Kitabı oxu: «Любимый злодей. После»

Şrift:

D.C. Odesza

Beloved Villain

You can’t stay away from me

Cover design by ZERO Werbeagentur

Дорогие читательницы и читатели,

эта книга в жанре темной романтики не предназначена для несовершеннолетних. Ее сюжет не подойдет тем, кто не способен отличить вымышленный роман от реальности.

В этом романе не воспевается насилие, но присутствуют сцены, содержащие насилие.

Это, безусловно, мрачная, запредельно захватывающая, чертовски горячая и острая история. Так что не ищите здесь милую историю любви для снятия напряжения.

Каждая строчка будет бросать вам вызов. Каждая сцена будет вызывать мурашки по коже и шокировать.

Даже если поначалу все выглядит иначе, в этой дилогии развивается история любви.

Надеюсь, вы внимательно прочитаете мои слова на этой странице, чтобы в дальнейшем не возникло недопонимания, и прошу вас самостоятельно решить, подходит ли вам эта книга.

А сейчас я желаю вам незабываемых впечатлений от чтения. Берегите себя и свой рассудок, потому что некоторые сцены проверят вас на прочность.

Cordialement!¹

♥

Ваша Одесса

P. S. Список триггеров представлен на следующей странице.

Примечание

За исключением некоторых эпизодов, в своих романах я намеренно отказываюсь от использования контрацептивов – но это не означает, что они не важны в реальной жизни! К сожалению, чаще, чем ожидалось, случается так, что читатели путают вымышленный роман с реальностью.

Предупреждение о триггерах

Сталкинг, змеефобия, физическое и психологическое насилие, убийство, жестокое обращение, домашнее насилие, пытки, похищение, оружие, манипуляция, употребление алкоголя и наркотиков, травмы, бондаж, шантаж, неоднозначное согласие, парафилия, смерть, торговля людьми.

Предупреждение о содержании

Пожалуйста, читайте эту книгу только в том случае, если эмоционально к этому готовы.

Если вам тяжело справляться с этими (или другими) темами, вы можете получить круглосуточную, бесплатную и анонимную помощь, позвонив в службу доверия.

Искренне ваша, команда издательства «Еverlove»

Глава 1
Нурия

В темные времена твою душу разъедают сомнения.
Но достаточно лишь короткого проблеска света, чтобы победить их.

Моего лба касается теплое дыхание. Чьи-то пальцы зачесывают прядь волос за ухо. По щеке скользят чужие губы.

– Почти приехали. Просыпайся, – доносятся до меня слова, сказанные звучным мужским голосом.

Я пытаюсь представить, что рядом со мной находится Демон и что это он ласково меня будит. Как бы мне хотелось взять его за руку, обхватить пальцами и притянуть ко рту тыльную сторону его ладони!

– Я знаю, что ты проснулась, Ринора. Садись.

Не хочу. Если я открою глаза, то окажусь лицом к лицу со своими кошмарами. Посмотрю в лицо человеку, который почти каждую ночь преследует меня во снах и подгоняет к пропасти.

Он проводит пальцами по шраму возле моего подбородка. От его прикосновения вспыхивает та же жгучая боль, что и раньше, когда я зажимала руками кровоточащую нижнюю челюсть и думала, что умру. Правда, я точно не знаю, когда это произошло на самом деле. Просто помню ту ужасную боль.

– Ринора! – зовет он уже более настойчиво.

Видимо, бесполезно продолжать притворяться, что я сплю.

Осознав, что моя голова лежит на мужском бедре, я хмурю брови. Причем речь не просто о каком-то мужчине, а о человеке из моих чертовых кошмаров.

Проклятие!

Я резко распахиваю глаза. Не потому, что он так сказал, а потому, что хочу как можно скорее от него отстраниться. Чтобы он не прикасался ко мне без спроса. В конце концов, я до сих пор понятия не имею, кто он такой.

Когда глаза привыкают к свету, я различаю между водительским и пассажирским сиденьем стекло, через которое видна дорога, окаймленная пальмами. Где мы?

Рывком приподнявшись, я обнаруживаю, что нахожусь в шикарном лимузине со светлыми кожаными сиденьями. Оглядевшись вокруг, резко втягиваю в себя воздух. На мне уже не свободная куртка-бомбер и огромные ботинки, которые я украла в поместье Демона, а белое облегающее платье длиной только до середины бедер.

