Kitabı oxu: «Сердце рока»
Иллюстрация на обложке inlunaveritas
Иллюстрации Елены Поповой и Катерины Косьяновой
© Айли Фриман, 2026
© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026
* * *
Посвящается всем, кто верит, что из осколков можно собрать целое, кто ищет свое место в этом мире и находит его там, где звучит музыка, бьется ритм и живут настоящие чувства.
Думаю, что барабаны – это сердце группы. Если они не бьются, ничего не происходит.
Джон Бонэм
Плейлист
Nirvana «Smells Like Teen Spirit»
Animal Джаz «Чувства»
Three Days Grace «A Scar Is Born»
Свят «Не беспокойся, дорогая»
Coldplay «Yellow»
Нервы «Счастье»
Black Veil Brides «The Vengeance»
ВЕЛЬВЕТ «Бей в барабаны»
Свят «Все будет хорошо»
Flyleaf «Fire Fire»
Клава Кока «Катастрофа»
MBAND «Подними глаза»
Metallica «Enter Sandman»
Алан Черкасов «Моя»
MBAND «Дружба наша вечна»
Skillet «Monster»
TSOY «Одеяльная»
The Rasmus «Save Me Once Again»
TSOY «Демон и Ангел»
Imagine dragons «Believer»
Саша Санта «Идеальна только ты»
Skillet «Save Me»
MBAND «Правильная девочка»
Саша Санта «Счастливыми»
TALIA, ЕГОР НАТС «Невыносимо»
Артем Пиндюра «Не сдавайся»
Бонд с кнопкой «Кухни»
NADИ «Солнце»
Гагик Езакян «По Москве ночной»
Глава 1. Марк
Я принялся ловко крутить палочки, когда все инструменты затихли, а яркий луч прожектора сделал акцент на мне в центре огромной сцены. Через несколько секунд барабанная установка задрожала от ритмов. Если бы меня попросили описать мою игру в трех словах, я бы сказал: «динамичность», «громкость» и… «эндорфины». Да-да, наверняка все слышали, что эндорфины – это гормоны счастья. Уже после нескольких ритмически сложных ударов я ощутил абсолютный кайф – произошел тот самый выброс эндорфинов в кровь. Именно здесь и сейчас я жил, на сцене, вместе с музыкой, звучащей из мощных динамиков, возбужденный драйвом до предела, под крики многотысячной толпы.
Немыслимый барабанный ритм кружил голову, и я крутил ею так, что мои длинные волосы взметались в такт ударам. Вот-вот начнется соло на электрогитаре, потом бас возьмет первенство и в завершение вступят клавишные, и снова грохот барабанов вместе со стуком моего сердца разнесется по всему зрительному залу. Да, сегодня наше выступление запомнится каждому.
Энергично отыграть целый концерт, каждый раз взвинчивая напряжение под роковые ритмы, – физически тяжело, но это того стоит. К тому же в конце выступления я был всегда психологически разгружен.
Вот уже третий год я – барабанщик в группе Freedom Fly. Ее сердце и пульс. Наш фронтмен, вокалист и гитарист Гедеон, бас-гитарист Савелий и клавишник Ден – все они стали для меня настоящей музыкальной семьей. И, знаете, в отличие от предыдущей группы, в которой я тоже был барабанщиком, сейчас я не смотрю только на задницу вокалиста, который перекрывает меня. Здесь я не в тени. Минутка славы достается каждому.
Напоследок улыбнувшись, я бросил палочки в толпу возбужденных фанатов и скрылся за кулисами вслед за товарищами. Мы прошли в гримерку, где на входе стоял наш музыкальный менеджер Владислав и ободряюще улыбался нам.
– Совсем скоро у вас будет большой концерт, – напомнил он с довольным видом. – Хороший сегодня вышел разогрев, парни.
– А это тебе для разогрева! – С этими словами Ден, вечный сердцеед, вдруг бросил женский бюстгальтер, который прихватил с собой со сцены, прямо в руки нашему менеджеру. Тот поморщился и с пренебрежением отбросил этот сомнительный трофей в сторону. – Я когда-нибудь увижу тебя с девушкой, Влад?
– Я женат на своей работе, – пробурчал Владислав.
– Не говорите мне про женитьбу! – раздался рядом голос Савелия. – Я сразу начинаю нервничать – всего три месяца осталось!
Да, наш басист скоро запутается в сетях брака, но нервничать он начинал только от счастья. Мы все были рады, что Савелий нашел свою вторую половинку, но любили подшутить над его переживаниями по поводу предстоящей свадьбы.
Ден хлопнул меня по плечу и протянул руку ладонью вверх.
– С тебя пятихатка. Я был прав, – весело проговорил он.
И почему я был совсем не удивлен? Я вытащил из бумажника купюру и вручил ее Дену.
– На что вы опять спорили? – со смешком спросил Гедеон.
– На то, что Савелий вечером скажет что-нибудь про свою свадьбу, – улыбнулся я. – Черт, я проиграл. Думал, что хотя бы сегодня не услышу причитаний Савелия.
– Пошли вы в задницу. Хватит спорить на меня каждый раз, паршивцы. – Савелий с недовольным видом толкнул меня в плечо, а потом дал подзатыльник Дену.
Дружеская идиллия сотого уровня. На самом деле. Без капли иронии.
Вместе мы покоряем вершины успеха. О нас все говорят, нас все знают, на нас многие равняются. Мы даем слушателям накал эмоций в каждой строчке наших песен. А еще моя жизнь наконец-то стабильна и наполнена бесконечным творчеством. Но так было не всегда.
Глава 2. Марк
Три с половиной года назад
– Ты сейчас серьезно? – Я посмотрел на Альберта, не веря его словам.
– Прости, приятель. Знаю, надо было сообщить тебе раньше, но так получилось. – Альберт, наш фронтмен и гитарист, поджал губы, а затем ободряюще положил руку мне на плечо. Я тут же брезгливо скинул его ладонь, развернувшись к остальным парням, которые застыли с непроницаемыми лицами. Трое участников нашей группы, вместе с которыми мы на протяжении двух лет шли к общим мечтам.
