Kitabı oxu: «Попаданка для властного герцога»
Попаданка для властного герцога
Муж присвоил себе плоды моего научного труда и променял на молодую любовницу, вышвырнув из института, из науки, из своей жизни.
Я умерла и очнулась в другом мире. У меня молодое тело, магические способности и лавка зелий, доставшаяся в наследство. Впереди – новая жизнь, заманчивые перспективы и работа, о которой я могла только мечтать.
Но на пороге моей лавки появился герцог Вольмар – жестокий тиран и абсолютный властитель города и окрестных земель. Навесив неподъемный долг, он потребовал отработать его натурой. В смысле, его личным алхимиком. Но Его Бессовестное Наглейшество еще не подозревает, с кем связался. Пусть катится в бездну со своими неприличными предложениями!
Пролог
– Садись, – Вольмар указал на кресло напротив. Жесткое, с высокой прямой спинкой. Я села, стараясь держать осанку. – Итак, – он сплел пальцы перед собой, уставившись тяжелым взглядом. – Пятьсот золотых крон. Огромная сумма. Учитывая скромные таланты и отсутствие связей, тебе потребуется лет пятьдесят, чтобы отработать долг в городской лавке.
– Я выплачу быстрее, – заявила уверенно. – Мои зелья…
– Твои зелья меня не интересуют, – перебил герцог. – Пока что. Меня интересуешь ты.
Он встал и медленно обошел стол. Я напряглась, не понимая, чего ожидать. Герцог остановился рядом с креслом, опираясь бедром о край стола. Теперь он нависал надо мной, подавляя массой и аурой власти.
– Ты очень красивая, Кайрина. В тебе есть огонь. Редкость для наших женщин, которые похожи на снулую рыбу. А мне нужна разрядка. Нужна женщина, которая не боится смотреть мне в глаза.
У меня перехватило дыхание. Он что, серьезно?
– Вы предлагаете мне…
– Я предлагаю списать долг, – он наклонился ниже, его голос сделался бархатным, вкрадчивым. – Прямо сейчас. Ты станешь моей любовницей. Будешь жить в роскоши и делить со мной постель, когда я этого захочу. И через год ты будешь свободна и богата.
Глава 1
За два дня до этих событий.
Никто не предает так больно, как человек, которому ты всецело доверяешь.
– Карина Владимировна, ваша работа – плагиат. Чистой воды. – Голос декана выбил у меня почву из-под ног. – Мы не ожидали от вас такого цинизма.
Я пошатнулась, вцепившись побелевшими пальцами в край стола. Мне резко стало нечем дышать, как будто воздух сгустился, пропитанный запахом дешевого кофе и предательства.
– Тимур? – впилась взглядом в собственного мужа, сидящего за кафедрой.
Но он даже не обернулся в мою сторону. Нарочито небрежно поправил манжеты идеальной отглаженной рубашки. Той самой, что я подарила на нашу годовщину.
– Тимур, скажи им, – прошептала, все еще на что-то надеясь. – Это же мои расчеты. Ты видел черновики. Мы вместе сидели над ними ночами.
Он наконец поднял глаза, опаляя равнодушным холодом. В них не было ни любви, ни сожаления. Только ледяная пустота и раздражение.
– Карина, прекрати устраивать сцены, – процедил убийственно снисходительным тоном. – Я понимаю, что ты хотела помочь, но присваивать себе мои наработки… Это низко. Я надеялся, что мы уладим вопрос дома, но ты сама вынудила меня защищать свое честное имя официально.
– Вот документы, подтверждающие авторство Тимура Георгиевича, – слащаво пропела Оксана, молоденькая аспирантка с пухлыми губами и наглой улыбкой. – Здесь все указано: даты создания файлов, логи сервера и остальные детали, позволяющие установить, на чьем компьютере производились работы.
Я даже не взглянула на бумаги, понимая, что там будут те самые доказательства. Я смотрела на Тимура, чувствуя, как сердце разрывается в клочья. Он разрушал сейчас не только нашу личную жизнь, но и мою карьеру, веру в людей.
Тимур не просто бросал меня. Он устроил публичную порку, означающую крах моей карьеры, ведь после такого ни один НИИ не возьмет меня на работу. О науке можно забыть. Навсегда!
Я обвела взглядом комиссию, для которых авторитет младшего научного сотрудника не стоил выеденного яйца перед влиянием «светила» науки. Глаза жгли горючие слезы. Меня тошнило от лжи и фарса, который Тимур устроил тут на пару с молодой любовницей.
