Kitabı oxu: «Танец огня и тени 3»

АННОТАЦИЯ

Он ушёл туда, откуда не возвращаются.

Я не успела сказать ему главного. Не успела крикнуть, не успела остановить. Он просто завалил проход — и исчез за камнями, оставив меня в этом мире одну.

Говорят, я должна жить дальше. Что его жертва не должна быть напрасной. Что война с моркаарами важнее моей разбитой души.

Но я не хочу жить. Я хочу мстить.

Они забрали у меня всё. Моего мужа. Моё будущее. Мой смысл. Теперь они узнают, что такое настоящий огонь.

Я — аэлмис. Оружие богов. И я сожгу каждого, кто причастен к его смерти.

Даже если для этого мне придётся сгореть самой.

ГЛАВА 1. КАЖДАЯ НОЧЬ БИТВА.

Ярослава

Очередной круг. Пламя. Мы вновь не дали тварям подступить к Нивелону. Игнис с яростью выжигал моркааров, что окружили город и держали его в осаде уже неделю.

«Стрикс, ты доставила провиант?», – спросила я с беспокойством.

Город магов – крепость. Но любой, даже самый крепкий форт, нужно кормить. Без еды…им скоро придёт конец.

«Посылка доставлена», – ворчливо ответил дракон воздуха.

Она всегда не в духе, когда рядом нет Морталиса. А он был вынужден отправиться к Верталису.

Мы думали, что никто не будет заключать союз с Элларисом после того, как Игнис сжёг Айронхолл. Но война решила за нас. Помощи просили многие. И мы разрывались между городами. И я уже очень хотела вернуться домой, забраться в купальню, смыть с себя грязь, вернуться в комнату и прижаться к Эйдену, что должен возвратиться от Ветреного хребта.

Я безумно скучала. И устала. Немыслимо.

Элларис и Лунаргон обрели независимость. Вот только праздновать это событие некогда. И…не до этого.

Отмахнулась от неприятных воспоминаний. После. Мы все это решим после.

Если у нас будет хоть незначительная передышка.

Я мечтала вернуться к обычному образу жизни: спать по ночам, заниматься делами страны днём. Но твари забрали у нас эту возможность. День для того, чтобы спать. Ночь – наша вечная битва. И поток моркааров с Чёрных земель не иссякает. И эти тучи…их всё больше, они заполонили весь юг Тарвейла.

«Солнце», – оповестил Игнис.

Я даже поёрзала в седле от радости.

Домой. Мы можем лететь домой. Твари не так активны днём. Маги справятся сами. А ночью…нам придётся вернуться.

Драконьи скалы. Я была готова кричать от счастья.

Игнис приземлился на площади у замка, заняв большую её часть. Город разрастался. Пленённые нами стражники решили остаться в Обители. Дали клятву и теперь тоже помогали в войне. Многие беглые рабы, рискуя жизнью, добираются до Эллариса, чтобы стать свободными.

Я скатилась по крылу на землю, с удовольствием потянулась, жмурясь от яркого солнца. Ещё на ходу к замку я стала расстёгивать броню, снимать наручи. Эйден заставлял меня надевать всё это каждый вечер. Хоть я и пыталась доказать ему, что летаю на драконах и не сражаюсь с моркаарами врукопашную.

– Ваше Величество, – усталый Ростислав поднялся со ступеней, поклонился.

– Как она? – вопрос, что по важности стал первым для всех, кто сейчас обитает в замке.

Оборотень поморщился, помотал головой, отвёл взгляд.

– Не ест, не разговаривает. Просто смотрит в стену и не реагирует на внешние раздражители.

– Только не говори, что ваш король выступал этим «внешним раздражителем», – горько усмехнулась я.

Внутри же…всё перевернулось. Радость от возвращения омрачилась отсутствием динамики.

– Он хотел, но был занят у Ветреного хребта, – улыбнулся лишь глазами оборотень-рысь.

Я кивнула, прошла в замок и поспешила в комнату. Броня Эйдена лежала у кровати. Выдохнула с облегчением. Жив. Большего мне пока и не надо.

