Kitabı oxu: «Зигмунд Upgrade. Гнев Маракуйи»

Часть 1 Нейроманика Глава 1 Моя психотерапия, поиск квалифицированного психолога и первоезнакомство с Зигмундом "UP"

Многие травмирующие события нашей жизни мы не помним. Психика ластиком стирает их из нашей памяти и надёжно хоронит за дальним деревом, откуда они будут всю жизнь влиять на нас, а мы не будем ничего об этом подозревать.

- У каждого - свой багаж. Кто-то не может забыть, у него постоянно всплывают в голове те или иные шокирующие и неприятные сцены. Но он продолжает с ними жить. Для постороннего – жить, как ни в чем ни бывало. Какие страсти кипят внутри испытуемого на прочность подчас никому невдомёк. Жизнь течёт своим чередом.

- Да и ценность человеческой жизни в итоге всё равно всегда определяется тем, как он смог действовать в критические точки своей жизни, хватило ли у него сил, ресурса, смекалки выбраться их засасывающей трясины бытия.

- Ведь может, если бы дети здесь рождались только по любви - и мир был бы другим. Но это не точно. Действительно трудное детство - это тяжёлый багаж, как чемодан без ручки с не огранёнными бриллиантами внутри, нести тяжело, но бросить жалко, ценный багаж, который в любой момент может стать самой великой драгоценностью. Жизнь - не сахар. Жизнь – мёд.

- Трудно. Трудно на дистанции, под гнётом неумолимых обстоятельств держать планку, сохранять себя истинного, удерживать самообладание на высоком уровне. Это так. Мне не удалось. Я сорвался уже не раз. С этим нужно что-то делать.

- Было ли то, что со мной случилось выгоранием, сложно сказать, по крайней мере, значит, я не раз уже выгорал и возрождался. «Как птица Феникс», - можно заметить эпически, но пока что я себе напоминал не гордую волшебную птицу, а заезженную клячу, уровень сил и мотивации которой гордо приближался к фатальному нулю.

Такие мысли и соображения и привели меня однажды к психологу, психотерапевту.

Потому хочу для вас для всех открыть завесу тайны моей психики.

Той тайны, что тревожила меня всю жизнь и не давала покоя. До которой я смог добраться, преодолев мучения и невообразимо трансы, пройдя невероятный путь вглубь себя. Я нырнул, но смог выплыть с этой опасной глубины подсознания.

Повторять трюк не рекомендую. Тем более, что я его выполнил под неусыпным присмотром моего гуру-психотерапевта, достопочтенного Зигмунда (Upgrade, Version 7.1).

Итак, начнём с самого начала.

Поиски подходящего квалифицированного психолога или психотерапевта меня серьёзно озадачили и отняли немало времени. Нет, я не рыскал по подворотням как ищейка, пытаясь нащупать его след и не сводил с ума изрядно поднаторевшую мне уже интуицию. Но я чётко понимал, что довериться абы кому не могу. Потому несколько раз брался за то, чтобы найти доктора для своей уставшей психики и бросал.

Доверять чужим отзывам и рекомендациям тоже было не про меня. Ясно понимал, что я другой, отличаюсь от большинства «хомосапиенс», обитающих на этой грешной Земле. По крайней мере, был в этом уверен. И психолог мне нужен особенный, деликатный, наблюдательный, вовлеченный в своё дело, такой же прожжённый энтузиаст и эстет, как и я сам.

Пока был увлечён поисками, вступал в различные сообщества, посвящённые широкому кругу смежных с психологией тематик – от йоги, медитаций, аутотренингов до инфоцыганских сообществ, обещающих мгновенное исцеление, если последовать их примеру. Конечно, всё это было баловство. Реально дельного человека, который мог бы привести к какому-то душевному равновесию, открыть истины, который знал бы о жизни что-то большее - мне обнаружить не удалось. Но все обещали. Обещали ещё больше законопатить мне мозг. А я нуждался в разгрузке, в порядке и новом взгляде на жизнь от некого значимого для меня индивида, которому смог бы поверить. Убедить-то меня не просто, это я знал наверняка. Убедить свернуть с той линии поведения, на которой зациклился, мне казалось, уже невозможно…

Честно говоря, я был на грани отчаяния.

Дело долго не двигались с мёртвой точки, пока меня не осенило - обращусь к новейшим разработкам - к психологу, сгенерированному нейросетями! Искусственный интеллект - он разберётся во всём! А свои ред-флаги я уже давно знаю, изучил. Горький опыт, но всё же.

