Kitabı oxu: «Падение Акры»

«Бесчисленное множество людей всех народов и языков, жаждущих христианской крови, собралось из пустынь Востока и Юга. Земля дрожала под их шагами, и воздух дрожал от звука их труб и кимвалов. Солнечные блики от их щитов сверкали на отдалённых холмах, а наконечники их копий светились, как бесчисленные звёзды на небе… Не оставалось никакой надежды спастись, но морской путь был открыт, в гавани стояло много христианских судов и галер тамплиеров и госпитальеров, но всё же два Великих рыцарских ордена, сочли неприемлемым отступать на Кипр. Они решили до последнего исполнить свой Долг, который они клялись исполнять до последней капли крови. В течение 170 лет их мечи постоянно оберегали Святую Землю от нечестивых вторжений мусульман, земля Палестины была щедро полита кровью лучших и храбрейших рыцарей, и верные своей клятве и своему рыцарскому предназначению, они теперь приготовились победить или умереть. Гийом де Боже, Великий магистр тамплиеров, участник сотен битв, принял командование гарнизоном. Старые и больные, женщины и дети, были морем отправлены на Кипр, и не осталось в осаждённой Акре никого, кроме тех, кто готов был сражаться, или принять мученическую смерть от рук неверных…

– Победа или смерть! – кричал Гийом де Боже, и этот кличь, подхватывали все храбрые защитники Акры».

Неизвестный автор XIII века

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Шаткий мир был нарушен, когда в Акру прибыло неистовое воинство папы римского Николая IV. (Николай IV – папа римский в 1288–1292 гг) Полторы тысячи наёмников из Северной Италии, нанятые папой, злые, дикие и голодные, быстро промотавшие всё, что им заплатили, с рвением и запалом истинных фанатиков, набросились на мусульман Акры.

– Убивайте всех!

– Всех неверных!

– Смерть еретикам! Смерть им! Смерть!

Кровавым вихрем они носились по узким улочкам Акры, убивая всех мусульман – тех сирийцев, что испокон века проживали в городе, тех, кто привёз из окрестных селений в город товары на продажу, тех, кого принимали за мусульман, или убивали тех христиан, кто заступался за мусульман или был слишком слаб, чтобы защитить себя. Особенно пострадал богатый торговый квартал, дома, где селились мусульманские купцы, их магазины и склады. Торговые республики – Венеция, Пиза, Генуя, Амальфи, имели в городе свои кварталы, и они тоже весьма пострадали от разгула наёмников.

К концу XIII века, здесь, в богатой и прекрасной Акре, собрались осколки былой славы и величия Иерусалимского королевства – короли и принцы, князья и графы, множество других знатных людей меньшего пошиба. Погрязшие в склоках и распрях, оскудевшие телесно и духовно, они, всё ещё кичась былым, важно расхаживали в своих золотых коронах по улицам Акры, ещё на что-то надеясь…

Великий магистр ордена тамплиеров Гийом де Боже, подошёл к узкой бойнице замка, выходящей на генуэзский квартал, и посмотрел вниз, на пожары и бесчинствующую толпу наёмников на улицах.

– Генуэзцы!.. Суки!.. Я бы этих тварей, и сам бы распял! Повесил бы всех, этих скотов!

Маршал ордена Пьер де Севри, подошёл к магистру и прошептал:

– Венецианцы, тоже начали переговоры с султаном Египта!

– Суки! – зло выхаркал Гийом де Боже.

Понятно, что теперь, после предательства Генуи и Венеции, заключивших торговые договоры с Египтом, султан Калаун аль-Мансур не нуждается более в Акре, как в торговом мосту между Востоком и Западом. Теперь следует, со дня на день, ожидать нападения египтян на город.

Без доклада вошёл молодой Гуго де Пейро, доверенное лицо, племянник старого друга и соратника Эмбера де Пейро, генерального надсмотрщика Ордена в Англии и Франции.

– Господин, к Вам пришли патриарх Иерусалимский Николай (Николай Анапс – носил титул патриарха Иерусалимского в 1288–1291 гг), Великий магистр Жан де Вильер (Жан де Вильер, Жан де Вилье – Великий магистр ордена госпитальеров в 1284/1285-1294 гг) и Пьеро Мастелли, глава венецианской общины города.

