а с другой – мне безумно нравилась эта интрига! Я чувствовала себя маленькой девочкой, которой закрыли ладошками глаза и ведут туда, где ее будет ждать невероятный подарок! В моей жизни было много сюрпризов, но в путешествие меня так не возили… меня вообще никто, кроме родителей и меня самой, в путешествие не возил…

Пока я возилась на кухне, к нам пришла сестра Армина Андреа. Она абсолютная ровесница моей мамы, у них разница всего один день: мама родилась 21 сентября 1967 года, а Андреа – 20 сентября того же года. Она оказалась высокой, довольно стройной и выглядящей на свой возраст женщиной. Длинные русые волосы были забраны в высокий хвост, что, по всей видимости, должно было придать ее образу какой-то моложавости. Хотя, может быть, просто для удобства.

– О, у тебя уже гости! – сказала Андреа, будто бы удивившись меня увидеть.

– Я вчера прилетела, – сказала я, отходя от раковины, – на самолете. – Не знаю, зачем я вдруг решила подчеркнуть эту деталь, и почему она показалось мне такой важной. В самом деле, не вплавь же я добралась?

– Добро пожаловать, – сказала сестра мужа, – рада тебя видеть.

Ее тон мне показался каким-то не очень радостным, но я решила, что мне показалось, и улыбнулась.

– Спасибо. Видела новую картину? – Я кивнула в сторону холста с нашим «свадебным» фото.

– Мне не нравится, – отрезала Андреа таким голосом, что у меня аж зазвенело в ушах, но потом добавила мягко: – Понимаешь, вы же не женаты, поэтому это неправильно делать такие фотографии.

Звон в ушах не прекращался и плавно переходил в виски и солнечное сплетение, мне было некомфортно. Я вернулась на кухню, а они с Армином обсудили, когда он должен привезти ей собаку, Андреа обещала присмотреть за Бакари на время нашей поездки.

Когда она ушла, я решила осторожно задать мучивший меня вопрос:

– Армин, что с твоей сестрой? Почему она так категорична?

– Не обращай внимания, прошу тебя, это неважно. Она оттает.

– Ну как это не обращать внимания? Она на меня почти наорала.

– Они с Юлией близкие подруги, – холодно отрезал Армин, а я чувствовала, как земля уходит из-под ног.

– Андреа так за нее держится? За твою бывшую? С которой ты был в браке полгода? Правда? – спросила я стеклянным голосом, отдававшим мне в затылок, уши в это время пылали, а ноги были ватными. Я зачем-то добавила:

– Ты когда с ней развелся?

– Мы в процессе, – как ни в чем не бывало ответил Армин, а я чувствовала, что сейчас упаду в обморок: перед глазами все потемнело, голова закружилась, колени подкосились, мне пришлось сесть на подлокотник черного кожаного дивана, на котором спал Бакари.

Я не могла поверить, что это происходит со мной! Я почему-то вдруг громко захлопала в ладоши и тихо сказала, глядя в пустоту перед собой:

– Браво! Я сплю с женатым мужчиной!

Армин пытался мне объяснить, что бракоразводный процесс в Германии – дело долгое и дорогое, что это не как у нас в России – три месяца, и ты свободный человек! У них надо сначала год жить по разным адресам, и только тогда твое заявление о разводе рассмотрят. Но только в том случае, если у обеих сторон это обоюдно, и никто ни на что не претендует.

Совместно нажитого имущества у них не было, было только два кредита на машины. Я слушала, а про себя, словно мантру, повторяла: «Он же женат… женат… женат… что я делаю… надо срочно бежать от него, скрываться, прятаться, ни в коем случае никуда с ним не ехать… он же женат!!!»

Армин видел, что его слова протекают мимо меня, и то ли от бессилия, то ли пытаясь «разбудить» меня, начал меня трясти:

– Между нами было все кончено задолго до того, как ты появилась в моей жизни!

– А когда вы разъехались? – вдруг спросила я, повернув к нему стеклянные глаза, которые смотрели куда-то сквозь моего собеседника.

– В прошлом месяце.

В моей голове не складывалось два плюс два. Никак. Мы познакомились в июне, в июле начали встречаться, и я была уверена, что он свободен. Сейчас был октябрь. Получается, разъехались они в сентябре?

– В сентябре?

– В конце августа.

Я забилась в истерике. Все это время он не говорил мне, что был женат. Более того, все это время он жил со своей женой под одной крышей. Немудрено, что у его мамы дома фотографии этой Юлии в красивой рамочке, а его сестра категорически против меня. Мы с ним снимались в свадебных нарядах, когда он еще жил со своей женой! Так плохо от осознания своей ошибки мне никогда не было. Армин тщетно пытался меня успокоить, но я и слушать ничего не хотела. Тогда он взял в руки мою голову, заставив посмотреть ему прямо в глаза, и четко и громко произнес:

– Между нами все было кончено задолго до того, как мы с тобой познакомились. Окей? С апреля, когда умер мой отец, она жила на втором этаже дома, который мы снимали. Я жил на первом этаже, она на втором. Окей? Слышишь меня?

