Kitabı oxu: «ВМГ. По коридорам военно-морского госпиталя», səhifə 4

Şrift:

КРУГ ТРЕТИЙ – ТЕРАПИЯ

Когда людям делать нечего, они начинают придумывать себе болезни, причем самые странные. В военной медицине этот синдром получил название «Всяческая фигня», на кораблях звучащий более выразительно. А для лечения болезней с таким синдромом существует терапия: борется неизвестно с чем, неясно чем и непонятно зачем. В госпитале даже целое отделение для этого создали.

Врачи в этом отделении подобраны один к одному – седенькие, бородка клинышком, ручки холеные и взгляд уверенный через золотое пенсне. Правильно, весьма похожие на Чехова. Тот тоже непонятно каким был врачом и от чего-то кого-то лечил, но прославился занудными комедиями с обязательным трагическим финалом. Тому классический пример «Чайка». Хотя начинал как юморист и даже неплохой.

Терапевты ВМГ тоже начинали с юмора, поскольку все служили на кораблях, и принесли с собой в отделение дух веселья, но с годами их шутки и розыгрыши стали постепенно отдавать трагизмом, поддавшись тлению однообразия. Все по Чехову… А чего волноваться и спешить? Тут болезни неброские, внутренние. Ковыряние в носу требует особой сосредоточенности. Такая же невозмутимость отличает работников морга, ведь процесс умирания естественен, как и смертельный итог.

Военные терапевты говорят: -Мы еще старые болезни толком лечить не научились, а больные, сволочи, новые подбрасывают!

Если говорить современным языком, то терапевт – 1024 гигапевта или 1048576 мегапевтов.

Хорошо, что в госпитале услуги бесплатные, а это притягивает пациентов. В России доступно лишь два вида бесплатной медицинской помощи: целебное голодание и уринотерапия. Поэтому самое злое проклятие: -Чтоб тебя лечили только уринотерапией!

Удивительно, как уживаются рядом две фразы – «Не занимайтесь самолечением» и «Запись к врачам на ноябрь».

Одна районная поликлиника, идя навстречу жалобам больных, попробовала сделать свои услуги бесплатно-платными: клизмы ставят бесплатно, а туалет напротив кабинета работает только за деньги. Изощряются штатские медики, вот и валит народ в госпиталь.

Пациенты терапии делятся на две группы: на тех, кто лежит в стационаре при питании и процедурах с привлекательными медсестрами, и тех, кто всяческими способами пытается в стационар попасть, чтобы хоть на пару недель отмежеваться от повседневных забот.

Вторые забегают в отделение, занимают очередь к врачу и репетируют про себя, как бы убедительнее наврать при осмотре. Ни на что вокруг они внимания не обращают, жонглируя в уме синдромами и советуясь с соседями. Хотя на дверях кабинета висит крупный плакат «Больных, ожидающих приема, просим не делиться друг с другом симптомами своих болезней! Это затрудняет постановку вашего диагноза!».

А вот первые, бродя от скуки по сумрачным коридорам, внимательно и по несколько раз изучают доску объявлений. И ведь есть нечто притягательное в том, что представлено их вниманию.

«Минздрав предупреждает: легкие сигареты вызывают лишь легкие заболевания и ведут к легкой смерти».

«Некогда болеть? Только „Биттнер“ поможет вам найти время!».

«Остеохондроз – взгляни на мир под другим углом!».

«Новейший препарат „Исцелин“ лечит от всех болезней! Единственное условие: надо болеть всеми болезнями».

«Холера передается фекально-оральным способом…».

«Сегодня состоится лекция на тему «Профилактика склероза у людей преклонного возраста». Начало в 19 часов.

После лекции просмотр кинофильма «Жизнь обреченных».

Медперсоналу читать некогда, каждый при деле: санитарки усердно растирают грязь по углам, санитары таскают тюки с бельем под строгим надзором кастелянши, медсестры разносят по палатам лекарства, ловко уворачиваясь от рук пациентов, а врачи неукоснительно исполняют свой служебный долг.