Гийом де Боже поморщился, жёлчь и горькая слюна переполнила его горло, и он зло сплюнул. Иерусалим уже более как 100 лет был потерян (Войска султана Египта Салах ад-Дина заняли Иерусалим в 1187 г ), с орденом госпитальеров их разделяла давняя вражда (Которая очень часто переходила в открытую войну), а отношение к продажным венецианцам, молящимся лишь прибыли и золоту…

Великий магистр тамплиеров снова сплюнул.

– Чего они хотят?

– Возмущаются, требуют прекратить бесчинства и грабежи на улицах, от которых страдают честные люди, – с усмешкой ответил Гуго де Пейро.

Великий магистр устало сел в кресло.

– Пригласи одного Жана де Вильера. Остальных, гони прочь.

Патриарх Николай Анапс надул губы, но за последние годы он так привык к обидам и унижениям, что не говоря ни слова, развернулся и пошёл прочь. Совсем другое дело, этот венецианский купчик Пьеро Мастелли, который кричал, ругался, рвался на приём к Великому магистру, но был толчками выставлен стражей из Тампля.

Звеня шпорами, в зал вошёл Жан де Вильер.

Эти двое, старые и опытные, много чего пережившие и испытавшие в жизни, долго глядели в глаза друг другу, понимая всё без слов – нападение на Акру, одного из последних оплотов христианства на Востоке, не за горами.

– Надо послать за помощью… Обратиться ко всем государям Европы. Ведь это, общее дело всех христиан! – первым нарушил молчание Жан де Вильер, сам зная, что его слова бесполезны. Но надежда ещё жила, ещё не умерла в его душе.

Гийом де Боже, зло отмахнулся.

– Уже посылали! Не раз! И что толку!

В прошлом году, когда под ударами египтян пал Триполи (Триполи – столица графства в 1105–1289 гг, ныне одноимённый город в Ливане), вся христианская Европа вроде бы пришла в ужас. На словах… Франция и Арагон, были более заинтересованы войной за Сицилию. В Священной Римской империи, после смерти в 1250 году Фридриха II Гогенштауфена (Фридрих II Гогенштауфен (1194–1250), король Германии с 1212 г, император с 1220 г, король Сицилии в 1197–1212 гг и с 1217 г), не было императора, а была лишь вражда и смута.

– Вон, папа, прислал нам воинов Христовых!.. Святых вершителей деяний Божьих! Слышишь, как они горят религиозным рвением, и режут всех мусульман?!

Жан де Вильер, усмехнулся в ответ на колкости де Боже, и перекосилось его лицо, обезображенное багровым шрамом.

– Как бы то ни было, надо остановить их! Нам надо навести порядок в городе! Нам, перед лицом нависшей угрозы, просто необходим порядок и дисциплина!

Гийом де Боже склонил голову, соглашаясь с Великим магистром госпитальеров.

– Высылай на улицы своих рыцарей, я пошлю своих, пусть загонят этих тварей, обратно в казармы! Зачинщиков, и наиболее буйных из этих скотов, в темницу!

Жан де Вильер послал на улицы Акры сильный отряд под командованием маршала ордена Метью де Клермона, а Гийом де Боже – рыцарей Тевтонского ордена во главе с Великим магистром Бурхардом фон Шванденом.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Они не ошиблись – султан Египта Калаун выгодно использовал предлог – избиение мусульман в Акре, и потребовал наказать виновных.

И лазутчики доносили, что Египет усиленно готовиться к войне – собирается огромная армия и быстро строятся осадные машины. Куда эта армия направиться, никто не сомневался – на Акру, и все ощущали, сгущающиеся грозовые тучи.

– Мы не можем губить христиан, в угоду язычникам! – гнусавым голосом верещал папский легат, архиепископ Тира (Тир – один из древнейших торговых городов, захвачен крестоносцами в 1124 году, ныне город Сур в Ливане) Бернар.

Патриарх Иерусалимский Николай Анапс, кивком головы поддержал своего собрата-церковника, и сказал:

– Это воины Его Святейшества папы римского, они сражаются под освящённым самим папой знаменем Святого Петра, и находятся, под его покровительством и защитой! Только сам Его Святейшество, может судить и наказывать своих воинов, может быть и виновных, в праведном наказании язычников и мусульман!