– То есть ты вот так просто ставишь меня перед фактом?! – Я взорвался, чувствуя, как кровь запульсировала в висках. Альберт только что сообщил мне, что с завтрашнего дня наша группа официально перестает существовать. Он преподнес эту новость беспечно, словно сказал о том, что закачивается срок действия какого-то скидочного купона, который дали в магазине. Будто это было в порядке вещей – вываливать подобную новость, едва мы прошли в гримерку, классно отыграв концерт в клубе.
– Марк, так сложились обстоятельства. Нам с братом нужно срочно уехать.
– Подожди. – Я нервно рассмеялся, оглядывая каждого из братьев.
Два близнеца, Альберт и Арсений, отвечавшие в группе за вокал, а также за ритм-гитару и соло-гитару, потупили взгляд. Стоявший рядом басист Саша тоже прятал глаза.
Все они уже давно были в курсе, что наша группа развалится к чертям собачьим. Все, кроме меня.
– Вы, наверное, просто разыгрываете меня. Это злая шутка, ведь так? – Я просто отказывался верить в это.
– Марк, – Альберт шагнул ко мне. – Мы до последнего не знали, что так получится. Прости, бро.
– Вы все знали, – растерянно бросил я. – А что с двумя концертами, которые мы запланировали в следующем месяце?
– Их придется отменить. Я уже обо всем позаботился.
Я ощутил себя так, словно падал с головокружительной высоты.
– Вы все обо всем позаботились, но никто не сообщил мне, чтобы я тоже мог позаботиться о себе, черт возьми! Я рассчитывал на эти концерты, мне нужны деньги!
Альберт молча протянул мне конверт.
– Это твоя часть плюс небольшой бонус в виде извинения. Надеюсь, хватит на пару месяцев, чтобы мы все расстались по-хорошему.
Я схватил конверт и не глядя небрежно сунул в задний карман.
– Вы, конечно, хорошо устроились, перебегая в новую группу, но что теперь будет с нашей?
– Вы с Сашкой можете найти новых участников и продолжить выступать.
Басист Сашка всегда был самым слабым звеном в коллективе.
– Я тоже ухожу. – Саша посмотрел на меня и вымученно улыбнулся. – Отец давно уже говорил, что может устроить меня в оркестр неоклассики. Попробую свои силы там.
Таким образом, наша группа полностью и бесповоротно развалилась. А я оказался как рыба, неожиданно выброшенная на берег.
– Марк, да все будет нормально. Я уверен, что ты что-нибудь придумаешь. – Арсений попытался меня поддержать, но его усмешка произвела обратный эффект.
«Что-нибудь придумаешь», – прокрутил я его слова в сознании.
Я отдавал всего себя группе, вкладывал душу и сердце в каждый проект, каждую репетицию. Но люди, которых я считал лучшими друзьями, так низко обошлись со мной. Я верил в них, верил в наше общее будущее, а они предали. Они не нашли времени или же смелости заранее сообщить о распаде. И именно это ранило до глубины души. Как нож, вонзившийся в самое сердце.
Какая-то быстро набирающая популярность зарубежная группа предложила им по знакомству место гитаристов в своем гастролирующем по Европе коллективе, и братья решили не упускать этот шанс. Но только долго ли они в ней продержатся?
Мои планы рухнули и разбились вдребезги. Мне нужно было все начинать сначала. Я только-только выбрался из этого мрака бедности, как он снова тянул меня обратно.
Бросив на парней разочарованный взгляд, я схватил свою кожаную куртку, накинул ее и переложил конверт с деньгами во внутренний карман.
* * *
– Как отыграли? – спросил отец, едва я вернулся домой.
– Как в последний раз, – с горечью пробурчал я, с треском захлопывая дверь.
– Ну молодцы, – безэмоционально промычал он, пошатываясь.
Отец опять напился как свинья. Я посмотрел в его изможденное лицо. Кожа имела сероватый оттенок с румянцем на щеках, а под глазами залегли глубокие тени. Взъерошенные волосы добавляли еще большего беспорядка и без того неопрятному образу. Единственное, что было общего у нас, – это глаза теплого карего оттенка.
Сняв кроссовки и куртку, я прошел в крошечную квартиру и открыл окно. Здесь опять все провоняло алкоголем, который отец влил в себя. Я в ярости пнул пустую пивную банку, оказавшуюся под ногами.
– Раз денег заработал, не забудь оплатить счета, их вон уже сколько скопилось, даже предупреждения пришли, – сообщил отец, а затем зашлепал босыми ногами в кухню за очередной порцией выпивки.
Я тяжело вздохнул, провожая его взглядом. Как же мне все это осточертело. Деньги – вечная проблема, а от отца никакого толку. Но он – моя единственная семья.
Схватив куртку с крючка, я достал с полки шлем и хлопнул дверью. Ничто сейчас не могло успокоить мне нервы так, как гонка с ветром. Мотоцикл был еще одной моей душевной разрядкой наряду с ударной установкой.
Я вернулся домой поздно ночью. Завтра будет новый день, и я что-нибудь придумаю. Мне казалось, все не так страшно, пока не обнаружил, что умудрился потерять где-то конверт с деньгами, который забыл вытащить из внутреннего кармана куртки. Уверен, что его выкрала одна из ночных бабочек, настойчиво клеившихся ко мне в парке. Одна из них так и лезла обниматься. И как я только не заметил пропажу?!
Там была чертова куча денег. Провал, полный провал. Я снова распахнул дверь и выбежал на улицу, словно задыхаясь в этой квартире. Прерывисто втягивая холодный воздух, почувствовал, что глаза затуманились слезами. Я так чертовски устал думать, как прожить каждый новый день и из каких средств оплачивать счета. Почти весь заработок уходил на еду и колледж, где я учился на техника-механика.
Но теперь у меня не было моей группы, в которую я свято верил. Из-за того, что мы начали пробиваться на серьезную музыкальную арену и один из наших синглов имел все шансы стать успешным, я уволился с должности бармена, чтобы заниматься музыкальной карьерой. А теперь у меня не осталось ничего. Мне срочно нужно было устроиться на какую-нибудь работу, окончить колледж, а потом разобраться, что делать с барабанами.
Я достал сигарету и покрутил между пальцами. Так давно хотел бросить эту вредную привычку. Но не сегодня. Сделав затяжку, я медленно выдохнул, стараясь прогнать тревогу.
* * *
На протяжении двух следующих недель я жил в настоящем аду. Я боролся не только за свое место в этом мире, но и за любовь. Узнав о распаде группы, моя девушка вдруг решила, что я ей больше не интересен.
