Kitabı oxu: «ДЕНЬГИ ПРОШЛОЕ НАСТОЯЩЕЕ БУДУЩЕЕ»

Глава 1

Капитализмприветствует вас, или проклятие живогогуся

Поздравляю! Вы родились на планете Земля в самый разгар развитого капитализма. Это значит, что с вашего первого писка в роддоме и до того самого дня, когда ваши грустные родственники скинутся на самый дешевый деревянный ящик, вашей жизнью будут рулить деньги.

Если вы сейчас сидите в кофейне, попиваете латте на миндальном молоке и думаете: «Я выше этого меркантильного говна, я духовный человек, деньги для меня — просто бумага», то у меня для вас плохие новости. Ваша духовность прямо сейчас списывается по тарифу за беспроводной интернет. Штаны на вас сшиты руками вьетнамских детей, которые в гробу видали ваши чакры. А чашка этого вспененного молока стоит столько же, сколько тридцать лет назад стоил нормальный ужин с бабой в ресторане. Вы в игре, чуваки, даже если забились под диван и делаете вид, что вы выше этого.

Но давайте начистоту. Деньги — это лучшее, что изобрели наши предки, чтобы не вырезать друг друга под корень в первый же день. Альтернатива была, конечно и называлась она обменом.

В школьных учебниках по экономике натуральный обмен рисуют как пасторальную сказку: добрый пастух меняет лишний кувшин парного молока на сочное яблоко у улыбающегося садовода. Полная херня. В реальности бартер был сущим кошмаром, генератором лютой ненависти и бытового насилия.

Представьте классическую сцену из жизни вашего пра-пра-пра-предка. Назовем его Вася. Васе нужно починить свою первобытную крышу, потому что её нахрен прожгло молнией и его детей заливает ледяным дождем. Сам Вася руками работать не умеет — у него лапки и депрессия. Зато у него есть живой, сука, агрессивный и жирный гусь. К счастью, в соседней пещере живет Петя — отличный кровельщик. Вася берет гуся под мышку и идет на сделку.

И тут начинается цирк. Пете нахрен не сдался этот гусь. Петя вчера завалил мамонта, у него полная пещера мяса, у него изжога, и вообще у него болит зуб, поэтому ему нужен целебный корень от местного лекаря по имени Коля. Вася матерится, берет гуся и тащится к Коле. Но Коле тоже плевать на птицу — Коле нужны новые кожаные трусы из шкуры леопарда, чтобы производить впечатление на первобытных женщин.

Внимание, вопрос: через сколько часов беготни с орущим, гадящим и клюющимся гусем под мышкой Вася окончательно потеряет человеческий облик? Ответ: очень быстро. К моменту, когда он попытается выстроить в голове эту дебильную логистическую цепочку «гусь ️ трусы ️ корень ️ ремонт», птица сдохнет от стресса, дети подхватят пневмонию, а сам Вася поймет одну простую вещь. Гораздо проще прийти к кровельщику Пете ночью и проломить ему череп каменным топором, пока тот спит. И крыша пещеры автоматически станет свободной, и гусь на ужин останется.

Умные дядьки в костюмах называют это «проблемой совпадения потребностей». Если мне не нужно твое дерьмо, а тебе не нужно мое, мы не договоримся. В древнем мире это несовпадение почти всегда заканчивалось убийством. Натуральный обмен дико тормозил эволюцию, потому что люди тратили кучу времени либо на логистические квесты, либо на похороны соседей.

Человечество стояло у края пропасти: либо мы придумываем какую-то универсальную хреновину, ради которой любой согласится оторвать задницу от шкуры, либо мы просто перебьем друг друга в бесконечной резне из-за несовпадения вкусов на гусей и леопардовые трусы.

И вот тогда мы совершили гениальный и одновременно жуткий шаг. Мы создали коллективный психоз. Мы договорились верить, что всякий бесполезный мусор — это высшая ценность на районе.

