Kitabı oxu: «Никакого порядка в Мерварде»

Глава 1. День без забот

Кроат шел по рынку, насвистывая незамысловатую мелодию себе под нос. Лавки прибрежного Мерварда были завалены снедью, одеждой, товарами из других городов – которые он очень любил смотреть вместе с маленькой сестрой Рией. А чем еще заняться бездельнику четырнадцати лет?

- Почем меч? – громыхал возле лавки с оружием, здоровяк упакованный в кожаную броню.

- Два серебряных, - усатый торговец обозначил цену.

- Здешний? Или заморской?

Кроат притормозил. Сейчас что-то будет.

- Здешний… - торговец прищурился. – А тебе можно ли, дружище?

- Да какой я тебе дружище! – здоровяк ростом на две головы больше долговязого и светловолосого Кроата оперся на прилавок, - Деньги есть, значит беру!

Но торговец не оробел от такого напора:

- Мне ровным счетом все равно, что у тебя есть. Но порядок есть порядок – если у тебя нет нужного уровня, здесь ты ничего не купишь. Будешь бузить – позову стражу и тебе мигом укажут на твое место.

Здоровяк посмотрел по сторонам, увидел ухмылявшегося Кроата и злобно зыркнул на него сверху вниз, раздувая ноздри.

- Эй, сопляк! И где здесь стража?

- А где ты видишь сопляка? – Кроат уткнул руки в бока и нагло уставился на иноземца. – Ты что, не знаешь? Здесь такой порядок. Докажи, что достоин.

- Я твое достоинство в гробу видел, - прорычал здоровяк, вернулся к торговцу и вдавил два серебряных в прилавок.

Кроат усмехнулся. Сейчас торговец дунет в свисток и…

- На рыночной площади порядок нарушать запрещено! – десятник, который выделялся на фоне сопровождавших его стражников стальными наплечниками, появился еще до того, как металлический свисток коснулся губ торговца.

Здоровяк осмотрелся. Трое в коже, десятник. Вероятно, еще кто-то на подходе. Он широкой ладонью сгреб серебряные обратно в кожаный кошель на поясе.

- Запрещено так запрещено, - он осклабился, продемонстрировав пару отсутствовавших зубов, развернулся, толкнул Кроата так, что тот едва не упал, и направился прочь с площади.

- Ты в порядке? – вежливо полюбопытствовал торговец, когда десятник и его люди удалились прочь. – Не каждый день такое происходит

- Да, - Кроат пожал плечами. – Разве еще есть иноземцы, не принявшие Общие Правила?

- Есть, и много, раз есть указ не продавать оружия иноземцам, которые, боги, как это… не желают присоединяться к нашему образу жизни. Разве твой отец ничего не говорил тебе об этом? Указу уже больше недели.

Парень покраснел. С отцом он поругался, в очередной раз заспорив относительно его образа жизни. Не того, каким его хотел видеть отец, начальник городской стражи.

- Он не всегда обсуждает со мной такое, - пробормотал Кроат.

Торговец улыбнулся и вернулся к делам. Какая ему разница, что за отношения у парня с отцом. Надо зарабатывать деньги, чтобы было с чего заплатить за повышение навыка торговли – тогда можно будет выставить цену повыше, и ассортимент будет больше.

Кроат фыркнул. С этим порядком голова у людей так забита, что ничего лишнего в нее не вбить. Арле, его друг, утверждал, что жажда порядка – это такая же жажда хаоса, только наоборот.

- Вспомни друга, когда дело туго, - Кроат ударил по протянутой руке Арле, коренастого и темноволосого, полной его противоположности.

- А это ты верно подметил, - усмехнулся Арле и толкнул друга в бок: - Мне как раз нужна помощь.

- Опять деньги? – поморщился Кроат, покрутив головой. На рыночной площади даже при десятнике и стражниках могли попасться воришки, которые подрежут кошель – и исчезнут в толпе.

- Да, я собираюсь получить пятый уровень силы, - с горящими глазами заявил Арле. – А мать денег не дает, только в следующем месяце. Форму растеряю, я и так экономил на еде.

- Незаметно, - оценил Кроат широкое лицо друга, и тут же получил тычок:

- Ты тут давай, не заговаривайся. Деньги-то есть? Или самому искать придется?

- Сколько тебе надо?

Арле начал загибать пальцы:

- Первый уровень стоил четверть медяка, на второй я потратил половину, на третий – два медяка, на четвертый – шесть медяков… получается, серебряный на пятый. Ну, или двенадцать медяков. Рубленые там не принимают, сразу говорю.

Кроат, который уже полез в тощий кошель, зашипел от боли и выдернул пальцы, обрезавшись об острый край доли медяка:

- С ума сошли? Столько денег! Да на серебряный месяц жить можно.

- Да-да, - протянул Арле. – Значит, не у тебя денег? Мне не хватает всего навсего девяти медяков!

- Неплохо ты устроился, - хмыкнул Кроат. – Заработать?

- Я и так работаю. Много ли в полях заработаешь? И то, знаешь… устаешь вусмерть, таскать столько. А ладно, чего встал? Пошли в порт, посмотрим, может, там чего подвернется. Может, у кого пьяного что-то да выпадет.

- Пф-ф-ф… - шумно выдохнул Кроат. – Ну пошли.

Друзья ушли с площади, влились с потоком людей на узкую улочку и через пару углов выбрались на мощеную камнем набережную.

- Ты знал, что иноземцам больше не продают оружия? – спросил он Арле.

- Это ты должен быть знатоком в таких делах. Ведь господин Фенс – большой начальник. За порядком следит, - нараспев проговорил тот.

Кроат вздохнул.

- Слушай, ну…

- Слушаю-слушаю, месяц не кушаю, - в рифму заговорил Арле. – Твой отец зачем моего на полгода в тюрьму посадил? Ради перевоспитания? Или потому, что ему приказ такой дали, чтобы в городе тихо стало?

- Дружище, брось.

- Вот, так сразу, дружище, - Арле смешно наморщил лицо, а потом расхохотался: - Видел бы ты себя со стороны, а? Ну посидит мой оставшиеся две недели, ничего с ним не сделается. Его там хотя бы кормят. В отличие от меня. Пошли, дойдем до берега. Новых кораблей нет, значит, и ничего нам тут не перепадет.

- Эти твои попрошайничества… - Кроат сердился на друга за его шутки и постоянное упоминание ареста отца.

Дело в том, что дружбу Арле и Кроата Малек, отец Арле, видел исключительно собственной выгодой и позволял себе небольшие шалости, рассчитывая, что его выгородят, если дела пойдут плохо. Последний кутеж в таверне пошел не по плану и за погром Малек получил внушительные полгода.

- Да в Мерварде все так живут, перебиваются, чем могут. Обязанностей больше, чем прав. Дел больше, чем отдыха. Думаешь, я ничего не делаю и только попрошайничаю? – наседал Арле на друга. – Нет. Я тренировался. Я камни тягал! Между прочим, следующий экзамен на силу через три дня, в эту пятницу.

Они прошли вдоль причалов, где покачивались на волнах три корабля: «Невинность», «Рыбкина радость» и «Отчаянный». Кроат засмотрелся на последний, восхищенный изяществом боевого разведчика, но чуть не споткнулся на деревянных мокрых ступеньках, которые вели к песчаному берегу.

- Знаешь, я сегодня такого видел на рынке, - чтобы не слушать стенания друга о том, где взять девять медяков, Кроат рассказал ему про случай у лавки торговца оружием, расшвыривая песок по редким кустикам травы видавшими виды ботинками, да рассматривая следы прошедшего ночью шторма.

- Все здоровяки – полнейшие идиоты! – звонко воскликнул Арле. – Но зато у него было два серебряных разом за один только меч! Значит, уровень хороший выбрал, - он восхищенно поджал губы, а потом дернул головой. – И все равно он полный идиот. Зато у нас с тобой – день без забот, если только найдем пару медяков…

- Так может идиот и даст вам эти медяки за оказанную помощь? – хриплый голос заставил обоих вздрогнуть. – Или просто свернет вам шеи?

Глава 2. Тот, у кого много меди

- Бежим! – крикнул Арле, развернулся, споткнулся и упал лицом в песок. Кроат остался один на один с неизвестным противником.

Из-за кустов высокой травы, откуда доносился голос, появилась массивная фигура, в которой без труда узнавался бузотер с рыночной площади. И сейчас, когда Кроат остался в полном одиночестве, он смотрелся еще страшнее.

Под два метра ростом, с широченными плечами и мощной грудью, парой шрамов на мясистом лице – натуральный убийца. Такой, от которых его отец защищает Мервард уже больше десяти лет. И сейчас он шел прямо на Кроата.

- Дружище! – давясь песком, пропыхтел Арле. – Я его задержу! Кхе-Кхе.

Но у Кроата ноги словно в землю вросли. Точнее – в песок. Высоченная фигура шла к нему неспешно – так симулят на гоблинов охотится, как отец рассказывал. И, похоже, что так же гипнотизировал.

- П-помощь? – паренек едва нашел в себе силы ответить.

