Kitabı oxu: «География для тех, кто потерял компас, но не чувство юмора»

Глава

География для тех, кто потерял компас, но не чувство юмора

Основная идея книги

Это не учебник по географии.

Это – сборник нелепых, тёплых и познавательных приключений команды, которые путешествуют по миру, вечно попадают в смешные ситуации, а в конце каждой главы – маленький итог с реальными географическими фактами.

Структура

Глава 1. Как мы стали путешественниками

— Знакомство с героями, сборы в дорогу, Клавдий теряет карту, а Шустрик убегает к горизонту.

Глава 2. Где север, если компас врёт

— Ориентирование на местности, почему нельзя доверять одному компасу, и как Бони спас всех с помощью печенья.

Глава 3. Почему в Африке жарко, а у нас в рюкзаке варежки

— Климатические пояса, солнечные лучи, и почему Соня опять уснула, когда начали объяснять.

Глава 4. Вулканы: красиво, но опасно

— Шустрик нашёл вулкан и хотел заглянуть внутрь. Клавдий пытался объяснить, что такое магма, но все отвлеклись на запах серы (и Бони предложил закрыть нос печеньем).

Глава 5. Где живут кенгуру и почему они не летают

— Эндемики, эволюция, географическая изоляция. И почему в Австралии всё наоборот.

Глава 6. Океаны — это не просто вода

— Почему Тихий океан называется Тихим, хотя там штормы. Что такое течения, цунами и почему Соня боится воды.

Глава 7. Самое смешное название на карте

— Топонимика. Команда ищет самое забавное название города или реки, путается в произношении и узнаёт, откуда берутся географические имена.

Глава 8. Как мы заблудились в пустыне, хотя у нас была карта

— Пустыни, оазисы, выживание и почему Бони решил, что мираж – это просто печенье, которое ему мерещится.

Глава 9. Горы — это не просто камни

— Как образуются горы, что такое высотные пояса, и почему на вершине так холодно (и как Шустрик почти замёрз).

Глава 10. Путешествие домой и вывод

— Команда возвращается, подводит итоги, Клавдий находит старую карту мира и понимает, что потерял её не зря – ведь они столько всего узнали!

Глава 1. «Как мы стали путешественниками»

В которой появляются герои, теряется карта, находится печенье, и никто ещё не знает, что впереди.

На поляне, где обычно собиралась компания, стоял необычный день. Солнце висело низко, трава пахла мятой, а ветер словно говорил: «Пора куда-нибудь отправиться».

Лисёнок Рикки, который до этого молча сидел под кустом и хитро улыбался, навострил уши. Он ждал этой фразы всё лето.

Самый внимательный читатель мог бы заметить, что ветер на самом деле ничего не говорил. Но когда ты живёшь с таким оптимистом, как Бони, даже погода начинает подавать знаки.

— Я предлагаю отправиться в путешествие, — сказал Бони, медленно жуя печенье и глядя вдаль. У него был очень серьёзный вид. Для медведя, который не выпускает из лап сладкое.

На самом деле Бони думал о путешествиях последние пять минут. Но до этого он думал о печенье. И до этого — тоже о печенье. В общем, вы поняли.

Рикки хмыкнул. Он знал, что Бони предложит это первым. Бони всегда предлагал то, о чём Рикки думал ещё вчера.

— А где карта? — спросил Шустрик, подпрыгивая на месте. Он всегда был готов бежать, даже если не знал куда.

Однажды Шустрик побежал, просто чтобы посмотреть, куда бежится. Оказалось — на кухню. Там было печенье. С тех пор он доверял своему внутреннему компасу.

— Карта? — Рикки улыбнулся ещё шире. — А зачем нам карта, если есть я?

— Потому что ты тоже иногда теряешься, — заметила Соня, не открывая глаз.

— Я не теряюсь, — возразил Рикки. — Я просто исследую неожиданные маршруты.

Все посмотрели на Клавдия. Он стоял с важным видом, перебирая крыльями свой рюкзак.

— Карта? — переспросил он с таким выражением, будто его только что спросили о смысле жизни. — Конечно, она у меня. Но… есть одна маленькая проблема.

— Ты её потерял? — хором спросили Бони, Шустрик и Соня, которая как раз проснулась от этого вопроса.

Соня просыпалась примерно раз в день. И каждый раз — в самый неудобный для Клавдия момент.