Я слышала. И мне хотелось верить. Мне хотелось забыть о том, что я узнала. Моральные принципы и то, чему меня учила мама, в тот момент бились во мне мощной волной сопротивления. С одной стороны, я думала: может, он и прав, что ничего мне не сказал, а с другой – спрашивала себя, почему все это держалось в секрете. Мне не хотелось верить, что я стала причиной разрыва, но еще больше не хотелось портить нам обоим отпуск, в который мы должны были лететь через два дня. Я попросила взять небольшую паузу, чтобы отдышаться, прийти в себя, побыть одной, наедине со своими мыслями. Я должна была принять и переработать новую информацию.

Мне кажется, что в тот момент я вела переговоры со своей совестью. Я пыталась договориться с ней и убедить саму себя, что Армин говорит правду и в этом действительно нет ничего аморального. Я задавала себе десятки вопросов, пытаясь понять его мотивы и оправдать свои действия. Отказаться от любых отношений с Армином, пока он не разведется? Глупо, можно потерять целый год! А что, если он не разведется? Вдруг поймет, что чуть было не совершил ошибку? Почему именно год надо жить порознь? Почему они не разъехались раньше? Неужели я послужила причиной? Правда ли, что они не делили одну спальню все это время? Моя голова разрывалась от мыслей, крутящихся хороводом.

Работая в брачном агентстве, я столько раз наблюдала, как к нам за невестами приезжали женатые мужчины, которые предпочитали не разводиться, пока не будет той, ради которой это нужно было бы сделать! Sicher ist sicher, чтобы уж наверняка. А еще я никогда не понимала девушек, заводящих романы с женатыми! Мне казалось, это так унизительно, неправильно, некрасиво! А сейчас я сама сижу в темной комнате и пытаюсь сама себе объяснить, что я не поступаю неправильно.

Внутренняя борьба никак не хотела заканчиваться, пока я не сказала себе: «Хватит!»

Прошла целая вечность перед тем, как я подошла к Армину и тихо сообщила ему, что я в порядке:

– Давай сделаем вид, что этого ничего не было. У нас впереди путешествие, и мне не хочется его портить.

– Я думал уже, что мы никуда не поедем.

Я слышала, как он с облегчением выдохнул:

– Прости, что так получилось, надо было, наверное, сразу тебе все рассказать.

– Ничего не говори. Не хочу ничего слушать, – улыбнулась я, пряча грустные глаза. – Давай поужинаем. Что приготовить?

– Пошли лучше в ресторан! В итальянский или стейк-хаус? Или ты все еще не ешь после шести? – подмигнул Армин, и напряжение немного ослабло.

– Ем, конечно! Это тогда был повод тебя продинамить, а ты и не понял. Пошли, куда хочешь, мне все равно, я закажу какой-нибудь салатик.

Мы взяли с собой Бакари и поехали на машине в ресторан. Да, кстати, этот момент, что мы повсюду таскали с собой собаку, мне показался странным, но Армин объяснил, что тут так принято, собаке в любом ресторане даже дадут миску с водой. Другая страна – другие обычаи. В России с собакой, особенно такой здоровой, ни в один приличный ресторан не пустят.

Последующие два дня я гнала от себя дурные мысли и изо всех сил старалась получать удовольствие от общения с Армином, знакомства с его друзьями детства и прогулок по лесу с Бакари. Неуютное чувство внутри я пыталась маскировать изо всех сил, и у меня это вполне успешно получалось.

– Ты купальник не забыла? – спросил Армин, когда его приятель отвозил нас в аэропорт.

– Взяла три! Так куда мы летим, ты мне так и не скажешь? – поинтересовалась я, подняв правую бровь и сложив губы бантиком.

– Сначала – во Франкфурт. А потом кое-куда еще, – загадочно ответил Армин, а я пыталась разгадать загадку:

– В Сингапур? Во Вьетнам? В Бразилию? В Таиланд? – Я перечисляла все страны, где мог бы понадобиться купальник в октябре месяце.

– Я тебе не скажу, не пытайся угадать! – засмеялся он, а я изобразила обиженную девочку.

– Ну ладно! Самое позднее, я узнаю, когда мы сядем в самолет.

Мы сдали багаж, прошли паспортный контроль, и я приготовилась ждать долгого перелета с множеством пересадок. Одно радовало: в самолете делать все равно нечего, поэтому мы сможем пообщаться. До этого я ни с кем не проводила совместный отпуск, не считая поездки на Гоа с Фирдосом, но там мы были скорее дружеской компанией, а сейчас я лечу одна с мужчиной. Мысль о том, что он женат и где-то в Германии, в соседней от него деревне, живет эта немка Юлия, а может быть, она даже гуляет в этот самый момент вместе с его сестрой и собакой по лесу, постоянно пыталась пробиться ко мне в голову, словно птица, которая хочет влететь в дом через закрытое окно. Я ее не пускала.

«Впереди отдых, солнце, море, пляж, романтика… не надо это все портить», – говорила я себе, и у меня почти получалось.

Во Франкфурте Армин выдал мне посадочный до Бангкока.

– Я так и знала! Мы летим в Таиланд! Тайскими авиалиниями! А куда? Я была в Паттайе!

– Да, ты мне рассказывала. Мы летим в другое место, тебе понравится.

– Я летала в Таиланд однажды, с подругой, и это был февраль. А разве сейчас не сезон дождей?