- П-п-помощь, - передразнил его незнакомец. – Если ты сейчас упадешь мордой в песок, как твой дружок, вас обоих будет легко в море спихнуть. Какая мне от вас помощь? – он вдруг остановился. – Два слабака мне не помогут.

Арле встрепенулся, дернув головой так, что аж песок во все стороны полетел.

- Я не слабак! И он тоже! – воскликнул он, глядя прямо на мясистое лицо незнакомца.

- Да ну? – губы, рассеченные шрамом, растянулись в презрительной ухмылке. – Вы же дети.

- Мне пятнадцать, - возмутился Арле и тут же встал на ноги, подняв сжатые кулаки к подбородку.

- Это внушительное достижение, - покачал головой бузотер с рынка. – Мне вот тридцать. Чем еще можешь похвастаться?

- У меня четвертый уровень силы, - поддался на провокацию Арле. Кроат хотел его остановить, но от страха не мог ни пошевелиться, ни предупредить друга.

Незнакомец громко расхохотался. Настолько громко, что даже отвратительно. У Кроата по спине мурашки побежали.

Отец про таких рассказывал, да и ребятам в порту такие временами попадались – но не столь страшные и буйные. Кроат всегда старался держаться от них подальше и вот на тебе – попался прямо в лапы.

- Н-да, ребятки, что вы знаете о настоящей свободе, - незнакомец цыкнул, сплюнул на песок и, щурясь на солнце, еще высоко стоявшее в небе, почесал затылок: - Нет. Какая от вас помощь в этом вашем богами забытом Мерварде. Хотя… Вас как звать? Я Толлен, - произнес он, когда ребята, запинаясь, представились.

Арле храбрился, Кроат едва раскрывал рот.

- Разговор у нас не клеится, но кажется тебе, - толстый палец Толлена указал на темноволосого паренька, - не хватает меди.

- Я хочу пятый уровень силы! – гордо воскликнул он, правда голос его подвел, сорвавшись на фальцет.

- Короче, - Толлен присмотрелся к обоим: простые хлопковые рубахи, штаны, кожаные ботинки. – Я жрать хочу. По вашему виду скажу, что вы тоже не прочь. Есть предложение, - и он замолчал.

- Какое? – живо спросил Арле

- Молчи! Нечего нам тут делать! – прошипел ему Кроат.

- А еще есть такая тема «Как заинтриговать идиота», - продолжил Толлен. – И похоже, она сработала.

- Ненормальный, - сердито раздул ноздри Арле, в мечтах уже получивший от здоровяка пяток медяков. Целых, не рубленых.

- У меня дальше по пляжу силки стоят на птицу.

- Ты жрешь портовых чаек? – Арле изобразил отвращение на лице.

- Кто попадет, того и жру. Могу и тебя сожрать, - Толлен раскрыл рот без пары зубов. – В общем. Я ощипаю и зажарю. Вам – половина медяка и часть ужина. Мне – две птицы. По рукам?

- Арле, пошли домой, - стараясь скрыть дрожь в голосе, проговорил Кроат и даже успел сделать шаг назад.

- Трусишка, - прищурился Толлен, сложив руки на груди. – И дружок твой такой же.

- За половину медяка? – задумчиво протянул Арле. – Согласен.

- С ума сошел! – воскликнул Кроат.

- Ха, плевое дело же, ты чего? Ты только давай, деньги покажи! – коренастый деловито сунулся к здоровяку.

- Вот это правильный подход, - Толлен погремел монетами и вытащил медяк. – Мне – птица, вам – половина этого.

- Я думал, что ты тот, у кого много меди много, - разочарованно протянул Арле, пытаясь набить цену.

- За плевое дело – плевые деньги, разве нет?

Монета исчезла в кошельке. Толлен выпрямился, потянулся, хрустнув суставами.

- Но я до ночи вас ждать не буду. Двадцать минут – и сделка отменяется.

- Давай, пошли! – Арле шагнул, раскидывая песок в разные стороны.

Кроат помедлил: показаться трусом или рискнуть? Друга бросать он не хотел. Но лезть в сомнительное приключение тоже. Ему эта половина медяка не сдалась вообще.

- Идем, - выдавил он наконец и бросился догонять Арле. – Зачем ты в это ввязался??

- Ты так и не понял? – усмехнулся тот, когда ребята отошли подальше. – Видел его кошель?

- Я видел два серебряных, которые он был готов выложить за меч, и что дальше?

- У него там серебра минимум десяток, плюс меди около двадцати монет, не считая ломаных.

Кроат остановился, обернулся, чтобы убедиться, что Толлен не идет по их следу:

- Ты это на слух посчитал?

- Все примерно, конечно.

Парень знал, что у его друга море разных талантов, не считая природной харизмы – пусть даже эта самая харизма сейчас была по уши в песке. Но о таком – даже не подозревал.

- Ты как… будто взломщик.

- Как отец, ты хотел сказать? – прищурился Арле и погрозил другу пальцем: - Давай-ка без намеков. Скажи лучше, когда ты в последний раз сам деньги зарабатывал?

- Никогда, - подумав, признался Кроат.

- Вот видишь. Со мной ты становишься лучше! – он похлопал друга по плечу. – А вытащить птицу из ловушки, да получить половину медяка… Две доли тебе, четыре – мне.

- Это еще почему??

- Не ори, птицу распугаешь. Улетят вместе с ловушками. Все по-честному. Мы с тобой идем вдвоем, так? Так. В дело втянул кто? Я. Риски на ком? На мне. Две доли за риск, а остальное поровну.

- Сомнительная математика.

- Но ты все равно со мной! – бодро заявил Арле. – Посмотри, ведь только что был день без забот, а теперь что? Работаем! Не каждый за неделю получает столько, сколько мы вдвоем за такое маленькое приключение.

Кроат отмахнулся и неуверенно зашагал вперед. Друг подотстал, чтобы смахнуть с лица песчинки, что так и сыпались то в глаза, то в рот.

Парень не понимал, злится он на себя, на Арле или на того здоровяка. Толлен. Совсем неподходящее имя. Толлен – это столяр. Фермер. Никак не гора мышц с лицом, по которому пара армий оттопталась.

Осознав, что десятка два шагов он сделал без компании Арле, Кроат остановился и развернулся, уставившись на друга, который только что закончил отряхиваться.

- Порядок – превыше всего! – заявил он, приближаясь. Вдруг его лицо изменилось: - Стой! Стой на месте и не шевелись!

Глава 3. Цепи питания

- Что такое? – не сразу понял Кроат и повернулся, но замер на полуобороте.

За его спиной, шевеля медленно из стороны в сторону драным облезлым хвостом, слегка припав к песку, расположилась огромная, размером со сторожевую собаку, крыса.

Вытянутая морда была нацелена прямо на застывшего Кроата.

- Может, ты подскажешь, что делать дальше? – едва слышно произнес он, понимая, что ввязываться это дело было не просто плохой – а отвратительной идеей.

Мервардские крысы, как и жившие в других городах, обладали тремя несомненно важными параметрами. Они были большими, они были злобными и еще они могли заразить, чем угодно, вплоть до горячки, в которой можно было проваляться не одну неделю.

Эти три параметра сейчас внушали Кроату больший страх, чем Толлен.

- Если ты проявишь слабину, она тебя сожрет, - предупредил Арле.

- Лучше бы ты молчал, - парень глубоко вдохнул, стараясь не упускать крысу из виду.

До нее было метров пять.

- Хорошо, что это еще не водяная собака! – продолжал Арле, как ни в чем не бывало.

Кроат поднял ногу, чтобы уйти прочь, но крыса тут же злобно зашипела.

- О, хорошо, она тут одна.

- Они же в канализации водятся, что она тут забыла… - простонал Кроат. Влип так влип.

- Выберемся, спрошу у Марии, - пообещал Арле. – А теперь не шевелись, я попробую ее отвлечь.

Он посмотрел под ноги, нашел небольшой камушек, вынесенный на берег ночным штормом, и крепко сжал его между пальцами.

- Стой и не шевелись, - предупредил он друга и бросил снаряд, который угодил Кроату прямо в лоб.

- Ай! – парень дернулся.

- Не шевелись, кому говорю, сейчас еще кину!

- Не в меня, пожалуйста!

Если бы у городских крыс было чувство юмора, особь, избравшая пляж для дневного моциона, наверняка бы предпочла, чтобы представление продолжалось. Но вместо этого медленно двинулась к Кроату. Как говорится, если еда не идет в рот – тогда рот сам пойдет к еде!

Издав истошный вопль, мальчишка бросился прочь, не разбирая дороги: куда смотрел, туда и побежал. На его пути был Арле, куст травы, а потом и море.

Но если друг успел отскочить в сторону, вновь нырнув лицом в песок, а куст травы начисто распорол одну брючину, да еще и ногу в кровь, то морю деваться было некуда.

Кроат не подумал о том, что крысы неплохо умеют плавать – особенно такие большие и жирные. И с разбега бросился в воду, озираясь на преследователя и оттого нахлебавшись воды.

Крыса не отставала и не боялась промокнуть, но быстро плыть не могла. Эволюция городских грызунов не изучила возможность затопления их мест обитания.

Зато прохладная вода остудила ее пыл, хоть и не притупила голод – и благодаря этому Кроат успел выскочить на берег метрах в пятнадцати от места, где нырнул.

