Kitabı oxu: «Пустые ладони»

***

Мир мой сжался и съежился

Молча сидит на корточках

Стол

Окно

Колыбель

На столе виноградная косточка

***

Пчелиный рой,

Обласканный пыльцой

И млечный сок застыл

На изумрудном стебле

День пробудился

Дочь рисует змей

Кусочком сна

На опьяневшем ветре

***

Утро мое превратилось в пеленки

Под ласковым солнцем

Расправило руки

Повисло на жестких веревках…

Вечно голодный мальчик

Тычется маленьким носом

Ищет налитые груди,

Молоком удивительным

Сладким

Налитые груди

Сосет торопливо и жадно

Словно ручей выпивает реку –

Молодые, созревшие воды,

А имя реке этой – Тана…

***

Волны листают страницы

Песок – бесконечная книга

Из безначальных дорог

Вернулся

Лег на обочине тихо

Слушаю…

Слова – ослепшие ангелы

В зубах одинокой волчицы

Перо разделяет судьбу

Ромула и Рэма

Блестящие птицы

Вонзают свой крик

И перья

В желание нового утра

Седой покорный старик

Люльку качает –

Баюкает вечер

Солнце влажно и уютно

Свернулось на желтой груди

Пшеничных колосьев

Спит

Видит сон,

Где твой запах –

Запах молочных и сладких корней,

Где жернова

От зноя сгорбленных мельниц

Рождают небесных детей…

А еще – облака и тучи –

Запыленные рыхлой землей

И вкусом молотых зерен

Сосцы,

Где радость тел без червоточин

Умыта июльской водой

И завернута бережным ветром

В блаженные дни…

***

Украли письмо от друга

Только конверт остался

Первый Спас,

А я огорченно бреду на работу

Июль

В усталых недрах отогрелись змеи

Дочь молится во сне

Тяжелый гром

Рождает дождь

И пламенные воды

Покрыли землю бронзовым огнем.

Гончар разводит глину

Медный праздник

Приносит мёд

И яблочные сны

И радость в сердце

Словно у причастья

И отблеск молний

Как знамение войны.

Сёстры

Покойные воды

Они рассекали телами,

В небо смотрели:

Коршуны ждали цапель –

Кружили над озером сонным

Мохнатые перья, горбатые клювы –

Безжалостные, стальные.

Небо к воде прижалось –

Хотело укрыться

Спрятаться в мокрых листьях

И водоросли кожи касались

Вкрадчиво, незаметно,

Бурыми пальцами грудь щекотали,

Ласкали…

Они из воды появлялись –

Ослепительные, нагие –

Без имени сестры,

Свечи без тени

Там, где они проходили

Вырастали сочные травы

Ящерицы и змеи

Превращались в капельки солнца

В сумраке леса…

***

Натянутый безмолвной тетивой

Июль

Играет с ветром легкой тенью

Слепых дождей и обнаженных рук

Плоды созрели

Тягостною ленью

Напоен воздух

Милое дитя

Пустыни и заплаканной постели

Ты слышишь

Шепоты полуденного сна

В очаровании летящей колыбели..?

Шарап

Лесная девочка в очках

Сосновый ветер

Погладил волосы прохладною волной

Она воздушна и легка

Как паутинка

Ее глаза

Разбужены хвоей

Над головой – стрекозы голубые

Уносят день за горизонты снов,

Где одинокий Петр ловит рыбу

Где всюду дом

Где сотни новых слов

Приходят

Словно радостные гости,

Садятся за накрытые столы –

На синей скатерти – простое угощенье

С вином кувшины

Ягоды, цветы…

И девочка задумчиво-спокойна

Любима солнцем

И прозрачною водой

Читает Богородицы молитвы

Негромкий август шепчет ей: «Постой…»

***

Крест в материнском молоке

Сокровище из кипариса и любви

Мы просыпаемся в тени

Неведомых зеркал

В тяжелых пальцах

Лопнувшей земли

Потерянные стрелки от часов

Упали в море тысячи имен

(Его глаза – светлы и глубоки)

Дождь размывает лики у икон

Сочатся краски в золотой песок

Семь алых роз в тумане как мираж

Семь острых стрел надломлены рукой

Надменный ворон –

твой небесный страж

И холод, что на кончике стрелы

Летящей сквозь натянутую сеть

Коснулся век усталых

Словно снег

Лег на пороге трепетной зимы

***

Лето в брачных одеждах

Трепещет огнем

Утром тени согреты полынью

Грустный мальчик пришел

За небесным кольцом

В дивный лес,

Где слова стали былью

Там пыльца золотит

Журавлиный покой

Обнажилась земля

Листья

Травы

Сплетены чьей-то легкой рукой

Воздух чист

И желанья усталы.

