Kitabı oxu: «Красота в твоих глазах»
Иногда то, что другие пытаются в нас исправить,
оказывается нашим самым ценным даром.
Глава первая
Клаус выглянул в окно. Серость, разлившаяся по улицам деревни в последние дни, могла свести с ума кого угодно, но только не его. Он увидел, как из влажной почвы пробивается росток. Услышал, как шуршит сонный жук, выбираясь на поверхность. Посмотрел на небо и увидел, как Великий Декоратор меняет небесную простыню: стягивает серую, отправляет ее в стирку и вместо нее разворачивает ярко-голубую, с широкими белыми мазками.
Он отошел от окна и поправил на полке маленькие баночки с медом, собранным в разное время года. Он вспомнил слова отца: «В каждом меде есть свое время. В одном — тишина холодных дней, в другом — первый звон ручья, в третьем — зрелое солнце, а в четвертом — мягкая полнота урожая». Клаус любил открывать баночки и вслушиваться в их запах. Всякий раз, отправляясь в дорогу, он брал немного меда с собой — как напоминание о том, что в каждом времени есть своя красота.
Но кое-что омрачало существование Клауса. Он не видел того, что видели другие жители деревни: жижу под ногами, грязные лужи, тощие деревья, исхудавших за зиму бродячих животных. Ему было даже любопытно — как все это выглядит? Но, как ни старался, увидеть этого он не мог. Клаус решил, что у него проблемы со зрением, и отправился к доктору.
Тот сначала хотел выписать ему очки от мечтательности или сироп от чрезмерного воображения, но, присмотревшись внимательнее, беспомощно развел руками:
— Послушай, Клаус, у тебя редкий случай — оптическая аномалия. Твой хрусталик настроен не на тот мир, в котором живу я и другие жители. Ты видишь золото там, где я вижу ржавчину. Боюсь, мой сироп тут не поможет.
Слова доктора будто застряли где-то внутри и теперь тихо звенели всякий раз, когда Клаус смотрел на мир. Он снова стоял у окна, пытаясь увидеть хотя бы немного той ржавчины, о которой говорил доктор. Но вместо этого видел, как ветер осторожно касается ветвей деревьев, как светлеет небо, как в лужах отражается движение облаков.
— Я и правда не такой, как все, — тихо сказал он.
Глава вторая
В дверь настойчиво постучали. Не дожидаясь ответа, в дом вошел Грум, сосед Клауса. Он захлопнул дверь так, будто решил на ней выместить все свое недовольство.
— Из года в год одно и то же! — раздраженно бросил он. — Терпеть это не могу! Ни весну с ее простудами, ни осень с ее тучами. Летом — зной, зимой — холод! Что за жизнь?!
Он прошел вглубь комнаты и добавил:
— Мы тут вечером собираемся у старого колодца. Обсудить, как все плохо стало, погоду, грязь…
Клаус спокойно посмотрел на него и мягко сказал:
