Kitabı oxu: «Тайна мальтийского креста», səhifə 2

Глава первая

Сергей наклонился над лежащей на бетонном полу лестничной площадки женщиной, приложил пальцы к шее, пытаясь нащупать пульс. Пульс не прослушивался. Мужчина удовлетворенно хмыкнул и выпрямился. Чутко прислушался. В подъезде было тихо. Лишь где-то на верхних этажах плакал маленький ребенок, и громко играла какая-то классическая музыка. В музыке, надо признаться, он совершенно не разбирался. Но ее жизнеутверждающая мелодия ему понравилась.

Удовлетворенный проделанной работой, он, довольный, страшно фальшивя, но весело насвистывая услышанную мелодию, по лестнице начал спускаться вниз, иногда перескакивая через две ступеньки.

Проходя мимо окна на втором этаже, он услышал негромкий стук в стекло. Сергей от неожиданности перестал свистеть, вздрогнул, остановился и с испугом взглянул на источник звука. С удивлением он увидел сидящего на водостоке черного ворона.

Огромная птица с нескрываемой, необъяснимой ненавистью смотрела на Уварова. От ее горящего взгляда неприятный озноб пробежал по спине мужчины. На лбу выступила испарина. Сергей с раздражением сплюнул на пол площадки, с усилием оторвав взгляд от птицы, зябко передернул плечами и ускорил свой шаг, перепрыгивая через две ступени. Через мгновение он уже был у входной двери.

Открывая ее, Уваров едва не столкнулся с беременной женщиной, входящей в подъезд. Он галантно открыл дверь, придержал ее, пропуская женщину внутрь. Она скользнула по нему равнодушным взглядом, кивком поблагодарила за услугу и направилась к лифту.

С необычайным облегчением он вышел на залитую солнцем улицу и оглянулся в поисках так напугавшей его птицы. Но на водоотливе никого не было. Пожав недоуменно плечами, Уваров, не спеша, вразвалочку перешел дорогу и направился к стоящему невдалеке от дома кафе.

Сидя за столиком у окна, Сергей спокойно попивал кофе и наблюдал за происходящими напротив событиями. Он с удовлетворением видел, как через минут пятнадцать с сиреной и проблесковыми маячками к подъезду подъехала скорая медицинская помощь. Через несколько минут около нее припарковался микроавтобус полиции и из него выскочили несколько офицеров и гражданских. А потом подъехал «Лексус». Из него вышел Струкачев и почти бегом направился в подъезд.

Увидев своего непримиримого врага, Сергей в волнении даже приподнялся со стула, подавшись всем телом к окну. Несколько секунд он неподвижно стоял, прижавшись к стеклу почти в беспамятстве. От волнения он даже дышать забыл. Лишь желваки перекатывались на его грубом лице. Придя в себя через несколько мгновений, он с испугом оглянулся. Не обратил ли кто внимание на чрезмерное любопытство мужчины средних лет к происходящему на улице? Но в этот час в кафе было мало народу, и все были заняты исключительно своими делами.

Несколько успокоившись, Сергей сел на стул и стал деланно равнодушно наблюдать за суетой у подъезда. Наблюдение за происходящим согревало его очерствевшую душу. Много лет, сидя в колонии, он вынашивал планы мщения своему, более удачливому, другу, посмевшему не испугаться, смело встать у него на пути к славе, к мировому господству. А воспоминания о неприятной встрече со странной птицей постепенно стиралась в памяти, притуплялись. И даже появление этой редкой огромной птицы в городской черте уже не казалась ему такой значимой.

– «Плохо, что эта беременная женщина меня видела», – мелькнула в его голове несвоевременная мысль, которая несколько омрачало его радость. – «Будем надеяться, что она не обратила на меня внимания. И откуда взялась эта беременная клуша?» – Сергей с раздражением сплюнул. С испугом огляделся, не видел ли кто его непозволительного раздражения. Но все были заняты своими делами, и никто не обратил внимания на эту его неприличную выходку. – «Надо мне все-таки быть осмотрительнее», – с трудом подавляя в себе раздражение, подумал он.

