Kitabı oxu: «Миллион за молчание. Первая Книга»

ПРОЛОГ. Миллион

В тот вечер Елена Воронова впервые подумала, что деньги действительно могут пахнуть страхом. Это случилось в половине девятого.

Она стояла у окна своей маленькой кухни и смотрела, как за стеклом медленно растворяется в осеннем дожде город. Фонари расплывались жёлтыми пятнами, машины шли по мокрой дороге, оставляя за собой длинные полосы света.

На кухонном столе лежал раскрытый конверт. Елена смотрела на него уже минут десять. Она не решалась прикоснуться к содержимому. Хотя знала, что внутри.

Деньги. Очень большие деньги. И именно это пугало больше всего.

День у Елены начался совершенно обычно. Утром она опоздала на автобус, промокла под дождём и получила от начальника замечание за то, что не успела подготовить документы к встрече.

К обеду выяснилось, что хозяин квартиры снова поднял арендную плату. А вечером брат позвонил и сообщил, что ему снова нужны деньги.

— Елен, я сам разберусь, — сказал он, пытаясь говорить спокойно. — Просто сейчас не получается.

— Сколько?

На другом конце повисла пауза.

— Двадцать тысяч.

Елена закрыла глаза. Для кого-то двадцать тысяч были мелочью. Для неё — почти половиной месячной зарплаты.

— Я что-нибудь придумаю.

— Не надо.

— Я сказала, что придумаю.

Она положила трубку и несколько секунд сидела неподвижно. Потом услышала звонок в дверь. Курьера она не ждала.

Когда Елена открыла, на лестничной площадке никого не было. Только небольшой серый конверт лежал на коврике. Без марки. Без адреса отправителя.

На лицевой стороне было написано всего два слова: «Елене Вороновой». Почерк был аккуратным, почти машинным. Она подняла конверт. Он оказался неожиданно тяжёлым. Елена занесла его в квартиру, заперла дверь и ещё несколько секунд стояла в прихожей.

Странное ощущение не покидало её. Будто кто-то только что вошёл в её жизнь, не спросив разрешения.

Она вскрыла конверт кухонным ножом. Первой выпала фотография. На ней был мужчина лет пятидесяти. Седые виски, дорогое пальто, уверенный взгляд. Он стоял возле чёрного автомобиля перед большим стеклянным зданием.

Елена никогда его не видела. Перевернула фотографию. С обратной стороны ничего. Только дата. 17 октября.

Елена посмотрела на календарь. Сегодня было 18 октября. Она нахмурилась. Затем из конверта выпала банковская карта. Обычная чёрная карта без имени. Под ней лежал маленький лист бумаги. На нём было написано: «На этой карте миллион. Вы получите его, если будете молчать».

Елена перечитала записку. Потом ещё раз.

— Какое ещё молчание?..

Она невольно усмехнулась. Наверное, это какая-то ошибка. Может быть, чей-то нелепый розыгрыш. Но тогда почему конверт принесли именно ей?

Почему на фотографии мужчина, которого она никогда не видела?

И почему дата на фотографии — вчерашний день?

Елена взяла телефон и сфотографировала карту. Потом снова посмотрела на неё. На обороте был номер телефона банка. Она уже собиралась позвонить, но остановилась.

А вдруг это мошенничество? Она проверила баланс через банковское приложение. Несколько секунд ничего не происходило. Затем на экране появилась сумма.

Елена перестала дышать.

1 000 000.

Она несколько раз моргнула. Обновила страницу. Сумма не изменилась. Миллион действительно был на карте. Она положила телефон на стол. Сердце начало биться быстрее.

— Этого не может быть...

Елена снова посмотрела на фотографию. Мужчина словно смотрел прямо на неё.

Она почти не спала. Конверт лежал на столе. Карта — рядом.

Телефон она несколько раз проверяла за ночь. Никаких сообщений. Никаких звонков. Никаких объяснений.

Утром Елена решила, что первым делом отнесёт карту в банк. Она уже собиралась выйти из квартиры, когда увидела сообщение на новостном сайте. Заголовок заставил её остановиться: «Известный предприниматель найден мёртвым».

Елена открыла новость. На фотографии был тот самый мужчина. Тот самый, что лежал вчера в её конверте. Она почувствовала, как холод пробежал по спине.

Прочитала имя: Александр Орлов, 52 года. Владелец одной из крупнейших частных инвестиционных групп. Предварительная причина смерти — сердечный приступ.

Елена медленно опустилась на стул. Вчера вечером она держала его фотографию в руках. Сегодня его уже нет в живых. Она перечитала статью. Смерть наступила около одиннадцати часов вечера. То есть примерно через два с половиной часа после того, как конверт оказался у неё.

Елена почувствовала дурноту. Она снова посмотрела на карту. Миллион. Она не знала этого человека. Не знала его семью. Не знала, почему он дал ей деньги. И уж точно не понимала, о каком молчании шла речь.

В десять утра Елена решила позвонить по номеру, указанному в банковских документах. Но телефон зазвонил раньше.

Номер был неизвестным.

— Алло?

Тишина.

— Алло?

На другом конце послышалось тяжёлое дыхание. Затем звонок оборвался.

Через несколько секунд пришло сообщение: «Не пользуйтесь деньгами».

Елена замерла. Ответить она не успела.

Второе сообщение пришло почти сразу: «Если хотите остаться в живых».

Елена почувствовала, как пальцы похолодели. Она подошла к окну.

На противоположной стороне улицы стоял чёрный автомобиль. Тонированные стёкла. Двигатель работал. Она не могла видеть водителя.Машина простояла там несколько минут. Потом медленно тронулась с места.

Елена отошла от окна. В этот момент она впервые поняла: кто-то действительно следит за ней.

Вечером она снова открыла конверт. Теперь внутри осталось только одно. Фотография Александра Орлова. Елена долго смотрела на неё. И вдруг заметила то, чего не увидела вчера. На заднем плане, возле входа в здание, стояла маленькая девочка. Лицо было почти неразличимо. Но на её шее висел кулон.

Елена машинально коснулась собственного кулона. Такого же. Она получила его от матери ещё в детстве.

Елена замерла. Впервые за много лет ей стало страшно не из-за денег. А из-за прошлого.

В 23:47 телефон снова завибрировал. Елена вздрогнула. Новое сообщение. Она открыла его. Номер был неизвестным. Но текст заставил её сердце остановиться: «Если ты получила деньги — значит, они уже знают о тебе».

Елена перечитала сообщение. Потом посмотрела на дверь. За ней было тихо. Слишком тихо. Она медленно подошла к глазку. На лестничной площадке никого. Она уже собиралась отойти, когда услышала звук. Тихий. Едва различимый. Кто-то поднялся по лестнице. Остановился прямо перед её дверью.

Елена перестала дышать. Тень появилась под дверью. Человек стоял неподвижно. Несколько секунд. Потом раздался один короткий стук.

Елена отступила назад. Телефон снова завибрировал.

Новое сообщение состояло всего из пяти слов: «Теперь они знают, где ты».

Елена медленно подняла взгляд на дверь. И в этот момент ручка начала поворачиваться.

Глава 1. Странное предложение

Утром Елена почти не сомкнула глаз. После ночного сообщения она несколько раз проверяла замок на двери. Потом проверяла ещё раз. И ещё.

Человек, стоявший за дверью, так и не вошёл.

Когда Елена решилась посмотреть в глазок, лестничная площадка была пуста. Но это совершенно её не успокоило.

Она плохо спала, просыпалась от каждого звука и несколько раз ловила себя на мысли, что хочет просто выбросить карту с миллионом и забыть обо всём. Но фотографию Александра Орлова она не выбросила. Почему-то ей казалось, что именно в ней спрятан ответ.

Утром Елена спрятала карту в маленький металлический контейнер, который хранила в шкафу среди старых документов, и отправилась на работу.

Она решила, что больше не будет думать об Орловых. По крайней мере, до вечера.

Через два часа её план разрушился.

В 10:17 на рабочий телефон позвонил неизвестный номер.

— Елена Воронова?

— Да.

— Вас ожидают в одиннадцать тридцать в офисе «Orlov Capital».

Елена замолчала.

— Простите?

— На ваше имя назначена встреча.

— Кто её назначил?

— Максим Орлов.

Она почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Я не знаю никакого Максима Орлова.

На другом конце раздался короткий вздох.

— Теперь знаете.

Связь оборвалась.

Елена несколько секунд смотрела на телефон. Потом открыла интернет. Максим Орлов. Тридцать четыре года. Сын Александра Орлова.

После смерти отца именно он должен был возглавить семейную империю. Фотография Максима появилась на экране. Высокий мужчина в тёмном костюме. Чёрные волосы. Холодный взгляд. Лицо человека, который привык получать ответы ещё до того, как задаёт вопросы.

Елена посмотрела на фотографию. Затем на фотографию его отца, лежавшую в сумке.

Отец. Сын. Оба связаны с ней. И оба явно знали больше, чем она.

В 11:24 Елена стояла перед зданием Orlov Capital. Стекло, металл, мрамор. Высокая башня уходила в серое небо. Перед входом стояли дорогие автомобили. У дверей — охрана в строгих костюмах.

Елена машинально посмотрела на свои ботинки. Они вдруг показались ей слишком простыми. На ней были тёмные брюки, белая блузка и старое пальто.

Она почувствовала себя чужой. Но заставила себя войти.

— Елена Воронова, — сказала она охраннику.

Тот сверился с планшетом.

— Вас ожидают.

Даже это не удивило.

Внутри было тихо. Не просто тихо — безупречно тихо. Никаких разговоров. Никаких звонков. Только приглушённый звук шагов по мраморному полу.

Сотрудница ресепшена улыбнулась.

— Господин Орлов ждёт вас на тридцать втором этаже.

Лифт поднял Елену за считаные секунды. Двери открылись. Перед ней оказался длинный коридор с панорамными окнами. В конце стояла массивная дверь.

Елена подошла. Дверь открылась ещё до того, как она успела постучать.

— Входите.

Голос был спокойным. Низким.

Елена вошла.

Кабинет Максима занимал почти весь этаж. Панорамное окно открывало вид на город. На стенах висели картины. На столе не было ни одной лишней вещи. Только ноутбук, несколько папок и стакан воды.

Максим стоял у окна. Он не повернулся сразу.

— Вы пришли.

— Вы меня приглашали.

— Я знаю.

Он обернулся.

Елена впервые увидела его вживую. В интернете фотография казалась холодной. В реальности — ещё холоднее.

Максим внимательно посмотрел на неё. Не как мужчина на женщину. Как человек, изучающий доказательство.

— Вы знаете, кто я?

— Сын Александра Орлова.

— А о своём отце вы знаете что-нибудь?

Елена напряглась.

— Ровно столько, сколько написано сегодня в новостях.

— Тогда начнём с простого.

Максим указал на кресло. Елена села. Он остался стоять.

— Вчера вечером вы получили конверт.

Елена ничего не ответила.

— Внутри была банковская карта.

Она молчала.

— И фотография моего отца.

Елена посмотрела ему в глаза.

— Откуда вы знаете?

— Потому что таких конвертов было подготовлено три.

Елена почувствовала неприятный холод в груди.

— Три?

— Да.

— Кто получил остальные?

Максим впервые слегка изменился в лице.

— Двое других получателей уже мертвы.

Елена медленно встала.

— Что?

— Сядьте.

— Нет.

Она сделала шаг назад.

— Вы хотите сказать, что люди, получившие такие же конверты, умерли?

— Да.

— И после этого вы решили пригласить меня сюда?

— Именно.

Елена посмотрела на дверь. Максим заметил это.

— Если бы я хотел причинить вам вред, вы бы сейчас не сидели здесь.

— Очень успокаивает.

На лице Максима появилась едва заметная улыбка. Но исчезла она так быстро, что Елена не была уверена, что действительно её видела.

Он открыл папку.

— Мне нужна ваша помощь.

— Я не детектив.

— И не должны им быть.

Он достал лист бумаги и положил перед ней. Елена прочитала. Там было написано её имя. Дата рождения. Адрес. Место работы. Имя брата. Она подняла глаза.

— Вы следили за мной?

— Наблюдали.

— Это одно и то же.

— Не совсем.

— Для меня — одно.

Максим сел напротив.

— Мне нужно, чтобы вы провели тридцать дней в доме моей семьи.

Елена решила, что ослышалась.

— Простите?

— Тридцать дней.

— Зачем?

— Это вы узнаете там.

— Почему я?

— Потому что вы единственный человек, которому отец передал деньги непосредственно перед смертью.

Елена почувствовала, как сердце снова ускорилось.

— Ваш отец не передавал мне деньги.

— Тогда почему они оказались у вас?

У неё не было ответа.

Максим положил перед ней второй документ. Это был договор. Внизу стояла сумма: «1 000 000 долларов».

Елена долго смотрела на цифры.

— Вы серьёзно?

— Абсолютно.

— За что?

Максим наклонился вперёд.

— За молчание.

Елена горько усмехнулась.

— Об этом уже говорилось в записке.

— В течение тридцати дней вы будете жить в нашем доме.

— И?

— Вы будете видеть людей. Слышать разговоры. Возможно, узнаете вещи, которых не должны были узнать.

— И я не должна никому об этом рассказывать?

— Именно.

— Даже полиции?

— Никому.

— Даже вам?

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

— Особенно мне.

Елена нахмурилась.

— Вы сами себя не понимаете?

— Понимаю прекрасно.

Он откинулся в кресле.

— Вы получите миллион, если выдержите тридцать дней и сохраните всё увиденное в тайне.

— А если откажусь?

— Вы уйдёте.

— Просто так?

— Просто так.

Елена почувствовала подвох.

— И вы ничего мне не сделаете?

— Нет.

— Не будете угрожать?

— Нет.

— Не будете следить?

Максим немного помолчал.

— Не обещаю.

Елена встала.

— Тогда мой ответ — нет.

Максим не попытался её остановить.

— Подумайте.

— Мне не о чем думать.

— Вы ещё не знаете, что находится в доме Орловых.

Елена направилась к двери.

— И не хочу знать.

— Даже за миллион?

Она остановилась. Повернулась.

— Особенно за миллион.

Максим посмотрел на неё спокойно.

— Тогда почему вы всё ещё стоите здесь?

Елена ничего не ответила. Она вышла.

На улице шёл дождь.

Елена шла по тротуару, не замечая прохожих. Она пыталась убедить себя, что поступила правильно. Миллион не стоил того, чтобы рисковать жизнью. Тем более после того, что произошло с двумя другими людьми.

Она дошла до остановки. Телефон зазвонил. Брат. Елена ответила сразу.

— Привет.

Вместо привычного голоса она услышала тяжёлое дыхание.

— Елен...

— Что случилось?

Пауза.

— Мне нужна твоя помощь.

Она сразу поняла, что произошло что-то серьёзное.

— Где ты?

— В отделении полиции.

Елена почувствовала, как земля будто ушла из-под ног.

— Что ты сделал?

— Ничего.

— Тогда почему ты в полиции?

— Меня обвиняют в краже.

— В какой краже?

— Я не знаю.

Он говорил быстро, сбивчиво.

— Елен, они нашли у меня деньги.

— Какие деньги?

— Пятьдесят тысяч.

Елена замолчала.

— Но их не было у меня.

— Откуда они взялись?

— Не знаю!

В трубке послышался чужой голос.

— Время вышло.

Брат снова заговорил:

— Елен, если я сегодня не внесу деньги...

— Что?

— Меня оставят под стражей.

Она закрыла глаза.

— Сколько?

— Пятьдесят тысяч.

Елена почувствовала, как к горлу подступил ком. Для неё это были огромные деньги. Такие, которых у неё никогда не было. Она посмотрела на свои руки. Потом на мокрую дорогу. Потом вспомнила чёрную банковскую карту. Миллион.

Она достала телефон. Открыла банковское приложение. На экране снова появилась сумма: 1 000 000.

Но теперь это уже не казалось подарком. Это была ловушка.

Вечером Елена сидела одна на кухне. Перед ней лежала карта. Рядом — фотография Александра Орлова.

Она смотрела на мужчину, который был мёртв уже второй день. Потом открыла договор. Тридцать дней. Миллион долларов. Молчание. Дом Орловых. Она вспомнила слова Максима: «Вы ещё не знаете, что находится в доме Орловых».

Елена взяла телефон. Позвонила брату.

— Как ты?

— Пока здесь.

— Я найду деньги.

— Елен, не надо.

— Я сказала, что найду.

Она положила трубку. Несколько секунд сидела неподвижно. Затем встала. Накинула пальто. Взяла сумку. Перед выходом остановилась у зеркала. Посмотрела на своё отражение.

— Всего тридцать дней, — тихо сказала она.

Но сама себе не поверила.

В 22:13 Елена снова стояла перед зданием Orlov Capital.

Ночной охранник удивлённо посмотрел на неё.

— Вы вернулись?

— Да.

— Господин Орлов вас ожидает.

— Он знал, что я приду?

Охранник пожал плечами.

— Он сказал, что вы вернётесь.

Двери лифта закрылись. Тридцать второй этаж.

Дверь кабинета открылась. Максим стоял у окна. Он даже не повернулся.

— Я знал, что вы придёте.

Елена вошла.

— Не обольщайтесь.

— Не собирался.

Она положила договор на стол.

— Я согласна.

Максим медленно повернулся.

— Уверены?

Елена посмотрела ему прямо в глаза.

— Нет.

Потом сжала пальцы.

— Но я согласна.

Максим взял договор.

— Тогда подпишите.

Елена взяла ручку. Поставила подпись. И только после этого Максим произнёс:

— Есть ещё одно условие.

Елена замерла.

— Какое?

Он посмотрел на неё так, будто заранее знал, что следующие слова изменят её жизнь.

— Вы должны будете изображать мою невесту.

Елена медленно подняла глаза.

Глава 2. Дом Орловых

Утро началось с дождя. Мелкие капли барабанили по стеклу, превращая город за окном в размытое серое пятно.

Елена сидела на краю кровати и смотрела на чемодан. Он был небольшой. Слишком небольшой для тридцати дней жизни в чужом доме. Она положила туда несколько платьев, брюки, свитера, документы, зарядку для телефона и косметичку.

Затем открыла шкаф. Взяла старую фотографию матери. Несколько секунд держала её в руках.

