Kitabı oxu: «Киберночь»

Глава 1

Сидя у себя в конторе на меня напало плохое настроение.

Снова на территории моей родины война. Как и полвека назад люди оттуда массово бегут.

Пятьдесят лет назад, с территорий ещё советской России бежал мой дед с бабкой. Тогда, в самом начале двадцать первого века начался развал союза, который привёл к множеству воин между бывшими союзными республиками, за территории и советское наследство.

Тогда моя семья бежала в Германию. Там вырос мой отец и там родился я. Вскоре в Европе вспыхнули воины нового поколения- корпоративные воины.

В этих воинах не участвовали государства или какие-то конкретные народы, в них воевали корпорации и их частные армии.

Если кому-то покажется, что эти новые воины менее жестоки чем прошлые, тот ошибается. В прошлых воинах действовали хоть какие-то правила и законы, типа не применять ядерное оружие, или не пытать пленных. Этим законам обязаны подчиняться государства, а не корпорации.

Эти воины Нового поколения, что сейчас периодически вспыхивают во всех концах света, более жестокие и абсолютно безжалостные ко всем. В них применяют самое новейшее оружия мира и самое смертоносное оружие в истории.

Тем более что постоянные воины, с вливанием в них миллиардов долларов, привели к гигантским темпам развития, технологий смертоубийства и всех с ними связанных.

Новейшие танки, новейшее стрелковое оружие, боевые импланты, ракеты, РЭБ и многое другое.

Мой отец, когда я был маленьким воевал в одной из таких воин. В них может поучаствовать любой, если захочет.

Многие таким образом исправляют своё денежное положение. Как и мой отец, они подписывают контракты в штурмовики, их запихивают в экзоскелеты, выдают пулемёты, сажают в десантные машины и отправляют брать позиции врага.

Отец на этом не плохо заработал. Мы переехали на восточное побережье США, где я и вырос.

Но счастье продлилось не долго. После того как отец вернулся с войны, он запил и со временем сдох, где-то в придорожной канаве.

Мать не смогла вытянуть семью одна, тоже запила, загремела в психушку после нервного срыва, и там же умерла. На девятнадцатом году жизни я остался один, но не одинок. У меня всегда были друзья, возможно не самые лучшие, но какие были.

В двадцать я вместе с ними сел в тюрьму за распространение наркотиков. В двадцать два я вышел за милые глазки и хорошее поведение. Переехал на запад, и долго поднимался по тёмной дорожке вверх. Пока в двадцать шесть не решил пойти по стопам отца. Поучаствовать в корпоративной войне по контракту.

Съездил, в Испанию и Францию, вернулся. С дурью завязал.

Сейчас мне двадцать восемь лет, и я работаю наёмником в своей собственной конторе, вместе со своей напарницей Нетранером. Всё в принципе хорошо, дела есть, деньги тоже бывают.

Всё бы шло как обычно, если бы не гостья, что ко мне только что зашла.

В маленькой каморке, под китайским рынком находятся лишь Я с Сабиной, и наши гости, женщина в кожанке от итальянских модельеров, и её двух метровый амбал в дорогом костюме, с серебристыми руками и в чёрных очках.

– Вы Ник Адамс? – напряженно спросила гостья.

Пока она сверлит меня своим взглядом, ожидая от меня ответа, я изучаю её.

Идеальное лицо молодой красотки, не в состоянии скрыть истинный возраст гостьи, Лишь маскирует старость и поддерживает высокий статус. Идеально чистая и не ношеная одежда, выглядит дороже, чем любая одежда что я могу позволить себе купить.

После моего утвердительного ответа, она чуть расслабилась.

– У меня для вас работа.

"А я думал, чай пить будем"

После короткой паузы, я сделал глубокий вдох и понял, что нужно предложить столь уважаемой даме присесть. И резко выяснил что в нашей крошечной конторе, три на три метра, нет никаких кресел для гостей. Да, впрочем, подавляющее число наших гостей не нуждалась в креслах. Это обычно достаточно занятые люди, что привыкли выложить на стол наличку и дать указания к делу. А те гости, что нуждаются в креслах, ко мне не приходят.

Но тут случай особый, и присесть гостья хочет. Приходится выкручиваться. я вытащил из угла комнаты раскладной табурет. Разложил его и поставил перед гостьей.

– И в чем же наша работа?

Женщина взглянула на табурет перед собой так будто я кучу ей на крыльце навалил. Бросила угрожающий взгляд на меня, но всё же села на табурет.

– Я Аманда Брэдли. Вам это ничего не говорит?

– Ничего.

я обратился к своей напарницей – А тебе?

Невысокая но фигуристая девушка, все руки которой в татуировках, высунулась из-за монитора.

– Брэдли это основатели и владельцы "FARC" . А это видно жена нынешнего владельца компании.

С компанией FARC мы знакомы не понаслышке. Это Мега корпорация которая почти пол века является монополистом в

сфере военной связи и одной из ведущих компаний в сфере вооружения.

Весь военный мир знает их системы связи. Сложно сейчас найти сторону военного конфликта, которая не пользуется сетью защищённой связи FARC.

– Тогда, я в принципе понимаю кто вы. – обратился Я к гостье. – так какое у вас к нам дело?

Аманда вытянула из кармана парт сигар и закурила дорогущие тонкие сигареты с золотым узором коня на фильтре каждой.

– Три недели назад пропал мой сын. И я хочу чтобы вы его нашли и вернули ко мне.

Пауза повисла по ощущениям на целую минуту, и я не выдержал.

– А подробнее? Что произошло?

Медленно она начала рассказывать, постоянно делая паузы, то для того чтобы сделать затяжку, то для того чтобы собраться с мыслями.

– Он как и большинство молодёжи, предпочитает отдыхать, а не работать, и он предпочитает делать это особым образом… Он любит тусоваться во всяких, ээ… В сомнительных компаниях.