Он относительно спокойно допил кофе и теперь сидел за столом, периодически поглядывая на происходящие за окном события. У подъезда стояла небольшая толпа из вездесущих старушек-пенсионеров и молоденьких мамаш с колясками, ради бесплатного зрелища покинувших детские площадки. Все-таки загадочное убийство в доме незнакомой беременной женщины, большое количество серьезных мужчин в полицейской форме и в штатском, снующих с деловым видом из машин в подъезд и обратно, было значительно интереснее, чем бесконечные и порядком уже надоевшие обсуждения очередных покупок модных тряпок или любовных похождений знакомых и малознакомых женщин.

Ему неожиданно почему-то пришла в голову мысль, что месяца два назад, вскоре после освобождения из мест заключения, где он провел без малого десять лет, в подобном кафе он встретился со своей бывшей подчиненной.

Тогда он также сидел в кафе, правда не в этом, а в центре города, пил кофе и скучающим взглядом разглядывал редких посетителей. Иногда лениво начинал думать, чем бы ему теперь заняться, чтобы обеспечивать свою жизнь. Квартирный вопрос его, слава Богу, не интересовал. После смерти матери ему в наследство досталась вполне приличная двухкомнатная квартира. Совсем недалеко от центра города. А вот с деньгами просто беда. Те небольшие деньги, что остались в наследство от почившей матери, катастрофически заканчивались. Нужно было срочно решать эту нелегкую проблему. Он прекрасно осознавал, что не каждый владелец фирмы возьмет на работу человека, имеющего судимость. Да и образование, мягко говоря, было специфическим. Много ли найдется в городе вакансий специалистов, имеющих юридическое образование? А уж об опыте работы по специальности и говорить не приходится.

Уваров тяжело вздохнул, раздраженный неприятными размышлениями. Еще одна проблема мучила его – слежка за Струкачевым и разработка плана мести человеку, посмевшему встать на его пути, когда вожделенный божок Эрлика, был уже практически у него в руках. Он посмел разрушить так тщательно разработанный план.

При воспоминании об этом факте в своей биографии Сергей скрежетал зубами в бессильной ярости. Но, даже в приступах ярости, он никому бы не признался, что он боялся открытого противостояния своему бывшему другу. Слишком хорошо он знал способности этого частного детектива. При таком раскладе шансов остаться живым у него совсем немного. Нет, здесь нужен другой подход, не такой прямолинейный. Нужно было придумать что-нибудь такое… Короче, чтобы этот заносчивый выскочка надолго заполнил, что ему, самому Уварову, на пути лучше не становиться в тот момент, когда он целеустремленно идет к намеченной цели. Но выполнение этой задачи была, пожалуй, даже посложнее первой.

И однажды в минуту тяжелого раздумья о жестокой мести бывшему другу его посетило поистине спасительное озарение. Зачем рисковать, подвергать потенциальной опасности свою жизнь, когда можно пойти по простому, но не менее жестокому варианту. Можно просто убить его жену. С женщиной-то совладать значительно проще. Это убийство осуществить значительно проще, а результат… О! Это будет прекрасная возможность нанести своему заклятому врагу очень болезненный удар. Хм! Да! От такого изощренного удара его впечатлительный и влюбчивый друг не скоро придет в себя.

С той поры Сергей терпеливо ожидал подходящего случая, бесконечно смакуя подробности сцены своей сладкой мести.

Его размышления были бесцеремонно прерваны очень знакомым голосом.

– Сергей Георгиевич, неужели это вы? Глазам своим не верю, – услышал он почти забытый, но когда-то очень знакомый и близкий женский голос.

Задумавшийся Уваров от неожиданности вздрогнул и с удивлением вскинул голову. У стола стояла Алевтина Митина, его бывшая подчиненная в те далекие времена, когда он был начальником отдела милиции. И не только подчиненная, но и неутомимая любовница, с которой он провел немало прекрасных часов, о которых он с тоской вспоминал в годы заключения, скрепя зубами от переполнявших его мозг эротических картинок.

– Алевтина! – радостно воскликнул он. – Как я рад тебя видеть! Ты какими судьбами попала сюда? И к чему такое официальное обращение?

