Kitabı oxu: «Землянка из бункера и ее ДНК»

Часть 1.Глава 1

Последнее, что я помнила, засыпая после очередной изнурительной смены, — это въедливый, надоевший гул вентиляции и сырые, холодные стены бункера. Моя жизнь текла серой однообразной полосой, и я даже представить не могла, что всё изменится в один миг, а проснусь я совершенно в другом мире.

Потревожил меня странный настойчивый толчок. Кто-то бесцеремонно тормошил меня за плечо. На секунду в голове промелькнула тоскливая мысль: неужели уже пора возвращаться на дежурство?

— О боже! Просыпайся! Когда это случилось? Ох, как же ты похожа на Камиллу! — раздался над ухом испуганный, щебечущий голос.

Я медленно открыла глаза и огляделась, тщетно пытаясь осознать, где нахожусь. Разум отказывался воспринимать картинку. Голова сильно кружилась.

— Почему похожа? Я и есть Камилла, — пробормотала я, приподнимаясь.

Мне никогда не нравилось мое мудрёное имя, вечно казалось, что меня назвали непонятно в чью честь. Но стоило мне сфокусировать взгляд на той, кто меня разбудил, как внутри всё похолодело.

Это был не человек. Однозначно. Над кроватью склонилась женщина с гладкой, лиловой кожей цвета спелой сливы. Первая дикая мысль — мутантка! Но как она пробралась сквозь кордоны охраны, да еще и попала в мою закрытую комнату?

Я открыла рот, чтобы закричать, но горло сковал спазм - я не смогла выдавить ни звука. Лиловая незнакомка, заметив, что я пришла в себя, испуганно отпрянула. Она почти добежала до противоположной стены и в отчаянии уселась на стул, обхватив голову руками.

Только сейчас я сообразила, что комната вокруг - вовсе не моя скромная жилплощадь. Стены были облицованы светлыми глянцевыми панелями, футуристические приборы мягко мигали неоном. Назвать это убогим отсеком бункера язык бы не повернулся. Это была роскошная каюта - точь-в-точь как в старых фильмах, которые нам крутили по выходным в общем зале. Но как я сюда попала?

Я решила встать. На мне были только короткие трусики и тонкая майка на бретельках, когда я ложилась спать, в моей комнате из-за экономии энергии барахлил кондиционер, и дышать было нечем.

— Женщина, перестаньте кричать, — стараясь, чтобы голос не дрожал, произнесла я, опуская ноги на непривычно мягкий пол. — Пожалуйста, объясните, как я здесь оказалась? Что это за розыгрыш, мы на каком-то морском корабле? Разве они ещё сохранились? Мы в открытом море? И... почему вы такого странного цвета?

Женщина замерла. Она уставилась на меня в полном шоке, будто увидела привидение. Впрочем, я смотрела на неё точно так же.

— Где же моя Камилла, моя хозяюшка? — испуганно зашептала она, раскачиваясь из стороны в сторону. — Почему она обменялась именно с ней? С этой бледной чужестранкой... – она разговаривала сама с собой.

В этот момент в воздухе раздалась приятная мелодия, и прямо посреди каюты соткался полупрозрачный голографический силуэт солидного мужчины в дорогом золотистом костюме. Цвет его кожи тоже был лиловым, но чуть более светлого, благородного оттенка. А лицо... лицо было точной копией моего покойного дедушки, которого я знала только по старым фотографиям!

— Ремия, добрый вечер. Как вы обустроились? — мужчина чуть хмыкнул, но тут же нахмурился, разглядывая служанку. — Что у тебя за вид? Ты словно привидение встретила. Уверяю тебя, в открытом космосе привидений не водится.

Тут его взгляд переместился на меня, и он осекся.

— Ремия... кто эта девушка с таким неестественно светлым цветом кожи? Кстати, она отдаленно напоминает мою дочь. Или... — голос мужчины вдруг громыхнул, набирая силу. — Камилла?! Ты что, осветлила эпидермис? Зачем? Это ведь всё равно временный эффект, негодница! Хотя нет... Ты не моя дочь. Я вижу это по твоей мимике. Кто это?!

— Господин... — испуганно сжалась служанка, боясь поднять глаза. — Это не Камилла. А где наша настоящая хозяйка, я не знаю.

Бедная Ремия окончательно потерялась. Она не понимала, то ли ей плакать, то ли бежать, то ли звать на помощь. Судя по её виду, «Хозяина» она боялась до судорог.

— Что значит - не знаю?! — адмирал был в бешенстве, его голограмма задрожала от ярости. — Вы находитесь на борту космического лайнера! Куда она могла деться в замкнутом пространстве? Отвечай немедленно!

Но Ремия от страха онемела. Тогда мужчина повернулся ко мне, буравя меня суровым взглядом:

— Девушка, кто вы такая и каким образом очутились в каюте моей дочери?

— Я просто легла спать у себя в отсеке, а проснулась здесь, — честно ответила я, обхватив себя руками за плечи. — Как я тут оказалась — понятия не имею. Это какая-то чертовщина.

— Ремия, немедленно набери смарт Камиллы! — скомандовал отец пропавшей.

— Не могу, господин... Вернее, могу, но её устройство лежит вон там, на прикроватной тумбочке. Она оставила его.

Лицо мужчины потемнело, став почти фиолетовым.

— Срочно вызови сюда капитана или старшего помощника!

— Хозяин, постойте... Мне кажется, я догадываюсь, где сейчас Камилла.

— И где же?

— Она обменялась с этой девушкой. Вернее, переместилась. Полностью. Настоящий обмен телами.

— Что за бред ты несешь?! — Отец здешней Камиллы окончательно потерял самообладание. — Откуда девчонке знать такие запретные техники, а главное - зачем?! Она летит на планету Хаурон, чтобы пройти преддипломную практику и наконец-то найти себе достойного мужа, в отличие от нашей планеты! Это же величайшая честь! Я с трудом выбил для неё это место, учитывая её посредственную успеваемость на факультете и совершенно отвратительное поведение!

— В том-то и дело, господин... Она не хотела ни практики, ни тем более замуж. Эти хауронцы... они очень специфические. Вы ведь сами их видели. Камилла была в ужасе от одной мысли о них.

— И в чем же их специфика, по-твоему?

— Господин, они ярко-красного цвета! Они казались ей уродливыми! Конечно, это лишь мои догадки, но то, что улетать она категорически не хотела, я знаю точно.

— Дура! Камилла ни разу мне об этом не говорила!

— Она пыталась, господин. Только вы не захотели её слушать. Помните ваш разговор на прошлой неделе? Вы просто выставили её.

— Глупая, упрямая девчонка! — мужчина сжал кулаки. — Что же теперь делать?.. Кто помог ей совершить перемещение? Где она нашла подпольного ученого? И почему эта девушка белая? У нас на планете вообще нет белого населения!

Слушая эту семейную драму, я чувствовала, что медленно схожу с ума. Меня колотила крупная дрожь. Всё внутри сжалось в тугой комок: я оказалась одна среди чужих, на каком-то межпланетном корабле, а эти лиловые существа смотрели на меня как на досадную ошибку природы. Вдобавок ко всему, стоять перед грозным голографическим мужчиной в одних трусиках и майке было невыносимо стыдно. Это напрочь лишало меня остатков уверенности и смелости.

Мужчина, который даже через проекцию внушал первобытный страх (что отлично объясняло, почему родная дочь не могла найти с ним общий язык), наконец замолчал. Он в упор уставился на меня. Я поспешно потянула с кровати простыню, завернулась в неё, как греческая статуя, и замерла, боясь пошевелиться.

— Девушка, меня зовут Адмирал Климарр, — уже тише, но с тяжелым нажимом произнес он. — Расскажи мне, откуда ты.

— С Земли.

— С Земли? Не с Флоксары?

— Что такое Флоксара? — искренне удивилась я.

Адмирал со стоном схватился за голову. Он был на грани взрыва.

— Я с Земли, — упрямо повторила я, сглотнув слюну. — Солнечная система, Галактика Млечный Путь. Вы... вы никогда не слышали о нас?

— Земля? Млечный Путь? Это же неизведанный сектор в другой галактике! — Адмирал тяжело задышал. — Каковы ваши координаты? Я даже не знаю такого названия. Наверняка в наших картах эта глушь зафиксирована под другим номером. Есть несколько секторов, которые Коалиция ещё мало изучила. Если ты действительно оттуда... до вашей планеты лететь минимум три года даже на самых передовых сверхскоростных крейсерах! Ваша система не входит в Межпланетное Содружество. Ни торговли, ни дипломатического сообщения с вами нет. Моя дочь подготовилась основательно... Но какой безумный риск! Она ведь даже не знала, что её ждет в твоем мире.