– Как раз скоро начнется. Мы успеем до дождей, не волнуйся.

Больше никаких вопросов мне задавать не хотелось. Вообще не хотелось ни о чем думать, я попросила у стюардессы вина, чтобы расслабиться.

Вообще, летать тайскими авиалиниями – одно удовольствие! Всегда дружелюбные и услужливые таечки, очень вкусная еда, нормальной ширины кресла, куча фильмов, которые можно посмотреть практически на любом языке… но все равно я терпеть не могу длительные перелеты!

Вино приятно растекалось по венам, мысли улетали куда-то далеко, эффект был достигнут. Надо сказать, что вино на меня всегда действовало так… умиротворяюще, и одного бокала мне вполне хватает, чтобы, нет, не напиться, а именно расслабиться. Мне сразу хочется обниматься, нежиться, ласкаться. Так было и в тот раз! Я прижалась к Армину, положила голову ему на плечо и почувствовала себя в какой-то безопасности, что ли… Дурные мысли отступили, совесть больше не капала на мозг, я летела с любимым человеком в отпуск. Впервые я летела отдыхать с мужчиной. За 13 часов перелета мы, кажется, даже ни разу не включили телевизор! Мы общались, смеялись, строили планы. Периодически возникало странное жжение в груди и шее, будто кто-то тянет за поводок и не дает нормально вдохнуть, но я могла его контролировать и заталкивать куда-то далеко, в глубину своей головы. Это было очень похоже на то, как подростки прибираются в своих комнатах. Знаете, когда весь мусор, все разбросанные вещи заталкиваются под кровать или в шкаф подальше, чтобы не было видно? Вот и я точно так же запихивала свои мысли, утрамбовывала их покомпактнее, чтобы они не мешались. Вроде получалось.

В Бангкоке у меня в руках оказались наши посадочные – мы летели на Самуи! Я слышала об этом райском месте, облюбованном немецкими молодоженами. Многие летали на этот остров, точнее, на его определенную часть, именно в медовый месяц. Белый песок, лазурная вода, мягкий климат, хорошие отели и вкусная еда… И целая неделя в объятиях любимого. Я постараюсь сделать все, чтобы просто наслаждаться отдыхом!

Когда мы подъехали к отелю, мне показались немного странными уверенные действия Армина. Он точно знал, куда идти, как будто был тут не впервые. Я набрала воздуха в легкие и решилась:

– Ты тут уже был?

– Да, но всего один раз, – ответил мне Армин, не глядя мне в глаза.

Удар поразил меня в самое сердце. Я поняла. Он был здесть с Ней. В их медовый месяц. Он привез меня в тот отель, куда они с Юлией летали после свадьбы. Мне казалось, что это какой-то странный тупой сон, который вот-вот закончится. Я не могла поверить, что это происходит со мной. Я уже было договорилась с собой, что на время отдыха я забуду о том, что Армин все еще женат, но как я смогу сделать это, если мы прилетели в тот самый отель, и я не удивлюсь, если мы будем жить в том самом номере! Я проглотила ком, стоящий в горле, и попыталась улыбнуться. Какие еще сюрпризы ожидают меня в этих отношениях? Может, он прячет от меня детей? А что, вполне возможно! То есть нет, не прячет, а просто о них не говорит? Не удивлюсь уже ничему.

Глава 11
Медовый месяц

Мне очень трудно об этом вспоминать, ведь я уже давным-давно затолкала эти воспоминания в дальний ящик стола под стопку исписанных писем и бумаг, и за эти годы они покрылись таким толстенным слоем пыли, что сейчас, вороша их, у меня чешется в глазах и невыносимо щекочет в носу. Сдувая эту пыль, я снова ей дышу, она кружится в воздухе, оседает на моих волосах, руках, одежде, пачкает все вокруг, и потом придется ее стряхивать. Очень неприятное чувство.

Тогда, в Таиланде, мне было не с кем это обсудить. Мама и так была не в восторге от нашего романа, а расскажи я ей, что мой принц женат, да еще и привез меня в ИХ место, она бы точно покачала головой и сказала срочно собирать вещи и бежать, сверкая пятками! Если честно, у меня тоже были такие мысли, но что-то меня останавливало, я будто чувствовала, что нужно это перетерпеть. Однако себе я постоянно задавала один и тот же вопрос: «Ну не могла же я так ошибиться? Не могла же?»

К Армину у меня были чувства. Такие, о существовании которых я раньше не знала. Они резко отличались от тех, что я испытывала к Алту, и от тех, что были между мной и Фирдосом. Это сложно объяснить, но ни малейшего сомнения, что я ждала именно Его, у меня не было. Поэтому все эти странные препятствия, к которым я не была готова, абсолютно не вписывались в мою картину мира.

Знаете, так или иначе, мы растем на добрых книгах, на сказках со счастливым концом и на прекрасных фильмах, где есть только два главных героя и одна главная сюжетная линия с небольшими ответвлениями. На деле же может оказаться все совсем иначе! Каждый из нас – главный герой своей жизни, у каждого есть свой сюжет, и каждый пишет свой сценарий самостоятельно. Второстепенных героев в реальности не существует, но чтобы это понять, нам нужно прожить множество ситуаций, встретить множество людей и даже, наверное, совершить множество ошибок.