У нас с ней не такая большая разница в возрасте, но Тимур западал именно на таких, двадцатилетних дурочек, которых может использовать так, как посчитает нужным, а после заменить на другую, посвежее.
Это я задержалась дольше других, потому что к симпатичной мордашке прилагался талант и жажда знаний, которые вылились в совместную научную работу. Работу, авторство над которой Тимур полностью приписал себе.
– Ты жалкое ничтожество, – бросил в спину теперь уже бывший муж, когда я на негнущихся ногах направилась к выходу. – Ты всегда была лишь моей тенью. Бесплатным приложением к моему таланту…
Я дернулась, как будто холодная сталь вонзилась под ребра. Но я не обернулась, не показала, что раздавлена, а просто выбежала из здания университета, не видя ступеней.
Слезы застилали глаза горячей пеленой. Холодный московский дождь хлестанул по лицу, смешиваясь с тушью и растекаясь по щекам уродливыми потеками.
В машину. Скорее. Уехать. Подальше отсюда. Забиться в самый темный угол, где никто не увидит, как я медленно умираю. Потому что воскреснуть после такого предательства я не смогу. Никогда.
Дрожащие руки едва справились с ключом зажигания. Мотор взревел, отозвавшись на мою истерику. Я вдавила педаль газа в пол, вылетая с парковки, едва не сбив шлагбаум, успевший чиркнуть по лобовому стеклу.
Плевать я хотела на вопли охранника и штрафы, которые прилетят за превышение скорости. Единственная мысль, бившаяся в воспаленном сознании, – оказаться как можно дальше от этого ада, от равнодушных глаз Тимура, от торжествующей ухмылки его любовницы.
Город превратился в смазанные полосы света. Красный, желтый, зеленый – все смешалось в одну безумную карусель. Я кричала, ударяя ладонями по рулю, выплескивая боль, которая разрывала грудную клетку изнутри.
– Ненавижу! Будьте вы прокляты! Ненавижу!
Мокрый асфальт блестел, как черное зеркало. Поворот. Слишком резкий.
Машину повело.
Я попыталась вывернуть руль, но физика – бессердечная наука – уже вынесла мне приговор.
Впереди, в свете фар, возникла огромная туша бензовоза. Время растянулось, превратившись в тягучую патоку.
Я видела каждую каплю дождя на лобовом стекле. Видела приближающуюся громаду цистерны и понимала: это конец.
Удар.
Капот смялся в гармошку, меня вдавило в сиденье. С громким хлопком сработали подушки безопасности. Боль затопила сознание, выкручивая суставы и выжигая меня каленым железом. Взрыв. Огненная вспышка, поглотившая меня целиком.
Темнота. Оглушающая, стерильная. Я провалилась куда-то, испытывая невероятное облегчение от того, что адская боль отступила.
Мне казалось, что здесь я обрету покой. Что все закончилось не так уж и плохо, потому что я умерла еще там, под равнодушным взглядом Тимура, которого любила всем сердцем.
Но нет! Меня снова швырнуло в огненный ад.
Но на этот раз он выглядел иначе. И пах не бензином и горелой резиной, а серой, сушеной полынью и чем-то сладковато-приторным.
Я закашлялась, легкие обожгло едким дымом. Каждую клеточку пронзила тягучая боль, выворачивающая наизнанку.
Опять?!
Но я не могла ее чувствовать! Я точно знала, что умерла. Сгорела в ревущем пламени бензовоза, взорвавшегося от столкновения.
Никаких шансов. Никаких исключений.
И все же я чувствовала собственное тело. Веки, налитые свинцом, и саднящую в груди боль.
Где я? В больнице? Реанимации? Или в аду?
– …дура безмозглая! Все испортила! – раздался чужой визгливый голос в голове и тут же затих.
– Что за бред? – пробормотала я.
С трудом приподнявшись на локтях, я все же разлепила веки, чтобы осмотреться
– Не может быть! – оторопело уставилась на странное помещение, похожее на разгромленную лабораторию безумного алхимика.
Глава 2
Тело болело так, словно меня пропустили через мясорубку, но руки… Я уставилась на свои ладони. Тонкие, изящные пальцы, перепачканные сажей. На запястье – странный браслет из темной кожи с медными заклепками.
Это не мои руки!
У меня на указательном пальце был шрам от ожога кислотой. И ногти округлые, а не эти, длинные, с обгрызенными краями.