Мы встречались около года, и у меня к ней были глубокие чувства, но барабанщик без группы в один миг стал ей не нужен. Она не дала никакого шанса снова встать на ноги и, не раздумывая, упорхнула искать более достойную, на ее взгляд, партию. Боль от расставания долго точила меня изнутри, а осознание того, что чувства девушки оказались неискренними, в очередной раз пошатнули мою веру в любовь.
Еще я понял, как тяжело найти работу. Вообще любую. В конце концов мне удалось устроиться автомойщиком неподалеку от дома, а еще взять подработку курьером – доставлять пиццу на мотоцикле. Я чувствовал себя невероятно жалким, особенно когда мне пришлось упаковать по коробкам ударную установку и сложить огромной кучей на балконе. На барабаны времени совсем не оставалось, хотя душа молила о сцене. Пропасть между мной и музыкой становилась все больше.
Я мог бы выступать на улице для души, а также для того, чтобы совсем не растерять навык, но стоял уже конец осени и совсем скоро незаметно подберется зима. Нужно было еще поменять вконец расшатанные окна в квартире, иначе мы в морозы просто окоченеем. Когда-нибудь я уеду из этой квартиры от отца-пьяницы и начну новую жизнь.
Недавно он опять нашел мою последнюю заначку и спустил в картежной игре с собутыльниками во дворе. Я тысячу раз пытался бросить все к чертям. Не раз доходил до точки кипения, срывался и на бешеной скорости уезжал в закат, думая, что никогда не вернусь в эту дыру. Но каждый раз возвращался, осознавая, что без меня отец просто не выживет. Я оставался рядом с ним, стараясь сохранить остатки надежды.
Я задыхался от такой жизни. Жизни, в которой у меня больше не было музыки. Но я сделал целых пять попыток вернуть ее: сходил на прослушивания в три начинающие группы, одну крутую рок-банду (наивно было полагать, что меня туда возьмут) и еще посетил школу барабанов в надежде устроиться преподавателем. Что ж, никуда меня не взяли. И, вкалывая на двух работах и сдавая череду зачетов с экзаменами, я забыл о барабанах до третьего марта.
– Девятнадцать? – спросил меня отец в этот день. Удивительно, что он помнил.
– Да, – подтвердил я.
Мой день рождения. И я решил, что проживу этот день так, как хочу больше всего. Я вывез ударную установку в парк, подключил микрофоны, колонки и наконец-то позволил ритму управлять моим телом.
Моя игра напоминала пробуждение как после долгой спячки. Ощущение, которое я вновь испытал и безумно желал. Все эти эмоции были сродни очищению. Здесь, в центре парка, возле пока не работающего фонтана, я был настоящим. В окружении музыки и творчества, наполнявшего сердце до краев, я почувствовал себя богатым и решил, что каждые выходные буду посвящать себя музыке, чего бы мне это ни стоило. Еще это был неплохой способ немного подзаработать, занимаясь любимым делом. Некоторые прохожие охотно бросали деньги в мою перевернутую шляпу, заряжаясь драйвом.
* * *
В следующую пятницу, невзирая на прохладу и слякоть, я снова устроил настоящее барабанное шоу в парке. У меня оставалось всего два часа свободного времени, после чего я должен был заняться курьерской доставкой, а ближе к вечеру предстояла смена в душной автомойке.
Мое напористое и агрессивное барабанное соло так и называлось – «свобода». Возможность погрузиться хоть ненадолго в мир музыки и проникнуть в сердца слушателей была моей отдушиной. Чувство восхищения собственной игрой затмевало все вокруг. Энергичная дробь в конце моей композиции впечатлила уличную публику, обступившую меня полукругом. Я сделал последние ритмичные удары по мембране барабана, а потом с широкой улыбкой подкинул палочки в руках. Мне всегда удавалось ловко проделывать этот фокус, но в этот раз одна из палочек подскочила под неверным углом и улетела вперед, прямо под ноги какому-то парню, который внимательно наблюдал за моей игрой на протяжении десяти минут, а затем шагнул вперед.
Вот черт. Довыпенривался. Просто давно не практиковался.
Парень наклонился и поднял палочку, после чего протянул ее мне. Я окинул его внимательным взглядом. Какой-то богатенький прожигатель жизни в брендовых шмотках. Я ощутил дискомфорт, вспомнив, что на мне потертые джинсы и старые потрескавшиеся кроссовки, а еще футболка со времен старшей школы. Сделал для себя заметку, что мне не помешает обновить гардероб для уличных выступлений, чтобы выглядеть более презентабельно и интересно.
– Спасибо, – поблагодарил я парня, забирая свою палочку. – Обычно я не роняю.
– Верю. – Он достал бумажник и кинул в мою шляпу пару купюр. Щедро. – Покажешь?
– Что? – не понял я.
– Свои трюки с барабанными палочками, – улыбнулся парень. Да что он ко мне пристал?
– Окей. – Я поместил палочку между указательным и средним пальцами, а затем принялся раскачивать так, чтобы она рисовала в воздухе цифру «8». Затем подкинул вверх и сделал симметричный захват. После чего раскрыл ладонь и, не сбившись, продемонстрировал вращение палочки.
– Впечатляет!
– Спасибо. – Я положил палочки на малый барабан. Нужно было завершать выступление и собираться. Моя небольшая толпа зрителей начинала потихоньку расходиться, поняв, что продолжения не будет.
– Где-то еще играешь? – вдруг спросил парень.
– Раньше играл в группе, а сейчас на вольных хлебах, – ответил я, не понимая его интерес. – Вот, иногда играю здесь. Завтра опять приду.
– Мы в поисках барабанщика, если тебе интересно, – вдруг выдал он. – У нас рок-группа. Завтра устраиваем прослушивание.
На мгновение я замер. Во мне мелькнула глупая надежда, но тут же погасла.
– Мне пока не до этого, – бросил я. Впереди маячили выпускные экзамены и дипломная работа. А еще мне предстояло разобраться с дерьмом, которое недавно устроил мой бестолковый отец. Из-за его постоянных пьяных криков соседи написали заявление участковому.
– Жаль. Если вдруг передумаешь, могу оставить тебе свои контакты… – предложил парень.
– Спасибо, не нужно.