Когда ты сталкиваешься с другой главной героиней впервые, и волею судеб в твоем сценарии режиссер дает ей роль второго плана, ты почему-то напрочь забываешь о том, что в ее сценарии роль осталась главной… Видя, что ее позиции ослабли и жизнь уходит из-под контроля, вторая героиня всеми силами пытается вернуть себя назад на первую позицию. Наверное, это звучит как-то странно, да?

Места, где они провели свой медовый месяц, видимо, было недостаточно. Она присутствовала в нашем отпуске ежедневно в виде эсэмэсок Армину на телефон. Каждый раз, слыша входящий рингтон, я вздрагивала: «А вдруг это опять Она?»

Я не хотела устраивать никаких разборок, не хотела портить только начавшиеся отношения, вообще не хотела поднимать эту тему, но чувствовала, как внутри все закипает, прятать эмоции внутри удавалось с трудом.

Признаюсь честно, я несколько раз залезала в его телефон, пока он был в душе. Зачем я это делала? Наверное, для того, чтобы убедиться в отсутствии именно любовной переписки. Возможно, я искала доказательства, в первую очередь для себя самой, что там у него все действительно остыло. Все сообщения сводились к какой-то бессмыслице!

– Где ты оставил Бакари? Я за него волнуюсь.

– Не переживай, он живет у Андреа.

– Хорошо, я приеду навестить нашего мальчика. Он, наверное, соскучился по мамочке.

Я читала и с трудом контролировала рвотный рефлекс! «Наш мальчик», «Соскучился по мамочке!».

«Ааааааа, да она больная на голову! Кто называет собаку ребенком, а себя его мамой!» – думала я про себя, округляя глаза от удивления. Я тогда еще не знала, как трепетно все немцы относятся к домашним питомцам…

Однажды вечером, пока мы смотрели какую-то любовную комедию, а на улице шел ливень, телефон Армина не замолкал ни на секунду! Было такое чувство, что Юлия решила во что бы то ни стало испортить нам вечер. Не знаю, что именно она писала, но даже он психанул и выключил телефон. Я тогда еще подумала, почему бы ему ее не заблокировать…

– Кто-то настойчиво пытается меня достать и испортить нам с тобой отдых.

– Твоя бывшая?

– Да.

– Ну ты сам ей постоянно отвечаешь, вот она тебе и пишет.

– Не могу же я ее игнорировать?

– Почему? У тебя отпуск. Со мной. – Я нарочно подчеркнула «со мной».

– Она только вышла из больницы. Как бы обратно туда не угодила!

– Из больницы? Что случилось?

И Армин мне рассказал, что она настолько болезненно переживала их разрыв, что перестала есть. Из-за нестабильного психического состояния Юлия попала в больницу, и он чувствовал себя ответственным за нее. «С одной стороны, – думала я, – он ведет себя странно, не обрывая предыдущие отношения, а с другой – это характеризует его как человека ответственного». Я не могла понять, что из этого лучше для меня.

У меня получалось отключать внутренние разговоры с самой собой с переменным успехом, я пыталась изо всех сил договориться со своим внутренним голосом, что судить обо всем слишком рано, я не знаю ситуации до конца, а узнавать и обсуждать ее у меня не было моральных сил. В какой-то степени мне приходилось играть и изображать счастье и беззаботную легкость. Возможно, именно этим я, в конечном итоге, и пленила своего будущего мужа, – тем, что не выносила ему мозг.

Мы ездили по острову на скутере, купались в бирюзовой воде, лениво валялись на пляже и ходили на тайский массаж. Каждый вечер, когда на улице был ливень, мы забирались под одеяло, смотрели какую-нибудь комедию на английском, а потом засыпали в обнимку. Армин, в отличие от Алту, любил обнимать меня во сне. С ним было так спокойно и комфортно, я слышала его дыхание мне в ухо, чувствовала, как колотится его сердце, и ощущала себя в безопасности в его сильных руках. Ради этого чувства я готова была заключать сделки со своей совестью и внутренней занудой. Каждый раз, засыпая, я думала, что хочу чувствовать это всегда. С ним было уютно. Именно уютно. Как дома.

Отпуск очень быстро подошел к концу, и на следующий день после того, как мы вернулись в Германию, мне уже надо было возвращаться в Санкт-Петербург. Я улетала со смешанными чувствами какой-то недосказанности и неопределенности, хотя за эти почти две недели мы с Армином стали гораздо ближе…

Глава 12
Дома ждут сюрпризы

Когда я пришла в офис, то с удивлением обнаружила, что на моем месте уже сидит новая сотрудница.

– Я не могла ждать, когда ты приедешь. Маша одна не справляется. Да и потом, чувствую я, ты скоро выскочишь замуж, – сказала мне Аня.

– Ань, я не выйду замуж в этом году уже точно. Он еще не развелся.

– В смысле? Ты хочешь сказать, что он женат? – округлила глаза моя начальница.

– Ну да. Случайно узнала.

– Вот это да! Ладно, я подумаю, что нам с тобой сделать. Без работы ты не останешься, не переживай!