Для врачей долг делится в течение дня на две части. С утра они неторопливо обходят своих лежащих в стационаре пациентов, чтобы, во-первых, пересчитать оставшихся, во-вторых, выслушать с умным видом жалобы на всяческие недуги от этих здоровенных, мучающихся от безделья опытных флотских симулянтов, и, в-третьих, позавидовать им, тонко поиздеваться и постараться выписать лекарства подороже.

Затем врачи садятся заполнять всяческие бумаги, без которых никакое флотское ведомство и медицинское заведение не могут обойтись. Сие занятие требует сосредоточенности и полета мысли, чтобы не совсем заплутать в лабиринте синдромов, диагнозов и анамнезов. После чего традиционно следует обед для подкрепления сил.

И сразу наступает вторая часть – встреча с пациентами поликлиники, в течение которой врачи сквозь послеобеденную дрему смутно воспринимают настырные жалобы да прочую ахинею. Соответственно и реагируют. После чего аккуратно складывают накопившиеся бумаги в шкаф, запирают кабинеты, прощаются с дежурной медсестрой, для того, чтобы со спокойной совестью отправиться по домам до следующего утра.

Как ни странно, утро настает, и врачи прибывают в родное отделение. Первым делом отправляются посетить гальюн для умывания рук. Кстати, врачи советуют пациентам чаще мыть ноги, потому что при этом и руки моются.

На таблички особо не тратились: вместо буквы «Ж» повесили гайку, вместо «М» – болт. Над унитазом от руки написали фломастером прямо на стене —«Вставать ногами на унитаз не только безнравственно (есть же туалетная бумага), но и очень опасно! Были случаи, когда нога соскальзывала, и осколки грязного кафеля входили в задницу, как в масло. Мучительная смерть от столбняка не стоит вашей невежественности!».

Тут вспоминается реклама —«Кругом микробы! Загляните под ободок унитаза!», которую хочется добавить —«Получилось? Значит, у вас голова средних размеров».

После торжественного одевания халатов врачи собираются в кабинете начальника отделения на пятиминутку, чтобы полчасика поболтать о своих проблемах и получить взыскания либо поощрения.

– Семен Абрамович, -спрашивает начальник самого старого врача: -Больной из шестой палаты еще кашляет?

– Еще кашляет из всех щелей, -сокрушается врач.

– Значит, в морг пока рано.

Поднимает руку самый молодой врач: -Иван Иванович, а можно мне взять другого больного?

– А что случилось с тем, которого вы ведете, Юрий Сергеевич? Помнится, он что-то там симулировал?

– Да, Иван Иванович, симулировал. И вдруг ночью умер…

Начальник легонько кашляет: -Вы, Юрий Сергеевич, в документах на выписку диагноз «Умер» замените на «В дальнейшем лечении не нуждается». Чисто из соображений медицинской этики.

– У меня сейчас есть больной, -замечает главврач: -Который по всем показателям должен был умереть 10 лет назад, а он еще жив!

Начальник согласно качает седой головой: -Что тут сказать? Если больной хочет жить, медицина бессильна!

По правилам врач-новичок думает, будто лечит ту болезнь, которая есть у пациента, а опытный врач считает, что у пациента и есть та болезнь, которую он лечит. В принципе, болезнь – такое состояние организма, когда не хочется есть даже то, что запретил врач. А одна из самых распространенных болезней – ставить диагноз.

Если больному после беседы с врачом не стало легче, это не врач. А если стало, это не больной. Британские ученые недавно доказали, будто лежать утром в теплой постели и никуда не идти – полезно для здоровья.

Опытный врач учит молодых: -У меня все соседки пенсионерки. Поэтому пусть лучше думают, что я наркоман, чем терапевт.

– Михаил Иванович, -указывает перстом начальник в пожилого майора: -Вы совсем рехнулись? Зачем вы сказали парализованному из третьей палаты, что мы хотим отрезать ему ноги?

Майор спокойно пожимает плечами: -Так он вечером сбежал! А вы говорили, будто неизлечим…

Начальник желает что-то возразить, но у него звонит телефон: -Алло.

– Доктор, вы можете поставить диагноз по телефону? —слышат все по громкоговорящей связи.

– Раздевайтесь! —усмехается начальник.

– Зачем? Вы лучше помогите мне! У меня сильный понос, даже с унитаза не могу встать!