– Что ж, тогда удачи. – Парень развернулся, чтобы уйти.
– А как называется ваша группа? – вдруг вырвалось у меня.
– Freedom Fly.
– Круто звучит, – я улыбнулся. Действительно, круто. – Но главное, чтобы вы сами звучали круто. Особенно ваш вокалист. От него зависит очень многое.
– Наш вокалист не может нормально петь без барабанов, ведь от ритма зависит все исполнение.
– Пока не найдете барабанщика, пусть вокалист на репетициях хлопает в ладоши, так ему легче будет прочувствовать ритм, – посоветовал я.
– Спасибо за отличную подсказку, но не получится: у меня руки заняты гитарой.
– Так вокалист – это ты? – Я с интересом посмотрел на парня. Да, вполне смазливое лицо для того, кто будет стоять в центре сцены и собирать все внимание. Черные волосы и выразительные серые глаза дополняют хулиганский рок-образ. Девочкам однозначно понравится.
– Ага. Мы с другом решили создать группу, но никак не можем найти барабанщика и басиста в команду. Басист есть на примете, но с барабанщиком возникли настоящие сложности. Не все умеют хорошо слышать ритм и попадать в темп. А мне нужен такой ритм, который чувствовался бы в крови. Ищу такого человека, чтобы в его исполнении ощущалось столько адреналина, что голова бы шла кругом. Чтобы он играл так, будто рожден для этого.
– Нешуточные требования! – Я рассмеялся. – Хочешь сказать, что я рожден для игры на барабанах, раз ты делаешь мне такое предложение?
– Да. – Парень сказал это слишком серьезно, а его серые глаза так пронзительно впились в мое лицо, что я резко перестал смеяться.
– Где будет прослушивание?
Парень довольно ухмыльнулся, а затем продиктовал адрес и время, и я все записал в телефон.
– Ладно, я приду. – Я пожал ему руку. – Я, кстати, Марк. А тебя как зовут?
– Гедеон.
* * *
Черт меня дернул согласиться. Хотя если подумать, я не обещал этому парню со странным именем, что приду. Можно было просто взять и забыть. Я ведь даже не слышал, как они играют и поют. Наверняка очередная группа подростков, которая разбежится спустя полгода бессмысленных репетиций из-за отсутствия таланта или терпения. Только… какой-то голос в голове тихо, но настойчиво нашептывал, что это может быть мой шанс снова начать заниматься музыкой и вернуть себя.
К вечеру я окончательно утвердился в этом мнении, даже зашел в магазин и купил новую одежду с обувью, потратив последние сбережения. Мне так отчаянно захотелось узнать, что за Freedom Fly. Слишком уж меня зацепило название, и я почему-то верил, что это не просто кучка раздолбаев. Мне так хотелось вырваться на свободу.
Я попросил напарника с автомойки подменить меня на пару часов, чтобы спокойно отправиться к двенадцати на прослушивание, которое должно было состояться на репетиционной базе, где сдавались комнаты для музыкантов со всем необходимым оборудованием. Я решил отнестись к нему как к важному музыкальному приключению.
Сейчас я бросил последний взгляд в зеркало. Серая рубашка сидела на мне безупречно, новые джинсы смотрелись стильно. Сверху накинул кожаную мотоциклетную куртку, легкие царапины этому элементу гардероба даже шли, только недавно показывали по телевизору, как какой-то стилист назвал потертые кожаные куртки одним из главных трендов весны.
Я тщательно побрился и расчесал волосы, отросшие уже до самых плеч. Выглядел вполне презентабельно для того, чтобы показать высший класс на барабанах. Сережки в ухе дополняли мой образ, придавая завершенность. Едва я начал обуваться, как дверь квартиры с треском отворилась и в нее ввалился в стельку пьяный отец в компании дурно пахнущего приятеля, который прижимал к груди бумажный пакет с гремящими в нем бутылками.
– О, сын. – Он хлопнул меня по плечу. – Смотри, Семен, это мой сын! Красавец вырос, ты только глянь!
– От девочек, наверное, отбоя нет, – раздался смех мужика.
– А куда это ты собрался, Марк? Ты ж вроде на работе сейчас должен быть.
– У меня важные дела. – Я попытался протиснуться сквозь проход, который они перегородили.
– Слышал, Семен? Важные дела у него, – с гордостью воскликнул отец, разя перегаром, а затем еще раз положил руку мне на плечо. – Он у меня музыкант!
– Ладно, пап, мне пора. – Я осторожно высвободился.
– Мой сын – моя гордость! – еще громче закричал отец, и я наконец-то захлопнул дверь. Боже, дай мне терпения.
Я поспешил вниз по лестнице, чтобы поскорее убраться подальше, как буквально через несколько секунд услышал дикий крик Семена, раздавшийся на весь лестничный пролет:
– Эй, парень! Вернись! Твоему отцу плохо!
Я крепко зажмурился, останавливаясь. А потом медленно выдохнул и продолжил спускаться дальше. Разберутся без меня.
– Твой батя сейчас подохнет! – раздался новый крик. – Нужна скорая! Срочно!
Черт! Я резко повернул и взбежал по ступеням обратно в квартиру. Семен стоял с перекошенным от страха лицом, а отец лежал на полу в прихожей и мучительно дергался и хрипел, схватившись за сердце.
Приехавшая скорая диагностировала у отца сердечный приступ, и его экстренно госпитализировали. Думаю, можно не рассказывать, в какой суете прошел остаток дня. На прослушивание я так и не попал. Ну и с должности курьера меня тоже уволили, потому что после двух имевшихся нарушений я пропустил вечернюю смену, а еще в приложении повис штраф за этот прогул. Пусть все катится к черту. Жизнь – та еще сволочь.
Глава 3. Марк
Сбивки и соло были на своих местах. На следующий день я накалял воздух на уличной площади настоящим драйвом, на время позабыв о том, кто я и зачем здесь. Рок меняет все. Сейчас я был счастлив. Затем мне снова предстояло вернуться в выцветший и посеревший мир.