— Хозяин, простите... — робко подала голос Ремия. — Я думаю, Камилла не собиралась забираться так далеко. Она просто хотела совершить обмен с кем-то из наших, из дальнего района Флоксары, чтобы спрятаться от вас. Похоже, ученый ошибся, перемещение сработал неверно и зацепил подходящее случайное сознание и тело на другом конце вселенной.

— Так ты всё знала и не доложила мне?! — Адмирал снова переключил гнев на служанку. — Ты будешь уволена с позором и без отключения привязки! И помни: если с моей дочерью что-то случится на той отсталой, дикой Земле, ты ответишь за это головой!

— Пощадите, господин!

Адмирал Климарр перевел свой тяжелый, пронзительный взгляд на меня:

— Пока я ищу способ вернуть свою дочь, ты будешь лететь дальше по её маршруту. У тебя нет выбора. Ты будешь делать всё то, что должна была делать она: ходить на практику и изучать местные обычаи Хаурона. Капитану и экипажу скажешь, что прошла радикальную медицинскую процедуру - полностью изменила пигментацию кожи и осветлила волосы. Перекрасить тебя обратно в лиловый прямо на корабле мы не сможем, хотя это было бы идеальным выходом. Придется врать.

Слушая приказы адмирала, я с ужасом понимала, как сильно он прав. И ещё я понимала, что эта избалованная синяя Камилла, заняв мое место, попала из огня да в самое полымя. Стоило ли говорить им, в какую ловушку угодила их девочка, или пока промолчать? Я решила взять паузу на размышление.

— Скажи, девушка, — адмирал с подозрением прищурился. — Какого цвета люди преобладают на вашей планете? Неужели вы там все такие бледные? Неужели нет никого, похожего на нас?

— Таких, как вы, у нас точно нет, — тихо ответила я и решилась на полный ответ. — И я даже не представляю, как ваша дочь будет выживать и объяснять, кто она и откуда взялась. Она ведь наверняка очнулась в моем отсеке. Долго прятаться там не получится. У нас жесткие законы - каждый выживший после катастрофы обязан работать на благо общества.

— Катастрофы?! — в один голос выдохнули адмирал и Ремия.

— Да. После глобальной экологической катастрофы на поверхности Земли больше нельзя находиться. Все выжившие вынуждены существовать в подземных бункерах, которые наши предки успели построить полтора века назад.

— Замолчи... — прошептал адмирал, бледнея на глазах. — Я не хочу этого слышать.

В каюте повисла гнетущая, звенящая тишина. Слышно было только, как тихо гудят приборы жизнеобеспечения корабля.

— Это просто кошмар, — Климарр потер виски. — Быстро назови мне свое имя, фамилию, род деятельности и координаты твоего бункера на Земле. Я сейчас выведу на твой терминал звездную карту, ищи всё, что покажется знакомым. Я сделаю всё, чтобы вытащить оттуда свою дочь.

Я сделала глубокий вдох, стараясь говорить четко:

— Меня зовут Разумовская Камилла Андреевна. Мне двадцать два года. Планета Земля, город Москва, сектор Домодедово. У нас ничего не знают про инопланетян, к нам никогда никто не прилетал из космоса. По крайней мере, я об этом ни разу не слышала. Что касается точных координат... я не уверена , что смогу показать где на карте находится наша галактике. Могу назвать только внутренний адрес: тринадцатый подземный ярус, мой личный отсек номер 12456.

Показав мне карту с теми галактиками, которые еще не были толком изучены флоксарцами, я с трудом нашла свою галактику и показала нашу Землю.

-Я во всем разберусь,- сказал адмирал. А ты веди себя, как я сказал, как будто ты Камилла. Хотя навряд ли в это поверят. И для того, чтобы вернуть дочь мне придется официально вести поиск и как то наладить пока удаленно связь с правительством Земли и с дочерью. Чтобы ничего не сделали с моей дочерью и не взяли на опыты.

-Реми, а ты продолжаешь выполнять свои обязанности! Ты меня поняла?? Пока лучше не выпускай девушку из каюты. С девушкой не должно ничего случиться плохого. В идеале провести обмен и, наверное, с привлечением специалистов ученых, хотя это запрещенная информация. Ведь лететь наверняка не один год. Но я ни разу не слышал, чтобы были перемещения с планеты на планету, а не между мирами или просто душами! Все, я отключаюсь.

Адмирал Климарр отключился и мы с помощницей посмотрели на друг друга не зная, что сказать.

-Ты действительно удивительно похожа на Камиллу,- сказала она.- Я сразу и не заметила из-за цвета кожи. И имена одинаковые.

-Ремия, - произнесла я,- мне бы полежать, осознать ситуацию, это какой-то абсурд и сюрреализм. Но чего-нибудь перекусила бы. У нас сейчас наверное уже утро.

-А у нас вечер, - сказала Ремия. - Да, сейчас я закажу ужин в каюту, не пойдем в столовую. Не будем пугать людей.

-Людей ли, - пробормотала я, - и кто кого испугает.

Нам принесли ужин. На подносе лежали странные, но аппетитные блюда: что-то вроде жареных окорочков с золотистой корочкой, прозрачный суп с плавающими фиолетовыми листьями и десерт, светящийся в темноте. Что за продукты были я не поняла, но явно лучше наших наборов.

Затем обе легли на свои койки и молчали. Не знаю, о чем размышляла моя неожиданно приобретенная «Помощница», я же до конца не могла принять ситуацию. Всё это не укладывалось в голове. Корабль. Инопланетяне. Пропавшая дочь адмирала... наверное сейчас в моём бункере. Мысль о том, что где-то там, за три года полёта, лиловая девчонка орала в моей постели, была почти смешной. Почти. Потому что если это не сон, то что со мной будет завтра? Так пролежала я по ощущениям несколько часов и наконец заснула.

Глава 2

Проснулась я от крика, бедняга Ремия кричала во сне. Видимо перенервничала, все-таки женщина в возрасте. В тусклом свете аварийных ламп её морщины казались ещё глубже, а чёрное одеяние - похожим на саван. "Бедная женщина", - подумала я.

Мои мысли тут же переключились на инопланетянку, занявшую моё место. Как она там, на Земле? Как примет информацию, что поверхность планеты всё ещё смертельно опасна и ей придется все время быть в бункере?

А мои родители! Не сойдут ли они с ума, увидев лиловую девчонку. Как они там, как примут и переживут эту ситуацию? Как примут инопланетянку и всю ее историю. Надеюсь она так же может говорить на русском языке, как я на ее родном и втянется в работу. А может ее освободят от нее, как первого пришельца на планету? Кстати, я так и не знаю, как выглядит их планета Флоксар. Но видимо она очень похожа на Землю, если тела у них такие же, как у землян.

Неожиданно меня охватила волна радости. Инопланетяне существуют! Я всегда в это верила! И теперь лечу на их корабле! Это же потрясающе!

Я бы с удовольствием прогулялась по кораблю. Нужно поговорить с помощницей.

-Камилла, ты уже проснулась? - Ремия смотрела на меня настороженно, её пальцы нервно перебирали край одежды.

-Да. И очень хочу осмотреть корабль. Давай погуляем, только сначала дай мне пожалуйста одежду, не ходить же мне в нижнем белье.

Помощница протянула мне кофейного цвета комбинезон из необычного материала - мягкого, но плотного. Надев его, я удивилась, как идеально он сел. Я также надела смарт на правую руку, захотела изучить этот девайс. А на левой руке у меня были свои часы, обычные кварцевые, остались от дедушки. Я их никогда не снимаю.

Мы открыли дверь, но не успели сделать и шага из каюты, как громкоговорители взорвались тревожным сигналом:"Всем оставаться в каютах! Закрыть двери! Не открывать до особого распоряжения!"

Раздались крики, шум и мне показалось, я услышала издалека звук выстрела, такой, как из фильма.

Мы замерли в нерешительности - и это стало роковой ошибкой. Перед нами внезапно выросли две массивные фигуры в герметичных костюмах. Блеск глаз сквозь тёмные визоры шлемов леденил душу.

-Будете кричать, мы не будем церемониться.

Наручники щёлкнули на запястьях. Нас повели по коридорам, где уже строились в колонны другие девушки и некоторые со своими помощницами. Все были растеряны и напуганные. Вот и погуляла по кораблю называется.

Верхняя палуба встретила нас холодным светом и строем из пятидесяти пленниц. Без лишних слов нас разделили на группы и погрузили в челноки. Пятнадцать минут полёта - и мы пристыковались к чудовищных размеров кораблю, который перекрыл весь обзор.

В просторном ангаре нас выстроили в пять рядов. Тишину нарушали лишь сдавленные всхлипы. И тогда появился Он.

Двухметровый гигант в форменном мундире шагнул к нам, его лицо также скрывал шлем с тёмным визором.