– Дорогой мой, -ласково оскаливается начальник: -Советую не вставать с унитаза при поносе, -и кладет трубку.

Семен Абрамович шлепает по столу историей болезни: -Я прописал больному бронхитом теплее одеваться…

– И правильно, -кивает начальник.

– Так он, сволочь, уходя, украл мою дубленку!

Коллектив сочувственно хихикает.

– Это потому, Семен Абрамович, что вы перестали мыть руки после осмотра пациента, -замечает начальник.

– Я же не могу мокрыми руками брать деньги!

Начальник строго оглядывает подчиненных: -Есть еще вопросы? Нет? Тогда идите работать. А я с понедельника ухожу в отпуск. Всех моих больных направляйте в хирургию…

Врачи выходят в коридор, где старшая медсестра беседует с санитаркой: -Помнишь, на прошлой неделе я тебе говорила, чтобы ты не посылала пациентов?

– Да, помню.

– Распишись, что ты прослушала лекцию «Этика и деонтология в медицинских учреждениях»!

Расписалась и пошла по палатам собирать градусники, что выдала с утра. Так как сих измерительных приборов на всех пациентов не хватает, она ходит и приговаривает: -Этому я дала… Этому тоже… У этого стоит…

Сия санитарка как-то пришла к врачу с жалобой на больное плечо. У них в семье предрасположенность к онкологии, и она слегка испугалась возникшей боли. Врач сделал рентген, посмотрел снимок – ничего нет.

– Ты просто перетрудилась, -поставил врач диагноз.

– Вы, на всякий случай, покажите снимок главному рентгенологу, -попросила санитарка.

Показал. Главный рентгенолог заявил: -Это последняя стадия апении!

– Это еще что такое? —не понял врач

– Не знаешь? Это от слова «пенис». У нее «апения», то есть «хуйня» по-простому. Так ей и скажи.

Когда врач сообщил санитарке, что у нее обнаружилось, та упала в обморок. Такая вот апения…

Наконец, соорудив на лицах озабоченное выражение, врачи быстрой деловой походкой расходятся по палатам.

Молодой врач догоняет Семена Абрамовича: -Как вам удается так быстро проводить осмотр в мужском отделении?

– Элементарно! Сначала запускаю медсестру в мини-юбке. Потом смотрю на больных. У кого одеяло топорщится, того на выписку, остальных в реанимацию…

Как бы в подтверждение его слов из палаты выбегает медсестра в расстегнутом халате, из-под которого видно сползшее белье, и натыкается на Семена Абрамовича. Тот ласково приостанавливает ее за грудь: -Как себя чувствует пациент Смирнов?

– Значительно лучше! —медсестра торопливо застегивает халат: -Он уже пытается сдуть пену с лекарства.

– М-да-с, -многозначительно хмыкает Семен Абрамович и нехотя отпускает грудь с медсестрой.

– Я пойду? —медсестра походкой манекенщицы отправляется на пост, а все врачи высовываются из палат, чтобы проводить ее горящими глазами. И каждый готов остаться с ней на ночное дежурство. Когда она пришла в отделение на работу, оказалось, что ее фамилия Даст. У большинства мужчин в глазах загорелась надежда, но потом они узнали полные инициалы – Н.Е.Даст.

Семен Абрамович, чтобы как-то оправдать свое козлиное поведение, обращается к молодому врачу: -Юрий Сергеевич, я хотел вас спросить, что такое современные методы лечения?

– Это когда платят зелеными.

Семен Абрамович входит в палату: -Здравствуйте, пациент Смирнов!

– Здравствуйте, доктор!

– Ну, как мы сегодня?

– Я думаю, мы сегодня, как обычно, после обхода по 150.

Врач присаживается на постель Смирнова: -У вас что-нибудь болит?

– Да. Нога, на которой вы сидите.

Врач, не сдвигаясь с места, достает стетоскоп: -Вам бы следовало бросить курить, Смирнов.

– Почему? У меня что-то с легкими?

– Нет. Просто вы уже третий матрас прожигаете. Сестра-хозяйка жалуется.

– А чего она мне подсовывает водяной матрас? Его так легко продырявить, что я просыпаюсь, словно на тонущем корабле! Полундра! —Смирнов пытается вскочить.