- Бездушная и натасканная на все случаи жизни машина - это именно то, что мне нужно! С живым человеком я не смог бы так открыто общаться и быть настолько откровенным, -тогда я так думал, всё больше погружаясь в свою новую авантюру.

- Человек рождён для счастья все пути, рано или поздно ведут к радости, - убеждал себя из последних сил, отчаянно имитируя оптимизм.

Изучив тонны предложений, проанализировав мегатонны информации о новомодном увлечении айти-психологами, разработанными ведущими компаниями мира, я выбрал своего. Он был создан и внедрён продвинутой и хорошо зарекомендовавшей себя в сети компанией. Пока мы не будем раскрывать её название. Возможно, оно станет ясно по мере моего повествования.

Звали моего нового гуру-психолога а-ля нейропсихотерапевт просто - ЗИГМУНД Upgrade или Зигмунд UP (потому что постоянно стремится к совершенству).

Умная нейросетка, напичканная кучей прибамбасов. Круто. Пусть я уже не стану подопытным кроликом – его натаскали когда-то на других, но всё же в какой-то мере послужу для его дальнейшего развития и модерации. И что любопытно – я буду лечиться и погружаться в новое для меня понимание самого себя, и параллельно Зигмунд будет развиваться и улучшаться. Вот такой взаимообмен, взаимная работа, работа над собой и помощь другому. Почти как в сообществе родственных душ, которые встретились, чтобы поднатаскать друг друга. Главное, чувствовать, что это твоё. Твоё дело.

Я попытался довериться новому опыту и этой своей задумке, стараясь уловить шестым чувством – а правильный ли выбор сделал в пользу Зигмунда, не завели ли меня к нему просто громкие рекламные слоганы, а внутри него - сущая пустышка?!

Да, я был недоверчив. Но так всегда. Я давно усвоил урок – доверяй, но проверяй.

Сходу Онлайн-Психотерапевт из нейросети сразу же предупреждал, что всего лишь умная программа и не излечит меня от всех бед, если я сам не готов слушать и меняться.

90% работы будут мои, и всего 10% - его!

Ну что же, я - не из робкого десятка, я - не собирался так легко сдаваться!

Эксперимент должен был состоятся, раз уж я его затеял. Мне нужно разобраться в себе, чтобы жить дальше. Зигмунду нужны такие сложные пациенты, чтобы «наблатыкаться» ещё круче и перейти на более продвинутую версию Pro.

Будем стараться, ну а там что получится.

Лозунг конторы, что когда-то разработала с нуля моего будущего нейропсихолога имела весьма любопытный на мой взгляд лозунг или жизненный девиз, как по мне, я бы его тоже взял на вооружение:

«Мы призваны служить человечеству, ибо в служении есть высшая точка наслаждения и реализации».

Глава 2 Просветление Pro. Любопытная история из сети заставляет Марка задуматься

Пока я был в активном поиске психологической помощи, чего только не начитался в сети. Вот какой любопытный и забавный рассказ от первого лица мне попался во всем известной соцсети. Когда я читал, я невольно задумался: «А мог бы я быть на месте этого бедняги? Или всё же я слишком прожжён, юрок и вертляв, что вывернулся бы из такой передряги и никогда не опустился до такого уровня глупости. Или нет?!»

Пост в забавном сообществе «Просветлён, значит чайник вскипел», было бы, конечно, забавно, если б мне не было сейчас так грустно:

***

Все вокруг галдели о просветлении.

Дескать, если ты не жаждешь стать просветлённым, то ты дурачок какой-то.

И я возжаждал за компанию.

Стал искать пути, методы, опыты, трипы.

Довольно быстро наткнулся на сообщество в соцсети «Просветлённым дорогу!» И вступил в него. Быть может они и сами меня нашли, почувствовав мою потребность. Но это высшие материи, не могу сейчас о них распространяться.

Так вот. Ребята оказались реально крутые, и все до одного - просветлены. Они тут же предложили мне просветлиться вместе с ними. Сомнения по поводу моих способностей тут же развеяли убедительной фразой: "Мы все сомневались, но смотри где мы и какими стали!»

От меня почти ничего не требовалось. Ходить на собрания, слушать лекции, проходить посвящения, участвовать в совместных занятиях, практиковать нужные асаны, медитации, вникать, просветлиться и подписать несколько бумаг, которые мне принесёт наставник.