-Девушки. Я капитан Бесенгур. Сейчас мы летим на нашу планету Рикото.

Раздался громкие вздохи, вскрики и плач.

-Тихо! Как я понимаю, вы наслышаны о нашей планете и о том, что у нас не хватает женских особей (так и сказал - особей). Каждой из Вас достанется муж, даже таким, как ты.

И он подошел к одной из помощниц, которой на вид было примерно лет 55. Эта женщина застыла в немом крике.

- Забудьте страшилки о Рикоте. Мы - цивилизованная раса. Патриархат? Да. Ну так, зато вы будете сыты, с мужем и главное с детьми.

- Переговоры с вашей планетой длятся слишком долго. Нам пришлось действовать иначе, мы не можем ждать. Но мы честны: вы узнали правду сразу. О возврате можете забыть. Рикота защищена и точных координат никто не знает.

Вот такую речь услышали мы, несчастные, похищенные со своего корабля за считанные минуты.

- Нельзя похищать людей,- крикнула красавица с лиловыми волосами. - И Как вам удалось проникнуть на корабль?

Бесенгур усмехнулся:

- Операция была подготовлена безупречно. Экипаж усыплён, их каюты заблокированы. Ваш корабль сейчас на автопилоте. Через два часа они проснутся, но мы уже будем в подпространстве. Никто не пострадал - нам не нужны лишние проблемы и отрицательная слава. Но и бросить на самотёк судьбу планеты мы не можем. Сейчас вас отведут по каютам, еду принесут чуть позже после прыжка. А пока пристегнитесь в каюте. Сразу же, как зайдете.

Нас развели по каютам. В нашей оказалось шесть девушек плюс я с Ремией. Выбрав верхнюю полку, я пристегнулась ремнями.

-Реми и часто у вас похищают женщин? Как такое могло произойти на таком огромном и наверняка защищённом корабле?

Помощница покачала головой:

- Единичные случаи, да и то это было с другими планетами. Я в ужасе, не представляю, что делать.- А как ты связывалась с отцом вашей Камиллы или он сам всегда звонил ? У тебя с собой телефон?

-Я не знаю, что такое телефон, но общаться с адмиралом, кроме смарта, я могла по встроенному под кожу запястья передатчику связи. Но пока связаться не могу, наверное, на корабле или отключена связь, или они используют другие методы передачи информации в космосе.

- Да уж Реми, если бы ваша Камилла не поменялась со мной местами, она точно не попала бы к тем женихам. Но попала к другим. Получается она дважды избежала участи быть невестой. Зато попалась я. И почему-то в общем ажиотаже никто даже не обратил внимание на цвет моей кожи. Возможно, подумали, что так сильно побледнела,- я усмехнулась.

-Чему ты радуешься,- заговорила одна из девушек, услышав мой смех. - Знаешь ли ты кто такие рикотанцы? Откуда ты такая вся бледная взялась? Может ты тоже из них? Говорят у них светлая молочная кожа!-Я не знаю, кто это и почему их не принимают в общее содружество. Но буду рада если ты расскажешь. Давай знакомиться. Я - Камилла.

- А я Селима, и я, как, впрочем, и большая часть корабля, тоже летела на практику. Это своеобразный обмен студентами между нашими планетами. Было престижно попасть в этот состав. Подозреваю, что состав пассажиров был заранее известен этим пиратам и поэтому они украли именно нас, молодых неопытных девушек для своих диких холостых мужчин. А вот студентов-парней оставили в каютах. Единственное, они просчитались с помощницами, навряд ли они смогут родить им потомство, т. к. всем помощницам на время работы блокировали возможность забеременеть. Минимум от одного до пяти лет детей быть не может. Как жаль, что нам таких блокировок уже нельзя поставить!!! - Селима навзрыд заплакала.

Я сама была уже на грани.

- Но может можно будет как-то договориться,- пробормотала я.

Все, что происходило со мной я до сих пор не могла до конца осознать: Корабль, подмена места нахождения, похищение, грозящее замужество с одним из рикотанцев. И все это за одни сутки!

- А вдруг нас будут использовать только как инкубатор?- это сказала другая девушка, и она тоже была вся в слезах. - А про мужей сказали, чтобы нас успокоить. И Вы же видели их какие они страшные.

-Они все были в шлемах, лиц не видно.

-Но это уже о многом говорит, они не хотят нас раньше времени пугать! Какой всё-таки кошмар! За что такое могло произойти со мной??? - Уже третья девушка впадала в истерику и заражала нас эти ужасным настроением.

Я задумалась, действительно, что же делать. И тут мне пришла мысль, а могла ли первая Камилла знать о возможном похищении? Ведь получается она дважды смогла избежать участи быть невестой и даже женой с быстрой возможностью рождения ребенка.

-Реми, как Камилла смогла устроить подмену? Она молодая девушка, ни опыта, ни связей. Даже адмирал сказал, что еле устроил ее на практику на Хаурон. Ей определенно кто-то помог. И я убеждена, что без тебя не обошлось.

Реми отвела взгляд. Её молчание было красноречивее любых слов.

Раздался звук открывающейся двери каюты, впуская стражников с едой. Они наблюдали, пока мы не проглотили последний кусок. Почти сразу нас сморила странная дремота.

Глава 3

После завтрака нас построили в шеренгу. Холодные металлические щипцы для забора крови, безликие маски медиков, безэмоциональные команды - всё сливалось в одно тревожное пятно. Когда игла вонзилась в вену, я стиснула зубы, наблюдая, как алая жидкость наполняет пробирку. Следом взяли образцы слюны и соскоб кожи.

Голос из динамиков вывел меня из оцепенения:

«Приближаемся к Рикото. Всем пристегнуться!»

Ремни впились в плечи, когда корабль вошёл в атмосферу. За иллюминатором мелькали вспышки оранжевого пламени. Моё сердце бешено колотилось - осознание безысходности накрыло волной. Что можем сделать мы, горстка женщин, против целой армии вооруженных мужчин?

Через полчаса ремни ослабли. Дверь каюты с шипением отъехала, приглашая в коридор. Девушки выходили молча, с гордо поднятыми подбородками. Ни слез, ни истерик - только сжатые кулаки и решительный блеск в глазах.

Вдруг коридор огласил знакомый механический голос. Бесенгур, всё так же скрытый за чёрным шлемом, возник перед нами как призрак:

- Девушки, вас ждёт Научный Центр. Анализы уже обрабатываются. Подбор партнёров начат. - Он сделал паузу, и в его голосе прозвучали странные нотки: - Возможно, кто-то из вас подойдёт и для кого-то из нашей команды.

Сойдя по трапу, я впервые увидела Рикоту.

Небо взорвалось лазурным сиянием, по которому плыли пушистые облака, напоминающие земные. Солнце, чуть более оранжевое, чем на Земле, ласково грело кожу. Но космодром поразил своей пустотой - лишь бескрайнее поле да угрюмое здание из чёрного камня вдалеке.

Пейзаж преобразился, когда наш транспорт взмыл над городом. Внизу раскинулся фантастический лес - деревья с малиновой листвой образовывали причудливые арки, а их стволы переливались перламутром. Замысловатые здания с плавными изгибами стен, башни, устремлённые в небо, и повсюду эти странные зелёные стёкла с витиеватыми узорами.

Я прижалась лбом к холодному стеклу, вдыхая первый в жизни настоящий воздух. Не затхлый воздух бункера, а живительный коктейль из незнакомых ароматов. Сердце бешено забилось - это была свобода, о которой я даже не мечтала.

- Ну как ты? - Реми прервала мои мысли.

Я резко развернулась к ней, понизив голос:

- Ты пыталась связаться с адмиралом?

Её лицо исказила гримаса беспомощности:

-Чип молчит. Должно быть, они блокируют сигналы. Но у других девушек тоже есть импланты и еще смарты, надо у них спросить, пробовали они, пытались ли...

-И ты молчала?! - я схватила её за рукав. - Я же успела надеть смарт на руку. Покажи, как им пользоваться.

Реми с опаской огляделась и активировала устройство, антенка была на нуле.

- Что ты вообще знаешь об этой планете? - прошептала я.

- Только то, что они изгои, - её голос дрожал. - Не приняты в Галактическое Содружество. Путей отсюда нет...

Внезапно меня осенило:

-Как мы понимаем друг друга?

Реми округлила глаза:

- Инопланетян мы понимаем и разговариваем из-за чипа мультипереводчика, нам его вшили за ухо перед поездкой на планету Хаурон, а вот как Ты нас всех понимаешь, я понять не могу, ведь в тебе не должно быть никакого чипа. Прошел полный обмен тела и души, а не только души. При переносе сознания чип Камиллы должен был остаться в её теле. Ты... ты не должна понимать наш язык!