Врач осаживает его рукой: -Я бы рекомендовал вам совсем бросить пить и курить.

– Почему?

– Во-первых, потому, что это мешает мне вас осмотреть.

Смирнов покорно подставляет грудь под стетоскоп: -Доктор, а я могу водочку пить?

– Нет!

– А медицинский спиртик?

– Ни в коем случае!

– Только ваши таблетки?

– Да что вас на всякую дрянь тянет?!

Смирнов задумывается: -Ведь у вас, доктор, такая же болезнь, как у меня, но мне вы все запрещаете, а сами, небось, пьете да курите.

– Между нами большая разница: вы хотите лечиться, а мне это даже в голову не приходит.

– И что же, я должен отказаться от алкоголя и сигарет?

– Конечно! Я вам об этом еще четыре недели назад сказал.

Смирнов хмыкает: -Я помню. Но, может, за это время в науке совершен прогресс? А чего вы меня щупаете?

– Проверяю, сохранилась ли чувствительность.

– У меня? —пугается Смирнов.

– Нет, у меня.

Смирнов облегченно вздыхает: -Доктор, я вылечусь?

– Да мне и самому это интересно…

– А как мои анализы?

– Плохие у вас анализы! Кал – вообще говно! —врач поднимается с постели.

Смирнов слегка придерживает его за полу халата: -Доктор, хочу услышать от вас правду. Обещаю быть спокойным и мужественным, как и подобает флотскому офицеру. Скажите прямо – мне скоро выходить на службу?

– Выйдете уже завтра, если не сделаете рекомендованную прививку от оспы. Почему вы отказываетесь?

– Дело в том, что от нее умер мой дедушка.

– От оспы?

– Нет, он после прививки выпал с десятого этажа…

– Что ж, вам выбирать. Но у нас только третий этаж.

Смирнов с трудом делает мужественное лицо: -Доктор, я сильно болен?

– Ну, на вашем месте я бы не стал начинать смотреть какой-либо телесериал, -и врач поворачивается к другому пациенту.

Навстречу его вопросу: -Доктор, а как мои анализы?

– Не знаю, я их не пробовал.

– Доктор, от лекарства, которые вы прописали, меня вывернуло наизнанку.

– Конечно! Оно же наружное…

– И таблетки ваши, они, наверное, чтобы я сильнее стал?

– А в чем дело?

– Я пузырек никак открыть не могу.

Врач ухмыляется: -Соседа попросите, он весьма здоров, особенно, выпить…

Пациент просит Смирнова: -Помоги, друг! Открой пузырек. Чего лежишь? Подними свою задницу!

– Мне доктор не разрешает поднимать тяжести, -отворачивается Смирнов.

Ох, уж, этот Смирнов! Когда поступил на отделение, получил кличку Сомалийский Пират, потому что спер чужое судно.

Врач достает из папки анализы пациента, долго их рассматривает, качает головой: -Нам придется часто видеться.

– Не бойтесь, доктор, вы мне тоже понравились.

Под глухое хихиканье Смирнова врач что-то пишет, приговаривая: -Приготовьтесь к самому худшему…

– Доктор, я умру?!

– Нет, я выписываю вам самое дорогое лекарство.

Пациент облегченно вздыхает: -Вчера я пожаловался на бессонницу и вы посоветовали аутотренинг: лечь пораньше, расслабиться, успокоить дыхание и представить, что я на берегу океана, а на берег накатываются волны…

– И помогло? —интересуется врач.

– Нет! Хотя все делал в точности так, как вы советовали.

– И что же испортило ваш сон?

– Девушки, которые бегали по берегу в бикини! И сразу в голову полезли разные мысли…

Врач на минуту задумывается и советует: -Выпейте на ночь стакан касторки.

– И я буду хорошо спать?

– Вряд ли, но зато мысль будет только одна.

Врач подходит к постели следующего пациента, наклоняется к нему: -Что-то вы нынче бледный, -щупает пульс, заглядывает в зрачки, вдруг кричит: -Сестра! Зайдите в палату!

Неторопливо заходит дежурная медсестра: -Чего надо?