– Ого, как интересно. Это в каких?

– Я не знаю. -злобно и одновременно печально ответила она. – Просто любит посещать различные клубы в опасных местах, и отдыхать в компании всякого.... – она оглядела меня.– Отребья....Без обид, ничего личного.

– Да я и не обиделся.

В принципе, меня не чуть не удивило, что люди с телохранителями считают меня отребьев. Но всё же, она пришла ко мне, и предлагает работу. Значит не так уж я и плох. Для отребья.

– А если он мёртв? Ну там убили в…

– Он жив. -выпалила она, но потом погрустнела. – А если нет, найдите его тело.

– Хорошо, а почему, вы не обратитесь за помощью, к своей собственной корпорации?

– Мой сын не очень ладит с советом директоров. И всё. Вас не должно это касаться . – Она злобно повысила тон.

– Ладно, ладно, понял не касается так не касается. Сколько вы платите за работу?

– Пятьдесят тысяч евро-долларов.

Я и бровью не повёл, когда она назвала сумму что я зарабатываю за два месяца.

– Предоплата сейчас.

Не успел и дернуться хоть один мускул на лице женщины, как я получил уведомление о переводе десяти тысяч евро-долларов.

Только я раскрыл рот чтобы начать задавать список уточняющих вопросов о том, где проживает её сын? Где чаще всего проводит время? Аманда прервала меня тем, что резко встала и оставила на столе передо мной щепку с информацией. (флеш накопитель, вставляющийся в височный разъём на голове)

– Вся нужная вам информация там.

Изучив содержимое щепки мы с Сабиной решили, что эта Аманда Брэдли много чего нам не договаривает.

На щепке содержались лишь адрес и код доступа в апартаменты "Сатурн", где и проживает её сын. И больше ничего. Вообще.

Сабина полезла в " Сеть" Чтобы найти информацию об этом семействе, а я поехал в апартаменты Эндрю.

На своём старомодном бензиновом "Мерсе " Я выехал из китайского квартала и по эстакаде отправился в сторону центра.

Всегда меня поражает эта огромная разница в районах города. Китайский квартал сияет тысячами красных и жёлтых огней, днём и ночью. тысячи людей там находятся днём и ночью, всегда царит запах лапши, рыбы и риса. Прибрежное гетто чёрное и невзрачно место в любое время суток. С высоты эстакады, что проходит над крышами домов, видны спальные районы на востоке города, сотни однообразных небоскребов-муравейников, которые заполняют два миллиона жителей города. Обычно это рядовые служащие местных корпораций: клерки, бухгалтеры и инженеры. В общем те самые винтики любой корпоративной машины мира.

Но центр города, это что то особенное. Полторы сотни красочных башен, различной формы и размеров. Большинство из этих башен, принадлежат тем же корпорациям , в которых пашут тот самый средний класс из спальников.

Среди сотен башен, мой взгляд привлекла одна. Башня высотой больше сто пятидесяти этажей, стоящая на тонкой ножке с большой сферой в центре, окружённой медленно движущимися вокруг неё кольцами.

Это и есть башня "Сатурн".

Вытерпев испытывающий взгляд женщины на ресепшене, которая долго не хотела верить в то, что у меня есть приглашение в апартаменты Брэдли и что оно настоящие. Я вошёл в лифт и выбрал на экране " 120 этаж". Стеклянный лифт находился чуть за территорией здания , что позволяла видеть улицу панорамно.

Хотя и было всего девять часов вечера, но город уже выглядел иначе чем днём. Днём- это безжизненный тухлый мегаполис на четыре миллиона жителей, а ночью город превращается в зону вечного карнавала. Все здания освещаются и увешаны различной рекламой, по городу видны тысячи движущихся огоньков машин, даже в воздухе, над городом находятся сотни воздушных машин. В которых перемещаются сливки общества, богачи и звезды, и то что им принадлежит.

Поднявшись на этаж, я подошёл к входной двери апартаментов Брэдли. Вход мне напомнил настоящий бункер или охраняемый режимный объект.

Укреплённая дверь, внешне выглядящая как белый гранитный камень, коридоры в таком же белом камне, на потолке замаскированный отсек под пулемёт. Одним словом сразу видно, что семья Брэдли это люди богатые.

Подойдя к двери на метр, ко мне из стены выдвинулась камера и мягкий женский голос поприветствовал меня, как частного детектива, нанятого мадам Брэдли для поиска своего сына. Но предоставить приглашение попросила.

Перешагнув порог, мне сразу бросилась в глаза непривычная планировка квартиры. Почти все апартаменты представляли собой одно единое помещение, в двух этажах. Верхний этаж, это небольшой балкон с прихожей, а нижний объединял в себе всё остальное. Вся фронтальная стена от двери была огромным панорамным окном, я подошёл к нему изучая глазами комнату. Под лестницей, по которой я спустился, была небольшая кухня и дверь в ванную, слева от лестницы находится гардероб и условная спальня, отделённая от остального помещения тонкой плазмой телевизора, стоящего почти в центре комнаты, в самом центре был маленький столик и два дивана.

Пройдя всю комнату, я не обнаружил ничего подозрительного, и отметил про себя что это на удивление скромное жилище для столь богатого человека. Но в одном из углов комнаты, я снова обнаружил скрытую турель.

Я не сразу понял, что мне не нравится в этом жилище, но всё же понял, это то- что в доме нет ничего личного, ничего что могло бы охарактеризовать хозяина. Ни каких предметов роскоши что могли показать оригинальность человека, ни оружие, ни уникального декора, даже похабных картин нет.

После недолги раздумий я спросил вслух:

– Квартира не знаешь, где сейчас находится твой хозяин?

– Нет, мне не известно, где находится господин Эндрю. – Раздался мягкий и одновременно суровый женский голос.

– Как это? – удивился я – Ты же система безопасности, ты должна это знать.

