Kitabı oxu: «Всеобщая история игр. От фараона до смартфона»

Name: Всеобщая история игр. От фараона до смартфона
ISBN: 978-5-00222-359-6

Арсений Замостьянов, Егор Жигарев

Şrift:

* * *

Игра всех времён и народов

Александр Тихомиров. Вечеря

Поговорим и поразмыслим об игре. Можно написать и с большой буквы – Игра. С неё мы начинаем познание жизни, когда младенческой рукой хватаемся за погремушку, а потом – строим крепости, наряжаем кукол или представляем себя автогонщиками… Младенчество человечества тоже связано с играми. У религиозных ритуалов, у мистерий, которые стали основой искусств – живописи, литературы, театра, – тоже отчасти игровая суть. Ибо, как сказано у Шекспира, «весь мир – театр, и люди в нём – актёры». Имеет ли это отношение к природе шахмат, преферанса или современных компьютерных стрелялок? Безусловно, здесь есть и сходства, и различия… Вместо ответа мы написали историю игр, в которой обратили внимание на важнейшие черты этого явления, связанного с вечными потребностями человека и с изменяющимися условиями его жизни.

Мыслители не раз сравнивали нашу жизнь с игрой. Самые мудрые из игр действительно, как правило, являются моделями жизни с её взлётами и падениями, с заслуженным успехом и неожиданными подарками судьбы, с разочарованиями и поражениями…

В чём же смысл игр – тайный и явный? Попытаемся ответить на эти вопросы, раскрывая пласты всеобщей истории игр.

Игра – настолько сложное и разноликое явление, что порой трудно определить, с какой стороны к нему подступиться. Игра – это и наши мечты, внутренний диалог с самим собой, и турниры всех мастей, от кулачных боёв до противостояния интеллектов. И религиозный обряд, и театральное представление, и научный эксперимент, и развлечение, и учебный процесс, и, конечно, азарт, испытание выдержки и приманивание удачи…

У всех этих явлений – очень разных, подчас диаметрально противоположных – есть общие черты. Игра – это всегда действие в выдуманном мире, в условной реальности, форма деятельности в условных ситуациях, в которых вы можете быть и участником, и зрителем, и соавтором. Человечество постоянно придумывает новые игры и меняет своё отношение к старым. И здесь вступают в силу законы развития общества. Их влияние на историю игр мы постараемся проследить. Мы постараемся рассказать и о современных играх, о технологиях, присущих новейшему времени, приоткрыть настоящее и будущее игр, в которых пересекаются тенденции разных веков.

Но сначала – несколько цитат, принадлежащих выдающимся мыслителям разных времён и народов.

Человек – это какая-то выдуманная игрушка бога. Этому-то и надо следовать. Надо жить играя.
Платон

Человек – играющее животное.
Чарлз Лэм

Человек бывает вполне человеком лишь тогда, когда играет.
Фридрих Шиллер

Мужчины могут проявить легкомыслие, если речь идет о работе или же о политике, но всегда серьезно относятся к своим играм.
Джордж Бернард Шоу

Мы не потому перестаем играть, что постарели. Мы стареем, потому что перестаем играть.
Джордж Бернард Шоу

В этой книге мы напомнили вам о самых известных играх, сопровождавших человека с древнейших времён. От игровых наборов, которые находят археологи в могилах египетских фараонов до ультрасовременных кибернетических игр прошли тысячелетия, но человеческие эмоции и потребности, без которых ни одна игра не состоялась бы, в основе своей остались почти неизменными. Меняется техническое оснащение, меняется социальный контекст – и это неимоверно важно. Но азарт и воля к победе, потребность в развлечении и испытании собственной находчивости, прослеживаются через века. Это непобедимые явления.

Без игры невозможно представить ни психологию человека, ни историю человечества. Книга, которую мы предлагаем вашему вниманию, раскрывает это утверждение с разных сторон.

Игра – удивительно многообразное понятие. Великий Владимир Даль перечислил множество поговорок и фразеологизмов, связанных с глаголом «играть»: «Ребёнок играет куклой, кошка мышью, а всяк любимою мечтою. Дети играют в куклы, а мы в кошку и мышку, в жмурки, в карты, в вист. Солнце играет на пасху, поверье, что солнце в этот день на восходе радостно играет разноцветными лучами. Судьба людьми играет как мячиком. Это играючи сделать можно в день, шутя, легко. Играть в деньги, на деньги, брать, по условию, за выигрыш с проигравшего; играть за деньги, брать за игру свою со слушателей или зрителей. Мы играем нипочём, не в деньги. Играть в горелки, в гулючки, в отгадышки, в шашки, в свинки… Старый хочет спать, а молодой играть. Молодой квас, и тот играет! Хорошо, да не играет. Не играла ворона, вверх летучи, а на низ летучи, играть некогда. Играет, как кот с мышкой. Со мной (с ним) как с огнём играть. Тем не играют, от чего умирают. Играть не устать, не ушло бы дело. На Афанасия Афонского месяц на всходе играет к урожаю. Песню играть, не поле орать. Тогда пляши, когда играют. Век играет, а ладов (а ладу) не знает. Играть в вист до первого обмороку. Играть на Демидов счёт, шутя, не в деньги. Играть играй, да дело знай. Играй, да не отыгрывайся. Люби, не влюбляйся; пей, не напивайся; играй, не отыгрывайся. Рад бы играть, да тузы (короли) не идут. Играть, так не воровать, не плутовать. Сердце весело взыграло. На бильярде надо выграться… Доиграешь, так пойдём. Доиграл до желвака. Играй, да не обыгрывай и не отыгрывайся, чтобы не проиграться. Игра потеху (хмель) любит. То не игра, что взаправду пошла. Какова игра (или ставка), таков и выигрыш. В игре да в дороге узнают людей. В игре не без хитрости (обмана). В игре, что в бане (все равны). В игре, что в поле. Игра расчётом красна. Эта игра не стоит свеч. Игра (денежная) не доведёт до добра. Одна игра не потеха. Одна игра не выигрыш. Несчастлив в игре, так счастлив в любви. Игра предатель, а кистень друг, т. е. разбой вернее игры. Игра игрою, а дело делом».

Такое обилие ходовых выражений говорит о многом. Прежде всего о том, как важна игра для всех времён и народов. Это и пласт культуры, и психологический феномен, и способ постижения мира и нашей роли в нём, способ найти себя. А порой игра – это ещё и зрелище, за которым увлечённо наблюдают миллионы людей. Имеют отношение к нашему разговору и экономика, и социология. Но главное, пожалуй, история цивилизаций, история культуры.

Испокон веков люди играли для развлечения – и без этих эмоций наша жизнь оказалась бы серой. Однако нередко игра поднималась до уровня искусства, и её мастера создавали шедевры. А тут уж не обойтись без высокой эстетики и идеологии.

В известной степени эта книга – о круговороте игр в природе. О метаморфозах игрового сознания, игроцких традиций. Многие традиции, особенно те, что крепко связаны с природой человека и законами общества, оказались вечными. Как мы увидим, они переходят из одной игры в другую. В «крестики-нолики» играют с помощью тетрадного листа, ручки или карандаша. Играли в неё задолго до того, как появились привычные для нас шариковые ручки. Кажется, чего проще? Но и в этой элементарной игре заложены основы ультрасовременных игр, которые создают мудрые машины с помощью не менее хитроумных программ. Всё переплетено в истории игр, переплетено и взаимосвязано! И, наверное, фараон, в пирамиде которого нашли каменные нарды, окажись он в нашем времени, быстро разобрался бы в какой-нибудь современной бродилке.

Игра необходима нам как состязание, как проверка собственных сил и амбиций, как тренировка перед настоящими испытаниями, которые жизнь готовит для каждого из нас уже не в игровой форме. Игра тесно связана со спортом и с военными учениями. А ещё – с мистикой и магией, с судьбой – как в русской рулетке. Недаром в истории почти каждой игры есть периоды, когда она вызывала неприятие той или иной религиозной конфессии. Игры и игроков демонизировали, запрещали, хотя, как правило, безуспешно. История игр показала: запретный плод сладок.

Особая линия – аномальное увлечение игрой, гибельный азарт, который уничтожает психику и нередко приводит к трагедии.

Мы увидим, как игры повлияли на мировую цивилизацию. И – как развитие общественных отношений воздействовало на историю игр. Это явление ждёт своих исследователей, в нём – ключ ко многим тайнам истории.

Игры – явление поколенческое, но в то же время – полное постоянных величин. У Роберта Шекли есть рассказ о том, как коробка игрушек из будущего попадает в прошлое. Дети помладше научились играть в них и путешествовать во времени, а ребенок на год старше – уже нет. Бывает и так.

Конечно, эта книга – не энциклопедия игр. Для того, чтобы показать полную картину, потребовалось бы несколько томов и многолетняя работа представительного авторского коллектива. Но о главном мы постарались рассказать. В нашем исследовании – не только ответы, но и вопросы. И поэтому оно будет продолжено. Быть может, вами, наши уважаемые читатели?

При любом исходе и в любую погоду игра продолжается.

Егор Жигарев, Арсений Замостьянов

Глава 1. Что наша жизнь – игра…

…но я любил играть, и за это меня наказывали те, кто сами занимались, разумеется, тем же самым. Забавы взрослых называются делом, у детей они тоже дело, но взрослые за них наказывают, и никто не жалеет ни детей, ни взрослых. Одобрит ли справедливый судья побои, которые я терпел за то, что играл в мяч и за этой игрой забывал учить буквы, которыми я, взрослый, играл в игру более безобразную? Наставник, бивший меня, занимался не тем же, чем я? Если его в каком-нибудь вопросике побеждал ученый собрат, разве его меньше душила желчь и зависть, чем меня, когда на состязаниях в мяч верх надо мною брал товарищ по игре?
Аврелий Августин «Исповедь» Книга 1:9

Кости – одна из древнейших игр

Игра сопутствует человеку начиная с истории первых цивилизаций. С этим утверждением вряд ли кто-то поспорит. Однако игра – настолько многообразное понятие, что определить его в один присест невозможно. Это явление в разных ипостасях сопровождает нас с рождения до преклонных лет. Ведь игра – не только детское развлечение или состязание, которое часто становится важным увлечением взрослого человека, как, например, шахматы. Это ещё и образ жизни. Важная краска психологического портрета человека. Феномен настолько глубокий, что по мере изучения его горизонт будет бесконечно расширяться. Но нужно сделать первый шаг – и начать серьёзный, хотя в чём-то и иронический разговор об Игре.

Что наша жизнь? Игра! Эту аксиому провозглашал… нет, не Пушкин, хотя это цитата из ариозо Германа, героя «Пиковой дамы». Тут постарался другой автор, автор либретто – Модест Чайковский, брат композитора. А формула оказалась по-пушкински выразительной.

Игра как творческий феномен, как состязание и как способ времяпровождения органична, сообразна природе человека. Иначе этот феномен не существовал бы тысячелетиями. Конечно, за это время в природе игр многое поменялось. Развивалась техника, менялись ритмы и стиль жизни, а вместе с ними и игры. Но многое оставалось и остаётся неизменным, и это требует осмысления. Речь идёт и об игровых техниках, и о принципах многих игр: бродилок, стрелялок, гонок, стратегических интеллектуальных противостояний, игр, связанных с силой и ловкостью, игр, построенных на жребии… Дело в том, что в игровой реальности многое крепко связано с психологией человека. Стремление к лидерству, к победе, в том числе интеллектуальной, стремление к развлечениям, к интересному проведению досуга, наконец, азарт – всё это было присуще нашим далёким предкам, присуще и нам. Добавим к этому мистику и суеверия, которые тоже не исчезли с течением веков. Метание жребия – что это, если не попытка выяснить судьбу, проникнуть в «третье измерение»? Этот пласт человеческой психики тоже не растворился в дыму столетий, а многие игры в своей генеалогии восходят к мистическим ритуалам. Наше повествование показывает нерушимую взаимосвязь, которая существует между самыми древними и самыми современными играми. В гробницах древних царей Междуречья и Египта мы находим артефакты, напоминающие игральные кости и доски для нард и шашек. На древних фресках видим состязания игроков за неким подобием шахматной доски. И между ними есть связь не только с современными нардами и шахматами, но и с электронными играми. А критский лабиринт, о котором мы читаем в древнегреческом мифе о Тесее, разве не прообраз многих нынешних игр? Правда, раньше лабиринт вытёсывали из камня, а в наше время достаточно заглянуть на экран телефона… Эта эстафета игр от египетских фараонов к гаджетам ХХI века – наилучшее доказательство органичности Игры. Игры с большой буквы, в метаморфозах которой можно проследить своеобразную логику. Наша книга показывает историю этой многовековой эстафеты.

Находки, связанные с историей игр, пополняются ежегодно. Приведём лишь один злободневный пример. В августе 2018 года археологи Института истории материальной культуры РАН (ИИМК РАН) при раскопках в Выборгском замке в Ленинградской области нашли кирпич XVI века, который, как утверждают исследователи, служил полем для настольной игры. В прессе появился такой комментарий: «Это средневековый кирпич, представляющий собой игровое поле для настольной логической игры наподобие нардов, шашек или го, не имеющей современного аналога, нашли археологи Института истории материальной культуры РАН при раскопках Выборгского замка. Учёные допускают, что находка может оказаться самым поздним образцом такого игрового поля в Европе, причём особенно интересен тот факт, что оно выполнено не из дерева, как в большинстве известных случаев, а из камня».

Выборгская находка

Заместитель руководителя Выборгской экспедиции ИИМК РАН Александр Смирнов предположил, что речь о старинной игре «Мельница», которая известна с IX–X веков. Она была распространена в Средней Азии, откуда по торговым путям попала в Балтийский регион и в Европу: «Игра была предметом торговли, имела распространение и в городах Руси, особенно на Северо-Западе – в Новгороде, Пскове, Старой Ладоге. Это логическая игра для двух игроков с фишками разного цвета, обычно в неё играли на досках, и, вероятно, найденный каменный образец игрового поля – один из самых поздних в Европе, относящийся к периоду 1560–1580-х годов». Сколько ещё будет подобных находок?

Можно выделить три основных направления развития игрового начала. Первое – воспитательное. Игры развивали и развивают ребёнка, помогают ему адаптироваться во взрослом мире с его заботами и трудовыми обязанностями. Об этом, как мы увидим, писали многие выдающиеся психологи и педагоги, выдвигая собственные теории. Второе направление – мистическое, религиозное. Оно проявилось в мистериях, в гаданиях, в первых религиозных обрядах. Оно связано с историей театра, с театральным, лицедейским элементом в нашей жизни. Это не только сценическое искусство. Это, например, и охота, и дипломатия, и педагогика. Игровое начало включается в нашей жизни на каждом шагу. Третье направление – игра как развлечение и профессия в жизни взрослого человека. Это и спортивные игры, и игры азартные. Головоломки, шарады, пари, разнообразные современные игры, связанные с умными машинами, с виртуальной реальностью. Игры, которые необходимы людям не просто для потехи, но и для проверки своих интеллектуальных и физических сил. Поиграть с судьбой, пощекотать нервы азартным состязанием с соперниками, с самим собой или просто с фортуной – эта потребность человека проявилась в истории с незапамятных времён и, несомненно, будет проявляться в будущем. При этом нужно помнить, что азарт связан не только с деньгами! И об этом, конечно, написана целая библиотека книг – во всех жанрах.

Начиная с повести Пушкина и оперы Чайковского «Пиковая дама». Эти слова могли бы стать эпиграфом к нашей книге:

Что наша жизнь? Игра!
Добро и зло – одни мечты!
Труд, честность – сказки для бабья.
Кто прав, кто счастлив здесь, друзья?
Сегодня ты, а завтра я!
Так бросьте же борьбу,
Ловите миг удачи!
Пусть неудачник плачет,
Пусть неудачник плачет! –
Кляня, кляня свою судьбу!

Перед тем как погрузиться в историю старинных и современных игр, вспомним замечательных учёных, которые создавали так называемую теорию игр, перелистаем старинные и современные книги. Исследователи выводили феномен игры из различных материй. Кто – из социальной реальности, кто – из биологической, некоторые (особенно в древние времена) – из иррациональных глубин.