Кто, черт возьми, меня переодел?

– Наконец-то. Хочешь пить?

После того как он насильно усыпил меня уколом снотворного в зале аэропорта, я не собираюсь вообще ничего брать из его рук.

Бросив на него яростный взгляд, качаю головой. В то время как двое его людей в костюмах сидят впереди, он устроился рядом со мной на заднем сиденье – в белых брюках, черной рубашке с закатанными рукавами и дизайнерских солнцезащитных очках с коричневой окантовкой. Небрежно расставив ноги и облокотившись на оконную раму, он внимательно разглядывает меня, как картину.

На мгновение его темные глаза, которые видно даже за линзами солнцезащитных очков, останавливаются на моем декольте.

– Я задал тебе вопрос.

– Как тебя зовут? – задаю я ему встречный вопрос.

Уголки его рта искривляются в циничной улыбке, после чего мужчина облизывает губы и меняет позу. Он тянется к моему подбородку, но я тут же пресекаю это, ударив его по руке.

– Не трогай меня!

– Как грубо… А ведь я уже трогал тебя в местах, которые твой поклонник из «Дюката» даже не видел.

Какого черта? И о каком поклоннике из «Дюката» он говорит? Наверное, о Демоне?

Его ответ приводит меня в замешательство, и он тут же пользуется возможностью, чтобы поймать меня за подбородок. На этот раз более грубо, так что мне не удается вырваться.

– Кто он? Кто обезобразил тебя меткой «Дюката»? – спрашивает он с отвращением, и на сей раз его мрачный взгляд открыто прикован к моему декольте. К тому месту, где меня отметил Демон.

Я крепко обхватываю голое мужское предплечье, пытаясь вывернуться из его хватки. Однако он стискивает меня еще сильнее, из-за чего получается отодвинуться до окна, но не освободиться от него.

– Я первая задала тебе вопрос. Кто ты? – хриплю я, одновременно царапая его руку.

– Ты и правда понятия не имеешь, Ринора? – Не обращая внимания на мое сопротивление, он притягивает мое лицо к себе. – Похоже, падение с обрыва оставило больше следов, чем я думал.

Ему известно о падении?

– Значит, это не сон? – спрашиваю я, обращаясь скорее к самой себе.

– Что ты имеешь в виду?

Он с интересом наклоняет лицо, и его пронизывающий взгляд ищет мои глаза. Этот взгляд, его глаза – они переполнены тьмой, жестокостью и необыкновенной красотой.

Впервые я дольше вглядываюсь в его лицо, внимательно изучая каждую циничную черточку в уголках рта, харизматичный изгиб бровей и зачесанные назад со лба русые волосы, в которых преломляется солнечный свет. Время от времени три пряди спадают на брови, придавая ему слегка небрежный и в то же время запретно привлекательный вид. Он определенно умеет стильно одеваться, ухожен и обаятелен. Чертовски опасная смесь, ведь он, кажется, точно знает, какой эффект производит на собеседника.

Но больше всего меня завораживают его глаза. Теперь, когда человек из моих кошмаров обрел лицо, в сознании замелькали обрывки воспоминаний.

Я вижу эти глаза цвета палисандрового дерева, глядящие на меня сверху вниз, когда он нависает надо мной. Вижу эти глаза, окруженные морщинками недовольства, когда он со злостью бьет кулаком по стене рядом с моей головой. Вижу, как эти глаза снисходительно смотрят на меня, прежде чем он отворачивается, а моя челюсть разрывается от боли. Вижу, как в этих глазах собираются слезы. Слезы гнева, которые предназначались не мне.

Что же произошло? Что, черт возьми, связывает меня с этим человеком? И почему я не могу его вспомнить? Проклятие, я хочу знать, где я с ним познакомилась и почему он называет меня Ринорой. И почему в данный момент я сижу в его машине.

Он единственный, кто может дать ответы на все мои вопросы. Поэтому я беру себя в руки и отвечаю:

– Я имею в виду то, что я угрожала тебе пистолетом, а потом упала спиной вперед со скалы? Это было на самом деле?

Он едва заметно прищуривается, не разрывая зрительного контакта.

– Это был не сон, хотя мне бы этого хотелось.

– Почему я это сделала?