– Сергей, – смутилась женщина, – я не рискнула обращаться к вам… к тебе без официальности после стольких лет разлуки. Может ты и забыл уже обо мне за столько лет разлуки? А я, – справившись со смущением, женщина заговорила более раскованно, – сегодня, наконец-то, выбралась из своего коттеджного поселка, чтобы побродить по магазинам, посмотреть новые поступления модной одежды. И забрела сюда отдохнуть от утомительного шопинга и кофейку выпить.

– Постой-ка, постой! Насколько я помню, ты панически боялась автомобиля. Неужели ты смогла преодолеть свою фобию и получила водительские права?

– Что ты! – женщина очень театрально взмахнула рукой. – Мой страх перед этим железным чудовищем так никуда и не делся. В город меня возят либо друзья, либо муж. Иногда езжу на такси. А сегодня в город меня привез муж.

– Ты вышла замуж? – нетактично удивился Уваров.

– Почему ты удивляешься, Сергей? Я что недостаточно хороша для замужества? – женщина кокетливо стрельнула глазками. – Мне кажется, я вполне хороша. В том числе и в постели. Или у тебя другое мнение?

– Извини, ради Бога, Алевтина. Я спорол откровенную чушь. Просто для меня твое сообщение о замужестве было очень неожиданным. Как-то не представляю тебя в роли чьей-то жены. А в постели ты, действительно, хороша. Я о тебе на зоне часто вспоминал. Помнишь наши с тобой встречи? Как мы с тобой в постели кувыркались! На мой взгляд, мы с тобой прекрасно проводили время.

– Я, конечно, их помню. – Алевтина от воспоминаний улыбнулась. – Я часто о тебе вспоминала. Мой муж не идет ни в какое сравнение с тобой. – Алевтина с усилием согнала с лица маску воспоминаний и уже с тенью грусти произнесла: – Он уже в солидном возрасте и его сексуальные силы уже не те, что у молодых и здоровых мужчин. – Алевтина на несколько мгновений задумалась, а потом даже головой покивала, чтобы отогнать эротические видения.

– И где же сейчас твой муж?

– Сейчас он пошел по своим делам. Договорились встретиться с ним в пятнадцать часов, – Алевтина взглянула на часы. – О, еще целый час у меня в запасе. А ты расскажи о себе, что делаешь, чем занимаешься? – женщина, не дожидаясь приглашения от своего старого знакомого, поставила на пол у стула большую сумку с покупками и расположилась напротив него.

– Да что тут особо-то рассказывать? Ты, наверно, слышала, что я был в местах, отсюда достаточно отдаленных, – Сергей откровенно разглядывал стройное тело бывшей любовницы, дерзко торчащую высокую грудь. – Отсидел почти десять лет на зоне. А ты представляешь, каково это, отсидеть такой срок, не видя баб? Я уж не говорю о большем. Это было самым страшным испытанием, которое мне пришлось пережить в жизни. Но три недели назад меня, наконец-то, выпустили на свободу. И первое, что я сделал, попав в город, это нашел бабу. – Сергей заулыбался, вспоминая, что он вытворял с той многоопытной женщиной, что снял за недорого около железнодорожного вокзала. – М-да! – Сергей с трудом отогнал свои эротические воспоминания. – Вот сейчас неспешно оформляю все необходимые документы для проживания, потом займусь поиском работы, – уже почти спокойно закончил он.

Алевтина с любопытством рассматривала бывшего начальника. И ничуть он не изменился. Только виски слегка посеребрила седина, и лишения долгого заключения навсегда отпечатали на щеках глубокие морщины. Заметив откровенный интерес мужчины к своему телу, женщина слегка смутилась. Кончики ее ушей зардели, и на пухленьких щечках появился легкий румянец.

– Может, что-нибудь выпьем за встречу? – не подумавши, предложил Сергей, с ужасом подсчитывая, хватит ли у него денег, чтобы расплатиться за бутылку хотя бы самого дешевого вина.

– Не сегодня, Сергей, – с облегчением услышал он. – Давай с тобой встретимся как-нибудь в другой раз и неспешно проведем время. Повспоминаем наше прекрасное прошлое. Вот, возьми номер моего мобильника. Захочешь встретиться, позвони, – женщина кокетливо протянула ему изящно исполненную визитку.