— Я скоро вернусь, — тихо сказала она.

Сама не знала, кому именно. Матери? Себе? Или той жизни, которая закончилась в тот момент, когда на её счёте появился миллион долларов.

Ровно в девять утра к дому подъехал автомобиль. Чёрный седан. Без опознавательных знаков. Водитель вышел, открыл заднюю дверь и спокойно сказал:

— Елена Воронова?

— Да.

— Господин Орлов просил доставить вас.

Елена посмотрела на машину. Потом на водителя.

— А Максим будет там?

— Разумеется.

Ей почему-то не понравилось это слово. Она взяла чемодан и села.

Когда автомобиль тронулся, Елена посмотрела в окно. Город постепенно остался позади. Высотные здания сменились частными домами, затем лесом. Дорога становилась всё уже. Телефон показывал всё меньше сигнала.

— Долго ехать? — спросила она.

— Около сорока минут.

Елена посмотрела на часы. Она уже пожалела о своём решении. Но деньги были нужны. Брат всё ещё находился под следствием.

А главное — она должна была узнать, зачем её втянули во всё это. Через двадцать минут водитель свернул на длинную частную дорогу. По обе стороны стояли высокие деревья. За ними почти ничего не было видно.

Ещё один поворот. И вдруг появились ворота. Огромные, чёрные, кованые. Перед ними стояла небольшая будка охраны.

Ворота открылись автоматически. Автомобиль проехал внутрь. Елена невольно выпрямилась.

За воротами начиналась территория, больше похожая на частный парк. Высокие ели. Аккуратно подстриженные кусты. Каменные дорожки. Старые фонари. Вдалеке показался дом.

Елена сначала решила, что это небольшой замок. Серый камень. Высокие окна. Две башенки по бокам. Широкая лестница перед входом.

Дом выглядел старым, но ухоженным. И совершенно не похожим на обычное место, где жила семья.

Елена почувствовала странное беспокойство. Будто дом наблюдал за ней.

Автомобиль остановился. Водитель вышел. Елена открыла дверь и ступила на мокрые каменные плиты.

В этот момент входная дверь особняка распахнулась. Максим стоял на верхней ступени. Чёрный костюм. Белая рубашка. Никакого галстука. Он выглядел так, будто собирался не встречать невесту, а подписывать документы.

— Вы опоздали на три минуты, — сказал он.

Елена посмотрела на часы.

— Я не знала, что у нас свидание.

— Это не свидание.

— Отлично. Тогда мы оба в безопасности.

Максим посмотрел на её чемодан.

— Много вещей.

— Я собираюсь прожить здесь месяц.

— Надеюсь, меньше.

Елена подняла брови.

— Уже начинаю чувствовать себя желанной гостьей.

Он развернулся.

— Идёмте.

Елена последовала за ним. Когда она переступила порог, дверь за её спиной медленно закрылась. Щелчок замка прозвучал неожиданно громко.

Внутри особняк оказался ещё впечатляюще. Высокий потолок. Массивная люстра. Белый мраморный пол.

На стенах — картины в тяжёлых золотых рамах. Старинные часы.

Мебель, которую Елена могла бы рассматривать как музейные экспонаты. Но при всей роскоши здесь было неуютно. Слишком тихо. Она слышала собственные шаги.

Максим шёл впереди.

— Здесь несколько правил.

— Конечно.

— Первое. Не заходите в западное крыло.

Елена посмотрела на него.

— Почему?

Максим остановился.

— Потому что я сказал.

Она усмехнулась.

— Это правило номер один?

— Да.

— А остальные?

— Не задавайте лишних вопросов.

— Это правило номер два?

— Можно считать так.

Елена сложила руки на груди.

— У вас очень гостеприимная семья.

Максим продолжил идти.

— В доме будут моя мать, младшая сестра и несколько сотрудников.

— А отец?

Максим остановился. На несколько секунд повисла тишина.

— Вы знаете, что он умер.

— Я имела в виду фотографии. Вещи. Кабинет.

— Не трогайте ничего, что принадлежало ему.

— Понятно.

Он снова пошёл.

— И ещё.

— Что?

— Никогда не оставайтесь одна после полуночи.

Елена остановилась.

— Почему?

Максим повернул голову.

— Вы опять задаёте вопрос.

Она промолчала. Но внутри у неё появилось неприятное ощущение.

Вчера она согласилась на миллион.

Сегодня уже начинала понимать, почему за эти деньги требовалось молчание.

Максим провёл её по длинному коридору.

— Здесь ваша комната.

Дверь открылась. Елена вошла. Она ожидала обычную гостевую комнату. Но увидела просторную спальню с огромным окном, мягким креслом, отдельной ванной и гардеробной.

На кровати лежало новое платье. Рядом — коробка.

Елена подошла. Открыла. Внутри были украшения. Серьги. Браслет. Тонкая цепочка. И кольцо. Елена взяла его. На внутренней стороне была гравировка: «М. + Е.»

Она резко положила кольцо обратно.

— Что это?

— Обручальное кольцо.

— Я не соглашалась на настоящее кольцо.

— Вам придётся его носить.

— Почему?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что сегодня вечером мы объявим семье о нашей помолвке.

Елена рассмеялась.

— Вы серьёзно?

— Более чем.

— А если я откажусь?

— Тогда договор будет расторгнут.

Она замолчала.

Максим добавил:

— И ваш брат останется без денег.

Елена резко посмотрела на него.

— Вы не упоминали, что будете использовать моего брата.

— Я ничего не использую.

— Именно это вы сейчас и делаете.

Он выдержал её взгляд.

— Я даю вам выбор.

— Очень щедро.

Максим вышел из комнаты. У двери остановился.

— Через час ужин.

— С вашей семьёй?

— Да.

— И мне нужно изображать вашу невесту?

— Именно.

— А если я случайно скажу что-нибудь не то?

Максим повернулся.

— Не говорите.

И вышел.

Через час Елена спустилась вниз. Она надела простое тёмное платье. Кольцо лежало в кармане. Носить его она не собиралась. Но когда увидела Максима внизу, тот посмотрел на её руку.

— Кольцо.

— Я не обязана его носить постоянно.

— Сегодня обязаны.

Елена достала кольцо. Надела. Оно идеально село на палец. Слишком идеально. Она подняла глаза.

Максим заметил её выражение.

— Что?

— Ничего.

Но внутри у Елены возникла странная мысль. Кольцо словно делали именно для неё.

Дверь столовой открылась. За длинным столом сидели трое: Женщина лет шестидесяти. Мужчина около сорока. И молодая девушка, примерно возраста Елены. Все трое одновременно посмотрели на неё.

Первая заговорила женщина.

— Значит, это она.

Максим спокойно ответил:

— Да.

— Та самая?

— Та самая.

Елена почувствовала себя экспонатом.

Женщина медленно поднялась.

— Подойди.

Елена посмотрела на Максима. Он едва заметно кивнул.

Она подошла.

Женщина внимательно изучала её лицо. Слишком внимательно. Затем неожиданно коснулась её щеки.

Елена отшатнулась.

— Простите.

Женщина быстро убрала руку.

— Ничего.

Но голос её изменился. Она стала бледной.

— Как вас зовут?

— Елена.

— Елена...

Женщина повторила имя так, словно пыталась вспомнить что-то очень старое.

— Очень красивое имя.

Она вернулась на своё место.

— Садитесь.

Ужин начался в почти полной тишине. Елена чувствовала на себе взгляды. Особенно взгляд молодой девушки. Та всё время смотрела на её руку. На кольцо. Наконец она усмехнулась.

— И давно вы вместе?

Максим ответил:

— Достаточно.

— Странно.

— Что именно?

— Я впервые слышу о ней.

Максим посмотрел на девушку.

— Потому что ты не спрашивала.

— А теперь спрашиваю.

Елена почувствовала напряжение.

— Мы познакомились недавно.

— Где?

Елена открыла рот. Но Максим ответил раньше:

— На благотворительном вечере.

Елена посмотрела на него. Она никогда не была ни на каком благотворительном вечере.

Молодая девушка заметила это. Но ничего не сказала.

После ужина Елена решила немного пройтись. Она вышла из столовой и оказалась в длинном коридоре. На стенах висели семейные фотографии. Мужчины в костюмах. Женщины в вечерних платьях. Дети. Свадьбы. Праздники. Старые фотографии в чёрно-белых рамках.

Елена медленно шла вдоль стены. Ей было интересно. Несмотря на все предупреждения Максима, любопытство оказалось сильнее. Она остановилась возле большой фотографии. На ней была изображена семья Орловых.

Фотография явно была сделана много лет назад. Александр Орлов был ещё молод. Рядом стояла его жена. Перед ними — двое детей. Мальчик. И девочка.

Елена всмотрелась. Девочка была лет шести. Тёмные волосы. Большие глаза. Небольшая родинка возле левой брови.

Елена почувствовала, как по спине пробежал холод. Она приблизилась к фотографии.

Девочка была удивительно похожа на неё. Не просто похожа. Почти идентична. Те же глаза. Та же линия губ. Та же родинка.

Елена коснулась пальцами собственного лица. Потом снова посмотрела на фотографию.

— Этого не может быть...

Она наклонилась ближе. Внизу фотографии была небольшая подпись: «Семья Орловых. 1998 год».

Елена продолжала смотреть. И вдруг заметила ещё одну деталь. На шее девочки висел маленький кулон. Точно такой же, какой Елена носила с детства.

Она машинально схватилась за свой кулон. Сердце забилось так сильно, что стало трудно дышать.

— Что вы здесь делаете?

Голос Максима прозвучал совсем рядом. Елена резко обернулась.

Он стоял в нескольких шагах от неё. Лицо стало совершенно холодным. Елена указала на фотографию.

— Кто эта девочка?

Максим ничего не ответил.

— Максим...

— Я сказал вам не задавать вопросов.

— Она похожа на меня.

Он подошёл к фотографии. Посмотрел на неё. На несколько секунд его лицо изменилось. Но он быстро вернул прежнее выражение.

— Вам показалось.

— Нет.

— Елена.

— У неё мой кулон.

Максим замер. Елена заметила это. И поняла: он тоже узнал кулон.

Она снова посмотрела на фотографию. На маленькую девочку. И вдруг заметила на рамке тонкую царапину. Будто фотографию недавно пытались снять со стены.

Елена провела пальцем по краю рамки.

— Почему фотографию пытались спрятать?

Максим резко взял её за руку.

— Не трогайте.

Елена посмотрела на его пальцы. Он сразу отпустил её. Несколько секунд они молчали.

Затем Максим тихо произнёс:

— Идите в свою комнату.

— Кто она?

— Сейчас же.

— Я имею право знать.

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

Впервые с момента их знакомства в его взгляде появился не холод. А страх.

— Нет, — сказал он тихо. — Вы пока не имеете права это знать.

Елена осталась одна в коридоре. Перед ней была старая фотография. Маленькая девочка смотрела прямо в объектив. И улыбалась. Точно так же, как Елена улыбалась на единственной фотографии своего детства.

Она снова коснулась кулона. А потом увидела маленькую надпись на обратной стороне рамки. Едва различимые буквы: «Елизавета. 1998».

Елена замерла. Её дыхание перехватило. Потому что её мать никогда не называла её Елизаветой.

Глава 3. Девушка на фотографии

Елена ещё несколько секунд стояла перед старой фотографией. Она не могла отвести взгляд. Девочка на снимке смотрела прямо в объектив. Тёмные волосы. Большие глаза. Тонкие губы. Небольшая родинка возле левой брови. И тот самый кулон.

Елена машинально коснулась своей шеи. Металлическая цепочка была тёплой от тела. На ней висел небольшой серебряный кулон в форме капли. Она носила его почти всю жизнь. Мать подарила его ей, когда Елена была ещё ребёнком. По крайней мере, так она всегда думала.

Елена снова посмотрела на фотографию. На кулон девочки. Он был точно таким же. Не похожим. Таким же.

Она почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Кто она?

Максим стоял в нескольких шагах от неё. Он не ответил.

— Максим, я спрашиваю, кто эта девочка?

Он медленно подошёл к стене. Несколько секунд смотрел на фотографию. Затем резко снял её.

Елена вздрогнула.

— Эй!

Максим повернулся.

— Вы никогда её не видели.

— Но я только что...

— Я сказал, что вы её никогда не видели.

— А я говорю, что она похожа на меня!

— Это случайность.

— Случайность?

Елена нервно усмехнулась.

— Та же внешность, тот же кулон, та же родинка. Вы действительно хотите, чтобы я поверила в случайность?

Максим ничего не ответил. Он положил фотографию лицевой стороной вниз на небольшой столик. Слишком осторожно. Будто боялся, что Елена снова её увидит.

— Верните её.

— Нет.

— Это фотография вашей семьи.

— Именно поэтому она вас не касается.

— Почему?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что некоторые вещи лучше не знать.

— Особенно за миллион долларов?

В его глазах на мгновение появилось раздражение.

— Вы согласились на сделку.

— Я согласилась жить здесь тридцать дней. А не стать слепой.

— Вы должны выполнять условия договора.

— В договоре нет пункта, запрещающего мне смотреть на фотографии.

Максим сделал шаг к ней.

— Елена.

— Что?

— Я ещё раз повторю.

Он говорил тихо. Но от этого его слова звучали только опаснее.

— Вы никогда не видели эту девочку.

Елена выдержала его взгляд.

— Почему вы так боитесь, что я её узнаю?

На несколько секунд в коридоре стало совершенно тихо. Максим отвёл взгляд. Этого было достаточно.

Елена поняла: она попала точно в цель.

Максим вернул фотографию на стену. Но теперь она висела чуть выше. Так, чтобы Елене было труднее рассмотреть лицо девочки.

Он поправил рамку.

— Идите спать.

— Я не устала.

— Это не обсуждается.

— А если я хочу задать ещё несколько вопросов?

— Тогда я на них не отвечу.

— Почему?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что некоторые ответы могут изменить вашу жизнь.

Елена замолчала.

Максим развернулся и пошёл по коридору.

— Максим!

Он остановился.

— Что?

— Как звали эту девочку?

Он не повернулся. Несколько секунд молчал. Потом произнёс:

— Елизавета.

И ушёл. Елена осталась одна. Имя будто ударило её изнутри.

Елизавета.

Она вспомнила надпись на обратной стороне рамки: «Елизавета. 1998».

Почему именно это имя? Почему фотография вызвала у неё такое странное чувство?

Она попыталась вспомнить своё детство. Но память словно упёрлась в стену. До шести лет — почти ничего. Несколько разрозненных картинок. Жёлтая кухня. Женский голос. Старый деревянный шкаф. Дождь за окном. И чей-то крик.

Елена закрыла глаза. Крик становился громче.

— Елена!

Она резко открыла глаза. Перед ней снова был коридор. Пустой. Тишина. Она тяжело дышала.

— Что со мной происходит?..

Ночью Елена долго не могла заснуть. Она лежала на кровати и смотрела в потолок. За окном шумел дождь. Время медленно приближалось к полуночи. Она несколько раз брала телефон. Проверяла сообщения. Ничего. Потом посмотрела на свою руку. На пальце блестело кольцо «М. + Е.». Она сняла его. Положила на тумбочку. Через минуту снова взяла. Почему-то ей было неприятно оставлять его там.

Она надела кольцо обратно. Затем услышала звук. Сначала очень тихий. Шаги.

Елена замерла. Шаги раздавались в коридоре. Кто-то прошёл мимо её двери. Потом остановился. Елена задержала дыхание. Раздался приглушённый мужской голос.

— Она уже спит?

Елена осторожно села на кровати. Голос был не Максима. Другой мужчина. Низкий. Хрипловатый.

Максим ответил:

— Должна спать.

— Вы уверены?

— Да.

— Она слишком много спрашивает.

Елена медленно встала. Подошла к двери. Открывать её она не стала. Вместо этого приложила ухо к стене. Голоса доносились из соседней комнаты.

— Она видела фотографию, — сказал незнакомец.

Елена почувствовала, как внутри всё похолодело.

— Я знаю.

— И что вы сделали?

— Забрал её.

— Она успела что-нибудь заметить?

Пауза.

— Достаточно.

Елена закрыла рот ладонью. Теперь она понимала: они говорили о ней.

— Вам не следовало привозить её сюда, — сказал мужчина.

— У меня не было выбора.

— Вы всегда говорите, что у вас нет выбора.

— Потому что это правда.

— Нет, Максим. Это не правда.

Голос незнакомца стал жёстче.

— Вы сами решили втянуть её в эту историю.

— Она уже была частью этой истории задолго до того, как я её нашёл.

Елена замерла: «Нашёл?». Что это означало?

Она никогда раньше не встречалась с Максимом. По крайней мере, ей так казалось.

— Она вас не помнит, — сказал мужчина.

— И не должна помнить.

— А если вспомнит?

Максим долго молчал.

— Тогда придётся действовать.

Елена почувствовала, как сердце ударило в груди. Она осторожно отступила от двери. Ей вдруг стало страшно. Не за деньги. Не за брата. За себя.

— Сколько времени у нас осталось? — спросил Максим.

— Не знаю.

— Что значит «не знаешь»?

— Мы не ожидали, что она появится именно сейчас.

— Кто-нибудь ещё знает?

— Один человек.

— Кто?

Мужчина не ответил. Максим повысил голос:

— Я спросил, кто знает!

— Вам лучше не знать.

— Это моя семья.

— Именно поэтому вам лучше не знать.

Наступила тишина.

Елена услышала звук стекла. Возможно, мужчина поставил стакан на стол. Потом он тихо сказал:

— Вы совершили ошибку, когда привезли её сюда.

— Я не совершал ошибок.

— Тогда объясните мне, почему она носит тот же кулон?

Елена прикоснулась к своей шее. Пальцы задрожали. В комнате стало душно.

— Кулон ничего не доказывает, — ответил Максим.

— Для вас — может быть.

— Что вы хотите сказать?

— Она должна была получить его только после...

Мужчина оборвал фразу.

— После чего?

Тишина.

— После смерти матери.

Елена застыла: «После смерти матери?»

Но мать дала ей этот кулон. Елена прекрасно помнила. Или думала, что помнила. Она вдруг почувствовала слабость в ногах. Пришлось опереться рукой о стену.

— Нам нужно прекратить это, — сказал мужчина.

— Пока нет.

— Почему?