В тот миг чужая память ворвалась в меня мощным цунами. Я лишь глазами захлопала, осознавая, что передо мной проносятся годы из жизни какой-то Кайрины Энглар.
Родилась почти двадцать лет назад в бедной семье, живущей в портовом городке Ллокс королевства Рондар. Они погибли, заразившись черной лихорадкой, когда Кайрине исполнилось девять.
С тех пор она жила с дядей Мийроком Энгларом, владельцем лавки «Чудес и зелий». Пару лет назад он сошелся со склочной соседкой Криссой, обманом втеревшейся к нему в доверие.
Крисса намеревалась женить на себе дядю и завладеть его лавкой. Но не успела. Дядя умер и оставил все свое имущество единственной родственнице – Кайрине Энглар. Однако тетка на правах опекунши задумала срочно выдать неугодную племянницу замуж. За старого жирного Фергюса, владельца рыбной лавки.
И она вполне могла осуществить подлый план, ведь в этом мире правили мужчины.
В этом! Мире! Мире, где есть магия!
Именно в магии Кайрина, у которой пробудились способности, видела спасение. Она собиралась сдать экзамен на получение лицензии в Гильдии магов. Но что-то пошло не так, и ее экзаменационное зелье рванула прямо у нее в руках.
Я схватилась за голову, пытаясь удержать странный поток образов.
Выходит, эта Кайрина умерла?
А я, Карина Ахмедова, доцент кафедры химии, по странной прихоти судьбы угодила в тело неудачливой магички?
Мозг отказывался принимать новую реальность. Но она с пугающей реалистичностью врывалась в мою новую жизнь.
Незнакомая комната. Чужое тело. Я, которая должна была погибнуть! Другая я!
Вокруг царил настоящий хаос. Разбитые колбы, лужи разноцветной жижи на каменном полу, перевернутый котел. Лаборатория ничем не напоминала стерильные университетские кабинеты. Она словно сошла со страниц сказок братьев Гримм – мрачная, с пучками трав под потолком и полками, забитыми банками с чем-то подозрительным.
Взгляд упал на песочные часы. Песок почти истек.
– Экзамен… – прошептала я чужим, мелодичным голосом. – Гильдия закрывается через час.
Липкая паника попыталась захватить разум. Крисса заявится утром, вместе с женихом. Если у меня не будет лицензии мастера, я стану собственностью мужа. Жирного похотливого слизняка, охочего до молодых девиц. И тогда никакая сила не освободит меня от его власти.
– Ну уж нет, – процедила я, поднимаясь на ноги. Голова кружилась, но злость – та самая, земная, закаленная предательством Тимура, – придала сил. – Хватит с меня мужиков, которые решают мою судьбу.
Хватит!
Я подошла к уцелевшему столу. Рецепт «Дыхания ветра» лежал перед глазами. Кайрина пыталась сварить его по старым книгам дяди, строго следуя рецепту. Глупая девочка. Она игнорировала химию процесса, не понимая, что травы – это алкалоиды, эфиры и кислоты.
– Так, – я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями и подбадривая себя вслух. – Мне жизненно необходимо приготовить это зелье! А значит, нет времени на рефлексию! Срочно за работу!
Убираем мышиные хвосты, это просто органика, дающая грязь. Добавляем экстракт лимонной мяты для стабилизации pH. И нагреваем не на открытом огне, а на водяной бане.
Руки действовали сами. Память тела Кайрины подсказывала, как управлять потоками магии – это ощущалось как теплое покалывание в кончиках пальцев, – а мой мозг, мозг ученого, диктовал пропорции. Я интуитивно смешивала два мира, создавая нечто новое.
Ну а думать, как и почему я оказалась в другом мире, переживать по этому поводу и заниматься прочей ерундой, буду потом. Когда получу лицензию и обрету независимость. В Астерии, так назывался новый мир, только магички могли жить свободно, не нуждаясь в опеке отцов, братьев или мужей. И я буду не я, если не получу чертову лицензию сегодня!
Под моими чуткими действиями жидкость в колбе из мутно-зеленой посветлела до прозрачно-голубой, легкой, как утреннее небо.
Идеально! – сверила результат с тем описанием, что давалось в рецепте. – Кажется, у меня получилось!
Я схватила колбу, накинула на плечи прожженный в двух местах плащ и выбежала на улицу.
На секунду замерла на крыльце, всматриваясь в чужой и такой странный город, который будто сошел со страниц учебника по истории. Но в следующий миг я сорвалась с места и помчалась по улице.