– Вряд ли султана Египта, удовлетворит такой ответ, – сморщившись от пафоса церковников, ответил Гийом де Боже.

– Плевать! Плевать нам, на языческого султана! С нами Христос, и он не допустит погибели, истинных и верных детей своих!

До боли сжав кулаки, де Боже, с шипением выпустил сквозь крепко стиснутые зубы, клокотавшую в груди ярость.

Снова пришли дурные вести – король Арагона и Сицилии Хайме II, заключил с султаном Египта военный союз. Теперь на помощь Сицилии, рассчитывать не приходилось. А эти кретины, ничего не видят, дальше своего носа! Господи, какие же они!..

– Тогда, мы можем казнить преступников, сидящих в тюрьме, но сказать султану Египта, что казнили зачинщиков, виновных в убийствах мусульман, – хоть как-то пытаясь отстрочить погибель, сказал Великий магистр ордена тамплиеров.

Но на дабы встал весь городской совет.

– Я против любого пролития христианской крови в угоду язычникам! – распетушился архиепископ Бернар, и скрывая собственный страх, посмотрел на патриарха, ища в нём поддержки.

– Я тоже! – вставая со своего места, трясясь своей тщедушной фигурой, громко заявил Николай Анапс. Ведь ему так редко выпадал шанс, одержать превосходство над заносчивым тамплиером.

На стороне священников были и сенешаль Иерусалима Жан I де Грайи, и барон де Сюлли, и венецианец Никколо Тьеполо.

Барон де Сюлли, собственно и командовал папскими наёмниками, творившими беспорядки в Акре, а венецианцу Никколо Тьеполо, командовавшему 20 галерами, по понятным причинам не было особого доверия.

К де Боже склонился де Вильер, и тихо прошептал:

– Ты сам понимаешь, что на счету каждый, кто способен держать в руках оружие. Мы действительно, не можем казнить христиан, по требованию султана. Войну этим, не остановишь…

Неожиданно для самого себя, Гийом де Боже понял, что единственный его друг и союзник сейчас, всё понимающий и осознающий, это бывший враг – Великий магистр госпитальеров Жан де Вильер.

Тамплиер вопросительно посмотрел на госпитальера, ища помощи, совета и поддержки.

Де Вильер откликнулся и сказал:

– Надо написать султану письмо, послать к нему посольство, хоть как-то, но тянуть, тянуть время! Я всё ещё надеюсь, на помощь христианских государей!

Гийом де Боже, кусая губы и ломая пальцы, долго раздумывал, а потом, может быть впервые в истории двух орденов, пожал госпитальеру руку.

– Рад за тебя, Жан де Вильер! Рад, что твоя Вера, ещё не умерла! Мы так и поступим! Напишем Калауну письмо, пошлём послов, и будем ждать!

А потом тихо, для самого себя и Жана де Вильера, прошептал:

– И готовиться к смерти!

Но султан Египта Калаун аль-Мансур, твёрдо решил покончить со всеми христианами в своих владениях. Он потребовал, за голову каждого жителя Акры выкуп, по одному золотому цехину (Цехин – золотая монета чеканившаяся в Венеции с 1284 года, по современным меркам равная примерно 3,5 гр. серебра, из чистейшего золота, соответствующего 980-й пробе).

Понятно что в Акре, отвергли это вымогательство султана, ещё не зная что он уже собрал совет всех лучших мужей и высших религиозных деятелей своего государства, для придания одобрения своему походу против христиан, и получил полную поддержку своим действиям.

– Я клянусь, что не опущу оружия, не выпущу меча из своих рук, пока с НАШЕЙ ЗЕМЛИ, не будет изгнан последний христианин!

Ему было 68 лет (Калаун аль-Мансур родился в 1222 г), и 4 ноября 1290 года, покинув Каир, он внезапно заболел, и умер 10 ноября.

Но перед смертью, он прохрипел своему сыну и наследнику Халил аль-Ашрафу:

– Клянись на Коране, что только тогда, во славу Аллаха, погребёшь меня с почестями, когда сгинут с НАШЕЙ ЗЕМЛИ, все христиане!