Ещё одна новость! Но это отлично, а то в случае незнания языка я б с ума сошла.

****

Транспорт резко затормозил перед исполинским зданием Научного Центра. Его двадцать пять этажей сверкали зелёными витражами, отражая солнечные лучи. Похоже, загадок на этой планете будет больше, чем ответов...

Мы поднялись на последний этаж, где нас провели в просторный зал с высокими арочными окнами, сквозь которые лился мягкий золотистый свет. В центре помещения на возвышении располагалась трибуна, а перед ней - около пятнадцати рикотанцев, среди которых я с удивлением заметила трех женщин.

Меня поразило, насколько мужчины-рикотанцы были похожи на землян - те же пропорции лица, кожа нормального оттенка. Если бы не их рост (не менее двух метров) и военная выправка, их можно было бы принять за людей. Но женщины... Они были совершенно иными - изящные, с несколько резкими чертами лица, высокими скулами, но при этом ушами больше чем следовало и крючковатыми носами. Это как-то очень портило их внешность.

Что интересно уши они не скрывали, черные волосы были собраны в высокие хвосты.

Нас построили перед трибуной, где восседали, как я поняла, важные представители этой планеты. В центре поднялся мужчина с благородными чертами лица, его серебристые волосы переливались в свете ламп.

- Я - Ренно Слэк, глава Научного центра и представитель нашего президента, лорда Кэрайна, - его голос звучал мягко, но властно. - Добро пожаловать на Рикоту.

Раздался наш стройный гул возмущения. Слэк поднял руку, призывая к тишине:

-Понимаю, понимаю, что для вас создалась шоковая ситуация, и тем более вы добирались на военном корабле, где информации мало и устав военный. Но я уверен, что обращались с вами достойно, с учётом того, что вы будущие пары наших мужчин, которых мы вам подберём согласно совместимости. Наши ученые выяснили какие расы совместимы с нашей для получения потомства и, чтобы преобладал именно наш ген. Распределение вас, как спутниц, будет проходить в течение нескольких дней индивидуально с каждой в неформальной обстановке. Претендентов на каждую будет от одного до пяти мужчин, все зависит от большей процентной совместимости. Если претендентов несколько, даётся время на знакомство и выбор. Пока одного, потом, после рождения ребенка от первого выбранного мужа, в мужья можно будет взять второго из списка совместимости.

Все это рассказывалось нам спокойно и с расстановкой.

Тут раздался резкий голос. Лесси, рыжеволосая подруга по несчастью, выступила вперед:

-Я отказываюсь быть чьей-то женой! Во всех цивилизованных мирах брак заключается по взаимному согласию!

Слэк вздохнул, но прежде чем он успел ответить, вмешался другой рикотанец:

- Вы даже не видели претендентов! Вдруг они вам понравятся? Понимаем, это все очень неожиданно, но вы поймите и нас, нам надо выжить. Рождаемость у нас очень низкая, практически на нуле. Мы не можем допустить исчезновения нашего народа.

-Мне всего двадцать два! - вспыхнула Лесси. - Я только закончила академию! У нас так рано замуж не выходят!

Вдруг резко встал военный в синем мундире с золотым поясом, его рука нервно легла на рукоять оружия:

- Довольно! Слишком много разговоров, выживание расы превыше всего!

Слэк быстро поднялся, преграждая ему путь:

- Господин Измир, стресс будущей матери вреден для потомства! Тем более при межрасовом скрещивании. Мы не можем рисковать. Будьте мягче и, вообще, оставьте это уже нам, ученым. Вы свой долг выполнили, женщины вашим капитаном с командой доставлены к нам на планету. Дальше дело за нами. И, опережая ваше возмущение, сообщаю, что со стороны военных список претендентов в мужья подготовлен, в том числе, и из команды командира Бесенгура, поэтому можете не переживать.

Он повернулся к нам:

- Сегодня состоится прием для знакомства.

В этот момент я заметила, как одна из рикотанских женщин что-то шепнула на ухо Слэку. Его выражение лица смягчилось:

- Мы понимаем ваши чувства. Поэтому первые три дня - только знакомства. Никаких решений, никакого давления. Мы не дикари, что бы про нас во вселенной ни говорили!

За окнами закатное солнце окрасило стены в багряные тона, и я подумала, что, возможно, не все здесь так однозначно, как казалось сначала.

- Я - Ренно Слэк, глава Научного центра и представитель нашего президента, лорда Кэрайна, - его голос звучал мягко, но властно. - Добро пожаловать на Рикоту.

Раздался наш стройный гул возмущения. Слэк поднял руку, призывая к тишине:

-Понимаю, понимаю, что для вас шоковая ситуация, и тем более вы добирались на военном корабле, где информации мало и устав военный. Но я уверен, что обращались с вами достойно, с учётом того, что вы будущие пары наших мужчин, которых мы вам подберём согласно совместимости. Наши ученые выяснили какие расы совместимы с нашей для получения потомства и, чтобы преобладал именно наш ген. Распределение вас, как спутниц, будет проходить в течение нескольких дней индивидуально с каждой в неформальной обстановке. Претендентов на каждую будет от одного до пяти мужчин, все зависит от большей процентной совместимости. Если претендентов несколько, даётся время на знакомство и выбор. Пока одного, потом, после рождения ребенка от первого выбранного мужа, в мужья можно будет взять второго из списка совместимости.

Все это рассказывалось нам спокойно и с расстановкой.

Тут раздался резкий голос. Лесси, рыжеволосая подруга по несчастью, выступила вперед:-Я отказываюсь быть чьей-то женой! Во всех цивилизованных мирах брак заключается по взаимному согласию!

Слэк вздохнул, но прежде чем он успел ответить, вмешался другой рикотанец:- Вы даже не видели претендентов! Вдруг они вам понравятся? Понимаем, это все очень неожиданно, но вы поймите и нас, нам надо выжить. Рождаемость у нас очень низкая, практически на нуле. Мы не можем допустить исчезновения нашего народа.

-Мне всего двадцать два! - вспыхнула Лесси. - Я только закончила академию! У нас так рано замуж не выходят!

Вдруг резко встал военный в синем мундире с золотым поясом, его рука нервно легла на рукоять оружия:- Довольно! Слишком много разговоров, выживание расы превыше всего!

Слэк быстро поднялся, преграждая ему путь:"- Господин Измир, стресс будущей матери вреден для потомства! Тем более при межрасовом скрещивании. Мы не можем рисковать. Будьте мягче и, вообще, оставьте это уже нам, вы свой долг выполнили, женщины вашим капитаном с командой доставлены к нам на планету. Дальше дело за нашими учёными. И, опережая ваше возмущение, сообщаю, что со стороны военных список претендентов в мужья подготовлен, в том числе, и из команды командира Бесенгура, поэтому можете не переживать.

Он повернулся к нам:

- Сегодня состоится прием для знакомства.

В этот момент я заметила, как одна из рикотанских женщин что-то шепнула на ухо Слэку. Его выражение лица смягчилось:- Мы понимаем ваши чувства. Поэтому первые три дня - только знакомства. Никаких решений, никакого давления. Мы не дикари, чтобы про нас во вселенной ни говорили!

За окнами закатное солнце окрасило стены в багряные тона, и я подумала, что, возможно, не все здесь так однозначно, как казалось сначала.

Глава 4

Когда нас наконец расселили по комнатам, я с облегчением обнаружила, что мое временное пристанище больше напоминает роскошные апартаменты, чем тюремную камеру. Просторное помещение с высокими потолками было обставлено изысканной мебелью из какого-то переливающегося материала, напоминающего одновременно дерево и металл. Стены мягко светились, подстраиваясь под уровень освещения за окном, где уже зажигались огни футуристического города.

- Вот и твои новые хоромы, - пробормотала я себе под нос.

Реми и других помощниц поселили отдельно - видимо, рикотанцы решили, что нам лучше побыть наедине со своими мыслями перед предстоящими «смотринами». Удобно, конечно. Не хотят отпускать далеко, но и держать в клетке не решаются.

Я подошла к огромному окну, охватившему почти всю стену, и прижалась лбом к прохладному стеклу. Внизу раскинулся город, непохожий ни на что, что я видела раньше. Башни причудливых форм, соединенные воздушными мостами, парящие транспортные платформы, сады с малиновыми деревьями, кроны которых переливались в свете заката. Красота, от которой захватывало дух.

И одновременно ледяной ужас.

Потому что завтра начнется этот цирк под названием «выбор мужа».

- Черт бы побрал эту лиловую стерву, - я сжала кулаки, чувствуя, как гнев подкатывает к горлу. - Нашла с кем меняться!

Я нервно зашагала по комнате. В бункере хоть знала, чего ожидать - серые стены, расписание дежурств, по выходным кино. А здесь? Здесь меня ждала участь инкубатора для чужого народа.