Ллокс встретил меня гвалтом, запахом гниющей рыбы, соли и специй. Портовый город жил своей грубой, громкой жизнью. Мимо прогрохотала телега, запряженная лошадью. Люди в странных камзолах и чепцах спешили по своим делам, не обращая внимания на сумасшедшую девицу с колбой в руках.
До закрытия оставалось пять минут. Я бежала со всех ног, приподняв длинную юбку и сверкая чулками, игнорируя косые взгляды. Монументальное здание Магической гильдии возвышалось в конце длинной улицы.
Я ворвалась в двери за минуту до того, как стражник намеревался их закрывать.
– Прием окончен! – рявкнул усатый клерк за стойкой.
Глава 3
– Еще нет! – я с грохотом поставила колбу на стол. – Образец готов. Стабилизирован. Проверяйте.
– Мы закрыты! – недовольно поморщился дежурный маг.
– А я – успела! И никуда не уйду, пока вы не выдадите мне мою лицензию! – притопнула ногой, выплескивая гнев и решимость идти до конца.
Маг скептически поднял бровь, тяжело вздохнул и взял колбу, поднес к свету магического кристалла. Его лицо вытянулось. Показатели чистоты зашкаливали. Такой продукт делали только магистры, а не двадцатилетние недоучки.
Пришлось клерку задержаться после работы и выдать мне чертову лицензию. Через двадцать минут я вышла из здания Гильдии, прижимая к груди заветный свиток с гербовой печатью.
Лицензия! Моя свобода и мое будущее в этом странном и удивительном мире.
Адреналин в крови постепенно снижался, уступая место чудовищной усталости. Больше не требовалось никуда бежать. Можно было спокойно оглядеться, понять, куда я попала, и оценить масштабы катастрофы.
Не так уж все и плохо, если разобраться. Из плюсов: тело мне досталось молодое, двадцатилетнее. Вполне симпатичное, на что указывало мое отражение в витринах магазинчиков. К тому же, у меня в активах магические способности и лавка, которую оставил в наследство дядя.
Из минусов: проблемы с деньгами – множество товаров и ценных ингредиентов уничтожил тот злосчастный врыв. Еще у меня нет защиты от физической силы. Тетя Крисса придет в бешенство, узнав, что ее идеальный план сорвался. Прежняя Кайрина намеревалась отсидеться за закрытыми дверями, понимая, что злобную тетку не остановит какая-то бумажка. Пусть даже заверенная магической печатью гильдии.
Но сколько я так просижу? Пока не состарюсь? Не вечно же мне бегать и прятаться по углам? Нет, тут надо действовать иначе и сразу дать отпор, чтобы навсегда отбить охоту поживиться за мой счет.
Мой обратный путь лежал мимо таверны «Вареный Краб», у входа в которую назревала драка. Огромный детина с густой бородой и печальными глазами стоял, окруженный тремя стражниками.
– Убирайся, Брам! – кричал один из них. – Ты больше не в городской страже. Никто не возьмет на работу полукровку, который перечит приказам!
– Я не буду бить голодных детей за кражу яблока, – пробасил гигант.
Меня словно током ударило. Принципиальный? Сильный? И безработный?
Я подошла ближе, стараясь держать спину прямо. Тело мне досталось невысокое, хрупкое, зато внутри него имелся стержень взрослой двадцати семилетней женщины, прошедшей через ад.
– Эй! – окликнула здоровяка. – Ищешь работу?
Брам обернулся. В его взгляде читалось удивление и усталость.
– Госпожа? У меня нет рекомендаций.
– Плевать на рекомендации, – отрезала я. – Мне нужен охранник. Платить пока нечем. Но есть еда и крыша над головой. А еще работа, за которую не будет стыдно.
Он молчал секунду, оценивая меня. Мое перепачканное сажей лицо, горящие глаза, решимость.
– Идет, – кивнул он. – Я Брам Остер.
– Карина… то есть, Кайрина Энглар. Идем, Брам. Дел по горло.
Мы не прошли и полквартала, как я услышала сдавленный писк. В грязном переулке двое подростков лет по пятнадцать-семнадцать пинали кого-то маленького, свернувшегося клубком.
– А ну брысь! – рявкнул Брам, вырастая за моей спиной.
Хулиганов как ветром сдуло. На земле остался лежать ребенок. Девочка. Худая, как скелет. Она прижимала к груди надкусанную булку, перепачканную в песке, и затравленно смотрела на меня огромными глазищами.