Ещё одно доказательство органичности игр – в наблюдениях за нашим подсознанием. Многие дети в уме постоянно конструируют игровую реальность, в особенности перед сном. Это не просто мечты, а активное погружение в игровую стихию со своеобразным азартом. Учёные установили, что есть как минимум два вида сна – быстрый и медленный. И во сне мы нередко играем, спасаемся из лабиринтов, боремся с неведомыми силами… И многие люди умеют играть «про себя» как во сне, так и бодрствуя, оставаясь наедине с собой. Вывод прост. Игра – одно из самых естественных состояний ума.

Глубочайшим исследователем игр был немецкий психолог Карл Гроос (1861–1946), изучавший душевную жизнь ребёнка. Его роль в науке – роль первопроходца. Самая почётная миссия! С него, как правило, начинается каждый серьёзный разговор на эту тему. Мировую известность учёному принесла работа «Игры животных», которая была опубликована в 1898 году. В ней автор выдвинул эволюционную теорию, согласно которой игра является важной подготовкой животных и людей к будущей взрослой жизни. Получается достаточно стройная система. Гроос утверждал, что дети в ходе игры расходуют имеющуюся у них излишнюю энергию. Игра, по его мнению, форма «естественного саморазвития» ребёнка. Её главный механизм – упражнения. Гроос не был согласен с точкой зрения своего современника Стэнли Холла о том, что игра представляет собой наследственно обусловленное воспроизведение древних стереотипов поведения.

Гроос усматривал ключевую суть игры в том, что она служит подготовкой к дальнейшей серьёзной деятельности. В игре ребёнок, упражняясь, совершенствует свои способности. В этом, по Гроосу, основное значение детской игры; у взрослых к этому присоединяется игра как дополнение к жизненной действительности и как отдых. Резюмируя свои рассуждения о значении игры, Гроос писал: «Если развитие приспособлений для дальнейших жизненных задач составляет главную цель нашего детства, то выдающееся место в этой целесообразной связи явлений принадлежит игре, так что мы вполне можем сказать, употребляя несколько парадоксальную форму, что мы играем не потому, что мы бываем детьми, но нам именно для того и дано детство, чтобы мы могли играть». Многие исследователи ХХ века опирались на Грооса, в чём-то оспаривали его положения. Хотя исследование теории игр началось, конечно, задолго до того, как этой проблемой со свойственным ему усердием занялся немецкий психолог.

Великий русский педагог, тонкий знаток детской психологии К.Д. Ушинский в своей работе «Человек как предмет воспитания» определял игру как «посильный для ребёнка способ войти во всю сложность окружающего его мира». Детские игры, по его мнению, отражают окружающую социальную среду.

Наш видный марксист, культуролог и журналист Г.В. Плеханов пришёл к выводу, что игра имеет многовековую историю и возникла в первобытном обществе на основе труда. Вклад Плеханова в развитие теории игр неоспорим. К его работам мы будем не раз возвращаться.

Знаменитый венский профессор, создатель психоанализа Зигмунд Фрейд и его последователи видели в игре реализацию вытесненных из жизни желаний, поскольку в игре часто разыгрывается и переживается то, что не удаётся реализовать в жизни. Фрейд обуславливал игру биологическим, в том числе сексуальным подтекстом.

Заметный вклад в теорию игры внесли советские психологи Д.Н. Узнадзе, Л.С. Выготский, С.Л. Рубинштейн и Д.Б. Эльконин. По Рубинштейну («Основы общей психологии»), «прежде всего игра, поскольку речь идёт об играх человека и ребёнка, – это осмысленная деятельность, совокупность осмысленных действий, объединённых единством мотива».

Л.С. Выготский, обобщая опыт предшественников, пришёл к такой формуле: «Если мы обратимся к примитивному человеку, мы увидим, что в играх детей происходит действительная их профессиональная подготовка к будущей деятельности – к охоте, к распознаванию следов зверей, к войне. Игра человеческого ребёнка также направлена на будущую деятельность, но главным образом на деятельность социального характера. Ребёнок видит деятельность окружающих его взрослых людей, подражает ей и переносит её в игру, в игре овладевает основными социальными отношениями и проходит школу своего будущего социального развития» (1931).

Выготский ввёл понятие «мнимой реальности», которую выстраивает ребёнок, погружаясь в стихию игры. Это ключевой термин для теории игр по Выготскому. Психолог отмечал, что игра наилучшим образом создаёт условия для развития интеллекта ребёнка, для перехода от наглядно-действенного мышления к образному и к элементам словесно-логического мышления. Творческие процессы, которые уже в самом раннем возрасте проявляются у детей, лучше всего выражаются в играх. Девочка, которая играет с куклой и воображает себя её матерью, ребёнок, который в игре превращается в охотника, в солдата, в моряка, – все эти играющие дети представляют примеры самого подлинного и настоящего творчества. В игре ребёнок, как никогда, свободен, он определяет свои поступки исходя из собственного «Я». Конечно, это мнимая свобода. Постепенно такое существование приучает нас к одновременному существованию сразу в нескольких плоскостях. Именно в игре ребёнок получает возможность через лицедейство и переживание обобщить полученный опыт. В ранние годы мы ежедневно получаем сотни ярких впечатлений. Игра помогает подсознательно переплавить их в знания и навыки.

Советский грузинский психолог и философ Д.Н. Узнадзе (1886–1950) видел в игре результат тенденции уже созревших и не получивших ещё применения в реальной жизни функций действования. Игра опережает потребности практической жизни. В такой интерпретации она напоминает фантастические романы: это мечта, опережающая реальность.

Такими были научные представления о теории игры накануне кибернетической революции. Эти фундаментальные наработки, не раз проверенные экспериментально, не утратили актуальности и в наше время. Но в последние десятилетия появились не просто новые гипотезы, но и новые области исследования.

Попытка классификации

Прежде чем классифицировать что-либо, необходимо дать этому определение. В силу того, что само по себе понятие игра несет множество смыслов, существует множество ее определений.

Мы договорились, что речь в нашей книге пойдёт об играх самых разнообразных. Что же их объединяет?

Игра – термин, обозначающий широкий круг деятельности животных и человека, противопоставляемой обычно утилитарно-практической деятельности и характеризующейся переживанием удовольствия от самой деятельности.

Игра – тип осмысленной непродуктивной деятельности, где мотив лежит не в ее результате, а в самом процессе. Также термин «игра» используют для обозначения набора предметов или программ, предназначенных для подобной деятельности. Психология деятельности и способности человека. В.Д. Шадриков

Игра – форма деятельности в условных ситуациях, направленная на воссоздание и усвоение общественного опыта, фиксированного в социально закрепленных способах осуществления предметных действий, в предметах науки и культуры. Общая психология. Под общ. ред. М.В. Гамезо

Игры могут принимать различные формы, начиная от спортивных соревнований и заканчивая настольными и компьютерными играми.

Основная систематизация игр проходит обычно по их содержательному признаку: познавательные, музыкальные, деловые, спортивные, военные, азартные.

Многие игры по своей истории, по своей сути восходят к религиозным (как правило – ещё языческим) мистериям, к фольклорным традициям.

Природа актёрства

Отдельный пласт игровой реальности – актёрское начало в человеке. Не стоит недооценивать эту сторону нашей жизни, которая вовсе не ограничивается театральным обиходом. Игровое, театральное начало связано с коренными изменениями в психологии первобытного человека. Он стал удачливым охотником и в известной степени «царём природы», когда научился ставить ловушки зверю и действовать под маской. Натренированное умение притвориться зверем, заманивая другого, более грозного зверя, в ловушку – что это, если не предтеча театра?

Театральное искусство начинается с использования масок на охоте первобытного человека.

Другой его пласт – в истоках язычества, в истоках первых религиозных верований, которые выражались в ритуалах, напоминающих театральные постановки. Так обставлялись жертвоприношения, моления о хорошей погоде и об урожае, о даровании здоровья…

Из этих «игрищ» постепенно зарождалось искусство. Как рассказывает великий философ Аристотель в своём трактате «Поэтика», трагедия возникла первоначально из импровизированных песен (дифирамбов) в честь бога Диониса, которые исполняли выряженные в козлиные шкуры актёры, изображавшие сатиров. Эти песни сначала состояли, как говорит Аристотель, «из мелких сказаний и потешного слога». Лишь потом путём ряда изменений и преобразований трагедия стала самой собой и «достигла своей важности и величия». Основным предметом изображения трагедии, по Аристотелю, являются страсти или страдания – «действия, причиняющие гибель или боль, например, смерть на сцене, мучения, раны и тому подобное». Цель древнегреческой трагедии – вызвать у зрителя сострадание и страх. Эти эмоции во многом сродни религиозному экстазу.

Комедия тоже произошла из сельских празднеств в честь Диониса. Дионисийская сущность комедии проявлялась в безудержном веселье, немало подогретом даром Диониса. Подвыпившая толпа крестьян ходила во время праздника по деревне, воспевая в весёлых, а частью и неприличных песнях хвалы Дионису, попутно задевая прохожих или соседей. Суть комедии – показать жизнь в непривычном ракурсе, перевернуть её с ног на голову. В первую очередь забавы и смеха ради. Подчас за комической декорацией бывает скрыт глубокий смысл.

Ещё одну важную религиозную сторону игрового мышления можно выразить одним греческим словом: «метаморфоза». Это не просто лейтмотив знаменитой поэмы Овидия, по которой мы во многом и судим о древнегреческой мифологии. Для греков метаморфоза – основа восприятия мира. Ведь многое в природе замешано на перемене состояний, на «превращениях». Дня в ночь, лета в осень и т. д.

Большинство игр, о которых мы поведём речь в следующих главах, не обошлось без «метаморфоз». Греки верили, что боги способны превращать себя и других людей в животных, растения, созвездия и камни. А человек может только притвориться, надев маску или чужое обличие. В то же время древние знали, что с помощью знаний человек в силах менять состояние различных предметов и явлений. Воду можно нагреть на огне и охладить в погребе. К этому тоже относились как к чуду. Как чудо воспринимались и математические знания, и основы логики – всё то, из чего произрастают игры.

Рассуждая об актёрском начале, мы неминуемо возвращаемся ко временам века Просвещения, когда выдающиеся мыслители пытались осмыслить этот феномен. Классической в этом смысле стала работа Дени Дидро «Парадокс об актёре». Миссия искусства, по Дидро, состоит в том, чтобы воспитывать людей в духе гражданственности, учить любить добродетель и ненавидеть порок, а художник призван быть наставником человечества. И эти принципы тоже пришли к нам из далёкой античности.

Придумывая игры и головоломки, древние пытались приобщиться к высшей истине и продемонстрировать артистические способности. Cоздатели игр ощущали себя полубогами, демиургами. Ведь каждая игра – это целый мир со своими законами, со своим двойным дном. И в этом мы ещё не раз убедимся.

Времена и игры

Как зарождались игры? Историки связывают этот процесс с первобытным обществом. Игра как явление древнее культуры. Голландский культуролог Йохан Хёйзинга считает, что игра не может быть редуцирована к феноменам культуры, поскольку она древнее их и наблюдается ещё у животных. Напротив, сама культура (речь, миф, культ, наука) имеет игровую природу. Именно Хёйзинга в 1938 году выдвинул концепцию «человека играющего» (Homo ludens) и показал ключевую роль феномена игры в формировании цивилизации – с религиозными, семейными традициями, с появлением искусств и ремёсел. Слишком многое в нашем мире связано с игровой природой!

Первая «настольная игра» появилась, когда ещё не существовало столов как таковых: это был жребий, спрятанный в кулаке, или плоский камешек с отмеченной стороной. Большинство легенд и мифов приписывает изобретение азартных игр богам. Шаманы разбрасывали кости жертвенных животных, веточки и камешки, по которым читали настоящее и предсказывали будущее. Игры содержат «генетическую» память человечества о переходе от охоты и собирательства к земледелию. Движение по кругу – и в нардах, и в бродилках – символизирует цикличность года и смену сезонов, раскладывание камешков – посев зерна, сбор урожая и т. д. Игры были для наших далёких предков первыми учебниками по арифметике… А ещё в играх сохраняются следы древних гадательных ритуалов.

Когда у людей появилось свободное время, они стали посвящать его развлечениям, религиозным обрядам и тренировкам. Эти три начала и стоят у истоков игр. Добавим сюда такие исконные потребности человека, как стремление к лидерству, к соревнованию, азарт, а в минуты вынужденного бездействия – желание убить время, то есть занять его чем-то увлекательным. Однако наиболее сильный толчок развитию игр дала религия. Игрища являлись составной частью обрядов самых примитивных языческих верований. Что дальше? По какой логике игры обретали аудиторию и приобретали новые черты? Каждый этап в истории игр связан с определённым образом жизни, с идеологией, которая господствовала в тот или иной исторический период. Человек играющий существует не в оранжерее. Он взаимодействует с себе подобными и подчиняется законам общества. На него оказывает влияние погода. И другие факторы.

– Психологические потребности личности

– Развитие науки и техники

– Особенности общественной жизни

Менялись устои, условия жизни, политические, экономические, социальные обстоятельства, а вместе с ними трансформировались игры. Эволюция игр была долгой и трудной, люди шли методом проб и ошибок, создавая различные игровые системы.

Игры развивались и менялись вместе с социальным укладом. После пещерного коммунизма – военная демократия, появление сильных вождей, первые монархии, культ коронованных особ, связанный с представлениями о богах. Жертвоприношения, религиозные праздники превращались в большие мистерии со спортивными соревнованиями, брачными играми… Игры развивались параллельно с развитием религий. В играх видели магию. По результатам игр пытались предсказать будущее, заглянуть в завтрашний день. В то же время начали появляться элитарные игры, игры монархов… Таковыми считались древние прообразы шахмат, нард и шашек. С их помощью древние цари развлекались в кругу приближённых и находили истину. Большинство настольных и атлетических игр долгое время оставалось принадлежностью аристократов, их привилегией. В простонародной среде развивались детские игры, в первую очередь воспитательные, приучающие к труду. Именно тогда зародились и основополагающие детские игры: с куклами, с солдатиками и игрушечным оружием, «строительные» игры с кубиками. С тех пор с ними связаны все вехи развития мировой цивилизации. Там, где господствует натуральное хозяйство, развиваются преимущественно детские обучающие игры. Чем выше роль денег, тем более широкая аудитория увлекается азартными играми.

Особая страница в истории игр, как и вообще в истории человечества, – классическая античность. И технологии, и общественная жизнь в Древней Греции и Риме достигли таких высот, о которых после крушения Рима Европа и мечтать не могла в течение целого тысячелетия. Греция считается родиной больших спортивных соревнований. Сакральный смысл имели в древности Олимпийские игры. Выдающиеся атлеты, победители в те времена удостаивались прижизненных монументов.

Огромную роль в жизни древних греков и римлян играл театр. Театр – это тоже игра.

В процветающем рабовладельческом обществе развивались и публичные, зрелищные игры на потеху состоятельной публики. Это была обширная индустрия, приносившая немалый доход предприимчивым хозяевам. Существовали тотализаторы. Римляне знали секрет популярности любой власти. Она выражен в двух словах: «Хлеба и зрелищ!» Этот секрет значим и в наши дни. Одним из самых одиозных древнеримских зрелищ были гладиаторские состязания – ещё один прообраз современного большого спорта. Поединки римских гладиаторов изначально устраивались в дни наиболее значительных религиозных праздников, они возникли как жертвоприношение богу войны Марсу. Однако потом эти публичные бои превратились в постоянное увеселение свободных граждан. Большинство боёв завершалось гибелью или тяжёлым ранением проигравших гладиаторов. Около семи веков существовала эта кровавая потеха! Гладиаторы вели жизнь профессиональных бойцов, постоянно поддерживали форму тренировками. Правда, жизнь их была, как правило, коротка. Среди римских аристократов стало модным иметь своих личных гладиаторов, которые не просто зарабатывали хозяину деньги выступлениями, но и выполняли функции личных охранников.

При этом не только жестокие зрелища занимали древних римлян. Своего первого расцвета достигли в античную эпоху интеллектуальные и азартные игры. По легенде, основателем игры в кости и некоторых стратегических игр считался герой Паламед – один из персонажей преданий о Троянской войне. Именно тогда игры представляли собой модели вселенной со своими тайнами, с мистикой и логикой.