Я включил на фон популярные рок-композиции и громко, от души, отбивал свои партии. Вся эта мощь барабанных ритмов просто рвалась из меня, ведь теперь я лишь урывками занимался и чертовски соскучился по игре. Я с болью вспоминал наши последние выступления в барах и клубах, мне казалось, что мы с ребятами были так близко, чтобы еще громче заявить о себе, но судьба-злодейка распорядилась иначе. Теперь двое наших гитаристов зажигали на лучших сценах мира, басист неплохо устроился в оркестре, а я вынужден был каждый день вести борьбу с собой и доказывать, что музыка по-прежнему живет во мне. Вчера я упустил неожиданный шанс попасть на очередное прослушивание, потому что отец постоянно тянул меня на дно. Порой я так ненавидел его за все то дерьмо, которое он приносил в мою жизнь. А потом ненавидел себя за подобные мысли, ведь какую-то часть моего детства он был хорошим отцом. До того момента, как все существование превратилось в бесконечную борьбу. Я усиленно пытался забыть обо всех шрамах, которые он оставил на моем теле и в моей душе. Они не заживали. Я хотел вычеркнуть отца из своей жизни, но в глубине души знал, что это невозможно. Эти противоречивые чувства разрывали меня изнутри.
Вчера снова звонила мама, но я не принял звонок. Она даже забыла поздравить меня с днем рождения. Наверное, опомнилась спустя неделю, но мне не нужны были ее пустые пожелания, как ей не нужен был я.
Быстрая барабанная дробь отвлекла меня от неприятных мыслей. Я вскинул голову и обвел взглядом собравшихся на площади прохожих. Им нравилось, как я играл. Я улыбнулся и начал отбивать ритм следующей композиции.
Вдруг мои глаза ухватились за знакомый образ. Парень, который предложил прослушивание в свою группу, снова был здесь. Я едва не сбился, отвлекшись на него. Интересно, чего он хотел?
– Привет! – Он подошел, едва я закончил играть. Я убавил звук на колонке и тоже поприветствовал его. Вот только совсем забыл, какое у него имя. На этот раз за его спиной висел гитарный футляр.
– Ты вчера не пришел, – заявил этот парень, да черт возьми, как там его зовут?!
– Да, не смог, увы, появились срочные дела. – Я изобразил беспечную улыбку, хотя она совсем не подходила под мое настроение. Я действительно был сильно расстроен, но не хотел показывать ему этого.
– Вчера пришли девять претендентов, но мы всем отказали, – продолжал парень.
– Вот как? – произнес я, а затем с тоской посмотрел на своих зрителей, которые принялись расходиться.
– Да, прости, я не хочу тебя сильно отвлекать. – Он заметил мое беспокойство.
– Мне очень важно заработать, – признался я. – Я бы с удовольствием поболтал с тобой, но сильно ограничен по времени.
– На самом деле мы могли бы помочь тебе оживить эту площадь. – Он вдруг задорно улыбнулся. – Твои барабанные соло круты, но если мы погромыхаем еще другими инструментами, то добавим больше огонька. Все, что заработаем, заберешь сам. Ты ведь не против?
– Что? – Честно говоря, я ничего не понял из его хаотичной речи.
В следующий момент этот парень вдруг махнул кому-то в стороне. Проследив за его взглядом, я увидел небольшой фургон, из которого выскочили два парня и принялись доставать музыкальное оборудование. Один из них стремительно зашагал ко мне с синтезатором под мышкой и стойкой в руке, а второй притащил усилитель, который в мгновение ока установил справа от моей ударной установки.
– Сейчас будем зажигать! – крикнул мне блондин и подмигнул. – Привет! Я Ден!
Я пожал ему руку, совершенно сбитый с толку.
– Что происходит? – Я посмотрел на гитариста, ничего не понимая. Он тем временем уже извлек из своего футляра электрогитару и перекинул ремень через плечо.
– Марк, раз ты не смог вчера прийти на прослушивание, мы решили прийти сами, – просто ответил он. – Вдруг ты – именно тот, кто нам нужен!
Мое сердце учащенно забилось. Я не верил в происходящее. Парни притащили из фургона еще один усилитель, стойку с микрофоном и колонки. Выглядело это настолько эффектно, что вокруг нас собралась огромная толпа уличных зевак в ожидании настоящего полноценного концерта.
– Будем знакомы, я Тихон. – Басист пожал мне руку, после чего подключил бас-гитару.
– Давно ты в группе? – поинтересовался я.
– Только со вчерашнего дня, – улыбнулся бас-гитарист, а потом склонился к моему уху. – Думаю, что Гедеон еще испытывает меня, кажется, я им не нравлюсь, поэтому мне нельзя сегодня лажать.
Гедеон! Точно! Что за странное имя. Надо его снова не забыть.
– У меня все готово. – Клавишник Ден сыграл пару аккордов, а затем повернулся к нам с довольной улыбкой.
– Честно говоря, я в шоке. – Я взглянул на Гедеона, который настраивал микрофон на нужную высоту. – Мы что, типа такая импровизированная группа? – Я рассмеялся. Все это было так весело. – Что мы будем играть вот так с бухты-барахты?!
– Что мы будем играть? – задумчиво повторил он вслед за мной, а затем вдруг схватил микрофон и громко выкрикнул, обращаясь к собравшимся вокруг нас прохожим:
– Спасибо всем, кто сейчас здесь с нами! Скажите, какую песню вы бы хотели сейчас услышать?!
Что он творит? Это же так рискованно! Люди начнут называть песни, которые мы не знаем, и тогда останемся в дураках. Однако было приятно наблюдать за его самоуверенностью.
Люди принялись предлагать разные варианты.
– Давайте что-нибудь из классики рока! – продолжал Гедеон, разжигая все больший интерес у прохожих. – Что-нибудь, что не оставило равнодушными целые поколения!
Я принялся отбивать тихий ритм, нагнетающий атмосферу.
– Хватит ли вам дерзости исполнить хит Nirvana «Smells Like Teen Spirit»? – выкрикнул кто-то из собравшейся толпы.
Гедеон оглянулся, вопросительно глядя на меня и своих парней по очереди. Судя по его виду, ему дерзости хватит. Что ж, мне тоже. Я решительно кивнул.
– Давай, – согласился Ден, уже что-то настраивая на синтезаторе.
– Я тоже справлюсь, – напряженно проговорил Тихон, но его тяжелый выдох продемонстрировал, что он был не совсем уверен в себе.
– Сумасшедшие, – с довольной улыбкой пробормотал я, а затем стукнул барабанными палочками в три счета.