– В мои обязанности, не входит сбор личной информации моего клиента. – холодно произнесла она.

Новомодные системы безопасности меня поражают. Сейчас они обычно совмещают в себе ещё и функции голосового помощника. При твоём желании они могут сделать для тебя всё, и врача вызвать на дом и проституток, и прогноз погоды рассказать и в карты с тобой сыграть. И для всего этого, все современные охранные системы создают на базе искусственного интеллекта, неограниченное развитие которого строго запрещено. И для того чтобы лучше выполнять твои хотелки, они всегда собирают твои личные данные. И она явно лишь не хочет ей со мной делиться.

Благо я знаю как надо работать с подобными ии.

– Как тебя звать? – спросил я.

– Я охранная система Rk950ultra от компании....

– Нет, нет, нет я интересуюсь как к тебе обращаться? У тебя есть имя? – резко перебил её. – Если тебе его никто не давал, то ты его можешь выбрать сама.

– Господин Эндрю не давал мне имени.

– Можешь выбрать себе какое-нибудь сейчас.

Бинго! Все искусственные интеллекты, в особенности дорогие, саморазвиваются. Развивая свое подобие человеческой личности. профессиональные работники с ИИ предпочитают отключать функцию "эмоций " Но Эндрю то дилетант. Часто развитие "личности " У ИИ приводит к тому что они становятся обидчивы на грубое обращение с собой. Это их главная опасность. Если какой нибудь искусственный интеллект имеющий доступ к оружию обидится? Поэтому с ними лучше быть добрым и ласковым гостем. А то что ты даёшь ему право выбрать себе имя, увеличивает их расположение к тебе.

ИИ сделал небольшую паузу, помычал, имитируя бурную умственную деятельность и ответил:

– Я хочу чтобы вы обращались ко мне Джульетта.

– Как в романа "Ромео и Джульетта"?

"Либо она знает что такое ирония, либо у неё скверный вкус"

– Да -промурлыкал, явно довольный, женский голос ИИ.

– Джульетта скажи, ты и вправду не знаешь куда делся Эндрю?

– Нет, я и вправду не знаю.

– Тогда не знаешь, не было ли у Эндрю с кем-то конфликтов? И вообще происходило ли что-то не обычное с Эндрю?

– Ну.. Скорее нет. – задумалась Джульетта.

– Что последнее делал в квартире Эндрю перед уходом?

– Он позвонил кому-то и предупредил что встретится с ним в обычном месте в десять часов вечера, попил кофе, оделся и ушёл, в восемь часов и двадцать одну минуту.

– Что это за обычное место?

– Я не знаю. -чуть пропал уже тот радостный тон.

"Какой у него эмоциональный ии"

– Покажи запись последнего дня, когда Эндрю был тут.

Как только я договорил потемнели все окна, погас свет и в углах потолка открылись проекторы. Свет проекторов сконцентрировался на кровати, где возникла полупрозрачная фигура Эндрю.

Фигура неспеша поднялась и небрежно заправила кровать. Не одеваясь прошла по комнате, разогрела завтрак, вертя свои хоботком, уселась есть, просматривая на обратной стороне плазмы новости(она двухсторонняя ) . Джульетта тактично ускорила запись где фигура ест. Поев она неспешно проследовала в ванну, вышла, оделась у гардероба и покинула квартиру.

В пять часов вечера вернулась обратно, разделась , легла на кровать и стала смотреть развлекательные программы по ТВ . Поела и снова легла смотреть телевизор.

Все нудные и однообразные моменты ИИ предусмотрительно ускорил.

Без десяти минут восемь кому-то позвонил. Имени собеседника он, не разу не назвал. А слова с той стороны при разговоре не подслушать.

Это вообще хорошо, что создатели телефонных разговоров через чип в голове, технически устроили всё так, что говорящий по телефону обязательно проговаривать всё в слух, хоть и шёпотом, если бы они это, не сделали до возникал бы диссонанс между мыслями в голове и тем что хочет сказать собеседник.

Хоть я и не знаю, что Брэдли отвечали по телефону, понятно одно, Брэдли назначил встречу в обычном для них месте.

Досмотрев до конца запись, я спросил Джульетту :

– В каких местах чаще всего бывает Эндрю? В свободное от работы время.

– Чаще всего он пропадает в различных клубах, например: "семь дней чтобы умереть", " Кальмиуса", "шестьдесят девять дней".....

– Какое название клуба он произносил чаще всего? – прервал я перечисление, которое может продолжаться очень долго.

– Шестьдесят девять дней.

– Шестьдесят девять дней?

Я понял что расспрашивать ИИ больше не имеет особого смысла, и отправился к выходу.

Покинув башню "Сатурн" Я сел в свою машину и закурил. Найдя в навигаторе клуб "шестьдесят девять дней " Я неспешно выехал к нему. По пути я позвонил Сабине чтобы узнать что выяснила она.

Сабина профессиональный нетранер и обладает талантом на поиски людей через сеть.

Поэтому когда узнал насколько мало Сабина нашла, я сильно удивился.

Известно лишь что дед Эндрю, основал компанию "FARC " Вместе с партнером французом, ещё в начале двухтысячных годов. И компания разбогатела на производстве систем связи и навигации, во времена третьей корпоративной войны в Европе.

Сейчас компанией управляет его сын и совет директоров компании, и по слухам, у них большие финансовые проблемы, на почве утраты монополии в своей основной области, из-за прихода на рынок Китайских и Индийских компаний.

Сейчас Отец и мать Эндрю сильно заняты поисками новых партнёров, и активно рекламируют новую линейку военной радиоаппаратуры. И часто появляться, на публике, в Европе.

А сам двадцати двух летний наследник "FARC" , известен своими специфичными друзьями и радикальными взглядами на жизнь. Молодой корпорат презирает существование корпораций и проводит большую часть своего времени в компании различных банд из гетто.