Есть знаменитый рисунок на амфоре работы мастера Эксекия – Ахилл и Аякс, знаменитые герои и двоюродные братья, за игрой в кости. Идёт Троянская война, а герои сосредоточенно коротают свободное время за азартной игрой. Ахилл побеждает: у него выпала четвёрка, а у быстроногого Аякса – тройка. Это символично, ведь именно Ахилл, сын Пелея, считался сильнейшим из ахейских героев, а Аякс, сын Теламона, – вторым по силе. Это мифологический сюжет. Считается, что в своё время афиняне проиграли сражение войскам тирана Писистрата, потому что слишком увлеклись игрой в кости. Враг застал их врасплох.

Эксекий. Ахилл и Аякс за игрой в кости

Греки стремились к совершенству и в путешествиях, и в походах, и в науках, и в искусстве, и в играх. Античный опыт бесценен. Это время разработки важных решений, которые служат человечеству тысячелетиями.

Нечто похожее происходило в Индии и в Китае в пору расцвета тамошних монархий. Там зарождались и развивались самые изысканные игры.

Сложные отношения с играми сложились у мировых религий. Практически все игры – азартные, детские, спортивные – в то или иное время подпадали под запрет церковных властей. Однако, несмотря на запреты, мир не отучился играть. Слишком сильными оказались потребности человека играющего. Азарт, волнение, накал страстей, томление духа, жажда выигрыша, желание одолеть соперника – всё это неотъемлемые черты людской психологии.

А потому даже в Средние века появлялись и новые настольные игры, и состязания под открытым небом. Многие игры, распространённые на Востоке, пришли в Европу после Крестовых походов.

Третий этап в истории игр связан с развитием товарно-денежных отношений, с появлением и укреплением того явления, которое мы вслед за Карлом Марксом называем капитализмом. Эти процессы начались в эпоху Возрождения. Возник культ приятного времяпровождения, по известному итальянскому выражению – «сладкого ничегонеделания». Состоятельная публика в то время развлекалась не только простейшими азартными играми, но и спортивными состязаниями, которые нередко проводились на глазах у публики. Наиболее популярными в то время были игры, напоминавшие лапту. Важным было не просто одержать победу в состязании, но и выиграть пари, делая ставки на игроков.

К играм стали относиться серьёзнее, они занимали всё больше времени в жизни человека. В первую очередь это касается азартных игр. Всё большую роль в жизни людей играли деньги и материальные ценности. Росли города – крупные торговые, промышленные и финансовые центры. Там и развивались игры, ставшие достоянием не только узкого круга аристократов, но и тысяч людей, как правило, горожан. Торговые путешествия и военные походы познакомили европейцев со многими играми, получившими развитие на Востоке. Именно тогда формировались правила большинства значимых настольных игр. В эпоху Возрождения и после неё ослабевала религиозная цензура – и игроцкий азарт овладевал тысячами людей, в особенности в армии.

С конца XVIII века начала формироваться прослойка профессиональных игроков, главным образом картёжников. Хобби стало для них источником заработка. Позже профессионалами стали и некоторые шахматисты, и цирковые борцы… С середины XIX века в Европе возродился феномен профессионального спорта, исчезнувший после античных времён. Началась история чемпионатов мира по шахматам, по борьбе, стали возникать национальные чемпионаты по футболу. Всеобщее внимание вызывали соревнования по плаванию, гребле, конькобежному спорту… В ХХ веке спортивные игры приобретают широкий международный резонанс. Миллионы болельщиков следят за результатами соревнований.

Развитие технологий, несомненно, сказывалось на судьбах людей и игр. Возникали новые модификации игр, а классические игры обретали широкую аудиторию. Сформировалась индустрия детских игр и игрушек. Их производили миллионными тиражами, с широкой рекламой. ХХ и ХХI век – это время масс, а не одиночек. Отныне игры адресовались массовой аудитории. Карточные колоды, наборы шахмат и шашек, домино и прочее, прочее, прочее – всё стало доступнее, всё стало выходить многомиллионными тиражами.

Появляются международные соревнования едва ли не по всем существующим играм, включая настольный хоккей и блошки. Многие турниры обрели огромную популярность, новости о футбольных матчах не сходят с первых полос. Крупные спортивные лиги и клубы приносят миллиардную прибыль, а порой и не менее значимые убытки.

Новая веха в истории игр связана с постиндустриальным обществом, с постмодернистской идеологией, а главное – с развитием кибернетики. У современного человека куда больше свободного времени, чем у наших далёких предков. У нас появились электронные помощники. Мы в меньшей степени зависим от климата, от природы. Проявился необозримый мир компьютерных игр, в которых аукнулись наработки всех веков истории разнообразных развлечений и ристалищ. Возник принципиально новый разряд игр, основанный не просто на инстинктах, проверенных веками, но и на психологии современного человека, современного ребёнка. Даже отношение к деньгам заметно поменялось! Появились виртуальные валюты, необычайно лёгкими стали денежные переводы… С детства современный человек привык жить в мире изобилия товаров и услуг. Ещё полвека назад о таком уровне сервиса даже в самых благополучных странах могли лишь помечтать. Интернет заметно облегчил и международное общение. Границы между цивилизациями стираются, хотя не сошли на нет и конфликтные процессы. Можно соревноваться, не вступая в живой контакт с соперниками, а во многих случаях вашим противником станет не человек, а робот… Этот этап истории игр ещё не закончен, но уже принёс немало новых сюжетов, о которых мы обязательно поговорим.

Глава 2. Самые первые игры

Нет в истории более загадочного и мифологизированного периода, чем первобытное общество. Его ещё называют доисторическим, и неслучайно. Разумеется, в те времена никто не фиксировал ход событий, не вёл летописей, не пытался оставить потомкам послание о своём времени… Само наименование – первобытное общество, конечно, условно. Мы к нему привыкли. Так легче говорить о громадной и загадочной эпохе. Это история человечества до изобретения письменности. Если верить исследователям, человек появился на Земле около 2,5 млн лет назад, а первые цивилизации и древние протогосударства – примерно 10 тыс. лет назад. Следовательно, наиболее продолжительная часть истории человечества – свыше 90 % – приходится на времена первобытного общества. Правда, человечество было тогда не просто примитивным по уровню развития, но и чрезвычайно малочисленным.

Об играх и об элементах игрового мироощущения можно говорить только применительно к последнему этапу первобытности, когда племена находились на пороге рождения цивилизаций. Следы первобытной реальности мы видим и в более поздних свидетельствах, относящихся к Древнему Шумеру, Египту, к Древней Элладе…

На каком историческом фоне появлялись первые прообразы игр?

Важнейшим этапом в развитии первобытного общества стало приручение огня. Нельзя не упомянуть и переход к производящему хозяйству, когда наши далёкие предки научились не просто подстраиваться под обстоятельства, но и изменять природу, использовать её возможности. Всё это потребовало изменений в сознании, в психологии. Нужно было развивать не только спортивные навыки, но и фантазию, воображение.

Сложнее и изобретательнее стали методы охоты. Человек научился обманывать зверя. Стал сильнее его, разумеется, не физически. Зубы и когти у зверя по-прежнему были мощнее. Сила человека проявилась в умении придумывать и использовать орудия труда и охоты, ставить ловушки, обманывать зверя.

У людей появились обязанности в зависимости от личных способностей.

Широко известен постулат Фридриха Энгельса: «Труд превратил обезьяну в человека». Не стоит отмахиваться от этого вывода. Труд действительно сыграл колоссальную роль в судьбе человечества, в проявлении прогресса, плоды которого мы видим в истории первых цивилизаций, пришедших на смену первоначальному, во многом пассивному существованию. Но важны и другие факторы, на которые Энгельс не обратил внимания.

Одним из главных препятствий на пути к прогрессу являлся страх. Страх перед природой, перед её яркими явлениями, перед мощным зверем, перед холодом, перед водными и горными препятствиями… В ХХ веке возникла эксцентричная, хотя и любопытная гипотеза: по мнению некоторых современных учёных, не одних историков, но и психологов и биологов, важную роль в становлении человека как царя природы сыграл… хмель. Алкоголь. Первые пьянящие напитки появились примерно 10 тыс. лет назад. Однако гораздо раньше наши предки стали употреблять упавшие на землю фрукты. Забродившая мякоть подгнивших плодов содержала спирт и обладала слабым алкогольным эффектом. Лёгкое состояние опьянения помогало первобытным людям совершать нестандартные поступки, без которых невозможен прогресс. Кроме того, хмель придавал смелости на охоте. Хмель придавал кураж в пародировании животных, в обезьянничании. От пародий один шаг до надевания шкур. Люди изображали из себя зверей – и на охоте это помогало заманивать жертву в ловушку. В то же время игрища в шкурах, с рогами, в масках стали первыми религиозными мистериями и предтечей театра. Животных начали считать сакральными предками и покровителями рода. Это явление в истории религий называют тотемизмом. Превращение людей в животных и животных в людей («метаморфозы») явилось основой многих мифов. Это основной волшебный сюжет, интересовавший человечество на ранней стадии развития и ставший основой многих игр.

Отметим: многие первые игры имели пародийный характер. Человек умел имитировать животных и других людей – как для развлечения, так и из тактических соображений. Эта игра предшествовала сакральным мистериям, которые, в свою очередь, стали первоосновой театра.

Ещё одно конкурентное преимущество, связанное с употреблением забродивших фруктов: человеческий организм «научился» усваивать алкоголь и употреблять его умеренно. Человек и в этом получил конкурентное преимущество над другими живыми существами. И роль вина в появлении древних цивилизаций – египетской или критской – трудно переоценить.

Наконец, третий фактор напрямую связан с темой. Уже в первобытном обществе появилось искусство, а вместе с ним и игры. Игры в тот период трудно отделить от религиозных обрядов. Первобытные люди пытались объяснить явления природы. У них появилось представление о божествах и духах. Трудно отделить игры от религиозных мистерий, от своеобразного первобытного театра под открытым небом. Постепенно пришло понимание важнейших событий в жизни человека, которые отмечались такими игрищами. Это рождение ребёнка, смерть человека, начало и окончание плодородного сезона, созревание стратегически важных плодов… Люди сакрализировали круг своей жизни и круг природы, осторожно присматриваясь к смене времён года…

В те же времена люди стали фиксировать свои чувства и намерения в своеобразных рисунках. Наскальная живопись была изначальным прообразом многих игр, искусств и умений. Это и живопись, и художественная литература, и журналистика, и алфавит, и комикс, и учебник… Самые ранние образцы пещерной живописи, известные сегодня, насчитывают более 30 тыс. лет, а самые поздние – около 12 тыс. лет.

Сакральные игры, как мы уже знаем, основывались на имитации. Например, во время обрядовой охоты её участники облачались в шкуры соответствующих животных, подражали их повадкам, имитировали выслеживание зверя, его преследование, копировали действия человека при исполнении охотничьих плясок, изображали полёт птицы, движение змеи. Это помогало преодолеть робость перед зверем.

Ритуальные игры во время погребальных и поминальных церемоний сопровождались сольным и хоровым пением, ритуальными движениями и жестами, возгласами удивления, ужаса, драматическими диалогами духов предков с покойным. Позднее у народов Африки, к примеру, посланников из загробного мира, взывавших к умершему, нередко изображали члены тайных ритуальных религиозно-магических обществ. Они надевали маски и костюмы наиболее почитаемых предков, обращались от их имени к членам рода, предрекали будущее, исполняли танцы и пантомимы. У древних египтян большое распространение получили погребальные маски, которые надевались на лицо мумии. Видимо, это было связано с верой в магическую силу маски, которая помогает нейтрализовать злых духов. Надо ли говорить, что это явилось основой будущего театрального искусства? А в наше время африканские маски – расхожий сувенир для туристов.

Здесь нельзя не вспомнить историю происхождения понятия «трагедия». В переводе с греческого – «козлиная песня». Как произошло это странное название? Как рассказывает философ Аристотель в своём знаменитом трактате «Поэтика», трагедия возникла первоначально из импровизированных песен (дифирамбов) в честь бога Диониса, которые исполняли выряженные в козлиные шкуры актёры, изображавшие сатиров. Эти песни сначала состояли, как говорит Аристотель, «из мелких сказаний и потешного слога». Лишь потом путём ряда изменений и преобразований трагедия стала сама собой и «достигла своей важности и величия» (Аристотель). Разумеется, тут речь идёт уже о древних цивилизациях, а не о первобытном обществе. Однако корни этого явления уходят глубоко. Как и появление первых религиозных представлений о мире и человеке.

На излёте первобытной эпохи считалось, что живому опасно взирать на открытое лицо умершего или человека в его роли во время драматических диалогов духов предков с покойным. Разнообразные маски использовались во время ритуалов, связанных с культами предков, огня, с земледельческими культами, с обрядом инициации. Их носили перед собой на длинных палках при исполнении ритуальных танцев. При совершении земледельческих обрядов маски нередко помещали на поле для охраны посевов.

Не менее зрелищно выглядел обряд инициации, сопровождавший переход юношей из одной возрастной группы в другую и посвящавший их в члены рода. В день совершеннолетия посвящаемый приносил в жертву местному речному богу волосы.

Погребальные игры у знатных эллинов представляли красивую традицию. Они начинались с бега на колесницах, в котором принимали участие пять возничих. Места и время прохождения колесниц определялись по жребию. Учредителем игр выступал родственник или друг покойного. Судьёй был самый старый и опытный член общины. После каждого вида игр следовало награждение как победителя, так и побеждённого. Победителю вручался приз. О таких играх мы знаем немало. Потому что древние греки записали и сохранили для будущих поколений эпические поэмы Гомера, где странствующий певец подробно и художественно описал погребальные игры, которые устроил Ахилл после гибели друга – Патрокла.

В Древнем Китае ритуальный характер имели гонки «лодок-драконов», которые проводились, чтобы угодить богине реки, озера, канала, дававшей дожди для земледельцев и рыбу для рыбаков. Лодки украшались изображениями дракона, олицетворявшего могущество и власть, а его 117 чешуек – удачу. После гонок древние люди приносили в храме человеческую жертву – юношу, которого называли «Женихом Богини». Семья жертвы считала его кончину особой честью. Если во время гонок кто-нибудь тонул, это воспринималось как хорошее предзнаменование, обещавшее богатый урожай. Традиция в том или ином виде существовала столетиями.

По-видимому, именно китайцы изобрели важный вид игры, существующий и в наше время, – головоломки. Головоломки возникли, когда люди заинтересовались арифметикой и научились мыслить абстрактно.

Так, представления древних китайцев о строении Вселенной нашли отражение в головоломке «Китайский шарик». Декоративный шарик из слоновой кости, покрытый затейливой резьбой, состоял из семи и более разных по размерам шариков, вложенных друг в друга и олицетворявших небесные сферы. Они имели на поверхности круглые отверстия разного диаметра. Для решения этой головоломки следовало посредством поворота каждого внутреннего шарика совместить их отверстия так, чтобы из образовавшегося сквозного канала извлечь наружу наименьший из всех цельный шар. Секрет изготовления подобных головоломок хранился в строжайшей тайне. Нередко на их работу уходила жизнь двух-трёх поколений мастеров. Китайцы во все времена умели действовать кропотливо.

Древним китайцам был известен также магический квадрат. Согласно легенде, во времена правления императора Юй (около 2200 до н. э.) из вод Хуанхэ всплыла священная черепаха, на панцире которой были начертаны таинственные иероглифы Ло-шу, напоминающие магический квадрат. Древнекитайский магический квадрат Ло-шу состоял из трёх столбцов, сумма чисел которых по вертикали, по горизонтали и по обеим диагоналям составила 15:

2 7 6

9 5 1

4 3 8

В магическом квадрате Хэ-ту разность пяти пар чисел равнялась пяти. Впоследствии магические квадраты легли в основу филиппинских и японских головоломок судоку. Такой магический квадрат являлся у древних китайцев символом сакрального значения. Цифра 5 в середине означала землю, а вокруг неё в строгом равновесии располагались огонь (2 и 7), вода (1 и 6), дерево (3 и 8), металл (4 и 9).

А что же труд, о котором писал Энгельс? Безусловно, и это явление стало источником появления игр. Прежде всего воспитательных. Ведь трудовые навыки приходится совершенствовать из поколения в поколение. Человечество не сумело бы сделать рывок к цивилизации, если бы не озадачилось проблемой воспитания детей.