– Если ты сама не знаешь ответа, я не могу тебе его дать, – шепчет он, придвигаясь ближе. Его хватка на моем подбородке чуть ослабевает, когда он опускает свое лицо к моему.

Он лжет. Ответ ему известен, просто он ему не нравится.

– Скажи мне.

– Поцелуй меня, – парирует мужчина и поднимает правую бровь.

Фыркнув, я отворачиваюсь.

– Я могу дать тебе такой ответ, Ринора: три года назад ты целовала меня с удовольствием, причем везде, где бы я ни пожелал, – подначивает он.

Три года назад…

– Но я подожду. Ты через многое прошла за последнее время. – Он без спроса сдвигает ткань моего декольте чуть ниже, чтобы лучше видеть царапины, оставленные Демоном в ложбинке между моими грудями. – Какой бы член «Дюката» это ни сделал, скоро он будет ходить без рук. Никто не имеет права метить мою собственность.

Собственность? Он что, спятил?!

– Я не твоя собственность. – Я с силой скидываю с себя его руки, чтобы он отпустил платье.

– Ты была и остаешься ею. Ты принадлежишь мне, моя дорогая, душа моя! С того дня, как увидел тебя на сцене аукциона, я понял, что ты – моя королева, та самая женщина. Женщина, которую я всегда хотел, с необыкновенными зелено-голубыми глазами, которыми отныне буду восхищаться только я. – Его глаза ищут мой взгляд. – С этим ртом, который будет… – он поглаживает мою нижнюю губу, – целовать только меня и сосать только мой член.

От одной мысли об этом у меня по позвоночнику пробегает холодная дрожь.

– И с этой бархатистой бронзовой кожей, к которой буду прикасаться только я.

– Понятия не имею, что случилось с тобой в детстве, но, по-моему, однажды во время игры ты слишком сильно ударился головой, – огрызаюсь я и снова отталкиваю его руку от себя.

Он опять широко улыбается.

– Будь я проклят, ты – звезда моих очей. Ты – мое сокровище. Как же я соскучился по этому развязному ротику! – Упиваясь самодовольством, он отодвигается от меня, как только лимузин останавливается.

Я с любопытством бросаю взгляд на окно у него за спиной и вижу современное трехэтажное здание с внушительным бассейном. Особняк окружен многометровыми пальмами и цветущими кустами олеандра и гибискуса.

Лимузин паркуется рядом с темными внедорожниками: «Мерседесом» G-класса, черным «Ламборгини» и «Порше Каррера».

Пока я оглядываюсь по сторонам, оценивая масштабы роскоши, до сих пор незнакомый мне мужчина выходит из автомобиля, кладет правую руку на крышу лимузина, сдвигает солнцезащитные очки назад, на волосы, и улыбается мне.

– Ты хотела знать, как меня зовут. Гавриил Орлов-Волков, наследник русской организации «Зетос». Но с этого момента можешь снова называть меня «мой бог», как раньше, когда ты стонала подо мной бесчисленное множество раз.

Я тут же отстегиваю ремень безопасности. Хочется наброситься на этого парня и выцарапать ему глаза, а он смеется и отворачивается от машины.

– Иди к черту! Ни за что! – кричу я в его сторону через открытую дверь, пока он шагает ко входу, где уже ждут его люди. Затем останавливается и оглядывается на меня.

– Ты будешь умолять меня трахнуть тебя раньше, чем можешь себе представить, Ринора.

Внутри закипает гнев. Что за высокомерный, надменный кретин! Без понятия, как можно быть настолько уверенным в себе и самонадеянным, но если этот тип считает, что сумеет подчинить меня, то он определенно просчитался.

– Помогите ей выйти из машины. Живо! – приказывает он своим людям, которые столпились вокруг лимузина, словно толпа зевак.

– Я и сама в состоянии выйти! – рявкаю я на парня с темными, завязанными в хвост волосами, который уже открыл дверцу рядом со мной и пытается поднять меня с сиденья.

– Я поверю в это, если ты выйдешь на счет три. Раз. Два…

Смерив его ядовитым взглядом, я выхожу из машины. За что получаю короткую улыбку от парня передо мной. На вид ему около двадцати. У него зеленые глаза, гладко выбритое лицо, он одет в черную рубашку поло и классические темные брюки.

Когда он пытается взять меня за руку, я отшатываюсь.