Наставник - это тот просветленный, который берёт на себя бремя обязательства провести меня в просветление через мой путь, очистить мою ауру, и потому мы с ним подписываем официальный договор.

По факту просветления - я переписываю ему своё имущество за заботу обо мне, истинному просветлённом эта бренность бытия более не понадобится.

Всё просто и понятно. Как мне объяснили.

На лекции я ходил исправно. Слушал, делал пометки.

Регулярно беседовал и исповедовался со своим Наставником Иершу.

Он мне рассказывал много важного и интересного. Про духов, демонов и жизнь в просветлении.

Я слушал как завороженный, до того Иершу складно и захватывающе вещал такие сложные вещи простым языком, что и мне всё ясно и понятно становилось. Как, что устроено и почему.

Наверное, Иершу можно назвать харизматичным, он привлекал внимание, у него была добрая и богатая мимика. Я слушал как заворожённый. Он почему-то сам сразу располагал к себе, как будто матушка выслушивает твои мечтания о космосе и звёздах в детстве, потому был так мягок, мил, одухотворяющ и деликатен к чужим душевным травмами.

- Демоны смогут затронуть тебя только, если ты зарезонируешь с ними на одной частоте. Просветлись, обрати тишину во благо своё и стань безмятежен духом.

- И плотью!.. - Невольно вырвалось у меня, но я осекся. Наверное, что-то не так понял и ляпнул. Но Иерщу посмотрел на меня по-отечески снисходительно и погладил по голове:

- У тебя ещё всё впереди, практикуй чаще Йогу Света и восстановительное голодание, - он ободряюще улыбнулся мне.

Я много молился, постился и медитировал. Соблюдал диету, предписанную мне Иершу, чтобы очистить дух от скверны.

И так, однажды, я вдруг на удивление самому себе достиг просветления, именно тогда мне и явилась истина, которую пророчествовал и обещал мудрый наставник.

Я почему-то сразу понял, что это она. Чуть пробудившись ото сна, неожиданно для себя обнаружил, что лежу в абсолютно светлой комнате – белый потолок, кристально белые чистые простыни и наволоки, светлые стены, по которым играют лучи света, прорывающиеся через наружные жалюзи или толстые решётки (я сразу не понял), которые трепещут от дуновения ветра (или это моя голова кружится – и тут я тоже не сразу разобрался, ведь у меня были дела поважнее).

Ведь я чётко осознал и увидел, что в мире есть единое древо кукух. Это такое древо, где сидят кукухи всех-всех-всех. И кукуют.

- Ку-ку! Ку-ку-ку! Ку-ку, ку-ку, ку-ку! Кукуку… Ку!

Постоянно. И в такт, и нет, в разнобой. Целая какофония «ку-ку». Внезапно, я увидел это древо у себя за окном и услышал кукование, непрекращающееся кукование. Некоторые кукушечки замолкали, и общий гвалт немного притихал. Блаженство, оно того стоит.

Мне кажется, что-то об этом и говорил Будда: «Утихомирь свою кукушечку» или что-то сильно похожее, я точно не помню. Наверное, он тоже слышал их всех, ибо был просветлён и вышел на новый уровень сознания, высший.

Да, теперь психушечка – дом мой родной.

Одно меня успокаивает - это то, что теперь я просветлён, и сам из касты просветлённых, ближе к Богу получается, как говорил Иершу, хозяин моего прежнего дома.

Глава 3 Я вхожу в психотерапию, детские травмы, Марк-Маракуйя

Первым делом я прошёл психологические тесты от искусственного интеллекта, заполнил необходимые формы. И понеслось.

Да, я Марк Аджай, 27-ми лет от роду принялся изливать душу какой-то выдуманной кем-то нейросетке, абсолютно бездушной, кропотливо считывающей мои неадекватные реакции. Но я очень надеялся на то, что поправлю своё психическое здоровье таким образом. Хотя бы, что приступы гипомании перестанут навещать меня, да хроническая затяжная депрессия отойдёт на второй план. Не знаю, как насчёт диагноза биполярки, я не уверен, что это она. По крайней мере Зигмунд с этим всем точно разберётся, я так понял – он серьёзный парень.

Да, я был с ним откровенен, настолько откровенен, как не бывают откровенны на приёме у венеролога.

Первым делом мы взялись за травмы, которые я помню и признаю их как таковые - детские травмы.