Мы по-прежнему скрывали наши отношения. Хоть все вокруг и догадывались обо всём. Но Зарк ясно высказался, что против этого. Вот только мы уже не могли друг без друга.

Дверь отворилась, вошёл Эйден, в одном полотенце вокруг бёдер. Застыл. Во взгляде его было облегчение. Я же…поедала взором его тело. Каждую стальную мышцу, по которой скользила капелька воды.

– Я скучала, – произнесла одними губами.

Он улыбнулся, стремительно приблизился, сжал меня в объятиях, впечатывая в своё тело. Я простонала от удовольствия, когда мои руки заскользили по его телу. Эйден же накрыл мои губы своими, скользнул языком в мой рот, дразня меня, распаляя.

Крепкие руки хозяйски прошли по моим бёдрам, сжали мой зад.

– Нет, Эйд, – выдохнула я, разрывая поцелуй.

Но кто бы меня слушал, кхаро-тар уже целовал мою шею.

– Эйд, – твёрдо произнесла я, упираясь ему руками в грудь.

Кхаро-тар зарычал, но всё же выпустил меня из объятий.

– Что не так? – развёл он руками.

Я вздохнула и покосилась на стену, за которой находилась комната Златы…и Риана. При воспоминании о нём в горле снова встал ком.

– Она по-прежнему ничего не ест, лежит и смотрит в стену.

Эйден сцепил челюсти, отвернулся от меня и направился к своему сундуку. Я округлила глаза, развела руки и хлопнула себя по бёдрам.

– То есть мы так и будем ничего не делать с этим? – вышло довольно резко.

– А ты уже забыла, что случилось, когда мы пытались? – кхаро-тар бросил на меня взгляд из-за плеча, скинул полотенце и принялся одеваться.

Я прекрасно помнила. Как очнулась Злата от наведённого Рианом сна. Пыталась сжечь Эйдена. Бросала проклятья в его адрес. Её никто не мог остановить. И только когда я встала перед ней, защищая других, она отступила. И что-то внутри неё сломалось навсегда.

Злата тогда упала на пол, рыдая во весь голос, крича. Я сидела с ней рядом, сжимала её в объятиях и тоже плакала. В замке были спущены все знамёна. И знамя моего дома. И оборотней. И кхаро-таров.

Когда она обессилила, Ростислав унёс её в комнату. В её. Она проснулась и чуть не спалила замок. Истерики продолжались несколько дней. Пока она не сдалась.

– Две недели прошло. Ей пора бы начать есть, – не сдавалась я.

Эйден не ответил. Он уже оделся, повернулся ко мне.

– Ты хочешь, чтобы я решил эту проблему? – выгнул он бровь.

Я напряглась, прекрасно зная, что метод Эйдена мне не понравится. И…я за него тоже боялась.

– Мы должны устроить церемонию прощания, – сдалась я.

Кхаро-тар закатил глаза. Отвернулся и направился на выход.

– Просто уйдёшь? – не выдержала я, когда он был уже у двери.

Эйден замер, развернулся и в несколько быстрых шагов оказался возле меня. Взял за плечи.

– Мы каждый день только и говорим, что о Злате. Злата не ест. Злата просто лежит. Злата плачет. Злате плохо. Хватит, Яра! Это её решение. Мы пытались. Стало хуже. Дай ей время и вернись уже ко мне. Я скучаю. И даже прикоснуться к тебе не могу, потому что мы не хотим своей любовью навредить Злате.

Я открыла рот. Но не смогла ничего произнести. Только смотрела в его глаза. Наконец, дар речи вернулся ко мне.

– А ты не думаешь, что это эгоистично?

– Нет, – просто ответил он. – Он был и моим другом, если ты помнишь. И мне тоже больно от его потери. Но мы все на грани смерти теперь. Он оградил Обитель от моркаар своей смертью. И я сделаю всё, чтобы остановить распространение этой язвы по всему миру. Вот это будет правильно. И только тогда его жертва не будет пустой.