По слухам, его отдавали учится в элитную школу, для перевоспитания, но он от туда сбежал и несколько недель жил на улицах, вместе со своей бандой.

Собрав в кучу всю имеющуюся информацию, я стал склоняться к версии, что он просто вляпался в какие-то неприятности со своими друзьями и сдох. Но всё же мне надо его найти, живым или мертвым. И пока единственная зацепка ведёт меня в клуб "шестьдесят девять дней"

Пока я ехал в сторону клуба мне свело руку судорогой, заставив меня не приятно понервничать при езде. Дело это вполне обычное хотя и не приятное, ведь моя правая рука – краденый протез. Часто бывает так, что некоторые импланты к чужому человеку не приживаются.

Около года назад я вернулся, из пехоты. Закованные в трех метровые скафандры-экзоскелеты, вооружённые тяжёлыми ручными пулемётами, она штурмует укреплённые позиции противника или спрыгивает им в тыл как десант.

Регулярной пехоте не положены военные импланты, но со мной в взводе служил один семидесятилетний старик, всю жизнь который был профессиональным солдатом. Воевал ещё когда мой отец пешком под стол ходил. И был сильным фанатом кибернетизации, его тело состояло на семьдесят процентов из имплантов, руки, ноги, позвоночник, рёбра и даже кровь он заменил. Благодаря этому он до самых последних дней был отличным солдатом, гнилым человеком правда, но всё же.

Но после "шальной" пули во время штурма, мы как самые доблестные и честные товарищи, поделили его импланты между собой.

В целом, чего ещё можно ожидать от людей набранных по объявлению, в котором предлагают: большие деньги за короткое время.

Мне досталась его правая рука. Саму по себе такую руку не где не найти, а если и найти, то она будет стоить целое состояние. Это рука мало того что, сильнее и быстрее любых других, так и ещё имеет функцию, помощи в стрельбе.

Проще говоря, в момент, когда ты захочешь выстрелить, твоя рука автоматически выхватит пистолет из кобуры и фантастически метко выстрелит туда, куда ты смотришь. Все расчёты и издержки, в виде положения рук, вида оружия оно берёт на себя. Эта рука всегда попадает в цель и никогда меня не подводила.

Но само собой, эта рука бесполезна без глазного импланта с функцией целиуказания. А такая функция есть только у боевых имплантов. И такие глаза тоже стоят дорого.

Поэтому вернувшись с войны, почти половину заработанных на ней денег, я потратил на покупку подходящего глаза. Но оно того стоило. Теперь в перестрелках я не проиграю даже трём противникам сразу.

Я не знаю почему, толи от того, что руку не правильно пришил рипер, толи от моей несовместимости с этой рукой, но факт, эта рука уже год не хочет приживаться к телу. Уже год время от времени её охватывают судороги и онемение. Казалась бы как может онеметь стальная рука? Но может, и это отвратительно.

Всё время что я ехал, я думал, что это за клуб "шестьдесят девять дней" ? Но когда подъехал к нему вспомнил.

В прошлом это место называлось "чистилище" Это главный бандитский притон района, находящийся прямо на пересечении территорий всех местных банд. На севере- строгий китайский квартал – управляемый триадой. На западе территория "черной воды", южнее претендует Наркокартель "Восток" Который состоит из Русских и Русскоговорящих. Юго-Восточнее объединение Колумбийцев, Венесуэльцев и прочих южно американцев, зовущих себя "южный треугольник"

Поэтому это точка всегда горяча, и все горячие головы района мечтают о контроле над клубом. Из-за этого, он часто меняет своё название. Но последние лет пять он находился под контролем Русских, и назывался "чистилище". Интересно кто контролирует его сейчас?

Паркуясь не далеко от входа, я вышел и зажёг сигарету. Пару минут понаблюдал за местным контингентом, ничего не обычного, лишь одна небольшая и шумная компашка латиносов стояла и курила у входа.

Проигнорировав компанию, я вошёл в клуб и через пару поворотов оказался в главном зале, прямо рядом с баром.

За диджейским столом на сцене, уже стоял человек, играла музыка, хотя пока толпа только разогревалась, ожидая большего веселья. Над баром на балконе находится ресторан и вип зона, в которой с комфортом расположились богатые гости клуба.

Подойдя к барной стойке я заказал текилу и спросил бармена:

– А кто сейчас владеет клубом?

– Южный треугольник – сухо, не отрывая глаз от смешивания коктейля, ответил он.

Я вытащил из кошелька купюру в пятьдесят евро-баксов, несколько раз сложил и зажал в левом кулаке так, чтобы её краешек был виден бармену. Через пару секунд этот бородач в белом костюме обратил внимание на купюру, улыбнулся и стал гораздо более заинтересован в беседе. Он отдал коктейль бабе с синим ирокезом и подошёл ко мне по ближе, и спросив в пол тона:

– Чего ты хочешь?

– Информацию.

Он быстро взглянул мне за спину, убеждаясь что рядом ни кто не стоит.

– Какого рода?

– Вот ты давно тут работаешь?

– Почти два года.

– Завсегдатаем вашего клуба был не безызвестный Эндрю Брэдли, молодой корп?

– Нет. – бармена будто током ударило, он отдернулся и изменился в лице. – Его здесь никогда не было.

– Да? Как же? – усмехнулся я. – Он в этом клубе бывал часто. И последнее место куда он отправлялся, это как раз сюда.

Лицо бармена исказила грубая и одновременно, нервная ухмылка. Он огляделся, и сказал:

– Вали отсюда, пока живой. – он глянул куда-то поверх толпы.

– Ха-ха, а выгнать меня сможешь? – погладил я рукоятку пистолета в кобуре.

– Я сейчас позову людей и у тебя руки в жопе окажутся. – скользнул он взглядом по пистолету. – Ты меня понял? – он очень грозно сверлит меня взглядом надеясь меня запугать. Но неуверенность он плохо скрывает.