— Я бы сказал «временно утратил пространственную ориентацию документа», — поправил Клавдий.

— А я бы сказал «потерял», — хитро прищурился Рикки. — Но я лис, а не ворон. У меня меньше слов и больше смысла.

Клавдий никогда не говорил просто, если можно было сказать сложно. Это была его суперспособность. И его проклятие.

— Это просто «потерял», — вздохнул Шустрик.

— Ну, хорошо, потерял, — сдался Клавдий. — Но у меня есть теория, где она может быть.

— Где? — спросил Бони, откусывая ещё одно печенье.

— Возможно, я положил её в книгу о птицах. Или в рюкзак. Или… отдал Соне на хранение, пока она не уснула.

— Я бы запомнила, — сонно сказала Соня. — Но я не помню.

Честность Сони была такой же легендарной, как её сон. Однажды она заснула прямо во время собственного дня рождения. Торт подождал. Торт был добрым.

— Я знаю, где карта, — вдруг сказал Рикки и достал её из-под куста. — Ты вчера её выронил, когда рассказывал, какие вороны умные.

Клавдий покраснел (насколько вообще может покраснеть ворон) и пробормотал:

— Я просто проверял вашу внимательность.

— Мы её прошли, — сказал Рикки и протянул карту Бони. — Держи. У тебя надёжнее.

— И что мы теперь будем делать? — спросил Шустрик, теряя терпение. — Сидеть тут и ждать, пока карта найдётся?

— Нет, — ответил Бони, поднимаясь. — Мы просто отправимся без карты. И будем искать приключения, а карта найдётся сама. Тем более я знаю, где лежит Север.

Рикки тихо засмеялся. Ему нравился этот план. План без плана — самый хитрый план. Особенно для лиса.

— Где? — спросил Клавдий с недоверием.

— Там, где растёт мёд, — сказал Бони и улыбнулся.

— И там, где Рикки ещё не был, — добавил лисёнок. — А это, между прочим, очень маленький список мест.

Если вы ждали научного ответа, вы ошиблись книгой. Но знаете что? Бони оказался прав. Просто пока об этом никто не знал.

И они отправились в путь. Кто знал, что это будет началом самого большого и смешного путешествия в их жизни?

Глава 2. «Где север, если компас врёт»

В которой команда пытается понять, куда идти, Клавдий находит «новый способ ориентирования», а Бони спасает ситуацию с помощью печенья.

Компания шла уже около часа. Точнее, они двигались в каком-то направлении. Надеялись, что это правильное.

Если бы надежда была компасом, они бы уже пришли. Но надежда компасом не была. Поэтому они просто шли.

Рикки шёл последним и загадочно улыбался. Он знал, куда они идут. Но не говорил. Во-первых, потому что лисы любят тайны. Во-вторых, потому что ему было интересно, чем всё закончится.

— Мы идём уже целую вечность, — проворчал Шустрик, перепрыгивая через кочку. — А где мы — никто не знает.

— Я знаю, — уверенно сказал Клавдий, вышагивая впереди. — Мы идём строго на север.

Клавдий говорил это каждые десять минут. Не потому что был уверен. А потому что молчание его нервировало.

— Мы идём на юг, — тихо сказал Рикки. — Но пусть он пока думает, что на север. Так веселее.

— Откуда ты знаешь? — спросила Соня, зевая и пытаясь не заснуть на ходу.

Соня могла спать стоя, сидя, лёжа и даже идя. Ходить во сне она научилась ещё в детстве. Это была её скрытая суперспособность.

Клавдий достал компас. Посмотрел на него. Перевернул. Постучал по нему клювом. Затем убрал обратно в рюкзак и глубокомысленно произнёс:

— Я чувствую.

— Чувствуешь? — переспросил Шустрик, останавливаясь.

— Да. У меня специальная воронья интуиция. Мы идём на север. Я абсолютно уверен. Ну… если только этот компас не врёт. А он может врать, потому что у него нет чувства юмора.

Компас действительно не умел шутить. Он вообще был очень серьёзным прибором. Возможно, слишком серьёзным для этой компании.

— Компас не врёт, — вставил Рикки. — Ты просто держишь его вверх ногами.

Клавдий замер. Посмотрел на компас. Перевернул его. Компас показал на юг.