Эйден отпустил меня, развернулся и вышел из комнаты. Я стояла раздавленная. И прекрасно понимала, что он прав. Выдохнула, взлохматила и без того беспорядочно торчащие во все стороны волосы. Взяла полотенце и отправилась мыться. В животе заурчало. Мне уже самой пора поесть.

Я тёрла кожу душистым мылом, скребла до покраснения, желая смыть запах золы, смерти. Промыла волосы, ушла под воду с головой. Выбралась из чаши купальни и завернулась в полотенце. Вернулась в комнату, надела платье и направилась в столовую.

Все уже были в сборе. Усталые, голодные, задумчивые.

– Рад видеть вас, Ваше Величество, – улыбнулся Зарк. – Как Нивелон?

– Владыка, Ваше Величество, – кивнула я ему и Елизару, обвела остальных приветственным взглядом, – пока стоит. Но не знаю, сколько они ещё продержатся.

Владыка Кинжалов кисло улыбнулся.

– Пока Шепчущие Цепи не вступят в войну, Нивелон будет в опасности.

– Пока мы не найдём способ нанести этим тварям решительный удар – мы все будем в опасности, – резко сказал Елизар.

– Мы уже обсуждали это, – скрипнул зубами Эйден. – Нанести удар в Чёрных землях, мы не можем. Драконы там бессильны. Магия работает плохо. Повторить то, что было двести лет назад, мы не можем. Ведь тогда с нами бок о бок воевали элиар-тени.

Все опустили взгляды. Удушливая тишина заполнила столовую. Любой спор гас, как только мы натыкались на болезненную тему об ушедшей расе. Все скорбели по Риану. Хоть и не желали этого показывать.

– Я хотела поговорить как раз об этом, – тихо произнесла я. – Прошло уже две недели, а мы так и не провели церемонию прощания. Мне кажется, он заслужил этого.

Эйден уткнулся взглядом в тарелку. Зарк вертел в руках кубок. Клим нахмурился.

– Но я совсем не знаю, как проходила церемония прощания у элиар-теней, – я перевела взгляд на Эйдена, Зарка.

– Как и у всех. Тела сжигали в пламени, – процедил кхаро-тар, отчего Владыка Кинжалов приподнял бровь и внимательно посмотрел сначала на меня, а потом на него. – Так что у нас нет возможности провести церемонию.

Я приложила пальцы к вискам, помассировала их. Словно в стену билась.

– Хорошо. Но элиар-тени были морской расой. У нас рядом озера. Мы можем запустить свечи в озеро. На мой взгляд, это будет данью уважения всей их расе.

– Неплохая идея, – уважительно кивнул Зарк.

– Тогда давайте проведём её сегодня вечером. Со Златой я поговорю сама, – сразу сказала я.

ГЛАВА 2. ЦЕРЕМОНИЯ ПРОЩАНИЯ.

Злата

Открыла глаза, подушка вновь была сырой от слёз. Реальность всё такая же серая. А во сне мы были вместе.

– Риан…– выдохнула я в пустоту, сжала простыни руками, зарылась в них носом.

Его запах постепенно покидал комнату. Сколько же прошло времени? Впрочем, неважно. Без него все дни слились в одну серую бесконечную массу.

Но меня хотя бы не трогали несколько дней. Никто не приходил и не пытался меня покормить. Лишь в кувшине появлялась вода.

Я не знала, почему не умерла от этой боли ещё тогда, когда проснулась и бросилась его искать, уже понимая, что он не вернулся. Когда сердце разрывало на части, а голос срывался от крика. Так было бы легче…но моя жизнь словно в насмешку продолжалась.

С трудом поднялась с кровати. Мышцы ослабли. Рубашка висела на мне. Я добрела до подоконника, дрожащими пальцами достала сигарету из портсигара и закурила, с наслаждением выпуская дым в окно.

Дверь едва слышно скрипнула. Лёгкие, осторожные шаги.

– Уходи, – сразу ощетинилась я.