- Жив, ха-ха! – Арле вновь повеселел, наблюдая за приключениями друга. – Ну что? – спросил он, и в этот момент море вспучилось пеной как раз там, где плыла крыса.

Грызун жалобно, но все равно противно пискнул и исчез под водой, тут же окрасившейся в бледную красноту.

Кроат едва дышал. Пробежка, заплыв, вода, попавшая в нос – все это сбило дыхание, но главное, он был жив.

- Поздравляю, дружище! Первая победа! Не силой, но хитростью. Почему за нее уровни не дают?

- Я не знал, что там морской ящер, - пролепетал Кроат. – Какая, к черту, хитрость…

- Или боги помогли! – все еще на эмоциях от победы, Арле воздел руки к нему.

- И что я только пошел сюда! – Кроат толкнул друга в грудь. Несильно, но ощутимо.

- Эй-ей-ей! Штраф в одну долю медяка! – важно заявил тот. – А ведь я тебе еще спасти пытался, - он присмотрелся к красному пятну на лбу друга. – Виноват я, что у меня с ловкостью беда.

- Да-да, тебе надо ее тренировать. И меткость, и ловкость, - отмахнулся Кроат, потирая лоб.

- Ты не забывай, меткость – она для охотников и стрелков.

- Мне оно не нужно, - паренек опустился на песок. Жара, страх, камень по голове – и вот все уже начало плыть перед глазами. Еще и разрезанную ногу жгло.

- А ну-ка, - дружеская ладонь знатно приложила Кроата по обеим щекам. – Ты чего удумал, ну, говори! Сознание мне чтоб тут не терял. Две птицы я не утащу с тобой на плече.

- Ну да, - прикрыв глаза, проговорил парень. – У тебя ведь еще четвертый уровень силы.

- Да, а в тебе сколько? Пятьдесят или шестьдесят килограммов! – прикинул Арле. – Так что вставай и пошли.

- Сейчас.

Полежав пару минут, Кроат встал, согнулся и выпустил содержимое желудка на песок.

- Только. Скажи. Хоть слово, - предупредил он Арле, который уже раскрыл рот для нового комментария.

- Понял. Молчу. Готов подставить руку и плечо.

- Да ну тебя, - Кроат вытер рот рукавом мокрой рубашки. – Пошли, найдем уже эти чертовы силки.

К их полнейшему разочарованию, первый оказался не только пустым, но и разломанным.

- Похоже, что крыса постаралась. Интересно. Крыса съела птицу, чтобы ее саму съел ящер. Вот это цепь событий.

- Цепь питания, - мрачно проговорил Кроат.

Они пошли дальше. Второй силок был пуст и готов к применению, и только в третьем они нашли чайку. Как они ни старались, еще одну ловушку найти не смогли – да и была ли она?

Так, с одной дохлой чайкой, которую Арле держал за шею, они вернулись к Толлену. Тот уже распалял костер, собранный из небольших веток. Те, что потолще, сушились рядом, маленькие лежали ровной стопкой.

- Хороши помощники, купались вместо дела, - заметил здоровяк, и только потом обратил внимание на порезанную ногу, и на одну птицу в руке Арле: - Вторая отбивалась и улетела прочь? Или вторую сожрала крыса? – уточнил он, махнув веточкой в сторону раны.

- Это трава.

Толлен захлопал глазами, положил веточку в костер.

- Так можно было крысу принести, - заявил он.

- Этого не было в задании.

- Какие-то вы не слишком сообразительные помощники! Давай сюда птицу!

- А деньги?

- А где вторая? – парировал Толлен.

- Поскольку задание выполнено наполовину, требуем половину оплаты! – вновь обретая деловой вид, заявил Арле.

- Треть.

- Половину, и обойдемся без ужина.

Здоровяк хохотнул, вытащил три доли медяка и протянул их Арле. Тот отдал птицу.

- Далеко пойдешь.

- Так что насчет следующего задания, не такого плевого? – спросил он.

- Если тебе нужны деньги, иди и работай, парень, - посоветовал Толлен. – Такие помощники, которые проиграли в бою с травой и упустили птицу, мне не нужны.

- Ну так это он, а не я, - ляпнул Арле прежде, чем понял, что надо захлопнуть рот.

- Ой-ой, - только и сказал Толлен, наблюдая за изменяющимся лицом Кроата, который развернулся и пошел в сторону города. – А я думал, что вы друзья.

Глава 4. Семья

Кроат пару часов побродил по Мерварду, вернувшись домой только к вечеру. Отец еще отсутствовал, как и старший брат, зато мать с младшей сестрой были дома.

- Боги, что с тобой! Где ты был! Что случилось? – мать сразу засыпала сына вопросами.

- Упал в воду, - буркнул Кроат.

- Где? Как?

Младшая сестра подошла и обняла, уткнувшись в брата носом где-то в районе пупка.

- Фу! Мама, он воняет!

- Еще бы. Живо мыться!

Не говоря ни слова, Кроат отправился в подвал. Семья жила в хорошем районе Мерварда, наряду с местными торговцами, владельцами разнообразных таверн, лавок и магазинов, зажиточных фермеров и прочих. Поэтому у них, как полагается всем живущим в хорошем районе, был водопровод.

Как он работал и почему мыться надо было в подвале, Кроата не интересовало – он знал, что у них все хорошо, потому что водопровод есть, а у некоторых, как у Арле, например, его нет. Поэтому те живут плохо.

Кроме водопровода была еще и канализация – грязную мыльную воду всегда можно было слить, а не вычерпывать и выносить ведрами. Это тоже было хорошо. Мать говорила, что если бы все работали так же много и усердно, как отец, начальник городской стражи, то так же хорошо жили бы по всему Мерварду.

- Рия! Фелида! Дорогая, я дома! – хлопнула входная дверь и голос отца разнесся по всему дому.

- Сейчас, Кроату надо обработать рану, - спокойно произнесла жена.

- Что с ним случилось?

Особого беспокойства Фенс не выдавал: его младший сын частенько влипал в неприятности и приходил домой в соответствующем виде. Но на этот раз нарочитое спокойствие в голосе заставило его поскорее избавиться от мягкого кафтана с медным значком в виде буквы «М» – признака человека, способного посещать верхнюю часть города – и поспешить в просторную гостиную.

Там на диване, закинув ногу на колени матери, лежал, не выражая совершенно никаких эмоций, Кроат. Фенс подошел ближе, посмотрел на рану, уже почти переставшую кровоточить, поморщился от резкого запаха спирта и спросил?

- И как ты умудрился?

- Упал с причала, - тут же ответила Рия, звонким голосом пятилетней девчушки сдав брата.

- Ну что ж, - отец развел руками. – Бывает!

- А где Колтан? – спросила Фелида.

Старшему было уже семнадцать и он, успешно получив седьмой уровень сил и третий ловкости был назначен в городскую стражу. От потомка Фенса иного и не ждали. Сын отца не подвел.

- Колтан на дежурстве у Южных Ворот, - ответил Фенс. – Сегодня он в ночь вместе с Готлибом.

- Не рано ли? – Фелида даже перестала протирать ногу Кроату.

- Мам, все?

- Перевязать надо.

- Да тут царапина!

- И правда царапина, дорогая, пусть идет к себе, - улыбнулся отец.

Кроат поднялся по скрипучей лестнице наверх в свою тесную комнатушку и закрылся там.

- Когда ты с ним серьезно поговоришь? – спросила Фелида, быстро сменив тему с одного отпрыска на другого. – Он не хочет... как все. Учиться, осваиваться.

- Дойдет до него это, не переживай. Все сделает. Навыки освоит.

- Его дружок… Арле?

- Он тебе не нравится, знаю.

- Ты же сам посадил его отца!

- Он не очень-то и против был, что город будет кормить его полгода, - улыбнулся Фенс. – Между прочим, у Арле четвертый уровень силы. Зря ты. Он мог бы стать примером для нашего сына.

- Каким примером… с его-то отцом.

- А что не так с его папой и почему город будет кормить его полгода? – пропищала Рия, о которой все забыли.

Фенс помрачнел:

- Взрослые разговоры, малышка. А с Арле ничего такого нет. Всяко лучше с ним, чем болтаться по площади. Десятник докладывал, там видели одного иноземца сегодня. С ним возможны проблемы.

- В Мерварде со всем проблемы, - расстроенная, что муж не хочет ее слушать, проговорила Фелида. – Никакого порядка.

- Я, знаешь ли, тоже в его возрасте лодыря гонял. Придет время. Поймет.

- Как бы поздно не было.

Фенс вздохнул:

- Ладно. Я поговорю с ним.

- Желательно сейчас, пока не стало поздно.

- Ладно.

Он поднялся наверх и постучал в дверь.

- Сын?

- Отец? – Кроат приподнялся на локтях на кровати.

- Рассказывай, что делал сегодня.

Врать отцу было бессмысленно – временами стражники, те, кто знал Кроата в лицо, докладывали Фенсу: сын бегает тут, сын болтается там. Поэтому рассказал, что бродил по городу.

- А уж с причала как умудрился?