Сердце дрогнуло от жалости. Я вспомнила себя в том кабинете. Униженную. Растоптанную. Никто не заступился за меня тогда. Но я могу заступиться сейчас.
– Эй, – я присела на корточки. – Ты как?
Она шмыгнула носом, глядя на меня с недоверием загнанного зверька.
– Жить буду.
–Как тебя зовут?
– Милли.
– Хочешь есть что-то получше грязной булки, Милли? – я протянула ей руку. – Мне нужна помощница. Шустрая и глазастая.
Она посмотрела на Брама, потом на меня. В ее глазах вспыхнула искра надежды.
– Хочу, госпожа! Вы не пожалеете.
– Тогда поднимайся, идем со мной. Предупреждаю, платить мне пока нечем, но крышу над головой и еду гарантирую.
Позади раздался хмык.
Ага, Брама я наняла на тех же условиях.
А мы ведь даже плату не обговорили. Видно, у этих двоих совсем дела плохи, раз согласны на любую работу. А мне теперь надо срочно придумать, как заработать. Впрочем, с моими знаниями химии и наследством, доставшимся от Кайрины, я была уверена, что у меня все получится.
Через пару часов мы уже сидели в маленькой кухне, обустроенной в подсобном помещении при лавке.
Брам чинил сломанную ножку стула, Милли уплетала похлебку, которую я наскоро сварила из остатков припасов. А я смотрела на огонь и не могла поверить в происходящее.
Сутки назад я была любящей женой и уважаемым ученым в Москве. Сейчас я в теле юной девушки, в мире, где правила магия и феодальный произвол, в компании бывшего стражника и уличной воровки.
Страшно? Безумно. Но еще я чувствовала странное, будоражащее кровь чувство. Я жива. Я сделала то, что казалось невозможным. Я не сдалась.
После позднего ужина мы отправились спать. Брама я поселила в пристройке, расположенной во внутреннем дворе лавки, а сама вместе с Милли заняла комнату дяди.
Сон выдался тревожным. Мне снился скрежет металла, огонь и лицо Тимура, переходящее в жуткий оскал.
А утром, едва первые лучи солнца коснулись черепичных крыш, в дверь лавки забарабанили. Нагло, по-хозяйски, как будто имели право тут распоряжаться.
– Открывай, дрянь неблагодарная! – визгливый голос тетки Криссы разрушил утреннюю тишину. – Мы знаем, что ты там! Жених ждать не будет!
Глава 4
Я глубоко вздохнула, прикрыв глаза на долю секунды. Визг напоминал звук бормашины – такой же пронзительный и вызывающий фантомную боль.
В прошлой жизни я бы, наверное, спряталась. Сжалась бы в комок, позволив Тимуру решать проблему за меня. Но той Карины больше нет. Она сгорела в пламени взорвавшегося бензовоза на мокром асфальте Садового кольца.
– Милли, зови скорей Брама. Я пошла открывать, – отправила напуганную спросонок помощницу за стражем, а сама спустилась вниз.
Я резко распахнула дверь. Утренний свет, яркий и бесцеремонный, ударил в лицо, ослепляя. На пороге стояла тетка Крисса – сухопарая женщина со следами былой красоты на лице и злобными глазами, делающими ее похожей на ведьму.
Рядом с ней, потея в слишком тесном бархатном камзоле, переминался с ноги на ногу Фергюс. От него разило дешевой лавандовой водой и застарелым потом.
– Ну наконец-то! – взвизгнула тетка, пытаясь протиснуться внутрь, но я не сдвинулась с места ни на дюйм, перегородив проход. – Ты что творишь, негодная? Фергюс принес брачный контракт! Собирай вещи, живо!
– Доброе утро, тетя, – поздоровалась холодно. – Боюсь, вы ошиблись адресом. Здесь нет невесты для господина Фергюса.
Лавочник сально ухмыльнулся, оглядывая меня с головы до ног липким, масляным взглядом. Мне захотелось вымыть руки с хлоркой. В этом взгляде я сразу угадала ту же самую абсолютную уверенность в собственном превосходстве, которую замечала у Тимура в последние месяцы.