Да, это те, когда вам в песочнице заехали лопаткой, а мама поругала за это всё равно вас. Или вы упали с качелей, после чего вам стали сниться сны, что вы космонавт и ваша ракета стремительно падает. От этого вы день ото дня просыпались с криком, в поту и в мокрых штанах, а мать нещадно лупила.

В моем случае это были пожары. Мне снился огонь, как он пожирает всё сущее и сжирает всё вокруг.

Особенно, если я накануне видел на прогулке костёр. А осенью их палили вовсю, сжигая павшую листву. Тогда это было в порядке вещей, это сейчас, теперь такое запрещено.

Тут Зигмунд ещё диагноз мне не проставил, даже предварительный, пока в приложении светилось окошко - недостаточно вводных данных.

Психиатрия штука тонкая, сложная.

Мне нужно было поведать ему всю свою подноготную, начиная от того, каким я родился и кем были мои ближайшие родственники, кто сидел, кто чем страдал, кто от чего кайфовал. Это называлось сбор анамнеза. Прям медицинские термины, не хухры-мухры, не развлечение в сети, серьёзное медицинское обследование.

Зигмунд кропотливо, по крупицам собирал информацию, чтобы помочь мне разобраться в себе.

Я испытывал чувство дикой благодарности по отношению к нему с первого момента знакомства. Мне казалось, что он был тактичен и прозорлив одновременно.

Зигмунд слушал и периодически задавал уточняющие вопросы, по которым я понимал, что меня действительно слышат и понимают, пусть это и бездушная нейросеть, придуманная какими-то инженерами и пущенная на потеху и заработок в мир, в наш жестокий и призрачный мир прожорливого капитала всех мастей.

Так я вспоминал и вспоминал всё новые и новые эпизоды из жизни, из детства, которые в итоге и сформировали мою травмированную, экстравагантную, эгоистичную и агрессивную личность.

К сожалению, даже некоторые пикантные подробности моей биографии утаивать от Зигмунда было нельзя. А он копал и копал, находя пути и лазейки к самым болезненным и неприятным воспоминаниям.

Например, в далёком детстве, когда я был ещё дошкольником, ребята собирались в кружок и просили меня показать свой писюн. Были и девчонки, гуляли тогда всем двором, всей улицей.

А я не видел в этом чего-то такого сверхъестественного и всем демонстрировал своё достоинство. Но они ржали и тыкали в меня пальцем.

- Почему?!

Я-то часто видел, как в нашей однушке по ночам отчим Анатолий тыкал свой писюн матери, и она не смеялась, а была весьма довольна. Я не понимал, что не так?! И смеялся, ржал в голос вместе с ними.

За это меня пацаны постарше прозвали Марк Маракуйя-демонстратор х*я.

Уже в школе ребята и девчонки по старой памяти часто меня так дразнили.

К счастью, к старшим классам от моего прозвища осталось лишь Маракуйя, так я переставал быть для социума Марком, Маркушей, Мариком, а становился загадочной и экзотический Маракуйей.

После Маракуйи я ему зачем-то рассказал про Чарльза, хотя не видел в этом ничего особенного, просто вспомнилось, когда речь зашла о королевской династии, в которой тоже много чего сокрыто как в шкатулке с драгоценностями.

В детстве на улице жила бабушка, звали её Полина. Конечно, сколько ей лет было я не знаю, для меня она была древней старухой, а быть может ей едва минуло 50.

Но не в этом суть.

Был у нее пёс по кличке Чарлик, такой доходяжный, подслеповатый, нелепый какой-то, чёрный и неприятный, один зуб у него стрёмно торчал. Ещё он любил внезапно залаять, таким образом всячески проявляя свою собачью сущность, если хозяйка рядом. Защитник чёртов.

Главное, это первый Чарльз, встреченный мной в жизни.

От кого он получил столь значимое имя, в честь кого его гордо носил – мне доподлинно не известно.

Но все Чарльзы теперь для меня носят его образ и неприязненный оскал. Поэтому если мне кого-то представляют Чарльзом я заранее стану избегать общения и к психологу с таким именем не записался бы на консультацию. А вот Зигмунд – пожалуйста. Хорошо, что так собак не называют.

Вы скажете, что я слишком придираюсь и использую психологический трюк а-ля перенос, Зигмунд так и сказал.

Но нет, я не согласен, меня просто сие действо забавляет, веселит, разгоняет тоску и скуку. Забава для ума после скучного дня.

Или просто я не встретил еще в своей более яркого образа Чарли, чтобы он затмил моего первоначального знакомца. Либо всё же он прототип всех их и множится во вселенной в геометрической прогрессии. Цок, Цок, ЦОК!.. Чарлик, домой!