- С Арле подрались, - соврал Кроат еще раз, стараясь при этом не запутаться в собственной лжи.

- И это он тебе оставил? – отец указал на маленькое пятно на лбу, которое не заметила мать, охавшая над разрезанной ногой.

- Угу.

- Надеюсь, сдачи он получил? – Фенс улыбнулся.

Кроату его улыбка показалась нехорошей. Если отец догадается, где они были, будут вопросы и тогда…

- Получил, - выдал он, надеясь, что разговор на том и закончится. Но этого не случилось.

- И на каком же причале растет меч-трава, а? – хитро прищурился отец.

Глава 5. Обещание

Все-таки он попался. Разговор с отцом получился ужасным. Давненько у Кроата так не горели уши и щеки. Глаза вот отчего-то не горели. Но что они с Арле были на том пляже, он так и не выдал.

Фенс рассказывал о том, как тяжким трудом достается положение, статус, хороший доход. Как надо уметь работать руками и головой – а еще лучше, если это происходит одновременно.

Отец не ругал Кроата, но он все равно понимал – разговор сводится к его полнейшему нежеланию получать уровни даже по базовым умениям.

- Про навыки я вообще молчу, - заявил отец. – Любой навык в жизни пригодится.

- Даже если шкуры сдирать?

- Как Лорка? Да, - без раздумий ответил отец. – Любые навыки. Добыча, обработка, боевые уж тем более, но к ним тебя не допустят, если у тебя не будет подходящего уровня по силе и ловкости. И я считаю, что мой сын должен уж хотя бы из самострела, да уметь попасть в мишень.

Фенс ждал от сына ответа, но он ничего не говорил. Что тут скажешь, когда из всего описанного отцом ничего не западало в душу. Мать грозилась сдать Кроата на одну из ферм, что были к северу от города, если тот не проявит усердия, но пока обещанного не исполнила.

- Хоть грамоте обучен, - вздохнул отец. – Может, тебе жизненного примера не хватает? Ты хорошо общаешься с Колтаном?

- Не очень, - посмурнел Кроат. – Он почти всегда на работе.

Сказать того же самого отцу он не смел. Бывали дни, когда Фенс уходил с рассветом и возвращался в сумерках, буквально падая в кресло. Он уже давно не говорил, что день был тяжелым – все это и так понимали.

Поэтому, когда его старший брат пропал там же, Кроат дал себе зарок не идти по стопам отца. Он не хотел работать с утра до ночи, даже если это было гарантией наличия водопровода и канализации в доме.

Зато он видел, как живут другие. Как стоят целый день, ничего не делая, торговцы на рынке, как бодро кричат они во всю глотку, предлагая товары. Или, к примеру, храмовники, что тоже обосновались в верхнем городе – те попросту ходили и собирали пожертвования. Но тут никакого секрета не было: за пожертвование нужный человек получал нужную информацию или перед Городским Советом за него могли замолвить словечко.

- А кем ты хочешь стать? – Фенс вырвал сына из раздумий.

- Я хочу стать свободным, - честно признался Кроат.

- Мы свободны. Мы не рабы, - улыбнулся отец.

- Нет, по-настоящему. Чтобы ничего не связывало меня. Никаких обязательств.

Фенс расхохотался, а потом потрепал светлые волосы Кроата:

- Так не бывает, сынок. Мы всегда обязаны чем-то кому-то. Даже если думаем, что ни с кем не связаны.

- Мы обязаны только семье, пап, - ответил на это Кроат. – И больше никому. Но ты защищаешь город. Вероятно, ты обязан большему числу людей. А я так не хочу.

- Все обязаны, - вздохнул Фенс, немного удивленный позицией сына. – Знаешь, что? Пошли-ка завтра в Верхний город.

- Но туда пускают только жителей с третьим уровнем, - протянул Кроат, одновременно обрадованный предложением и боявшийся его. Даже Арле получит первый лишь в том случае, если сдаст на пятый уровень силы.

- Ты – мой сын. И пройдешь туда вместе со мной. Колтан тоже там будет, но вечером, как отдохнет после дежурства. Что скажешь?

- Я бы хотел…

- Посмотришь, как обстоят дела. Как я работаю. Доберемся до крепости, как у меня будет время. Попробуешь пострелять из самострела. Если поднимешь его, - он подмигнул сыну.

Желание куда-то идти уполовинилось. Насмешки и шуточки всегда касались одной и той же темы: отсутствия хотя бы одной бумажки с указанием полученного уровня силы или ловкости, навыка. У Рии ничего не было, но до двенадцати лет, когда начинаются первые тесты, ей предстояло прожить еще семь счастливых лет.

- Хорошо. Схожу, - сухо ответил Кроат.

- Ну и все, - Фенс протянул ему руку. – Ну же, пожми, как мужчина. Сильнее! – потом улыбнулся и молча вышел из комнаты, оставив сына наедине со своими мыслями.

Тот упал на кровать. Беседы с отцом действовали угнетающе. Что ни разговор, то обязанность сделать выбор. Сходить или не сходить с ним Верхний город. На прошлой неделе – вылазка в лес за рекой, но от этого он отказался. Не хотел быть обузой, потому что отец постоянно будет напоминать Колтану, чтобы тот следил за младшим братом.

Стук в окно заставил его вздрогнуть.

- Эй! – Арле махал ему рукой через стекло, но Кроат не собирался быстро реагировать – все еще дулся на друга. Однако после третьего стука открыл – чтобы тот не привлек внимание родителей:

- Ну чего тебе?

- Ты еще скажи «Зачем приперся»! – тоже надулся Арле и прямо через окно влез в комнату, испачкав кровать, но сразу же слез на пол.

- Зачем приперся?

- Вот это другое дело! У меня есть мысль. Но один я не справлюсь.

- Твоя последняя затея помочь Толлену не очень-то хорошо закончилась, - поджав губы, заявил Кроат и указал на ногу.

- Тьфу, царапина, - махнул рукой Арле. – Во-первых, я не отдал тебе часть добычи. Ты так улепетывал, что впору было деньгами тебе в спину кидаться. Но я же не такой! Это ведь неуважение!

С этими словами он протянул другу долю медяка на раскрытой ладони.

- И на кой она мне?

- Раз ты такой привереда, оставлю себе! – невозмутимо добавил Арле и скрыл кусок монеты под пальцами. – Да на, держи, будет хоть, на что купить лекарств, если вдруг горячка начнется.

- Мать уже все обработала. Зачем пришел? Явно же не для того, чтобы деньги отдать?

- Нет, дружище, у меня к тебе есть отличнейшей деловое предложение. Надо кое-куда сходить.

- Я обещал утром пойти с отцом в Верхний город.

Арле улыбнулся нарочито зловеще, что заставило Кроата поежиться. Проделки друга, начинавшиеся с таких улыбок, редко заканчивались чем-то хорошим. Но зато было интересно.

- Ладно, я слушаю, - выдавил он наконец.

- Есть предложение сходить в Верхний город прямо сейчас.

Глава 6. Вылазка

- Что скажешь, м? Мое предложение лучше, чем у твоего отца?

- Зачем нам туда? – нахмурился Кроат.

- Если я тебе скажу сразу, будет неинтересно!

- У Толлена научился?

Арле замялся.

- А то я сам этого не умел! Так ты идешь или мне одному?

- Приключений на свою задницу искать?

- Не приключений, а жизненного опыта!

Кроат сомневался. Два предложения за полчаса и оба звучали не так, как ему бы хотелось. Разница между тем, что хотел от него отец, и тем, что предлагал Арле, была несущественной: с разрешением или без разрешения он попадет в Верхний город.

- Ты же понимаешь, что, если у тебя нет пропуска или третьего уровня, нахождение в Верхнем городе противозаконно, - напомнил Кроат.

- Ой, вот сразу понятно, в чьем доме нахожусь. Ладно. Без тебя схожу!

И тут же дернулся в сторону еще открытого окна.

- Стой! – громко прошептал Кроат. – Я с тобой.

- Как же я рад, что жажда приключений все еще объединяет нас! – воскликнул Арле.

- Да тише ты!

Кроат оделся. Нога почти не болела и делать страдальческий вид, собираясь выбраться из дому через крышу, смысла не имелось.

Полная луна отразилась в стекле прикрытого окна. Несколько неспешных шагов по черепице до зарослей дикого винограда, прыжок с высоты двух с половиной метров – и только когда под ногами оказалась булыжная мостовая, Кроат вздохнул свободно.

- И как только тебя родители отпустили так поздно на улицу! – пошутил Арле.

- Лучше скажи, зачем мы идем в Верхний город!

- Да говорю же, потерпи! – Арле почти бежал, но Кроат без труда держался рядом. – В общих чертах – я хочу перед тобой извиниться за то, что случилось днем, чтобы ты не дулся на меня. И, поверь, ты не пожалеешь!

- Хотелось бы верить.

- Ну ты же веришь мне, раз сбежал из дома ночью, чтобы отправиться в Верхний город, рискуя на неделю оказаться по соседству с моим отцом в камере?

- Мне это не грозит.

- Ах да, сыночка начальника городской стражи никто не посадит. А зачем ОН тебя тащит в Верхний город? Неужели работать заставит?