Русский учёный-марксист Георгий Валентинович Плеханов в своей работе «Письма без адреса» (1900) высказал предположение, что ребёнок первобытного общества, появившись на свет, не обладал инстинктивным стремлением к исполнению трудовых процессов, это исполнение носило подражательный, пародийный характер. В играх дети старались в гротескном виде воспроизвести труд родителей. А родители предоставляли им для забавы орудия труда, скорее всего, испорченные. Так в жизнь человека вошли детские игры, детские забавы. И уже на следующей стадии появились детские игрушки. То есть имитация орудий труда, специально сделанная для игр. О значении воспитательных игр хорошо знали эллины, которые параллельно с древними китайцами стали основоположниками педагогики. «Человек, желающий стать выдающимся в каком бы то ни было деле, должен с ранних лет упражняться… Например, кто хочет стать хорошим земледельцем или домостроителем, должен ещё в играх либо обрабатывать землю, либо возводить какие-либо детские сооружения», – писал Платон.

Фридрих Энгельс

Мыслители веками спорили: что старше – труд или игра? Спор напоминал другую известную дискуссию – абсурдную. «Что появилось раньше – яйцо или курица?» Однако мысли при этом высказывались любопытные.

По мнению Плеханова, труд предшествовал игре, определял её содержание. К труду человека принуждали жизненные потребности, связанные с необходимостью добывать пропитание, охранять свои угодья, заботиться о жилище. Труд, охота, война с соседним племенем – всё это сопровождалось чувствами радости, удовольствия или разочарования. Желание вновь пережить чувства, испытанные в какой-либо деятельности от проявленной ловкости, смекалки, силы, побуждали первобытного человека к обрядовым играм, танцам, песням. То есть в истории общества труд старше искусства и игры: сначала были земледельческие работы, охота, войны, а затем это находило отражение в плясках, песнях, элементах драматического и изобразительного искусства. В то же время, по мнению Плеханова, в жизни отдельного человека игра предшествует труду.

Эти выводы сделаны не голословно. В XVIII, ХIХ, а особенно в ХХ веке учёные стали исследовать жизнь народов, сохранивших в наше время обычаи первобытного времени. В России это народы Севера. Интересный материал для наблюдений можно найти и в Африке, и в поселениях американских индейцев…

Скрупулёзные наблюдения подтвердили версию, что этап воспитания в первобытном обществе проходил быстро. Уже к десяти годам в примитивной среде ребёнок становился полноправным и ответственным участником всех жизненно важных для рода процессов. Потому и современные исследователи примитивных обществ фиксируют, что к детям в тамошних беседах прислушиваются как к взрослым, общаются с ними на равных, а играют дети мало.

Биолог, путешественник и историк Василий Фёдорович Зуев (1754–1794), основательно изучавший в 1770-е годы обские народы, писал о детях енисейских остяков и самоедов: «С молодых ещё лет малые ребята давно привыкают нести всякую трудность, как видно из грубого их жития, которое их ни мало, ни в каком случае не приводит в сожаление. Верно можно сказать, что сей народ рождён к понесению трудов несносных, и действительно, есть ли бы они сызмала к тому не привыкали, то б отцам мало было бы надежды видеть сыновей больших себе помощников и к понесению трудов удивительных помощников. Лишь мальчик начнёт мало иметь понятия, то мать или нянька не иным чем тешит, как бряцанием лушной тетивы, а когда ходить начнёт, то отец ему и лук готовит. Я в проезд мой через остяцкие юрты мало видел таких ребят, которые бы в простое вечернее (время) между игрой без лука шатались, но обыкновенно или по деревьям, или во что-нибудь по земле стреляют. Там городят езы около своей юрты, там запоры; и кажется, будто бы их игрушки уже будущую жизнь предвещали. И совершенно есть ли посмотреть на ез, через какую-нибудь реку сделанный, то нельзя видеть, чтоб когда-нибудь тут старики с важанами сидели, кроме малых ребят, а большие сами плавают по рекам или с неводами, или с калыданами и перемётами, где уж малого или не в силах, или не разумеет, послать нельзя».

Постепенно в детский быт вошли куклы – самые важные и самые загадочные игрушки, появление которых во многом связано с сакральными, мистическими мотивами.

Этнограф и революционер Владимир Германович Богораз-Тан (1865–1936) так описывал кукол чукотских девочек: «Чукотские куклы изображают людей, мужчин и женщин, но всего чаще детей, особенно грудных. Величина их почти так же изменчива, как и у культурных детей. Сшиты они довольно похожими на действительность и наполнены опилками, которые при каждом несчастном случае высыпаются. Куклы эти считаются не только игрушками, но отчасти и покровительницами женского плодородия. Выходя замуж, женщина уносит с собой свои куклы и прячет их в мешок в тот угол, который приходится под изголовьем, для того чтобы воздействием их получить скорее детей. Отдать кому-нибудь куклу нельзя, так как вместе с этим будет отдан залог плодородия семьи. Зато когда у матери родятся дочери, она отдаёт им играть свои куклы, причём старается разделить их между всеми дочерьми. Если же кукла одна, то она отдаётся старшей дочери, а для остальных делают новые. Есть, таким образом, куклы, которые переходят от матери к дочери в течение нескольких поколений – каждый раз в исправленном и заново возобновлённом виде».

Кукла – это ещё и инструмент воспитания. Через шитьё нарядов кукле девочка получает чрезвычайно важные навыки шитья одежды. Дети строят домики из палочек и играют, как будто занимаясь домашним хозяйством. Очень редко они собираются для полюбовной игры, выбирая пары, строя дома, выплачивая в шутку выкуп за невесту и даже, подражая родителям, ложатся вместе щека к щеке. Этнограф указывает, что у маленьких девочек нет кукол и нет привычки играть в младенцев. Предложенные детям деревянные куколки были приняты только мальчиками, которые стали играть с ними: баюкать их, напевая колыбельные песни по примеру своих отцов, которые очень нежны со своими детьми.

Игра в куклы, распространённая в нашем обществе главным образом среди девочек, всегда приводилась как пример проявления в игре инстинкта материнства.

С имитацией семейных ролей связаны многие игры, известные с первобытных времён. В Южной Африке дети строят маленькие дома, в которых и остаются в течение всего дня. Девочки кладут маленькие лёгкие камешки между двумя большими и твёрдыми и растирают их, как толкут муку. Мальчики, вооружённые маленькими луками и стрелами, играют в войну, подкрадываясь и нападая.

Дети другого народа строят целую деревню с домами в 40–50 см высоты, разжигают перед ними костры, на которых жарят выловленную ими рыбу. Внезапно один из них кричит: «Уже ночь!», и все моментально укладываются спать. Затем кто-нибудь из них имитирует крик петуха, все снова просыпаются, и игра продолжается.

У народов Новой Гвинеи девочки строят временные убежища из старых листьев. Возле них они ставят плиты с миниатюрными горшками из глины. Камешек изображает маленького ребёнка. Его кладут на морской берег, купают, а затем держат над огнём для просушки и прикладывают к материнской груди, и он засыпает.

Удивительно, как переходят эти «забавы» из поколение в поколение, из столетия в столетие.

Сопоставляя игрушки, добытые при археологических раскопках, с современными игрушками, психолог Ефим Аронович Аркин (1873–1948) писал: «В собранных археологами и хранящихся в музеях коллекциях не оказалось ни одной, которая не имела бы своего двойника в современной детской». Не ограничиваясь сравнением с археологической игрушкой, Аркин исследует и детские игрушки народов, стоящих на низших уровнях развития. Тут он приходит к таким выводам: «Действительно, тот факт, что, невзирая на разнородность источников, из которых мы черпали свой материал, картина при смене форм и различий деталей сохраняет единство, что у народов, отделённых друг от друга огромными пространствами, игрушка остаётся всё той же неувядаемой, вечно юной, и её содержание, её функции остаются теми же у эскимосов и полинезийцев, у кафров и индейцев, у бушменов и бороро – этот факт говорит о поразительной устойчивости игрушки и, следовательно, той потребности, которую она удовлетворяет, и тех сил, которые её создают».

Известный советский психолог Даниил Эльконин (1904–1984), проанализировав этнографический материал, выдвинул гипотезу об историческом возникновении и развитии ролевой игры. Он считал, что на заре существования человеческого общества детской игры не было. В силу примитивности самого труда и необходимых для него орудий дети очень рано начинали принимать участие в работе взрослых: собирать плоды, ловить рыбу.

Только усложнение орудий труда, переход к охоте, скотоводству и земледелию привели к изменению положения ребёнка в обществе: малыш уже не мог принимать непосредственного участия в работе взрослых, поскольку она требовала изощрённых знаний и умений. Взрослые стали изготовлять игрушки для упражнения детей: лук, копьё, аркан. Возникли игры-упражнения, в ходе которых ребёнок овладевал необходимыми навыками и умениями в использовании орудий труда, так как игрушки были их моделями. Из маленького лука можно попасть в цель, маленькой мотыгой – рыхлить землю. Всё это остаётся актуальным и в наше время. Выдающийся советский педагог Антон Макаренко утверждал: «Между игрой и работой нет такой большой разницы, как многие думают. Хорошая игра похожа на хорошую работу, плохая игра похожа на плохую работу». Уже в древности проявился многообразный характер феномена игры.

Древнейшие интеллектуальные игры

У этой игры много названий. К сожалению, первоначальные её наименования не сохранились. Да и были ли они? Изначально к мудрой игре относились просто как к Игре – с большой буквы. Захватывала сама стихия настольного испытания.

Первая «настольная игра» появилась, когда ещё не существовало столов как таковых. Не существовало даже профессии плотника. Что же это за игра – первая? Одним словом, жребий. Жребий, спрятанный в кулаке, или плоский камешек с отмеченной стороной. Большинство легенд и мифов приписывает изобретение азартных игр богам и героям, но, наверное, всё произошло более прозаично: шаманы разбрасывали кости жертвенных животных, веточки и камешки, по которым читали настоящее и предсказывали будущее. Кто первым додумался набрать камешков и насыпать их в лунки, история умалчивает, но произошло это где-то на востоке Африки, в колыбели цивилизации.

Камни с выбитыми рядами лунок найдены в древнем городе Алеппо в Сирии, в храмах Мемфиса, Фив и Луксора в Египте и вдоль караванных путей в пустыне Калахари (отсюда одно из названий игры – калах). Даже в пирамиде Хеопса нашли такую «доску» с игровым полем. Эти игры, построенные на перемещении камешков по полю, широко распространились и дожили до наших дней.

Считается, что подобные игры содержат «генетическую» память человечества о переходе от охоты и собирательства к земледелию. Движение по кругу символизирует цикличность года и смену сезонов, раскладывание камешков – одновременно посев зерна и сбор урожая, а пустые лунки – голод и недород. Здесь же «прячутся» древние гадательные ритуалы и самые первые счётные доски.

Одно из сохранившихся названий такой игры – манкала. В этом слове можно расслышать арабский корень и корень языка суахили, обозначающие одно понятие – «перемещение». Игроки ходят по очереди. Ход игрока, часто называемый посевом, состоит в изъятии всех камней из некоторой лунки (обычно принадлежащей игроку и занятой некоторым минимальным числом камней) и размещении их в соседних лунках, по одному в лунку. Если посев не завершился в том же ряду, где и начался, то он продолжается в другом ряду. Нюансы правил у разных народов варьировались. Побеждает тот, у кого «в амбаре» оказывается наибольшее количество камушков.

Игру эту окружает множество мифов. Масаи верят, что манкалу придумал Синдилло, первый человек. В Гане игра, известная под названием овари, была частью боевой подготовки: перед походом воины играли в неё, проверяя свою реакцию. А если умирал король, совет организовывал турнир, и победитель становился преемником. Эта же игра упомянута в малийском эпосе «Сундьята» народа мандинго. А современные малийские ученики играют в овари после школы.

Доска для игры в манкалу

Игра использовалась и в погребальных ритуалах: люди развлекали дух умершего, пока тело не похоронено. На деревенской площади обычно было две доски – прямая и выгнутая, и селяне выбирали ту, которую покойный недолюбливал, чтобы его дух не захотел к ним присоединиться. По этой же причине считалось опасным продолжать игру после заката, а доски ночью выставляли за порог, чтобы духи тоже могли сыграть.

Удивительно, но в этой древнейшей игре нет элемента везения, всё зависит от внимания и интеллекта. Не менее удивительно и то, что эта игра остаётся в ходу и в наше время. Выпускаются наборы для игры в манкалу – от дорогих сувенирных до массовых. Популярны и онлайн-версии древней игры.

Ещё одну загадочную игру обнаружил британский археолог Леонард Вулли при раскопках древнего шумерского города-государства Ур в Месопотамии, на территории современного Ирака. Возраст этой игры – свыше 4500 лет. Её погребли вместе с царём, чтобы и в царстве мёртвых он наслаждался этой забавой. В эпоху своего расцвета Ур был многонаселённым городом с великолепными храмами, дворцами, площадями и общественными зданиями. Его жители любили украшать свою жизнь изящными вещами. Шумерская цивилизация подарила миру не только одного из первых эпических героев – Гильгамеша, но и одну из древнейших игр, которая так и остаётся неразгаданной.

На игровой доске 20 квадратов. Они сгруппированы в два блока – большой и малый, соединённых мостиком. К доске прилагаются по семь фишек и кости в виде тетраэдров. Этот царский набор исключительно красив, богато инкрустирован пластинками перламутра, красного известняка и лазурита, а сложная разметка полей явно несёт не просто орнаментальную, но и смысловую нагрузку. Но какую? Загадка. За находкой Вулли последовали другие. Оказывается, таинственная игра украшала не только царский быт. Простолюдины играли на досках попроще, их тоже удалось «откопать» на Ближнем Востоке. На всех досках из гробниц есть восемь квадратов, отмеченных розетками, – такие восьмилепестковые цветы изображались у входа во Врата, посвящённые богине плодородия Иштар. Снова загадка.

Названия и правил этой игры история не сохранила, поэтому условно её называют «Царской игра из города Ур». Существуют предполагаемые реконструкции правил, основанные на записях с более поздних глиняных табличек. Выпущены даже современные комплекты древней игры с пояснениями. Но всё это из области гипотез. Предположительно, это «гоночная» игра, цель которой – как можно быстрее провести свою фишку по определённому маршруту. Возможно, игра воспроизводила военный поход, который мог завершиться более или менее удачно. Игроку (вероятнее всего, царю) предстояло переправиться за реку и вернуться с добычей. Скорее всего, игру использовали и как гадание перед войной: будет ли успешным наступление? Давным-давно истлели кости тех, кто тешился этой игрой, кто придумывал и знал её правила… Осталась лишь красивая доска с перламутром и лазуритами. Загадка!

Глава 3. Война и мир на 64 клетках

Шахматы – самая древняя из всемирно известных игр и самая известная из древних. Увы, есть на земле люди, не владеющие даже самыми поверхностными тайнами шахмат. Но силуэты шахматных фигур уж точно известны почти всем.

Палатинская капелла. Первое изображение шахмат

Сказать, что эта игра – уникальное явление – банальность, но иначе и не скажешь. Это и спорт, и искусство, и наука, и образ жизни. Вечное противостояние умов, в котором, при всей проработанности вариантов, всегда найдутся новые удивительные комбинации. Шахматы неисчерпаемы. Даже идеальный кибершахматист не познает всю мудрость этой игры, а только откроет её новые горизонты.

Любое определение шахмат будет неполным. Даже, если уделить для него сто страниц. Ведь эту игру разгадывают веками! В мире шахмат можно жить и умереть, можно реализоваться и потерять себя. Игра порой жестока, но в главном всегда справедлива. Не в каждой партии выигрывает сильнейший. Главное – построить свою шахматную мечту, провести собственную линию на 64-х клетках. Это приносит настоящее творческое наслаждение. Но шахматы – это ещё и спорт, да какой азартный! Каждый турнир – война, соперничество личностей, концепций, стилей. Характер на характер, сила на силу, тактика на тактику. Есть верная примета: если в стране в центральных газетах есть шахматная рубрика – жизнь налаживается.

Во все времена шахматы привлекали разнообразием возможных маневров. В этой игре можно нападать, отступая и побеждать, защищаясь.

Фигурки, известные всему миру

Есть британская пословица: «Война – это спорт королей». Это в первую очередь относится к древней игре. Считается, что русское слово «шахматы» персидского происхождения – от слов «шах» и «мат», что переводится дословно как «владыка умер».

Впрочем, знатоки оспаривают эту информацию. В персидском словаре нет слова «мат», которое переводилось бы как «умер». Это слово присутствует в арабском словаре в значении «владыка».