- Неужели не могут придумать детей из пробирки, или из искусственной матки? - я обратилась к своему отражению в зеркальной поверхности шкафа. - Летают по всей галактике, планету скрывают. А здесь им живые женщины понадобились. Хотя, смотря на их женщин, которых мне удалось увидеть, с их большими непропорциональным ушами и носами не удивительно!

Мое отражение хмуро смотрело на меня. Бледное лицо, растрепанные волосы, глаза, полные страха и злости.

Внезапно в голове всплыли слова ученого: стресс женщин негативно влияет на потомство.

- Ха! - я усмехнулась. - Значит, у меня есть козырь. Буду надеяться, что удастся продлить букетно - конфетный период. Хотя для меня это первый такой опыт. Никаких букетов у нас в бункере не было, каждый листочек на счету.

План начал вырисовываться сам собой.

1. Затягивать знакомство,

2. Выяснить, кто из потенциальных женихов имеет влияние и, главное, доступ к космопортам,

3. Найти способ связаться с адмиралом до того, как он поймет, что ему проще привезти дочь с Земли, чем спасать меня. Ведь планета Рикота закрыта и портальный обмен меня с лиловой Камиллой пока невозможен.

Я плюхнулась на кровать, ощущая, как мягкий матрас принимает форму моего тела.

- Главное не паниковать, - прошептала я.

Глава 5

Вечер прошел в странной, почти неестественной тишине. Мои новые апартаменты, такие роскошные днем, теперь казались слишком большими и пустыми. Я машинально щелкала пультом, переключая каналы местного «телевидения» - голографические проекции показывали бескрайние леса с малиновой листвой, зеркальные озера, в которых отражались три луны, но ни единого намека на горные хребты. Пейзажи были красивыми до неестественности, словно тщательно отобранные кадры для туристического проспекта.

Мои кварцевые часы, последняя ниточка, связывающая меня с Землей, тикали в такт мыслям. Тридцать часов в сутках... Я прикидывала - сейчас в Москве уже глубокая ночь, а здесь только начинаются сумерки.

Реми так и не появилась. Возможно, ее дверь была заперта, возможно - она сама не решалась прийти. Я даже не проверила. Эта женщина, старше меня на добрых двадцать пять лет, казалась такой же потерянной в этом хаосе, как и я. Ее судьба перевернулась в один момент - из верной служанки она превратилась в такую же пленницу, хоть и не признавалась в этом.

Я поймала себя на мысли, что не испытываю к ней ни капли симпатии. Ее преданность той, другой Камилле, ее слепое подчинение приказам - все это вызывало лишь раздражение. Хотя... кто знает, может быть, на ее планете у служанок просто не было выбора?

Сон настиг меня неожиданно - я даже не заметила, как провалилась в забытье, убаюканная монотонным голосом диктора, рассказывающего о миграции местных крылатых существ.

Резкий стук в дверь вырвал меня из объятий сна. Голограмма все еще работала, показывая теперь какие-то сельскохозяйственные угодья.

- Камилла? - голос за дверью звучал официально. - Через тридцать минут завтрак. После - индивидуальные знакомства.

Я потянулась, чувствуя, как тревога снова заползает под кожу.

Столовая оказалась просторным залом с высокими потолками, где нас уже ждали. Реми сидела за отдельным столом, и я невольно задержала на ней взгляд. Она выглядела... собранной. Даже элегантной в своем простом сером платье, волосы аккуратно уложены, поза прямая. Совсем не похоже на вчерашнюю растерянную женщину.

- Первая группа на знакомство через час, - объявил один из сопровождающих.

Я перевела взгляд на окно, где за стеклом уже вовсю светило оранжевое солнце. Сегодня мне предстояло встретиться с моим «будущим». И я была полна решимости сделать все, чтобы это «будущее» оказался как можно далеким.

После завтрака нас загнали обратно в номера. Несколько девушек робко попросили прогулку по городу, но им вежливо, но твердо отказали. «Меры безопасности», - сказали, но в их глазах я прочитала другое: страх, что кто-то попытается сбежать, несмотря на всю абсурдность этой затеи.

Прошедшая ночь немного притупила остроту шока, но тревога никуда не делась. Она висела в воздухе, как статическое электричество перед грозой.

Ближе к вечеру в мою дверь постучали. На пороге стояла горничная с тканным ящиком в руках.

- Вам приготовили наряд для знакомства, - объявила она, избегая моего взгляда.

Платье оказалось... неожиданным. Длинные рукава, закрытый ворот, тяжелая ткань, струящаяся до самого пола. Я, привыкшая к удобным брюкам и комбинезонам, с ужасом представила, как буду в этом передвигаться.

- Вы шутите? - я развернула ткань. Зеленый оттенок красиво играл в свете ламп, подчеркивая синеву моих глаз. Красиво, да. Но абсолютно не мое.

Я вздохнула и полезла в шкаф за поясом от своего старого костюма. Туго затянула его поверх платья, создав небольшой напуск - хоть какая-то защита от падения.

- Вернусь - подкорректирую, - пообещала я себе, разглядывая в зеркале свое отражение.

Час спустя меня провели в просторное помещение, напоминающее ресторан высокого класса. В центре - круглая площадка для танцев, вокруг - низкие диваны и столы. Но атмосфера была далека от романтической.

Десять мужчин. Все в строгих, но дорогих костюмах. Все смотрят на меня.

Я замерла на пороге, чувствуя, как сердце колотится где-то в горле. Подмена. Похищение. А теперь вот это. Мой мозг отказывался соединять эти события в одну логическую цепочку.

Ко мне подошел ученый. Я видела его вчера на общем собрании.

— Камилла, - он кивнул, - я буду вашим... представителем сегодня.

Его улыбка не дотягивала до глаз. Он указал на единственное свободное место за круглым столом.

Десять пар глаз последовали за моим каждым движением, когда я делала первый шаг вперед. Платье мешало, пояс давил на ребра, а в голове крутилась только одна мысль:

«Почему?»

Глава 6

Айвен, высокий мужчина с проседью в тёмных волосах и острыми, как скальпель, скулами, жестом пригласил меня к столу. Его голос звучал ровно, почти клинически нейтрально:

— Камилла, прошу, присаживайтесь. Надеюсь, я представился в день вашего прибытия?

Я молча кивнула, сжимая пальцы в замок, чтобы скрыть дрожь.

— Не волнуйтесь, — он сделал паузу, поправляя очки с тонкой оправой, — сегодня лишь ужин и знакомство.

Когда я не ответила, Айвен продолжил, будто зачитывал научный отчёт:

— По результатам анализов, ни один из участников программы не показал достаточной совместимости.

— Ах! — Я не смогла сдержать возглас радости.

Учёный поднял палец, прерывая мою преждевременную радость:

— Однако мы проводим очную встречу и я надеюсь, что при очном знакомстве произойдет отклик сущности одного из присутствующих здесь мужчин и Ваш.

Десять пар глаз наблюдали за моей реакцией. Десять парней, каждый из которых мог стать моим...

Я опустилась на предложенное место, чувствуя, как тяжёлое платье душит меня.

- Совпадение должно быть не менее пятидесяти процентов, -продолжал Айвен, будто говорил о погоде. - Эти мужчины показали лишь двадцать пять. Но глава правительства настоял на встрече.

Один из «женихов», сидевший прямо напротив, неожиданно улыбнулся. Его глаза, коричневого оттенка, сверкнули в свете ламп.

- Для проверки потребуется физический контакт, - Айвен поставил передо мной бокал с золотистой жидкостью. - Танец или просто прикосновение. При совпадении вы почувствуете...

- Головокружение и жар, - прошептала я, вспоминая рассказы других девушек.

Учёный кивнул:

- Именно.

Я сделала глоток напитка - сладкого, с горьковатым послевкусием. Десять мужчин. Десять возможных судеб. И только одна надежда, что сегодня эта «магия» не сработает.

Но когда мои глаза случайно встретились с тем самым парнем с коричневыми глазами, по спине пробежал холодок. Что, если...

Айвен жестом пригласил всех к трапезе:

— Давайте начнём с ужина. После приступим к знакомствам.

Оранжевые листья салата странно хрустели на зубах. От нервного напряжения я даже не могла понять его вкус — горький или сладкий. Рука автоматически потянулась к бокалу с тёмно-красным напитком, напоминающим вишнёвый сок, но с металлическим привкусом.

За столом царила тишина. Десять пар мужских глаз изучали каждое моё движение, каждый глоток, каждую микрореакцию. Я чувствовала себя лабораторной мышью на показе.

Когда последняя вилка опустилась на тарелку, первый претендент поднялся. Его движения были точными, выверенными, сразу видно военного.

- Ортек, глава отряда космических исследований, - представился он, протягивая ладонь.