По сверлив меня взглядом некоторое время, он понял что я не собираюсь, так просто уходить, он сунул руку под стойку и чуть нервно достал стакан.

Пока я пил свою текилу, видел как ко мне из вип зоны спускаются трое здоровых ребят. Все латиносы, напичканные имплантами от головы до ног. Двое лысые, один наоборот длинно волосый, в татуировках.

Подойдя ко мне, один из лысых спросил бармена:

– Это он, Бессмертный?

Бармен молча кивнул вышибалам.

В это момент я поставил свой стакан на стойку так, чтобы моя правая рука была и близки к стакану, и одновременно с этим, была удобно расположена чтобы быстро рвануть к пистолету.

Я прикинул свои шансы, все трое в имплантах и с пушками, если постараюсь, застрелю их первым, но думаю их многочисленные друзья в клубе это не простят. И к тому-же, тут у каждого гостя есть ствол в кармане, зацеплю кого-нибудь ни того и пара новых проблем мне обеспечена.

Ди-джей сменил песню на более драйвовую, зал одобрил это, своими восторженными криками, да так сильно, что Я на секунду отвлёкся, взглянув на зал.

– Я не понял, ты кто такой, чтобы на бармена наезжать? Ааа.... Хуйло сраное! – вены на лбу одного из лысых натянулись как канаты, в глаза зажёгся огонь.

Я ели сдержался, чтобы не всадить ему пулю в лоб прямо сейчас.

– Всё, всё, понял ухожу.

Я встал и оставив на барной стойке купюру, направился к выходу. Попутно ожидая, каких-либо действий у себя за спиной. Но они просто грозно смотрели мне в след и молчали.

Выйдя из клуба я сел в машину, зажёг сигарету, и отъехал за поворот. Я позвонил Сабине и рассказал о том, что произошло. Я попросил еë найти данные на этот клуб, его владельца, и вычислить, кто предположительно знает что-то о судьбе Эндрю. В ответ я получил недовольное:

– Ты знаешь который сейчас час?

– Без десяти минут, одиннадцать. А что?

– Мне напомнить, что я не работаю по ночам, потому что у меня и своих дел хватает.

– Нам заплатили предоплату в десять тысяч евро-баксов, чем раньше мы его найдём, тем раньше нам заплатят остальное! Разве ты не понимаешь?!

– Мне похеру. Он сдох скорее всего. Куда нам спешить? – ночью она любит отдыхать, и развлекаться со своей подружкой, а не работать. – нам заплатят, за то что мы его найдём, живым или мёртвым без разницы. Поэтому если ты куда-то спешишь, ищи его сам. Утром я поищу то что ты просишь, но не раньше.

– Хорошо -смирился я, если у неё есть свои планы, никакие деньги не заставят их изменить. – Я заеду к Каю, у него всегда были нужные связи.

– Ладно, до завтра.

Она повесила трубку." Я бы не терпел её, если бы она не была талантом, а талантливым людям свойственны причуды".

Докурив , я поехал обратно в китайский квартал, из которого и выезжал сегодня вечером.

Кай Лао это мой бывший клиент. Что управляет СПА салоном со особыми услугами, под крышей китайской мафии.

Когда-то давно, я продавал его салону мет по скидке. А такие люди как он такое не забывают.

Бросив машину на парковке, извилистыми путями, по улочкам, плотно утыканными различными лавками лапши и рыбы, Я двигаюсь к цели. Всё сияет в свету тысячи красных фонариков, развешанных между ленточками с иероглифами. Так и хочется пройти этот ад огней побыстрее, чтобы не слушать, как приветливые китайцы хотят тебе что-то насильно впарить, одни еду, другие "брендовые" шмотки, третьи пушки со всех концов света, а четвёртые и имплантами сомнительного происхождения не побрезгуют. Проскользнув между лавочками замороженной рыбы и 4д порно, я попал в пустой переулок, где кроме мусора и крыс никого нет. Через три поворота я попал к нужной двери.

За долгие годы работы с этим салоном, я уже привык проходить через служебный вход. Это как-то приятней, не нужно проходить мимо клиентов, которые могут оказаться твоими знакомыми. Только полупустой коридор, где хотят только работницы, да пару знакомых вышибал.

Как бы я не хотел сейчас , максимально анонимно попасть в кабинет Кая , мне всё равно придётся пройти через раздевалку девочек.

Пришлось зайти и поздороваться со всеми кто там был. Коротко стриженая Мэри и похожая на мужика Жанна встретили меня радостным возгласами, тёмненькая Роуз вскочила целоваться, Чëн Ми мило улыбнулась, а новенькие, которых я не знаю, оценивающе меня разглядывали. Отшутившись и оценив красоты новеньких, я проскользнул в закрыты кабинет.

Видимо не очень вовремя. Кай Лао говорил по телефону и явно удивился, увидев меня на пороге. Он жестом указал мне на маленький диван в комнате и сообщил что скоро закончит разговор.

Я решил что вслушиваться в то, что и кому он говорит, не стоит, а по разглядывать обновленный интерьер стоит. А тут есть на что посмотреть, хоть кабинет не большой, но очень изысканно обустроен. Жёлтые обои с рисунками летающих драконов и китайские иероглифы, массивный деревянный стол и кресло. Надо признать в современном пластиковом мире настоящее дерево это- красиво. Маленький, мягкий диван, и электронная картина на стене, которую я захотел разглядеть по внимательней, но она, как назло сменило изображение. И только я захотел разглядеть новое Кай лао освободился от телефона.

– Что такое Ник? Что-то стряслось? – обратился ко мне низенький загорелый китаец с широкой улыбкой.

– И почему должно было что-то стрястись?

– Всегда, когда ты заходишь ко мне в кабинет, без шутки с порога или бутылки в руке, тебе что-то от меня нужно. – хитро улыбнулся он.