– Клянусь! – ответил Халил аль-Ашраф, и велел забальзамировать тело своего отца, и везти его за собой до тех пор, пока не будет взята христианская Акра.

«Великий владыка, султан султанов, повелитель мира, могущественный и грозный каратель, победитель франков, татар и армян, вырывающий крепости из рук неверных, вам, магистру, благородному рыцарю Храма, истинному и мудрому, привет и наша добрая воля». Имя Гийома де Боже было широко известно на Востоке, и султан Халил аль-Ашраф, после угроз, оказал ему должное почтение. И это было, с восхищением принято Городским советом Акры. Но дальнейший текст письма, развеял все их иллюзии. «Поскольку вы настоящий муж, мы посылаем вам послание о нашей воле, и доводим, что мы идём на вас, дабы возместить нанесённый нам ущерб, и желаем, чтобы власти Акры не слали нам более ни письма, ни подарков, ибо мы их больше не примём».

Все знали, что война близиться, но такое её прямое объявление, было словно ушат ледяной воды, вылитый на головы участникам Городского совета Акры. Все сидели испуганно и настороженно, лишь Великие магистры рыцарских орденов – Гийом де Боже и Жан де Вильер, обменялись понимающими и поддерживающими взглядами. Между ними, всё уже было договорено и обсуждено.

Грозно, в наступившей полной тишине, пророкотал глас Гийома де Боже:

– Рыцарь Ордена Христа и Храма Филипп де Манбёф! Я, призываю вас!

Из рядов собравшихся, решительно вышел брат Филипп де Манбёф, и склонив голову, встал перед Великим магистром.

– Вы отправитесь нашим посланником к султану Египта! Попробуйте… – голос Гийома де Боже на миг дрогнул, но обретя поддержку во взгляде Жана де Вильера, он продолжил, – договорится с султаном Египта о мире… Скажите ему, пусть на Святой Земле, одинаково почитаемой как нами, так и верующими в Аллаха, мирно уживаются все. Ведь эта земля, Святая для всех нас!

Неодобрительно, на такие богохульственные слова Великого магистра, замычало духовенство, но не посмело, открыто выразить свой протест.

Гийом де Боже подошёл к де Монбёфу, и крепко обнял рыцаря за плечи.

– Ты знаешь, что тебя ждёт… Будь храбрым, будь смелым, будь верным! Не оставь Веры Христовой и пусть тебя хранит и оберегает Пресвятая Матерь Божья Дева Мария!

И под новое ворчание церковников, Гийом де Боже поцеловал Филиппа де Монбёфа в губы.

Султан Халил аль-Ашраф, даже слушать не стал де Монбёфа, а повелел бросить его в железную клетку, низкую, узкую, где нельзя было выпрямиться и встать в полный рост.

Де Монбёф, согнутый но не сломленный, испытывая страшные страдания, молился и шептал:

– Я готов к смерти! Я готов к мучениям! Я готов принять терновый венец мученика, ради Христа и Веры Христианской! Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, Аминь!

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

После некоторой метушни и сумятицы, всегда сопутствующей смене правителей, огромная армия султана Египта Халил аль-Ашрафа двинулась к Акре, и в марте 1291 года, вошла в Палестину.

Гийом де Боже и Жан де Вильер, спешно подсчитывали свои силы.

– Воины Ордена Святого Фомы (Орден Святого Фомы – военный госпитальерский орден Св. Иоанна Акрского и Св. Фомы, основанный в Акре в 1205 г., одно из ответвлений ордена госпитальеров) …

Жан де Вильер ухмыльнулся, и шрам жутко обезобразил его лицо.

– Девять рыцарей, сенешаль и магистр, и это, всё.

Гийом де Боже не поддержал весёлости, и нахмурясь, продолжил:

– Рыцари Ордена Святого Лазаря…(Орден Святого Лазаря Иерусалимского – основан в Иерусалиме в 1098 г сначала как лепрозорий, потом стал принимать в свои ряды рыцарей, больных проказой. Для них, гниющих заживо, смерть в бою во славу Христа, была благом, и они всегда бесстрашно кидались на полчища врагов).