Через несколько дней Уваров позвонил Алевтине. Они встретились в городе, и Сергей пригласил старую подругу в свое слегка запущенное холостяцкое жилище. В тот день они к обоюдному удовлетворению возобновили свои любовные отношения.

Его волнующие воспоминания были прерваны каким-то шумом за окном. Сергей с любопытством посмотрел на улицу и с удовольствием, граничащим с радостью, увидел, как вынесли из подъезда носилки с телом жены Венедикта. Рядом шагал и бывший друг с посеревшим от горя каменным лицом. Носилки погрузили в автомашину, следом залез Венедикт. Машина с включенной сиреной понеслась по городу.

Сергей удовлетворенно хмыкнул. Самую сложную свою задачу он сегодня осуществил. И выполнение ее было почти идеальным, не считая мелких шероховатостей. Он расплатился за выпитый кофе и полностью удовлетворенный событиями прошедшего дня, отправился домой.

Глава вторая

1

Кафе «У Палыча», казалось, стояло здесь всегда. Во всяком случае, все посетители были в этом убеждены. Хотя история свидетельствует, что его возникновение произошло не так уж и давно. Лет двадцать назад оно стояло на этом же месте. Но окружено было добротными домами колхозников.

А потом началась перестройка. Колхоз благополучно развалился. Земля, на которой он стоял, была выкуплена изворотливым бизнесменом, и вскоре, как по мановению волшебной палочки, здесь очень быстро вырос коттеджный поселок. Вскоре он был заселен состоятельными горожанами, которые пресытились городской жизнью. Их чувствительная натура настойчиво требовала единения с матушкой-природой.

Чего-чего, а природы в этих краях было предостаточно. Вокруг стояли почти нетронутые столетиями великолепнейшие леса. Совсем рядом с поселком протекала неширокая, но полноводная река, полная разнообразнейшей рыбы.

А небольшое кафе мистическим образом осталось стоять на своем историческом месте. Его, само собой, хорошо отреставрировали, кое-что убрали, чего-то достроили. Рядом воздвигли огромный парник. Посетители кафе могли, почти круглогодично, лакомиться с него свежей продукцией.

Оно оказалось на оживленной трассе, проходящей вдоль реки, и соединяющей два богатых района. Обслуживало, в основном, водителей-дальнобойщиков. Они не упускали возможности отдохнуть в уютной обстановке кафе, выпить чашечку кофе, а то и пообедать плотно. Со временем здесь образовался своего рода клуб по интересам. Можно было узнать новости по трассе. Поделиться своим взглядом на происходящие в стране или в районе события.

Услугами кафе с удовольствием пользовалось и немногочисленное мужское население стоящей вдоль реки деревушки в несколько десятков домов, жалкие остатки когда-то богатого колхоза. Деревушка находилась за рекой в паре километров от трассы. Своей окраиной она прислонялась к вековому лесу.

Соединялись два берега реки старым деревянным мостом, давно и настойчиво требующим ремонта. Но никому не было дела до него. Жители коттеджного поселка редко пользовались им. Что им было делать в нищей, стремительно разваливающейся деревне? А до неудобств местного населения им и подавно не было никакого дела. Так и стоял престарелый мост, терпеливо дожидаясь своего закономерной кончины.

2

В тот промозглый осенний вечер посетителей в кафе было немного. Здоровый, слегка сутуловатый мужчина с большими натруженными долгой и изнурительной работой руками, с усилием поднял со стола тяжелую от бесконечных пьянок голову и, медленно открыв отекшие остекленевшие глаза, мутным взглядом обвел помещение, пытаясь понять, где он находится. После долгих неимоверно тяжелых усилий осознав где, он предательски дрожащей рукой с трудом забрался в карман куртки и выгреб из него деньги на стол. С трудом, много раз сбиваясь со счета, подсчитал имеемую наличность. А подсчитав, основательно приуныл. На очередную порцию водки денег явно не хватало.

Егор, неустойчиво покачивая головой со стороны в сторону, исподлобья с тоской обвел несколько продолговатое помещение кафе. У стены почти напротив входной двери находилась барная стойка. За ней располагались добротно сделанные деревянные полки с неплохим для здешних мест ассортиментом освежающих и крепких напитков.