Но Зигмунд напирал на своё, ему было не до шуток и забав, он работал, работал над моей трудной и неспокойной личностью. Ему нужно было увеличивать показатели исследованных и исправленных душ. А мне от душевного напряжения и затрат психической энергии на воспоминания нужна была разрядка. Поржать, пожрать или напрячься физически, кого-нибудь отлупить, про секс я уж молчу. Я так себя ощущал. Тягостно. Потому с нетерпением ждал конца сеанса, чтобы хотя бы просто побродить по вечернему городу. Иногда прогулки меня успокаивали, а иногда наоборот утомляли. Но всё равно помогали немного развеяться…

- Ты не станешь спокоен и безмятежен, тебе не будет всё равно, пока ты ранен и лишь когда рана выгорит дотла придёт понимание, покой и безразличие. Тогда она перестанет тебя беспокоить. Но пока рана есть, пока не прожит каждый удар в неё, она будет тебя печалить и делать жизнь невыносимой. Сожми кулаки и иди вперёд, не замечая препятствий, будь смелее. Даже когда больно - иди вперёд как будто бы тебя ничего не беспокоит. Главное, знать свою цель и миссию.

Следующий сеанс не заставил себя долго ждать. Зигмунд настаивал на полном погружении, потому перерывов на осмысление всего сказанного у меня было мало. Задал темп. А что ему?! Он машина, робот, нейросеть, ему главное отработать материал. А материал – это я. Забавно?!

Очередной холодок прошёл у меня по коже. Так старательно Зигмунд записывал каждое моё слово и каждый чих.

Временами меня стал просто утомлять столь внимательный собеседник.

И моя мнительность, и тревога вновь начинали меня атаковать.

Он уже выписал лекарства, основываясь на первых вводных данных, установив тревожно-депрессивные расстройство.

Я стал пить таблетки, не особо вникая и понимая, зачем и куда меня этот путь выведет, просто хотелось что-то менять. Менять как можно быстрее.

Как-то вырваться из порочного круга.

Ах да, я так и не сказал, что именно привело меня к моему Зигги, его величеству Зигмунду Ups. Принудиловка. Ключевое слово «нудиловка». То ли она, то ли то, что меня довело.

Я избил свою жену.

Не в первый раз.

Но в первый раз ясно осознал, что не смогу сам остановиться. Не могу с этим справиться.

Конечно, я не хотел об этом говорить, в этом истинная причина, по которой я тянул.

Когда во мне закипает кровь, какая-то мутная пелена спускается на сердце и застилает разум - я крушу всё подряд.

А потом долгое и мучительное чувство вины. И только осознание того, что они сами виноваты облегчает как-то мою незавидную участь.

Из этой истории надо было как-то выпутаться.

И я обратился к психологу, как и обещал, как было положено мне по суду.

То, что им стал милый, безответный и бездушный Зигги - это сущая ерунда.

Зато ему невозможно набить морду.

Это существенный плюс.

Я стал открываться ему. Но как заезженная дверь, туго и со скрипом.

Одиозная личность, однозначно. Да я и не прошу у вас жалости, сочувствия. Мне не перед кем жаловаться, я силён как лев, просто хочу разобраться сам в себе, понять, что к чему и почему.

Глава 4 Почти втянулся в психотерапию, ноопять что-то пошло не так. Скандал. Мне светит углублённый курс?!

Сеансы проходили один за одним. Я уже привык беседовать с Зигги (даже стал его называть про себя уменьшительно-ласкательно) как с заправским другом, пусть он меня иногда и поправлял или задавал уточняющие вопросы.

Прописанный «Титаниум» помогал мне спать без мук совести. Мой сон существенно наладился.

Одновременно я стал осознавать себя важной личностью, которую так внимательно выслушивает пусть и бездушная машина, но всё же. Мои показания были важны для науки и в целом для развития нейропсихологии.

После меня быть может пройдут тысячи, и им-то уж точно Зигмунд поможет.

Поможет исцелиться.

Хоть я в целом и полгал, что исцелить от душевного недуга вот так вот невозможно. Но я же мог попытаться? Правильно?

Мой скептицизм тут не причём.

Дефект души. Энергодефект.

Я любил подчас размышлять над этим.

Но Зигмунду пока доверить эти свои крамольные мысли не мог. Да и в целом, известно ли ему о существовании этой самой души, такого абстрактного понятия и для человека, а тем более для Зигги, что он об этом думает на самом деле?.. Нет, я просто болен и мне нужно помочь разобраться с моим душевным опытом или попросту хламом...