Аня была очень хорошая. Несмотря на то что во всем ее образе чувствовалась невероятная сила, я видела в ней подругу, старшую сестру или родную тетю, с которой было хорошо и спокойно, у которой были тридцать три невероятные истории на все случаи жизни, с которой можно было пошутить, выпить вина, вдоволь наболтаться, но в то же время я смотрела на нее снизу вверх и училась. Мне хотелось быть в чем-то на нее похожей.

Аня постоянно худела. Это так забавно! Меня всю жизнь окружают люди, которые пытаются сбросить вес. Эта высокая красивая статная женщина с русыми волосами ниже попы и невероятно выразительным славянским лицом в юности работала моделью. Самой настоящей! Летала в Париж ходить по подиуму, участвовала в съемках и рекламных кампаниях! Аня показывала свои фотографии того времени, и мы с девчонками охали и ахали, до чего она была хороша! Выйдя замуж и родив двух дочек, она изрядно поправилась и никак не могла прийти в прежнюю форму.

– Я слишком много работаю дома. А дома я работаю на кухне. А на кухне стоит холодильник. Вот и причина! – смеялась Аня.

Небольшая полнота ее не портила, но немного простила внешность. Зато какие у нее были волосы! Длинные, густые, потрясающего русого цвета!

– Когда я влюбляюсь, они рыжеют, – говорила Аня, – мне муж об этом рассказал.

А муж ее приходил к нам в офис практически каждый день с красной розой. Просто порадовать жену. Мы с девчонками смотрели на них и невольно улыбались: «Как чудесно!»

Девушкам, которые находились у нас в базе, были необходимы фотографии для портфолио. У меня была профессиональная камера и когда-то законченные курсы фотографов. И поскольку в Петербурге я планировала задержаться, Аня предложила мне вакансию штатного фотографа, я согласилась.

Примерно в это же время, откуда ни возьмись, словно чувствуя мое подвешенное состояние, мне снова стал звонить Фирдос.

– Бейби, может, ты хочешь вернуться? Я поговорю с Данишем, и он возьмет тебя на работу. Может, тебе деньги нужны? Я пришлю, ты только скажи!

– Нет, дорогой, спасибо, мне ничего не нужно, я поживу немного дома, столько лет тут не была, соскучилась. Прости.

Фирдос не терял надежду меня снова увидеть, но вот какой вопрос мучает меня сейчас, тогда я об этом не думала: «Почему же он сам не прилетел, не захотел вернуть меня?» Мне кажется, прояви он настойчивость, я бы, возможно, дала нам второй шанс… А может, и нет… В любом случае, просто так из моей жизни Фирдос исчезать не хотел, а моя жизнь в тот момент представляла собой одну сплошную неопределенность…

Глава 13
Давай жить вместе!

– У меня для тебя отличные новости! – в какой-то немыслимой эйфории позвонил мне Армин. Мы не виделись с ним больше месяца, но созванивались по скайпу каждый день. Я почти примирилась с мыслью о том, что он пока не свободен.

– Ты развелся, что ли? – попыталась пошутить я. Я уже боялась его «новостей».

– Нет, но я знаю, как мы можем жить вместе! – не унимал он свою радость и чувство гордости за то, как круто он все придумал.

– Пожениться нам надо, вот как. Другого варианта нет. Мне визу в Германию будет получить нереально, они очень неохотно ее дают незамужним девушкам до тридцати, а то и до пятидесяти.

– Нет. Я поговорил со воими друзьями, Питером и Мелани, ты поедешь к ним как au pair.

Au pair – это что-то типа няни, которая приезжает из-за границы, живет в семье, занимается детьми, помогает по хозяйству и учит язык. Многие европейские семьи берут себе в дом такого помощника, обеспечивают жильем, питанием, деньгами на карманные расходы и оплачивают языковые курсы. Это получается довольно выгодно, так как няня в той же Германии стоит гораздо дороже.

– А как я получу визу au pair? – не понимала я.

– Я все сделаю! Подам за них анкету, соберу все документы, тебе нужно будет только прийти на собеседование.

Моей маме эта идея сразу не понравилась. Она не понимала, зачем мне ехать к Армину на три месяца в качестве непонятно кого. Схема была действительно мутная, меня это все тоже немного смущало, но другой возможности быть вместе у нас не было.

– Я поеду на Новый год. Ну вернусь если что, не переживай! – отвечала я маме, но сама возвращаться, естественно, не планировала.

– Пусть женится, раз у него серьезные намерения! – Я не узнавала свою маму в этой строгости. Видимо, наученная горьким опытом моих предыдущих отношений, она уже совсем не доверяла иностранным ухажерам.

– Мам, ну ты не понимаешь! В Германии так не принято! Сначала надо пожить вместе… – О том, что Армин официально все еще находится в браке, я умолчала. Мне казалось, что, узнай она эту деталь тогда, она меня ни за что к нему не отпустила бы.

Надо отдать должное, Армин действительно заморочился, и чуть ли не через две недели все документы были собраны, меня пригласили на собеседование для получения трехмесячной визы. Спрашивали, где я познакомилась с семьей, почему именно меня выбрали, чем я занимаюсь в Петербурге. Мое положение было достаточно шатким: в тот период я не занималась по документам ровным счетом ничем, Питера и Мелани я лично не знала, да и вообще учить немецкий не очень-то и хотелось. Конечно, на собеседовании я озвучила другую версию: познакомились мы в отеле в Турции, я безумно люблю их детей, мечтаю узнать получше немецкую культуру, на работу планирую устроиться в папину гостиницу по возвращении. Визу мне дали через неделю, и чуть ли не на следующий день я уже стояла с большим чемоданом в Пулково, не давая бабочкам в моем животе вырваться наружу. Я дико нервничала, но была настроена решительно: «Была не была, лучше сделать и жалеть, чем наоборот!»

