Kitabı oxu: «Сказки перехода. Книга для взрослых на пороге нового возраста»

Глава

Посвящается моим родителям, идущим этим путем впереди.

СКАЗКА ПЕРВАЯ. О том, как Еремей построил высокую стену, а потом забыл, зачем

Сказка о переходе от защиты к свободе

Часть первая. О человеке, который всё предусмотрел

В одном небольшом городе, стоявшем между лесом и рекой, жил Еремей.

Он был человеком осторожным. Если другие шли по дороге, не глядя под ноги, Еремей смотрел, где камень, где яма, где корень.

Если другие открывали дверь незнакомцу, Еремей сначала спрашивал:

— Кто?

Если кто-то говорил:

— Не бойся.

Еремей отвечал:

— Я и не боюсь. Я просто знаю жизнь.

Он прожил долгую жизнь и многое видел. Он видел, как люди обещают и забывают. Как друзья становятся чужими. Как деньги приходят и уходят. Как дети вырастают и начинают жить своей жизнью. Как человек может однажды проснуться и понять, что вчерашняя уверенность больше ничего не стоит.

Поэтому Еремей привык рассчитывать только на себя.

Он починил крышу ещё до того, как она начала течь. Сложил дрова на две зимы вперёд. Держал деньги в трёх разных местах. На случай болезни у него был лекарь. На случай пожара— запасной сарай. На случай голода— мешки с мукой. От лихих людей – в кладовке лежала дубина.

А на случай одиночества он ничего не приготовил.

Потому что об этом он не подумал. Он построил вокруг дома высокую каменную стену. Камень был серый, тяжёлый, добротный. Еремей сам выбирал каждый.

— Зачем такая высокая?— спросил однажды сосед.

— Чтобы никто не перелез.

— А ворота зачем?

Еремей посмотрел на него, как на человека, задавшего странный вопрос.

— Чтобы иногда входить.

— А выходить?

Еремей пожал плечами.

Часть вторая. О том, что стена растёт незаметно

Годы шли. Еремей старел. Стена оставалась.

Иногда он поднимал её ещё на ряд камней.

— Зачем?— спрашивали дети.

— Чтобы надёжнее.

Когда дети выросли, они стали приходить реже.

Когда жена ушла из жизни, дом стал тише.

Еремей запер ворота. Не потому, что хотел одиночества. Просто так было спокойнее.

Он сидел во дворе, слушал ветер и говорил себе:

— Зато меня никто не потревожит.

И действительно.

Никто не тревожил. Никто не спорил. Никто не требовал. Никто не приходил без приглашения.

Однажды Еремей поймал себя на мысли, что уже несколько дней ни с кем не разговаривал.

Он подошёл к воротам. Потрогал засов. Постоял. И вернулся в дом.

Вечером ему стало немного не по себе. Но он решил, что это просто усталость.

Так бывает.

Часть третья. Ребёнок у ворот

Весной в город приехал его внук. Мальчику было семь лет.

Он бегал быстро, говорил громко и задавал вопросы, на которые взрослые обычно не знали, что ответить.

Еремей сидел на скамье.

Мальчик долго смотрел на стену.

Потом спросил:

— Дедушка, а зачем ты её построил?

— Чтобы защищаться.

— От кого?

— От людей.

Мальчик подумал.

— От всех?

— Почти.

— А хорошие люди тоже за стеной?

— Бывает.

Мальчик снова посмотрел на стену. Потом на деда. И спросил:

— А если хороший человек захочет к тебе?

Еремей не ответил.

— Ему что, тоже надо перелезать?

— Не знаю.

Мальчик задумался ещё немного. Потом спросил:

— Дедушка, а ты сам когда-нибудь хочешь выйти?

Еремей усмехнулся:

— Мне и здесь хорошо.

Мальчик удивленно посмотрел на деда:

— Тогда почему ты сидишь у ворот?

Часть четвёртая. О вопросе, на который нельзя ответить сразу

В ту ночь Еремей долго не спал. Он вспоминал жизнь.

Как строил дом.

Как растил детей.

Как хоронил друзей.

Как закрывал двери.

Как переставал доверять.

Сначала он защищался от одного человека. Потом от другого. Потом от целого мира.

А потом уже не помнил, от кого именно.

Утром он вышел во двор. Посмотрел на стену. Она была такой же, как вчера.

Только почему-то стала казаться выше.

Еремей положил ладонь на камень. Камень был холодным.

— От кого я себя защищаю?— спросил он.

Стена ничего не ответила.

Часть пятая. Трещина

Через несколько дней пошёл сильный дождь. Вода стекала по стене.

Ночью Еремей услышал глухой звук.

Утром увидел: несколько камней выпали.

Образовалась небольшая трещина. Он хотел сразу позвать мастера.

Потом остановился. И почему-то не стал.

Несколько дней он проходил мимо неё. Трещина становилась шире. Через неё было видно улицу. Сначала только кусочек дороги. Потом дерево. Потом часть соседнего дома.

Однажды за стеной засмеялся ребёнок.

Еремей подошёл ближе. Давно он не слышал детского смеха так близко. Он сел рядом с трещиной.

И неожиданно понял:

он уже много лет смотрит на мир только через окно.

