Kitabı oxu: «Поймать твою тень»

Глава 1. Охота на птичку

Дождь за окном хлестал по стеклу старой съемной хрущевки на окраине города с таким ожесточением, словно пытался смыть саму память о моем существовании. Я сидела за колченогим кухонным столом, освещенная лишь бледным, мертвенным светом экрана ноутбука. Пальцы судорожно порхали по клавиатуре, а в висках набатом стучал пульс.

В свои двадцать один год я меньше всего ожидала оказаться в подобном месте, в статусе загнанной в угол преступницы. Студентка третьего курса факультета кибербезопасности, чья жизнь еще неделю назад состояла из скучных лекций и зачетов. Но трагическая гибель отца — честного аудитора, которого нашли в собственной машине с пулей в груди, — заставила меня повзрослеть за одну секунду. Официальное следствие закрыли за «отсутствием улик», и тогда я пошла на отчаянный шаг. Я взломала защищенный сервер «Воронов Групп», чтобы вытащить архивные счета, которые мой отец проверял перед смертью. Там был компромат на его убийц.

Но я совершила роковую ошибку. Я оставила цифровой след. Защита Воронова оказалась не просто стеной, а живым, чудовищным органистом, который мгновенно зафиксировал мой IP-адрес.

Внезапно в коридоре раздался едва слышный, приглушенный щелчок.

Я замерла, перестав дышать. Сердце ухнуло куда-то в пятки. Старая входная дверь, которую я закрывала на два замка, бесшумяще отворилась.

Я резко вскочила со стула, опрокидывая чашку с остывшим чаем. Вода темной лужей растеклась по столу. Из темноты прихожей в освещенную кухню медленно, с пугающей грацией хищника шагнул мужчина.

На нем была тяжелая черная штурмовая форма спецназа службы безопасности Воронова, бронежилет и тактические ботинки. Но больше всего меня поразила его фигура — огромный, широкоплечий, с рельефными мышцами, которые туго обтягивала ткань. Лицо мужчины было жестким, волевым, с резким разлетом бровей и коротким армейским ежиком темных волос. Ему было около двадцати четырех лет — возраст, когда парень превращается в безжалостного, уверенного в себе бойца.

Денис Истомин. Лучший ищейка Бестужева. Человек, от которого еще никто не уходил.

— Бежать бессмысленно, птичка. Я шел за тобой от самой Москвы, — его низкий, ледяной голос вибрировал от опасной силы, заставив меня вжаться спиной в кухонный гарнитур. В его прозрачно-темных глазах не было жалости. Только холодная решимость исполнителя.

Паника полностью отключила мой мозг. Действуя на чистом адреналине, я схватила со стола тяжелый керамический чайник и со всей силы швырнула в него, одновременно бросаясь к открытому окну. Прыгнуть со второго этажа в кусты казалось лучшим выходом, чем попасть к спецназу Воронова.

Но Денис даже не поморщился. Он легко, одним коротким движением головы уклонился от летящей керамики, которая с грохотом разлетелась вдребезги о стену. В следующую секунду он преодолел разделяющее нас расстояние. Его огромная, горячая ладонь жестко перехватила мою талию у самого подоконника, и Истомин с силой рванул меня на себя.

Я вскрикнула, отчаянно пытаясь вырваться, колотила его кулаками по бронежилету, но он даже не шелохнулся. Денис развернул меня, впечатывая моё тело спиной в прохладную стену кухни и блокируя своим мощным торсом малейшую возможность сдвинуться с места. От него пахло мокрым асфальтом, порохом и чистой, пугающей мужской силой, от которой кружилась голова.

— Пусти! Отпусти меня, тварь! — хрипло кричала я, задыхаясь от его близости.

— Тихо, Ланская. Отбегалась, — его хриплый шепот обжег мои губы.

Одной рукой он зафиксировал оба моих запястья у меня над головой, а его вторая рука медленно, намеренно грубо прохлопала мои карманы джинсов, проверяя на наличие оружия. Каждое прикосновение его горячих, мозолистых пальцев сквозь тонкую ткань отзывалось во мне вспышками дикого, пугающего электрического тока. Градус напряжения в тесной кухне взлетел до максимума.

Денис достал из-за пояса блестящие стальные наручники. Один жесткий щелчок — и мои руки оказались скованы. Он отстранился на сантиметр, заглядывая в мои расширенные от ужаса и слез глаза. Его взгляд скользнул по моим губам, и в глубине его зрачков на секунду полыхнул странный, темный голод одержимого собственника.

— Мой приказ от Беса — ликвидировать цифровую угрозу и доставить хакера в подвал для допроса, Ника, — тихо произнес он, и его голос заметно потяжелел. — Если я сдам тебя Бестужеву, из тебя вытрясут всю душу. А те твари, которые убили твоего отца, легко найдут тебя через свои связи в СИЗО. Ты не проживешь и суток.

Я обреченно закрыла глаза, чувствуя, как по щекам катятся горячие слезы. Ловушка захлопнулась.

— Зачем ты мне это говоришь? Вези меня к своему Бесу… — прошептала я.

Денис молча потянулся к столу, захлопнул мой ноутбук и засунул его в свой тактический рюкзак. Затем снова повернулся ко мне, наклоняясь так низко, что его дыхание опалило мою шею.