***

Забылись тяжесть у сохи

И родовые муки

Цветенье слив

И шепот мягких дюн

Кружение пчелы

Над старой грушей

И запах древних

Потемневших рун

Мать ветра

Она срезала утренние стебли

Слепое эхо вздрогнуло в полях

В полях, где оробевшие невесты

Блаженно спят на маковых цветах

Она снопы вязала

Тихий праздник

Покинул дом

Лампады погасил

День саранчи всё ближе

И прекрасней

Шаги детей по граням тишины

***

Мерцающий шепот заката

Запах снега в раскрытой тетради

Капли холодного яда

Стынут в морском полумраке…

***

Море – кожа хамелеона

Лопнуло в сотнях движений

Растворилось в сосудах ушедшего лета

Затихло под ласковым взглядом

Твоей полуденной тени

Оставив лишь берег пустынный

Для меня

И для наших детей…

1992-97

***

Твой сон дневной:

Спор ангела и беса

Бездонный страх на белом полотне

Скупых морей

И выжженного леса

Безмолвный крик у неземной черты

***

Постель ледяную у края земли

Стелили усталые руки

Багровых ветров

И китайской зимы

Тревожные, хрупкие звуки

Окутали город

Туманом и злом

Захлопнули окна и двери

Под голову камни,

Поросшие мхом

В зубах приносили мне звери

***

Мокрые волосы. Рисовый снег.

Тана в замерзшем окне

Дети несмело сидят на руках

Пыль на холодном стекле

Маленький сын удивлен и молчит

Дочь смотрит матери вслед

Пятница

Полдень

Крадется печаль

Падает рисовый снег

***

С темнотой одинокой и зримой

Сливаясь

И с собственным телом –

Осязаемым, гибким

С постелью,

Живущей в полуночном чреве

Замерзшего лета

Сливаясь с тобою

Мой зной, переполненный светом,

Опалил безымянные лики

Времен ускользнувших

Потерянных безвозвратно,

Провел по щекам позолоченно-щедрым

Прибоя

Ладонью нетвердой,

Утешился взглядом –

Родным, просветленным

Растаял…

Грехи

Возвращаясь

Они на плащах своих

Ветер приносят

Увиты цепями их головы,

Руки

Забрызганы кровью и пеплом

Чертополох расцветает

На кольцах из меди,

На мраморных плитах

Следы наполняются зноем,

А тени – водою

Они возвращаясь

Пощады не знают –

Безжалостно губят

Невинную радость

И плоть искушают

И сердце

В огонь опускают

Опутаны гневом их лица

Опутаны ложью…

***

Наступает мировая осень

Ангелы уже готовы жать

Побелели нивы

Пенным соком

Истекают ветви

Благодать

Вновь приходит медленно и нежно

Воздух полон сладости

А зло

Раскрывает пропасти небрежно

И бросает битое стекло

1993

Боль

Крылатые змеи

С крапивою в перьях

Настигли меня на пороге времен

Крылатые змеи

Легки и внезапны

Под ноги мне бросили лен

И дождь

Смыл последнюю радость

С ладоней

И брошенных стен

Крылатые змеи хвостами

Слова превращали в гиен

***

«Вода – это совесть», –

Свободный народ

Промолвил

Невинные дети

Покинули город

Из пламенных сот

Достали железные сети

И солнце поймали

И каждый в руке

Зажал обгоревший кусочек

Ожоги лечили

В холодной реке

И прятали в омуте лучик

От быстрых драконов

И утренних псов,

Бесстрашные (злобы не знали),

Они уходили

В тени облаков

Пронзенные флаги упали

На проклятый берег

Зеленых морей,

Кривою иглою и шилом

Запястья

Великих земель

Сшивали

И глиняным илом

Укрыли глаза

И упругие швы

Из вереска платья

Одели

(Кругом – только воздух

Холмы

Да ветра тяжелые тени…)

И ластились волки

К пахучим рукам

И дети от счастья устали

И гладили нежно свободных зверей

За шею и грудь обнимали,

Смеялись,

На небе искали звезду,

Спустившись в простуженный вечер,

И грелись горячим дыханьем волков

И голос детей был беспечен

***

Век на исходе.

Звезды стали ярче.

Мой враг устал

От бесполезных дней.

«Ты – царь безумный!», –

Дочь кричит

И жарче

Слова молитв

В предчувствии смертей

Безумный царь

Безмолвного пространства

Орудие отмщения за боль

Куда теперь?

Какое злое царство

Предстало в это утро пред тобой?!