Я летела встречать Новый год вместе с любимым, а все остальное было не важно.

Глава 14
С новым счастьем!

Новый год в Германии, в отличие от России, праздник неважный и несемейный. Обычно с размахом немцы празднуют католическое Рождество, а в новогоднюю ночь либо идут на гулянья, либо приглашают домой друзей, либо просто взрывают петарды на улице. По телевизору показывают какие-то рестроспективные программы или музыкальные чарты. Я прилетела аккурат накануне с чемоданом, полным презентов, и большими надеждами на будущее. Мне казалось, что теперь я буду в официальном статусе его девушки, а раз я буду жить у него, его бывшая наконец-то свыкнется с мыслью, что у нас с ним все серьезно. Ох, как же я ошибалась…

Праздновали мы дома у Андреа, и чувствовала я себя не в своей тарелке. Во-первых, потому что не знала традиций и языка, а во-вторых, потому что я чувствовала, что сестра Армина изо всех сил противится тому, что я прочно закрепилась в его жизни. Нет, внешне она была мила и приветлива, но, зная, что они с Юлией подруги, я представляла, о чем могут быть их разговоры.

Когда часы пробили полночь, Андреа подошла ко мне с бокалом и сказала:

– Добро пожаловать в семью!

– Большое спасибо, – ответила я, но меня почему-то передернуло.

Сославшись на усталость, я попросила Армина пойти спать пораньше.

– Да, пойдем, я тоже не собираюсь пить до утра, в отличие от Питера, мужа Андреа.

В этом мы с ним были похожи: я никогда не любила шумные вечеринки и алкоголь, для меня было важнее вовремя лечь спать, и было абсолютно все равно, новогодняя это ночь или какая-то другая, ведь наутро будет очередной самый обычный день.

В Новый год мы вступили как пара, и от осознания этого у меня по всему телу разливалось приятное ощущение какой-то стабильности и важности. Его съемная квартира внезапно стала «нашим домом», и я с полным правом смогла разложить привезенные вещи по полкам, ведь теперь я там жила.

Армин не забывал регулярно напоминать о том, что он меня любит, он не пропускал ни единой возможности сказать мне об этом. Готовила ли я ему борщ, гладила ли я белье или просто сидела за компьютером, я постоянно слышала «Я тебя люблю», такого проявления чувств у меня никогда не было. А еще он любил подходить сзади и обнимать меня за плечи.

Проблемы начались тогда, когда закончились выходные. Свободное время – это всегда концентрация позитива, мы стараемся провести время с любимыми и уделить им внимание. Когда Армин прилетал ко мне в Петербург, он был свободен от деловых встреч, телефонных звонков и бизнес-проектов, у меня же была работа и учеба, которую я максимально старалась отодвинуть на второй план – на пару дней это не составляло труда! Приехав в Германию на несколько месяцев, я обнаружила, что кроме домашнего хозяйства мне заниматься абсолютно нечем! Армин жил в маленьком городке, где даже до ближайшего продуктового магазина нужно было проехать восемь километров, а автобус ходил раз в полтора часа. Ни друзей, ни занятий у меня не было, как не было знаний языка и разрешения на работу. Конечно, я готовила и наводила порядок по нескольку раз на дню, но с моей деятельной натурой это было сродни заключению в одиночной камере. Армин весь день работал, да еще и из дома! Если вы думаете, что это хорошо, вы сильно ошибаетесь! Мне нельзя было ни смотреть телевизор, ни слушать музыку, ни даже кипятить чайник, ибо посторонние звуки мешали его телефонным переговорам! Телефон мог зазвонить в любой момент, и у меня было такое чувство, что он разговаривает по нему круглые сутки! Чтобы хоть как-то развлечь себя, я ходила в лес гулять с Бакари. Я ненавидела и прогулки, и сидеть в четырех стенах. Как я ни пыталась объяснить Армину, что эта жизнь не для меня и что скоро я завою на Луну, он не понимал!

Глава 15
Карнавал

В месте, где мы жили, есть одна интересная традиция, и называется она «Карнавал». Не знаю, как вы, но я при слове «карнавал» думаю о ярких открытых костюмах и самбе на улицах Рио-де-Жанейро. Представьте и вы это пестрое и веселое шествие разнаряженных жителей, перенесите его в холодный февраль в Северную Рейн-Вестфалию, добавьте немецкое пиво и задорные песенки, и получится примерно то, что возводится в культ в двух соседствующих городах – Кельне и Дюссельдорфе.