- Хочет показать, как обстоят дела. Что происходит, как это все работает. И пострелять из самострела.

- Ух ты, я тоже хочу из самострела пустить пару болтов! – восхищенно проговорил Арле. – От такого и отказываться не вздумай!

- Если я просплю, это будет на твоей совести, - проговорил Кроат.

Его раздражало, что друг так долго держал интригу и не раскрывал причину визита в Верхний город. Если бы там были только дома богачей – значит, на что-то посмотреть новое, интересное, особенное.

Как, когда бродячий цирк приехал и один из местных купцов пригласил на частное выступление нескольких акробатов и карликов. Тогда Арле ходил один и рассказывал, что после завершения основной части, окна закрыли и ему пришлось быстро делать ноги. Но, как только он начинал рассказывать об этом, сразу же краснел, как помидор, и отказывался говорить, что такого особенного там видел.

Но Верхний город включал в себя здание Городского Совета и прилегающие к нему дома местной знати, храмовый квартал, небольшую площадь и замок. Кроме того, со слов того же Арле, Верхний город хранил три четверти редкостей и ценностей, которые стоили таких баснословных денег, что даже в Среднем городе не нашлось бы людей, которые могли бы заплатить и десятую часть их стоимости.

Поэтому Кроат терялся в догадках и злился. Но, узнай он причину, вероятно, интерес пропадет. А тут – приключение. И он молчал, терзая сам себя.

- Долго еще? – спросил он, когда они, закончив петлять переулками, прячась от редких патрулей, добрались до каменного пристенка высотой в три метра, что удерживал вертикаль возвышенности Верхнего города.

- Скоро-скоро. Сейчас пройдет патруль наверху и полезем.

- Прямо так? – недоверчиво проговорил Кроат.

- Прямо так, след в след. Куда я наступлю, туда и ты. Ага?

- Думаешь, получится? – засомневался паренек.

- Ты меня видишь? У меня получается.

- У тебя четвертый уровень силы.

- А ты легче меня килограммов на десять. Давай. Слышишь?

- Нет.

Арле закатил глаза и ткнул пальцем в сверкнувший металлом шлем стражника. Кроат поежился, представив, как такая груда железа хватает их обоих.

- Тише ветра. Давай, - скомандовал Арле.

И полез наверх. Кроат внимательно смотрел, куда его друг ставит ногу, где цепляется пальцами. Тот сейчас был похож на паука, разве что еще двух пар лап не хватало.

Сгибая руки и ноги под самыми невероятными углами, Арле лез вверх, порой нарочно повисая на одной руке так, что Кроату делалось страшно даже на земле.

Забравшись выше метра над землей, он обернулся на друга:

- Твои ноги все еще крепко стоят на земле, сухопутная крыса! – он спародировал пиратов из портовых историй. – А ну, живо за мной!

Кроат улыбнулся и полез наверх. Расположение рук Арле он уже забыл и потому карабкался, как мог, то и дело промахиваясь мимо уступов.

Впрочем, карабкаться оказалось не так сложно. Крупные камни в основании быстро кончились и сменились сравнительно небольшими булыжниками, между которыми раствор уже основательно выкрошился.

Затем Кроат решил посмотреть вниз и чуть не отпустил пальцы. Голова закружилась, и он всем телом вжался в булыжник. Парень забрался уже достаточно высоко, чтобы спускать вниз, но и верх даже руку протянуть не мог.

- И чего застыл? – ладонь Арле ощутимо прилетела Кроату по затылку. Он задрал голову: друг был меньше, чем в полуметре выше него. – Руку давай!

Превозмогая страх, Кроат потянулся к Арле, и тот схватил его ладонь.

- Если ты думаешь, что я буду тебя вытягивать, - продолжал шептать он, - то ты слишком тяжелый.

Пришлось искать опору ногами, работать свободной рукой и вскоре оба лежали между зубцами, венчавшими стену.

- Не видать тебе пятого уровня, если ты меня втянуть не смог, - проговорил Кроат, отчасти довольный тем, что наконец-то смог уколоть зазнавшегося из-за своих уровней друга.

- Это ж одной рукой только, - парировал Арле, ничуть не обидевшись. – А теперь – налево. В Храмовый квартал.

Ночью стражи здесь было немного: жители Верхнего города жаловались на шум сапог, доносившийся с улиц. Поэтому вдвоем, то и дело прячась в редкие заросли зелени или по темным углам, друзья добрались до невысокой ограды, перемахнули через нее.

- И почему храмовники не выставляют стражу, - фыркнул себе под нос Арле.

Затем они залезли на невысокую крышу какой-то пристройки, за которой начинался крайний двухэтажный дом. Здесь должен быть жить настоятель или один из тех безымянных в красных робах, что ходят по рынку и собирают милостыню.

- Смотри! – Арле лег на черепицу, подполз к самому окну и жестом поторопил Кроата. Тот расположился рядом. – Смотри, какая!

За окном, в комнате, залитой светом от камина и свечей, на коленях молилась девушка, одетая в тонкую ночную рубашку. Руки ее были сложены у подбородка. У Кроата отвисла челюсть.

- Видал!

- Ага…

Девушка долго стояла, повернувшись к окну боком так, что паренек не мог видеть ее полностью. Но и этого хватало, чтобы он так и не подобрал челюсть.

Наконец, она закончила молитву и повернулась лицом к окну. У Кроата захватило дух. Стройная, высокая, с правильными, пусть и чересчур резкими чертами лица, она казалась ему настоящей богиней.

Черные волосы двумя длинными прядями спускались на плечи.

- Арле… - позвал он друга хрипло. – Арле… ты… видишь? Арле?

Он дернул головой, но друга нигде не было. От страха глотку сжало тисками. Рука скользнула по черепице, громко стукнув по ней костяшками.

Девушка сразу же посмотрела за окно. Кроату показалось, что она видит его, и поспешно вскочил.

Ноги поехали, хотя крыша была совсем не крутой. Парень вертел головой по сторонам, пытаясь увидеть друга, но Арле растворился в воздухе.

Окно распахнулось, и черноволосая красавица высунулась наружу:

- Что ты тут забыл?! – сердито спросила она.

Кроат повернулся к ней, перестав видеть что-либо вокруг себя – только девушку в окне. Он сделал шаг в сторону, оступился и полетел вниз.

Сгруппироваться он не успел, да и едва ли смог бы. Затрещали ветки и Кроат, ударившись спиной о землю, потерял сознание.

Глава 7. Внезапные сложности

Когда он открыл глаза, было уже светло. Обещание пойти с отцом в Верхний город пошло прахом. Едва ли он теперь позовет его снова. Да и кого звать – дома с утра никого не было!

Он представил лицо матери, которая обнаружила пустую кровать, и все похолодело. Резкий вдох заставил его содрогнуться от боли. Рядом что-то шумело, кто-то пищал в отдалении.

Кроат попытался сообразить, где находится. Слева – заросший мхом камень. Под спиной – влажная земля и трава. Сбоку торчали сломанные ветки, а над головой небо закрывали кусты, тянущиеся ввысь.

Он медленно выдохнул и вдохнул снова. Камни – это стена. Значит, крыша, девушка… все это было правдой. И теперь надо возвращаться домой.

Приподняв голову, Кроат ощутил, как все через тело тянет нудная тупая боль. Он лег обратно и посмотрел – стена уходила в небо гораздо выше кустов.

Парень полежал еще немного, собираясь с мыслями и силами. Куда пропал Арле?

Трава рядом зашуршала и Кроат, вздрогнув всем телом, сел. Шуршание тут же прекратилось, а затем шевеление в траве, сразу замеченное им, поторопилось прочь

- Иди-иди отсюда, - пробормотал он себе под нос, а потом удивился тому, что сел.

Оказывается, боль – не помеха. Новый вдох все равно напомнил о себе тянущим ощущением меж ребер. Шум оказался сильным ветром, а вот писк как будто бы пропал.

Вот только не хватало новых сложностей в его жизни, как еще проблем со слухом! Кроат попробовал встать. Ноги дрожали, но выглядели целыми. Во всяком случае, он без проблем выпрямился, встав, как обычно.

Затем попробовал повернуться, провел руками по телу, и новая вспышка боли пронзила его, как только он задел пальцами чего-то, торчавшего чуть ниже лопатки.

Осторожно ощупав, Кроат решил, что это, должно быть, ветка. Пальцы, измазанные кровью, это лишь подтверждали. Крови было много, и от ее вида Кроату сделалось дурно.

Едва поднимая ноги, он добрался до стены и оперся на нее рукой. Потом согнулся, из-за чего последовала новая вспышка боли. Его вырвало.

Проклиная Арле, на чем свет стоит, Кроат уже второй раз за последние несколько минут выпрямился. Перед глазами вновь появился облик девушки.

Какой бы красивой она ни была, едва ли стоила таких ран и мучений, решил Кроат и попробовал перешагнуть образовавшуюся лужу, потом спустился на дно давно не углублявшегося рва и, помогая себе одной только левой рукой, выбрался на противоположную сторону.

За кустами виднелись поля, где поспевала рожь. Кроат надеялся пройти краем поля, чтобы не обходить каждый куст, что росли вдоль всей стены.