— Ну вот! — радостно воскликнул Клавдий. — Я же говорил! Мы идём на... в общем, в правильном направлении!

— Чудеса, — улыбнулся Рикки и подмигнул Шустрику.

— Клавдий, — мягко сказал Бони. — Может, мы просто посмотрим на солнце? Оно встаёт на востоке, садится на западе…

— А в полдень стоит в зените, — подхватил Клавдий. — Я знаю. Но сейчас не полдень. А солнце… — он поднял голову, но солнце скрылось за облаками. — А солнце, видимо, ушло в отпуск.

Солнце действительно ушло за облака. Возможно, ему тоже нужно было передохнуть от этой компании.

— И что нам делать? — спросил Шустрик.

— Давайте я покажу вам свой метод, — сказал Клавдий, подошёл к дереву и посмотрел на мох. — Мох растёт с северной стороны! Это известный факт!

Команда подошла к дереву. Мох был со всех сторон.

Рикки обошёл дерево, понюхал мох и сказал:

— Это дерево-дипломат. Оно дружит со всеми сторонами света одновременно.

Это было очень демократичное дерево. Оно не выбирало стороны. Мох рос везде. Видимо, дерево тоже не знало, где север.

— Ну… почти со всех, — поправился Клавдий. — Но это не страшно. У меня есть запасной план.

— Какой? — спросила Соня, приоткрыв один глаз.

Клавдий торжественно достал из рюкзака… ещё один компас.

— Запасной, — сказал он с гордостью. — Профессионалы всегда берут запасной.

— Профессионалы берут один, но рабочий, — заметил Рикки. — А ты взял два красивых.

Клавдий посмотрел на компас. Потряс. Постучал. Затем вздохнул.

— И этот, кажется, тоже врёт.

— Клавдий, — сказал Бони. — А ты их проверял перед выходом?

— Проверял. Я проверил, что они красивые, — ответил он.

Рикки тихо засмеялся. Ему нравился Клавдий. С ним было не скучно. Неправильно, но не скучно.

Клавдий действительно выбрал самые красивые компасы в магазине. Продавец сказал: «Вам для путешествия?» Клавдий ответил: «Нет, для красоты». Продавец заплакал.

Шустрик хлопнул ладонью по лбу. Соня тихо засмеялась. Бони вздохнул, достал печенье и протянул его Клавдию.

— Держи. Это поможет тебе думать.

Печенье Бони было не просто едой. Это был универсальный инструмент. Оно помогало думать, мириться, ориентироваться и даже предсказывать погоду. Если печенье хрустит — погода хорошая. Если размякло — к дождю. Если исчезло — значит, Бони уже его съел.

Клавдий взял печенье, посмотрел на него, потом на солнце, которое выглянуло из-за облаков, и вдруг сказал:

— А ведь солнце сейчас слева. Значит… мы идём на юг!

— Или мы идём на север, а солнце просто решило пошутить, — предположил Шустрик.

— Солнце не шутит, — сказал Рикки. — Оно просто светит. А — это всего лишь вопрос интерпретации.

Все уставились на лисёнка.

— Это по-лисьи значит «Клавдий снова всё перепутал», — перевела Соня.

Шустрик не очень доверял небесным светилам. Однажды он попытался догнать закат. Не догнал. Но пробежал очень далеко.

— А давайте так: мы постоим минуту, съедим по печенью и решим, куда идти, — предложил Бони.

Все согласились. Потому что с печеньем любое решение кажется правильным.

Это был научный факт. Не записанный в учебниках, но проверенный на практике.

А когда они доели, Клавдий вдруг понял, что его первый компас всё-таки показывает что-то — если его держать вверх ногами и закрыть один глаз, он указывает прямо на… удивительное место. Которое они ещё не открыли.

И они отправились туда.

Рикки шёл последним и улыбался. Ему нравилось это путешествие. Никто не знал, куда они идут. Но все знали, что вместе. А для лиса это было самое главное.

Правильное это было направление или нет — никто не знал. Но все знали, что там, куда они идут, точно будет интересно. А это, если подумать, и есть самое главное в путешествии.

Глава 3. «Почему в Африке жарко, а у нас в рюкзаке варежки»

В которой команда пытается понять, как работает климат, Соня даёт единственный правильный ответ, а Бони чуть не съедает свой свитер.