Глава 2

Ракушки,соль и каменные блины: как заставитьсоседа поверить в херню

Итак, мы выяснили, что бартер был полным говном. Бегать с гусем под мышкой и пытаться выменять его на ремонт крыши — занятие для мазохистов. Человечество быстро поняло: нужна какая-то универсальная хреновина, которую захочет каждый первый. Причем эта хреновина сама по себе могла быть абсолютно бесполезной. Главное — договориться.

И тут у наших предков сорвало крышу. Они начали назначать деньгами самый лютый сюрреализм.

Например, ракушки каури. Маленькие, хрупкие, блестящие ракушки, которые собирали на пляжах Индийского океана. Ты находишь на берегу симпатичную известковую ракушку, приносишь её в племя, и все такие: «Охуеть! Давай за эту мелкую херню я отдам тебе три мешка зерна!».

Вдумайся в масштаб абсурда: чуваки вкалывали на поле полгода, гнули спину под солнцем, отбивались от саранчи, чтобы в итоге поменять реальную еду на пустые домики дохлых моллюсков. Почему? Да просто потому, что в соседней деревне эти ракушки тоже котировались. Это была чистая, незамутненная вера в фантики. Если завтра все решали, что ракушки больше не в тренде — ты автоматически становился нищим с ведром бесполезного пляжного мусора.

Но ракушки — это еще цветочки. Настоящий хардкор творился на острове Яп в Тихом океане. Местные аборигены решили, что ракушки — это для лохов. Они изобрели камни Раи.

Это были огромные, сука, каменные диски из известняка с дыркой посередине. Некоторые из них весили по несколько тонн и были размером с минивэн. Знаешь, как они ими расплачивались? Никак! Они их даже не двигали!

Камень просто лежал посреди острова. Если один абориген покупал у другого, скажем, стадо свиней, он просто говорил: «Видал вон тот огромный булыжник у пальмы? Вот он теперь твой». И всё! Сделка закрыта. Все вокруг кивают: «Да, Ахмед, теперь ты богач, у тебя есть виртуальные права на вооон ту каменную херь».

Один раз лодка везла такой камень с соседнего острова, попала в шторм, и камень утонул. Ушел на дно океана. Как думаешь, владелец расстроился? Ни разу. Старейшины племени собрались, покурили бамбук и постановили: «Камень, конечно, на дне, но мы-то знаем, что он там лежит. Качество камня отличное, размеры подтверждены. Так что его ценность сохраняется». Чувак продолжал покупать на этот утонувший камень товары еще много лет.

Ничего не напоминает? Да это же, блять, первый в мире биткоин! Никто его не видел, потрогать нельзя, лежит где-то на виртуальном «дне», но все верят, что он стоит до хера денег, поэтому система работает.

Но ладно дикари, с них взятки гладки. Но ведь цивилизованная Римская империя занималась ровно такой же дичью. Знаешь, откуда пошло английское слово salary (зарплата)? От латинского sal — соль.

Римским легионерам регулярно платили… солью. Настоящими мешками соли. И это был не просто консервант, это была валюта. Ты отвоевал за Цезаря, получил по башке галльским топором, выжил, и на выходе тебе говорят: «Отличная служба, братан, держи пуд соли, ни в чем себе не отказывай». И ты идешь в кабак, отсыпаешь трактирщику две горсти из мешка, чтобы тебе налили паршивого вина, а он сидит и взвешивает твои кристаллики, судорожно проверяя, не подмешал ли ты туда песка.

Все эти примеры доказывают одну простую и циничную мысль: деньгам вообще не нужно иметь реальную ценность. Им нужно только одно — массовый психоз. Деньги существуют до тех пор, пока мы все коллективно согласны играть в эту шизофрению. Как только вера исчезает — магия испаряется, и ты остаешься один на один со своей солью, камнями и пластиковыми карточками, которыми даже костер не разожжешь.