Арабы употребляют слово «шах» аналогичным образом, как русскоговорящие употребляют слова «хан», «раджа», «мандарин» и прочие. Устоявшиеся нормы арабского языка таковы, что фраза «шах умер» переводится не как «шах мат», а как «матааш-шах». Поэтому слово «шахматы» не было напрямую позаимствовано ни из персидского, ни из арабского языка. Такого словосочетания попросту не существовало ни у одного из этих народов.

Еще одним подтверждением данного факта является то, что в обеих языках данная популярная игра имеет созвучное название «штаранг» или «чатранг». Если бы у арабов и персов было свое название, вряд ли бы им пришло в голову заимствовать из индийского языка слово «чатуранга», которое переводится как «четыре рода войск». Но есть такая подсказка. Рассуждая об игре в шахматы, индийцы считали фигуры и доску «шаматхой» – фундаментальной практикой, которая для них является основой ритуальных и созерцательных действий. Возможно, это слово и пришлось по душе нашим далеким предкам, первым русским шахматистам?

В ХХ веке весь мир охватила соревновательная лихорадка. Воевать стало по-настоящему опасно: не ровен час – уничтожишь человечество. Войны превратились в слишком жестокое и сокрушительное дело. И люди придумали себе соревновательное развлечение, заменяющее армейские операции – большой спорт, ставший развитой индустрией.

Миллионы людей следят за ходом боксерских поединков и футбольных чемпионатов, баскетбольных матчей и, конечно, олимпийских игр. Со спортивными успехами связывают патриотические чувства. Ни дня не обходится без спортивных новостей международного значения.

Но началась эта традиция в мире шахмат! Именно шахматисты первыми создали собственную цеховую иерархию с международными гроссмейстерами во главе. И заставили себя уважать! Именно шахматисты первыми стали бороться за мировую чемпионскую корону. Хорошо известно имя первого чемпиона – Вильгельм Стейниц (1836–1900). Свершилось это в 1886 году, а матче с Иоганном Цукертортом. А потом маэстро Стейниц несколько раз защищал своё звание в матчах высшего уровня, в том числе – и с пылким русским гроссмейстером Михаилом Чигориным. Пока не проиграл молодому немцу Эммануилу Ласкеру, ставшему вторым чемпионом мира.

Разумеется, сохранились и записи этих легендарных партий XIX века (как и многих более ранних партий). Ведь шахматисты уже несколько веков основательно заботятся о своей истории и теории. С тех пор традиция мировых чемпионатов по шахматам видоизменялась, знавала кризисные времена, но никогда не прерывалась.

Такого не ведает история других видов спорта! Впрочем, мы уже договорились, что шахматы – это далеко не только спорт. Во некоторых странах (например, на Кубе, в Венгрии, в Армении, в Азербайджане, в Испании) шахматы вошли в обязательную школьную программу. Изучают шахматные премудрости и во многих российских школах. Это неудивительно: наша страна в ХХ веке стала лидером мировых шахмат. И почти все гроссмейстеры на земле прилежно изучали русский язык, чтобы читать советские шахматные книги и журналы…

Почему же именно эта игра так прочно вошла в нашу жизнь? Конечно, на этот вопрос пытались ответить многие. Есть две веские причины. Во-первых, шахматы похожи на жизнь. Они создают узнаваемую модель реальности и готовят нас к испытаниям. А во-вторых – они всё-таки во многом не похожи на жизнь. И погружают нас в особую реальность, из которой иногда не хочется выныривать. К тому же, шахматы – образная игра, каждая фигура – это характер! И каждый игрок может почувствовать себя творцом, воином, императором. Шахматы развивают воображение, пробуждают интерес к истории. История. Это третий немаловажный фактор популярности шахмат. Сама репутация великой игры, её славная летопись – всё это привлекает, пленяет.

Родина шахмат

Как и когда возникли шахматы? Этот вопрос утопает в легендах. Когда речь идёт о древних прообразах великих игр, следы которых находят археологи – мы попадаем в область зыбких предположений. Непросто отличить прашахматы от пранард. Только машина времени могла бы прояснить ситуацию, но она ещё не изобретена.

Родина первоначальной идеи шахмат – Индия. Это мы знаем почти наверняка, хотя словцо «почти» здесь необходимо: сомнения остаются. Скорее всего, из древней Индии шахматы постепенно проникали на Запад – в страны Междуречья, в Персию, и на Восток – в Бирму, Китай, Японию… Каждый народ веками привносил в них какие-то элементы своей культуры, изменялся внешний вид фигур, название игры, но основной принцип оставался тем же – главной фигуре противника, монарху вражеского войска, нужно было объявить мат.

На основы игры, несомненно, повлияли политические обстоятельства того времени. И в Индии, и в Китае, и – тем более – в странах Ближнего Востока конца не было распрям между большими и малыми монархами. Они воевали, пытались расширить пределы своих владений. Игра стала метафорой политических схем, с которыми имел дело каждый стратег. Потому и называют шахматы игрой королей и королем среди игр.

Но еще до появления современных (или почти современных!) шахмат существовали похожие настольные игры, в основе которых также лежала тактика ведения битвы, главной фигурой был шах (полководец), и в помощниках у него было верное войско.

Разберемся. Первым официальным упоминанием о шахматах остается книга, в которой подробным образом расписывается процесс проникновения шахмат из Индии в Персию. Индийцы своими подношениями пытались задобрить персидского царя Хосрова I Ануширавана, правившего Ираном с 531 до 579 года. В книге подробно описывается абсолютно все, что касается шахмат. Особое внимание уделяется терминологии, а также возможностям каждой из фигур.

Следующим письменным документом, описывающим шахматы, является поэма великого персидского поэта Фирдоуси. В своей поэме он детально описывал диковинную вещь, подаренную персидскому царю благодарным индийским народом. Такой диковинкой является «довольно занимательная игра». Вот, что писал сам Фирдоуси: «Среди подарков, подносимых персидскому царю, была вещь довольно занимательная. Это была игра. Она воспроизводила сражение двух армий: черной и белой». Мы еще поговорим подробнее об этой примечательной поэме.

Гарольд Мэррей, английский востоковед и выдающийся историк шахмат, в своем капитальном труде «История шахмат» (1913 г.) даже называет точную дату возникновения шахмат – 570 год н. э. Он утверждает, что до 570 года не было никаких сведений о шахматах, хотя единичные путешественники тех времен подробно описывали Индию, но об этой игре не упоминали.

Впрочем, есть косвенные сведения о существовании подобных игр в Индии и в более раннее время. Где-то в дебрях 700 года встречаются первые упоминания о шахматной игре вслепую, когда мастера не глядели на доску. К несколько более позднему времени относятся сведения о первых турнирах и пространные трактаты о мудрой игре.

Средневековый персидский мыслитель Аль-Бируни в книге «Индия» рассказывает легенду, которая приписывает создание шахмат некоему брамину-математику. Когда правитель, восхищённый стратегической игрой, спросил, чем его наградить за эту замечательную игру, математик ответил: «Давайте положим на первую клетку шахматной доски одно зернышко, на вторую – два, на третью – четыре и так далее. Вот и дайте мне то количество зерна, которое получится, если заполнить все 64 клетки». Правитель обрадовался, полагая что речь идет о 2–3 мешках, но, если подсчитать 2 в 64-й степени – окажется, что это число больше, чем все зерно мира.

Еще существует предание о могущественном индийском правителе, вся мощь армии которого была в особо обученных боевых слонах. С их помощью он уже разбил все соседние армии и основательно заскучал. Как-то раз он объявил, что тот, кто сумеет придумать что-либо мудреное и остроумное, чтобы развлечь и увлечь правителя, получит всё, что только пожелает. И к нему потянулись мудрецы со всех стран, они приносили золотые, алмазные украшения, диковинные цветы и плоды… Но все это было не по душе искушенному владыке. Но как-то раз к нему пришел один небогатый шах. Он пришел с небольшой дощечкой и фигурками, все они были искусно выпилены из дерева. Правитель фыркнул: «Что это еще такое? Я привык к золоту и драгоценным камням, а ты с какими-то деревяшками пришел». «Не в золоте интерес игры, а в мудрости», – отвечал шах. И тут правитель увидел, что фигурки напоминают солдат его армии… Он заинтересовался и согласился посмотреть игру. Шах разъяснил ему, что к чему и завершил свой урок словами: «Твоя армия величественная и непобедимая Юно сможешь ли ты выиграть здесь, на маленькой дощечке, со своим войском, против врага, который будет управлять точно такой же армией». Когда правитель начал играть, он был уверен, что выиграет у шаха с легкостью, однако в первой партии шах победил правителя. Владыка попробовал снова, на этот раз он подолгу обдумывал каждый ход – и одержал победу. После этого ему безумно понравилась новая, невиданная игра. И каждый раз, когда он нападал на вражеского монарха, он произносил «шах», предупреждая, что королю грозит опасность, а когда он побеждал, говорил: «Шаху мат», что означало король умер. Тайны игры передавались из поколения в поколение.

По другому преданию шахматы изобрел один восточный мудрец, которого звали Шишах, и жил он в Вавилоне. При нем сел на престол молодой царь Амольни, который очень угнетал низшие слои общества, особенно крестьян. В наибольшем отчаянии крестьяне обратились к Шишаху, который пользовался большим уважением при дворе, и попросили его о помощи. Они уговаривали его, чтобы мудрец убедил правителя, что и крестьянин является человеком, который заслуживает уважения и милости. Чтобы убедить в этом царя, Шишах изобрел шахматы и научил монарха увлекательной игре. Таким образом он доказал ему, что крестьяне, т. е. пешки на доске, являются самой лучшей охраной царя. Монарх проникся этой идеей и перестал притеснять крестьян, а своего советника щедро наградил.

Есть и такая легенда. Как-то в Индии правил некий мудрый император. Под его властью страна процветала. Было у него два сына. Близнецы, они отличались тем, что любили носить контрастную одежду. Один любил ходить в белой одежде, а другой в черной. Перед смертью мудрый правитель не знал, кому из сыновей передать власть и поделил страну поровну. Но вскоре братья схлестнулись в борьбе за власть. Началась кровопролитная война. Через некоторое время братья поняли, что война бессмысленна, но прекратить ее не могли, потому что тот, кто предложит мир, не сможет стать правителем… Каждый из братьев хотел и помирится, и найти способ стать императором. Как-то раз к ним пришел старичок и сказал, что если они закончат войну, в которой умерло половина Индии, то он покажет им, как честно определить правителя. Братья согласились. Тогда старик достал деревянную дощечку и фигурки черного и белого цвета. Он рассказал братьям правила игры, и началась многодневная бескровная «война», в которой тщательно придумывался каждый ход. Победил «белый» и после этого случая в шахматах белые всегда ходят первыми.

Свой вклад в историю, как обычно, внесли и женщины. Легенда упоминает жену цейлонского короля Равана. Когда в его осажденной столице все уже упали духом и потеряли всякую отвагу, отчаявшийся король решил сдать город врагам. Но жена Равана, королева Раналяну, изобрела шахматную игру, чтобы доказать своему мужу, что он не должен сдаваться врагу, пока не будут исчерпаны все средства обороны, пока останется хотя бы один солдат на доске, пока существует хотя бы слабая надежда победы!

У великого персидского поэта Фирдоуси, творившего около тысячи лет назад, мы можем почерпнуть немало сведений о древних шахматах. В одном индийском царстве жила царица и два ее сына-близнеца Гав и Талханд. Пришло время им царствовать, однако мать не могла решить, кого поставить царем, поскольку любила сыновей одинаково. Тогда царевичи решили, что определить правителя должна честная война. Поле боя выбрали на берегу моря и окружили его рвом с водой. Создали такие условия, чтобы отступать было некуда. Условием турнира было не убить друг друга, а разгромить войско противника. Начался бой, в котором погиб Талханд. Узнав о гибели сына, царица впала в отчаянье. Прибывшего Гава она упрекала в убийстве брата. Однако он ответил, что не причинил телесного вреда брату, тот умер сам от истощения организма. Царица попросила рассказать подробно о том, как происходил бой. Гав с соратниками решили воссоздать поле битвы. Для этого взяли доску, разметили клетки и поместили на нее фигурки, изображавшие воюющих. Противостоящие войска поставили на противоположные стороны и разместили рядами: пехота, конница и опять пехота. В среднем ряду по центру стоял царевич, рядом – его главный помощник, далее по две фигуры слонов, верблюдов, коней и огромных птиц, которых называли Рухами. Двигая разные фигуры, царевич показал матери, как проходила битва. Таким образом, не исключено, что древняя шахматная доска имела 100 клеточек и фигуры на ней стояли в три линии.

Древнейшая форма шахмат – военная игра чатуранга – появилась в первые века нашей эры. В Индии чатурангой назывался строй войска, включавший боевые колесницы (ратха), слонов (хасти), конницу (ашва) и пеших воинов (падати). Игра символизировала битву с участием четырех родов войск, которыми руководил предводитель. Они располагались по углам 64-кпеточной квадратной доски (аштапады), в игре участвовало 4 человека. Движение фигур определялось бросанием костей. Чатуранга существовала в Индии до начала ХХ века и стала со временем называться «чатурраджа» – игра четырех королей; при этом фигуры стали окрашиваться в 4 цвета – черный, красный, желтый и зеленый.

Игра была так широко распространена в Персии, что позором считалось, когда воспитанный человек не умел в нее играть. Игра в шахматы оставила следы в речевых оборотах, в символах и метафорах, в поэзии и прозе того времени.

Преемницей чатуранги стала игра шатранг (чатранг), которая возникла в Центральной Азии в конце 5 – начале б века. Тут в игре участвовали два «лагеря» фигур. Появилась новая фигура, изображавшая советника короля – фарзина. Цель игры – поставить мат королю соперника. Так «игру случая» заменила «игра разума».

Игру полюбили аристократы и монархи. Так, византийский император Никофор в письме к халифу Гаруну аль Рашиду позволил себе сравнение между ферзем на доске и своей предшественницей на престоле, императрицей Ириной.

Игра развивалась медленно, так как только король и конь ходили по современным правилам, диапазон же действия других фигур был крайне ограничен. Например, ферзь двигался только на одно поле по диагонали.

Слона ограничивали в его перемещениях до трех клеток по диагонали, при этом слон мог перескакивать через фигуру. Ладья тоже когда-то передвигалась только на две клетки. С ней случилась интересная метаморфоза. Изначально в Индии в шахматах (вернее, в шатранге) фигурам придавалась форма, которая соответствовала их названиям. Слон был похож на слона, всадник – на всадника, а нынешняя ладья – на громадную мифическую птицу Рух. Но по законам ислама изображение живых существ было запрещено. И арабы – ревностные мусульмане – стали менять облик шахматных фигур. Так от птицы Рух остались небольшие обрубки крыльев в виде выступов наверху четырехугольника. Это символическое изображение сказочной птицы и послужило прообразом современной ладьи. А еще раньше – до птицы Рух – эти крайние клетки на шахматной доске занимали индийские колесницы (ратхи). С этой фигурой произошла любопытная поэтапная трансформация: ратха – птица Рух – ладья.

Со временем ферзь стал главным действующим лицом на шахматной доске. Считается, что примерно в XV веке в шахматах появилась «королева», которая до этого именовалась исключительно ферзем, и не имела той силы, которую дало ей «королевское достоинство». Понятно, что такая реформа произошла не случайно. Это время правления Изабеллы Кастильской, королевы Кастилии и Леона. Именно с ее влиянием и связывают шахматные изменения. Твердая и властная правительница возродила в Испании инквизицию, но при этом покровительствовала Колумбу, начала объединение Испании. Свидетельством политического влияния и сильной власти Изабеллы и стала новая шахматная фигура. Хотя здесь, вероятно, не обошлось и без мистики. В женском образе на доске появилась почти всесильная волшебница, защищающая своего короля.

Христианская церковь негативно относилась к шахматам – как и к любому явлению, которое трудно контролировать и «оцерковить». Шахматы приравнивались к азартным играм и пьянству. Дьявольскую игру пытались искоренить. Но – тщетно. Церковникам удавалось достичь только временного успеха в борьбе с деревянными фигурами.