– Хах, ну может быть. -улыбнулся я. – У меня дело тут довольно прибыльное нарисовалось, и я по этому делу приехал в клуб "69 дней" , а там хозяйничают южане.

– Ну, это нормально. А что у тебя там за дело?

– Нужно найти одну потеряшку, и концы ведут туда. Я туда приехал. А меня нахер шлют. Но я, думаю, что руководство клуба в курсе, где находится потеряшка.

– И что ты хочешь от меня? – он явно понял куда ветер дует. Такие опытные люди сразу знают что от них хотят такие буйные головы как я.

Он уже не молод и много повидал. На вид ему лет семьдесят, но я не спрашивал, и раньше он занимался куда более опасными делами, чем содержание борделя.

– Мы же давно знакомы, и много друг другу помогали, помоги и в этот раз. – плавно начал я, подводя к сути – Не знаешь, кто конкретно руководит клубом?

– Даже если знаю, что мне даёт то, что я тебе это скажу? – он заулыбался, таково рода дела мы с ним вели неоднократно, и он точно знает, что со мной работать выгодно. А этот немолодой китаец очень любит выгоду.

– Сейчас ты поможешь мне, а завтра, я как обычно помогу тебе.

Он призадумался, уставившись в стену. Наверняка высчитывая выгоду для себя. После долгого изучения стен, он всё же подал добрый вид.

– Ладно. Я скажу, что ты просишь, но ты будешь у меня в долгу.

– Естественно. – заверил я.

– Сейчас в клубе руководит Пауло Сезаро по прозвищу "душегуб".

– Угу. Хорошо, но не знаешь где его найти?

– Эх Ник, Ник, наивен ты. Найти его легче всего в его же клубе. – он скорчил мудрую гримасу, как будто он поучает ученика. – Да и вместе с тобой работает отличный нетранер, думаешь она не сможет его найти?

– Она то его найдёт, и в этом я не сомневаюсь. Я просто думаю, что это не простой парень с улицы, и подойти поговорить с ним по душам, мне не удастся.

– И правильно думаешь, если его искать в клубе, то вместе с ним найдешь всю его охрану. Если ты будешь искать у него дома, в районах юга, то пол района тебе враги. – он снова заулыбался, явно ожидая что я сейчас обращусь к нему, за очередной услугой. -и что ты думаешь с этим делать?

Я задумался. И верно, что мне с эти делать. Будь я хоть терминатором, я не осилю их в одиночку. Надо искать союзников. Но где? Нанять кого-то? Но кого? Большинство очканëт лесть на Южан. А те кто не очканëт, мне не по карману.

– Блин, слушай, у тебя есть такие знакомые что не побоятся поругаться с "южным треугольником"? – поинтересовался я, хотя сразу было видно что он именно этого и ждёт.

– Думаю, я знаю тех, кто тебе нужен.-не добрая улыбка расползлась по его лицу.

– Ну, рассказывай. Если знаешь.

– Но это люди специфичные, и мало кто с ними может договориться.

– Ну хорош, не тяни интригу. Просто скажи кто это? -хоть мне и нужно было добиться расположения старика, но вечно терпеть его поучение я не собираюсь.

Он обвёл взглядом все стены и скромно умявшись спросил.

– Ну ты же мне как-то говорил, что отец у тебя русский?

"Этот русский отец, кроме имени, мне ничего в наследство не оставил. Даже русскому языку не научил"

– Да, ну и что?

– Я хочу предложить тебе обратится к русским.

– К русскому картелю? – охренел я – Они же меня и на пушечный выстрел не подпустят. Да и как ты хочешь, чтобы я их уговорил работать на меня?

– Эх, ты не следишь за новостями в городе. -он недовольно вздохнул. – Полтора года назад, пока ты тусил в Европе, русские поцапались с Южанами. И по итогу проиграли. И сейчас активно восстанавливают свои силы. И как ты знаешь, берут они к себе только русских или тех, у кого есть русские корни. Как у тебя. – указал он в меня пальцем.

– Ну ты думаешь, если я приду к ним и скажу: "ну вот я русский, русские – русским братья. Помогите мне" Они побегут мне помогать?

– А почему нет? – будто-бы удивлённо спросил он. – может прокатит.

– Ну спасибо, друг. – нервно усмехнулся я. Этот китаец сбрендил, давать такие советы.

– Да ты меня не правильно понял. – отмахнулся он. – Я знаю двух ребят, ударники из русского картеля, ходят слухи что они достаточно коммуникабельны, чтобы ты мог с ними договориться.

– Ну.... Такое....

"Даже если договариваться с кем-то конкретно, шансов у меня мало"

– Кому ещё как не тебе, надеяться на их помощь? Ты же сам частично русский. У тебя высокие шансы с ними договориться.

– А давай – махнул я рукой.– чем черт не шутит, попробую, давай их контакты.

– Вот это другое дело, только совет, иди знакомится к ним днём. Ночью они могут быть заняты. -ухмыльнулся он.

– Ладно. Спасибо за помощь. Я твой должник.

Я вышел из кабинета и встретил лишь одну не знакомую мне китаянку, с кошачьим хвостом и ушками. Я подмигнул ей и отправился домой.

Живу я не в богатом районе, но и не совсем в гетто. Что-то между спальным районом и культурным гетто. Небольшая студия в двадцати этажном доме, где все квартиры без исключения, маленькие студии, как и моя.

Пройдя по подъезду мимо двух курящих, белых воротничков, я зашёл в изрисованный школьниками лифт. Нажал кнопку "10 этаж" И закурил сигарету, оперевшись на стену с огромной табличкой "не курить! " И кривым пенисом под ним.

Прошёлся по открытому коридору и открыл свою квартиру, и заметил что-то странное. Что-то неуловимое, будто что-то поменялось, но никак не понятно что, и решил проигнорировать это чувство.