– Я хотела сказать, что сегодня вечером будет церемония прощания с…Рианом и всеми, кто погиб за эти дни, – тихо произнесла Ярослава.

Я повернула в её сторону голову. Королева выглядела усталой, даже измотанной, на губах её была печальная улыбка. И это гребанное сочувствие в глазах.

Но никто не остановил его. Поэтому я ненавидела всех их.

– Возле озёр, на закате, перед тем как мы уйдём в бой, – добавила она, так и не дождавшись моего ответа.

Я кивнула, отвернулась. Сердцебиение ускорилось. Они нашли его тело? Я действительно смогу его увидеть? Сделала ещё одну затяжку. Шаги Ярославы удалялись. Вновь скрипнула дверь.

Докурила, выбросила окурок в окно, зарылась пальцами в спутанные волосы. На церемонию я должна пойти. Чтобы увидеть его ещё хоть раз.

Спрыгнула с подоконника и чуть не упала. Голова закружилась, а в глазах потемнело. Пришлось прислониться к стене и подождать, пока приступ слабости не отступит. Осторожно направилась к сундуку, обходя разбросанные вещи.

Чтобы сказал Риан, увидь такой беспорядок в комнате? Одежда наполовину свисала с сундука, другая часть валялась везде. Его сумка на столе. Я искала в ней хоть что-то, что подарило бы мне воспоминания о нём. Но там ничего не было, кроме кинжала, чернил, нескольких бутыльков с зельями. А я боялась…что воспоминания однажды умрут.

Достала чистое длинное льняное платье, взяла полотенце с кровати и по стене пошла к выходу из комнаты. Чтобы попрощаться…мне нужно привести себя в подобие нормального вида. Он не захотел бы, чтобы я была такой, как сейчас.

В купальне никого не было. Я скинула пропахшую потом одежду на пол, осторожно спустилась в воду, взяла мыло и стала скрести кожу.

«Я хочу попросить тебя не делать глупостей…», – всплыли в памяти его слова.

– А сам ты от них не отказался, – прошептала я в ответ.

Бросил меня. Обманул. Воткнул нож в спину. Я была готова, что меня начнут уговаривать не ходить к переходу все, кроме него. Идиотка. Нужно было сразу насторожиться. Он слишком легко согласился на моё участие в подстраховке отряда.

Вот только сил злиться, рыдать и кричать уже не было. Внутри зияла дыра, что поглотила все чувства. Даже усталости не было. Только безразличие ко всему.

Закончив с телом, я принялась мыть волосы. И на них пришлось потратить уйму времени. Я не мыла и не расчёсывала их все это время. Они спутались, висели сальными сосульками. И, кажется, назло всему, стали ещё длиннее.

Ушла под воду, задержав дыхание, а потом закричала, выпуская весь воздух из лёгких. Вынырнула, жадно глотая кислород. Вылезла из воды, вытерлась и натянула на себя платье. Высушила волосы, проводя по ним руками. Собрала одежду и направилась обратно в комнату. В свой кокон из боли и воспоминания.

О ночах с ним. О наших спорах. Примирениях. Ночных разговорах.

Память услужливо выудила его образ. Он стоял у окна и курил. Солнце ласкало его золотистую кожу. Мышцы на теле перекатывались при каждом движении, а татуировки на теле словно мерцали, добавляя ему таинственности.

Я прикоснулась к брачному браслету-татуировке, с нежностью обводя каждый символ. То немногое, что он оставил мне. Образ растаял. На глазах выступили слёзы. Я сглотнула, подошла к окну и вновь закурила, глядя на проплывающие в небе безразличные облака.

– Это было жестоко с вашей стороны, – пробормотала я, обращаясь к богам, – позволить нам встретиться, полюбить и забрать его. Я больше никогда не войду в ваш храм, не налью ароматные масла в чаши и не произнесу молитву в вашу честь. Вы не боги, вы садисты. И даже ты, Никс, глух к моим молитвам и не забираешь меня к нему.