Я робко коснулась его пальцев. Ничего. Абсолютно ничего.

Но сам Ортек вдруг резко побледнел, схватился за спинку стула, будто его ударили током.

- Вам плохо? - я инстинктивно сделала шаг вперёд.

- Вы... действительно ничего не чувствуете? - его голос дрожал.

Я отрицательно покачала головой.

Айвен тут же что-то записал на своём планшете, брови дёргались в странном ритме - то ли разочарование, то ли научный интерес.

Один за другим остальные девять мужчин проходили тот же ритуал. Результат повторялся с пугающей точностью:

Флавий — головокружение.

Ксилон — учащённый пульс.

Дарро — испарина на лбу.

А я... ничего.

Айвен то хмурился, то вдруг оживлялся, сверкая глазами. Когда последний претендент вернулся на место, учёный не выдержал:

- Феноменально! Все десять мужчин отреагировали, а вы... - он развёл руками. - Ни малейшего отклика.

Я сжала кулаки под столом:

- Значит, зачатие невозможно?

-Вы удивительная девушка, цвет кожи почти полностью совпадает с нашим, у вас правда немного бледновата, но совпадения нет ни с кем. Из-за цвета кожи командование подумало, что возможно что-то произойдет, но разные расы…. все-таки разные расы. Кстати, почему у вас не лиловый цвет, как у других девушек с вашей планеты? Такое ощущение что вы к ним не относитесь. У нескольких других девушек также было не высокое совпадение по крови, но при очной встрече, были обоюдные реакции и жар и головокружение и те девушки больше не боятся! Они почувствовали сближение.

Меня бросило в холодный пот. Я чувствовала, как предательская дрожь пробежала по спине. Глаза Айвена, острые как скальпель, впивались в меня, выискивая малейшие признаки лжи.

«Они не должны узнать правду», - пронеслось в голове.

- У меня... аномалия, - слова вылетали из меня пулеметной очередью. - Я почти альбинос на своей планете. Генетический сбой. Не стопроцентный, конечно, но близко к тому. Разве у вас такого не бывает?

Айвен нахмурился, его тонкие пальцы постукивали по планшету.

- Бывает, - медленно проговорил он. - Но наши альбиносы имеют совершенно белую кожу и волосы. Глаза - бледно-голубые. А у вас... - его взгляд скользнул по моим светло-русым волосам, - слишком много пигмента.

Сердце бешено колотилось. Я чувствовала, как предательский румянец заливает щеки.

- Ой, господин ученый, - залепетала я, сжимая руки в замок, чтобы скрыть дрожь, - я не специалист по генетике. Просто... почти альбинос. Ну, как бы... частичный.

Каждое слово звучало фальшиво даже в моих ушах. Айвен приподнял бровь, но внезапно его лицо озарилось пониманием.

- Поэтому вы ни на кого не среагировали! - воскликнул он. - Вам нужен партнер с аналогичной мутацией!

Я едва не вскрикнула от ужаса. Что за идиотская мысль пришла мне в голову?!

Но было уже поздно. Лицо Айвена преобразилось - глаза загорелись тем самым научным азартом, который я уже успела узнать.

- Дорогая Камилла, - произнес он с неприятной сладостью в голосе, - вы оказались удивительно проницательны. Альбиносы у нас... действительно есть.

Он резко поднялся, жестом указывая на дверь.

- Я должен вас проводить.

Когда мы вышли в коридор, Айвен не смог сдержать ликования:

- Вы подали мне блестящую идею! - его голос дрожал от возбуждения. - Как я сам не додумался? Старею, что ли...

Я украдкой посмотрела на него. При своих 40-45 он выглядел полным сил и энергии. И теперь эта энергия была направлена на новую цель - найти мне «подходящего» партнера.

Холодный комок страха застрял в горле. Моя ложь, вместо того чтобы защитить, возможно, только усугубила ситуацию.

Глава 7

Я рухнула на кровать, как подкошенная. Пальцы дрожали, в висках стучало - нервы были натянуты как струна. Отдышавшись, я попыталась собраться с мыслями. Мне срочно нужно было узнать больше о местных жителях, но как? В комнате, кроме подобия телевизора, не было ничего. Вчерашний вечер я потратила на глупые передачи о природе, вместо того чтобы изучить местные новости.

Схватив пульт, я лихорадочно переключала каналы. На экране мелькали:

Скучный репортаж о добыче руды в северных регионах

Документальный фильм о генетических экспериментах с местной фауной

Восторженный репортаж о рекордном урожае «кристальных злаков»

«Черт!» - я сжала кулаки. Обособленность планеты заставляла их обеспечивать себя всем необходимым, но никакой полезной информации о ракитах-альбиносах!

Переключив на канал о природе, я застыла, пораженная. Местные «лошади» выглядели жутковато - горбатые, с чешуйчатой кожей. Зато птицы! Одни напоминали попугаев с переливающимися перьями, другие - грациозных ястребов с тремя парами крыльев.

«Если наши расы так похожи, почему фауна так отличается?» - эта мысль не давала покоя. Но ответа не было.

Разочарованная, я отправилась к Реми. Ее комната была в полумраке, а сама она сидела, сгорбившись, на краю кровати.

- Реми... как твой день? - осторожно спросила я. - Была на... встрече?

Она подняла на меня опухшие от слез глаза:

- Была.

- И... было совпадение?

- Одно, - прошептала она. - Только одно, слава Создателям. Но и этого достаточно... В моем-то возрасте...

Я села рядом, осторожно положив руку на ее плечо:

- Сколько тебе... лет? По-земному ты выглядишь на… сорок.

Реми горько усмехнулась:

- Шестьдесят пять. Мы живем до двухсот, но... - ее голос дрогнул, - после пятидесяти женщины редко рожают. Наши мужчины... не берут в жены женщин такого возраста, если хотят наследников. Потому что у нас перекос, женщин намного больше чем мужчин. Есть из кого выбрать.

Я осторожно присела на край кровати рядом с Реми, изучая её уставшее лицо.

- Это интересно, расскажи, - произнесла я, тщательно подбирая слова.

Реми горько усмехнулась, поправляя растрепавшиеся волосы:

- У нас всё с точностью до наоборот - мужчин на всех не хватает. - Она замолчала, глядя в стену. - Я ведь даже не собиралась замуж. Планировала просто сопроводить Камиллу на практику, пожить год на Хауроне, а потом... наконец-то отдохнуть.

Её голос дрогнул:

- Пять лет я не видела свою семью, не была в отпуске. Таков был договор с адмиралом. У всех наставниц так. - Она резко повернулась ко мне. - Но этот обмен... Я до последнего не верила, что это возможно! Это же... это же ненаучно!

Я молча кивнула, наблюдая, как её пальцы нервно теребят край одеяния.

- Как думаешь, - осторожно спросила я, - отец Камиллы попытается нас спасти? Он ведь уже знает о нападении.

Реми покачала головой:

- Теперь обмен теряет смысл. Какой отец добровольно отправит дочь сюда? Да и с их защитой...

- Может, просто прилетит за ней на Землю? - предположила я. - Сколько бы это ни заняло времени.

Глаза Реми вдруг загорелись слабой надеждой:

- Я верю, что наше правительство организует спасательную операцию. И вывезет всех нас!

- Интересно насколько сильна защита этой планеты? - спросила я.

- Не знаю, - прошептала Реми. - Но они уверены в своей неуязвимости. - Она внезапно посмотрела на меня. - А как твоя встреча с претендентами?

Я сжала губы:

- Ни с кем не совпала.

- Какое счастье! - в голосе Реми прозвучало искреннее облегчение. - Может, тебя минует участь...

- Не обольщайся, - перебила я. - Учёный что-то задумал. Будет ещё встреча.

Тень тревоги скользнула по её лицу. Мы сидели в тягостном молчании, каждая со своими мыслями, но объединённые общим страхом перед будущим.

Как Вам мой роман? Поделитесь в комментариях. А чтобы не потерять историю - добавьте книгу в библиотеку!

Глава 8

Айвен почтительно склонил голову перед массивным дубовым столом, за которым восседал лорд Кэрайн - Верховный Правитель Рикоты, Президент.

- Лорд, - начал он, тщательно подбирая слова, - среди доставленных женщин обнаружилась... необычная особь. С вашего позволения, я хотел бы предложить проверить её на совместимость именно с Вами. Лично или через лабораторные анализы.

Лорд Кэрайн поднял голову. Его ледяные голубые глаза, как и вся бледная кожа, пронзили учёного насквозь. Айвен невольно сжал в руках планшет, чувствуя, как дрожат пальцы.

- Ты полагаешь, - голос правителя звучал как сталь, - что эта девушка может откликнуться на меня? За тридцать лет правления не было ни одного совпадения!

- Она... она утверждает, что является альбиносом на своей планете.