– Вы брали кровь на анализы у этого больного?

– Сегодня утром. Получилось 5,2 литра.

Врач впадает в легкий ступор. Но тут пациент дергает его за рукав халата: -Как я, доктор?

– Ничего… Завтра выпишем. Позвоните жене, чтобы за вами приехала.

– Нет, доктор, не надо ее беспокоить…

– Как не надо? А кто же тело заберет?

Теперь уже пациент впадает в ступор. А врач удерживает медсестру: -Вы чего стоите?

– А чего?

– Ну, хоть клизму ему поставьте, что ли!

– Так он же умрет с минуты на минуту!

– Он-то умрет, зато вы будете при деле!

Ох, уж, эта медсестра! Нельзя ее оставлять без дела да и без присмотра. Как-то она ночью дежурила с такой же молоденькой коллегой. Естественно, понемногу стали убивать скуку спиртиком. А в два часа ночи скончался раковый больной, рак это не насморк.

Сестры переложили тело несчастного на носилки, накрыли простыней и задумались – что далее делать. Инструкция требовала доставить тело в морг, но ведь там не сказано «Немедленно». Ночь, темно, да еще захмелевшим девицам совсем неохота никуда идти. Решили оставить покойника до утра, когда придут санитары и покатят его в морг.

Но что делать до утра?

– А давай, Маня, мы его в гальюн закатим! —осенило одну.

– Ты чего? А вдруг кто-нибудь из больных туда сунется?

– Нет, они бегают в хирургию, где гальюны чище и есть курилка.

– Хорошо. Но на всякий случай мы дверь задвинем шкафом.

Все так и сделали, закатили, задвинули – тишина да покой!

Через час тишину разорвал истошный крик Мани. Крикнула и упала в обморок. Прибежавшая на крик коллега увидала Манино тело и двигающийся изнутри гальюна шкаф. При том покойник еще и махал синей рукой из щели.

Ужас!

Прибывший на происшествие дежурный врач обнаружил, что живой труп являлся просто задремавшим в гальюне подвыпившим пациентом. Сел на толчок и заснул. А сестры проверяли отсутствие живых в гальюне только вопросами типа «Есть ли кто-нибудь?», визуально не осматривая.

За отсутствие внимания сестрицам влепили по выговору.

А Семен Абрамович переходит к последнему пациенту: -На что жалуетесь?

– Какая-то у вас, в госпитале, плохая экология.

– Зато онкология хорошая!

Пациент усмехается: -Значит, мне можно пить водку?

– И можно и нужно! —в ответ усмехается врач.

– Неужели все так хорошо? —удивляется пациент.

– Нет, все так плохо. Вам только пива не хватает.

– Почему?

– Ну, ведь рак у вас уже есть.

Пациент слегка пугается: -Доктор, что за диагноз вы мне пишете?

– Не волнуйтесь! Это не диагноз, это некролог. Эй, эй! Шучу я! Шутки морские порою бывают жестоки, вам ли не знать… Вот вам сколько лет?

– Будет 60.

– «Уже не будет», -думает врач и говорит: -У вас железное здоровье.

– Как вы определили, доктор?

– По ржавчине в организме.

Пациент жалко улыбается: -Скажите, доктор, я буду жить?

– А какой смысл?

– Но хоть какую-то хорошую новость вы мне скажете?

– Конечно! —солнечно улыбается врач: -Видите ту медсестру с большими сиськами? Я ее утром трахнул…

И врач с чувством выполненного долга выходит из палаты. Его тотчас ловит за полу халата жена Смирнова: -Доктор, скажите, как дела у моего мужа? Я не буду его волновать, только попрошу написать завещание.

– Приготовьтесь к самому худшему.

– Он умрет?

– Нет, но я запретил ему пить пиво!

Вот такой он, Семен Абрамович. Уважает лечебные свойства хрена: если его положить на что-либо, сразу становится легче. Считает самым эффективным лечением травами – это крапивой по заднице. И давно доказал, что главное средство от всех болезней – простая вода: две капли на стакан спирта, и все как рукой снимет.

Его молодой коллега Юрий Сергеевич делает умное лицо и важной походкой следует в палату своих пациентов.