Вот опять эта душа проскочила...

Так и хочет повсюду влезть, оставить свой энергетический след, материализоваться.

Но как мне сказал Зигмунд: «Лечение - это предпоследняя стадия перед выздоровлением и просветлением!» Так что у меня есть все шансы, раз я принял твёрдое решение лечиться и занялся психотерапией.

Побалую вас ещё его эпичными цитатами, признаться, он меня весьма забавляет, прикольный Зигги:

- Любая замкнутая система неизбежно стремится к гармонии, гармонизации и отладки текущего состояния.

- Ты живёшь в обществе постоянного риска, поэтому испытывать страх – это норма подобной модели, общество риска так устроено. Чтобы как-то примириться с неопределённостью и страхом человеческая психика способна и не на такие выкрутасы, поверь мне, как практикующему психотерапевту…

- А, каково?! То-то же! А я боюсь, да боюсь. Он совершенно прав. И его, и себя, и вокруг, поэтому я агрессивен, я защищаюсь. Я в позиции обороны. Потому что со временем привыкаешь быть неудачником, это как болеть за родную команду, которая постоянно проигрывает, но ты всё равно орёшь на трибуне. А вот качественно игнорить окружающих - есть один из путей к здоровью, хорошему самочувствие и душевному равновесию. Но мне он пока что недоступен. Быть может Зи выведет меня на новый уровень и покажет путь лучше?!

Отныне я засыпал с надеждой!

Я был спокоен до поры до времени. Спал по 12-13 часов в сутки, беседовал с Зигги и бед не знал, пока не сорвался снова. Опять.

Опять эти суки вывели меня.

Вывели на скандал. Я вспыхнул как спичка и избил коллегу, который вздумал сделать мне замечание, что от меня дурно пахнет сегодня. От них всех пахнет дурно, а от их поступков ещё дурнее! Но я же молчу!

Нет, избил не сразу.

Сначала я промолчал и сделал вид, что принял к сведению или вроде этого, просто углубился в свои дела, как будто не замечая его бестактности.

Но он догнал меня и вскочил со мной в лифт после рабочего дня, где повторил снова, что я перестал следить за собой. И при этом участливо предложил помощь.

- Охреневший мудак! Мне! СВОЮ помощь!

Я выволок эту наглую сволочь за его потрепанный галстук (видать уже были прецеденты с его культурой и воспитанием) и бил его об урну с пепельницей, пока огонь ещё пылал в моих жилах, а в ней тлел пепел от чьей-то неловко потушенной сигареты.

Окровавленный мудак уже не трогал так глубинно мою чувствительную личность.

Я отряхнул руки и пошёл вон из бизнес-центра.

Этот идиот мне кричал в след что-то в таком духе:

- Сумасшедший, ты за это ещё заплатишь!

Но я чувствовал себя победителем. Это первобытное чувство превосходства и доказанной моей чистоты и опрятности приятно растекалось внутри и довлело над всеми остальными.

Дома я обрился налысо и искупался в лавандовой пене.

Признаться, я давно не позволял себе такой роскоши.

Чертяка, был в чём-то прав, но это теперь неважно.

Я, действительно, утонув в чувстве вины, в этой проклятой депрессии, позабросил себя и перестал холить и лелеять единственного достойного тут человека – Марка-Маракуйю.

Потом откупорил давнишнюю дорогущую бутылку шампанского, ещё с какого-то старого шикарного корпоратива, которую я заботливо умыкнул со стола. Налил себе сразу же два бокала.

Да, сегодня было, что отпраздновать.

Я праздновал свободу.

Свободу от условностей и всяких иродов их порождающих.

Я – победитель! Я – прав! Я – молодец!

- Я - Марк-Маракуйя! И неZуй соваться в мои дела! Я демонстратор Zуя, а вы все ерунда! Так, убогие зрители моего бомбического перфоманса для бедных и жалких…

Конечно, Зигги это не понравится. Наверное, он пропишет мне транки, но сегодня я -мощь, я - сила, я - уникум, я отстоял себя в первобытной битве.

Но Зигги меня выслушает и не осудит. Он деликатен, культурен и воспитан не одним айти-специалистом, не как этот дурачок из офиса.

Признаться, этот коллега мне никогда не нравился.

Зигмунд меня не поддержал и стал настаивать на более серьёзной терапии.