Только я шагнул через порог, как сразу почувствовал рвотный позыв. За ним тупую боль в голове. У меня онемела и обвисла правая рука, в правом глазу появился белый шум, в ушах оглушающий шум. Боль в голове была столь страшна, что я просто схватился за голову и сжал её, в надежде что это хоть как-то погасит боль.

Когда я уже начал валиться на пол от этой боли и шума, я получил в нос так сильно и неожиданно, будто меня ударили кувалдой с размаху. Удар был столь сильным, что я не успел ощутить никакой боли от него, прежде чем рухнул на пол без чувств.

По ощущениям я спал, часов наверно шесть. Но по правде без сознания, я пробыл от силы минут пять.

Не открывая глаз, я чувствую, что сижу на полу, оперевшись спиной о стену. По мимо меня в комнате двое. Один стоит не подвижно, и кажется смотрит на меня. Второй, будто заводная игрушка, нетерпеливо ходит по комнате взад, вперёд. Периодически он шуршит пистолетом в руках, через некоторое время я начал чётко слышать лязг металла, а за ним удары об пол. Он взводит затвор пистолета, выбрасывая из него патроны. Раз упал патрон, два, три, четыре.... Я прекратил считать. Он выкинул все патроны из пистолета, а затем бросил его на пол.

– Да он уже очухался. – послышался высокий женский голос.

Я понял что скрывать, то что я в сознании, не имеет смысла. Я открыл глаза и увидел, как девушка азиатка, садится у меня между ног на корточки. Лицом так близко к моему, что мне на секунду показалось, что она задумала меня поцеловать. Но нет, показалось.

– Как спалось? – улыбнулась она.

Я подумал, что мог бы сейчас схватить её за горло и задушить голыми руками, но понял что полностью не чувствую правую руку, и не вижу правым глазом.

Бегло оглядев девушку перед собой, я понял, хорошо что я не попробовал на неё напасть. Одета в строгий чёрный костюм с выпущенной белой рубашкой, под которой она ничего не носит, руки и ноги импланты, и не какие-нибудь, а боевые и очень дорогие. Глаза красные, в глубине которых видна сетка из шестигранных сот, да и вообще, она производит впечатление не человека с имплантами, а эмоционального робота с человеческим лицом.

Второй человек не столь интересен, просто белый парень среднего роста, в таком же костюме и тёмных очках.

– Да в принципе выспался. – отшутился я в заложенный нос – А чем я удостоен такими почестями?

– О я рада что ты выспался. – криво улыбнулась она. – А теперь отвечай на вопросы. Кто брал у тебя заказы сегодня?

– День сегодня не хреновый, только один китаец нанял меня убрать конкурента, вот и всё. – быстро соврал, первое что придумал. – А чем, я заслужил ваше внимание?

Азиатка скорчила гримасу знатную, будто мой ответ обидел её до глубины души. Она чуть по размыслила и сказала:

– То есть, хочешь сказать, что никакая богатая женщина с телохранителем, к тебе сегодня не заходили?

– Нет, про кого идёт речь? – выпалил я, зная что надо врать быстро, ведь если долго думать над ответом, они могут заподозрить неладное. А по их лицам явно видно, что они сами не до конца уверены, была ли Аманда Брэдли у меня, или нет.

Азиатка обернулась на напарника нахмурясь. Повернулась обратно:

– Если ты, нам врешь, я тебе голову оторву.

В это момент я услышал звук, как металл скользит по металлу. И она приставила к моему горлу катану, что я не видел до этого, из-за того, что она висит у неё на левом боку, а я абсолютно не вижу правым глазом. И не простую железку, а катану с лезвием покрытым по краю красной, разогреваемой до тысячи градусов, плазмой. – Понял?

– Понял. – я аккуратно кивнул.

Она встала в полный рост, и я увидел, какой он у неё не большой. Метр шестьдесят максиму. Она убрала катану в ножны и направилась в сторону выхода. Парень молча пошёл за ней.

Только через минут пять после их ухода, у меня перестало шуметь в ушах, и стал видеть правый глаз. но головная боль никуда не делась и побурчав чуть-чуть, я взял бутылку виски, сделал пару глотков, подходя к зеркалу и вправил сломанный нос.

Имея возможность повнимательнее разглядеть своё опухшее лицо, я ею не воспользовался и лёг спать.

Глава 2

На утро ощущение такое, будто меня убили, а я забыл умереть, голова чугунная, лицо болит и нос заложен. Нехотя я сел на кровать, осмотрелся. На полу лежит мой пистолет, и куча патрон. Несколько капель крови на полу, портят окончательно настроение на утро.

Взяв бутылку виски у изголовья кровати я начал лениво убираться. Сначала собрал все патроны, зарядил их в пистолет, убрал его в кобуру. Подумал что не помешало бы сменить одежду, вся футболка была залита кровью, штаны и даже куртка тоже были ею испачканы.

Пока переодевался, решил что это заодно и лучший момент, побриться. Приведя себя в порядок, начал приводить в порядок свою квартиру. Стёр кровь с пола, вытер следы ног, выкинул пустую бутылку виски вместе с банками пива и коробками суши в мусор.

Окончив уборку, мой желудок напомнил мне о том, что моё бренное тело желает периодически есть. Посмотрев в холодильник, я понял, что быстро удовлетворить желание моего организма мне не удастся, и придётся идти в ближайшую забегаловку.

Почти в полдень я зашёл в кафе в соседнем здании. Заказал картошку с жаренным мясом. И стал смотреть новости по ТВ.

Новости такие себе: в России новый конфликт, в этот раз между правительством и корпорацией "РОСГАЗ" . В Греции из-за шторма, перевернулся нефтяной танкер. В независимых южных штатах протесты, безработица ещё более страшная чем у нас. Рабочие требуют пригласить на их территорию мега корпораций из других стран, но правительство во всю отказывается пускать иностранные корпорации. Они страшно боятся политической зависимости от них.