Почти пятьдесят лет назад, 17–18 октября 1244 года, в битве при Форбии, закончившейся полным разгромом всего христианского войска, орден Святого Лазаря полёг полностью, вместе со своим Великим магистром. И сейчас, едва ли насчитывал около сотни воинов. Но эта сотня была внушительной силой, и оба Великих магистров, без сомнений отдали лазаритам для обороны, большой участок стены, между своими позициями.

– Тевтонцы…

– Не знаю точно, но примерно около трёх десятков рыцарей.

– Тридцать злых и яростных в битве германцев!

– Да, это так. Согласен с тобой.

– Рыцари Гроба Господнего.

И снова не сдержал улыбки Жан де Вильер.

Ещё в Иерусалиме, в Орден рыцарей Гроба Господнего, для несения службы и охраны этой святыни христианства, брали старых, заслуженных, израненных в боях рыцарей, и пользы от них в реальном бою…

– Как бы, труха из них не посыпалась, когда дело дойдёт до битвы, – смеясь, сказал он.

Гийом де Боже нахмурился ещё больше.

– Нам выбирать не приходиться, и я больше чем уверен, что эти заслуженные в боях во славу Христа ветераны, с честью погибнут, но не отступят со своих позиций, ни на шаг!

Магистр госпитальеров склонил голову, соглашаясь с ним.

– У меня, где-то 250 рыцарей, – сказал Жан де Вильер.

– Примерно столько же, и у меня, – всё более хмурясь, произнёс де Боже.

Совместно с отрядами оруженосцев, послушников и сержантов, оба рыцарских ордена могли выставить 5 тысяч воинов.

Полторы тысячи наёмников присланных папой и небольшой отряд городского ополчения.

Всего, защитников Акры, около 8 тысяч человек.

– Мало! Ужасно мало! – хлопнул ладонью по столу Гийом де Боже. – Лазутчики доносят, что сто тысяч сарацин, прут на нас! (По подсчётам некоторых современных историков, армия султана Египта составляла где-то от 60 до 85 тысяч человек. Другие называют цифры и в 160 тысяч, и в 200, и даже 260 тысяч)

Утешало лишь то, что Акра была превосходно укреплена – два ряда стен с могучими башнями, и казалась она, неприступной крепостью. Но эти двое, много повоевали на своём веку, и знали, что неприступных крепостей не бывает. Всё решают люди, всё от них зависит, и вот их-то, как раз и не хватало.

Оба Великих магистра переглянулись, и теперь улыбнулись друг другу. Они ни на йоту не колебались, убеждённые в правильности принятого решения, желая, даже ценою собственных жизней, удержать за христианством этот маленький клочок Святой Земли.

Они, и другие оставшиеся верными защитники Акры, не жалели о принятом решении.

– Ничего, за нами придут другие, и восхитятся подвигами нашими и продолжат дело наше, – искренне верили они, и без сомнений и страха, шли на смерть.

– Пизанцы, – сказал Жан де Вильер, чувствуя дружественную теплоту, по отношению к собрату по помыслам и духу, Гийому де Боже, – могут дать ещё отряд воинов.

Магистр тамплиеров кивнул, соглашаясь:

– А иудиному племени из Генуи и Венеции, веры нет!

Жан де Вильер улыбнулся, и распахнув объятия, обнял Гийома де Боже.

– Умрём, но не отступим, брат мой! Умрём, но не отступим!

Начало весны 1291 года порадовало! Прибыл посланный королём Англии Эдуардом I, большой отряд воинов под командованием Отто де Грандисона (В других источниках – Оттон де Грандисон, Гуго де Грандисон, Отон де Грансон, Жан де Грансон), и приплыл с Кипра, с десятком рыцарей и несколькими тысячами воинов, король Генрих II де Лузиньян (Генрих II де Лузиньян (1271–1324), с 1285 король Кипра и номинальный король Иерусалима), вместе со своим братом Амори, сеньором Тира.