Стоило ему выйти на свет, как писк усилился, обратился в скрип, который отчего-то звучал злобно. Так не скрипит дерево, трущееся одной веткой о другую. И старые деревянные дома в Кузнечном квартале так не скрипят.

Кроат решил поспешить и не испытывать судьбу. Пусть неподалеку были фермы, кто знает, что происходит на полях в июле – истории разные ходили, а дважды за два дня встречаться с агрессивными тварями в его планы не входило совершенно.

Парень не оборачивался, но шаг ускорил, насколько ему позволяло состояние. Скрип не стихал, точно смещаясь вместе с ним по полю. Тогда Кроат попробовал скосить глаза и заметил, как рожь – или ячмень? – колышется буквально в нескольких метрах от него.

Помощи ждать было неоткуда, и паренек, морщась от боли меж ребер, зашагал дальше, не переходя на бег. Отчего-то в его голове так сложились слова Арле с пляж – если двигаться небыстро, никто не нападет.

Ему показалось, что он прошел метров двести, держась стены, что оставалась слева от него. Двести – потому что отец говорил ему, что башни расположены через каждые сто метров, а он как раз прошел парочку. Или уже три?

Он попробовал присмотреться к тому, что происходит на верху стены, не останавливаясь при этом. Никого. В полдень обычно происходит смена, но тогда на стене и башнях по двое. А сейчас никого. Кроат удивился.

Скрип приближался, пугая одним только уменьшением дистанции.

Парень попробовал прибавить шагу, но безуспешно. Под палящим солнцем это оказалось безумно утомительно, а пот, катившийся по спине, прибавил к боли еще и жжение в спине.

Но обернуться и посмотреть на существо, которое преследовало его, он не мог – страшно.

Впереди показалась широкая тропа меж двух полей. Там точно придется посмотреть. Грудь сжалась, в ушах зашумело, бил пульс, точно топот копыт.

- Эй! Эй, парень! Тебе что, жить надоело?

Кроат обернулся. Съехав с дороги на фыркающей от пыли лошади, сбоку от него остановился всадник, но не воин, а будто бы обычный фермер, вооруженный крепкой палкой.

- Что? – парень прищурился, и тут на него из стеблей ржи выскочило существо, чуть меньше метра ростом, остроухое, немного косоглазное и с вытянутой мордой.

- Клятый гоблин!

Существо тут же получило палкой по голове и было отброшено в сторону. Всадник, не слезая с лошади, приблизился:

- А ты кто такой?

- Я… - начал Кроат и снова потерял сознание.

Глава 8. На ферме

В следующий раз Кроат пришел в себя в полной темноте. Он обнаружил, что кто-то заботливо перевязал его раны, но при этом вокруг было довольно прохладно, пахло козами, немного навозом, но так, что он ощутимо перебивал наносимый легким ветром аромат сена.

Одновременно приятный и тошнотворный, воздух кружил голову. Или то были последствия перенесенных приключений – Кроат определить не мог и потому лежал, уставившись в высокий потолок, с которого свисали связки каких-то корнеплодов и трав.

Поерзав, он обнаружил, что в спине ничего не торчит, но двигаться все равно было неприятно – меж ребер потягивало. Более того, парень нашел и источник запаха – его прикрыли козьей шкурой, пушистой и добротной, хоть и небольшой по размеру. А соломой пах сам матрас… который и был соломой, обтянутой прочной тканью.

Неудачный поворот – и в бок что-то сильно ткнулось. Не как ветка меж ребер при падении со стены, но тоже довольно ощутимо.

До утра Кроат так и не уснул, ворочаясь с боку на бок, и наблюдал, как приближается утро четверга. Скрипнула дверь.

- Привет! – над кроватью появилось веселое веснушчатое лицо рыжей девчушки видом на пару лет помладше Кроата. – Ты кто такой? Что делал в полях? Что с тобой случилось? Кто ткнул? Гоблина видел?

Кроат внезапно понял, что у него болит голова. Вежливость не позволила ему этого продемонстрировать, но он все же приподнялся, сев на подушку:

- Я Кроат, - представился он. – А ты?

- Аля, - рыжая мотнула головой, тряхнув обеими косичками. – Ты всегда отвечаешь только на один вопрос из всех?

- А ты, как всегда, донимаешь наших гостей, - в дверях появился человек, которого Кроат узнал не сразу – то был всадник, что вчера спас его от гоблина.

- Она не… - парень попытался вновь оказаться вежливым, но мужчина махнул рукой.

- Не вздумай ее оправдывать. Ее миллион вопросов каждый день кого угодно из себя выведут. Я Ортан. Привез тебя сюда.

- Сюда – это куда? – уточнил Кроат.

- Ферма, по полям которой ты решил побродить. А что, в городе не осталось стражников? Почему были пусты стены, когда гоблины подобрались почти вплотную к городу?

- Не знаю, - парень покачал головой.

- Пап, он не хочет отвечать! – заныла Аля.

- Дочь, иди домой, матери нужна помощь. Она одна не справится.

- Ну па-а-ап!

- Аля! – грозно произнес отец, вложив в эти три буквы ровно столько, сколько требуется, чтобы маленькая девочка послушалась и, насупившись, отправилась домой.

Затем он занял ее место возле кровати, посмотрел на раненого мальчишку и спросил:

- Как ты себя чувствуешь?

- Лучше, чем вчера.

- Ты весь в синяках. Ветку мы вытащили. Она была внутри, - он показал пальцами полторы фаланги, - вот настолько. Жить будешь. Так кто ты такой?

- Я Кроат.

- Это я уже услышал. Отец твой кто?

- Фенс.

- Начальник городской стражи? Ты это только что придумал? – усомнился фермер. – Врунов здесь не любят.

- Я не вру, - глядя ему в глаза, ответил Кроат.

- Если так, тебя должны искать, разве нет? Думаю, ты упал со стены, иначе так разбиться нельзя. Повезло, что ничего не сломал.

- Спасибо вам за помощь, - парень решил, что хорошо бы поблагодарить добродетеля и успеть слинять с фермы поскорее. – Я бы, если вы не против, отправился к отцу, - он уже свесил ноги с кровати и попробовал встать. – И матери. Они ждут.

- Сдается мне, что ты все же врешь, парень, - прищурился фермер.

- Да нет! У меня есть старший брат Колтан и младшая сестра Рия! – нахмурив брови, выдал Кроат.

- Да что ж я, пойду твою родословную проверять! – мужчина громко фыркнул. – А ты уверен, что дойдешь до города. Голодный?

- Тут пара километров, не больше. Дойду, - Кроату резко перестало нравиться это место. Оно ему и так было не по душе из-за странных запахов, а теперь еще и фермер оказался каким-то слишком назойливым.

- Ну, смотри сам, я тебя не держу. Просто Аля с матерью сейчас закончат делать завтрак, и мы пойдем в поля. Работы целое море.

Он замолчал. В голове Кроата зрел вопрос, который в тишине созрел слишком быстро, и удержать его парень не смог:

- А что, на полях работать надо? Разве оно не само растет?

- Ты как с луны свалился, малой, - Ортан искренне удивился. – Если бы оно само росло, так жители Мерварда сами бы ходили по полям и лесам в августе и собирали, сколько им нужно, как грибы или ягоды.

- У вас тоже есть уровни, как у стражников и или травников? – ответ внезапно пробудил любопытство.

- Конечно, - кивнул мужчина. – И немало навыков. У нас важны сила и выносливость, причем последняя даже больше. Дети до сих пор не могут получить достаточный, чтобы я им свои делянки выделил. Поэтому помогают мне. Да тут еще и сын старший приболел, так что крутимся, как можем. Ну, все, - он встал. - Пойдем завтракать? Если нормально дойдешь, отправишься в город.

По пути к деревянному дому со множеством пристроек, Кроат думал над тем, что сказал ему фермер, боролся с любопытством фразами Арле, но оно все равно победило.

Ноги не болели, немного ломило спину, но к моменту, как Кроат дошел до дома фермера, неприятное ощущение прошло. А когда перед ним открыли дверь, он замер на пороге.

У Ортана была большая семья, которую он по очереди представил. Жена, две дочери, обе примерно одного возраста, трое мальчишек лет семи-девяти, как определил Кроат, а старший болел, о чем с грустью упомянула жена фермера.

Завтраком оказался большой омлет, пара кувшинов с молоком на всех и свежий, еще горячий хлеб, ароматный настолько, что у Кроата слюнки потекли, не успел он и за стол сесть. Ели молча, но он замечал, что временами на него украдкой поглядывают.

Сам он старался не поднимать глаз от тарелки и, прикончив свою порцию, предложил:

- Я мог бы помочь вам… в благодарность за… все.

Слова застревали в горле, внутри боролись странные чувства. При этом Кроат действительно был благодарен людям, которые его спасли и приютили, но что-то внутри мешало говорить это прямо и четко, как будто было в том нечто постыдное.

- Сегодня. Целый день. Чтобы вечером в город вернуться, - добавил он, краснея под взглядами всей фермерской семьи.

Глава 9. Дальние поля

Его предложение смутило даже фермера. За столом долго не звучало ответов, пока он, наконец не кивнул.