Пожалуй, это не самая разумная идея. А возможно, и самый наивный поступок за всю мою жизнь, но я босиком бросаюсь по темной асфальтированной дорожке, ведущей к распахнутым настежь высоким современным воротам.

Территория поместья отгорожена от окружающего мира стенами высотой в несколько метров. Я замечаю установленные на равных отрезках стены видеокамеры. Но еще до того, как добегаю до ворот в конце дорожки из адски раскаленных каменных плит, я вздрагиваю от раздавшегося позади меня выстрела. Пуля попадает в плитку в нескольких метрах от моих ног. Я резко останавливаюсь.

– Следующий выстрел будет точно в цель, Ринора. Будь послушной девочкой и иди ко мне.

Сердце бешено колотится, пока я сверлю взглядом выбитое пулей углубление.

– ИДИ. КО. МНЕ! – громко и властно повторяет Гавриил. Он не кричит, и не кажется, будто он в ярости или не контролирует ситуацию. Потому что он все контролирует. Шансов на побег нет, до свободы далеко, и сбежать прямо сейчас невозможно.

Я смотрю на грунтовую дорогу впереди, вдоль которой растут высокие пальмы и кустарники. За дорогой величественно вздымаются в лазурное небо огромные горы. Я понятия не имею, где мы находимся и в Австралии ли мы вообще. Но когда электрические ворота в нескольких метрах передо мной начинают медленно закрываться, встает выбор: убежать и быть пойманной через несколько минут.

У меня нет ни малейшего шанса сбежать от Гавриила босиком и без машины, да и при попытке я легко могу словить пулю. Возможно, лучше вернуться и ждать благоприятного момента для побега. Очевидно, что однажды мне уже удалось от него ускользнуть.

Судя по всему, за спасение я едва не расплатилась жизнью, но все-таки на несколько лет исчезла из его поля зрения. Почему он не нашел меня раньше? Ведь последние годы я не скрывалась от него намеренно, потому что просто-напросто его не помнила.

Голова разрывается от потока вопросов, на которые нет ответов. Но я твердо уверена в трех вещах.

Во-первых, я убегу, как только настанет удобный момент. А он обязательно настанет!

Во-вторых, мне нужны ответы. Я хочу знать, что произошло три года назад.

В-третьих, Гавриил не сломает меня. Я не его собственность. Никогда ею не была и не буду.

Глава 2
Нурия

На земле монстров существует лишь одна стратегия выживания. Самой стать монстром.

Когда меня тащат в роскошный особняк, я дергаюсь и брыкаюсь между двумя телохранителями, которые крепко держат меня за обе руки.

– Отпустите! – огрызаюсь на них я. – Я могу идти сама!

– Куда вести твою невесту, Гавриил? – игнорирует мои слова парень с завязанными темными волосами, похожий на испанского принца.

Невесту? Что?

Гавриил уже поднялся по ступеням современной мраморной лестницы со стеклянными перилами. Стоя в нескольких метрах перед нами, он шипит что-то брюнетке с челкой и оглядывается через плечо.

– В мою комнату, естественно.

Нет! Нет!

– Я лучше буду сидеть в подвале, чем в твоей комнате! – кричу я ему.

Незнакомая женщина у перил, одетая в черное клубное платье длиной до колен, в изумлении смотрит на меня, приоткрыв накрашенные алой помадой губы, как будто не верит своим глазам. Ее темные волосы крупными волнами ниспадают по плечам и доходят ей почти до талии. Это самая красивая женщина, которую я когда-либо видела.

– Можно разместить ее в гостевой комнате, – предлагает она.

Гавриил подходит к женщине, а меня волокут по первым ступенькам. Я пихаюсь локтями, стараясь избавиться от назойливых телохранителей. Но как бы я ни старалась отбиться, ничего не получается. Вместо этого мы только привлекаем еще больше зрителей.

В просторный холл выходит мужчина в поварском фартуке и прочий персонал, который, вероятно, поддерживает порядок в этом доме, чтобы Гавриил мог спокойно похищать людей.

– Твоего мнения никто не спрашивал, Кира. Убирайся, тебе здесь делать нечего, – приказывает Гавриил красавице-брюнетке. Она отступает на шаг, поскольку Гавриил продолжает приближаться к ней. – Ступай к Тимуру!

Кира бросает на меня мимолетный взгляд, затем кивает и исчезает в коридоре галереи.