Этот карнавал знаменит, к сожалению, не только красивыми костюмами, но и вседозволенностью, и большими дозами алкогольных напитков. Жители Кельна и Дюссельдорфа постоянно соревнуются друг с другом в том, у кого карнавал пройдет пышнее, веселее и богаче! По главным улицам этих городов несколько часов подряд идут и едут на украшенных машинах наряженные клоуны, принцессы, короли, бароны, всевозможные оркестры, девушки, несмотря на погоду, одетые в короткие карнавальные платья. Все поют, кричат приветствия, бросают в толпу зрителей конфетти, конфеты, раздают стаканчики с пивом и вином. Заканчивается шествие на одной из больших площадей города приветствиями участников и концертом. Звучит очень весело, и это реально так!

Быть в этих краях во время кульминации карнавала, Rosenmontag, и не увидеть его собственными глазами – это преступление! И наплевать на пьяную молодежь, это реально очень красиво и необычно!

Я пыталась изо всех сил уговорить Армина поехать в город посмотреть на праздник, но он не поддавался!

– Я ненавижу карнавал, все пьяные, постоянно кто-то с кем-то дерется. Там нечего смотреть!

– Но я этого не видела, а столько о нем читала! Ну пожалуйста! – не унималась я.

– Нет, я не поеду. – Армин был непреклонен, и мне казалось это очень странным! Неужели он совсем не хочет хоть как-то познакомить меня с его страной, культурой и традициями?

– Тогда я поеду с соседкой, – заявила я безапелляционно.

В тот день я все-таки побывала на Кеннигсалее в Дюссельдорфе и наловила там целый мешок конфет. Карнавальная процессия действительно длилась несколько часов, и украшенные повозки были одна интереснее другой! Тут были и ведьмы, и принцессы, и пираты Карибского моря, и даже огромная статуя Ангелы Меркель из папье-маше! Люди пили пиво, знакомились и фотографировались друг с другом на улице, все были радостными и беззаботными. Этот праздник чем-то напоминал нашу традиционную Масленицу, только чучело никто не сжигал. Получив колоссальное удовольствие, я вернулась домой, уставшая, но довольная. По лицу Армина я поняла, что все-таки от моей «выходки» он не был в восторге.

Глава 16
Ревность

Каждый мой день был похож на предыдущий, и мне было невозможно скучно…

– Дорогой, мне тут абсолютно нечем заняться…

– Извини, я занят, а ты приберись дома, а то очень грязно. Все русские девушки такие неряхи?

Через некоторое время я поняла, что ему не нравится ни то, как я убираюсь, ни то, как я готовлю. Надо сказать, я очень старалась: щи, борщи, котлеты, пироги… Все свежее, в лучших традициях русской кухни, но все это было абсолютно не в его вкусе! Он сам хорошо готовил, и в конечном итоге я устала метать бисер. «Раз ему не нравятся мои старания, пусть готовит сам!» – мне кажется, любая бы так сказала!

В очередной выходной, когда я снова завела шарманку про то, как мне скучно сидеть взаперти, что я чувствую себя, как котенок, брошенный в воду без помощи, Армин предложил поехать на чай к его маме.

Сильвия была, как всегда, холодно-приветлива, ее пирог был очень вкусный, а на полке неизменно стояла фотография Юлии в красивой рамке. Я почему-то совсем про нее забыла: и про фотографию, и про Юлию.

Когда мы вернулись домой, я очень мягко попыталась сказать Армину, что мне кажется это неправильным: мы уже живем вместе, а ее фото все еще на почетном месте в доме его мамы. Вы бы видели его реакцию! Мне казалось, что из него чуть ли не пар шел! Армин завелся так, будто я его оскорбила, взял собаку, хлопнул дверью и ушел. Не было его, наверное, час, и вернулся он все еще на взводе.

– Я что, попросила что-то сверхъестественное? Почему ты не можешь намекнуть своей маме, что мне неприятно видеть фото твоей бывшей?

– Закроем тему. Я не хочу ее развивать. Я сейчас очень зол.

Честно, я не понимала ни этого упрямства, ни его реакции. Мне казалось, что одну страницу можно закрыть, если ты намерен открывать другую, да и кто может мириться с фото бывшей в рамке?

Да, я его ревновала. Внутри меня словно обрывалась струна, когда я слышала имя Юлия, оно упорно ассоциировалось у меня с его бывшей. С тех пор как в мою жизнь вошел Армин, он притащил с собой чемодан с именем Юлия. И хотя они были женаты недолго, и вроде как он с ней в тот момент разводился, но меня не покидало ощущение, что общаться он с ней продолжает. Когда бывшие муж и жена, то есть еще не бывшие, а только разъехавшиеся и подавшие на развод, общаются, это уже прошлое или еще нет? Вы как думаете?

Однако, анализируя свои чувства, я могу сказать, что ревновала я его именно к прошлому: к тому, что у него с ней был опыт, что он ее видел в белом платье, что он ее нес на руках через порог, что она кидала букет и танцевала с ним вальс, что она всегда будет первой женой. Это чувство съедало меня изнутри, я не могла найти себе места. Мое положение тогда мне самой казалось таким никчемным! Во-первых, быть второй после нее, а во-вторых, я должна была мириться с ее присутствием в нашей жизни. Пусть в виде фотографий и телефонных звонков.