День тянулся слишком долго. Я даже успела вернуться в кровать и подремать. Вновь проснулась. Солнце уже опускалось, прячась за горами. Спешно поднялась с постели, расправила платье руками, взяла расчёску и привела волосы в порядок.

Замок был пуст. Наверное, все уже ушли к озёрам. А я буду идти до них вечность. Сцепила зубы, спускаясь по ступеням к выходу.

Прохлада вечера окутала тело, заставляя поёжиться. Как же давно я не выходила из замка. На последней ступени лестницы, что вела к площади, стоял Мстислав. Он увидел меня, отстранился от перил и быстро поднялся ко мне.

– Рад видеть тебя, – улыбнулся маг, перекидывая длинные белые волосы, собранные в хвост, за плечо.

– Это не взаимно, – процедила я сквозь зубы.

Мстислав выдохнул.

– Я остался, чтобы помочь тебе дойти.

– Без тебя справлюсь.

– Злата, – помотал головой маг, проходя по мне взглядом. – Ты не ела две недели. А повторять церемонию завтра утром никто не будет.

Он предложил свой локоть. Я схватилась в него, мстительно впиваясь когтями. Мстислав поморщился, но ничего не сказал.

Не скажу, что его поддержка помогла нам дойти быстрее. Мне всё равно приходилось останавливаться, чтобы передохнуть. Когда же, наконец, добрались, я стала озираться, а сердце забилось где-то в ушах.

Кажется, у озёр был весь город. Многие были в чёрных одеждах. Десятки погребальных костров. Игнис на перешейке перед ними. Я хотела броситься к ещё незажжённым кострам, чтобы отыскать тело Риана.

Увидела Яру, произносящую речь. Людей, что опускали маленькие кораблики со свечами в воду, отчего уже потемневшая гладь озёр напоминала звёздное небо. Что-то внутри разочарованно царапнуло, предчувствуя беду.

Я уверенно отцепилась от руки Мстислава, направилась к кострам, лавируя меж людей. Шёпот меня не задевал. У меня была другая цель. Я могла увидеть его ещё раз. Впитать каждую чёрточку его лица, прикоснуться.

Но неожиданно меня перехватили. Когда я уже почти достигла цели.

– Отпусти, – зарычала я.

– Злата, его там нет, – прошептал Эйден.

Проклятый кхаро-тар! На пальцах заплясало пламя. Я отыскала взглядом Ярославу, впилась в неё взглядом.

– Ты же сказала, что это церемония прощания, – прошипела я.

Королева побледнела, в её глазах опять мелькнуло это раздражающие сочувствие. Ненавижу!

– Поскольку тела нет, мы прощаемся с ним, запуская кораблики со светом…– начала она.

– Вы так и не забрали его тело, – нахмурилась я, чувствуя, как клокочет всё внутри.

В груди стало тесно. Мир вокруг закружился. К горлу подступила тошнота.

– Злата. Его могло погрести под камнями, – всё также тихо произнёс Эйден.

– Но ты не удосужился этого проверить, – выплюнула я. – Потому что слишком труслив, чтобы отправить отряд хотя бы за его телом. Хотя он спас твою шкуру.

– Злата, – выдохнула Яра, подходя к нам ближе.

– Отпусти меня, Иммордис, – рыкнула и дёрнулась. – Ты обманула меня, – бросила я Ярославе.

Эйден лишь крепче сжал меня, удерживая на месте. Меня уже всю трясло, словно волнами накатывала истерика, слезы брызнули из глаз.

– Злата, это слишком опасно, – пролепетала королева, кладя руку мне на плечо, успокаивающе поглаживая.

– Ох, прости, я же забыла! Вы же только на словах смелые, да в распоряжениях. Вам же плевать, что он отдал свою жизнь, чтобы этот сраный город был в безопасности. Вы даже простится с ним не можете нормально, придумывая жалкие попытки «церемонии» для галочки!

– Прекрати, – попросила Ярослава.

Мы уже привлекли внимание. В толпе слышался шёпот. Зарк, Елизар, князья и зортаны подошли ближе, словно закрывая нас от толпы. Но мне было плевать. Внутри всё кипело. Магия, что всё это время томилась внутри, просилась на волю.