После того как Клавдий наконец определил направление (ему помогло печенье, кусочек мха и случайно выглянувшее солнце), команда двинулась дальше. Но чем дальше они шли, тем теплее становилось.

— Я, конечно, люблю приключения, — сказал Шустрик, вытирая лоб, — но почему вокруг всё зеленеет, а я начинаю плавиться?

— Ты не плавишься, — успокоил Рикки. — Просто становишься более жидким ёжиком.

Шустрик не преувеличивал. Ему казалось, что его иголки сейчас начнут плавиться и стекать на землю маленькими колючими лужицами.

— Это потому, что мы движемся на юг, — важно сказал Клавдий, который теперь гордо нёс свой компас (и больше его не тряс). — Чем ближе к экватору, тем теплее.

— К экватору? — переспросил Рикки. — А я думал, мы идём к печенью.

— Мы идём туда, где тепло, — пояснил Бони. — А тепло — это тоже своего рода печенье. Только несъедобное.

После того случая с двумя компасами Клавдий решил больше никогда не трясти приборы. Теперь он просто смотрел на них с подозрением. Компасы отвечали ему тем же.

— А что такое экватор? — спросил Бони, снимая шарф и размышляя, не съесть ли его вместо печенья. Бони снял шарф, но мысли его были далеко: он серьёзно размышлял, можно ли экватор намазать на хлеб.

Бони всегда размышлял о еде. Даже когда вокруг не было ничего съедобного. Его мозг работал как поисковик, который на любой запрос выдаёт: «Может, вы искали ПЕЧЕНЬЕ?»

— Экватор — это воображаемая линия, которая делит Землю на Северное и Южное полушарие, — начал Клавдий. — И она находится ровно посередине.

— Воображаемая линия? — удивился Рикки. — То есть она существует только у нас в голове?

— Да, — подтвердил Клавдий.

— И мы идём к тому, что существует только у нас в голове? — уточнил Рикки.

— Да, — сказал Клавдий и осёкся.

— Отличный план, — улыбнулся Рикки. — Мне нравится. Особенно для книги.

— А почему там жарко? — спросил Шустрик, который уже начал снимать свою жилетку.

— А почему там жарко, Соня? — переадресовал Клавдий, потому что сам уже не помнил.

Это был его любимый приём: спросить у того, кто знает. Клавдий называл это «делегированием научной ответственности».

Соня открыла один глаз. Она как раз собиралась вздремнуть на ходу, но вопрос её заинтересовал.

— Во-первых, — сказала она, зевнув, — потому что солнечные лучи падают на экватор почти отвесно. То есть под прямым углом. А значит, они нагревают поверхность сильнее. А во-вторых… — она замолчала.

— А во-вторых? — переспросил Шустрик.

— А во-вторых, у меня сейчас нет сил объяснять. Я только проснулась. Но если хочешь, я нарисую схему…

— Не надо, мы тебе верим, — быстро сказал Бони.

— Я бы тоже нарисовал схему, — прошептал Рикки. — Но я лис, а не художник. У меня схемы получаются хитрые. Никто не понимает.

Бони знал: когда Соня рисует схему, это может затянуться до вечера. А до вечера он не мог ждать. У него было печенье, которое нужно было съесть сейчас.

— А почему тогда у нас дома холодно? — спросил Шустрик. — Мы же на той же планете.

— Потому что мы живём далеко от экватора, — объяснил Клавдий, решив внести свою лепту. — Солнечные лучи падают на нашу землю под углом. Они как бы «скользят» по поверхности, поэтому греют слабее.

— Как я по льду, — вставил Рикки. — Только я скольжу веселее.

Клавдий очень гордился этим объяснением. Он прочитал его в книге три года назад и ждал подходящего момента, чтобы его использовать. Момент настал.

— И поэтому у нас в рюкзаке всё ещё лежат варежки, — вздохнул Бони, глядя на солнце. — Но я думаю, они нам скоро не понадобятся.

— Да, мы движемся в правильном направлении, — кивнул Клавдий, хотя компас он всё равно держал вверх ногами.

— Клавдий, — не выдержал Рикки, — дай мне компас.

Клавдий отдал. Рикки повертел его в лапах, перевернул, постучал, потом положил на плоский камень и сказал:

— Мы идём на юг. Это точно.

— Откуда ты знаешь? — поразился Клавдий.