В этот поздний час за стойкой стоял сам хозяин заведения – невысокий, но крепкий мужчина, с мощными волосатыми руками, толстой жилистой шеей. Через густой волосяной покров груди с трудом просматривалась цветная татуировка, изображающая обнаженную соблазнительную красотку. По мощной руке ползла небрежно изображенная толстая змея с удивительно натурально изображенными злыми глазами. Что она должна была обозначать, большинству видевших ее, было непонятно, но при виде этой змеи у случайного зрителя невольно пробегал мороз по коже.

К тому времени в кафе осталось вообще всего несколько человек. С трудом поднявшись, пошатываясь, Егор подошел к стойке и с мольбой взглянул на бармена.

– Иван, ну будь человеком, – с трудом ворочая языком, негромко пробормотал он, – налей мне еще соточку. Ты же знаешь меня. Я тебе обязательно отдам долг. Вот только денег раздобуду и тут же, сразу же отдам.

– Знаю я тебя, алкоголик ты законченный. Поэтому и не наливаю. – Высокий, с мощными руками бармен лениво протирал и так идеально чистые стаканы и с презрением смотрел на давно не бритого, грязного мужчину. – Ты мне уже столько задолжал, что всей твоей никчемной жизни не хватит, чтобы расплатиться со мной. Шагай, давай, отсюда, пока я тебя не вышвырнул вон.

Егор с ненавистью посмотрел на красное, лоснящееся в свете электрической лампочки лицо бармена.

– «Врезать бы сейчас по этой ненавистной морде, чтобы его похабная, ехидная улыбка сползла с нее. Чтобы он безутешно рыдал, раболепно целовал мои грязные сапоги, омывая их своей кровью. Чтобы он унизительно меня умолял пощадить, не бить его больше!», – мелькнула в голове мысль. Он даже почувствовал, как возникла и начала расти в нем волна слепой ненависти к. Она властно поднималась вверх, заставляя сердце биться быстрее, наливая вялые мышцы силой, заливая глаза кровью. И даже кулаки уже сжались, и мускулы в готовности напряглись для нанесения этого сладостного решительно удара. Но, взглянув на широкие плечи своего потенциального противника и внушительных размеров кулаки, на эти мощные челюсти, меланхолично жующие что-то, Егор благоразумно решил не связываться с этим чудовищем. Один удар такого кулака надолго мог отправить его в глубокой задумчивости на пол.

Однажды он был уже свидетелем, как эта безобразная горилла несколькими ударами своих страшных кулаков расправилась с двумя не в меру разбушевавшимися подвыпившими водителями большегрузов. А были они ребятами крепкими, закаленными в многочисленных выяснениях правоты своей позиции. Одного из них после такого выяснения пришлось даже отправить в больницу. Больше его никто на этой трассе не встречал.

Егор, кипя от ненависти и безысходности, отошел от стойки, уселся на шаткую табуретку у окна и с надеждой обвел взглядом сидящих за столом мужиков. Не угостит ли кто?

Один из них, здоровый, чернявый, похожий на цыгана, водитель почувствовал на своей спине его взгляд. Он резко повернулся к Егору и так угрюмо исподлобья на него взглянул угольно-черными глазами, что тот сразу понял всю тщетность своих надежд.

Тяжело вздохнув, Егор встал, пошатываясь, побрел к выходу. С ненавистью, ударом ноги открыл дверь и вышел из бара. Порыв сильного ветра едва не сбил его с ног. Егор поднял голову вверх. Все небо было затянуто низкими свинцовыми облаками и падал с него, то ли дождь, то ли снег. То ли вместе они падали с неба. Лицо сразу стало мокрым. Голова закружилась, подкатила неприятная тошнота. Громко икнув, мужчина опустил голову и осмотрелся мутным взглядом.

Черные ветки берез, росших через дорогу от кафе, дрожали от порывов ветра, а жалкие остатки того, что когда-то было тротуаром у одинокого здания, было покрыто тонкой корочкой обледеневшей грязи. Скользкой и чрезвычайно опасной.