Тем временем люди Гавриила поднимают меня, чтобы пронести по последним ступеням лестницы. Я с криками извиваюсь и бьюсь в их руках.

– Если вы меня не отпустите, то пожалеете об этом!

Гавриил с широкой бесстрастной ухмылкой останавливается у перил.

– Как же я соскучился по твоему взрывному, колючему нраву.

– Ты перестанешь по нему скучать, когда я выцарапаю тебе глаза, – парирую я, как только меня доставляют на верхнюю площадку лестницы.

– Может, ты и не помнишь, Ринора, но ты пыталась сделать это не один раз. И все безрезультатно, так что в конце концов ты перестала бунтовать.

Небрежным взмахом руки он приказывает своим людям нести меня дальше по проходу.

Он лжет. Я бы никогда не сдалась так быстро! Не собираюсь уступать сейчас и уж точно не стану следовать его указаниям. Никогда!

Мужчины тащат меня по длинному коридору с несколькими темными дверями, потом сворачивают за угол, и мы оказываемся у последней двери в конце коридора.

Гавриил невозмутимо идет за нами, засунув одну руку в карман брюк и не сводя с меня развратного взгляда, который мне совершенно не нравится.

Как только мы оказываемся в незнакомой комнате, люди Гавриила отпускают меня. Пошатываясь, я озираюсь. Это своеобразные апартаменты вдвое больше, чем моя крошечная квартира в Барселоне.

Напротив – окно во всю стену. Рядом с ним – большая темная кровать с балдахином. Заглянув за угол, я обнаруживаю несколько встроенных шкафов, рядом с которыми находится дверь в другое помещение. Передо мной – круглый стол, украшенный фиолетовыми розами и белыми лилиями. Слева от него, перед огромным панорамным окном, откуда открывается вид на горную гряду, поблескивает черный рояль. Позади рояля видна гостиная с громадными светлыми диванами, расположенными вокруг стеклянного камина. За окнами от пола до потолка – большой балкон с пальмами в кадках, шезлонгами и джакузи.

– Поприятнее, чем в подвале, тебе не кажется? – шепчет мне на ухо Гавриил, стоящий у меня за спиной.

Дверь с громким щелчком закрывается. Он обеими руками берет меня за плечи и облизывает правое ухо.

Я тут же вырываюсь из его хватки.

– Лапы прочь!

Он весело смеется, как делает почти каждый раз, когда я ему отказываю. Затем шагает ко мне. Но, вопреки моим ожиданиям, больше не протягивает ко мне руки, а проходит мимо, когда я делаю поспешный шаг в сторону, чтобы увернуться от него.

– Что? – спрашивает он, откровенно забавляясь, прежде чем подойти к вазе с фруктами перед букетом цветов, сорвать с лозы виноградину и отправить ее в рот. – Думаешь, я возьму тебя силой, повалю на кровать и буду трахать до тех пор, пока ты не начнешь кричать?

Он с наслаждением пережевывает виноградину и берет следующую.

Я прикусываю нижнюю губу, глядя, как он бесстыдно озвучивает мои худшие кошмары.

– Так я и думаю, да, – отвечаю я.

Мой похититель опять смеется, после чего направляется к окну.

– Ринора, Ринора, Ринора… На случай, если ты действительно все забыла: я никогда не принуждал тебя к сексу. Ты отдавала мне свое тело добровольно, потому что любишь меня.

Нет. Это ложь. По крайней мере, я не могу в это поверить.

– Если бы я любила тебя, то знала бы об этом, – отзываюсь я. Его вид вызывает во мне какие-то эмоции, да. Но на любовь они не похожи. Скорее на затяжную панику и отчаяние оттого, что меня привезли в это место против моей воли. Могу ли я любить человека, который так со мной поступил? Похитил меня и запер?

Пока он расстегивает пуговицы на рубашке, я пользуюсь возможностью и бросаюсь к двери. Это мой шанс!

Добежав до выхода, поворачиваю хромированную ручку. Но дверь заперта и не открывается. В тот же момент кто-то хватает меня сзади за шею. Гавриил, приближения которого я даже не слышала.

Черт, как же тихо он двигается!