— Я нарушу приказ, птичка. Официально я приехал по ложному адресу и тебя не нашел, — хрипло выдохнул он, и его ладонь жестко легла на мою талию, притягивая вплотную к своему каменному прессу. — Но с этой секунды ты едешь в мою квартиру. Будешь сидеть там под моим личным, круглосуточным надзором, пока я не разберусь с убийцами твоего отца. Попытаешься пикнуть, сбежать или обмануть меня — и я лично сдам тебя Бесу. Выбирай свою участь, Ника. Прямо сейчас.

Я смотрела в его суровые, непроницаемые глаза и понимала, что моя свобода закончилась. Но в глубине души, сквозь леденящий ужас, я внезапно осознала, что этот опасный охотник только что стал моим единственным шансом на спасение.

Глава 2. Личный конвой

Поездка сквозь стену ночного ливня казалась бесконечной. Наручники больно врезались в запястья при каждом резком повороте внедорожника, но я упрямо молчала, глядя в боковое стекло на размытые огни спящего мегаполиса. Рядом со мной, молча сжимая руль огромными ладонями, сидел мой персональный палач. Денис Истомин не произнес ни слова с самого момента, как вывел меня из хрущевки. Его профиль в тусклом свете приборной панели казался высеченным из камня. В свои двадцать четыре года он перенял пугающие повадки своего учителя, Руслана Бестужева: та же ледяная сосредоточенность и абсолютный контроль над ситуацией.

Машина мягко затормозила на подземном паркинге элитной высотки. Денис заглушил мотор, обошел автомобиль и открыл мою дверь. Он грубовато, но аккуратно взял меня за локоть, помогая выйти, и повел к скоростному лифту.

Зеркальные двери закрылись, и мы взлетели на двадцать четвертый этаж.

Его квартира оказалась базой профессионального оперативника, где всё было подчинено одной цели — безопасности и функциональности. Никакого уюта, никаких мягких ковров или безделушек. Стены из темного кирпича, массивный кожаный диван, а в углу гостиной — тяжелый оружейный сейф и рабочий стол с тремя огромными мониторами, которые сейчас были отключены.

Денис завел меня в центр гостиной, достал из кармана ключ и с тихим щелчком освободил мои запястья от стальных браслетов. Я судорожно растерла онемевшую кожу, с ненавистью глядя на Истомина.

— Ноутбук на стол, — коротко скомандовал он, скидывая на пол свой тяжелый тактический рюкзак.

— Зачем? Ты же сказал, что не сдашь меня Бесу! — в панике отступила я на шаг, прижимая сумку к груди.

Денис медленно сократил расстояние между нами. Он стащил с рук кожаные штурмовые перчатки, бросил их на столик и навис надо мной всей своей мощной фигурой. От него пахло дождем, оружейным маслом и тем самым концентрированным мужским теплом, которое заставляло мое сердце биться в сумасшедшем ритме.

— Если я не сдам тебя Бесу, Ланская, это не значит, что ты будешь гулять здесь на свободе, — его низкий, хрипловатый голос прозвучал у самого моего лица. Он бесцеремонно вырвал из моих пальцев сумку, достал оттуда мой старый телефон, легким движением выщелкнул сим-карту и с хрустом переломил её пополам прямо у меня на глазах. Осколки пластика полетели в мусорное ведро. — Твой цифровой след уничтожен. С этой секунды Ники для внешнего мира больше не существует.

— Ты сумасшедший… — прошептала я, чувствуя, как к горлу подступают слезы бессилия. — Ты просто запер меня здесь.

— Я спас твою шкуру, птичка, — цинично усмехнулся Денис. Он подошел вплотную, перекрывая мне любой путь к отступлению, и его огромная горячая ладонь жестко легла на мою талию, притягивая меня к своему твердому прессу. Я судорожно вздохнула, ощутив всю силу его тела. — А теперь слушай правила этой квартиры. Из дома ты не выходишь. К окнам не подходишь. На мониторы не смотришь. Вся твоя одежда в спальне направо, её мои люди привезли еще вчера, когда вели за тобой наружное наблюдение. Ты будешь сидеть здесь тихо, пока я лично не найду тех тварей, из-за которых погиб твой отец.

Его прозрачно-темные глаза полыхнули таким опасным, собственническим голодом, что у меня подкосились колени. Он наклонился еще ниже, его губы почти коснулись моей шеи, заставляя кожу покрыться мелкими мурашками. Каждое прикосновение прошивало меня электрическим током, который пугал меня сильнее, чем криминальные разборки.

— Если ты нарушишь хотя бы одно правило, Ника… Если я замечу, что ты попыталась выйти в сеть со своего старого железа — я лично отвезу тебя в подвал к Бестужеву. И поверь, после этого ты будешь умолять вернуть тебя обратно под мою защиту. Поняла меня, девочка?

Я обреченно зажмурилась, чувствуя, как слезы катятся по щекам, и едва заметно кивнула. Ловушка захлопнулась окончательно. Я была полностью во власти этого опасного охотника, но где-то глубоко внутри, вопреки здравому смыслу, от его жестких рук во мне разгорался глухой, пугающий пожар.