В 1061 году католический кардинал Дамиани издал указ о запрете игры в шахматы среди духовенства. В своём письме к папе Александру II он назвал шахматы «измышлением дьявола», «игрой непристойной, неприемлемой». Основатель ордена тамплиеров Бернар в 1128 году говорил о необходимости бороться с увлечением шахматами. Французский епископ Аид Сюлли в 1208 году запретил патерам «прикасаться к шахматам и иметь их на дому». Глава реформистского крыла протестантской церкви Ян Гус также был противником шахмат. Под влиянием церковного неприятия запрещали игру в шахматы король польский Казимир II, французский Людовик IX (Святой), английский Эдуард IV.

Но у мудрой игры нашлись и защитники, даже в клерикальной среде. У них имелся аргумент: в шахматах успех зависит не от слепой удачи, а от мастерства. И стяжательский азарт в этой игре – далеко не главное. Да и шахматы с каждым веком становились сложнее и уходили всё дальше от других «настольных» игр.

Средневековой шахматной библией стало сочинение короля Кастилии и Леона Альфонса Мудрого «Книга игр» (Libro de los Juegos) или «Книга шахмат, костей и досок» (Libro de axedrez, dados e tablas), созданная в 1283 году. В этом трактате приведены 103 шахматных позиции, заимствованные преимущественно из арабских источников. В те времена восточные мудрецы ещё превосходили европейцев по шахматным знаниям, но католический мир быстро навёрстывал упущенное.

Шахматы на Руси

На Руси православная церковь тоже запретила игру в шахматы под угрозой отлучения от церкви, что было официально закреплено в кормчей книге 1262 года. На Стоглавом соборе 1551 года «всякое играние в зерни и шахматы и тавлеи» было включено в число «игрищ елинского беснования», а автор «Домостроя» протопоп Сильвестр угрожал тем, кто играет в шахматы:

«Прямо все вкупе будут во аде, а зде прокляты». Однако затея не удалась. Шахматы полюбились и князьям, и самим священнослужителям, и на запрет смотрели сквозь пальцы.

Приблизительно в 820 году шахматы (точнее, арабский шатрандж под среднеазиатским названием «шахмат», в русском языке превратившимся в «шахматы») появились на Руси, придя, как считается, либо прямо из Персии через Кавказ и Хазарский каганат, либо от среднеазиатских народов, через Хорезм. Русское название игры созвучно среднеазиатскому «шахмат», русские названия фигур более всего соответствуют арабским или персидским. Слон и конь – переводы соответствующих арабских терминов, ферзь – созвучно персидскому «фарзин» либо арабскому «фирзан». Ладья, по одному из предположений, получила такое название вследствие того, что соответствующая древняя фигура «рух» изображала мифическую птицу, и была похожа на стилизованное изображение русской ладьи. Сопоставление же русской шахматной терминологии с терминологией Закавказья, Монголии и европейских стран показывает, что ни название игры, ни названия фигур не могли быть заимствованы из этих регионов ни по смыслу, ни по созвучию. А русичи для краткости иногда называли игру еще «шахи» или «шахы».

Изменения в правилах, внесённые европейцами, с некоторым запозданием проникали на Русь, постепенно превратив старые русские шахматы в современные. Считается, что европейский вариант шахматной игры попал в Россию в XI–XIII веке, из Италии, через Польшу. По крайней мере, к XV веку на Руси (а в особенности – при великокняжеском дворе) полюбили хитроумную игру. Союзником шахмат в нашей стране стал климат. Когда еще совершенствоваться в игре, если не долгой и морозной русской зимой, в натопленном помещении?

Археологи постоянно находят на месте древних русских поселений шахматные фигуры. На одном только Неревском раскопе Новгорода археологами было найдено в слоях 13–15 веков множество шахматных фигур, причём в слое 15 века шахматы находятся почти в каждой раскопанной усадьбе. А в 2010 году шахматного короля нашли в слое 14–15 веков в Новгородском Кремле, рядом с резиденцией архиепископа. В Европе в 1393 году Регенсбургский собор изъял шахматы из числа запрещённых игр. В России сведений об официальной отмене церковного запрета на шахматы нет, но по крайней мере с 17–18 века этот запрет фактически не действовал. Играл в шахматы царь Иван Грозный. По преданию, он и умер за шахматной доской. Английский дипломат Джером Горсей так описал этот драматичный час: «Бельский поспешил к царю, который готовился к бане. Около третьего часа дня царь пошел в нее, развлекаясь любимыми песнями, как он привык это делать, вышел около семи, хорошо освеженный. Его перенесли в другую комнату, посадили на постель, он позвал Родиона Биркина, дворянина, своего любимца, и приказал принести шахматы. (Запись на полях рукописи: «[Расставил] все шахматные фигуры, кроме короля, которого он никак не мог поставить на доску».) Он разместил около себя своих слуг, своего главного любимца и Бориса Федоровича Годунова, а также других. Царь был одет в распахнутый халат, полотняную рубаху и чулки; вдруг ослабел и повалился навзничь. Произошло большое замешательство и крик, одни посылали за водкой, другие – в аптеку за ноготковой и розовой водой, а также за его духовником и лекарями. Тем временем он испустил дух». Даже, если эта легенда противоречит действительности, она о многом говорит.

Секретарь английского посольства Джордж Турбервилль заметил в своих стихотворных впечатлениях о России 1568–1569 годов: «Здесь любят шахматы, играть умеет любой, и постоянной своей игрой они достигают большого умения». Как будто в Советском Союзе побывал посланец королевы Елизаветы! «Эти русские превосходно играют в шахматы; наши лучшие игроки перед ними – школьники», – вторил ему в своём «Описании путешествия Голштинского посольства в Московию и Персию» известный немецкий путешественник и дипломат XVII века Адам Олеарий.

Смерть Ивана Грозного за шахматами

При царе Московском Алексее Михайловиче шахматы были распространены среди придворных, умение играть в них считалось важным для дипломатов. В Европе сохранились документы того времени, в которых говорится, что русские посланники знакомы с шахматами и играют в них весьма сильно. Увлекалась шахматами царевна Софья. Постоянно устраивались шахматные поединки и в окружении Петра Великого. Наш первый император, отправляясь в походы, брал с собой не только шахматы, но и двух постоянных партнеров. Увлекалась шахматами и Екатерина II. В 1796 граф А.С. Строганов устроил для Екатерины II и шведского короля Густава IV, гостивших в его загородном дворце, партию живых шахмат. На лугу, где зеленым и желтым дерном выложили «шахматную доску», слуги, переодетые в средневековую одежду, передвигaлиcь в соответствии с ходами шахматной партии. Ещё более страстным шахматистом был Григорий Потёмкин, искавший встреч с сильнейшими мастерами игры, дабы отвлечься от батальных и дипломатических забот. Недаром Александр Васильевич Суворов (тоже не чуравшийся шахмат) писал о нём: «Одной рукой он в шахматы играет, другой рукою он народы покоряет…».

В нашей стране в прошлые века при игре в шахматы иногда увеличивали силу ферзя. Придумали, что ферзь может ходить не только по прямым линиям, но и буквой Г, как конь. В этом случае фигура называлась «ферзью всяческой». И перед началом партии следовало договориться, как будет вестись игра – «ферзью обыкновенной» или «ферзью всяческой». А в зависимости от этого, конечно, менялась и тактика игры!

Спорт и искусство

Современные шахматы оперились в Европе, изначально – в католическом мире – от Италии до Британии. Там же сложилась традиция соревнований, своеобразная спортивная этика игры. Шахматы получили широкий резонанс. Раньше каждая партия была делом двоих соперников, в редких случаях – ещё нескольких помощников и зрителей. Начиная с XVIII века многие партии и матчи были рассчитаны на многочисленную аудиторию. Это изменило характер игры. Она стала еще и своеобразным театром.

Классические шахматы с правилами, к которым мы привыкли, сложились в Европе (главным образом, в Италии) к началу XVI века. Какие шахматные правила, предположительно, появились в те времена? Например, начальный двойной ход пешки. Во-вторых, сильнее стал ферзь. В-третьих, слон (в России его любили и любят называть офицером, а на Западе – епископом) получил право передвигаться по диагонали на неограниченное количество полей, но, в отличие от коня, утратил право перескакивать через фигуры. В XV веке появилась рокировка (итальянское слово!) – единственный шахматный манёвр, при котором одновременно движутся несколько фигур. Это явление шахматной жизни связано с развитием крепостей, с развитием фортификации. Из военной практики эти способы защиты перешли в игру. Шахматы стали острее.

В средневековой Европе

Один из основоположников шахматной мысли – португалец Дамиано, издавший в 1512 году в Риме книгу шахматной мудрости, содержавшую, кроме прочего, такие советы:

«Никакой ход не должен быть делан без цели».

«Не должно играть скоро».

«Когда имеешь в виду хороший ход, то всё-таки посмотри, нет ли ещё лучшего».

«Кто получает вперёд, должен меняться, если при размене ничего не теряет».

Франсуа-Андре Филидор

В XVIII веке в истории игры появился такой яркий мыслитель, как Франсуа-Андре Филидор, выдающийся музыкант и шахматист, разработавший тактику продвижения пешечной цепи. Филидор – это прозвище, которое получил музыкант-вундеркинд Франсуа Андре Даникан, певший и сочинявший псалмы. Филидор – то есть Золотой Мальчик. Местом сбора парижских шахматистов было кафе «Ла Режанс», за столиками которого сражались д’Аламбер, Руссо, Вольтер, Дидро – властители дум того времени, великие философы и писатели. Филидор легко превзошел всех.

Настоящий шахматный исследователь эпохи Просвещения, он сделал для игры больше, чем поколения предшественников. В 1744 году маэстро Филидор дал сеанс одновременной игры на двух досках вслепую. Поклонники игры сочли это настоящим чудом, а Филидора признали несравненным гением! Филидор с легкостью обыгрывал всех сильнейших шахматистов Европы того времени. Как правило, он давал им фору. Считается, что он оставался сильнейшим шахматистом мира более пятидесяти лет. Хотя, вероятно, с этим не согласились бы итальянские шахматные маэстро того времени, никогда не встречавшиеся с Филидором за доской.

Но несомненно, что француз надолго опередил свое время. В 1749 году вышел в свет его знаменитый труд «Анализ шахматной игры», ставший главным шахматным пособием почти на полтора века. Известен афоризм Филидора – не такой уж простой, каким кажется на первый взгляд: «Пешки – душа шахмат, только они создают атаку и защиту, от их хорошего или плохого расположения целиком зависит победа или поражение».

В Лондоне в те годы славился сирийский кудесник Филипп Стамма, много сил отдавший пропаганде шахматной игры. Он написал книгу с завлекательным названием «Опыт шахматной игры, содержащий правила, чтобы хорошо играть и добиваться выгоды посредством тонких ходов, которые можно назвать секретами этой игры». Именно Стамма предложил применять для записи шахматных партий алгебраическую нотацию. Стамма обозначил все фигуры (и вертикали) заглавными латинскими буквами от A до H, а пешки – буквой P. Это новшество быстро себя оправдало. Но Филидор не проигрывал Стамме. Он громил знаменитого лондонского сирийца, как ученика…

В XIX веке стали проводиться международные матчи (с 1821 г.) и турниры (с 1851 г.) по шахматам. Игра набирала популярность. В шахматы играли в кафе, на бульварах, в салонах и театрах. На первом крупном турнире, проходившем в Лондоне в 1851 году, одержал победу немец Адольф Андерсен. Именно он стал неофициальным «шахматным королём», его считали сильнейшим шахматистом мира и основателем комбинационном школы. Впоследствии звание лучшего из лучших с успехом оспорил Пол Морфи (США) – сильнейший шахматист того времени. В 1858 году он разгромил Андерсена со счётом +7–2=2. Но Морфи, как «незаконная комета в кругу расчисленных светил», быстро ушел с шахматной сцены, и терпеливый Андерсен вновь стал первым. Только в 1866 году Вильгельм Стейниц выиграл у Андерсена матч со счётом +8–6 и стал новым «некоронованным королём».

Как мы знаем, он же стал и первым официальным чемпионом мира. Это случилось после победы над Иоганном Цукертортом в первом в истории матче, в соглашении о котором появилось выражение «матч на первенство мира». Таким образом, явочным порядком сложилась система преемственности звания: новым чемпионом мира становился тот, кто выигрывал матч у предыдущего, при этом действующий чемпион оставлял за собой право согласиться на матч или отвергнуть соперника, а также сам определял условия и место проведения матча.

Долго не знал поражений в матчах за шахматную корону победитель Стейница Эмануил Ласкер, сделавший залогом своих побед тонкое понимание психологии противника.

Великими романтиками шахмат были чемпионы 1920-х – 30-х годов – кубинец Хосе-Рауль Капабланка и русский Александр Алехин. Каждый из них заметно обогатил шахматы. Они возвысили игру до уровня искусства.

В предвоенные годы лучшим в мире шахматистом считался Алехин, но по количеству сильных гроссмейстеров лидировали Соединенные Штаты. Это объяснялось тем, что советские шахматисты участвовали в международных турнирах нечасто (хотя ярко!), а в международных командных олимпиадах и шахматных олимпиадах. Шахматам в Штатах покровительствовал миллионер Морис Вертхейм, мечтавший о времени, когда шахматным королем станет американец. Тем сильнее было их удивление, когда осенью 1945 года в радиоматче сборных СССР и США советские шахматисты добились разгромной победы: 15,5–4,5! Михаил Ботвинник тогда дважды победил американского чемпиона Арнольда Денкера, известного в том числе и как рекламное «лицо» сигарет Camel. Победителям украдкой передали слова Сталина: «Молодцы, ребята!». Советская шахматная школа уже тогда была сильнейшей в мире – и неспроста. Всё начинается с массовости… В нашей стране любители совершенствовали шахматное мастерство не только в кафе и в парках культуры, но и в многочисленных кружках, клубах, дворовых сообществах. Шахматистов можно было встретить повсюду. Шахматы имелись во всех гостиницах, самолетах и поездных вагонах. Играй – не хочу.

Александр Алехин

Через год после первого урока американцы решили сразиться с советскими собратьями по игре уже не по радио, а живьем. Они приехали в Советский Союз. Но и новая схватка закончилась победой Ботвинника сотоварищи…

В 1948 году, в матч-турнире, за которым следил весь мир, шахматисты делили наследство умершего Алехина. То есть – сражались за шахматную корону. Сражения проходили в Гааге и Москве. В мае 1948 московский колонный зал Дома союзов долгой овацией приветствовал первого советского чемпиона мира – Ботвинника. И напрасно любители сенсаций толковали, что советские гроссмейстеры «сдавали» партии своему лидеру, чтобы создать ему фору в борьбе с американцами. Главного заокеанского соперника – Самуэля Решевского – Ботвинник уверенно разгромил со счетом 3:1. К этому вряд ли нужно что-то добавлять.

Еще справедливее стали соревнования в послевоенное время, когда за дело взялся Советский Союз. Отныне матчам на первенство мира предшествовал строгий спортивный отбор – межзональные турниры, четвертьфиналы, полуфиналы, финалы претендентов. И, наконец, победитель отбора встречался с действующим королём… За пятьдесят послевоенных лет на шахматном небосклоне взошли отечественные звезды: Михаил Ботвинник, Василий Смыслов, Михаил Таль, Тигран Петросян, Борис Спасский, Анатолий Карпов, Гарри Каспаров… Лишь один иностранец на несколько лет прервал советскую гегемонию – американский виртуоз Бобби Фишер. Но именно в СССР шахматы получили многомиллионную аудиторию и целую армию мастеров. Старинная игра достигла золотого расцвета.

Между прочим, это был важный довод в борьбе идеологий, в соревновании систем. Социалистическая страна доказывала свое интеллектуальное превосходство, которое невозможно подделать. Вместе с успехами в покорении космоса и в классическом искусстве шахматы стали витриной большой страны. И не худшей витриной!

Со второй половины 1970-х шахматный мир целое двадцатилетие пребывал под знаком «К». Анатолий Карпов, Виктор Корчной, Гарри Каспаров боролись за власть в шахматном королевстве – изящно и целеустремленно. Это были изнурительные и великие сражения. Пик всеобщего интереса к шахматным соревнованиям – 1980-е.

Интересное явление – сеансы одновременной игры, знакомые многим из нас по Ильфу и Петрову, которые заставили своего любимого героя – Остапа Бендера – дурачить васюкинских любителей.

Владимир Ленин и Александр Богданов за шахматной игрой в гостях у Максима Горького.