Площадь заполнилась громкой музыкой, а на меня нахлынул шквал эмоций, когда звуки всех инструментов начали переплетаться в стремительном темпе. Но с басом было что-то не то. Я взглянул на спину басиста, который то и дело сбивался. Вот черт. Гедеон еще не начал петь, его гитарная партия звучала идеально. Он тоже напряженно покосился на басиста. Я так и знал, что такая импровизация – плохая затея.
– Простите! Я не могу, – вдруг раздался нервный голос Тихона. Он перестал играть, вытащил гитарный джек из разъема своей гитары, схватил лежавший на бордюре гитарный чехол и… просто сбежал. Что за ерунда?!
Мы продолжали играть вступление, пока он стремительно шагал прочь. Думаю, все были ошеломлены его поступком. Но мы и без Тихона звучали круто, тем более что зрители дружно принялись нас подбадривать, а басовые партии Ден, не растерявшись, взял на себя, быстро поменяв звучание на синтезаторе. Неплохо.
Голос вокалиста оказался хорош, а манера исполнения настолько драйвовой, что как нельзя лучше подходила для фронтмена рок-группы. А еще он умудрялся играть на электрогитаре в каком-то экстремальном режиме, с агрессией вытягивая звук. Взрывной куплет он спел настолько потрясающе, с эмоциями и напряженностью тембра, максимально подражая манере исполнения Курта Кобейна. И со спокойными куплетами управился прекрасно. Да, черт возьми, что тут думать, я однозначно хотел к ним в группу!
Я принялся еще энергичнее отбивать ритм, играть с этими ребятами оказалось сплошным удовольствием. Я словно сделал глоток живительной воды после долгих блужданий в пустыне.
Едва мы закончили, со всех сторон раздались аплодисменты и свист. Я засмеялся и хлопнул Дена по ладони, когда он протянул мне руку, широко улыбаясь.
– Да ты в ударе! – Гедеон оглянулся на меня и подмигнул.
– Давайте еще! – Я подкинул палочки вверх и поймал их.
Зажигаясь всеобщим азартом, мы исполнили еще несколько каверов знаменитых песен из репертуара Metallica, Queen и «КИНО». Моя шляпа очень быстро заполнилась купюрами, которые охотно кидали случайные слушатели, а телефон постоянно вибрировал, уведомляя о новых переводах на счет. Я еще никогда не зарабатывал столько, когда играл один.
– Что с вашим басистом? – спросил я, когда мы решили сделать небольшой перерыв. – Почему он сбежал?
– Он уже не наш. – Гедеон неопределенно пожал плечами.
– Мне он сразу не понравился, – вставил Ден.
– Значит, нас опять только двое, – сказал Гедеон своему другу, а потом вдруг внимательно посмотрел на меня. – Или уже трое?
– Трое. – Я широко улыбнулся. – Я с вами, парни!
– Где же ты был раньше, чувак? – Ден дружелюбно хлопнул меня по плечу.
– Свободен завтра в шесть? – поинтересовался Гедеон.
Я кивнул, даже не задумываясь.
– Теперь нам срочно нужен басист, – заметил Ден. – Группа не может существовать без басиста. Их так тяжело найти, черт бы их побрал.
– Совсем никого нет на примете? – спросил я.
– Гедеон заприметил одного толкового музыканта, когда мы недавно ходили в клуб. Но проблема в том, что он уже играет в другой группе. Было наивно предлагать ему сотрудничество. Мы же еще устроили ему живой концерт – мол, зацени, на что мы способны, – и искренне верили, что этот наш коронный номер сразу покорит его. А он просто посмотрел с жалостью. Наверное, мы выглядели очень глупо, когда сунули ему нашу визитку. – Ден усмехнулся. – Как его звали, Гедеон?
– Савелий.
– Точно! Савелий из группы «Частота». Нам нужен кто-то вроде него. Знаешь такого?
– Про группу слышал, но с их басистом не знаком. Вокалист у них слабоват.
– Но зато басист тот еще оторва. Его бы к нам, и тогда мы бы в таком составе точно смогли громко заявить о себе. – С этими словами Ден хлопнул в ладоши.
Так, совершенно неожиданно, я стал участником группы Freedom Fly, которая была в самом начале своего пути. Сегодняшний восторг наших уличных зрителей вызвал во мне прежнюю зависимость от музыки. Теперь я ни за что не откажусь от возможности делиться ей с людьми, вторгаясь в их сердца. Я сам стал сердцем музыки, которое было готово стучать в самом стремительном темпе.
Все случившееся было настолько удивительным, что вселяло в меня уверенность в будущем. А когда несколько дней спустя на одной из наших репетиций Гедеону поступил звонок, я начал верить в судьбу.
– Можешь приехать прямо сейчас, – предложил он собеседнику в мобильник, а потом перевел на нас ошеломленный взгляд.
– Что случилось? – спросил его Ден. – С кем ты говорил?
– Ни за что не поверите. – Он нервно рассмеялся. – Готовьтесь к мощной басовой линии и низкочастотному ритму.
– Что? – спросил Ден, ничего не понимая.
– Звонил кто-то из басистов? – предположил я.
– Да, и мы должны сделать все, чтобы переманить его на нашу частоту, – с таинственным видом ответил Гедеон, сделав акцент на последнем слове.
И тут я сразу понял, с кем он разговаривал и кто к нам сейчас приедет. Тот самый крутой басист Савелий из группы «Частота». Никто из нас не мог в это поверить!
Глава 4. Света
Настоящее время
Сегодня я планировала провести уютный вечер в компании сериалов. И совершенно точно не ожидала, что Яна поставит меня перед фактом: мы идем на рок-концерт в новый ночной клуб.
Я обожала подобные тусовки. И, когда она в невероятно возбужденном состоянии выпалила, что у нее есть два билета на Freedom Fly благодаря ее новой работе, я тут же вскочила с дивана, будто меня подбросила катапульта, и перевоплотилась в дерзкую бунтарку, обтянутую кожей. На лицо я нанесла яркий макияж, а свое каре до плеч стильно уложила слегка небрежными рваными прядями.
Только вот Филу, моему парню, совсем не обязательно знать, как я сегодня буду проводить время. Он у меня излишне ревнив, и это его самый главный недостаток.