— Потому что она единственный человек, который может привести нас к документам.

— А если она ничего не вспомнит?

— Вспомнит.

— Откуда такая уверенность?

Максим ответил не сразу.

— Потому что память уже начала возвращаться.

Елена закрыла глаза. Перед ней снова возникла картинка. Дождь. Детская комната. Женщина в белой блузке. Она держит маленькую девочку за плечи:

— Никому не говори, кто ты.

Другой голос. Мужской.

— Они идут!

Потом дверь. Крик. Разбитое стекло. И маленькая рука, сжимающая серебряный кулон.

Елена резко открыла глаза. Она стояла посреди своей комнаты. Дышала тяжело. Память исчезла так же быстро, как появилась. Но теперь она знала — это не сон. Это было воспоминание.

За стеной разговор продолжался.

— Вы понимаете, что произойдёт, если она вспомнит всё? — спросил мужчина.

Максим ответил тихо:

— Да.

— Тогда зачем вы рискуете?

— Потому что другого выхода нет.

— Вы слишком близко к краю.

— Я знаю.

— И если она вспомнит имя...

Максим перебил его:

— Не произноси его здесь.

— Почему?

— Потому что стены этого дома слышат больше, чем тебе кажется.

Елена медленно посмотрела на стены своей комнаты. Ей вдруг стало не по себе. Она подошла к двери. Приоткрыла её на несколько сантиметров. В коридоре никого не было. Голоса продолжались дальше. Елена осторожно вышла. Сделала несколько шагов. И остановилась возле двери комнаты, откуда доносился разговор.

Она уже хотела услышать продолжение, когда вдруг услышала:

— Если она вспомнит прошлое, всё закончится.

Елена замерла. Внутри всё похолодело. Она медленно отступила от двери. И именно в этот момент половица под её ногой тихо скрипнула. Голоса внутри мгновенно замолчали.

Елена перестала дышать. Ручка двери начала поворачиваться. Она бросилась обратно в свою комнату. Закрыла дверь. Прижалась к ней спиной.

Через несколько секунд в коридоре послышались шаги. Они остановились прямо возле её двери.

Тишина.

Затем тихий голос Максима:

— Елена?

Она закрыла глаза: «Не отвечать? Сделать вид, что спит?»

Но прежде чем она успела решить, Максим произнёс:

— Я знаю, что ты слышала.

Елена почувствовала, как по спине пробежал холод. За дверью повисла тишина. А потом Максим сказал:

— И теперь мне придётся рассказать тебе правду.

Глава 4. Фиктивная невеста

После ночного разговора Елена почти не спала. Слова незнакомого мужчины снова и снова возвращались в её голову: «Если она вспомнит прошлое, всё закончится».

Что именно она должна была вспомнить? Почему Максим говорил о ней так, словно знал её задолго до их первой встречи? И самое главное — почему все вокруг боялись старой фотографии?

Елена лежала на огромной кровати, смотрела в потолок и пыталась восстановить хоть что-нибудь из детства. Безуспешно. Память словно намеренно закрывала дверь. Стоило ей приблизиться к какому-нибудь воспоминанию, как оно рассыпалось.

Она помнила мать. Помнила маленькую квартиру. Помнила запах маминых духов. Помнила, как в детстве боялась грозы и пряталась под одеяло.

Но всё, что происходило раньше определённого возраста, было покрыто туманом. И теперь этот туман начал тревожить её сильнее, чем прежде.

Елена повернулась на бок. На тумбочке лежало кольцо. Она сняла его ночью. Надпись внутри «М. + Е.» — не давала ей покоя.

Почему кольцо оказалось приготовлено заранее? Почему оно идеально подошло? И почему Максим выглядел так, будто для него эта помолвка была не просто частью сделки?

Елена протянула руку и взяла кольцо. Именно в этот момент в дверь постучали. Она быстро положила украшение обратно.

— Войдите.

Дверь открылась. На пороге стояла женщина лет пятидесяти пяти. Стройная. Безупречно ухоженная. В дорогом светло-сером костюме. Её седоватые волосы были уложены так аккуратно, что ни одна прядь не выбивалась. На шее висела тонкая нитка жемчуга. Она не улыбалась.

— Вы Елена?

— Да.

Женщина окинула её взглядом с головы до ног.

— Собирайтесь.

— Куда?

— Завтрак.

Елена посмотрела на часы.

— Сейчас?

— В этой семье не принято заставлять людей ждать.

Женщина развернулась и вышла. Елена несколько секунд смотрела ей вслед. Она уже догадалась, кто это. Мать Максима. Та самая женщина с фотографии. Та самая женщина, которая вчера смотрела на неё так, словно пыталась узнать давно забытое лицо.

За завтраком Елена поняла, что ужин накануне был только репетицией. Сегодня её ждали все.

За длинным столом сидела мать Максима — Виктория Орлова. Рядом находилась его младшая сестра Софья. Напротив — двоюродный брат семьи, Андрей.

Максим сидел во главе стола. Он выглядел совершенно спокойно. Словно происходящее было обычным семейным завтраком.

Елена заняла место рядом с ним.

Виктория посмотрела на неё.

— Итак.

Она сделала небольшой глоток кофе.

— Вы действительно собираетесь выйти за моего сына?

Елена почувствовала на себе взгляды всех присутствующих.

— Да.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

Виктория слегка улыбнулась. Но в этой улыбке не было ни капли тепла.

— Любопытно.

Максим положил ладонь на стол.

— Мама.

— Я просто разговариваю с будущей невесткой.

— Тогда разговаривай нормально.

Виктория посмотрела на сына.

— А разве я говорю ненормально?

Максим ничего не ответил.

Елена решила вмешаться.

— Не волнуйтесь. Я понимаю, что вы хотите убедиться, что ваш сын не совершает ошибку.

Виктория медленно повернула к ней голову.

— Ошибку?

— Да.

— Вы слишком быстро почувствовали себя членом семьи.

За столом стало тихо.

Елена сжала пальцы. Но ответила спокойно:

— Я никем себя не считаю.

— Пока.

Виктория поставила чашку.

— Расскажите о себе.

— Что именно?

— Где вы родились?

— Здесь.

— Родители?

— Мать умерла.

— Отец?

Елена замолчала.

— Я его не знала.

Виктория на секунду опустила взгляд. Но Елена заметила, как напряглись её пальцы.

— Не знали?

— Нет.

— Какая печальная история.

В голосе Виктории было что-то странное. Не сочувствие. Скорее раздражение.

— Чем вы занимаетесь?

— Работаю помощником юриста.

Софья усмехнулась.

— Помощником?

Елена посмотрела на неё.

— Да.

— А я думала, Максим познакомился с девушкой из своего круга.

Максим поднял глаза.

— Софья.

— Что?

— Хватит.

— Я просто удивилась.

Софья откинулась на спинку стула.

— Он никогда не встречался с девушками вроде неё.

Елена почувствовала неприятный укол.

— Каких именно?

Софья пожала плечами.

— Обычных.

Максим резко посмотрел на сестру.

— Елена обычная?

— Я не это имела в виду.

— Именно это ты сказала.

Виктория вмешалась:

— Максим, не надо устраивать сцену из-за каждого слова.

— Тогда пусть никто не устраивает сцену из-за моей невесты.

Елена посмотрела на него. Невесты. Он произнёс это слово так уверенно, что на секунду она сама поверила в их отношения.

После завтрака Виктория попросила Елену остаться. Максим хотел что-то сказать, но мать остановила его взглядом.

Когда остальные вышли, двери столовой закрылись. Виктория медленно подошла к окну.

— Вы знаете, почему я вас позвала?

— Думаю, вы хотите поговорить о Максиме.

— Нет.

Она повернулась.

— Я хочу поговорить о вас.

Елена напряглась.

— Что именно вас интересует?

— Ваше прошлое.

— В нём нет ничего интересного.

— Это вы так думаете.

Елена нахмурилась. Виктория подошла ближе.

— Вы ведь действительно ничего не помните?

Елена замерла.

— Что именно?

— Ваше детство.

Елена почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Почему вы спрашиваете?

— Просто любопытство.

— Вы врёте.

Виктория посмотрела на неё. На этот раз без раздражения. С каким-то странным выражением. Почти испуганно.

— Будьте осторожны, Елена.

— С чем?

— С вопросами.

— Мне уже говорили.

— Кто?

Елена промолчала. Виктория заметила это.

— Максим?

Елена не ответила. Женщина тяжело вздохнула.

— Тогда он всё-таки привёл вас сюда.

— Что это значит?

— Ничего.

— Вы постоянно говорите «ничего», когда явно что-то знаете.

Виктория резко повернулась.

— Вы понятия не имеете, куда попали.

— Тогда объясните.

— Не могу.

— Почему?

Виктория посмотрела на неё.

— Потому что некоторые вещи могут стоить жизни.

Елена замерла. Виктория подошла к двери. Но прежде чем выйти, остановилась.

— И ещё.

— Да?

— Если Максим скажет вам, что вы можете ему доверять...

Она посмотрела Елене прямо в глаза.

— Не верьте.

И вышла.

Через час Елена сидела в своей комнате, когда раздался стук. На пороге появился Максим.

— Мама что-то сказала?

— Да.

— Что именно?

— Что тебе нельзя доверять.

Максим усмехнулся.

— Очень в её стиле.

— Она знает что-то о моём прошлом.

Максим замолчал.

— Ты тоже.

— Я знаю не всё.

— Но больше, чем говоришь.

— Возможно.

Елена встала.

— Тогда почему ты продолжаешь лгать?

— Потому что пытаюсь тебя защитить.

— От кого?

Максим посмотрел на неё.

— От людей, которые считают, что ты должна была умереть много лет назад.

Елена побледнела.

— Что?

Он понял, что сказал лишнее.

— Забудь.

— Нет.

— Елена...

— Ты только что сказал, что кто-то хотел моей смерти?

Максим подошёл ближе.

— Я сказал, что есть люди, которые считают...

— Не меняй слова!

Она впервые увидела, как он потерял привычное спокойствие.

Но уже через секунду Максим снова стал холодным.

— Сегодня вечером будет ужин.

— И что?

— Семья будет ждать от нас публичного объявления.

— Какого?

— О нашей помолвке.

Елена посмотрела на него.

— Прекрасно.

— И ещё.

— Что?

— Ты должна вести себя так, будто мы действительно любим друг друга.

Елена усмехнулась.

— А если я не умею изображать любовь?

Максим посмотрел ей в глаза.

— Тогда придётся научиться.

Вечером особняк изменился. В холле зажгли больше света. На столах появились свечи. В столовой накрыли большой праздничный стол. Приехали родственники. Елена впервые увидела почти всех членов семьи Орловых: Дядю Максима. Его двоюродных братьев. Старых друзей семьи. Партнёров по бизнесу.

Каждый хотел взглянуть на женщину, которая неожиданно стала невестой наследника.

Елена стояла рядом с Максимом. Он держал её за руку. Ладонь была тёплой. Елена попыталась убрать руку. Максим слегка сжал её пальцы.

— Не сейчас.

— Я нервничаю.

— Я знаю.

— Ты тоже?

Он посмотрел на неё.

— Нет.

— Жаль.

— Почему?

— Было бы приятно узнать, что ты тоже человек.

На его губах появилась едва заметная улыбка.

— Только никому не говори.

И впервые за всё время Елена улыбнулась искренне. Но улыбка быстро исчезла. Потому что к ним подошла Виктория. Она держала бокал шампанского.

— Дорогие гости.

Разговоры стихли.

— Сегодня мой сын хочет сообщить важную новость.

Максим посмотрел на Елену. Затем на гостей.

— Мы с Еленой помолвлены.

Раздались аплодисменты. Елена почувствовала, как десятки взглядов устремились на неё.

Максим поднял её руку. Кольцо блеснуло в свете люстры. Но Виктория не аплодировала. Она смотрела только на Елену. И в её глазах было не раздражение. А настоящий страх.

Позже, когда гости начали расходиться, Елена вышла в холл. Она остановилась возле старой фотографии. Той самой. Девочка по-прежнему смотрела на неё. Но теперь рядом стоял Максим.

— Ты снова здесь.

— Я хочу знать правду.

— Я не могу рассказать её сегодня.

— Почему?

— Потому что ты ещё не готова.

— А если я уже готова?

Максим посмотрел на фотографию.

— Тогда ты пожалеешь.

Елена повернулась к нему.

— Кто она?

Он молчал.

— Максим.

Он наконец ответил:

— Это моя сестра.

Елена почувствовала облегчение.

— Но почему я на неё похожа?

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

— Не знаю.

Ложь. Елена поняла это мгновенно. Он знал. Он просто не хотел говорить. В этот момент из-за их спин раздался голос Виктории.

— Максим.

Он обернулся. Мать стояла у лестницы. Она смотрела не на сына. На Елену. Несколько секунд никто не говорил. Затем Виктория медленно подошла ближе. Её взгляд остановился на лице Елены. Потом на кулоне. Потом на фотографии. Она побледнела.

— Где вы его взяли?

Елена коснулась кулона.

— Этот? Мама подарила мне.

Виктория словно перестала дышать.

— Ваша мать?

— Да.

— Когда?

— Не знаю. Я была маленькой.

Виктория посмотрела на Максима. И в её взгляде появилось что-то похожее на обвинение.

— Ты не должен был её сюда приводить.

Максим ничего не ответил. Елена почувствовала, что между ними происходит разговор без слов.

— Что происходит? — спросила она.

Виктория медленно подошла к ней. Теперь они стояли совсем близко. Женщина внимательно посмотрела Елене в глаза. Её голос стал тихим. Почти шёпотом.

— Вы не понимаете, кого привели в этот дом.

Елена посмотрела на Максима. Он молчал. И тогда она впервые поняла: Максим привёл её в этот дом не только ради фиктивной помолвки. Он знал, кто она. И, возможно, вся семья Орловых знала это с самого начала.

Глава 5. Первый поцелуй

После слов Виктории в холле стало так тихо, что Елена услышала тиканье старинных часов.

«Вы не понимаете, кого привели в этот дом». Фраза продолжала звучать у неё в голове.

Она посмотрела на Максима. Он стоял неподвижно. Ни удивления. Ни возмущения. Ни попытки спросить мать, что она имеет в виду. Только холодное спокойствие. И именно это напугало Елену больше всего.

— Максим, — тихо сказала Виктория.

— Мама, не сейчас.

— Нет. Именно сейчас.

Она посмотрела на Елену.

— Ты должен был сказать ей.

— Я скажу.

— Когда?

Максим ничего не ответил. Виктория горько усмехнулась.

— Конечно. Как всегда.

Она развернулась и ушла. Елена проводила её взглядом. Потом повернулась к Максиму.

— Что она имела в виду?

— Не знаю.

— Не лги мне.

— Я не лгу.

— Тогда почему она так на меня смотрит?

Максим подошёл ближе.

— Потому что ты напоминаешь ей человека, которого она потеряла.

Елена нахмурилась.

— Девушку с фотографии?

Максим ничего не ответил.

— Елизавету?

Он отвёл взгляд.

— Нам пора.

— Ты опять уходишь от ответа.

— Елена...

— Кто она?

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

— Не здесь.

— Почему?

— Потому что нас слушают.

Елена резко оглянулась. Холл был пуст.

— Кто?

— В этом доме никогда нельзя быть уверенным, что вы одни.

От этих слов у неё по спине пробежал холод.

Максим взял её за руку.

— Идём.

— Куда?

— К гостям.

— Зачем?

— Потому что сегодня ты должна быть моей невестой.

Елена посмотрела на их сцепленные пальцы.

— Я уже поняла.

Гости переместились в большую гостиную. На столах стояли бокалы. Кто-то разговаривал о бизнесе. Кто-то обсуждал смерть Александра Орлова. Но всякий раз, когда Елена проходила мимо группы людей, разговоры стихали. Она чувствовала себя под микроскопом. Каждый смотрел на неё. Оценивал. Сравнивал. Особенно старшие родственники.

Елена подошла к окну. Максим появился рядом.

— Устала?

— От того, что все смотрят на меня, как на преступницу.

— Они не считают тебя преступницей.

— Тогда кем?

— Охотницей за деньгами.

Елена резко повернулась.

— Прекрасно.

— Не обращай внимания.

— Легко сказать.

— Они привыкнут.

— А если нет?

— Тогда им придётся привыкнуть.

Елена посмотрела на него.

— Ты всегда так разговариваешь?

— Как?

— Будто весь мир обязан подчиняться твоему мнению.

— Не весь.

— Только твоя семья?

— В основном.

Она невольно улыбнулась. Максим заметил это.

— Что?

— Ничего.

— Ты впервые улыбаешься мне.

— Не привыкай.

— Поздно.

Елена замолчала. Между ними повисло странное молчание. На секунду она забыла, зачем вообще находится здесь. Но затем из другого конца комнаты донёсся голос Софьи:

— Максим!

Он обернулся.

— Да?

— Иди сюда.

Максим посмотрел на Елену.

— Не отходи далеко.

— Я не ребёнок.

— В этом доме это не всегда имеет значение.

Он ушёл.

Елена осталась возле окна. К ней подошла одна из родственниц. Женщина лет сорока пяти.

— Не переживайте.

— Из-за чего?

— Из-за Виктории.

Елена удивилась.

— Она просто защищает сына.

Женщина усмехнулась.

— Нет. Она защищает семью.

— От меня?

— Возможно.

Елена не успела спросить, что это значит. Женщина ушла.

Через несколько минут Максим вернулся. Он выглядел раздражённым.

— Что случилось?

— Ничего.

— Опять это «ничего».

Он посмотрел на неё.

— Через пять минут мы уедем.

— Куда?

— В гостиную.

— Мы уже в гостиной.

— Нет. Я имею в виду другую.

— Зачем?

— Мама хочет поговорить с родственниками.

— А я?

— Ты будешь рядом со мной.

— Почему?

Максим посмотрел на неё так, будто ответ был очевиден.

— Потому что ты моя невеста.

Елена тихо вздохнула.

— Иногда я начинаю ненавидеть эту роль.

— Я тоже.

— Хорошо.

— Но сейчас она нам нужна.

Через несколько минут они снова вошли в большую комнату. Разговоры стихли.

Виктория стояла у камина. Она посмотрела на сына. Потом на Елену.

— Максим, подойди.

Он подошёл. Елена последовала за ним.