Анатолий Карпов рассказывал о своих «сеансовых» традициях:

«Одну ничью я всегда делаю. Здесь мы расходимся с Каспаровым, который всегда, если возможно, считал необходимым выиграть на сеансе все партии. Но это же не спортивное мероприятие! Конечно, я мог бы напрячься. Но что и кому я этим докажу? Только в уныние всех повергну, что играть не умеют. Выигрываю все, только если очень слабый состав. А так выделяю сильнейшего и играю с ним вничью. И не только у него – у всех участников сеанса настроение другое». Великие чемпионы всегда были еще и великими популяризаторами игры.

Последние 20 лет шахматный мир лихорадит от реформ. Сказался распад Советского Союза, усугубленный недальновидный бунтом четырнадцатого чемпиона мира Гарри Каспарова, который попытался расколоть традицию, отделившись от международной шахматной федерации. Менее фундаментальными стали и матчи за шахматную корону.

Анатолий Карпов

Прав наш чемпион Анатолий Карпов: «Спортивные шахматы в кризисе. Это безусловно. Много, наверное, составляющих, но основное – это грубейшие ошибки, которые были допущены в системе реформирования чемпионата мира. Ясно совершенно, что новые формы, нокаут-системы приносят зачастую случайный результат и публика потеряла к ним интерес. Раньше, даже матчи претендентов были событием, шахматный мир ждал их. Возьмите, хотя бы, мой матч со Спасским в 1974 году. Он вызывал такой же интерес как чемпионат мира, а сейчас даже чемпионат мира не вызывает интерес, поскольку многие шахматисты даже на высоком уровне не могут уследить и не знают даже, кто чемпион мира. Сейчас даже если мы спросим сто гроссмейстеров, то ответит, наверное, только половина».

Остается верить, что эпоха захватывающих и справедливых шахматных сражений еще возобновиться. Основания для надежды есть, они заложены в самой сути великой игры, которая необходима людям. И на новом витке цивилизации будет необходима не менее насущно.

Вокруг шахмат

Начало ХХ века – время «шахматной горячки». Именно тогда, в связи с развитием прессы и транспорта, массовая культура стала по-настоящему массовой и шахматные чемпионы приобрели славу «кинозвёзд». Игра вдохновляла ученых, писателей, художников.

Для писателя Владимира Набокова составление шахматных задач было высшим наслаждением. Многие сюжетные ходы его романов были проекциями шахматных позиций. К шахматам приохотил будущего писателя отец – знаменитый политический деятель Владимир Дмитриевич Набоков. В их доме к древней игре относились с рыцарской любовью. «Набоковский родовой герб изображал собой нечто вроде шашечницы с двумя медведями, держащими ее с двух боков, – приглашение на шахматную партию, у камина, после облавы в майоратском бору», – вспоминал писатель. Да и литературную славу Набокову принес роман «Защита Лужина» – роман в высшей степени шахматный. В его главном герое находили черты Алехина, Стейница, Морфи и других шахматистов. Он одержим игрой, турнирами. Жизнь человека переплетается с шахматными ходами. Сам Набоков играл в кафе, временами – частенько. Встречался за доской и с Алехиным, и с Решевским. Но в турнирах не участвовал: не любил турнирного ажиотажа. Прежде всего, писатель ценил в шахматах возможность выстраивать тайные ловушки, скрытые комбинации – для собственного удовольствия. Потому и стал композитором, а не игроком, хотя роман написал про игрока.

Противостояние. Ботвинник – Смыслов

Набоков пел осанну шахматным композициям: «Шахматные задачи требуют от композитора тех же достоинств, какие характеризуют всякое достойное искусство: оригинальности, изобретательности, сжатости, гармонии, сложности и блестящего притворства. Составление этих загадок из эбена и слоновой кости – сравнительно редкий дар и расточительно бесплодное занятие; но и все искусство бесполезно, и божественно бесполезно, по сравнению с рядом более популярных человеческих стремлений».

Серьезные шахматные баталии требуют полной концентрации умственных и физических сил, спокойных нервов и отточенной фантазии. А как натренирована у шахматистов память! В связи с этим история шахмат хранит немало курьезных историй.

Так, однажды второй чемпион мира по шахматам Эмануэль Ласкер вступил в «алкогольную борьбу» с известным венгерским гроссмейстером Гезой Мароци. Были это, конечно, неофициальные соревнования, а игра на приз мецената. Каждая фигура на шахматной доске – стопка, бокал или даже бутылка со спиртным. Объем и градус напитка зависел от того, какую фигуру он представлял. Чем сильней фигура, тем крепче и больше по литражу пьяные шахматы. В общем, настоящий бар. И все это надо было выпить! Или не все – как игра пойдет. Ведь выпивать следовало убитые фигуры противника. Интересно, как бы вы играли в такие шахматы? Наверняка, кто кого перепьет. А вот Ласкер и тут проявил себя просто и гениально. Уже на третьем ходу он пожертвовал венгру ферзя. А это сильная фигура, поэтому и представляла собой бутылку виски на 200 граммов. Мароци, следуя правилам игры, виски выпил, и Ласкер легко выиграл у захмелевшего венгра.

А этот случай состоялся много лет спустя. В 1972-м году, во время 18-й партии матча на первенство мира с Борисом Спасским в Рейкьявике Бобби Фишер внезапно оторвал свой взгляд от доски и громко произнес:

– Девочка в 12-м ряду, немедленно прекрати сосать леденец!

– Да я только третий и взяла-то! – возразила 8-летняя Астрид Бьерндоттир.

– Не третий, а седьмой, маленькая лгунья! – прервал ее Фишер. – Думаешь, я не считаю?!»

Таковы особенности «шахматного характера».

Впечатляет список всемирно известных людей, увлекавшихся шахматами. Русский писатель Иван Тургенев был одним из сильнейших игроков своего времени – и не только в нашей стране. Любил древнюю игру Николай Чернышевский. Увлекался шахматами и Лев Толстой, хотя и считал, что игра противоречит его принципу «непротивления злу». Посвящал свои досуги шахматам и великий ученый Дмитрий Иванович Менделеев.

Шахматы были единственным не связанным с политикой увлечением Владимира Ленина. Одним из сильнейших игроков-любителей своего времени был композитор Сергей Прокофьев. Ему удавалось оказывать сопротивление даже таким асам, как Алехин и Капабланка!

Конечно, мы не можем всеобъемлюще рассказать о шахматах. Об этой великой игре написаны тысячи мудрых и остроумных книг. И современная система игр не сложилась бы, если бы не многовековая шахматная история… Сражение продолжается. И ему нет предела, как нет предела поиску шахматной истины.

Глава 4. Русские шахматы

Без этой премудрой, хотя и порядком забытой забавы мировая история интеллектуальных игр оказалась бы неполной.

Их традиционно называют «тавлеями» или «таврелями» – от слова «тавро» – то есть, клеймо, изображение. Таврелями принято называть и саму игру, и игровые фигуры.

И в скифских курганах, и в варяжских кладах археологи находят игральные кости с цифрами и знаками на гранях, разноцветный галечник и большие плоские камни, расчерченные в клетку. В Новгородских землях, а также на Черниговщине было найдено немало множество прекрасных изделий для игры в таврели, датированных IX–X в. Похожие кости с изображениями ратников находили и в районе Старой Рязани. Явно всё это – принадлежности одной игры, которая была распространена в наших краях ещё больше тысячи лет назад и впитала традиции разных племен – греков, варягов, славян… Игра в русские шахматы, по всей видимости, упоминается в былинах о Владимире Красное Солнышко и Садко.

Эту игру любили князья, дружинники. Возможно, в нее играли жрецы и она имела сакральный смысл. Популярность игры начала снижаться после принятия христианства. На первых порах церковники особенно рьяно боролись с «языческими» забавами. Неприятие игр сохранялось в церкви и в XVI веке.

Стоглавый собор, состоявшийся во времена Ивана Грозного, запрещал «тавлеи» отдельно от шахмат. То есть, наши предки различали эти игры. Запрет звучал так: «Святаго вселенского шестого собора правило 50 и 51 запрещает всякое играние. Пятьдесятное убо правило собора сего возбраняет играти всем и причетником, и мирским человеком зернью и шахматы, и тавлеями, и влириями, рекше костьми, и прочими таковыми играми. 51 правило всякое играние возбраняет и отметает и причетникам, и простым людем».

Сам Грозный царь любил интеллектуальные игры и тешился ими вволю.

Шахматы на Руси

В XVIII веке классические «индийские» шахматы полностью вытеснили таврели из употребления. А жаль. Игра заслуживает особого внимания. Ведь даже величайший шахматист Анатолий Карпов высоко оценивает эту древнюю игру: «Русские шахматы лишь поверхностно напоминают традиционные (индийские) шахматы, поскольку возможность создавать ударную силу, формируя башни, в корне меняет суть стратегии и тактики игры.

Насколько я могу судить, таврели на порядок сложнее индийских шахмат по набору различных приемов. Эта игра очень динамична, ведь ратники (пешки) приобретают сокрушительную силу, когда на них становятся более сильные фигуры. Практически в один ход скромный ратник может возвыситься до всемогущего князя (ферзя)». Это слова великого чемпиона.

Правила таврелей требуют особого разговора. В основе игра напоминает классические шахматы и русские столбовые шашки. Та же доска, то же расположение фигур, как в индийских шахматах. Но фигуры отличаются.

Фигура Волхв соответствует шахматному королю. Главная фигура на поле. Передвигается по доске по классическим правилам: на одну клетку по горизонтали, вертикали или диагонали.

Русские шахматы

Волхв может образовать башню, если она, конечно, не под ударом фигур противника, но другие фигуры образовать с ним башню не могут, то есть на него сверху вставать нельзя ни своим, ни чужим.

Фигура Князь в русских шахматах соответствует Ферзю в классических. Принцип передвижения тот же. Может сам организовывать башни, но может и попасть в плен. Князь является самой сильной фигурой в таврели, пока в игру не вступает Хелги.

Фигура Ратоборец соответствует ладье в шахматах. Передвигается так же только по горизонтали или вертикали на любое количество клеток. Перепрыгивать через фигуры не может, но может становится на них сверху, тем самым образуя башню, которая будет ходить по его правилам. Участвует в рокировке.

Фигура Лучник, он же слон в классике. Передвигается только по диагоналям. Один лучник – только по черным, другой – только по белым. Может организовывать башни и попадать в плен.

Фигура Всадник соответствует коню в обычных шахматах.

Фигура Ратник соответствует пешке. Настоящий солдат, он ходит только вперед на одну клетку. Если же поле занято своей таврелью, может организовать с ней башню, встав на нее сверху. Брать в плен чужие таврели может только, также, как и пешка в классике, наискосок.

Из исходного положения также может ходить сразу на две клетки вперед. В русских шахматах, также, как и в традиционных, существует понятие – взятие на проходе. Отличие ратника от пешки происходит, когда ратник достигает самой дальней горизонтали от своей исходной позиции. В классике пешка становится дамкой, а в русских шахматах таврель переворачивается и превращается в ту таврель, перед которой он стоял в исходной позиции. Этот символ изображен на его нижней и боковой поверхности. Ратник, достигший самой дальней горизонтали в составе башни, не может быть превращен, если на нем сверху стоит другая таврель. Если на перевернутого ратника ставится своя таврель или таврель противника, то фигура опять становится опять обычным ратником.

Ратник, стоящий в исходном положении перед волхвом, при описанных выше условиях превращается в хелги.

Фигура Хельги – таврель в русских шахматах аналога, которого нет в традиционных шахматных играх. Хельги может стать только ратник, стоящий перед волхвом и впоследствии достигший последней горизонтали. Это самая сильная фигура в Таврели. Ходить может не только как Князь (Ферзь), но еще и как Всадник (Конь). Одной такой фигурой можно поставить мат Волхву (Королю).

Заметные отличия от привычных шахмат, кроме появления Хельги, такие: каждый ратник в начале партии должен быть установлен перед той таврелью, чей символ изображен на нижней и боковой поверхности таврели ратника. У шахматных пешек таких особенностей нет.

Ни одна из таврелей в процессе партии не снимается с игровой доски.

Все таврели могут при своем ходе ставиться на другие таврели (свои или партнера), образуя башни.

Башня может быть перемещена как полностью, так и разделяясь на две части.

Главное принципиальное отличие русской игры в том, что в таврелях невозможно «съедать» фигуры противника. Их только можно брать в плен, образуя башни. Это повышает вариативность игры, вносит сильный элемент неожиданности. Русские шахматы развивают способности не только к логическому, но и к абстрактному мышлению, тренируют интуицию, – ведь в ней невозможно просчитать все варианты, как в индийских шахматах. В них воспитывается особое отношение к риску и к осторожности. Но понять и ощутить это можно только за игровым столом! К сожалению, традиция игры в таврели прервалась надолго – как минимум, на двести лет. конечно, знатоки знали об этой игре, но и они смутно представляли себе древние правила. Только в конце ХХ века ревнители старинной игры решили воссоздать её. Выработали свод правил. Точных свидетельств о древних правилах нет. Действовать приходилось во многом – по аналогии и по наитию.

В 1996 году международный турнир «Московские таврели» вошёл в программу празднования 850-летия Москвы. Возрождение игры поддержал Юрий Лужков.

В 1997 году были созданы Международная и Межрегиональная федерации по русским шахматам. Наладили выпуск таврелей, привлекли энтузиастов.

В наше время проводятся турниры по русским шахматам, в том числе – международные и молодёжные. Издаётся теоретическая литература – хотя она в таврелях менее важна, чем в классических шахматах. Играть в таврели можно и в интернете – и многие с азартом этим занимаются. Конечно, популярность русских шахмат сегодня не столь велика, как нам хотелось бы. Но любители игры говорят: «В русских шахматах действительно нет скучных позиционных партий, которые случаются в индийских, не нужно изучать годами теорию, просто садись и играй!».

Полузабытая игра определённо возрождается, развивается. Иначе и быть не может.

Глава 5. Шахматы Фишера

Один из величайших шахматных чемпионов – американец Бобби Фишер – был личностью крайне эксцентричной. Самолюбие не могло позволить ему не создать на основе древней игры собственные шахматы. Фишеровские. Иногда эту игру называют «Шахматы-960», потому что ее правила допускают 960 различных начальных позиций.

Бобби Фишер

Изменить расстановку шахматных фигур, усилив факторы риска и неожиданности, предлагали некоторые гроссмейстеры и до Фишера. Достаточно назвать чемпиона мира, кубинца Хосе-Рауля Капабланку и советского гроссмейстера, игравшего в финале чемпионата мира – Давида Бронштейна. Но фишеровский вариант стал наиболее популярным. Сказалась слава американского шахматного бунтаря.

Как повысить увлекательность шахмат? За последние века и десятилетия эта великая игра обросла таким количеством теоретических разработок, что, казалось, шахматам грозит «ничейная смерть». Все дебюты проанализированы, ходы просчитаны… А тут еще и умные машины – компьютеры, которые стали обыгрывать даже лучших из лучших. Из игры исчезает импровизация. Соревнование умов зачастую начинается ближе к тридцатому году, а до этого идет розыгрыш заученных схем.

Итак, 19 июня 1996 года в Аргентине, в Буэнос-Айресе 11-й чемпион мира по шахматам Роберт Фишер представил свой вариант модификации правил шахмат. Новая разработка получила его гордое имя – «Fischerandom chess». В России употребляются названия «Фишер-рэндом», «шахматы Фишера», «случайные шахматы», «случайные шахматы Фишера», «СШФ».

Чем же отличаются фишеровы шахматы от привычной классики?

Начальная расстановка фигур выбирается отдельно для каждой партии. Это можно сделать с помощью специальной компьютерной программы «Fischerandom chess computerized shuffler». Программа случайным образом выбирает начальную позицию, соблюдая некоторые ограничения. Во-первых, пешки находятся на тех же позициях, что и в обычных шахматах, своими рядами прикрывая фигуры. Во-вторых, по условиям Фишера, одна ладья обязательно должна находиться слева от короля, другая – справа. Слоны должны находиться на полях разного цвета. После долгих колебаний Фишер решил сохранить принцип симметричности начальных позиций белых и чёрных. Всё это приближает расстановку к классическим шахматам. Но разница всё-таки колоссальная! Только представьте: вместо единственного варианта расстановки – 960! Плюс аж 84 способа рокировки!