В клубе Passion яблоку негде было упасть. Мы с Яной едва пробрались к барной стойке сквозь толпу потных тел. Желавших посмотреть на выступление этой популярной группы оказалось много.
В моем плейлисте даже находилось несколько их песен, но почему-то я никогда не интересовалась личностями самих исполнителей. Как выяснилось, очень зря. Когда они вышли на сцену и отожгли, то просто сразили меня музыкой и харизмой. Четыре красавчика, олицетворяющие собой страсть, секс и тестостерон. Как же повезло моей подруге, что она уже с завтрашнего дня будет работать помощницей их менеджера! Я бы тоже от такой интересной должности не отказалась.
Мне удалось урвать автограф у солиста группы, с кого Яна не спускала глаз. Ну, конечно, я тоже была в шоке, что фронтмен Freedom Fly – тот самый парень, который недавно подвез нас до дома темной ночью. Кто бы знал, что судьба может подкинуть Яне чудесный шанс снова пересечься с этим красавчиком. Она явно запала на него. Ее глаза горели радостным предвкушением, так что он стал автоматически мне не интересен. Женская солидарность и все такое!
Я посмотрела на других участников группы. Блондин-клавишник был очень горяч и виртуозно отыгрывал свои партии. Басист тоже оказался хорош собой и так ловко подскакивал на самых взрывных моментах песни. А барабанщик то и дело крутил головой, и его длинные слегка волнистые волосы взлетали в такт музыке. Мускулистые плечи под обтягивающей футболкой ритмично двигались, когда он ударял палочками по тарелкам. Энергии в нем искрилось хоть отбавляй.
Уже после второй песни я твердо знала, что стала фанаткой группы Freedom Fly и моя жизнь больше не будет прежней. Их музыка заставила стучать сердце так быстро, что я решила завтра же занести весь их репертуар в свой плейлист.
Я надеялась, что после концерта мы наконец расслабимся: мы уселись на диване у барной стойки, заказали коктейли, и я предвкушала, как благодаря новой должности подруги мы сможем познакомиться с ребятами поближе. Но Яна все испортила. Когда за ней пришел техник и пригласил к Гедеону за кулисы, она вместо того, чтобы согласиться, просто сбежала и утащила меня с собой к выходу. Да еще и сделала шутливый выговор, что я, будучи в отношениях, пускала на музыкантов слюни.
Что касается Фила, то у меня были большие сомнения, что наши романтические встречи выльются во что-то серьезное, хотя он казался идеальной партией. За этот год мне пришлось сменить трех ухажеров. Ни один из них не заставлял меня терять голову от любви. А мне хотелось такого огня, чтобы мозги в голове плавились, чтобы терялся весь здравый смысл, чтобы все внутри вибрировало от урагана чувств, чтобы все было по-настоящему и… чуточку безумно!
Яна любила повторять, что у меня ветер в голове. Ну а чему там еще быть, когда тебе всего двадцать?! Я еще не нашла своего призвания, но решила, что задумаюсь об этом, как только окончу последний курс университета. Моя семья не одобряла филологию, они предпочли бы, чтобы я получила юридическое или экономическое образование. Но я решила поступить по-своему. Главным образом, чтобы избежать влияния родителей, которые привыкли все решать за меня, прикрываясь безграничной любовью. Да к тому же меня всегда привлекала журналистика, а еще я с детства любила запоем читать книги.
Я уже устала доказывать отцу, что филологическое образование выбирают высокоинтеллектуальные люди, и одно из его преимуществ – это умение работать головой. Так что я не глупенькая девочка, хотя среди моего окружения нашлось немало людей, которые повесили на меня этот ярлык. Все потому, что я импульсивная. Или блондинка! Но я вовсе не дурочка, хотя порой, признаться, совершаю что-то такое, что следовало сначала обдумать, а потом делать.
Бывает, что в моей голове резко поселяются злобные тараканы, но потом так же внезапно исчезают, и освободившееся пространство наполняется добрыми порхающими бабочками, например, когда я влюбляюсь. Проще говоря, мне нужен был тот, кто сможет обнаружить тараканов в моей голове и обезвредить. Тот, в кого я смогу влюбиться по-настоящему.
И почему я не могла испытать весь спектр чувств с Филом?! Он был бесконечно хорош собой, богат и вполне интеллигентен, а еще до безобразия горяч и играл в хоккейном клубе. Он сжигал меня в пламени страсти, но не мог похитить мое сердце, хотя очень старался. Уверена, во всем были виноваты тараканы, которые опять решили обосноваться в моей голове. Иначе чем можно было объяснить мое признание ему в ответной любви в то время, как чувств к нему у меня не было?!
* * *
– По-моему, тебе уже хватит. – Я хмуро посмотрела на Фила, который влил в себя остатки какого-то адского пойла и с шумом поставил стакан на столик.
Сегодня у нас было свидание в клубе, и он весь вечер среди грохочущих басов признавался, что совсем потерял от меня голову. Конечно, все эти комплименты безумно льстили. Но сейчас он, похоже, потеряет голову от алкоголя.
– Давай уедем пораньше, – предложила я.
– Хорошо, куколка, подожди меня, я скоро вернусь. – Фил встал из-за столика и направился к уборной.
Я тем временем отошла в сторону лаундж-зоны и достала телефон, чтобы полистать ленту социальной сети.
– Света! Какая встреча! – вдруг раздался приятный мужской голос.
Я оторвала взгляд от экрана и увидела перед собой (да быть того не может!) Гедеона из группы Freedom Fly. От неожиданности я даже отшатнулась. Его серые глаза смотрели на меня с каким-то требовательным выражением, а на губах застыла хитрая улыбка.
– П-привет. – Я натянуто улыбнулась, чувствуя себя чертовски неловко.
– Как дела? – спросил он чрезмерно вежливым тоном.
– Замечательно. – Я улыбнулась, решив не поддаваться ему.
– Света, а ты ничего, случайно, не хочешь мне сказать? – громко спросил он, пытаясь перекричать ритмичные басы, доносившиеся с танцплощадки.