— Мы хотим поздравить вас, — сказала Виктория.

Её голос звучал безупречно спокойно.

— Конечно, — ответил Максим.

— Но некоторые родственники считают, что ваша помолвка слишком поспешна.

— Это наше решение.

— Разумеется.

Виктория улыбнулась.

— Но люди должны убедиться, что ваши чувства настоящие.

Елена почувствовала тревогу.

— Что вы предлагаете? — спросил Максим.

Софья усмехнулась.

— Например, поцелуйтесь.

Елена резко посмотрела на неё.

— Что?

— Вы же влюблены, разве нет?

Несколько человек засмеялись. Елена почувствовала, как лицо вспыхнуло.

— Это глупо.

Максим молчал. Виктория внимательно наблюдала за ним.

— Если они хотят доказательств, — сказала она, — пусть получат.

Елена посмотрела на Максима.

— Даже не думай.

Он наклонился к ней.

— Расслабься.

— Максим...

— Это часть сделки.

— Я тебя предупреждаю...

Но он уже положил руку ей на талию. И поцеловал. Поцелуй должен был быть коротким. Просто жестом. Частью спектакля. Елена собиралась сразу отстраниться. Но в первую секунду произошло то, чего она совершенно не ожидала. Она почувствовала тепло его губ. Сильную руку на своей талии. Его близость. Запах дорогого парфюма. И странную уверенность, от которой мысли на мгновение исчезли. Она забыла о гостях. Забыла о договоре. Забыла о миллионе. Даже забыла, что этот мужчина ещё несколько дней назад был для неё совершенно чужим.

Максим тоже неожиданно задержался. Всего на несколько секунд. Но этих секунд оказалось достаточно.

Елена первой отстранилась. В комнате было тихо. Слишком тихо. Она посмотрела на него. Максим смотрел на неё так, будто сам не ожидал своей реакции.

Елена почувствовала, как сердце бешено стучит.

— Ты...

Она не смогла закончить.

Максим тихо сказал:

— Всё хорошо.

— Нет.

Она отошла.

— Это не входило в договор.

— Поцелуй входил в роль.

— Такой — нет.

Он ничего не ответил. Елена заметила, что он тоже избегает её взгляда. И это почему-то волновало её сильнее всего.

Через несколько минут гости снова заговорили. Кто-то поздравил их. Кто-то поднял бокал. Но Елена уже почти ничего не слышала. Она стояла у окна.

Максим подошёл.

— Ты злишься?

— Очень.

— Я извинился бы.

— Но?

— Но ты всё равно должна была сыграть роль.

Елена посмотрела на него.

— Ты мог предупредить.

— Тогда это выглядело бы неестественно.

— А тебе обязательно было делать это так?

Максим немного помолчал.

— Нет.

— Тогда зачем?

Он посмотрел ей в глаза.

— Не знаю.

Елена замерла.

Это был первый раз, когда Максим честно признался, что чего-то не знает.

— Вот именно, — тихо сказала она.

И ушла.

Поздно вечером Елена вернулась в свою комнату. Она закрыла дверь. Сняла кольцо. Положила его на тумбочку. Потом подошла к зеркалу. Посмотрела на своё отражение. Щёки всё ещё были немного красными. Она коснулась губ.

— Это просто сделка.

Елена произнесла это вслух. Но собственный голос ей не поверил. Она легла на кровать. Попыталась заснуть. Но перед глазами снова появилось лицо Максима. Его взгляд. Его руки. И тот короткий момент, когда он перестал изображать равнодушие.

Елена перевернулась на бок.

— Ненавижу тебя.

Телефон завибрировал. Она вздрогнула. Сообщение пришло с неизвестного номера. Елена открыла его. Всего одна строка: «Не доверяй Максиму».

Она нахмурилась. Через несколько секунд пришло второе сообщение: «Он не тот, за кого себя выдаёт».

Елена села на кровати. Сердце забилось быстрее. Она посмотрела на дверь. Затем снова на экран. Появилось третье сообщение. На этот раз отправитель написал гораздо больше: «Он убил человека ради этого миллиона».

Елена перестала дышать. Она перечитала сообщение. Потом ещё раз.

Миллион.

Тот самый миллион, который появился на карте после смерти Александра Орлова. Тот самый миллион, за который она должна была провести тридцать дней в доме. Елена медленно подняла глаза. В зеркале отражалась её бледная фигура. Она снова посмотрела на телефон. Новое сообщение пришло почти сразу: «Если хочешь знать правду — спроси Максима, что произошло в ночь смерти его отца».

Елена почувствовала холод. А затем услышала шаги за дверью. Она замерла. Кто-то остановился прямо возле её комнаты. Тишина.

Елена выключила свет. Шагов не было слышно. И вдруг ручка двери начала медленно опускаться.

Глава 6. Первый страх

Елена перестала дышать. Ручка продолжала медленно опускаться, почти бесшумно, и от этого становилось ещё страшнее. В темноте она смотрела на дверь, не в силах отвести взгляд. Сердце билось так сильно, что ей казалось — его стук услышит тот, кто стоит по ту сторону.

Она хотела отступить, но ноги словно приросли к полу. В голове одна за другой возникали мысли: кто это? Зачем он пришёл? Знает ли он, что она одна?

Ручка опустилась до конца. Елена зажала рот ладонью, чтобы не вскрикнуть.

Но дверь не открылась.

Несколько секунд ничего не происходило. Затем ручка медленно вернулась в исходное положение. Кто-то за дверью будто передумал входить.

Елена услышала едва различимый звук — словно металлический предмет скользнул по замку. А потом шаги стали удаляться по коридору.

Она ещё долго не двигалась, прислушиваясь к тишине. Только когда шаги окончательно стихли, Елена решилась подойти к двери. Открыла её и осторожно посмотрела на замок со стороны коридора. На ручке, рядом с замком, осталась тонкая царапина — будто кто-то пытался открыть её ключом, который не подошёл.

Елена провела пальцами по царапине и почувствовала новый холод. Кто-то действительно пытался войти. И, судя по всему, этот человек знал, что она находится внутри.

Елена не спала до рассвета. Телефон лежал рядом на подушке. Экран давно погас, но последнее сообщение продолжало стоять перед глазами: «Он убил человека ради этого миллиона».

Она перечитала его уже десятки раз. Каждый раз пыталась найти хоть какое-нибудь объяснение. Может быть, это ложь. Может быть, попытка поссорить её с Максимом. Может быть, кто-то хочет заставить её отказаться от сделки.

Но одна деталь не давала покоя. Отправитель знал про миллион. Знал про Максима. И знал, что она находится в доме Орловых. Значит, этот человек был очень близко к происходящему.

Елена перевернулась на спину. В голове снова возник вчерашний поцелуй. Тёплые губы Максима. Его рука на её талии. Взгляд после поцелуя. Он не выглядел человеком, который только что сыграл роль. И именно это пугало.

Елена закрыла глаза.

— Не доверяй ему...

Она тихо повторила слова сообщения. Но тут же сама себе возразила:

— А кому тогда доверять?

В шесть утра Елена встала. За окном только начинало светать. Особняк ещё спал. Она накинула халат и включила ноутбук. Первым делом открыла поисковик. Ввела: «Максим Орлов старший брат».

Первые результаты были посвящены бизнесу. Интервью. Благотворительным мероприятиям. Финансовым рейтингам. Фотографии. Максим почти везде появлялся один.

Елена добавила: «Орлов погиб брат». Результаты изменились. Появилась статья трёхлетней давности:

Заголовок: «Трагическая гибель наследника группы «Орлов Инвест» ».

Елена открыла её. На фотографии был молодой мужчина. Ему было около тридцати восьми. Высокий. Светловолосый. Улыбающийся. Под фотографией стояло имя: Алексей Орлов.

Елена начала читать. Алексей был старшим сыном Александра Орлова. После смерти отца именно он должен был стать главным претендентом на управление семейным бизнесом. Но три года назад погиб. Официальная версия: несчастный случай на частном загородном объекте семьи.

Елена перечитала эту строку. Потом продолжила:

Алексей находился в старом загородном доме. Поздно вечером произошло падение с лестницы. Скорая приехала через двадцать минут. Мужчина скончался до прибытия врачей. Следствие установило отсутствие признаков насильственной смерти. Дело закрыли.

Елена нахмурилась.

— Слишком быстро.

Она открыла другую статью. Там было ещё меньше подробностей.

Третью.

Четвёртую.

Пятую.

Картина везде повторялась. Несчастный случай. Семья отказалась от комментариев. Расследование завершено. Елена почувствовала неприятное напряжение.

Она снова посмотрела на фотографию Алексея. На снимке он улыбался. Рядом стоял Максим. Они были похожи. Но Максим выглядел серьёзным даже на семейной фотографии.

Елена приблизила изображение. На заднем плане стояла Виктория. И ещё один человек. Мужчина, которого она раньше не видела. Елена сохранила фотографию. Затем снова вернулась к статье.

Через час Елена уже знала гораздо больше: Алексей Орлов погиб в ночь с 14 на 15 ноября. Три года назад. Ему принадлежала часть семейного бизнеса. После его смерти доля постепенно перешла под контроль Максима.

Елена замерла. Она перечитала этот фрагмент: После смерти брата Максим получил контроль над крупным пакетом акций.

Случайность?

Елена открыла финансовую публикацию. До гибели Алексея, именно он считался будущим руководителем компании.

Максим занимался другим направлением. Но спустя несколько месяцев после смерти брата его положение резко изменилось. Он стал вторым человеком в компании. А затем — фактическим наследником.

Елена откинулась на спинку кресла. Перед ней постепенно складывалась картина. Алексей погиб. Максим получил его место. Через три года умер отец. Максим получил всё остальное. А теперь миллион оказался у неё. Слишком много смертей. Слишком много денег. Слишком много совпадений.

Елена решила проверить обстоятельства гибели Алексея. Она открыла архив новостей. Почти все материалы были удалены. Некоторые страницы не открывались.

На других появлялась надпись: «Материал недоступен».

Елена нахмурилась. Попробовала другой поисковик. Потом архив. Потом старые копии страниц. Наконец нашла небольшой форум, где обсуждалась смерть Алексея.

Сообщения были написаны три года назад. Один пользователь утверждал: «Это не был несчастный случай».

Другой отвечал: «Уберите это сообщение».

Третий написал: «Полиция даже не осмотрела второй этаж нормально».

Елена читала всё внимательнее. Затем нашла сообщение, опубликованное через несколько часов после смерти: «Перед падением Алексей с кем-то спорил».

Елена замерла. Автор сообщения больше ничего не написал. Аккаунт был удалён. Она попыталась открыть профиль. Ничего. Но теперь у неё появился первый настоящий вопрос: С кем Алексей спорил перед смертью?

В девять утра в дверь постучали. Елена мгновенно закрыла ноутбук.

— Войдите.

Появилась горничная.

— Госпожа Воронова, завтрак через двадцать минут.

— Спасибо.

Женщина уже собиралась выйти, когда Елена спросила:

— Можно задать вопрос?

Горничная замерла.

— Конечно.

— Вы давно работаете здесь?

— Двенадцать лет.

— Вы знали Алексея Орлова?

Женщина побледнела. Совсем немного. Но Елена заметила.

— Да.

— Что произошло с ним?

Горничная опустила взгляд.

— Несчастный случай.

— Вы так думаете?

Женщина молчала.

— Я просто хочу понять.

Горничная посмотрела на неё.

— В этом доме лучше ничего не понимать.

— Почему?

— Потому что потом невозможно сделать вид, что вы ничего не знаете.

Она быстро вышла.

Елена осталась одна. И почувствовала первый настоящий страх. Не тревогу. Не подозрение. Именно страх.

После завтрака Елена решила найти старые документы. Она не собиралась воровать. Не собиралась ломать замки. Просто хотела понять, что произошло.

В конце концов, если её заставляют жить в доме, где все что-то скрывают, она имеет право знать, во что ввязалась.

Она вспомнила слова Максима: «Западное крыло закрыто».

Именно там находился старый кабинет Александра Орлова. Елена дождалась, пока Максим уедет. Видела через окно, как его автомобиль покинул территорию. После этого поднялась на второй этаж. Коридор западного крыла оказался почти пустым. Здесь было заметно холоднее. На окнах висели тяжёлые шторы. Пыль лежала на мебели. Несколько дверей были заперты. В конце коридора находилась большая дверь. На ней не было таблички.

Елена попробовала ручку. Заперто.

Она пошла дальше. В одной из комнат обнаружила старый шкаф с папками. На каждой стояла дата: 2019. 2020. 2021. 2022.

Елена начала искать документы, связанные с Алексеем. Наконец нашла папку: «Внутренние распоряжения. Загородный объект».

Она открыла её. Внутри были отчёты о ремонте. Сметы. Планы здания. Списки сотрудников. И документы, датированные ноябрём трёхлетней давности. Елена стала листать.

Потом увидела: «Распоряжение №47-Н».

Она начала читать. Документ касался проведения срочных ремонтных работ в загородном доме. Особое внимание привлекла одна строка: «Доступ на верхний уровень временно ограничить».

Елена нахмурилась.

Ниже стояла отметка: «Выполнить до 14 ноября».

Дата 14 ноября.

Именно в этот день погиб Алексей. Елена почувствовала, как сердце забилось быстрее. Она продолжила читать.

Но последняя страница отсутствовала.

— Чёрт...

Она стала искать её среди других документов. Нашла. И увидела подпись. Елена замерла. Внизу стояло:«Утверждаю. Максим Орлов».

Подпись. Настоящая. Елена видела её раньше на документах компании. Но самое страшное было не это. Распоряжение, подписанное Максимом, отменяло временное ограничение доступа на верхний уровень.

Дата: 14 ноября.

В день смерти Алексея.

Елена перечитала документ. Снова. И снова. В голове возникла простая цепочка. Участок должен был быть закрыт. Максим подписал распоряжение. Ограничение сняли. Алексей оказался на верхнем этаже. И погиб.

Елена почувствовала, как холодеют руки. Она перевернула страницу. Внизу была ещё одна запись: «Ответственный за исполнение — А. Орлов».

Алексей.

Елена закрыла глаза.

— Нет...

Это могло быть совпадением. Могло. Но слишком много совпадений уже не помещалось в одну историю.

Она услышала шаги. Елена резко подняла голову. Коридор за дверью был тихим. Но шаги приближались. Она быстро положила документы обратно. Но одну страницу оставить было нельзя. Елена схватила её и спрятала в сумку.

Шаги остановились. Кто-то стоял за дверью. Елена замерла. Дверь медленно открылась. На пороге стоял Максим. Его взгляд сразу упал на раскрытый шкаф. Потом на Елену.

— Что ты здесь делаешь?

Она не ответила.

— Я задал вопрос.

— Искала документы.

— Какие?

Елена почувствовала, что голос начинает дрожать.

— О твоём брате.

Максим изменился в лице. Совсем немного. Но Елена увидела.

— Зачем?

— Потому что он погиб при странных обстоятельствах.

— Это был несчастный случай.

— Так написано в документах.

— Потому что это правда.

— А если нет?

Максим медленно подошёл.

— Что ты нашла?

Елена молчала.

— Елена.

— Ты подписал распоряжение.

Он остановился.

— Какое распоряжение?

— №47-Н.

В комнате стало тихо. Елена достала документ из сумки. Положила его на стол.

— Оно было подписано четырнадцатого ноября.

Максим посмотрел на лист. Его лицо стало совершенно неподвижным.

— Откуда ты это взяла?

— Неважно.

— Кто разрешил тебе заходить сюда?

— Ты сейчас серьёзно спрашиваешь?

Елена сделала шаг к нему.

— Твой брат погиб в тот же день.

Максим молчал.

— Ты подписал документ, который позволил ему находиться на верхнем уровне.

— Ты ничего не понимаешь.

— Тогда объясни.

— Не могу.

— Почему?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что ты не знаешь всей истории.

— Расскажи.

Он сжал челюсть.

— Я не убивал Алексея.

Елена застыла. Она ещё не произносила слова «убийство». Максим понял это одновременно с ней.

— Ты сам это сказал.

Он молчал. Елена почувствовала, как страх становится настоящим.

— Я даже не обвиняла тебя в убийстве.

Максим посмотрел ей в глаза. И впервые Елена увидела в его лице не холод. А страх.

Он медленно взял документ. Посмотрел на подпись. Затем тихо сказал:

— Этот документ должен был исчезнуть три года назад.

Елена отступила на шаг.

— Почему?

Максим поднял глаза.

— Потому что если ты нашла его...

Он не закончил. В этот момент где-то внизу хлопнула дверь. Максим резко повернулся к коридору. Елена посмотрела на него.

— Что?

Он ответил едва слышно:

— Теперь они знают, что ты ищешь правду.

Глава 7. Предательство

Елена смотрела на Максима и не могла понять, чего в нём сейчас больше — страха или злости. Он стоял напротив стола, на котором лежал документ. Старая бумага. Пожелтевшие края. Печать компании. И подпись: Максим Орлов. Три года назад. 14 ноября. Именно в день смерти его старшего брата.

Елена медленно подняла взгляд.

— Ты подписал его.

Максим не ответил.

— Я спрашиваю тебя.

— Да.

Одно слово. Спокойное. Без попытки оправдаться.

Елена почувствовала, как внутри всё оборвалось. Она надеялась, что он скажет, что документ поддельный. Что подпись поставил кто-то другой. Что дата была изменена. Что произошла ошибка. Но он просто признал это.

— Ты подписал распоряжение, из-за которого Алексей оказался там?

— Я подписал распоряжение.

— Это не ответ.

— Другого ответа у меня нет.

Елена сжала руки.

— Тогда мой ответ будет проще.

Она взяла документ.

— Ты убил своего брата.

Максим резко поднял голову.

— Нет.

— Ты только что признался!

— Я признался в том, что подписал бумагу. Не в убийстве.

— Алексей погиб после этого распоряжения!

— Да.

— Тогда объясни мне, почему ты не виноват.

Максим сделал шаг к ней.

— Потому что я не знал, что произойдёт.

Елена горько усмехнулась.

— Очень удобно.

— Это правда.

— Все убийцы так говорят.

Максим замолчал.

Елена увидела, как напряглась его челюсть.

— Ты думаешь, я хотел смерти Алексея?

— Я уже не знаю, чего ты хотел.