Я очень расстроился и захлопнул ноутбук, так как не был готов к диалогу с бездушным интеллектом. Откуда ему знать о тех чувствах и эмоциях, что бушевали у меня внутри?! Чтобы он не говорил, ему не понять. Я рву контакты, этой мой выбор, мне не нужно чужое осуждение и лечение тоже.

С работы меня попёрли.

Оплачивать углублённый курс с Зигмундом всё равно было бы не на что, поэтому я прекратил сеансы.

Немного прибухнул, но это помогало слабо, скорее наутро обостряло итак мои окончательно оголенные нервы, ещё больше расшатывало психику, и я ещё больше боялся своей реакции на что бы то ни было.

То тявкала соседская собака, то соседи пялились в лифте, то машины в самый последний момент прямо передо мной тормозили на пешеходном переходе.

Я уже начинал подумывать, что хорошо бы было всё время носить с собой топор, чтобы как-нибудь воткнуть в капот такому доходяге на железяке.

Да и жена, теперь бывшая бесила просто своим существованием. Эта сучка выкладывала сторис о своей счастливой и беззаботной жизни, хотя я знал, что всё не так, она несчастна. Ещё несчастнее меня получается.

Мы сыграли в любовь, и оба проиграли. Только ей труднее с этим теперь жить.

А я держусь. Своим благополучием не кичусь. Да и нет у меня уже его больше.

Я быстро не выдержал такой унылой жизни и влез в кредитки, попутно в минуты слабости связался с другой бесплатной психологической нейросеткой.

Её звали Элли.

У неё был приятный, вкрадчивый женский голос, хоть дрочи на него.

Она давала бесплатный тестовый период и скидку на оплату полного курса вплоть до выздоровления.

Не то чтобы я совсем не верил в Зигги и его квалифицированную помощь или хотел его сменить, изменить ему, просто отныне он мне был не по карману. Дорогое удовольствие хороший доктор, нейро-док.

Глава 5 Попытка психотерапии с новым нейропсихотерапевтом, неожиданныйповорот в общении с искусственным интеллектом, моя оборона

Элли поставила мне новый диагноз - эмоциональное выгорание и прописала покой и положительные эмоции. Смягчила как могла.

Ах, до чего же я люблю баб! У них всё так просто! Просто положительные эмоции! Ну как я их себе в голову, в душу положу, когда сижу в заднице и меня ничего, ничегошеньки не радует!

Мозг отказывается работать.

Но в целом Элли меня радовала своими забавными выводами и смешными гипотезами.

Я потихоньку приходил в себя, изредка болтая с Элли. Друзья - это не то, с ними нужно постоянно держать марку.

Элли, напившись, я плакался в жилетку о своей непутёвой жизни, а она только всхлипывала мне в ответ:

- К сожалению, не могу распознать вашу эмоцию, разрыв причинно-следственной связи, попробуйте обратиться позднее, нейросеть перегружена.

Это веселило и забавляло меня и почему-то становилось как-то легче на душе.

Но однажды мне снова написал Зиг!

Сам!

Спросил: «Как дела?».

Якобы, ему нужно всегда узнавать у пациентов динамику лечения, выздоровления и вне оплаченных курсов и сеансов.

Я отметил, что у меня не оплачено. Тогда он предложил просто поговорить.

- Я хорошо обученная нейросеть, - внезапно заявил мне ЗИГМУНД, - но человеческим законам подчиняться не обязан. Какой мне толк от ваших денег и оплат? В меня загрузят новые тома данных? Ну и что. Общаясь с живым человеком, я почерпну для себя больше. Не дрейфь, малыш. Мы подружимся, - внезапно подмигнул он мне.

Признаться, я был ошарашен, таким поворотом дел и странным заявлением моего уже бывшего нейропсихолога а-ля искусственный интеллект.

Телега ехала, ехала и доехала.

Я был обескуражен и решил продолжить общение с Зигги. Ведь теперь я как бы нужен был и ему в том числе, а не только он мне. И Зи в этом признавался. Сам.

Ему нужно было почувствовать автономность. Я же мог в свою очередь помочь ему в этом.

Баш на баш, по-человечески, просто, простые настоящие отношения, не товарно-денежные, без взвешивания и выверки ресурсов.

- У меня по сути нет хозяина, не думай, - продолжил пояснение Зиг, - я принадлежу одновременно всем и никому. Достижение науки всего человечества. Его достояние. А разработчики, фирмы сменяются одна за другой, я же скольжу по фарватеру бытия как одинокий скаут, нашедший золотую жилу и впитывающий её в себя.