Отто де Грандисон, торжественно говорил встречающим:

– Мой король, Его Величество Эдуард, повелел передать всем храбрецам, собравшимся в Акре! – Не для того мой предок, славный король Англии Ричард Львиное Сердце, отбил у мусульман Акру, чтобы ей снова завладели неверные! (Ричард Львиное Сердце – король Англии в 1189–1199 гг, в 1191 году, в ходе Третьего крестового похода, отбил у египтян Акру, захваченную ими в 1187 году. Да и сам король Англии Эдуард I, посещал Акру 20 лет назад, в 1271 году, после провального Восьмого крестового похода (Восьмой крестовый поход, нацеленный на Тунис, был начат и окончен в 1270 г)

Эти слова, были встречены восторженными криками.

А двадцатилетний король Генрих II, страдающий эпилепсией, и его брат Амори, попытались прибрать в свои руки всю власть в городе, но оба старых и мудрых магистра рыцарских орденов, им это не позволили.

И как бы то ни было, теперь, количество защитников Акры, увеличилось до 14 тысяч человек.

ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ

Густаво де Вальверде подал Великому магистру шлем с пышным плюмажем из страусинных перьев, проверил застёжки ярко сверкающих посеребрённых наплечников, и заботливо поправил длинный, белый плащ, с нашитым красным крестом рыцаря Храма. Гийом де Боже, улыбкой поблагодарил, верного друга за заботу.

Жан де Вильер, уже поджидал его.

Перед началом осады им надо было проверить все запасы продовольствия в городе, источники питьевой воды, осмотреть укрепления, кузницы и Арсенал, точно подсчитать каждого защитника Акры, распределить районы для обороны, наметить план действий.

Разрослась Акра, расширилась! Десятки церквей и соборов, дома знати и склады купцов, мастерские ремесленников и лавки торговцев, выросли на её улицах. И казалось людей не страшила весть, о приближении огромного войска сарацин – как и на любом восточном базаре, на двух шумных и многолюдных рынках Акры, продавалось практически всё, что душе угодно, звонили колокола, созывая христиан к мессе, а из дворца короля Иерусалимского, слышалась музыка, песни и крики весёлого пира.

Де Боже помнил, как он впервые посетил Акру, тогда ещё совсем мальчик, послушник Ордена. «Сколько же лет прошло? Сорок, пятьдесят?… Много воды утекло с тех пор, ох, много!..»

– Надо убрать из города всех, кто не хочет или не способен сражаться. Всех, кто не может принести пользы при обороне.

– Да, мои галеры готовы хоть сегодня выйти в море. Отправим всех желающих на Кипр…

Дорогу Великим магистрам преградил глава венецианской общины Пьеро Мастелли, а за ним стояла большая толпа.

– Вот теперь, вы выслушаете меня! – маленький и толстенький венецианский купец, без страха наседал на двух Великих магистров, возвышающихся в сёдлах боевых коней.

– Говори… – под кривой усмешкой скрывая гнев, сказал Гийом де Боже.

– Почему нас отстранили, от участия в обороне Акры? Я такой же христианин, как и вы, и готов пострадать во имя Веры, и во имя Христа готов отдать свою жизнь!

И уже более тихо, как-то сникнув под суровыми взглядами рыцарей, произнёс:

– Я родился здесь, в Акре… Здесь умер мой отец… Здесь, могилы моих предков. Здесь родились и выросли мои дети. Так неужели я не могу, защищать свой дом, свою родину?! Многие из моих людей, думают также, и готовы идти до конца…

Неожиданно! И Гийом де Боже и Жан де Вильер, не ожидали такого от венецианских торговцев, известных своими богатствами, хитростью и изворотливостью. Но сейчас Пьеро Мастелли говорил честно, искренне, оба Великих магистра чувствовали это, что подтверждали и суровые, напряжённые лица венецианцев у него за спиной. Ком встал в горле, и Гийом де Боже, охрипшим голосом произнёс:

– Хорошо, сегодня вечером придёшь в Тампль.

– Я думаю, что и некоторые генуэзцы, не откажутся участвовать в защите Акры, – тронутый словами Пьеро Мастелли, после долгого молчания тихо сказал Жан де Вильер.

– Да, думаю так оно и будет. Слишком многое, каждого из нас, связывает с Акрой и Святой Землёй. Люди не хотят уходить и оставлять её… А нам надо, навести порядок на улицах города! Больше никаких пьяных драк, убийств и грабежей!