– Ты такая предсказуемая. Неужели всерьез думала, что дверь не заперта? Видимо, не заметила вот это. – Он поворачивает мое лицо вправо, где находится сенсорная панель. У меня мгновенно расширяются глаза. – В прошлом ты неоднократно крала мой ключ. Я извлек урок из своей ошибки. Ты не покинешь комнату, пока я этого не захочу. Замок разблокируется только с помощью отпечатка моего пальца и кода. Не повезло тебе, звезда моих очей.

Нет. ¡Mierda!²

– Тогда мне просто придется придумать другой способ от тебя сбежать, – заявляю я.

– Ну, попробуй. У тебя ничего не получится. В этом здании повсюду глаза и уши. Тут несметное число охранников, камер и систем безопасности. На этот раз тебе не удастся улизнуть, просто смирись с этим.

– Не собираюсь я ни с чем смиряться, – цежу я сквозь стиснутые зубы и судорожно пытаюсь вырваться из его хватки.

Однако Гавриил хватает меня за волосы, весело смеется и прижимает к себе. Так близко, что его твердый член прижимается к моей попе.

– Выпусти пар. Попробуй удрать от меня. Где бы ты ни спряталась, я тебя найду. У тебя нет ни единого шанса. Ни единого шанса против «Зетоса». Никто не уходит от мафии, если я и мои братья этого не хотим. Вот почему, должен признать, твое исчезновение меня очень удивило. Мало кому удалось бы беззаботно жить новой жизнью на протяжении трех лет.

Зашипев, я стараюсь оттолкнуться от двери обеими руками.

– Поверь, мне еще раз это удастся.

– Отличные слова, – шепчет он мне на ухо, отчего я щекой чувствую теплое дыхание. Одновременно его свободная рука пробирается под платье мне между ног. – От такой красивой и гордой женщины. Это именно то, чего мне не хватало. Твоего бунтарства и силы воли. Очень немногие женщины взбунтовались бы в твоем положении.

Его пальцы нащупывают мои трусики и сдвигают их в сторону, хотя я извиваюсь в его объятиях и отклоняю бедра.

– Не надо, – шикаю на него я.

– Почему это? Раньше тебе нравилось, когда я тебя ублажал.

– Имеешь в виду, домогался меня? – исправляю я.

Поглаживая мои половые губы, Гавриил, должно быть, чувствует, что я не испытываю к нему такого же желания, как он ко мне. Он отпускает меня, но поднимает руку, чтобы поднести ее к моему рту.

– Оближи.

Я с готовностью хватаю его за запястье и провожу языком по пальцам. У него вырывается стон, и хватка на моей шее тут же ослабевает. Вот и подходящий момент. На это я и рассчитывала. Я изо всех сил кусаю его за руку, заставляя сердито зарычать. Зубы впиваются в кожу так глубоко, что он яростно дергает рукой, пытаясь освободиться, а я ощущаю вкус крови.

– С ума сошла?! – рычит Гавриил и наконец с сильным рывком отпускает мою шею.

Но лишь затем, чтобы ударить меня головой о дверь. От тупого удара я на мгновение теряю ориентацию в пространстве. Лоб пульсирует болью, зрение затуманивается, слезы обжигают уголки глаз. Но ярость внутри неизмеримо возрастает. Я хочу причинить ему беспредельную боль. Понятия не имею, откуда взялась эта затаенная агрессия: то ли только от удара, то ли от прошлого опыта общения с ним, о котором ему, похоже, известно гораздо больше, чем мне.

Покачиваясь, я оборачиваюсь. Гавриил осматривает свою ладонь, на которой, помимо двух массивных колец с печатками, теперь красуется кровавый укус. В его взгляде, обращенном ко мне, плещется чистая жажда крови.

– Не стоило тебе этого делать.

– Тогда тебе не стоило прикасаться ко мне. Ты ведь скучал по моему бунтарскому нраву, – бросаю я в ответ.

Его ноздри раздуваются, а я лихорадочно размышляю, как от него убежать. Потому что я в тупике. Позади – дверь, впереди – монстр, который уже обдумывает, как будет меня мучить.

Он вновь делает два шага в мою сторону, и я пытаюсь проскользнуть мимо него. К несчастью, Гавриил ловит меня за ткань платья, тянет назад и ставит на колени.

– Мне очень не хочется этого делать, Ринора. Но ты, кажется, совсем потеряла ко мне уважение.

Безусловно, я никогда его и не испытывала.

Враждебно уставившись на него с чертовыми слезами на глазах, я всхлипываю.