Глава 3

Золото: желтый кусок,ради которого вырезали континенты

Итак, ракушки и камни — это было весело, но локально. Нельзя приплыть из Европы в Африку и сказать: «Слышь, чертила, я привез тебе отличный кусок известняка весом в две тонны, давай сюда свои алмазы!». Тебя просто скормят крокодилам. Миру нужен был единый, глобальный фетиш. И человечество его нашло. Золото.

Вдумайся, насколько люди тупые существа. Золото — это абсолютно бесполезный в древности металл. Вот серьезно. Из него нельзя сделать нормальный нож — он погнется о первую же свиную тушу. Из него нельзя сделать топор или наконечник для стрелы — золото мягкое, как говно мамонта. Из него нельзя построить дом, оно тяжелое как сука, и его нельзя сожрать. Железо — полезное. Медь — полезная. Золото — нахрен ненужный желтый пластилин.

Но у него было три фатальных для человеческой кукухи свойства:

Оно, блять, блестит. Нашему внутреннему сороке этого уже достаточно.

Оно не ржавеет и не гниет. Если ты закопаешь в землю килограмм свинины, через неделю там будет склад опарышей. Если закопаешь золото — через 500 лет откопаешь точно такой же блестящий кусок.

Его мало и его тяжело добывать. Нельзя просто выйти во двор и накосить ведро золота. Надо лезть в шахту, дохнуть там от обвалов, просеивать тонны грязи ради одной крупицы.

И человечество сказало: «О! Идеально! Давайте убивать друг друга за эти желтые какашки!».

Начался самый масштабный в истории коллективный бэд-трип. Цивилизации сходили с ума одна за другой. Римляне, персы, египтяне — все судорожно копили этот металл. Но самый эпичный трэш случился, когда европейцы открыли Америку.

Приплывают, значит, испанские конкистадоры во главе с Кортесом и Писарро к инкам и ацтекам. У инков золота было как грязи — они из него посуду делали и стены храмов обшивали. Но для них это было просто красивое украшение, символ солнца. Они не понимали его «рыночной стоимости». Инки смотрят на испанцев и охреневают: приплыли бледные волосатые мужики в железных банках, глаза горят, слюна течет, руки трясутся при виде желтых мисок.

Вождь ацтеков Монтесума вежливо спросил у Кортеса: «Слышь, бледнолицый, а нахрена вам столько этого мягкого железа?». Знаешь, что ответил Кортес? Этот циничный ублюдок сказал: «Мы, испанцы, страдаем болезнью сердца, которую может излечить только золото». Каков поэт, а? Болезнь сердца у них была! В переводе на человеческий это называется «клиническая жадность».

И что сделали испанцы ради лечения своей «болезни»? Правильно: устроили тотальный геноцид. Они вырезали миллионы индейцев, разграбили города, переплавили величайшие произведения искусства в тупые квадратные слитки и забили ими свои корабли по самые мачты. Половина этих кораблей, к слову, благополучно утонула по дороге в Испанию, потому что золото тяжелое, а жадные конкистадоры грузили его сверх всякой меры, игнорируя шторма. Лежит теперь на дне, лечит сердца морским ежам.

И ладно бы золото просто лежало в казне. Но ведь люди додумались его чеканить. Появились монеты. И тут включился новый уровень еврейских фокусов: правители быстро сообразили, что если от золотой монеты незаметно откусить или обрезать края, то золота у тебя останется чуть-чуть себе на карман, а номинал монеты вроде как прежний. Началась эпоха фальшивомонетничества на государственном уровне.

Золото превратило человечество в стадо маньяков. Мы обменяли реальные ценности — жизни, культуру, технологии — на право обладания блестящим металлом, который до изобретения микросхем вообще нигде нельзя было применить по делу.

Но самое смешное впереди. В какой-то момент таскать с собой мешки с тяжелыми монетами купцам окончательно надоело, потому что по дороге любой разбойник мог проломить тебе череп и забрать твое «золотое здоровье». И люди придумали следующий, еще более изощренный наебон. Они придумали бумагу.