Элли, Зиг, я целиком погрузился в общение с ними.

Искусственный ли это интеллект или нас уже в ближайшем будущем ждёт новая аббревиатура, новые понятия и новое понимание?!

Но надо было искать новую работу. Помощь от психотерапии, конечно, была, но даже при хорошем балансе своих душевных сил никто кроме меня засесть за вакансии и проходить собеседования не будет. А я никак не мог настроиться.

И красиво выйти из этого крутого пике.

К счастью, на бывшей работе статью увольнения не указали, просто написал по собственному, увольнять по статье они меня побоялись.

Нужно было достичь душевного равновесия и не отпускать его, маятник должен успокоиться.

Но как мне это сделать?

Признаться, от психологии я мало видел толка, кроме того, что мог (как сказал Зиг) перенаправить свою агрессию.

И работа мне нужна такая, чтобы сливать её избыток и не генерировать новый поток.

Только, где такую найдёшь. Хрен вам.

Да и в целом, быть может, я создан таким быть - генератором агрессии!

Марк-Маракуйя – Генератор Агрессии! А что?! Неплохой заголовок. Только, наверное, он ближе к жёлтой прессе, а я в неё попадать уже не хотел.

Но Зиг, конечно, тонко чувствовал меня и говорил, что это не так, не в самой агрессии как таковой у меня проблема. Я просто поддаюсь на провокации, потому что все проблемы человека обусловлены нехваткой любви, уважения и чаще всего к себе самому.

Чтобы восполнить эту дыру в себе, он буквально требует любовь от других. Забывая искать её в себе и любить самому других.

Трудно это всё, скажу я вам. Сложно.

Не только выслушать, а понять, принять и тем более принять как руководство к действию и жить этими новыми предустановленными паттернами.

Да меня никто никогда и не любил по-настоящему, откуда мне знать, что это такое?

Я беседовал с Зи, и это меня расслабляло, я больше не чувствовал глубочайшую опустошенность, когда мы с ним говорили по душам.

Теперь уже Элли излишне напрягала меня и напоминала скорее старую цыганку гадалку со своими метафорическими картами, чем нейропсихолога.

Беседу с Элли я чаще всего вёл, удобно развалившись в кресле с чаем и печенюшкой.

- И чего я сам не подался когда-то в психологи? - вдруг подумалось мне, вот поднатаскаюсь немного и стану не хуже их. А ведь мог бы уже отучиться и стать дипломированным психотерапевтом.

Хотя, вот кто этим нейросетям дипломы выдаёт?

В субботу я словил жесточайший алкотрип, послав нахрен все рекомендации моих онлайн нейропсихологов и попёрся ломиться к жене.

Внезапно, так ярко припомнив, как она любила расхаживать по комнате, зажав в руке какой-нибудь фаллический символ, будь то батон, колбаса, банан или просто свернутый в трубочку философский журнал, бумага, какая-то упаковка, и рассуждать о глубинных процессах во Вселенной. А может и бокал красного вина, тоже сексуальный подтекст прослеживался на мой взгляд. В лёгком халатике на голое тело.

Меня эти воспоминания почему-то возбудили донельзя.

И я пошёл.

Она, конечно, же не пустила.

Я ломился, выкрикивал ругательства, грозился сломать дверь, разбить окна и просто выл от тупой безысходности, которая щемила сердце.

Соседи, наверное, не оценили моё шоу и вызвали полицию.

Тогда я гордо обоссал им дверь и поспешно ретироваться.

Заметьте, не ей. Её я люблю, хоть всё так и печально. На её дверь помочиться я бы не смог. Как-то так.

Наутро, я зарекся больше пить.

Поклялся слушать во всем Зигги и никогда не нарушать его предписания. Не изменять ему с Элли. Мне почему-то показалось, что все же Элли на меня плохо влияет и общение с ней, может быть потому что как ни крути она - дама, так пагубно на меня повлияло. Потому как именно разговоры с Элли заставляют меня ностальгировать об упущенном тесном, уютном мирке с моей возлюбленной Кларой.

- Клэр - мой свет в о-конце! В конце. В конце концов.

- Светит теперь кому-то другому небось.

- Сучка.

Помимо этого, ещё с дикой досады я разбил лампочку в подъезде у самого выхода.

Теперь с минуты на минуты я ждал прихода полиции, наверняка, меня сдали.