— Он был моим братом.

— И после его смерти ты получил его место.

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

— Ты думаешь, я не знаю?

— Тогда почему ты не рассказал мне?

— Потому что это сложнее, чем ты думаешь.

— Всё всегда «сложнее», когда речь идёт о тебе.

Елена отвернулась. Она пыталась успокоиться. Но перед глазами снова появлялась фотография Алексея. Молодой мужчина. Улыбается. Живёт. Планирует будущее. А через несколько часов после подписания распоряжения — мёртв.

— Расскажи мне всё, — сказала она.

Максим молчал.

— Где был Алексей?

— В загородном доме.

— Почему?

— Он занимался подготовкой сделки.

— Какой?

— Мы должны были приобрести крупное предприятие.

— И он был против?

Максим посмотрел на неё.

— Откуда ты это знаешь?

— Я читаю документы.

— Да. Он был против.

— Почему?

— Считал, что сделка опасная.

— А ты?

— Я поддерживал её.

Елена почувствовала новый холод.

— И после этого он погиб.

— Через несколько часов.

— А распоряжение подписал ты.

— Да.

— Значит, всё сходится.

— Нет.

Максим подошёл к столу.

— В том документе речь шла только о технических работах.

Он взял лист.

— На верхнем уровне должны были заменить часть электропроводки. Поэтому доступ ограничили.

— А потом ограничение сняли.

— Да.

— Кто попросил тебя снять его?

Максим замолчал. Елена сразу заметила.

— Кто?

— Алексей.

Она удивилась.

— Что?

— Он сам попросил меня отменить ограничение.

— Зачем?

— Потому что ему нужно было попасть туда.

— И ты подписал.

— Да.

— А потом он погиб.

— Да.

— Ты понимаешь, как это выглядит?

Максим посмотрел ей в глаза.

— Лучше тебя.

Елена отошла к окну. На улице шёл дождь. Капли стекали по стеклу.

— Почему ты не сказал это полиции?

— Сказал.

— Тогда почему расследование закрыли?

— Потому что следователи решили, что это несчастный случай.

— И тебя это устроило?

— Нет.

Елена повернулась.

— Тогда почему ты ничего не сделал?

Максим несколько секунд молчал.

— Потому что после смерти Алексея начали умирать другие люди.

Елена застыла.

— Что?

— Один за другим.

— Кто?

— Люди, которые могли знать, что произошло.

— И ты молчал?

— Я пытался понять, кто это делает.

— Три года?

— Да.

Елена почувствовала, что ей становится трудно дышать.

— Сколько человек?

Максим отвёл взгляд.

— Трое.

— Трое свидетелей?

— Возможно.

— И все умерли?

— Да.

Елена отступила.

— Почему ты не рассказал мне это раньше?

— Потому что ты не должна была знать.

— А теперь?

— Теперь слишком поздно.

Елена посмотрела на него.

— Кто прислал мне сообщение?

Максим нахмурился.

— Какое?

Она достала телефон. Показала экран: «Не доверяй Максиму. Он убил человека ради этого миллиона».

Максим прочитал. Его лицо изменилось.

— Когда ты получила это?

— Ночью.

— Почему сразу не сказала?

— Потому что не доверяю тебе.

Максим снова прочитал сообщение.

— Это не случайность.

— Я знаю.

— Ты никому больше его не показывала?

— Нет.

— Хорошо.

— Почему хорошо?

Максим поднял глаза.

— Потому что теперь я знаю, что они вышли на тебя.

— Кто?

Он не ответил.

— Максим!

— Я пока не знаю.

— Но ты кого-то боишься.

— Да.

Это признание прозвучало неожиданно. Елена впервые услышала от него прямое признание в страхе.

— Кого?

— Тех, кто убил Алексея.

Елена замолчала.

Внезапно в коридоре раздался звук. Они оба повернули головы. Шаги. Кто-то прошёл мимо двери. Максим мгновенно выключил свет.

— Что ты делаешь?

— Тише.

Он подошёл к двери. Елена увидела, как он прислушивается. Несколько секунд ничего не происходило. Потом шаги исчезли.

Максим снова повернулся к ней.

— Ты должна прекратить искать документы.

— Нет.

— Я серьёзно.

— А я тоже.

— Елена, ты не понимаешь, с чем связалась.

— Тогда объясни.

— Не могу.

— Опять.

— Потому что если я расскажу тебе всё, ты станешь свидетелем.

— Я уже свидетель.

— Нет.

Он посмотрел на неё.

— Ты пока просто человек, который оказался рядом.

— А теперь?

— Теперь ты задаёшь слишком много вопросов.

Елена усмехнулась.

— Это преступление?

— В этом доме — иногда.

Она взяла документ.

— Я заберу это.

Максим резко протянул руку.

— Нет.

— Почему?

— Потому что этот документ опасен.

— Для тебя?

— Для тебя.

— Ты хочешь его уничтожить?

— Нет.

— Тогда зачем забираешь?

— Чтобы его не нашли.

— Кто?

— Те, кто ищет его уже три года.

Елена посмотрела на него.

— Почему они не нашли его раньше?

Максим ответил тихо:

— Потому что я спрятал его.

Елена замерла.

— Ты знал, что он существует.

— Да.

— И хранил его?

— Да.

— Зачем?

— Потому что это единственная вещь, которая может доказать, что я не убивал Алексея.

Елена медленно опустила руку.

— Но одновременно она доказывает, что ты подписал распоряжение.

— Именно.

Максим подошёл к окну. Некоторое время смотрел на дождь.

— Я думал, что если подпишу документ, всё закончится.

— Что должно было закончиться?

— Конфликт с Алексеем.

— Вы поссорились?

— Мы не просто поссорились.

Максим замолчал.

— Мы стали врагами.

Елена ничего не сказала.

— Он думал, что я хочу отнять у него компанию.

— А ты?

— Я хотел только одного.

— Чего?

— Чтобы отец перестал считать меня вторым сыном.

Елена посмотрела на него.

— Ты завидовал брату?

Максим усмехнулся.

— Всю жизнь.

В его голосе впервые появилась настоящая боль.

— Алексей был идеальным сыном. Умным. Уверенным. Любимым.

Он посмотрел на старую фотографию.

— А я всегда был запасным вариантом.

Елена молчала.

— В тот вечер он позвонил мне.

— Что сказал?

— Что собирается уехать.

— Куда?

— Не знаю.

— И ты поверил?

— Нет.

— Почему?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что он сказал фразу, которую я понял только после его смерти.

— Какую?

— «Если со мной что-нибудь случится, не верь тем, кто скажет, что это была случайность».

Елена почувствовала мурашки.

— Почему ты никогда не рассказывал об этом?

— Потому что после его смерти я нашёл его телефон.

— И?

— В нём не было ничего.

— А потом?

— Через два дня телефон исчез.

Елена посмотрела на него.

— Кто его забрал?

Максим не ответил.

Елена почувствовала, что разговор подходит к чему-то важному.

— Ты знаешь, кто убил его?

— Нет.

— Подозреваешь?

— Да.

— Кто?

Максим посмотрел на дверь.

— Не здесь.

— Почему?

— Потому что я не уверен, что стены здесь глухие.

Елена невольно оглянулась. Максим подошёл ближе.

— Послушай меня внимательно.

Его голос стал совсем тихим.

— Ты должна прекратить расследование.

— Нет.

— Это не просьба.

— А что?

— Предупреждение.

Елена подняла подбородок.

— Ты меня пугаешь?

— Я пытаюсь тебя спасти.

— От кого?

Максим несколько секунд смотрел ей в глаза.

— От тех, кто уже убил одного человека.

— А если я не остановлюсь?

Он замолчал. Потом сказал:

— Если продолжишь искать правду, первой погибнешь ты.

Елена почувствовала холод.

— Это угроза?

— Нет.

Максим сделал шаг назад.

— Это обещание того, что случится, если они поймут, насколько близко ты подошла.

Елена не ответила.

Максим ещё несколько секунд стоял у стола, не сводя глаз с документа.

— Нам нужно уйти отсюда, — наконец сказал он.

— Почему?

— Потому что здесь мы слишком долго.

Елена хотела возразить, но заметила, как Максим снова посмотрел в сторону двери. Теперь его настороженность казалась ей вполне объяснимой.

Он аккуратно забрал документ со стола и спрятал его во внутренний карман пиджака.

— Идём.

— Куда?

— В твою комнату.

— Почему именно туда?

— Там безопаснее. По крайней мере, пока.

Они вышли в коридор.

Максим тихо прикрыл дверь кабинета и проверил замок. Затем пошёл первым.

Коридор казался совершенно пустым.

Елена следовала за ним, стараясь не отставать. Их шаги глухо отдавались в старом крыле особняка. Несколько раз Максим останавливался и прислушивался.

— Ты кого-то ждёшь? — тихо спросила Елена.

— Нет.

— Тогда почему постоянно оглядываешься?

— Потому что после сегодняшнего я не хочу обнаружить кого-нибудь за спиной.

Они свернули за угол.

В основной части дома было светлее и теплее. Здесь горели настенные светильники, а на полу лежали толстые ковры, приглушавшие шаги.

Елена неожиданно почувствовала себя немного спокойнее. Но всего на несколько секунд.

Когда они проходили мимо большого зеркала, Максим вдруг остановился.

— Что?

Он посмотрел не на неё, а на отражение коридора позади.

Елена тоже обернулась.

Никого.

— Показалось, — сказал Максим.

— Что именно?

— Тень.

— Здесь никого нет.

— Надеюсь.

Они продолжили путь.

Через минуту Максим открыл дверь комнаты Елены и пропустил её вперёд. Елена вошла. Максим остался на пороге.

— Теперь здесь.

— Что изменилось?

Он посмотрел на неё.

— Здесь хотя бы одна дверь между тобой и теми, кто может за тобой прийти.

Елена хотела спросить, кого именно он имеет в виду, но Максим уже вошёл следом и закрыл дверь.

В этот момент она поняла: разговор, который начался в закрытом крыле, закончить здесь будет гораздо безопаснее.

И именно здесь Максим впервые должен был ответить ей на главный вопрос — что на самом деле произошло с его братом.

— Останься в этой комнате.

— Зачем?

— Не выходи без меня.

— Ты серьёзно?

— Более чем.

— Я не собираюсь сидеть взаперти.

— Тогда хотя бы не ходи одна.

Он уже собирался выйти. Елена остановила его:

— Максим.

Он повернулся.

— Что?

— Я всё ещё думаю, что ты можешь быть виновен.

Максим посмотрел на неё.

— Я знаю.

— И я тебе не доверяю.

— Знаю.

— Но если ты действительно не убивал брата...

Он ждал продолжения.

— Тогда докажи.

Максим едва заметно кивнул.

— Я докажу.

И вышел.

Елена осталась одна. Она подошла к окну. Дождь усилился. На стекле дрожали капли. Она посмотрела на территорию особняка. Высокие деревья. Фонари. Мокрая дорожка. Всё выглядело спокойно. Слишком спокойно. Елена почувствовала неприятное ощущение. Будто кто-то смотрит на дом снаружи. Она всмотрелась в темноту. Ничего. Только деревья.

Она уже собиралась отойти от окна, когда заметила короткую вспышку. Совсем далеко. На границе леса. Елена замерла.

— Что это было?..

Она сделала шаг ближе. В следующий момент раздался резкий хлопок. Выстрел. Стекло взорвалось. Елена вскрикнула и рухнула на пол. Осколки посыпались на кровать. В стене напротив окна появилась небольшая чёрная отметина. Пуля прошла буквально в нескольких сантиметрах от её головы.

Елена несколько секунд лежала неподвижно. Сердце бешено колотилось. Она не могла даже вдохнуть.

Затем дверь распахнулась. В комнату ворвался Максим.

— Елена!

Он бросился к ней.

— Ты ранена?

— Нет...

— Где?

— Я не ранена.

Максим быстро оглядел комнату. Потом посмотрел на разбитое окно. Его лицо стало жёстким.

— Они нашли тебя.

— Кто?

Он подошёл к окну, но не высунулся наружу.

— Не двигайся.

— Максим...

Он поднял руку.

— Тише.

Снаружи снова послышался звук. Но на этот раз выстрела не было. Только далёкий шум двигателя. Машина быстро удалялась по дороге. Максим посмотрел вслед. Затем повернулся к Елене. В его глазах не осталось ни капли прежней холодности. Только ярость.

— Теперь ты понимаешь, почему я предупреждал тебя?

Елена посмотрела на пулю, застрявшую в стене. Потом на него.

— Да.

Она сглотнула.

— Но теперь я точно не остановлюсь.

Максим ничего не ответил. Потому что в этот момент на подоконник упал небольшой белый конверт.

Елена и Максим одновременно посмотрели на него. На лицевой стороне было написано всего два слова: «ТЫ СЛЕДУЮЩАЯ».

Глава 8. Миллион становится опасным

После выстрела в доме наступила странная тишина. Не та тишина, которая бывает ночью. И не та, которая наступает после внезапного события. Это была тишина страха.

Елена сидела на полу возле кровати и смотрела на разбитое окно. Холодный воздух проникал в комнату. Занавеска медленно двигалась от сквозняка. На ковре блестели осколки. В стене напротив кровати темнела маленькая дырка. Пуля.

Всего несколько сантиметров левее — и она могла оказаться в голове Елены.

Максим стоял возле окна. Он не двигался. В руках у него был телефон.

— Охрана уже проверяет территорию, — сказал он.

Елена посмотрела на него.

— Ты вызвал полицию?

— Да.

— Хорошо.

Максим ничего не ответил.

— Почему ты молчишь?

— Потому что не уверен, что это хорошо.

Елена нахмурилась:

— В тебя только что стреляли в твоём доме.

— Стреляли не в меня.

— В меня.

— Именно.

Он посмотрел на неё.

— Поэтому я не уверен, что полиция — лучший вариант.

Елена почувствовала новый приступ тревоги.

— Что ты хочешь сказать?

Максим не успел ответить. Снаружи послышались сирены.

Через несколько минут территория особняка заполнилась людьми. Охранники бегали по дорожкам. Несколько человек проверяли лес.

У ворот появились две полицейские машины. Из них вышли трое сотрудников. Старший — мужчина лет пятидесяти с усталым лицом. За ним — молодая женщина и ещё один мужчина.

Максим встретил их у входа. Елена стояла на лестнице. Она внимательно наблюдала.

— Где потерпевшая? — спросил старший.

— В комнате, — ответил Максим.

— Что произошло?

Максим спокойно посмотрел на него.

— Разбилось окно.

Полицейский нахмурился.

— Само?

— Возможно.

Елена резко повернулась к нему.

— Нет.

Максим посмотрел на неё.

— Елена...

Она спустилась на несколько ступеней.

— В неё стреляли.

Полицейские сразу переглянулись. Старший подошёл ближе.

— Вы уверены?

— Да.

— Вы видели стрелка?

— Нет.

— Откуда был выстрел?

— Из леса.

Полицейский посмотрел на Максима.

— Почему вы сказали, что разбилось окно?

Максим ответил спокойно:

— Потому что я не уверен, что это был выстрел.

Елена не поверила собственным ушам.

— Максим!

Он посмотрел на неё.

— Пуля есть.

— Где?

— В стене.

Полицейский поднял голову.

— Тогда мы посмотрим.

Они поднялись в комнату. Полицейский вошёл первым. Осмотрел разбитое окно. Потом стену. Затем подошёл к пуле.

— Это действительно похоже на пулевое отверстие.

Молодая сотрудница достала перчатки.

— Нужно изъять пулю.

— Конечно.

Она начала осмотр.

Елена стояла у двери.

— Почему вы сказали, что окно разбилось само? — спросила она Максима.

Он посмотрел на неё.

— Потому что не хочу, чтобы в официальном протоколе появилась информация о покушении.

— Почему?

— Потому что тогда этот дом станет местом расследования.

— А разве не должен?

— Нет.

— В тебя стреляли!

— В тебя.

— Тем более!

Максим подошёл ближе.

— Послушай меня.

— Нет. Теперь ты послушай меня.

Елена говорила тихо, но твёрдо.

— Кто-то стрелял в моё окно. Ты это знаешь. У тебя есть документ, связанный со смертью брата. Мне приходят сообщения. А теперь в меня стреляют.

Она указала на полицейских.

— И ты хочешь скрыть это?

— Да.

— Почему?

— Потому что я не доверяю им.

Елена замолчала.

Через несколько минут полицейские закончили осмотр. Старший сотрудник подошёл к Максиму.

— Мы составим протокол о повреждении имущества.

— Хорошо.

— Но если вы утверждаете, что это был выстрел, нужно официальное заявление.

Максим посмотрел на Елену.

— Она не уверена.

Елена резко сказала:

— Я уверена.

Полицейский посмотрел на неё.

— Тогда нам нужно ваше заявление.

Елена уже собиралась ответить, но заметила взгляд Максима. Он едва заметно покачал головой.

Елена замолчала. Полицейский это заметил.

— Госпожа Воронова, вам кто-нибудь угрожал до этого?

Она посмотрела на Максима.

— Да.

— Кто?

— Не знаю.

— Сообщения?

— Да.

— С угрозами?

— Да.

— Вы сохранили их?

— Да.

— Покажите.

Елена достала телефон. Полицейский прочитал сообщения. На его лице не появилось удивления. Он просто сказал:

— Хорошо.

— И всё?

— Мы проверим номер.

— Когда?

— В установленном порядке.

Елена почувствовала раздражение.

— А стрелявшего вы тоже будете искать «в установленном порядке»?

Мужчина посмотрел на неё.

— Мы сделаем всё необходимое.

Слишком спокойный ответ. Слишком безразличный. Елена посмотрела на его руки. На часы. На выражение лица. И вдруг заметила странную вещь. Он не смотрел на пулю. Он смотрел на Максима. Не как полицейский на свидетеля. А как человек, который уже знал, с кем разговаривает.

Полицейские ушли через двадцать минут.

Елена стояла у окна.

— Ты видел?

— Что?

— Они не удивились.

— Я тоже заметил.

— Ты их знаешь?

Максим молчал.

— Максим.

— Некоторые из них раньше работали по делам моей семьи.

— И?

— И я не знаю, кому они подчиняются.

Елена повернулась.

— Ты хочешь сказать, что полиция может быть куплена?

— Я хочу сказать, что деньги открывают многие двери.