- Есть задачка, которая тебе будет по плечу, - произнес он.

От коровника требовалось перевезти результат бурной коровьей жизнедеятельности на дальнее поле. Его смешивали с соломой, добавляя последней побольше, накладывали в телеги и Кроат возил их, почти не чувствуя нагрузки.

Это вселяло уверенность в том, что сил у него все же достаточно – телега была большой, деревянной, сбитой из досок толщиной с палец. Зато колеса были с металлическими ободами и крутились легко.

Сперва Кроат сосредоточился на процессе, но потом начал смотреть по сторонам. Дальнее поле находилось на восточной стороне фермы, а за ним начинался лес, довольно густой, хотя отдельные лучи солнца без труда пробивались через кроны деревьев.

После десяти тележек Ортан объявил перерыв и Кроат смог выпрямиться. Заметив, как мальчишка смотрит на лес, фермер спросил:

- В первый раз забрался так далеко от города?

- Да. А что там, в лесу? И за ним?

- К востоку река. На север лес уходит очень далеко, но за ним, насколько мне говорили, есть еще поля и еще фермы, деревни. Там люди само по себе. Не подчиняются Мерварду, я имею в виду. А в лесу… - Ортан вздохнул. – Ты точно сын Фенса? А то наговорю тут всякого, еще и в тюрьме окажусь.

- Точно, но я ему ничего не скажу, если это секрет.

- Да какой секрет, - улыбнулся с грустью фермер. – Кто только в наше время в лесах не водится. С тех пор, как тридцать лет назад по нашим землям прокатилась война, в лесах нет только людей, - он замолчал, но заметил пытливый взгляд Кроата. – Звери, чудища, нежить. Полный комплект.

- Чудища и нежить? – недоверчиво спросил Кроат. – Я слышал истории про них, но думал, что это просто байки.

- Знаешь, мне кажется, что ты и из дому почти никогда не выходил, раз говоришь такое, - прищурился Ортан. – Леса сейчас – это сплошное зло.

- А что за война была тридцать лет назад? – разожженное последними приключениями любопытство полыхало в мальчишке не костром, а настоящим пламенем.

- Война как война. Ничего необычного. Орки против людей, люди против людей. Мне тогда мало лет было. Помню только, что отец, когда вернулся, был седой и умер быстро, хотя ран не было и не болел ничем.

Кроат сглотнул. Его отец – начальник городской стражи. Если начнется что-то похожее, и он, и старший будут защищать город. И тоже будут седыми и быстро умрут? Вопрос, который он не произнес вслух, прочно засел в голове, породив при этом новое любопытство – что же такое прячется в этом лесу?

Но перерыв, к его разочарованию, закончился, и пришлось возвращаться к труду. Парень продолжил ходить с тележкой, катая к коровнику пустую, а обратно увозя все больше и больше.

- Смотри, руки болеть завтра будут, - предупредил один из сыновей Ортана, но Кроат не послушал. Он был полон сил и ждал следующего перерыва, чтобы послушать еще историй.

Фермер оказался интересным человеком: рассказывал то, о чем всегда молчал отец, и тем самым вызывал какое-то странное уважение к себе. Кроат видел, что человек делает что-то, о чем сам раньше не особенно задумывался, находил процесс если не интересным, то увлекательным в своей легкости и пользе.

Во время второго перерыва он решил уточнить, что же за существа населяют леса.

- Неужели вы там никогда не были?

- Временами, пару раз в год, - лицо Ортана вытянулось. – Мне хватает того, что оттуда приходит на мои поля.

- Как гоблины?

- Гоблины – это дети, в сравнении с тем, что может прийти из леса. Особенно зеленые, как тот, которого ты видел.

- И почему же его не сведут, чтобы сделать место безопасным? – наивно спросил Кроат.

- Фенс должен выделить людей, чтобы они сперва обеспечили безопасность тем, кто в этот лес пойдет, понимаешь? Но даже если бы у меня наемные работники были, я бы их туда не отправил.

И Ортан продолжил раскидывать навоз по полю. Кроат видел хлипкий деревянный забор, который служил границей между цивилизованной фермой и диким лесом. Почему-то мрак, сырость и странные запахи прелой травы оттуда манили, заставляя забыть о возвращении домой.

Парень взял себя в руки. Помог Ортан, напомнивший, что пора бы привезти еще несколько телег.

Следующий час прошел точно в забытьи. Кроат прикинул, что к югу от города, прямо на пляже расположился какой-то здоровяк-иноземец, которому не продают оружие. Там же водятся гигантские крысы и морские ящеры. В полях к северу от города бегают гоблины, а лес наводнили такие страшные твари, что о них Ортан даже говорить не хочет.

Чем же тогда занят его отец, если безопасность вокруг города оставляет желать лучшего?

Далеко за полдень был обед. Рия вместе с матерью принесли его прямо в поле, улыбнулись Кроату и ушли, не сказав на сей раз ни слова, хотя девочку распирало от вопросов.

- Ей надо дать образование, - сказал, вздохнув, Ортан. – Не в полях же ей работать. Да и мальчишкам хорошо бы в город.

- Почему нет?

- Все стоит денег. Чтобы обеспечить всех, мне надо в два раза больше полей. И тогда понадобится в два раза больше работников.

В этот момент у Кроата проскочило мимолетное желание поработать у Ортана хотя бы недельку – чтобы тот мог позволить себе купить хоть одно поле. И снова промолчал, побоявшись, что это прозвучит глупо.

Но взгляд его так и стремился к лесу. Выяснить, что там водится, проверить, узнать, потрогать – и, желательно, выбраться живым. А пока он ходил за телегой, выполняя скучную рутину.

Жена фермера выгнала на выпас несколько коров, несильно похлестывая их веточкой. Пока Кроату нагружали телегу, он смотрел на животных, единым стадом выдвигающихся в сторону зеленого луга.

Из ржаного поля донесся знакомый скрип, и на открытое пространство выскочили два зеленых гоблина, похожих на того, что огрел дубиной фермер.

Скрипя и кряхтя, поганцы устремились к стаду. Кроат замер, точно врос в землю.

- Гоблины! Папа, мама! – фермерские дети побросали вилы и бросились врассыпную – существа были лишь на голову ниже мальчишек.

От криков и шума стадо разбежалось в разные стороны, но женщина стояла на месте, высматривая, в безопасности ли ее дети. Потом ее взгляд упал на Кроата.

- Вилы! Живо! Бросай.

Парень выдернул из кучи навоза инструмент и, как мог, кинул. Вилы вонзились в паре метров от женщины. Она прытко подскочила и выдернула их из земли, а потом с силой вогнала в ближайшего когтистого гоблина.

Кроат наблюдал за происходящим со стороны, но вид торчащих из спины гоблина металлических штырей восторга у него не вызвал. Существо продолжало корчиться и никак не хотело сваливаться с вил. Более того, ухватилось за них обеими руками, отвлекая на себя все силы.

- На помощь! – кричала жена фермера, отчаянно пытаясь стряхнуть пронзенное существо.

Мимо Кроата вихрем пронесся Ортан и что было сил пнул второго. Так хрустит разломленная спелая тыква по осени, с каким звуком отлетел другой гоблин.

Фермер прикончил и второго, что продолжал корчиться на вилах, потом подошел к жене. Кроат так и стоял у тележки. Ортан приблизился:

- Не растерялся. Молодец, - он положил пахнущую навозом ладонь ему на плечо. – Спасибо!

Парень не ждал благодарностей и медленно опустился в тележку из-под навоза, опрокинув ее.

Фермер отправился собирать стадо, разбредшееся по полям. Собрав всех, он почему-то залез на крышу коровника и оттуда посмотрел по сторонам. Жена в это время закрывала животных.

- Мне очень неловко просить тебя об этом, - заговорил Ортан, спустившись на землю, - но нам с тобой надо все же пройтись по лесу. Одна корова пропала.

Глава 10. Проклятый лес

Фермера словно подменили. Он не замолчал. Он точно искал подход к Кроату, думая, что тот ему не поможет. Даже без оружия парень готов был сунуться в этот лес, лишь бы удовлетворить свое любопытство. И все же было в этом что-то опасное.

Ортан даже нож ему вручил – чуть меньше локтя длиной. Официально ему нельзя было носить оружия. Это дозволялось только горожанам, а горожанином мог стать лишь полезный человек. Полезность определялась вторым уровнем, то есть, за десять уровней базовых параметров.

То были сила, ловкость, выносливость. Наличие навыка «грамотность», как и любого другого, давало разом три единицы. Другими словами, Кроат на пути к документу, подтверждающего его признание, как жителя Мерварда, находился лишь на одну ступень ниже, чем Арле.

- Знаю, что это неправильно, но и обстоятельства у нас необычные, - заговорил Ортан, убедившись, что Кроат правильно держит клинок. – Режешь от себя, колешь острым концом. Вроде бы все. Бей со всей силы. Всегда.

Парень кивал, жалея лишь о том, что этому его научил не его отец. Сам Ортан взял из дома лук ростом с себя, и колчан со стрелами. На немой вопрос Кроата ответом была потертая от времени бумага с подписями, на которой значилось «Охотник 1-го уровня».