Я ревновала ко всему: к тому, что у них была настоящая свадьба, к тому, что они завели вместе собаку, к тому, что они летали в медовый месяц, а у нас на тот момент не было вообще ничего общего! Мы говорили на разных языках, выросли на разных фильмах и только-только начали жить вместе, и эта жизнь была явно не такой, как я себе представляла! Единственное, по какому поводу я спала спокойно, – у них не было общих детей. Юлия считала, что 33 года – это слишком рано. Она, кстати, была его старше на полгода. Когда я все-таки решилась спросить, почему у них не срослось, я услышала от Армина сотню причин: она пыталась его к себе привязать, ограничила его общение с друзьями, дома не готовила и вообще вела себя совсем не так, как подобает любящей жене. Я старалась не повторить ее ошибок, но у меня плохо получалось. Взять хотя бы готовку! Он просто не ел то, что я ему делала.

Когда ему нужно было уходить на деловые встречи, я оставалась дома с их собакой. Бакари был абсолютно не приучен к одиночеству, скулил и лаял на весь дом. Армина могло не быть пару часов, а иногда и пару дней, и все это время я кормила и выгуливала огромного недрессированного пса.

Дома было настолько невыносимо скучно, что я решила фотографировать все, что готовлю, и выкладывать в блог на каком-то кулинарном форуме. Сейчас я думаю, как жаль, что тогда не было Инстаграма! У меня бы сейчас было на пару миллионов подписчиков больше.

Я безумно тосковала по работе! Точнее, по какой-то бурной деятельности! Но без языка и транспорта я была связана по рукам и ногам, а у Армина совершенно не было на меня времени. Я помню, как просила его записать меня на курсы немецкого и в спортзал. Почему он этого не сделал, я не помню, но факт остается фактом – я ощущала себя брошенной.

– Ты же жила в других странах, почему ты не можешь найти себе занятие?

– Изначально в других странах у меня была хотя бы работа и какое-никакое общество и общение, – отвечала я, казалось бы, очевидные вещи.

Армин не хотел понимать, что единственной причиной, по которой я находилась в его стране, был он. В Турцию меня позвала, во-первых, любовь к этой стране и культуре, а во-вторых, работа по специальности, а в Индию я уехала за компанию с подругой. Почему он никак не мог понять, что ситуация в Германии была абсолютно иной? Не мог понять или не хотел понимать? Может быть, и то, и другое.

Месяца через полтора не выдержал ни он, ни я. Я попросила Армина купить мне билет обратно, что он и сделал.

– Завтра у тебя самолет. Я отвезу тебя в аэропорт.

Когда я услышала эти слова, на меня словно камень рухнул. «Все кончено», – подумала я.

Pulsuz fraqment bitdi.

Любовь с немецким акцентом

Алиона Хильт

4,7

104 qiymət

rəy

Fraqment oxumaq

9,23 ₼

Janr və etiketlər

Xoşbəxtlik axtarışında

Yüngül nəsr

Yaş həddi:

16+

Litresdə buraxılış tarixi:

26 aprel 2019

Yazılma tarixi:

2019

Həcm:

284 səh. 58 illustrasiyalar

ISBN:

978-5-04-100866-6

Müəllif hüququ sahibi:

Эксмо

Yükləmə formatı:

epub, fb2, fb3, ios.epub, mobi, pdf, txt, zip

Kitabı oxu: «Любовь с немецким акцентом»

***

Часть 1

Глава 1
На крыльях

*** * ***

Глава 2
Иностранные женихи

Глава 3
За расставанием встреча

*** * ***

Глава 4
На расстоянии

Глава 5
Странная идея

Глава 6
По газам

Глава 7
Знакомство с родителями

Глава 8
Свадебный переполох

Глава 9
В гостях

Глава 10
Неужели это ошибка?

Глава 11
Медовый месяц

Глава 12
Дома ждут сюрпризы

Глава 13
Давай жить вместе!

Глава 14
С новым счастьем!

Глава 15
Карнавал

Глава 16
Ревность

Janr və etiketlər

Bu kitabla oxuyurlar

Oxşar kitablar

Müəllifin digər kitabları

Kitabı oxu: «Любовь с немецким акцентом»

***

Часть 1

Глава 1На крыльях

* * *

Глава 2Иностранные женихи

Глава 3За расставанием встреча

* * *

Глава 4На расстоянии

Глава 5Странная идея

Глава 6По газам

Глава 7Знакомство с родителями

Глава 8Свадебный переполох

Глава 9В гостях

Глава 10Неужели это ошибка?

Глава 11Медовый месяц

Глава 12Дома ждут сюрпризы

Глава 13Давай жить вместе!

Глава 14С новым счастьем!

Глава 15Карнавал

Глава 16Ревность

Janr və etiketlər

Bu kitabla oxuyurlar

Oxşar kitablar

Müəllifin digər kitabları

Глава 1
На крыльях

*** * ***

Глава 2
Иностранные женихи

Глава 3
За расставанием встреча

*** * ***

Глава 4
На расстоянии

Глава 5
Странная идея

Глава 6
По газам

Глава 7
Знакомство с родителями

Глава 8
Свадебный переполох

Глава 9
В гостях

Глава 10
Неужели это ошибка?

Глава 11
Медовый месяц

Глава 12
Дома ждут сюрпризы

Глава 13
Давай жить вместе!

Глава 14
С новым счастьем!

Глава 15
Карнавал

Глава 16
Ревность