— Даже полицейские?

— Особенно те, за которыми должны быть закрытые двери.

Елена посмотрела на него.

— Тогда кому я могу доверять?

Максим ответил не сразу.

— Никому.

Эти слова прозвучали слишком спокойно.

После отъезда полиции Максим попросил всех сотрудников покинуть второй этаж. Охрану усилили. У ворот появились дополнительные люди.

Елена сидела в гостиной. Перед ней стояла чашка кофе. Она давно остыла.

Максим вошёл.

— Собирай вещи.

Елена подняла глаза.

— Что?

— Ты уезжаешь.

— Нет.

— Это не обсуждается.

— А я не спрашивала твоего разрешения.

— Елена.

— Нет.

Он подошёл ближе.

— После сегодняшнего ты не можешь оставаться здесь.

— Именно поэтому я останусь.

Максим нахмурился.

— Ты не понимаешь.

— Наоборот.

Она встала.

— Я начинаю понимать слишком многое.

— Например?

— Меня привели сюда не случайно.

Максим молчал.

— Ты знаешь что-то о моём прошлом.

Молчание.

— Твоя мать знает.

Молчание.

— Кто-то стреляет в меня.

Молчание.

— А ты пытаешься отправить меня отсюда.

Она подошла ближе.

— Значит, всё дело именно в том, что я здесь.

Максим посмотрел на неё.

— Да.

Елена замерла. Он впервые ответил прямо.

— Почему?

— Потому что пока ты рядом со мной, они не могут до тебя добраться.

— А если я уеду?

— Тогда ты станешь лёгкой целью.

— Ты хочешь сказать, что безопаснее мне оставаться здесь?

— Да.

— Тогда зачем предлагаешь уехать?

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

— Потому что если они придут снова, я не уверен, что смогу тебя защитить.

Елена почувствовала, как внутри всё сжалось.

— Ты боишься?

— Да.

— За меня?

— Да.

Ответ прозвучал слишком быстро. Она замолчала. Максим отвёл взгляд.

— Собирай вещи.

— Нет.

— Елена...

— Я остаюсь.

— Почему?

Она посмотрела на него.

— Потому что хочу знать правду.

— Правда может тебя убить.

— Возможно.

— Это не шутка.

— Я знаю.

Елена посмотрела на разбитое окно.

— Но если я сейчас уеду, я никогда не узнаю, кто я на самом деле.

Максим ничего не ответил. Вечером Елена вернулась в свою комнату. Осколки уже убрали. Окно временно закрыли деревянной панелью. На стене осталась небольшая отметина. Она подошла к ней. Коснулась пальцами.

Ещё утром её главным вопросом был миллион. Теперь деньги казались чем-то второстепенным. Она взяла телефон. Открыла банковское приложение. Счёт был защищён. Пароль знала только она. Никаких операций за последние часы. Елена уже собиралась закрыть приложение. Но экран обновился. Она нахмурилась. Обновила снова. Появилась новая операция.

Зачисление: 1 000 000 долларов.

Елена перестала дышать. Она посмотрела на баланс. Сумма увеличилась ещё на миллион. Теперь на её счёте было: 2 000 000 долларов.

Она несколько секунд просто смотрела на экран. Потом открыла историю операций:

Первый миллион. Дата. Время. Отправитель не указан.

Второй миллион. Сегодня. Только что. Отправитель снова скрыт.

Елена почувствовала холод в пальцах.

— Нет...

Она обновила страницу. Цифра не исчезла. Два миллиона. Кто-то только что перевёл ей ещё миллион. После покушения. После угроз. После разговора с Максимом. Телефон завибрировал. Новое сообщение. Номер неизвестный.

Она открыла: «Теперь ты понимаешь, почему тебя хотели убить?»

Елена замерла. Следующее сообщение пришло через несколько секунд: «Первый миллион был за молчание».

Пауза.

«Второй — за то, чтобы ты начала говорить».

Елена почувствовала, как сердце забилось быстрее.

Ещё одно сообщение: «Не трать эти деньги. Они принадлежат человеку, которого ты ещё не знаешь».

Елена медленно опустила телефон. Кто-то знал о переводе. Значит, кто-то имел доступ к её счёту. Или... Кто-то специально хотел, чтобы она увидела эти деньги. В дверь постучали.

Елена вздрогнула.

— Елена?

Голос Максима. Она посмотрела на экран. Два миллиона. Потом на дверь.

— Кто там?

— Я.

Елена не ответила.

— Открой.

Она быстро заблокировала телефон.

— Зачем?

— Мне нужно поговорить.

Елена подошла к двери. Но не открыла.

— О чём?

— О деньгах.

Её сердце остановилось на секунду.

— Каких деньгах?

За дверью наступила тишина. Потом Максим тихо произнёс:

— О втором миллионе.

Елена отступила. Она никому не сообщала о переводе. Никому. Значит, Максим уже знал. И тогда у неё возник единственный вопрос: кто сообщил ему о деньгах раньше неё?

Глава 9. Второй платёж

Елена несколько секунд стояла перед дверью. За ней находился Максим. Она слышала его дыхание. Спокойное. Ровное. Будто человек за дверью не только знал о втором миллионе, но и заранее ожидал, что он появится.

Елена посмотрела на экран телефона: 2 000 000 долларов.

Потом снова на дверь.

— Открой, — повторил Максим.

— Откуда ты знаешь о переводе?

Несколько секунд он молчал.

— Елена, открой дверь.

— Сначала ответь.

— Не здесь.

— Тогда где?

— Внизу.

Она не двигалась.

— Я хочу знать, кто перевёл деньги.

За дверью снова наступила тишина. Потом Максим произнёс:

— Я тоже.

Елена нахмурилась.

— Ты не знаешь?

— Нет.

Этого она не ожидала. Она осторожно открыла дверь. Максим стоял в коридоре. На его лице было непривычное выражение. Он выглядел не злым. Не раздражённым. Растерянным.

— Покажи, — сказал он.

Елена подняла телефон.

— Здесь.

Максим прочитал информацию. Его лицо мгновенно изменилось. Он несколько секунд смотрел на экран, затем поднял глаза.

— Этого не может быть.

— Что?

— Отправитель.

— Ты его знаешь?

Максим не ответил.

— Максим.

Он провёл пальцем по экрану.

— Где ты это увидела?

— В истории операции.

— Покажи подробности.

Елена открыла информацию о переводе. Название банка. Номер операции. Дата. Время. И имя отправителя.

Елена прочитала его вслух:

— Александр Орлов.

Максим застыл.

Елена посмотрела на него.

— Кто такой Александр Орлов?

Максим медленно поднял глаза.

— Мой отец.

Она несколько секунд молчала.

— Ты ведь говорил, что он умер.

— Умер.

— Когда?

— Пять лет назад.

Елена посмотрела на экран.

— Тогда как он только что перевёл мне миллион?

Максим не ответил. Она снова проверила операцию. Имя не изменилось. Александр Орлов. Не компания. Не фонд. Не доверенное лицо. Не наследственный счёт. Именно имя человека, который официально умер пять лет назад.

— Это невозможно, — тихо сказала Елена.

Максим забрал телефон.

— Нужно проверить банковские данные.

— Верни.

Он посмотрел на неё.

— Елена...

— Верни мне телефон.

Максим отдал.

— Хорошо.

Елена быстро открыла банковские реквизиты.

— Смотри.

На экране отображался счёт отправителя. Максим посмотрел. Его лицо стало ещё бледнее.

— Это его личный счёт.

— Ты уверен?

— Да.

— Откуда?

— Я видел его документы.

Елена медленно опустила телефон.

— Значит, кто-то получил доступ к счёту твоего умершего отца.

— Возможно.

— Или...

Она замолчала. Максим посмотрел на неё.

— Что?

— Он не умер.

В комнате стало тихо. Максим отвернулся.

— Нет.

— Почему ты так уверен?

— Потому что я был на его похоронах.

— Ты видел тело?

Максим ничего не ответил. Елена сразу поняла.

— Ты не видел?

— Нет.

Она почувствовала, как по спине пробежал холод.

— Почему?

— Тело было сильно повреждено.

— Что произошло?

— Авария.

— Где?

— На загородной трассе.

— Когда?

— Пять лет назад.

— И тебе показали документы?

— Конечно.

— Свидетельство о смерти?

— Да.

— А кто его опознал?

Максим посмотрел на неё.

— Моя мать.

Елена медленно села на край кровати.

— Значит, единственный человек, который подтвердил, что это был твой отец, — Виктория?

Максим не ответил.

— Максим...

— Да.

Елена закрыла глаза. Всё начинало складываться в какую-то невозможную картину:

Алексей погиб три года назад. Официально — несчастный случай.

Отец умер пять лет назад. Официально — авария.

Теперь два миллиона появились на её счёте:

Первый — после смерти неизвестного мужчины.

Второй — от человека, который умер пять лет назад.

И оба платежа были связаны с семьёй Орловых.

— Ты понимаешь, что это значит?

— Да.

— Что?

Максим посмотрел на неё.

— Кто-то хочет, чтобы ты думала, будто мой отец жив.

— А если он действительно жив?

— Тогда пять лет назад мы похоронили другого человека.

Елена почувствовала неприятный холод.

— Почему твой отец вообще мог перевести мне деньги?

— Не знаю.

— А если он оставил инструкции?

Максим задумался.

— У него были счета, о которых никто не знал.

— Даже ты?

— Даже я.

— Тогда он мог оставить доступ кому-то.

— Мог.

— Кому?

Максим посмотрел на неё.

— Человеку, которому доверял.

— Кто это?

Он замолчал.

— Максим?

— Я не знаю.

— Ты что-то скрываешь.

— Да.

— Что?

Максим долго молчал. Затем сказал:

— Перед смертью отец оставил мне письмо.

Елена подняла глаза.

— Какое письмо?

— Он написал его за несколько дней до аварии.

— Что там было?

— Только одна фраза.

— Какая?

Максим посмотрел на неё.

— «Если однажды появится девушка с именем Елена, не позволяй ей узнать правду».

Елена застыла.

— Что?

Максим понял, что сказал лишнее.

— Забудь.

— Нет.

Елена встала.

— Ты только что сказал моё имя.

— Я знаю.

— В письме твоего отца было моё имя?

— Не совсем.

— Что значит «не совсем»?

— Там было написано имя Елена.

— Моё имя.

— Да.

Елена почувствовала, как земля будто исчезает из-под ног.

— Но он умер пять лет назад.

— Именно.

Максим отошёл к окну.

— Я думал, это бессмысленная фраза.

— До встречи со мной?

— Да.

— И когда увидел меня...

— Я понял, что письмо было о тебе.

— Тогда почему ты взял меня в этот дом?

Максим молчал.

— Почему?

— Потому что хотел понять, кто ты.

— Использовал меня?

— Да.

Прямота ответа ударила сильнее, чем оправдание. Елена отвернулась.

— Значит, я для тебя тоже была частью расследования.

— Сначала.

— А потом?

Максим посмотрел на неё.

— Потом всё изменилось.

Елена вспомнила их поцелуй. Отвела взгляд.

— Не надо.

— Что?

— Не делай вид, что между нами что-то есть.

— Я не делаю вид.

Она посмотрела на него. И на секунду оба замолчали.

Телефон снова завибрировал. Елена вздрогнула. Новое уведомление. На этот раз не сообщение: «Вам доступно новое банковское сообщение».

Она открыла. Внутри находилась дополнительная информация о втором переводе. Источник средств: личный счёт Александра Орлова. Но ниже появилась ещё одна строка. Комментарий к платежу: «Для Елены».

Елена посмотрела на Максима.

— Он написал моё имя.

Максим подошёл. Прочитал. Его лицо стало жёстким.

— Значит, перевод предназначался именно тебе.

— Но почему?

— Не знаю.

— Тогда надо найти ответ.

— Да.

— Где?

Максим задумался.

— В старых документах отца.

— Они сохранились?

— Часть.

— Где?

— В его кабинете.

Елена посмотрела на него.

— Ты сказал, что туда никто не входит.

— Именно.

— Тогда идём.

Максим покачал головой.

— Сейчас нельзя.

— Почему?

— Потому что кабинет закрыт.

— Ты можешь открыть.

— Не могу.

— Почему?

Максим посмотрел на неё.

— Потому что ключ исчез после смерти отца.

Через час Елена сидела в библиотеке. Перед ней лежали старые бумаги. Максим принёс несколько папок. Они молча искали документы. Завещания. Банковские бумаги. Старые договора. Письма. Фотографии.

В одной папке Елена нашла список банковских счетов. Напротив имени Александра Орлова стояли несколько номеров. Один был закрыт. Второй передан наследникам. Третий...

Елена замерла. Статус: активен.

Она посмотрела на дату последней операции. Сегодня. Её сердце забилось сильнее.

— Максим.

Он подошёл.

— Что?

Она показала экран. Он прочитал. Несколько секунд не говорил ничего.

— Это невозможно.

— Ты уже говорил.

— Этот счёт был закрыт.

— Банк считает иначе.

Максим взял телефон.

— Я должен позвонить.

— Кому?

— В банк.

Он набрал номер. Разговор продолжался несколько минут. Елена слышала только отдельные фразы.

— Да.

— Александр Орлов.

— Пять лет назад.

— Нет, это невозможно.

— Я понимаю.

— Кто является владельцем?

Максим вдруг замолчал. Елена внимательно посмотрела на него.

— Что?

Он отключился.

— Что они сказали?

Максим медленно положил телефон.

— Банк подтвердил, что счёт активен.

— И?

— Владелец не менялся.

— То есть?

Он посмотрел на неё.

— По банковским документам мой отец считается живым.

Елена почувствовала, как холодеют руки. Они долго молчали. Затем Максим спросил:

— Ты уверена, что хочешь продолжать?

Елена посмотрела на него.

— После всего этого?

— Именно поэтому.

Она кивнула.

— Да.

Максим хотел что-то сказать, но в этот момент телефон Елены снова завибрировал. Она посмотрела на экран. Новое сообщение. Не текст. Входящее голосовое сообщение. Отправитель: Александр Орлов.

Елена застыла.

— Это невозможно...

Максим подошёл ближе.

— Не открывай.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, что там.

— Поэтому я и хочу услышать.

— Елена...

Она нажала кнопку воспроизведения. Несколько секунд слышалось только шипение. Затем раздался мужской голос. Старый. Спокойный. Немного хриплый. Но совершенно отчётливый.

— Елена...

Она закрыла рот рукой. Максим побледнел. Голос продолжил:

— Если ты слышишь это сообщение, значит, первый миллион уже у тебя.

Пауза.

Затем мужчина произнёс:

— А второй должен был заставить тебя понять, что мне нельзя было доверять никому.

Елена посмотрела на Максима. Он стоял неподвижно. Голос продолжил:

— Максим не знает всей правды.

Елена замерла.

— Но он должен был догадаться.

Несколько секунд тишины. Потом Александр сказал:

— Елена, если ты сейчас находишься в доме Орловых, значит, всё пошло не по плану.

Запись прервалась. На экране появилось: «Голосовое сообщение окончено».

Елена медленно подняла глаза.

— Это действительно твой отец?

Максим не ответил. Он смотрел на телефон. И впервые за всё время Елена увидела в его глазах настоящий ужас.

— Максим?

Он прошептал:

— Я знаю этот голос.

— Тогда он жив?

Максим покачал головой.

— Нет.

— Откуда ты знаешь?

Он посмотрел на неё.

— Потому что этот голос записан пять лет назад.

Елена нахмурилась.

— Что?

Максим медленно продолжил:

— Перед самой его смертью отец записал несколько сообщений.

— Тогда откуда он знал про меня?

Максим ничего не ответил. Телефон снова завибрировал. Новое сообщение. На этот раз текст: «Не верь записи. Она неполная».

Елена посмотрела на Максима. А затем на экран. И поняла: кто-то не просто наблюдал за ней. Кто-то заранее знал, что она услышит голос мёртвого человека.

Глава 10. Голос мертвеца

В библиотеке было тихо. Слишком тихо. За высокими окнами шел дождь. Капли медленно стекали по стеклу, превращая огни сада в размытые пятна.

Елена продолжала смотреть на экран телефона. Голосовое сообщение закончилось несколько секунд назад. Но ей казалось, что голос всё ещё звучит в комнате: «Если ты сейчас находишься в доме Орловых, значит, всё пошло не по плану».

Она подняла глаза на Максима. Он стоял возле книжного шкафа. Бледный. Совершенно неподвижный.

— Это твой отец? — спросила Елена.

Максим не ответил.

— Максим.

— Да.

— Ты узнал голос?

Он медленно кивнул.

— Это Александр.

Елена почувствовала холод.

— Но ты сказал, что он умер пять лет назад.

— Он умер.

— Тогда почему он говорит со мной?

Максим подошёл к столу.

— Потому что это старая запись.

— На которой он говорит обо мне.

— Я не знаю.

— Ты сам сказал, что знаешь этот голос.

— Я знаю голос. Но не знаю, когда была сделана запись.

Елена снова включила сообщение. На этот раз громче. Шипение. Пауза. Мужской голос. Спокойный. Низкий.

— Елена...

Она остановила запись.

— Ты слышал?

— Да.

— Он назвал меня по имени.

— Я слышал.

— Откуда он мог знать моё имя пять лет назад?

Максим молчал. Елена внимательно посмотрела на него.

— Вот именно.

Она снова нажала воспроизведение. Голос продолжил:

— Если ты слышишь мой голос, значит, я ошибся.

Пауза.

— Никому не доверяй.

Елена почувствовала, как напряглись пальцы. Затем прозвучали слова:

— Особенно моему сыну.

Запись оборвалась. Несколько секунд никто не говорил. Елена медленно положила телефон на стол.

— Он сказал это.

— Да.

— Он сказал не доверять тебе.

— Да.

— Почему?

Максим смотрел на телефон.

— Потому что это подделка.

Елена резко подняла голову.

— Подделка?

— Да.

— Ты только что признал, что голос принадлежит твоему отцу.

— Голос может быть настоящим.

— А слова?

— Слова могли быть смонтированы.

Елена нахмурилась.

— Объясни.

Максим взял телефон.

— Отец много лет записывал голосовые заметки.

— И?

— Он часто говорил отдельными фразами.

— Ты хочешь сказать, что кто-то собрал из них новое сообщение?