Правитель медленно откинулся в кресле, его белые ресницы прикрыли глаза на мгновение.

- Покажи её.

Айвен поспешно протянул смарт:

- К сожалению, я не имею доступа к вашей личной базе данных, но вот её изображение...

На экране застыло лицо молодой девушки. Молочная кожа, необычные светло-русые волосы, тёмные брови и... пронзительно синие глаза.

Кэрайн нахмурился:

- Ты уверен в ней? Эти глаза...

- Мой лорд, она с Флоксара, где все жители имеют лиловую кожу. Эта девушка - аномалия, как и Вы.

Правитель задумался, его бледные пальцы постукивали по ручке кресла. Затем резко нажал на скрытую панель. В кабинет вошёл секретарь - типичный рикотанец с обычной пигментацией.

- Предоставь Айвену полный доступ к моим биологическим образцам, - распорядился Кэрайн. - И впредь пропускать его ко мне без очереди.

Когда секретарь удалился, правитель добавил, не глядя на учёного:

- Ты получишь мои данные. Но помни, если это очередная ложная надежда...

Угроза повисла в воздухе. Айвен поклонился и поспешил к выходу, чувствуя на спине ледяной взгляд самого могущественного человека на планете.

После ухода Айвена и секретаря, лорд Кэрайн тяжело откинулся на спинку своего кресла. В восемьдесят девять лет он чувствовал себя одновременно и молодым по меркам своей расы, и бесконечно усталым. Почти половина жизни прошла в тщетных поисках, но ни наследника, ни даже жены.

Пальцы правителя непроизвольно сжали подлокотники. Природа сыграла с его народом злую шутку - зачатие стало возможным лишь при идеальном совпадении биохимических маркеров, вероятность которого не превышала одного на тысячу. А для него, правителя-альбиноса, эти шансы и вовсе стремились к нулю.

Кэрайн провел рукой по лицу, ощущая гладкость белой кожи. Он и его младший брат Ланс - единственные альбиносы в правящей династии за последние три столетия. Братья-изгои: у одного - ледяные голубые глаза, у другого - кроваво-красные.

«Безнадежная затея», - подумал он, глядя на голограмму девушки с Флоксара. Десять лет назад он окончательно запретил ученым тестирование своих биоматериалов - устал от их сочувствующих взглядов после каждого неудачного теста.

На столе мерцали изображения его друзей детства - оба уже обрели жен и наследников. Их счастье казалось Кэрайну какой-то чужой, недостижимой реальностью.

Он переключил проектор на медицинские отчеты. Девочки... Они рождались так редко. И почти всегда - с отклонениями: непропорционально большие уши, носы, искривленные кости. Большинство из них оказывались бесплодными.

Генетические эксперименты зашли в тупик. Они могли скрыть целую планету от вселенной, но не в силах были исправить собственную ДНК. Ирония судьбы - их технологическое превосходство оказалось бесполезным перед лицом этой проблемы.

Кэрайн с грохотом захлопнул голографический интерфейс. Переговоры с другими мирами проваливались один за другим. Пираты, похитители - вот как называли его народ. Хотя ни один корабль не был уничтожен, ни одна жизнь не отнята.

«Но разве это оправдание?» - пронеслось в голове. Он резко встал и подошел к окну, наблюдая, как три луны освещают его умирающую цивилизацию.

Лорд Кэрайн сжал кулаки. Рикоты сами загнали себя в угол, и теперь любая попытка вырваться из образа космических пиратов лишь глубже загоняла их в эту роль.

Раньше они действовали точечно - похищали двух-трёх женщин в дальних, малоизученных секторах. Но теперь, на пороге демографической катастрофы, пришлось пойти на отчаянный шаг - атаковать пассажирский лайнер.

«Именно так нас и запомнят», — с горечью подумал Кэрайн.

Тень отца

Он получил власть сорок лет назад, после исчезновения отца. Тот, сломленный смертью жены, которая также была из похищенных решил отправиться на поиски новой, хоть чем-то напоминающую ту, которую потерял. Искал годами, летал в дальние миры, пока однажды не пропал без вести.

После трёх лет молчания Совет провозгласил Кэрайна новым президентом Рикоты.

И теперь, спустя десятилетия, страх перед той же участью стать заложником чувств, потерять себя в любви, как отец, заставлял его держаться от женщин подальше.

Но в то же время...

«Разве я не хочу того же? Быть любимым? Иметь наследника?»

Наследие альбиносов

Должность передавалась по крови. Их род правил тысячу пятьсот лет. Но теперь, если ни он, ни его брат не оставят потомства, власть перейдёт к троюродному дяде - последнему мужчине в роду, у которого пока тоже не было детей.

Лансу, его младшему брату, было ещё сложнее. Он стопроцентный альбинос, с красными глазами и белыми, как снег, волосами. Шансы найти ему пару были ещё ниже.

Последние десять лет Кэрайн уже смирился с неизбежным.

Но сегодня...

Сегодня учёный Айвен снова разбудил в нём надежду.

«А что, если эта девушка...?»

Он взглянул на её изображение — светловолосую землянку с синими глазами.

«Если не она... то кто?»

Глава 9

Резиденция Кэрайна. Ночь.

Он сидел один в своём кабинете, и тишина давила на плечи тяжелее, чем все заботы правления. За окном три луны заливали город холодным серебряным светом, но Кэрайн не замечал их красоты. Его взгляд был устремлён внутрь, в старый голографический проектор, который он не включал много лет.

Пальцы дрогнули, когда он коснулся сенсорной панели. Устройство зажужжало, и в воздухе замерцало изображение.

Отец.

Высокий, статный, с теми же ледяными голубыми глазами, что и у Кэрайна. Он стоял на фоне дворцового сада, улыбался той редкой улыбкой, которую Кэрайн помнил из детства. Рядом с ним стояла мать - хрупкая женщина с тёмными волосами и мягким, тёплым взглядом. Она улыбалась, глядя на отца, и в её глазах светилась любовь.

Кэрайн провёл пальцем по голограмме, касаясь лица матери. Он почти не помнил её голоса — она умерла, когда ему было всего семь лет. Только эти записи остались. И портрет, который висел в его спальне.

— Ты была самой красивой, мама, — прошептал он в пустоту. — Почему ты ушла так рано?

Голограмма не ответила. Она только улыбалась, застывшая во времени, недосягаемая, как все, кого он когда-либо любил.

Он переключил запись. На экране появился отец, уже один, без матери. Он выглядел старше, уставше. В его глазах больше не было той жизни, которую Кэрайн помнил из детства.

— Сын, — голос отца звучал глухо, с металлическим оттенком. — Если ты смотришь это, значит, меня уже нет здесь. Я не знаю, сколько пройдёт времени, но я хочу, чтобы ты знал: я люблю тебя. И я прошу у тебя прощения.

Кэрайн сжал кулаки. Он знал, что будет дальше. Он видел эту запись сотни раз, но каждый раз она отзывалась болью в груди.

— Я не могу оставаться здесь, — продолжал отец. — Каждый день я вижу её лицо в каждой женщине, которую встречаю. Я не могу дышать в этом дворце, где всё напоминает о ней. Я должен уйти. Я должен найти... не знаю что. Может быть, новую любовь. Может быть, покой. Но я не могу быть здесь.

Он замолчал, и его голос дрогнул.

— Я оставляю тебе планету, сын. Ты готов? Наверное, нет. Но я надеюсь, что ты справишься. Я надеюсь, что ты будешь сильнее меня. Прощай.

Голограмма погасла, и комната снова погрузилась в полумрак. Кэрайн сидел неподвижно, глядя в пустоту, где только что было лицо отца.

«Ты не вернулся, — подумал он. — Ты улетел и не вернулся. А я остался здесь. Один. С планетой, с долгом, с грузом, который ты сбросил на мои плечи».

Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как усталость сковывает тело. Ему было восемьдесят девять лет по местным меркам, молодость по сравнению с долгожителями его расы. Но внутри он чувствовал себя стариком. Слишком много лет он нёс этот груз. Слишком много лет он был один.

Воспоминание. Дворец. Кэрайну семь лет.

Он сидел на полу в своём детском саду, который сейчас казался ему маленьким и уютным, хотя тогда он казался огромным. Мать сидела рядом и гладила его по голове.

— Мама, почему папа такой холодный? — спросил он, глядя на неё снизу вверх.

Мать улыбнулась той мягкой улыбкой, которая всегда согревала его.

— Он не холодный, мой маленький. Он просто боится.

— Боится? Чего?

— Боится показать свои чувства. Боится, что если он покажет, как сильно любит нас, то потеряет нас. Понимаешь, когда любишь по-настоящему, ты становишься уязвимым. А папа не хочет быть уязвимым. Он хочет быть сильным.