Мне захотелось провалиться сквозь землю. Дело в том, что недавно я по своей глупости сделала один снимок, который произвел много шума. Где-то полторы недели назад Гедеон благополучно довез нас с Яной до дома после небольшой катастрофы, которую я умудрилась устроить. Я нечаянно облила таксиста шампанским, и он от злости высадил нас посреди дороги, в глуши. К счастью, мимо проезжал Гедеон, но при этом, к сожалению, из моей памяти были стерты все воспоминания о том, как этот звездный парень нес меня, пьяную, на руках до самой квартиры. Проснувшись с утра, я увидела, как какой-то незнакомец спит в постели моей подруги, а она обнимает его за шею. Это была настолько милая картина, что мне тут же захотелось запечатлеть ее на память. В тот момент, когда мой палец нажимал на кнопку камеры в телефоне, я не догадывалась, что снимаю знаменитого фронтмена группы Freedom Fly. Да и кто просил его засыпать вместе с Яной на одной кровати?! Откуда мне было знать, что они уснули совершенно случайно?! Если бы знала, разумеется, не отправила бы эту фотографию своей двоюродной сестре Катьке, а она, в свою очередь, не выложила бы ее в сети. Ну а что дальше происходит с пикантными фотографиями знаменитостей, догадаться несложно. Они начинают распространяться с бешеной скоростью, вызывая у миллионов поклонников совершенно разные эмоции и реакции. Признаю, что накосячила тогда от души, можно дать мне за это золотую медаль.
– Да. – Я смущенно опустила глаза. – Извини. Извини меня за то фото.
– Ладно, на первый раз я тебя прощаю. Так уж и быть, живи. Передай своей подруге Яне, что…
– Что? Я в этом шуме ничего не слышу! – крикнула я, когда с танцплощадки раздался пульсирующий ритм электронной музыки.
Он наклонился к моему уху, пытаясь повторить слова, которые утонули в грохочущем шуме.
И тут его резко отбросило в сторону. Сначала я не поняла, что вообще произошло. А через секунду увидела, как кулак Филиппа летит прямо в лицо Гедеона. Но тот, опомнившись, тоже обрушил на него ответный удар. Я закричала, пытаясь схватить Фила за плечо и оттащить его назад.
– Перестаньте! – воскликнула я, когда они, сцепившись друг с другом, упали на пол.
– Еще раз увижу тебя возле своей девушки, убью! – Фил яростно колотил Гедеона, нанося удары всюду, куда мог дотянуться.
– Остановись! – Я снова вцепилась в рубашку своего парня, пытаясь оттащить в сторону, но он небрежно оттолкнул меня, весь пыхтя от злости.
– Нет, стоп. Тут какая-то ошибка! – Гедеон наконец высвободился из его хватки.
Фил снова дернулся в его сторону, готовясь вновь напасть, но тут кто-то резко выпрыгнул вперед и сбил Филиппа мощным ударом ноги в грудь.
– Кто тут нашего фронтмена обижает! Подонок! Ты вообще в курсе, на кого напал? Марк, дай ему в бубен! – Рядом показался еще один парень, помогая Гедеону подняться на ноги. Я тут же узнала его: это был клавишник группы.
Я перевела взгляд на того, кто пытался утихомирить Филиппа. Это был их барабанщик!
Я снова закричала, когда он обрушил удар Филу в лицо. Фил же в ответ с силой толкнул барабанщика, но тот успел схватить его за воротник, и они оба с грохотом повалились на стулья. Наконец появились охранники и разняли дерущихся.
– Ты с ума сошел! – Я подбежала к своему парню. – Что за выкрутасы?!
– Он приставал к тебе! – Фил выплюнул кровавый сгусток и утер рукавом рубашки сочившуюся из носа кровь.
– Ты все не так понял! – возразила я. – Мы просто разговаривали. Ты хоть знаешь, кто это?!
Я перевела взгляд на Гедеона, которого клавишник Ден до сих пор с усилием удерживал, чтобы тот тоже не кинулся в драку. Затем посмотрела на барабанщика, которого пытался угомонить охранник, и на секунду наши глаза встретились. Кроме Гедеона, я никого из других участников не видела так близко. Не при таких обстоятельствах я хотела бы с ними познакомиться. Глупые ситуации – это вот прямо мое. Не могу я жить без них!
Я понимала, что сейчас не время для того, чтобы вести себя как фанатка, которой успела стать чуть больше чем за неделю. Я прослушала все их песни и теперь точно знала, что барабанщика зовут Марк.
– А ну, быстро все на выход, – скомандовали охранники.
– Отпусти, я пойду сам, – бросил Марк охраннику, и тот согласился выпустить его из хватки.
Барабанщик тут же одернул свою рубашку, которая успела расстегнуться в процессе драки. В распахнутом вороте на его груди виднелась татуировка в виде какой-то цитаты. Я не могла ее прочитать, потому что основная часть скрывалась под тканью. На обеих руках тоже виднелись фрагменты татуировок, начинающиеся от запястья. Руки у него были сильные и впечатляющие. Филиппу, конечно, здорово от него досталось.
Засмотревшись на него с жадным любопытством, я вдруг споткнулась на ровном месте и, не удержавшись на высоких каблуках, уже полетела вниз, готовая через секунду растянуться на полу, но тут татуированная рука ловко подхватила меня за талию.
– Осторожнее! – Марк помог мне вернуться в прямое положение.
Он коснулся меня, а я коснулась его. Кажется, моя жизнь изменилась навсегда.
– Спасибо, – пробормотала я, чувствуя, как ноги слабеют от волнения. Главное, не упасть в обморок!
– Света, ты ходячая катастрофа! – раздался сбоку голос Гедеона, и мой зрительный контакт с барабанщиком резко оборвался.
– Мне многие так говорят, – согласилась я, обернувшись к фронтмену группы, который ни за что получил синяки и ушибы на своем красивом лице. Способности что-нибудь учудить у меня точно имелись, но сегодня я не была ни в чем виновата. За безумие, родившееся в голове моего парня, я ответственности не несла. Но извиниться нужно было.
– Прости, пожалуйста. Филипп такой придурок, ему просто крышу снесло. – Оказавшись на улице, я подошла к Гедеону, чтобы извиниться. – Он подумал, что ты пристаешь ко мне. Прости, мне так стыдно… Вот возьми, у тебя кровь. – Я протянула ему влажную салфетку, которую он тут же приложил к щеке.
– Света, а вот интересно, почему у меня из-за тебя в последнее время столько проблем?
И тут у меня зазвонил телефон, который спас меня от этого ответа. Спасибо, Яна.
Pulsuz fraqment bitdi.