– Прекратить? Теперь ты просишь прекратить? – хрипло рассмеялась я, сквозь слёзы. – Ты одна из тех, кто позволил всему этому произойти! Не проси никогда меня об этом! Я унесу с собой в сады Никса воспоминание о том, какие же вы трусливые и жалкие! И где же хвалёная воинственность кхаро-таров?! Не хватает, чтобы сходить в Чёрные земли и забрать тело того, кто оплатил своей жизнью вашу?

Эйден с силой тряхнул меня, схватил за плечи, сжимая их.

– Ты хоть сама себя услышь, Злата! Что ты несёшь? Или тебе напомнить, почему он стал таким? Чью жизнь оплатил, перед тем, как медленно гнить десять лет?

Эмоции смешивались с магией. Сила всё нарастала, гудя в ушах.

– Заткнись!

– Нет уж, послушай. Потому что мне надоело смотреть, как ты погано обращаешься с его даром. Ты называешь нас трусами? А что делаешь ты две недели? Омерзительно жалеешь себя, лёжа в кровати, пока другие продолжают его дело и воюют с моркаарами?

Он резко оттолкнул меня, я упала на песок, утопая в истерике.

– Он считал тебя даром, а ты всего лишь жалкая, эгоистичная стерва, – выплюнул Эйден, обходя меня.

Рыдания всё же вырвались из груди. Я закричала, пытаясь побороть боль и сдержать магию. Все кораблики на озёрах вмиг вспыхнули ярче, сгорели дотла, с шипением погружаясь в воду.

– Эйден! – прикрикнул на кхаро-тара Ярослава, бросилась ко мне.

Но Эйден схватил её за руку.

– Не надо. Раз ей никто не нужен, не стоит и пытаться.

Я приложила руки к груди, продолжила рыдать. Небо темнело с каждой минутой. Но я уже не замечала ничего. Ни того, как все разошлись. Ни того, как улетел Игнис. Стало холодно, слёзы закончились, но у меня не было сил подняться и вернутся в комнату. Я лишь сверлила взглядом переход, что возможно стал его саркофагом.

Кто-то мягко подошёл ко мне, присел рядом.

– Позволь мне отнести тебя в комнату, Злат. Здесь слишком холодно, – бархатистый голос Ростислава нарушил ночную тишину.

– Плевать, – процедила я.

– Ему было бы не плевать.

– Да что ты об этом знаешь, – выдохнула. А внутри всё сжалось, скукожились лёгкие, не позволяя глотнуть воздуха.

– Может, и не знаю, – не стал спорить оборотень-рысь. – Но я видел, каким восхищённым и нежным взглядом Валериан смотрел на тебя.

Я повернула к нему голову, внимательнее вглядываясь в его красивое, аристократичное лицо. В медовых глазах всё то же сочувствие, что и у остальных.

– Тогда помоги мне вернуть его тело, – прошептала я.

Ростислав прикрыл глаза, помотал головой.

– Две недели, Злата. Там ничего не осталось, если его не завалило. Но это вряд ли. Клим сказал, что он стоял прямо под траекторией движения камнепада. А нам даже не удастся сдвинуть камешек.

«Тогда я их просто сожгу», – подумала я, цепляясь за эту мысль.

Вот она цель. Вот для чего мне нужно просуществовать ещё несколько дней. Я переберусь на ту сторону, найду его тело и сожгу, как и положено. А потом…позволю моркаарам разорвать себя.

– Поможешь добраться до комнаты? – устало прошептала я.

Ростислав улыбнулся, поднялся на ноги и подхватил меня на руки, прижимая к своей тёплой груди.

– И если вдруг в замке найдётся бутылка вина…ты не мог бы составить мне компанию? Или это уже чересчур?

Оборотень нахмурился.

– При условии, что ты поёшь.

Еда. Мне даже страшно было представить, как воспримет её мой желудок после такого голодания.

– По рукам.