— Но он же сильный! — воскликнул маленький Кэрайн. — Он правит всей планетой!

— Да, — мать поцеловала его в макушку. — Он правит планетой. Но править планетой легче, чем управлять своим сердцем.

Он не понял тогда её слов. Он был слишком мал. Но теперь, спустя восемьдесят лет, он понял всё. Понял отца. Понял его страх. И понял, что сам стал точно таким же.

Воспоминание. Кэрайну пятнадцать лет. День отлёта отца.

Он стоял на космодроме, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони. Ветер трепал его белоснежные волосы, а глаза были сухими — он не позволял себе плакать при отце.

— Ты справишься, — сказал отец, положив руку ему на плечо. — Ты сильный. Ты мой сын.

— Я не хочу быть сильным, — ответил Кэрайн, и его голос дрогнул. — Я хочу, чтобы ты остался.

Отец на мгновение замер. В его глазах мелькнула боль, которую он так старательно скрывал.

— Я не могу, сын. Прости.

Кэрайн хотел закричать. Хотел схватить отца за руку и не отпускать. Хотел сказать, что он боится остаться один, что он не готов править, что ему нужен отец. Но он промолчал. Он не хотел показаться слабым.

— Я справлюсь, — сказал он вместо этого, и его голос звучал ровно и холодно.

Отец улыбнулся той же улыбкой, что и на голограмме.

— Я знаю. Ты всегда справляешься.

И он ушёл. Поднялся по трапу, не обернувшись. Корабль взмыл в небо, и Кэрайн стоял на космодроме до тех пор, пока огонь двигателей не исчез за облаками.

А потом он развернулся и пошёл во дворец. Он не плакал. Он не позволил себе плакать. Он сделал лицо бесстрастным, как учил отец, и принял бремя правителя.

«Если я покажу слабость, меня сломают. Если я покажу страх, меня используют. Я должен быть сильным. Я должен быть холодным. Я должен быть один».

Настоящее время. Кабинет Кэрайна.

Он вышел из воспоминаний, чувствуя, как тяжесть прошлого давит на плечи. Он подошёл к портрету матери, который висел на стене, единственное, что осталось от неё, кроме голограмм. Её лицо смотрело на него с мягкой улыбкой.

— Ты говорила, что он боялся, — прошептал Кэрайн. — Ты говорила, что он боялся показать свои чувства. Но ты не сказала, что это передаётся по наследству.

Он коснулся пальцами рамы портрета. Мать смотрела на него, и в её глазах он видел то, чего не видел ни в чьих других глазах - безусловную любовь. Она любила его не за то, кем он стал, не за его титул, не за его силу. Она любила его просто так.

«Я тоже боюсь, — подумал он. — Я боюсь повторить судьбу отца. Боюсь привязаться и потерять. Боюсь, что если я откроюсь Камилле, она уйдёт, как ушла мать. Или я уйду, как ушёл отец».

Он провёл рукой по лицу, чувствуя, как внутри него поднимается что-то, что он давно подавлял. Страх. Настоящий, животный страх, который он привык прятать за маской правителя.

«Я держал её на расстоянии. Я боялся подойти ближе. Я боялся, что если я позволю себе почувствовать к ней что-то настоящее, я потеряю контроль. А если я потеряю контроль, я потеряю всё».

Но в этот момент он вспомнил её глаза. Синие, как небо над Рикотой. В них не было страха перед ним. В них был вызов. И огонь. И что-то ещё, то, что он не мог объяснить.

«Я боюсь, что если я скажу ей, что чувствую, она отвернётся. Я боюсь, что если я позволю себе быть уязвимым, она использует это против меня. Но что, если я ошибаюсь? Что, если она не такая, как все? Что, если она не предаст?»

Он вспомнил, как она смотрела на него в саду. Как её пальцы дрожали, но она не отводила взгляд. Как она сказала: «Я не предмет интерьера». В ней была сила, которой он не видел ни в одной женщине. Она не боялась его. Она не боялась ничего.

«Она мой шанс, — понял он. — Шанс быть счастливым. Шанс перестать быть холодным. Шанс стать тем, кем я всегда хотел быть — живым. Но чтобы воспользоваться этим шансом, я должен перестать бояться».

Он повернулся к портрету матери и прошептал:

— Ты говорила, что любовь это риск. Ты говорила, что только тот, кто рискует, может обрести счастье. Ты была права. Я рискну.

Он глубоко вздохнул и сжал кулаки.

— Я больше не позволю страху управлять моей жизнью. Я не стану отцом. Я не уйду от неё. Я не сбегу. Я останусь. И я попытаюсь.

Он подошёл к столу, открыл планшет и начал писать приказ. Не официальный, не политический - личный. Он просил организовать встречу с Камиллой. Не в саду, не в кабинете - в его личных покоях. Там, где он мог бы показать ей, кем он был на самом деле. Без маски правителя. Без брони. Просто мужчина, который боится, но готов рискнуть.

Когда он закончил, он откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

«Я сделаю это, — подумал он. — Я покажу ей, кто я. И если она отвернётся... что ж, я хотя бы попытался».

Он открыл глаза и посмотрел на три луны за окном. В их свете не было холода. Только надежда.

На следующий день. Утро.

Айвен вошёл в кабинет Кэрайна с планшетом в руках. Его лицо выражало любопытство.

— Мой лорд, я получил ваш приказ. Вы хотите встретиться с девушкой в ваших личных покоях? Это... необычно и по моему двухсмысленно.

Кэрайн поднял на него взгляд. В его глазах только спокойная решимость.

— Да, Айвен. Организуйте это.

— Могу я спросить, почему?

Кэрайн помолчал, затем ответил, и в его голосе звучала непривычная теплота.

— Потому что я хочу, чтобы она увидела меня настоящего. Не правителя. Не президента. Просто мужчину, который устал быть один.

Айвен удивлённо поднял бровь, но ничего не сказал. Он только подумал, что мужчина с таким статусом как Кэрайн не обязан ничего никому доказывать, любая женщина на этой планете бежала бы к нему только увидев, что правитель на секунду дольше задержал на ней взгляд, но он промолчал, кивнул и вышел.

Кэрайн снова повернулся к окну. Три луны уже скрылись за горизонтом, уступая место оранжевому солнцу. Новый день начинался.

Глава 10

Наконец-то руководство Рикоты одумалось и организовало нам экскурсию по городу и окрестностям. Хотя, по-хорошему, это следовало сделать сразу, а не загонять нас на те самые унизительные смотрины.

Нас разделили на группы по 10 человек, видимо, так проще было следить за непокорными нами. Когда наш транспорт выехал за пределы города, я не смогла сдержать восхищенный вздох.

Город буквально тонул в растительности. Деревья с малиновой листвой обвивали небоскрёбы, а улицы напоминали скорее тропические оранжереи, чем урбанистический пейзаж. Но настоящая красота открылась за городом — бело-розовые горные вершины, пронзающие изумрудное небо.

Воздух был настолько чистым, что дышать им казалось роскошью после земных бункеров.

Местные жители внешне почти не отличались от людей. Но женщины...

Боги, эти женщины!

Каштановые локоны, выразительные глаза и совершенно странные носы и уши, будто созданные карикатуристом. Наши девушки в сравнении с ними выглядели богинями.

- Скажите, - осторожно спросила я учёного-экскурсовода, - а пластическая хирургия у вас... развита?

Учёный помолчал, глядя вдаль, прежде чем ответить. Его слова прозвучали как приговор:

- Наша цивилизация сделала свой выбор. Мы не вправе обманывать природу - любое вмешательство в естественный облик карается самым строгим образом. Если мужчина, повинуясь древнему инстинкту, выбирает женщину с... особенностями внешности, - он осторожно подбирал слова, - он должен осознавать все последствия. Потому что с каждым поколением эти черты проявляются сильнее. То, что сегодня кажется лишь незначительной диспропорцией, завтра может стать роковой мутацией.

Его взгляд скользнул по нашей группе девушек:

- С вашим видом ситуация иная. Ваша генетика... устойчивее. Чище.

- Но почему тогда не искать союза честно? - не сдавалась я. -На нейтральных станциях, через дипломатические каналы...

Учёный сжал губы. В его глазах читалась усталость от сотен таких же разговоров:

- Вы говорите о годах переговоров. О тысячах разрешений. А у нас нет этого времени. Мы исчезаем. Сейчас. На ваших глазах.

Тишина, наступившая после его слов, была красноречивее любых доводов. Пятьдесят похищенных женщин - это вопль утопающего.

Автобус между тем нырял в долину между розовыми скалами. Сквозь окно я ловила восхищённые взгляды местных жителей. Такой прекрасный мир. Такие безнадёжные законы. И будущее...

Будущее, которое они пытались ухватить такими отчаянными методами, уплывало, как песок сквозь пальцы.