Один из них говорит сидящей у постели жене: -Ты моя красавица, моя умница, самая любимая, самая прекрасная, сокровище мое!

– И давно у него начался бред? —подходит врач.

Пациент открывает глаза: -О, доктор! Есть хорошие новости?

– Конечно! Могу вас порадовать – эту болезнь назовут вашим именем.

– А как мои анализы?

– Вот тут я не могу вас порадовать. Вы, голубчик, скоро умрете.

– И сколько же мне осталось?

– 10.

– Чего 10? Месяцев, недель?

– 9, 8, 7…

– Доктор, я умираю!

– Сейчас помогу.

– Ах, доктор, мне так страшно умирать!

– В первый раз всегда страшно…

Жена пациента робко интересуется: -Вы лекарства выписываете?

– Нет, свидетельство о смерти. У вас есть какие-либо жалобы?

– Да, на утечку информации. Агент похоронного бюро пришел раньше вас.

Врач выглядывает в коридор: -Санитары, каталку сюда!

Два санитара заводят каталку, перекладывают на нее пациента. Тот сдвигает с лица простыню: -Куда меня?

– В морг, -сообщает врач.

– Так я же еще не умер!

– А мы еще и не доехали! Врачу виднее! —санитары накидывают простыню на лицо пациента и выталкивают каталку из палаты в сопровождении плачущей жены.

Врач подсаживается на постель следующего пациента: -Хочу вас поздравить – в вас зародилась новая жизнь!

– Доктор, вы что? Я же мужчина!

– Ну, собственно, глистам как-то пофиг…

Пациент пытается освободить свои ноги из-под задницы врача: -А как там микрофлора моего кишечника?

– Я же сказал – у вас там уже микрофауна.

– У меня сильно болит живот. Мне кажется, я умру!

– Мне тоже так кажется…

Этому пациенту во всем фатально не везет. Однажды он решил покончить счеты с жизнью, но вместо снотворного выпил лошадиную дозу слабительного.

– Доктор, у меня запор!

– А у меня «Мерседес». Но я же не хвастаюсь об этом каждому встречному.

– Нет, у меня запор в кишках!

– А-а, понял. По-испански это называется «Эстренимиенто»! Слышите, как романтично?

– И что мне делать?

– Тужьтесь! Хотите, чтобы ваши глаза стали большими и выразительными? Хоть у страха глаза велики, но у запора еще больше. Возьмите в аптеке новый «Орбит» – «Селедка с молоком». Он очистит не только полость рта, но и кишечник. Чистит даже там, где «Активия» не достает. Можно попробовать тушь для ресниц: максимальный объем и никаких комочков! Недавно попробовали вылечить икоту неожиданным испугом. Заодно и запор вылечили.

Врач даже хочет продекламировать любимый стишок на эту тему: -«Хорошо тому живется, у кого запора нет! Он не плачет, а смеется, посещая туалет».

Но пациент перебивает его вопросом: -Доктор, мне можно будет пить пиво?

– Когда?

– В будущем.

– Каком будущем?

Пациент впадает в легкий ступор. Врач слегка шлепает его по щеке: -Вы утром мочились?

– Нет.

– Утку дать?

Пациент покорно кивает: -Ну, дайте кусочек…

– Но нельзя! —решительно парирует врач: -Поступили результаты ваших анализов. Скоро вы покинете госпиталь…

– Большое спасибо, доктор! —оживляется пациент.

– Боюсь, вы не совсем правильно меня поняли… К смерти приготовились? Завещание написали?

– Вы чего? —пугается пациент: -Можно мне другого доктора?

– Поздно! Сегодня же получите вашу одежду и будете дома. Передавайте привет родителям.

– Какой привет? Они давно умерли.

– Вот я и говорю – привет передавайте!

И врач переходит к следующему пациенту: -Что вы так кривитесь? Мучает головная боль?

– Нет, меня мучает «Пенталгин», потому что он в пять раз сильнее боли!

– Не знаю, что вы принимаете от головы, но вам это не помогает. Вы что, вчера выпивали?

– Если бы знал, что так плохо буду чувствовать, обязательно бы выпил! Доктор, что мне принять от раскалываю- щей боли?

– Клей.