Егор тоскливо посмотрел в черное небо, сплюнул с ненавистью, дрожащими, замерзшими мгновенно мокрыми руками, поднял воротник куртки и, втянув голову в плечи, обреченно побрел домой. Перешел через пустынную в этот поздний час трассу и ступил в лесополосу, тянущуюся вдоль реки. Знакомая с детских лет, хорошо протоптанная тропинка в ней, была предательски скользкой, идти было трудно. Он постоянно падал. Вскоре вся его одежда была мокрой и грязной. Руки были все в порезах и кровоточили.

С изощренными, годами отточенными, матюгами Егор падал, с трудом поднимался и упорно брел вперед. А что оставалось делать? Было темно, не видно ни зги. Очередной порыв ветра с воем пронесся по лесу, неся на своих крыльях вековую тоску и безнадегу. Зашуршали заиндевевшие травы, зашелестели не облетевшие еще местами березы.

– Скорее бы уж этот проклятый мост, что б его черти побрали со всеми его гнилыми бревнами, – с ненавистью бормотал Егор. – Сколько можно брести по этой бесконечной тропе, на которой сам черт себе ноги переломает?!

Сзади и сверху в воздухе что-то захлопало. Егор вздрогнул от неожиданности, с испугом оглянулся. В сумерках в темном небе метались едва различимые черные тени вспугнутых кем-то птиц.

– «Какого черта я испугался каких-то там птиц, чтоб они поздыхали все до одной?», – с досадой подумал он, успокаиваясь. – «Не иначе, как во всем виновата эта ночь. Ишь, какая темная, да мерзопакостная. Самое время для грабителей и убийц».

Сплюнув с досады, мужчина нагнулся, пытаясь увидеть тропу. С трудом, на ощупь, разыскав ее в темноте, спотыкаясь, побрел дальше. Вскоре тропа резко повернула вправо, и к шороху листвы присоединилось журчание реки.

Шумит она бесконечно, веками о чем-то беспечно рассказывает вольным и невольным своим слушателям. А над ней загадочной занавесью висит легкий осенний туман, словно стыдливо скрывая за пеленой ее наготу в неясном свете выглянувшей сквозь тучи луны.

Вот вскоре и мост вдалеке сквозь деревья да невысокий кустарник высветился. Совсем недалеко стоит он загадочной громадой в неуверенном свете выглянувшего из туч старого месяца, слегка прикрытый легким туманом. Веселее стало мужчине. Энергичнее побрел он к мосту по скользкому берегу, иногда с хрустом взламывая сапогами тонкий лед на небольших лужицах.

Слева послышался странный шум. Егор, подняв голову, взглянул. На нижней ветке огромной березы, что росла, наклонившись над рекой, сидела огромная черная птица. Она нетерпеливо переминалась с лапы на лапу и то раскрывала огромные крылья, то с шумом складывала их.

– «Что за чудная птица появилась в наших краях?» – зашевелилось в пьяной голове. – «Никогда, а живу на этом свете уже полных шестьдесят семь лет, таких диковинных птиц здесь не видел. Может это сказочная птица – ворон, о котором когда-то читала мне давно покойная матушка? Но откуда здесь взяться этой сказочной птице?».

Ворон, а это был, действительно, он, увидев порядком растерянного мужчину, с громким шелестом раскрыл огромные крылья, слетел с ветки, сделал над рекой огромный круг и черной молнией устремился к Егору, пронзая завесу тумана.

От неожиданности мужчина присел, прикрыл руками голову, резко отклонился в сторону, стремясь избежать разящего удара огромной птицы.

А та, подлетев, словно застыла загадочным образом на месте. Злобно защелкала перед лицом огромным клювом, смерила его яростно горящими глазами, и неожиданно тяжелым крылом нанесла сильный удар по голове.

Получив оглушающий удар, и от охватившего его внезапного ужаса беспомощно ахнул мужчина, сделал шаг в сторону, замахал бестолково руками и, не удержавшись на неверных ногах на скользкой земле, упал на землю, непреодолимо покатился по отлогому берегу к реке. Громко, утробно вскрикнув в ночи, свалился Егор в свинцовую чернь воды.