– Не ломайся, девка, – прохрипел он, протягивая пухлую руку к моему плечу. – Твоя лавка теперь моя, как и ты сама. Долги дяди…
– Долги дяди перекрыты активами лавки, права на которую полностью перешли ко мне, – я вытащила из кармана передника свиток с гербовой печатью Гильдии и развернула его перед их носами. – Лицензия Мастера первой ступени на имя Кайрины Энглар. Согласно законам Ллокса, мастер-алхимик не подлежит принудительной опеке.
Тетка открыла рот, напоминая рыбу, выброшенную на берег. Лицо Фергюса пошло багровыми пятнами.
– Это подделка! – взвизгнула Крисса. – Ты не могла! Ты бездарность!
– Еще одно слово, – прорычала, делая шаг вперед, – и я подам жалобу в магистрат за оскорбление члена Гильдии. А теперь – пошли вон с моего порога!
Фергюс побагровел еще сильнее, сжимая кулаки. Он шагнул ко мне, явно намереваясь использовать последний аргумент примитивных мужчин – физическую силу.
– Ты пойдешь со мной, маленькая дрянь, и я научу тебя покорности и уважению…
В этот момент из полумрака лавки, словно гора, отделившаяся от скалы, вырос Брам. Он просто встал за моим плечом, скрестив на груди ручищи толщиной с небольшое бревно. Тень от его фигуры полностью накрыла несостоявшегося жениха.
– Госпожа Кайрина, у ваших гостей проблемы со слухом? – пробасил он.
Фергюс икнул. Вся его спесь испарилась мгновенно, сменившись животным страхом. Он попятился, едва не споткнувшись о подол теткиного платья.
– Мы еще встретимся! – прошипела Крисса, хватая своего протеже за рукав. – Ты пожалеешь, Кайрина! Ты сдохнешь в нищете!
Я смотрела, как они поспешно удаляются по брусчатке, смешиваясь с толпой горожан. Сердце билось об ребра, как пойманная птица, но руки больше не дрожали. Я захлопнула дверь и привалилась к ней спиной, чувствуя, как адреналин медленно отступает, оставляя после себя звенящую пустоту.
– Они ушли? – из-за прилавка высунулась кудрявая голова Милли. Девочка сжимала в руках тяжелый медный пестик, готовая обороняться.
– Ушли, – выдохнула я, сползая по двери на пол. На губах сама собой появилась улыбка – сначала робкая, потом все шире. – Ушли, Милли! Мы победили.
– Госпожа, – Брам кашлянул, оглядывая разгромленное помещение. – Победа – это хорошо. Но жрать нам по-прежнему нечего. А лавка выглядит так, будто тут драконы устроили брачный гон.
Я поднялась, отряхивая юбку. Он был прав. Эмоции – это роскошь, которую я пока не могла себе позволить. Вокруг царил хаос: осколки стекла хрустели под ногами, закопченные стены напоминали о вчерашнем взрыве, полки покосились.
Но это был мой хаос. Моя территория.
– Значит, за работу, – скомандовала я, включая режим «заведующей лабораторией». – Брам, на тебе вынос мусора и ремонт стеллажей. Милли, тебе поручаю самое ответственное – вымыть полы и протереть от пыли уцелевшие банки. А я займусь инвентаризацией.
Следующие три часа слились в единый марафон уборки. Мы драили, таскали, скоблили, создавая облик новой лавки «Чудес и зелий».
В дальнем углу подсобки я обнаружила ящик с «неликвидом». Странные кристаллы, пучки сушеной полыни, банки с мутным осадком. Дядя пытался продавать это как амулеты от сглаза, но, судя по слою пыли, безуспешно. Сверху лежала старая тетрадка с записями. В основном, пометки «дядюшки» насчет артефактов и размышления на тему того, как их можно реанимировать.
– Что это за гадость? – Милли сморщила нос, заглядывая в ящик.
– Это не гадость, Милли, – я повертела в руках пучок коры белой ивы. – Это салицилаты. Природный аспирин. А вот это, – я достала банку с сушеными ягодами можжевельника, – отличный диуретик и антисептик.
В голове постепенно начал вырисовываться план.
Итак, что мы имеем? Ллокс – портовый город, в котором полно моряков, грузчиков, торговцев. Что им нужно? Вряд ли таким покупателям по карману эликсиры бессмертия, которые стоят целое состояние. Им нужно, чтобы утром не трещала голова после попойки, чтобы не ломило спину после разгрузки трюмов, и чтобы быстро заживали ссадины после портовых драк.
– Брам, разжигай очаг, – я почувствовала тот самый азарт исследователя, который гнал меня в лабораторию по выходным. – Мы будем варить зелья.