При отсутствии компьютерной программы начальную позицию можно выбрать с помощью жребия.

Новая игра открывает новые возможности. В фишеровских шахматах практически невозможно глубоко проанализировать все возможные дебюты, а прорабатывать варианты для каких-то конкретных начальных позиций бессмысленно – ведь нет никакой гарантии, что в реальной партии будет встречена именно эта позиция. Многократный чемпион мира Анатолий Карпов так оценил фишеровский вариант: «Плюс совершенно очевиден: в пору компьютеров Фишер пытается уйти от домашней подготовки и считает, что таким образом он снимает важность набора какой-то команды, работы с компьютером. Собственно, к «шахматам Фишера» готовиться особенно не надо. Эндшпильными позициями и эндшпильными знаниями и в «шахматах Фишера» можно пользоваться и даже с большим успехом. А вот что касается дебютной теории, то здесь, конечно, все ломается. И здесь основные принципы – кто лучше и быстрее понимает и принимает решения, у кого интуиция, кто лучше подготовится к битве. Поэтому готовиться особенно не нужно, главное – быть в отличном состоянии, чтобы голова работала, ноги-руки двигались».

Несколько более скептично настроен другой наш чемпион – Владимир Крамник: «Я немножко поиграл в «Фишер-рэндом». Безусловно, это полностью сбивает дебютную подготовку. Но проблема в том, что теряется некоторая гармония игры. Трудно объяснить это словами, но, когда в начальной позиции слон стоит на h8, конь на g8 и ладья на f8, то теряется ощущение эстетики шахмат. Кстати, я спрашивал шахматистов – у многих возникает то же ощущение: что-то «не то», как-то некрасиво… Да и любители привыкли к красоте взаимодействия фигур при обычной начальной расстановке».

Но главное, чему учат фишеровские шахматы – это умению быстро ориентироваться в совершенно незнакомых для себя и, как правило, весьма экзотических позициях. Впрочем, в миттельшпиле и особенно эндшпиле практически никакой разницы между шахматами Фишера и классическими шахматами нет. К третьему десятку ходов позиция приобретает узнаваемый классический вид. Словом, игра не догматичная и азартная и при этом – по-шахматному интеллектуальная.

Шахматы-960 – это не просто «шутка гения». Многие серьезные шахматисты и ценители игры приветствовали идею Фишера как попытку освежить древнюю игру в ХХI веке, приспособить её к условиям компьютерного владычества. Даже постаревший гроссмейстер Давид Бронштейн, не раз предлагавший нечто похожее, поддерживал вариант Фишера. С конца 1990-х проводятся турниры по фишеровским шахматам – и турниры весьма представительные, с солидным призовым фондом. В них с удовольствием принимают участие сильнейшие «классические» гроссмейстеры вплоть до нынешнего непобеждённого чемпиона мира Магнуса Карлсена.

В 2003 году состоялся первый матч на первенство мира по шахматам Фишера между победителями двух важных «фишеровских» турниров – Петером Леко и Петром Свидлером. Победил многократный чемпион России по классическим шахматам Свидлер, со счётом 4½:3½.

Шахматисты стараются вырваться из плена теории, уйти от проторенных дебютных дорожек. А ореол скандальной славы Фишера, несомненно, способствует популярности этой новейшей модификации шахмат. Всё это вряд ли представляет опасность для классических шахмат. Их гармония проверена веками. Но от могучего дерева вырастают затейливые ответвления.

Художники запечатлели для нас разные эпохи развития шахмат за последние три века.

В шахматы играли и ради забавы, и на деньги, и из спортивного азарта. Игру превратили и в науку, и в искусство.

Но самая интересная глава в истории древней игры – советская. Её никогда не забудут.

Глава 6. Шашки наголо

Жизнь – хитрая штука. Когда у тебя на руках все карты, она внезапно предлагает сыграть в шашки.

Вроде бы, простая игра. Совсем простая. Достаточно знать две – три комбинации – и ты будешь почти непобедим. Почти! Простота шашек обманчива. Найти тропинку к победе, не располагая богатством выбора вариантов непросто – и борьба в шашках идет острая. Да и так ли мало этих комбинаций? Одна из лучших книг по теории шашек блещет подзаголовком «3333 примера тактики в русских шашках». 3333! И это не только для красного словца.

Шашки – одна из любимых игр советских людей

«Сем-ка я, – подумал про себя Чичиков, – сыграю с ним в шашки! В шашки игрывал я недурно, а на штуки ему здесь трудно подняться».

– Изволь, так и быть, в шашки сыграю.

– Души идут в ста рублях!

– Зачем же? довольно, если пойдут в пятидесяти.

– Нет, что ж за куш пятьдесят? Лучше ж в эту сумму я включу тебе какого-нибудь щенка средней руки или золотую печатку к часам.

– Ну, изволь! – сказал Чичиков.

– Сколько же ты мне дашь вперед? – сказал Ноздрев.

– Это с какой стати? Конечно, ничего.

– По крайней мере пусть будут мои два хода.

– Не хочу, я сам плохо играю.

– Знаем мы вас, как вы плохо играете! – сказал Ноздрев, выступая шашкой.

– Давненько не брал я в руки шашек! – говорил Чичиков, подвигая тоже шашку.

– Знаем мы вас, как вы плохо играете! – сказал Ноздрев, выступая шашкой.

– Давненько не брал я в руки шашек! – говорил Чичиков, подвигая шашку.

– Знаем мы вас, как вы плохо играете! – сказал Ноздрев, подвигая шашку, да в то же самое время подвинул обшлагом рукава и другую шашку.

– Давненько не брал я в руки!.. Э, э! это, брат, что? отсади-ка ее назад! – говорил Чичиков.

– Кого?

– Да шашку-то, – сказал Чичиков и в то же время увидел перед самым носом своим другую, которая, как казалось, пробиралась в дамки; откуда она взялась это один только бог знал. – Нет, – сказал Чичиков, вставши из-за стола, – с тобой нет никакой возможности играть! Этак не ходят, по три шашки вдруг!

– Отчего ж по три? Это по ошибке. Одна подвинулась нечаянно, я ее отодвину, изволь.

– А другая-то откуда взялась?

– Какая другая?

– А вот эта, что пробирается в дамки?

– Вот тебе на, будто не помнишь!

– Нет, брат, я все ходы считал и все помню; ты ее только теперь пристроил. Ей место вон где!

– Как, где место? – сказал Ноздрев, покрасневши. – Да, ты, брат, как я вижу, сочинитель!

– Нет, брат, это, кажется, ты сочинитель, да только неудачно.

– За кого ж ты меня почитаешь? – говорил Ноздрев. – Стану я разве плутоватать?

– Я тебя ни за кого не почитаю, но только играть с этих пор никогда не буду.

– Нет, ты не можешь отказаться, – говорил Ноздрев, горячась, – игра начата!

– Я имею право отказаться, потому что ты не так играешь, как прилично честному человеку.

– Нет, врешь, ты этого не можешь сказать!

– Нет, брат, сам ты врешь!

– Я не плутовал, а ты отказаться не можешь, ты должен кончить партию!

– Этого ты меня не заставишь сделать, – сказал Чичиков хладнокровно и, подошедши к доске, смешал шашки».

Этот эпизод из поэмы Николая Васильевича Гоголя «Мёртвые души» помнят многие. Писатель явно знал толк в этой игре. Игрывал в шашки и Александр Сергеевич Пушкин. Любил эту игру и наш великий бунтовщик – донской казак Емельян Иванович Пугачёв, не без успеха выдававший себя за спасшегося императора Петра III. «Главное в шашках – пройти в дамки! Дамка – она всему полю хозяин!», – резонно рассуждал Пугачёв. В конце концов «дамка» – императрица Екатерина II – и довела его до плахи. В жизни всё сложнее, чем на шашечной доске.

Да, на Руси шашки были популярной забавой. Некоторые шашечные термины стали расхожими крылатыми выражениями – например, «Выйти в дамки». И шутки на шашечную тему читатели понимали с полуслова. В шашки в России умел играть едва ли не каждый мальчишка. Недаром ходит такая шутка:

«– Сколько нужно времени, чтобы научиться играть в шашки?

– Это зависит от наличия у вас таланта, воли, сообразительности…

– А если у меня нет таких качеств?

– Пять минут».

Да и в наше время во многих странах Европы шашки считают русской игрой. Русской и никакой иной. Хотя история этой древней настольной игры переносит нас на Восток. Или в Древнюю Элладу. Сохранился миф о том, как бог Гермес, придумавший эту игру, предложил богине Луне играть с ним в шашки с тем условием, что в случае проигрыша он получит от Луны пять дней. Одержав победу, Гермес прибавил эти пять дней к тем 360 дням, которые до этого составляли год.

Самое древнее изображение, в котором угадываются игроки в шашки, относится к эпохе Древнего Египта.

Скорее всего, различные игры шашечного типа изобретались на протяжении истории человечества многократно и независимо. В разные времена, начиная с глубокой древности. У шашек общие исторические корни с такими играми, как нарды и сенет. Принципиальное отличие шашечных игр от игр в нарды – отсутствие игральных костей. Шашки – противостояние умов. Фактор случайности, игра судьбы – всё это отброшено вместе с «волшебными кубиками». Конечно, и в шашках важную роль играют зевки, невынужденные ошибки игроков. Это тоже – фактор случайности. Но все-таки он не так весом, как в нардах.

Шашки полюбились скифам и славянам. И русские, и поляки создавали собственные системы игры, построенные на сложных комбинациях ходов. У римлян игра называлась «латрункули» и происходило от слова «латро» – воин. Немцы, французы и другие народы называли ее иначе, но в каждом из этих языков прослеживалось слово «дама», «дамка». В средневековой Европе умение играть в шашки считалось одной из рыцарских добродетелей. Играют в шашки в «Декамероне» Боккаччо и в «Дон Кихоте» Сервантеса – в классических книгах эпохи Возрождения. И церковь относилась к шашкам не столь агрессивно, как к шахматам и нардам, не говоря о картах… Неслучайно шашечные баталии так любили изображать итальянские и французские художники. Есть в них и дух соревнования, и некая умиротворенность, которой лишены карты и шахматы. Там всё серьезнее и напряжённее, а в шашки, как правило, играют всё-таки «от безделья». А лучше сказать – от божественного ничегонеделанья.

Говорят, что Наполеон шахматам предпочитал шашки, черпая в этой игре идеи для тактики ведения боя. Ему нравилось, что в шашках невозможно отступление. Только атака, только экспансия, только – вперед! Прямолинейно? Зато какая закалка для характера. Да, это игра для решительных, уверенных в себе и целеустремленных людей. Есть рассуждения о шашках и у Льва Николаевича Толстого, сравнивавшего эту игру с военной тактикой.

Ещё одна категория шашечных игр развилась на Востоке. В этих играх шашки не двигаются, а лишь выставляются на доску, образуя те или иные развивающиеся конфигурации, между которыми идёт соревнование.

В наше время существует несколько разновидностей игры в шашки. Мы о них поговорим. Но основные правила действительны для всех вариантов.

– Все шашки, участвующие в партии, выставляются перед началом игры на доску. Далее они передвигаются по полям доски и могут быть сняты с неё в случае боя шашкой противника.

– Брать шашку, находящуюся под боем, обязательно.

– Существует только два вида шашек: простые и дамки. В начале партии все шашки простые. Простая шашка может превратиться в дамку, если она достигнет последнего противоположного горизонтального ряда доски (дамочного поля).

– Простые шашки ходят только вперёд на следующее поле. Дамки могут ходить и вперёд, и назад.

Первый чемпионат России по шашкам прошел в 1896 году. Бессменным чемпионом долгие годы был Сергей Андреевич Воронцов – один из столпов шашечного искусства. Он и в семидесятилетнем возрасте, уже в советское время, выигрывал чемпионат Москвы, взламывая защиту молодых, способных шашистов.

В России наиболее популярны так называемые русские шашки. Скорее всего, и вы, дорогие друзья, играли именно в них. Основные отличия русской версии старинной игры таковы:

– Шашки ходят только по клеткам тёмного цвета.

– Доска расположена так, чтобы угловое поле внизу слева со стороны игрока было тёмным.

– Простая шашка бьёт вперёд и назад, дамка ходит и бьёт на любое поле диагонали.

– Во время боя простая шашка может превратиться в дамку и сразу продолжить бой по правилам дамки.

– При наличии нескольких вариантов боя можно выбрать любой из них.

Первый чемпионат мира по международным шашкам состоялся в 1894 году. Его выиграл француз Исидор Вейс, удерживавший своё звание в течение восемнадцати лет. Игра была наиболее распространена во Франции и Нидерландах, на протяжении почти шестидесяти лет представители этих стран становились чемпионами мира. Созданная в 1947 году Международная федерация шашек (ФМЖД) проводит с 1948 года чемпионаты мира, имеющие официальный статус. Чемпионаты мира среди женщин стали проводиться с 1973 года. Для проведения соревнований на 64-клеточной доске во Всемирной федерации шашек была выделена отдельная секция – Секция-64, которая стала заниматься организацией личных и командных чемпионатов мира и Европы, а также молодёжных чемпионатов мира и Европы. С 1985 года проводятся чемпионаты мира по бразильским, а с 1993 года по русским шашкам среди мужчин и среди женщин.

Достаточно популярны в мире английские шахматы – чекерс. Их отличие от русских шахмат – в некоторых нюансах:

– Первый ход делают чёрные.

– Простые шашки могут бить только вперёд.

– Дамка может ходить на одно поле по диагонали вперёд или назад, при взятии ходит только через одно поле в любую сторону, а не на любое поле диагонали, как в русских или международных шашках.

Русские шахматы интереснее, в них возможна более гибкая и разнообразная тактика.

Но особенно «авторитетны» чемпионаты мира по международным шашкам. В них используется доска 10×10 клеток. У каждого игрока в начальной позиции по 20 шашек, которые занимают первые четыре ряда с каждой стороны. Правила игры сходны с правилами русских шашек, отличия заключаются в некоторых правилах боя (при возможности нескольких вариантов взятия обязательно бить максимально возможное количество шашек) и признания окончаний ничейными. Чтобы уменьшить количество ничейных исходов, в правила игры внесли двухходовый запрет – таким образом, первые 2 хода выбираются случайно. Позднее, в 1934 году ввели и правило трехходового запрета, в котором первые 3 хода выбирались случайно, но уже из списка допустимых комбинаций.

Среди легендарных чемпионов мира по международным шашкам выделяются французы Исидор Вейс и Морис Райхенбах, голландцы Пит Розенбург и Харм Вирсма. С 1958 года инициативу в международных соревнованиях перехватили советские шашисты. Первым нашим чемпионом мира был Исай Куперман, выигрывавший мировые первенства семь раз – с 1958-го по 1974-й. Десятикратным чемпионом мира стал уникальный шашист Алексей Чижов, который еще продолжает выступления. Действующим чемпионом мира является опять-таки российский гроссмейстер Александр Шварцман.

Такой успех неслучаен. В СССР шашки стали массовым явлением. Государство поддерживало интеллектуальные игры. В ходу был принцип: «в каждой избе-читальне, в каждом заводском клубе рядом с газетой должны быть шахматы и шашки». К концу 1940 года в стране насчитывалось более 100 тысяч шашистов, из них около четырехсот – кандидаты в мастера и перворазрядники, 42 мастера. А к 1960-м шашистов в Советском Союзе было более миллиона! Среди них – лучшие в мире мастера игры.

Почему русские люди так любят шашки? Эта игра проще шахмат. Проще и динамичнее. Можно сравнительно быстро сыграть несколько партий. И вовсе необязательно изучать при этом тома теоретических разработок, достаточно одной-двух книг. События на доске меняются молниеносно. Игра держит соперников в напряжении от начала и до конца. Впрочем, популярность шашек никогда не шла в ущерб шахматам. Там – и философия, и история. А шашки – в первую очередь, забава.

И вот что поучительно. У каждого народа имеется свой вариант шашечной игры. Их объединяет единственный главный принцип: в шашках отсутствует иерархия фигур. Все шашки равны! У шашек равные возможности пройти в дамки. В этом – внутренний демократизм игры.

Полюбили в России шашки, давно и преданно. И, хотя в последние годы популярность игры несколько ослабла, с этим увлечением мы уже не расстанемся. Оно – часть нашей истории и культуры. А все-таки – давненько мы не брали в руки шашек…

Pulsuz fraqment bitdi.