А теперь мир смотрел на него через стену.

Часть шестая. Первые ворота

Через неделю Еремей снял засов.

Не открыл ворота. Только снял засов.

Постоял.

Потом вернул его на место.

На следующий день снова снял. И оставил ворота незапертыми.

Первым пришёл внук.

Он забежал во двор, как будто всегда здесь жил.

— Дедушка!

— Что?

— А ворота почему открыты?

Еремей пожал плечами.

— Не знаю.

Мальчик улыбнулся.

— Значит, можно входить?

Еремей посмотрел на него и не смог сдержать улыбку.

— Можно.

Мальчик убежал.

Еремей остался один. Но дом уже не казался таким тихим.

Часть седьмая. О том, что свобода начинается не с ворот

После этого Еремей стал понемногу менять жизнь.

Не всё сразу. Он не разрушил стену. Не стал доверять каждому встречному. Не выбросил ключи. Он просто перестал всё время держать их в руке.

Иногда открывал ворота. Иногда закрывал.

Но теперь закрывал не от страха, а потому что наступала ночь.

И это была большая разница.

Он начал ходить к реке. Сначала недалеко. Потом дальше.

Однажды встретил старого знакомого, которого не видел много лет. Они поговорили. Ни о чём важном. О погоде. О рыбалке. О детях.

Когда Еремей вернулся домой, ему стало смешно: он столько лет боялся, что люди принесут в его жизнь беду, а этот человек принёс только разговор.

Часть восьмая. Мальчик снова спрашивает

Через год внук снова приехал.

Он увидел, что часть стены разобрана.

— Дедушка, ты её сломал?

— Немного.

— Зачем?

Еремей посмотрел на камни.

— Она была слишком высокой.

— А теперь кто тебя защитит?

Еремей подумал. И сказал:

— Я сам.

Мальчик нахмурился.

— Но ты же раньше тоже сам себя защищал.

— Раньше я защищал себя от жизни.

— А теперь?

Еремей улыбнулся.

— Теперь я защищаю жизнь от своего страха.

Мальчик не понял. Но спорить не стал. Он взял деда за руку. И они пошли к реке.

Финал. Открытые ворота

Еремей прожил ещё много лет. Он не стал беспечным. Не стал доверять каждому.

Не перестал закрывать дверь на ночь. Но одна вещь изменилась.

Он больше не путал безопасность с жизнью.

Когда его спрашивали:

— Почему ты разобрал стену?

Он отвечал:

— Я её построил, когда думал, что главное— чтобы никто не вошёл.

Потом смотрел на открытые ворота и добавлял:

— А оказалось, главное— чтобы было кому войти.

СКАЗКА ВТОРАЯ. О том, как кузнец Гордей обронил свой молот и услышал тишину

Сказка о переходе от силы к созерцанию

Часть первая. О человеке, который умел делать

В краю, где утром горы становились золотыми, а вечером река забирала у них последний свет, жил кузнец Гордей.

Сорок лет он работал с железом. Он знал, когда металл готов принять удар. Знал, когда нужно подождать. Знал, когда огонь слишком горяч. Знал цену хорошему молоту. И цену хорошему слову.

В молодости Гордей мог согнуть подкову руками.

В зрелости он построил дом, вырастил детей, поднял кузницу после пожара и поставил на ноги нескольких подмастерьев.

Его называли Гордей Кремень.

Ему нравилось это имя.

Кремень не жалуется. Кремень не просит. Кремень выдерживает.

Гордей тоже.

Он жил по простому правилу:

Сделал— значит, нужен.

Выдержал— значит, силён.

Победил— значит, жив.

И если внутри иногда возникал тихий вопрос:

«А что дальше?»— он отвечал ему молотом. Удар. Ещё удар. И ещё.

Часть вторая. День, когда молот стал тяжёлым

Случилось это утром. Гордею было шестьдесят. Он пришёл в кузницу до рассвета.

Раздул горн. Положил железо.

Взял молот, поднял, опустил на наковальню.

Но удар получился другим.

Не слабым. Просто другим.

Гордей попробовал ещё. Потом ещё.

Железо слушалось. Рука— тоже.

Но внутри ничего не отзывалось.

Он остановился.

Посмотрел на молот.

Молот был тот же.

Кузница— та же.

Железо— то же.

А человек оказался другим.

Гордей снял фартук.

Сын спросил:

— Отец, ты куда?

— Домой.

— А работа?

Гордей посмотрел на наковальню.

— Пусть подождёт.

Но сам он знал: дело больше не ждало его.

Часть третья. Человек у дороги

Через несколько дней Гордей встретил Прохора.

Когда-то тот тоже был кузнецом.

Теперь жил один, ходил медленно и почти никогда никуда не спешил.

— Ты бросил кузницу?— спросил Прохор.

— Не бросил.

— А почему не работаешь?

Гордей помолчал.

— Не знаю.

Прохор кивнул.

— Хороший ответ.

Гордей нахмурился.

— Что в нём хорошего?

— Ты впервые не знаешь.

Прохор посмотрел на его руки.

— Пойдём.

— Куда?

— В лес.

— Зачем?

— не за чем.

Гордей усмехнулся.

— «не за чем» я ещё не ходил.

— Значит, пора.