На практике врачи иногда сталкиваются со случаями, когда достаточно снять с пальца обручальное кольцо, чтобы навсегда расстаться с головной болью.

Пациент грустно отворачивается к стене.

– Эй! —трогает его за плечо врач: -У меня для вас еще есть одна плохая новость.

Пациент поворачивается: -Я умру?

– Нет, мы будем вас лечить. Пробежки по утрам, безопасные продукты и полный отказ от вредных привычек могут продлить ваше жалкое существование еще на шесть месяцев.

– А какое будет лечение?

– К вашему сожалению, платное. Я вас загипнотизирую, и вы напрочь обо всем забудете.

– Постойте, доктор! —встревает предыдущий пациент: -Пусть сначала отдаст мне долг!

– Да, доктор, пока не кончилась моя страховка, мне заплатить нечем.

– А когда она заканчивается?

– Через девять месяцев.

– Что ж, -легко соглашается врач: -Будем лечить девять месяцев.

Обычно, конечный эффект лечения достигается после того, как у больного заканчиваются деньги. Однажды в платном отделении госпиталя спасли пациента от инфаркта, но когда он узнал цену за лечение, пришлось спасать еще раз. Потом еще. Так бы это и продолжалось бесконечно, если бы не накопительная система скидок.

Юрий Сергеевич потому так резко разговаривал с пациентом, что однажды у него уже был больной, жалующийся на головные боли. И врач сказал ему: -Когда у меня болит голова, я тащу жену в душ и занимаюсь с ней сексом так, чтобы забыть обо всем! И боль проходит.

На следующий день больной прибежал к врачу: -Здорово! Пять лет ничего не помогало, а тут сняло, как рукой!

– Ну, вот видите! Я плохого не посоветую.

– И правда, доктор, у вас замечательная жена!

С тех пор тем, у кого болит голова, врач ставит диагноз «Головные боли в жопе».

Вообще, в общении с пациентами Юрий Сергеевич пользуется древней врачебной мудростью – «Правильно посланный больной обратно не возвращается». Да и не какие-то шишки, стерпят, если хотят выздороветь. Но с адмиралами лучше не сталкиваться, особенно с политработниками.

Один старенький начальник из Политуправления флота лег в госпиталь, чтобы подлечиться. Особо уже лечить было нечего, просто подождать, когда отдаст швартовы, так что медицинские услуги стали чисто символическими.

Но, чуя близкую смерть, адмирал потребовал открыть в палате окно, чтобы напоследок подышать свежим воздухом.

Окно открыли. А там, в саду что-то возводили доблестные военные строители. И как положено на стройке, мат в Бога душу и Советскую власть. Послушал, послушал адмирал да зашевелился, потребовал телефон и начал устраивать разгон за низкое идейно-политическое воспитание личного состава. И так разошелся, что совсем оклемался, даже госпиталь покинул с возмущением. Но его разгон привел к тому, что замполита госпиталя уволили на пенсию. Хотя этот человек косвенно спас начальнику жизнь. Такова уж адмиральская благодарность.

Однако, как аукнется, так и откликнется. Через пару месяцев сей адмирал снова улегся в госпиталь. И сразу его начало все раздражать: еда то горячая, то холодная, то вовсе невкусная, а больные, сволочи, тишину по ночам не соблюдают, и медсестры не бегут по первому вызову вместе с врачами. Короче, достал он всех своими придирками. И однажды вошла к нему в палату медсестра с требованием: -Надо измерить ректальную температуру! Становитесь!

Заворчал адмирал, но все же снял штаны и встал в позу на четвереньки. Медсестра вставила ему термометр, приказала: -Стойте, не шевелитесь! Я вернусь через 5 минут, -и вышла.

Через 10 минут в палату прибыл врачебный обход во главе с начальником отделения. Из-за спин врачей подглядывали пациенты. И все с минуту любовались видом стоящего рачком с голым задом адмирала.

Потом начальник с невинным видом поинтересовался: -И что здесь происходит?

– Вы чего, не видели никогда как измеряют ректальную температуру? —заворчал адмирал.