– Я никогда не буду тебя уважать. – И не важно, вернутся ко мне воспоминания или нет.

Правый уголок его рта приподнимается в развратной ухмылке, и почему-то создается впечатление, что мой ответ его не разозлил, а обрадовал.

– Расстегни мой ремень, Ринора, – приказывает Гавриил, словно я покорная девочка.

Да он вообще меня слушал? При этом мужчина продолжает давить мне на правое плечо, удерживая на полу.

– Чего ты ждешь? Сама же хотела узнать, что ты забыла. Никто не заставлял тебя кричать так, как я.

Я тяжело сглатываю, глядя на него снизу вверх. Опускаю взгляд от его черной рубашки до белых брюк.

Упрямо качаю головой.

– Если бы ты заставлял меня кричать, я бы помнила, – возражаю я, облизывая мокрые от слез губы.

Это опасная борьба за власть. Хотя внутренний голос твердит, что этот человек меня не убьет, я знаю, что он способен причинить неизмеримую боль. И даже глазом не моргнет, если зайдет так далеко.

Кровоточащей рукой он сжимает мое плечо, а другой расстегивает ремень. Сердце ужасно громко колотится в груди. Я на коленях отползаю в сторону, а он прижимает меня спиной к стене, чтобы я не могла отстраниться.

– Я с радостью покажу тебе, как сильно ты этим наслаждалась. Но сначала хочу, чтобы ты загладила свою вину. Открой рот.

В моей голове с рекордной скоростью проносятся все варианты действий, оставшиеся у меня в данной ситуации.

– Ты же не станешь меня принуждать?

– Я прошу тебя, – глумится Гавриил, расстегивая молнию. – Ты ведь не откажешь мне в просьбе, правда?

Я хватаю его за талию, чтобы оттолкнуть от себя. Однако он ловит меня за подбородок и проводит большим пальцем по шраму.

– Раскрой для меня свои прелестные губки.

Он очерчивает мою нижнюю губу, и тут рукой, которая по-прежнему упирается ему в бедро, я чувствую на ремне брюк что-то металлическое. Не раздумывая, выдергиваю из-за пояса пистолет Гавриила и направляю прямо на его член, которого, к счастью, до сих пор не видно.

– Только если ты готов лишиться своего члена, – парирую я.

Он делает шумный вдох, не выглядя при этом удивленным. Затем отпускает меня и хлопает в ладоши.

– Очень хорошо. Урок усвоен.

– Что? – Он что, издевается?

Он неторопливо, без тени испуга, застегивает брюки, хотя я наставила пистолет на его достоинство. Я медленно поднимаюсь, колени болят.

– Раз ты не готова подчиняться моим приказам, я уверен, что ты не выполнишь и чьи-либо другие. Кстати, магазин «беретты» пуст. Так что можешь оставить ее себе.

Застигнутая врасплох его словами, я опускаю пистолет и вытираю слезы со щек. Осторожно встаю по стене и все это время не выпускаю его из поля зрения. С ним определенно что-то не так.

– Почему?

– Не смотри на меня так. Думаешь, я заставляю тебя делать мне минет, как какую-то проститутку? Я уже говорил, что не собираюсь трахать тебя против твоей воли. Что я от этого выиграю? Ты – женщина, которую я люблю. Женщина, на которой я женюсь и которая подарит мне детей.

Даже не знаю, что хуже: его демонстрация силы несколько секунд назад или планы на будущее в отношении меня.

Прежде чем я успеваю спросить, всерьез ли он, черт возьми, говорит, Гавриил отпирает дверь с помощью сенсорного экрана и берется за ручку все еще кровоточащей ладонью.

– Сделай мне одолжение, любимая, не устраивай в комнатах погром, когда поймешь, что не сможешь сбежать, и взбесишься. – С этими дерзкими словами он оставляет меня и, смеясь, захлопывает за собой дверь.

Я тут же бросаюсь за ним. Но когда пытаюсь открыть дверь, она оказывается запертой. Как сумасшедшая, я дергаю за ручку, но она не поддается.

– Ты чудовище! В следующий раз я тебя пристрелю!

В ответ раздается лишь его громкий, звонкий смех. Вот же мерзкий!..

1.Искренне ваша (фр.). – Здесь и далее примечания переводчика.

2.Дерьмо! (исп.)

Pulsuz fraqment bitdi.