Теперь парень был и вовсе очарован. Фермер и одновременно охотник, у которого дома есть оружие, а под боком лес, полный всяких тварей, что временами устраивают вылазки в поля.

- Ты уверен? – еще раз спросил его Ортан. – Уверен, что хочешь идти в лес? Там очень опасно.

- Уверен, - Кроат кивнул и коснулся пальцем острия ножа. – Мы ведь не останемся там до ночи?

- Если мы через полчаса не найдем корову, значит, она уже мертва.

В лес зашли со стороны дальнего поля, перешагнув через ограждение, где отпала одна из досок. Здесь было холоднее, а когда они вошли в тень, ощущение лета исчезло вовсе.

Тогда Кроата обуял страх. Лес оказался не просто темным, но по-настоящему мрачным местом, похожим на какие-нибудь пещеры. Истории Ортана о гоблинах и нежити заставляли парня видеть угрозу за каждым деревом и вздрагивать от каждого звука.

Он старался держаться за спиной фермера и не слишком шумел, но под ногами валялись ветки, о которые Кроат то и дело спотыкался. Ортан же шел почти неслышно. Или его шаги попросту заглушались редким, но пронзительным пением птиц.

Ровная, как на полях, поверхность, кончилась довольно быстро, сменившись склоном, уходящим вниз. Ортан оглядел с высоты, насколько это можно было, лес впереди, но ничего не увидел.

Он сомневался, стоит ли идти так далеко, но вдруг раздалось мычание – неблизко, да еще разбавленное эхом. Кроат подумал, что Ортан сейчас бросится вперед, к источнику звука, но он этого не сделал.

- Держись ближе, - тихо произнес он вместо этого.

Парень, что и так не отставал, почти прилип к своему спутнику, постоянно озираясь по сторонам. Лес окружил их со всех сторон, значит, и опасности были повсюду.

Рассказать Арле о том, что он ходил по северному лесу – тот не поверит. Хотя отчасти его вина в том, что он здесь оказался – не приведи он своего друга на ту крышу, он бы не упал, не попал на ферму и так далее.

Через несколько шагов ощущение опасности отступило, хотя склон уже не кончился. Посмотрев за спину, Кроат не заметил края леса и чувство страха вновь накрыло его.

- Рядом – не значит, что надо в спину дышать, - спокойно произнес фермер, и Кроат взял чуть в сторону, чтобы не мешать ему.

Июльский лес, хоть и был наполнен холодом, пробиравшим до костей, все же был источником жизни. Кроат шел мимо кустарников, на которых зрели ягоды, вытянутых травинок, распластавшихся по земле листьев размером с ладонь.

За склоном начался крутой подъем и, чтобы обойти его, Ортан взял в сторону. Кроат последовал за ним чуть в стороне, следуя его советам.

- Старайся идти тише, - снова заговорил фермер, когда под ногами у парня начали хрустеть ветки.

- Хорошо, - прошептал он, удивляясь, почему больше никто не мычит, а потом прислушался и понял, что в лесу в принципе кончились все звуки. Кроат похолодел, но покрепче ухватился за нож и стал чаще вертеть головой по сторонам.

Они уже почти обошли подъем, оказавшийся всего лишь небольшим холмом, как перед глазами показался крупный, в человеческий рост, валун. Ортан обошел его с дальней стороны, а Кроат, решив срезать, пошел между склоном и камнем.

Белая полоска привлекла его внимание и, убедившись, что к нему никто не подкрадывается, он присел на корточки и руками сгреб землю и опавшую листву. Обнажилась кость, заставившая парня отпрянуть, но в ту же секунду он коснулся рукой чего-то мягкого, хоть и покрытого землей.

Кроат тут же взялся работать руками и с истлевшей веревки, от которой остались только редкие волокна, он стянул кожаный кошель. За камнем раздался шорох, тренькнула тетива. Парень быстрее потянул кошель к себе, даже не успев отряхнуть его от земли. Внутри что-то негромко звякнуло. Слишком глухо.

- Тебе чего, приспичило? – с противоположной стороны камня показался Ортан.

- Да!

- Ладно. Закончишь, симулята поможешь дотащить. А корова – все.

Глава 11. Добыча

Симулят оказался огромной черной кошкой. Если крыса, встреченная Кроатом на берегу, была размером со сторожевую собаку, то симулят был больше минимум вчетверо – или это ощущение просто создавал огромный пушистый хвост.

За камнем, под которым Кроат нашел кошель, лежала на треть сожранная корова, на которую сейчас с сожалением смотрел Ортан. Затем он перевел взгляд на симулята и спросил:

- Ты не умеешь шкуры снимать?

- Нет.

- Жаль. Хорошо бы продали кожевнику, такие редкие ценятся. Брошу в подвал, полежит недельку в холоде. Может, найдется кто. Хоть немного денег за корову отобью.

Кроат не уточнял цен, но видел по глазам фермера, что перед ним лежит два сокровища – одно дохлое и частично съеденное, а другое невозможно обратить в деньги.

- Я спрошу в городе, кто умеет. Может, помогут.

- И возьмут половину цены этой шкуры, - с горечью заметил Ортан. – Ладно, чего слезы лить. Добыча есть добыча, а оплакивать корову… Съедят. В поля может приходить не будут неделю-другую.

С этим настроем они вернулись на ферму. Сожравший часть коровы симулят оказался не самой легкой ношей и постоянно норовил соскочить. Фермер вслух порассуждал о носилках или телеге, но не рискнул бросить добычу.

Оглянувшись с высоты склона, где они решили сделать привал, Кроат заметил, как за холм, скрывавший валун, кто-то нырнул. Или что-то.

До фермы добрались без приключений и уставшие донельзя опустились прямо на землю. Солнце тоже стремилось сесть, поэтому Ортан встрепенулся и поспешил убрать добычу в подвал через люк. Затем взял лошадь и помог взобраться Кроату:

- Тебе же пора домой или как? – спросил он перед этим.

Мальчишки махали ему, Аля дулась, не получив ответов на еще миллион незаданных ей вопросов. А отец уже увозил Кроата в сторону Мерварда.

Ссадив его неподалеку от Выселок, он сказал:

- Я бы хотел тебе заплатить за помощь, но, к сожалению, мне нечем. Но я тебе благодарен, знай это.

- Я тоже, - ответил Кроат. – За то, что спасли меня от гоблина, - и протянул нож. – Мне с ним в город нельзя.

Ортан смутился, но забрал клинок, который так и не пригодился его помощнику, попрощался и ускакал обратно на ферму.

Кроата заприметили, едва он успел зайти в район Выселок – двух-трех десятков домов, что не уместились внутри городской стены.

- Тебя же отец ищет! – от ворот к нему шагнул Колтан, точная копия отца, вплоть до благородного профиля и слегка вьющихся волос. – Где ты пропадал?

- Я… - протянул Кроат, понимая, что любая история, какую бы он ни рассказал, покажется невероятной, вызовет море подозрений и любой упомянутый в ней человек будет тут же лишен спокойствия. – Я… не знаю… я очнулся там, - он махнул рукой за поля.

- И как ты там оказался?

- Не помню, - напустил на себя потерянный вид Кроат.

Колтан, присмотревшись, увидел ссадины и грязь, шагнул ближе к брату, но тут же поморщился:

- Ты был на ферме??

- Не помню, - продолжал Кроат и говорил то же самое, пока не оказался дома.

Там он узнал, что его отец поставил на уши всю городскую стражу, чтобы те нашли мальчишку, что среди ночи пропал из собственной комнаты. Разумеется, никто не верил, что он не помнит, пока лекарь из Верхнего города не заявил ответственно, что парень, вероятно, откуда-то свалился.

- Ну да, я вчера упал с причала, - повторил прежнюю версию Кроат, пока рядом не было отца. Говорил он это только ради того, чтобы от него отстали.

Но его все равно отправили в подвал мыться, потому что маленькая Рия затыкала нос и морщилась, хотя ей очень хотелось подойти к брату.

Внизу он сбросил одежду, нащупал рану на спине, заклеенную листом какого-то растения. Его снимать он не стал, но тщательно вымылся, переоделся и снова спрятал найденный кошель за пазухой.

Сославшись на то, что он очень устал, и пока не пришел отец, готовый читать очередные нотации, Кроат ушел к себе, оставив недовольную его ответами мать внизу слушать советы лекаря.

В кровати, все еще хранившей грязные следы сандалий Арле, он раскрыл кошелек, который теперь, на свету, казался совсем уж маленьким. Шнурок рассыпался, но кожа сохранилась полностью.

Парень раскрыл его и высыпал на ладонь содержимое: пяток серебряных монет и два кольца, рассмотреть которые из-за грязи ему не представлялось возможным.

Добыча и правда была неплохой. Все найденное он пересыпал себе, отряхнул руки, затем на всякий случай еще раз вытер, а потом лег обратно.

Найденное грело душу не только количеством, но и тем, как легко оно досталось. Оказывается, деньги и ценности лежат буквально под ногами, надо только прикончить какую-нибудь тварь, что их охраняет.

И, несмотря на помощь Ортана, Кроат знал одну важную вещь: больше работать на ферму он не пойдет.