– Конечно, видели. Но только это делается специальным термометром, а не ромашкой…

Опытные врачи сдержались, но в коридоре хохот стоял долго. В тот же день адмирал выписался из госпиталя, и его сразу отправили на пенсию, поскольку история быстро дошла до самых верхов.

Уважали в госпитале старого замполита, хороший был человек, заботился о людях, не досаждал.

Юрий Сергеевич подходит к последнему в палате пациенту: -Нет никаких сомнений, вас отравили!

– Господи! Как? Чем? —вскакивает на постели пациент.

– Не волнуйтесь, мы все выясним на вскрытии! —Врач силой укладывает пациента на постель: -Поднимите рубашку, я вас послушаю… Ну-ка, подышите на ладан… М-да, голубчик, и как это вас угораздило отравиться?

– Хотел заморить червячка, но никак не мог предположить, что он подохнет от одного беляша!

Медики советуют питаться однообразно. Чем больше на вашем столе разных продуктов, тем труднее установить диагноз отравления.

– Доктор, скажите, я буду жить?

– Давайте не будем загадывать!

В палату заходит Семен Абрамович: -Вы уже поставили диагноз, Юрий Сергеевич?

Оба врача начинают обсуждать состояние пациента, перейдя на латынь. Врачи всегда при больном совещаются на латыни (зря что ли изучали в Академии), чтобы он привыкал к мертвому языку.

После долгих пререканий Семен Абрамович заявляет: -Вот увидишь, патологоанатом покажет, что я прав!

Пациент со страхом слушает полемику врачей. Ему однажды цыганка нагадала, будто он погибнет в результате какого-то спора. И сейчас, при виде консилиума, он понимает: -«Вот и сбывается предсказание»!

– Доктор, а когда меня выпишут? —в бессилии шепчет пациент.

– Так вчера приходила ваша жена с нотариусом и паспортисткой из ЖЭУ. Не волнуйтесь, выписали вас!

– А вы мне дадите какое-нибудь лекарство?

– Конечно! Вот коробочка на тумбочке. Вы должны принимать это лекарство до конца жизни.

– Так на коробке написано «Доза на две недели»!

– А я как сказал?

Как гласит мудрость английских медиков – «Безнадежные болезни требуют безнадежных лекарств».

Врачи степенно выходят в коридор. К Юрию Сергеевичу тотчас обращается молодой человек: -Доктор, хочу выразить вам огромную благодарность!

– Как пациент или как наследник? —интересуется врач.

А Семен Абрамович подходит к стоящей в сторонке женщине в черном платке: -Я очень сожалею, но вашему супругу осталось жить от силы час…

– Ничего, доктор, я выдержу. Это не много, ведь целых 8 лет ждала…

В третьей палате проводит осмотр Михаил Иванович. Степенно, как полагается пожилому майору.

Первый пациент – крепкий на вид старичок, бывший заслуженный подводник, а ныне рыбак на Обводном канале.

Он сам рассказал, как попал в госпиталь: -Я всю жизнь пью водку и ничего! А тут сел с рыбаками выпить, принял на грудь стакан, закурил «Беломор» и вдруг в глазах потемнело. Открыл глаза уже в госпитале. Наверное, «Беломор» был бракованный, слишком крепкий.

И как объяснить старику, что уже пора бы прекратить выпивать?

Когда он поступил в отделение, свободных кроватей не хватало, и его пока положили в палате на кушетку. Утром начальник отделения распорядился притащить запасную койку, если подойдет по габаритам. В обед нагрянули к старичку родственники, но в самый разгар оханий да аханий в палату вошел мрачный санитар и начал рулеткой измерять лежащего на кушетке пациента. Тут и до причитаний с матами дошло!

Но положили, положили ветерана туда, куда надо. Пока…

– Как самочувствие? —обращается врач к старичку.

– Великолепно! Что за лекарство вы мне дали?

– Мы дали вам выспаться. А как ваш кашель?

– Лучше. Я уже привык кашлять.

– М-да, не нравится мне ваш кашель…

– Ничего не могу поделать, другого нет!

Врач качает головой: -Это же какое богатырское здоровье надо иметь, чтобы так кашлять!

– И на черта мне сдался этот кашель?

– А вам сколько лет?

– Уже 70.

– Вы в 50 лет кашляли?