***

Ловит крошечной ручкой тень

На стене

Семимесячный мальчик

Рисунок дочери

На лодке дом,

А в доме – человек

Плывет куда-то

К дальним берегам

Искать невесту

Утро

Первый снег

Подставил крылья

Легким облакам

Июль – Декабрь, 1997

Жизнь

Здесь

Среди голых королей

И вязкой похвалы

Еще слышны мои слова

Сквозь отблески войны

Еще стучится в нашу дверь

Коварная зима

В ее запутанных власах –

Свинец да лебеда

Среди голодных и слепых

Моя смешная дочь

Живет на капельках росы

И ускользает прочь

Когда рассерженная тьма

Ее скупых обид

Смывает солнечную дрожь

С позеленевших плит…

Январь

В холодной кухне

На большом столе

Замерзли мандариновые листья…

Бунт

Решительная толпа.

Мостовая. Тревога. Голод.

Руки сжимают камни

Руки сжимают тяжелый молот

Бедности и нужды

Молот отчаянья и страха.

Город разбужен

Город расколот

Город – кровавая плаха.

Старики

Мы умираем

Незаметно и робко

На простынях серых

Из ветхого хлопка

На маршах помпезных

На песнях о рабстве

Мы умираем

С презреньем к богатству…

Лишь иногда

Вспоминая о Боге

Мы умираем

У светлой дороги

***

Сибирь – злая вольница

Гусли из воздуха

Земли пропитаны жаром и холодом

То ли ты – мать,

То ли ты – мачеха…

Имя твое становится порохом,

Тело –

Нездешняя страсть,

Невозможная

Легкость

И тяжесть

Движений

Вне времени,

Точишь ножи

Не спеша, осторожно

Ты,

Точишь клыки

Для московского племени…

Дом

В водах моей постели

Плавают чудные рыбы

В стенах –

Дрожит опьяневший от радости

Смех.

Плачет любимая

В сердце ее

Слишком много огня

И обиды

В сердце ее

Оживает безжалостный гнев.

В древе моем

Поселились влюбленные птицы

Вьют себе гнезда

Из длинных, упругих ветвей

Солнце пригрелось

На мягких, пушистых ресницах

Солнце и радость

Под лаской парящих морей.

Плачет любимая…

В небе моем – полнолунье.

Семь тысяч лет

Незаметно для каменных глаз

Крепко сплетаются корни

Рожденья и смерти,

День саранчи

Превращается в час

Плачет любимая…

В доме моем –

Наводненье

К морю уносит цветы

Строит мост из песка

В доме моем

Притаились забытые тени

Летних дождей

Удивительно легкого сна

Плачет любимая…

Знает, что сон наш не долог

Воды сомкнутся

Прощальный поклон до земли

Смотрит на пламя,

А в пламени – холод

Смотрит на небо,

А в небе – кресты…

***

Я – прах

Я из него пришел

В него и возвращаюсь

Земля – моя постель

В Рождественское утро

***

Ты словно последние капли дождя

(или может быть капли любви)

Новогодняя вата лежит между рам

Осколки игрушек в пыли

Мишура, паутина

В оконных углах

Цветное стекло как упрек

И в детской больнице пустующий морг

Чисто вымыт от грязных сапог

Тана

Она

Когда спокойна и смиренна

Словно рассвет над морем

Легкий плеск

Зеленых волн в багровых лабиринтах

Окутанный туманом чуткий лес

Сон птиц на скалах

Тайное томленье

В морских пещерах

Тихая печаль

О том, что зыбко

Хрупко

Недоступно

О том, чего всегда немного жаль

Она

Когда надменна – своенравна

Словно внезапный и хмельной порыв

Слепого ветра

И безумного заката

Хрустально чистый

И священный миг

Она

Когда задумчива – невинна

Когда нага – стыдлива,

Но щедра

На чувства

И в глубинах сердца

Несмело прячется вселенская тоска

Плач Евы

И рожденья муки

Изгнание из рая

Смерть любви

Она – и боль,

И раны

И сомненья

Она – твои беспомощные дни

1994

***

Луна кровава

Воздух напоен

Бездонным трепетом

Слепой тревогой

Ветер

Коснулся рук

Соломенных волос

Блеск звезд безумен

И печально светел…

1994

Город. Зима

Твой город

Как раздавленный паук

Как зверь подстреленный

Ревущий –

Боль и злоба

В его отравленных

Мутнеющих зрачках

На нем – тоска

Измученного Бога

Крадется мрак

В шипящей пустоте

Разорваны синеющие губы

Мостов и улиц

Нищие и псы

В объятьях отупевшего порока

1994

***

Плод сулемой травили

Тихие девочки

Деток на части рвали

Стальные пальчики

Ветер носил колыбельные

Не пропетые

К темной воде,

Где не рожденные мальчики

Плакали тяжко

Отчаянно,

Криком беззвучным

Как семенем

Берег забрызган

И капельки

Позеленели от времени…

***

Мертва твоя плоть

Во чреве – лед