— Именно.

— Но он произносит моё имя.

— Это и есть проблема.

Максим положил телефон на стол.

— Отец был очень осторожным человеком. Он никогда не записывал важные вещи одним сообщением.

— Почему?

— Он не доверял телефонам.

— Тогда как ты знаешь, что он говорил?

— Я находил его записи.

— Где?

— В старом компьютере.

— Он сохранился?

— Нет.

— Почему?

Максим посмотрел в сторону.

— После его смерти компьютер исчез.

Елена почувствовала тревогу.

— Кто его забрал?

— Я не знаю.

— Ты слишком часто говоришь эту фразу.

— Потому что это правда.

— Или потому что ты мне не доверяешь?

— Сейчас я не доверяю никому.

Елена посмотрела на него.

— Даже себе?

Максим ничего не ответил.

Елена снова взяла телефон.

— Я хочу услышать запись ещё раз.

— Зачем?

— Чтобы понять, где монтаж.

— Там может не быть монтажа.

— Тогда тем более.

Она включила запись. Голос Александра снова наполнил библиотеку.

— Если ты слышишь мой голос...

Елена слушала очень внимательно. Интонация была ровной. Без эмоциональных скачков. Но на слове «сыну» голос слегка изменился. Она остановила запись.

— Слышишь?

— Что?

— Последнее слово.

— Что с ним?

— Он произносит его иначе.

Максим подошёл ближе.

— Ты права.

— Значит, монтаж?

— Возможно.

Елена посмотрела на него.

— А если нет?

— Тогда это ещё хуже.

— Почему?

— Потому что если отец действительно записал это сообщение целиком...

Он замолчал.

— Что?

— Значит, он знал, что ты появишься в моей жизни.

Елена почувствовала холод.

Она вспомнила фотографию. Женщина, похожая на неё. Слова Виктории: «Вы не понимаете, кого привели в этот дом».

Предупреждение от неизвестного мужчины: «Если она вспомнит прошлое, всё закончится».

Теперь голос Александра: «Елена...»

Она посмотрела на Максима.

— Кто я?

Он замер.

— Что?

— Почему твой отец знал моё имя?

— Я не знаю.

— Тогда почему ты смотрел на меня так, когда впервые увидел?

Максим отвёл взгляд.

— Потому что ты была похожа на неё.

— На кого?

Он не ответил.

— На женщину с фотографии?

Молчание.

— Елизавету?

Максим наконец посмотрел на неё.

— Да.

— Кто она?

— Я не могу сказать.

— Почему?

— Потому что не уверен, что имею право.

— Это уже не ответ.

— Я знаю.

Елена подошла к нему.

— Я видела фотографию.

— Я знаю.

— Я похожа на неё.

— Да.

— Насколько?

Максим несколько секунд молчал.

— Слишком сильно.

Елена почувствовала неприятный холод.

— Кто она?

— Моя мать.

Елена застыла.

— Виктория?

Максим кивнул.

— Нет.

Он покачал головой.

— Не Виктория.

— Тогда кто?

— Елизавета.

Елена не сразу поняла.

— Но...

Максим замолчал.

— Ты сказал, что она...

— Она была первой женой моего отца.

Елена почувствовала, как всё вокруг будто остановилось.

— Что с ней произошло?

Максим посмотрел на неё.

— Она исчезла.

Несколько секунд Елена не могла говорить.

— Когда?

— Двадцать семь лет назад.

— И её так и не нашли?

— Нет.

— А фотография?

— Единственное, что осталось.

Елена медленно села.

— Сколько мне лет?

— Елена...

— Отвечай.

— Двадцать девять.

Она закрыла глаза. Двадцать семь лет назад. Она была ребёнком. Елена посмотрела на Максима.

— Ты думаешь, я как-то связана с ней?

— Я ничего не думаю.

— Но твой отец знал моё имя.

— Да.

— Я похожа на неё.

— Да.

— И кто-то сказал, что если я вспомню прошлое, всё закончится.

Максим ничего не ответил.

— Значит, я что-то должна помнить.

— Возможно.

— Но я ничего не помню.

— А если тебе дали забыть?

Елена вздрогнула.

— Что это значит?

Максим не успел ответить. Телефон снова начал воспроизводить запись. Елена была уверена, что она его не включала. Она посмотрела на экран. Файл продолжался. 00:47 Максим тоже посмотрел.

— Его было больше? — спросил он.

— Нет.

На экране появился второй фрагмент. Елена нажала воспроизведение. Сначала снова был голос Александра. Но на этот раз гораздо тише. Будто запись была сделана ночью.

— Если однажды ты встретишь...

Шум. Помехи. Голос снова:

— ...Елену...

Елена замерла. Максим побледнел. Голос продолжил:

— ... не позволяй ей ...

Запись оборвалась. Елена медленно подняла глаза.

— Он сказал моё имя.

Максим молчал.

— Ты слышал?

— Да.

— Это было в файле?

— Нет.

— Тогда откуда оно взялось?

Максим забрал телефон. Он посмотрел на название файла. Затем на дату создания. И замер.

— Что?

— Дата.

Елена подошла ближе. На экране стояла дата: 12 августа 1999 года.

Елена почувствовала, как сердце пропустило удар.

— Но мне тогда не было и трёх лет.

Максим смотрел на экран.

— Я знаю.

— Значит, твой отец знал моё имя, когда я была ребёнком.

Максим ничего не ответил.

Елена почувствовала, как внутри рождается страшная мысль.

— Максим...

Он поднял глаза.

— Что?

— А если я уже была в этом доме?

Максим застыл.

Елена посмотрела на старую фотографию, лежавшую на столе. На женщину, похожую на неё. И вдруг ей показалось, что на заднем плане фотографии есть ещё один маленький силуэт. Ребёнок. Елена резко взяла снимок. Приблизила. На заднем плане действительно стояла маленькая девочка.

Максим подошёл.

— Что ты делаешь?

Елена посмотрела на него.

— Это я?

Максим побледнел.

— Нет...

— Тогда кто?

Он не ответил. Елена перевернула фотографию. На обратной стороне была надпись от руки. Всего три слова: «Елена. Не забыть».

Елена медленно подняла глаза. И впервые Максим выглядел по-настоящему испуганным.

— Теперь ты понимаешь, почему я говорил, что не могу тебе всё рассказать?

Елена крепко сжала фотографию.

— Нет.

Она посмотрела на него.

— Теперь я хочу знать всё.

Глава 11. Тайная комната

После разговора с Максимом Елена долго не могла уснуть. Она лежала на кровати и смотрела в потолок, но мысли снова и снова возвращались к одному и тому же: «Особенно моему сыну».

Голос Александра Орлова звучал в памяти настолько отчётливо, словно человек находился совсем рядом.

Елена закрыла глаза. Она пыталась убедить себя, что всё можно объяснить. Старые записи. Монтаж. Поддельные сообщения. Чужой доступ к банковскому счёту.

Но оставалась одна деталь, которую невозможно было игнорировать: Её имя.

Отец Максима произнёс его в записи, которая, судя по информации файла, могла быть сделана задолго до того, как Елена вообще должна была познакомиться с семьёй Орловых.

А ещё была фотография. Женщина, удивительно похожая на неё. Елизавета. Первая жена Александра Орлова. Женщина, исчезнувшая много лет назад. Елена снова посмотрела на фотографию, лежавшую на столе. На снимке Елизавета стояла возле большого окна. Рядом с ней был маленький ребёнок. Лицо девочки почти невозможно было разглядеть.

Но теперь Елена не могла перестать думать об этой фотографии. Кто был этот ребёнок? Почему на обратной стороне написано: «Елена. Не забыть».

И самое страшное — почему она сама чувствовала, что уже где-то видела этот дом? Не в воспоминаниях. Скорее в каком-то странном, почти забытом сне.

Елена поднялась с кровати. Часы показывали 02:17. Особняк давно погрузился в сон. Она подошла к двери и прислушалась. Тишина. Никаких шагов. Никаких голосов. Она открыла дверь. Коридор был освещён несколькими ночными светильниками. Тусклый жёлтый свет падал на старый паркет.

Елена вышла. Она сама не могла объяснить, почему решила искать документы именно сейчас. Наверное, потому что утром Максим наверняка снова попытался бы остановить её. А ждать она больше не хотела.

Если в доме действительно существовали ответы, она должна была найти их сама.

Первым делом Елена направилась в библиотеку. Дверь была приоткрыта. Она вошла. Внутри пахло старой бумагой, кожей переплётов и древесиной. Высокие шкафы занимали почти все стены. На полках стояли книги, многие из которых выглядели так, будто их не открывали десятилетиями.

В центре находился массивный письменный стол Александра. Елена включила небольшую лампу. Свет выхватил из темноты поверхность стола.

Она начала открывать ящики. Счета. Старые ручки. Конверты. Визитные карточки. Несколько ключей.

Один из ящиков оказался заперт. Елена попробовала открыть его вторым ключом. Не подошёл. Третьим. Щёлк. Замок открылся.

Елена замерла. Внутри лежала тонкая папка. На обложке было написано: «Семья». Она открыла её. Фотографии. Старые. Очень старые. Александр. Елизавета. Маленький Максим. Молодой Алексей. Елена перебирала снимки один за другим. На некоторых были даты. На других — только короткие подписи. Она остановилась на фотографии, где Александр стоял рядом с Елизаветой. На обороте: «Лето. Загородный дом. 1998».

Елена посмотрела на дату. Что-то внутри неё болезненно дрогнуло. 1998 год. Она была совсем маленькой.

Елена положила фотографию обратно. И тут заметила ещё одну деталь. На нескольких снимках лица людей были перечёркнуты. Чёрным маркером. Некоторые фотографии были разорваны. Другие — вырезаны из альбомов. Кто-то явно пытался удалить определённые лица из семейной истории.

Елена продолжила искать. И вдруг заметила, что один из книжных шкафов стоит немного неровно. Она подошла ближе. Провела ладонью по краю. Шкаф слегка качнулся.

— Странно...

Она надавила сильнее. Раздался тихий скрип. Шкаф сдвинулся примерно на несколько сантиметров. Елена отступила. За ним была стена. Но в стене виднелась тонкая вертикальная линия.

Дверь. Скрытая дверь.

Сердце Елены забилось быстрее. Она провела пальцами по стене. Скрытая дверь была почти идеально замаскирована под деревянную панель. Никакой ручки. Никакого замка. Только маленькая металлическая кнопка внизу.

Елена нажала. Щёлк. Внутри стены что-то сработало. Панель медленно отошла. За ней находилась узкая тёмная лестница. Елена несколько секунд просто смотрела вниз. Она понимала, что должна позвать Максима. Но почему-то не сделала этого. Если он узнает о комнате, всё исчезнет. Или будет спрятано ещё глубже.

Она включила фонарик на телефоне и начала спускаться.

Лестница была короткой. Около десяти ступеней. Внизу находился небольшой коридор. Здесь воздух был холоднее. Пахло пылью и чем-то металлическим.

Елена осветила стены. Дверь. На ней не было никаких надписей. Она толкнула её. Дверь открылась. Елена замерла. Перед ней находилась комната. Небольшая, но полностью заставленная шкафами. Высокие металлические стеллажи стояли вдоль стен. На каждом лежали папки. Десятки. Может быть, сотни. Все они были подписаны именами. Некоторые — датами. Некоторые — номерами.

На стене напротив находилась большая пробковая доска. На ней были фотографии людей. Мужчины. Женщины. Дети. Пожилые люди. Рядом с фотографиями — даты. Адреса. Телефоны. Короткие заметки. Елена подошла ближе.

— Что это за место?..

Она взяла первую папку: «К. В. — 2004».

Внутри были фотографии мужчины. Елена пролистала несколько страниц.

Следующая папка: «М. С. — 2007».

Ещё одна: «И. П. — 2010».

Она начала понимать. Это не семейный архив. Это были досье. На людей. Кто-то следил за ними. Собирал информацию. Фотографировал. Записывал адреса. Места работы. Автомобили. Контакты.

Елена почувствовала тревогу. Она взяла другую папку. На обложке: «Алексей Орлов».

Елена замерла. Руки задрожали. Она открыла её. Внутри были фотографии Алексея. На работе. В ресторане. В машине. На улице. С друзьями.

Один снимок был сделан за несколько часов до его смерти. Елена посмотрела на дату. 14 ноября. Та самая дата. Она перевернула фотографию.

На обратной стороне была запись: «Встреча состоится в 21:30».

Ниже: «Объект знает о документах».

Елена почувствовала, как сердце ударило сильнее.

— Какие документы?

Она продолжила листать. В папке были копии договоров. Распечатки телефонных разговоров. Фотографии. И один лист. На нём стояла подпись: «После ликвидации А. О. продолжить наблюдение».

Елена застыла: Ликвидации. Так обычно не писали о несчастном случае. Она быстро сфотографировала страницу телефоном. Потом ещё одну. И ещё.

В следующей папке она увидела имя Максима. «Максим Орлов».

Елена открыла её. Фотографии. Максим в университете. Максим возле офиса. Максим с друзьями. Максим рядом с автомобилем. Даже фотографии, сделанные через окна зданий. Она почувствовала неприятный холод. Значит, за Максимом тоже следили.

Она перевернула один снимок: «Не доверяет брату».

Другой: «Начал задавать вопросы».

Третий: «Потенциально опасен».

Елена замерла. Получается, Максим не был хозяином этой комнаты. Он тоже мог быть объектом наблюдения. Но кто тогда собирал все эти материалы?

Она начала искать папку Александра. Нашла. Толстая. Очень толстая. Но прежде чем открыть её, взгляд Елены упал на один небольшой ящик. На нём было написано: «Е».

Елена почувствовала, как внутри всё сжалось. Она подошла. Открыла. Пусто. Только несколько старых фотографий. Она взяла первую. Неизвестная женщина. Вторая. Мужчина. Третья...

Елена перестала дышать.

На фотографии была маленькая девочка. Лет девяти. Она стояла возле какого-то здания. На ней было светлое платье. Волосы собраны в два хвостика. Елена смотрела на снимок. Сначала она ничего не понимала. Потом заметила глаза. Форма лица. Небольшая родинка возле левой брови. Та самая, которая была у неё. Елена перевернула фотографию. На обороте была дата. 2006 год.

Елена быстро подсчитала. Ей тогда было около девяти лет. Она снова посмотрела на девочку.

— Нет...

Руки задрожали. Она приблизила фотографию к свету. Девочка смотрела прямо в объектив. И Елена вдруг поняла. Это была она. Не похожая. Не напоминающая. Она.

Фотография Елены, сделанная двадцать лет назад. Но самое страшное было даже не это.

На обратной стороне фотографии стояла короткая надпись: «Объект Елена. Наблюдение продолжается».

Елена медленно опустила фотографию. Кто-то следил за ней с детства. И всё это время она даже не знала об этом.

Она начала лихорадочно перебирать остальные фотографии:

Ещё одна. Елена в школьной форме.

Ещё одна. Елена возле какого-то магазина.

Ещё одна. Она рядом с женщиной, лица которой почти не видно.

На следующей фотографии Елена была совсем маленькой. Рядом стоял мужчина. Елена приблизила снимок. Она узнала его. Александр Орлов. Её руки задрожали.

— Что?..

На фотографии Александр держал маленькую Елену за руку. Они стояли возле большого дома. Того самого. Особняка Орловых.

Елена отступила назад. Она посмотрела на фотографию. Потом на дверь. Потом снова на снимок. Если фотография была настоящей... Если дата была настоящей... Тогда она уже была в этом доме двадцать лет назад. И Александр Орлов знал её задолго до того, как она получила первый миллион. Елена перевернула фотографию. На обороте было написано: «Она ничего не помнит».

Ниже, другим почерком: «Пока».

Елена почувствовала, как по спине пробежал холод. В этот момент где-то наверху раздался звук.

Шаги. Кто-то вошёл в библиотеку. Елена замерла. Шаги становились ближе. Она быстро погасила фонарик. Прижала фотографии к груди.

И услышала голос Максима:

— Елена?

Она закрыла рот рукой. Но Максим вдруг остановился. Сверху донёсся тихий скрип книжного шкафа.

Пауза.

Затем его голос прозвучал уже совсем иначе:

— Только не это...

Елена поняла: Максим знал о тайной комнате.

И, судя по его голосу, он совершенно не хотел, чтобы она когда-нибудь её нашла.

Глава 12. Детство

Елена не сразу поняла, что именно увидела. Она стояла в тайной комнате, прижимая к груди старую фотографию, а за стеной наверху слышались шаги Максима. Он искал её. И, судя по тому, как неожиданно изменился его голос, он прекрасно понимал, где она находится.

Но сейчас Елену волновало совсем другое. Фотография. Девочка на ней. Девочка, которую она узнала. Сама Елена. Двадцать лет назад. В доме Орловых. Она снова посмотрела на снимок. Маленькая девочка стояла рядом с Александром Орловым. Он держал её за руку. На лице мужчины была улыбка. Не та холодная, почти официальная улыбка, которую Елена видела на других фотографиях. Здесь он выглядел иначе. Будто девочка была ему действительно дорога.

Елена перевернула фотографию: «Она ничего не помнит».

Ниже: «Пока».

— Что я должна помнить?.. — прошептала она.

И в этот момент в её памяти что-то дрогнуло. Не воспоминание. Скорее его тень. Запах. Звук. Ощущение. Она закрыла глаза. И вдруг увидела... Большое окно. Солнечный свет. Красные шторы. Чей-то голос:

— Елена, не отходи далеко.

Она резко открыла глаза. Сердце бешено забилось. В комнате снова были только стеллажи, папки и старые фотографии.

— Елена...

Она прошептала своё имя. Но впервые за всю жизнь оно показалось ей чужим.

Сверху снова послышались шаги.

— Елена!

Голос Максима был уже совсем рядом.

Она быстро подошла к стеллажу и спряталась между двумя шкафами. Через несколько секунд раздался скрип. Книжный шкаф отодвинулся. Елена увидела полоску света. Максим спустился на несколько ступеней. Он остановился. Несколько секунд стоял молча. Затем медленно вошёл в комнату. Его взгляд сразу остановился на пустом ящике. Потом на фотографиях. Потом на Елене.

Она вышла из-за стеллажа.

— Ты знал об этом месте.

Максим закрыл глаза.

— Да.

— Давно?

— Всю жизнь.

Елена почувствовала, как внутри всё сжалось.

— И ты знал, что здесь есть фотографии меня?

Максим посмотрел на неё.

— Нет.

— Не лги.

— Я не знал.

— Тогда почему ты так испугался?

Он ничего не ответил. Елена подняла фотографию.

— Ты видел её?

Максим посмотрел на снимок. Его лицо изменилось.

— Откуда ты её взяла?

— Из ящика с буквой «Е».

— Елена...

— Кто сделал эту фотографию?

— Не знаю.

— Кто написал на обороте?

— Не знаю.

— Кто следил за мной?

Максим отвёл взгляд.

— Я действительно не знаю.

Елена почувствовала злость.

— Все здесь что-нибудь знают, кроме меня!

Она бросила фотографию на стол.

— Твоя мать знает. Твой отец знал. Алексей, возможно, знал. Ты что-то знаешь. А я единственная, кому ничего не сказали!

Максим молчал.

Елена вытерла слезу, появившуюся на щеке.

— Почему?

Максим тихо ответил:

— Потому что, возможно, тебе пытались дать шанс жить нормальной жизнью.

— И получилось?

Он посмотрел на неё. Елена горько усмехнулась.

— Я получила миллион долларов от мёртвого человека, стала фиктивной невестой миллиардера, в меня стреляли, а теперь нашла своё детское фото в тайной комнате вашей семьи.

Она покачала головой.

— Очень нормальная жизнь.

Максим подошёл к столу.

— Есть ещё кое-что.

— Что?

Он указал на папки.

— Если ты действительно хочешь знать правду, ищи документы, а не фотографии.

Елена посмотрела на него.

— Почему?

— Потому что фотографии могут лгать.

— А документы?

— Документы лгут гораздо реже.

Максим вышел из комнаты.

— Я буду наверху.

— Почему ты меня не остановишь?

Он остановился у лестницы.

— Потому что уже поздно.

И ушёл.

Елена осталась одна. Она снова посмотрела на папки. Теперь она понимала, что должна искать. Своё имя. Своё прошлое. Любую информацию, которая могла объяснить, почему Орловы следили за ней.

Она начала перебирать документы. Папка за папкой. Сначала — старые финансовые документы. Потом медицинские. Затем какие-то договоры. Наконец она нашла тонкую папку без названия. На ней стояла только дата: 2006.

Елена открыла её. Внутри находились копии документов. Она увидела знакомую фамилию: Воронова.

Елена задержала дыхание. Её фамилия.

Первая страница. Свидетельство о рождении. Елена взяла документ.

Имя: Елена Воронова.

Дата рождения. Совпадала.

Место рождения. Совпадало.

Она облегчённо выдохнула.

— Значит, это всё-таки я...

Но дальше было что-то странное. На документе имелась отметка о внесении изменений. Елена нахмурилась. Она перевернула страницу. Там лежала копия другого документа. Тоже свидетельство о рождении. Та же дата. То же место. Но имя было другим. Елена перечитала его несколько раз. Сначала ей показалось, что она ошиблась. Она приблизила документ к свету: «Елена Александровна Орлова».

Елена перестала дышать.

Несколько секунд она просто смотрела на бумагу. Потом медленно покачала головой.

— Нет...

Она сравнила даты. Дата рождения — та же. Место рождения — то же. Но фамилия... Орлова.

Она перевернула страницу. На следующей находилась копия заявления. Текст был напечатан на старой машинке. Внизу стояла подпись: Александр Орлов.

Елена почувствовала, как пальцы задрожали. Она прочитала несколько строк. Документ подтверждал изменение данных ребёнка. Причина была указана одной фразой: «В целях обеспечения безопасности несовершеннолетней».

Елена перечитала. Потом ещё раз. Несовершеннолетней. Она. Елена.

В памяти снова что-то вспыхнуло. Маленькая кухня. Старый стол. Её мать сидит напротив. Елена — совсем маленькая. Она спрашивает:

— Мам, а где мой папа?

Мать резко ставит чашку.

— У тебя нет папы.

— Но у всех есть.

— У тебя нет.

— Почему?

Мать долго смотрит на неё. Потом говорит:

— Потому что некоторые люди должны оставаться в прошлом.

Маленькая Елена не понимает.

— А кто он?

Мать отворачивается.

— Никогда больше не спрашивай.

Воспоминание исчезло. Елена открыла глаза. Она стояла в тайной комнате. Дышала тяжело. Но теперь понимала, что мать не просто избегала разговора. Она боялась.

Елена продолжила читать документы. Следующий лист: «Передача ребёнка под опеку...»

Она остановилась. Ниже было имя её матери: Марина Воронова.

Мать. Значит, она действительно была её матерью. Но почему в документах Орловых Елена значилась как Орлова? Она быстро перевернула страницу. Там находился ещё один документ. На этот раз рукописный. Почерк был неровным. Некоторые слова были зачёркнуты. Но несколько строк читались отчётливо: «Ребёнок должен исчезнуть из семейных документов».

Ниже: «Никто не должен знать, что девочка является наследницей».

Елена почувствовала, как по телу прошла дрожь.

Наследницей? Чего?

Она стала читать дальше. Но страница была вырвана.

Елена начала лихорадочно искать продолжение. Она открывала папки одну за другой. Наконец нашла конверт.

На нём было написано: «Е. А. Орлова. Не открывать до 18-летия».

Конверт был старым. Но печать уже была сломана. Елена достала письмо. Первые строки заставили её сердце остановиться: «Если ты когда-нибудь прочитаешь это, значит, мне не удалось защитить тебя...»

Она замерла. Автором был Александр Орлов.

Елена продолжила читать: «Твоё настоящее имя...»

И дальше текст был закрыт чёрными чернилами. Елена провела пальцами по странице. Кто-то специально закрыл несколько строк. Но в самом низу сохранилась подпись: Александр Орлов. И дата: 2006 год.

Елена посмотрела на документы. Свидетельство. Заявление. Письмо. Фотографии. Всё вело к одному. Она была связана с Орловыми не через случайность. Не через Максима. Не через сделку. Не через миллион. Она была частью этой семьи. И, возможно, гораздо большей частью, чем могла представить.

Она снова посмотрела на копию свидетельства: Елена Александровна Орлова.

Её нынешняя фамилия была Воронова. Но документы утверждали другое. Елена Александровна Орлова. Она провела пальцем по своему имени.

— Кто я?..

Вдруг сверху раздался громкий звук. Что-то упало. Елена вздрогнула. Затем услышала голос Максима:

— Елена!

Он спускался по лестнице.

— Ты должна выйти оттуда!

Она быстро спрятала документы под одежду. Максим появился в дверях.

— Что случилось?

Он посмотрел на её лицо.

— Ты что-то нашла.

Елена ничего не ответила. Она подняла документ. Максим увидел фамилию. И застыл.

ОРЛОВА.

Несколько секунд он не мог произнести ни слова.

— Ты знал? — спросила Елена.

Максим медленно покачал головой.

— Нет.

— Ты знал, что я...

— Нет.

— Тогда почему мой отец оставил документы на моё имя?

Максим смотрел на бумагу.

— Потому что...

Он запнулся.

— Потому что что?

Максим поднял глаза. И произнёс:

— Потому что ты не просто связана с моей семьёй.

Пауза.

— Ты — дочь Александра Орлова.

Елена почувствовала, как всё вокруг закружилось.

— Нет...

Максим сделал шаг к ней.

— Елена...

— Нет.

Она отступила.

— Моя мать сказала, что у меня нет отца.

— Она лгала.

— Зачем?

Максим посмотрел на документы.

— Чтобы тебя защитить.

— От кого?

Он не ответил. Елена сжала лист.

— От кого?!

Максим посмотрел ей прямо в глаза.

— От тех, кто хотел получить твоё наследство.

Елена застыла.

— Какое наследство?

Максим молчал. И тогда она увидела ещё одну папку. На ней было написано: «Наследство. Е. А. Орлова».

Елена медленно протянула руку. Но прежде чем она успела открыть папку, свет в тайной комнате погас. Полная темнота. А затем из глубины комнаты раздался тихий звук. Щелчок. Кто-то запер дверь.

Глава 13. Настоящее имя

В полной темноте Елена слышала только собственное дыхание. Оно было быстрым, рваным. Где-то совсем рядом Максим что-то говорил, но она почти не слышала его из-за стука собственного сердца.

Елена протянула руку вперёд. Пальцы коснулись холодной стены.

— Максим?

— Я здесь.

— Почему погас свет?

— Не знаю.

Раздался щелчок. Потом ещё один. Максим попытался открыть дверь. Безрезультатно.

— Заперто.

Елена почувствовала, как внутри поднимается паника.

— Кто нас запер?

— Не знаю.

— Ты говорил, что здесь безопасно.

— Я ошибался.

Максим включил фонарик телефона. Узкий луч света прорезал темноту. Елена сразу посмотрела на папку, которую собиралась открыть: «Наследство. Е. А. Орлова».

Она всё ещё лежала на столе. Елена подошла к ней.

— Нужно узнать, кто я.

Максим посмотрел на неё.

— Да.

— Ты сказал, что я дочь Александра.

— Я сказал то, что следует из документов.

— А ты сам в это веришь?

Максим помолчал.

— Теперь — да.

Елена взяла папку. Пальцы дрожали. Она открыла её. Внутри находилось несколько документов:

Первый был старым нотариальным заключением.

Второй — копией завещания.

Третий — каким-то семейным соглашением.

На первой странице крупно стояли инициалы: Е. А. О.

Елена прочитала их вслух:

— Елена Александровна Орлова.

Максим кивнул.

— Но дальше...

Она перевернула страницу.

Там было написано: «Изменение имени и фамилии несовершеннолетней».

Ниже: «Настоящее имя ребёнка — Елизавета Александровна Орлова».

Елена замерла.

— Елизавета...

Это имя показалось ей странно знакомым. Не просто знакомым. Будто оно принадлежало ей всегда. Она несколько раз произнесла его про себя.

Елизавета.

И вдруг в памяти вспыхнуло. Белое платье. Большое зеркало. Женский голос:

— Лиза, не трогай вазу.

Елена резко подняла голову.

— Лиза...

Максим посмотрел на неё.

— Что?

— Меня так называли.

— Кто?

— Не знаю.

Она закрыла глаза. Ещё один обрывок. Тёплая ладонь. Запах духов. Чей-то смех.

— Лиза, иди сюда.

Потом громкий звук. Разбитое стекло. Крик. И темнота.

Елена открыла глаза.

— Я вспомнила.

Максим подошёл ближе.

— Что?

— Меня называли Лизой.

Он замер.

— Елена...

— Не называй меня так.

Максим нахмурился.

— Как?

— Еленой.

Она посмотрела на документ.

— Если это правда... моё имя — Елизавета.

Она продолжила читать. В документе указывалось, что после исчезновения Елизаветы-старшей ребёнок был официально переименован.

Причина: «С целью исключения возможности идентификации и обеспечения безопасности».

Елена перечитала эту строку.

— Почему меня прятали?

Максим молчал.

— От кого?

— Не знаю.

— Ты должен знать.

— Я был ребёнком.

— Ты старше меня.

— Ненамного.

— Но ты жил здесь.

— Да.

— Ты помнишь Елизавету?

Максим посмотрел на неё.

— Мою мать?

— Да.

Он кивнул.

— Немного.

Елена замерла.

— Что значит «твою мать»?

Максим не ответил. Она медленно подняла глаза.

— Подожди.

В комнате стало очень тихо.

— Елизавета Орлова была первой женой твоего отца.

— Да.

— Она исчезла.

— Да.

— А я...

Елена посмотрела на документ.

— Я Елизавета Орлова.

Максим молчал.

— Тогда кем она мне приходится?

Максим опустил взгляд.

— Я не знаю.

— Но ты сказал, что она твоя мать.

Он снова посмотрел на неё.

— Да.

Елена почувствовала, как внутри всё переворачивается:

Если Елизавета — её мать...

Если Александр — её отец...

То Максим...

Она не решалась произнести это вслух.

— Максим...

— Не спеши.

— Нет. Я хочу знать.

— Тогда нужно дочитать документы.

Елена перевернула следующую страницу. Там была схема семьи. Несколько имён были соединены линиями.

Александр Орлов. От него отходили две линии:

Одна — к Елизавете Орловой.

Вторая — к Виктории Орловой.

Ниже стояло имя: Максим Александрович Орлов.

Елена посмотрела на Максима.

— Значит, Виктория...

— Моя мачеха.

— А Елизавета...

— Моя мать.

Елена медленно перевела взгляд обратно на схему. Ниже имени Елизаветы стояло ещё одно: Елизавета Александровна Орлова.

Рядом — отметка: «Дочь».

Елена перестала дышать.

— Значит...

Максим ничего не сказал.

— Значит, ты мой...

Она не закончила.

Максим тихо произнёс:

— Старший брат.

Елена закрыла глаза. Она не почувствовала облегчения. Не почувствовала радости. Только странную пустоту.

Брат.

Человек, которого она несколько дней назад считала совершенно чужим. Человек, которому она не доверяла. Человек, которого подозревала в убийстве собственного брата. Теперь оказался её братом.

Елена открыла глаза.

— Нет.

Максим нахмурился.

— Что?

— Алексей.

— Что с ним?

— Он тоже твой брат.

— Да.

— Значит, он был моим...

— Братом.

Елена медленно села.

— Я приехала сюда как чужая.

— Да.

— А оказалась вашей сестрой.

Максим кивнул.

— Судя по всему.

— И никто мне не сказал.

— Потому что ты не должна была узнать.

Елена посмотрела на него.

— Почему?

Максим опустил глаза.

— Потому что после исчезновения твоей матери кто-то начал охоту за тобой.

— Кто?

— Не знаю.

— Опять это.

— Потому что я действительно не знаю.

Елена сжала руки.

— Тогда почему Александр платил мне деньги?

— Возможно, он пытался вернуть тебя.

— Через миллион?

— Возможно.

— А второй миллион?

— Предупреждение.

— От мёртвого человека?

Максим замолчал.

Елена снова посмотрела на документы.

— Здесь должно быть больше.

Она стала листать страницы. На одном документе стояла дата: 2006 год.

На другом: 2007.

На третьем: 2008.

Последний документ был составлен спустя несколько месяцев после её исчезновения. Там была одна фраза: «Ребёнок успешно передан под имя Елена Воронова».

Елена почувствовала холод.

— Моя мать...

— Да.

— Она забрала меня?

— Судя по документам.

— Она знала, кто я?

— Да.

Елена стиснула зубы.

— И всё это время говорила, что у меня нет отца.

— Возможно, она боялась.

— А ты?

Максим посмотрел на неё.

— Что я?

— Ты знал?

— Нет.

— Твой отец знал?

— Да.

— Твоя мать?

— Елизавета исчезла.

— А Виктория?

Максим замолчал. Елена сразу поняла.

— Она знала.

— Скорее всего.

— Поэтому она сказала мне: «Вы не понимаете, кого привели в этот дом».

Максим нахмурился.

— Что именно она сказала?

Елена повторила. Максим задумался.

— Теперь это звучит иначе.

— Именно.

Елена продолжала просматривать папку. В самом конце лежал небольшой конверт.

На нём было написано: «Елизавете. Когда она узнает правду».

Елена долго смотрела на него.

— Это для меня.

Максим кивнул.

— Открывай.

— Ты уверен?

— Нет.

Она разорвала конверт. Внутри было письмо. Почерк был незнакомым. Елена начала читать: «Если ты читаешь это письмо, значит, тайна больше не может оставаться тайной. Ты родилась Елизаветой Александровной Орловой. Твой отец — Александр Орлов. Твоя мать — Елизавета Орлова. Но есть причина, по которой твоё имя было изменено».

Елена замерла.

Ниже: «Ты была не единственным ребёнком, которого хотели защитить».

Она посмотрела на Максима.

— Что это значит?

Он молчал. Елена продолжила: «Максим должен был быть рядом с тобой, но обстоятельства сделали это невозможным».

Она остановилась.

— «Должен был быть рядом»?

Максим забрал письмо. Прочитал. Его лицо стало напряжённым.

— Дай сюда.

Елена вырвала письмо обратно: «Если Максим однажды встретит тебя, он должен понять, что ты не враг. Ты его сестра. Но он должен знать ещё одну вещь. Именно из-за твоего рождения началась война внутри семьи Орловых».

Елена замерла.

— Война?

Максим посмотрел на неё.

— Похоже, да.

Она продолжила читать. Но следующая страница отсутствовала. Письмо было оборвано. Елена перевернула его. Ничего.

— Здесь не хватает страницы.

Максим взял письмо.

— Её вырвали.

— Кто?

— Не знаю.

Елена посмотрела на него.

— Мы слишком часто произносим эти слова.

Вдруг наверху раздался звук. Оба замерли. Кто-то ходил по библиотеке. Максим выключил фонарик.

— Тише.

Елена прижалась к стеллажу. Шаги приближались. Раздался скрип книжного шкафа. Затем голос:

— Максим?

Елена узнала его.

Виктория. Она что-то говорила кому-то.

— Он здесь?

Другой голос ответил:

— Не знаю.

Елена посмотрела на Максима. Он приложил палец к губам. Шаги удалились. Тишина.

Через несколько секунд Максим включил фонарик.

— Нам нужно уходить.

— Подожди.

Елена снова посмотрела на папку.

— Здесь должно быть подтверждение.

Она достала последний документ. Это была копия старого медицинского заключения. На нём стояло имя: «Елизавета Александровна Орлова». Ниже — дата рождения. И ещё одна запись: «Группа крови: IV отрицательная».

Елена посмотрела на Максима.

— Какая у тебя?

— IV отрицательная.

Она замерла.

— Ты уверен?

— Да.

— У Алексея?

— Такая же.

Елена медленно выдохнула. Слишком много совпадений. Но одно всё ещё оставалось непонятным. Она была Елизаветой Орловой. Максим — её брат. Но тогда почему её мать была так похожа на женщину с фотографии? Почему Елена тоже была на снимках? И самое главное — кто и зачем двадцать лет следил за ней?

— Нам нужно уходить.

Максим подошёл к двери и ещё раз попробовал открыть её. Ручка не поддалась. Он нахмурился, затем провёл пальцами по внутренней стороне замка, словно проверяя что-то.