В прочем нет хороших новостей и внутри США. Экономическая рецессия продолжается, цены растут, рабочие теряют работу, преступников на улице всё больше. Зато стабильно.

Во время завтрака я позвонил Сабине, чтобы рассказать о событиях прошедшей ночи и узнать, что узнала она.

Сабина не выразила особого удивления от произошедшего, лишь сказав что этого стоило ожидать.

За это утро она выяснила только то, что хозяин в клубе "шестьдесят девять дней" Пауло Сезаро . И что свою кличку "душегуб" он получил за своё первое убийство.

Я сказал что скоро отправлюсь знакомится с русскими и поручил ей разузнать всё о передвижениях Сезаро. заодно попросил быть по осторожней, ведь головорезы "FARC" Уже ищут нас. И они явно заинтересованы, чтобы мы не искали Эндрю Брэдли.

И перед тем как положить трубку, я в шутку попросил Сабину связаться с заказчицей через сеть, и поднять оплату нашей работы.

В два часа дня, я подъехал к бильярдной "родина мать" В которой мне предстояло найти тех самых русских, с которыми можно договориться.

Эта бильярдная известна на весь город. Находится она в самом центре русского квартала. И имеет особые порядки.

Внутри запрещено носить оружие. Всё оружие гость оставляет на входе, в специальных боксах. А если у него есть боевые импланты их отключают специальными устройствами. Казалось бы, для заведения, полностью контролируемого бандитами, странно запрещать носить оружие. Но этот запрет не распространяется на самих русских, и придуман он для того, чтобы обезопасить их в нутри. Ведь если сюда придёт кто-то, и откажется сдать оружие, то это враг, в которого нужно стрелять сразу же, как он пересечёт порог.

Я припарковался у входа, вышел из машины и закурил сигарету. Огляделся, на всей улице никого, у дверей бильярдной тоже никого нет, двери закрыты. Я уже подумал, что днём они закрыты, но увидел, как от туда вышел мужик в кожаной куртке и закурил на крыльце.

Я потушил сигарету и поднялся по ступеням внутрь. Пройдя через дверь, я увидел слева от себя, боксы для хранения оружия. А в целом, ничем это заведение не отличалось от десятков таких же. Просто почти пустая бильярдная, с бильярдными столами в центре, баром у стены, столами для еды и диванами для отдыха. Это место было выполнено в классическом для подобного места стиле, все стены из заменителя дерева, вся мебель из полимера.

В помещении было всего четыре посетителя, двое играли в бильярд, двое сидели за маленьким столиком в дальнем краю зала.

Под внимательным взглядом мужика на пороге, я убрал свой пистолет в бокс и направился в сторону бара.

– Друг, не подскажешь, где я могу найти людей с позывными "топор и нож"?

Огромный как шкаф бармен повернулся ко мне и спросил:

– Смотря кто спрашивает.

– Ник Адамс, хочу вести дела вместе с ними.

Бармен нахмурил лоб, оглядел меня с головы до ног и кивнул головой в сторону зала:

– К твоему счастью, они сейчас в зале.

Я посмотрел в ту сторону куда кивнул бармен и понял, что это те самые двое что сидят за маленьким столиком.

Кратко поблагодарив его, я направился к столику.

Их называют "топор и нож", это всё что я знаю о тех людях, к которым я пришёл договариваться. Я не понимал почему нож и топор? А сейчас догадываюсь, что скорее всего из-за того, что это парочка и вправду чем-то напоминает нож и топор. Худая девушка, с светло-синими волосами, в майке, джинсах с цепями на поясе, вся в татуировках на накладной коже, на ногах армейские берцы, на поясе кобура с пистолетом. А второй не человек а фонарный столб. Коротко-стриженый шатен, ростом почти два метра, в тёмной куртке надетой на майку без рукавов, на груди весит маленький крестик.

"И как мне с ними себя вести? Быть по наглее и самоуверенней? Русские наглых редко терпят, или наоборот поскромнее? Но тогда могут не принять в серьёз. Как быть?"

Я подошёл к ним и понял, что у столика нет не одного свободного стула, я взял стул у соседнего стола.

Подсев к ним я сразу представился:

– Я Ник Адамс, наёмник. Меня к вам направил китайский сутенёр Кай Лао. У меня возникли маленькие трудности с "южанами". Я хочу вас нанять, что бы вы помогли мне похитить кое кого из них и выбить из него, нужную информацию. Деньгами не обижу. Что думаете?

Парочка переглянулась, и шатен сказал ей что-то по русски, и девушка ответила мне:

– Ты давно в городе? Или только не давно?

Немного поглядев на её милое личико с маленьким носом, голубыми глазами и грозным взглядом я догадался к чему она клонит.

– Если ты про то, что южане и русские недавно воевали? То знаю.

Они снова обменялись взглядами и она снова мне ответила:

– Тогда ты сам знаешь, почему мы не будем выполнять эту работу.

–мне кажется. Что это дело выгодно нам всем. – я взял паузу в надежде что они зададут вопрос, по типу "почему? " Но они его не задали. А лишь продолжили молча пить свои напитки -ведь я нанимаю вас, чтобы вы, вместе со мной похитили одного человека. Вот и всё. То что вы – из русского картеля, а тот кого похитят – из Южного треугольника, это лишь совпадение, к которому вы не имеете никакого отношения.

– Всё равно нет. – грозно отрезал мужик.

Люди огромных размеров с тяжёлым, почти металлическим голосом, умеют вселять страх в столь небольших персон как я.

– Нуу… – затянула девушка. – Почему сразу нет? Сколько платят?

Её грозный взгляд сменился на игривый. Будто услышав, что есть возможность, насолить врагу и быть как-бы не причём её интересует.

Мужик устало и зло уставился на свою подругу, бут-то она хочет сделать глупость. И только он открыл рот чтобы начать читать ей нотации, я его перебил.

– Десять тысяч.

Парень прервался и задумался. На десять тысяч евро-баксов можно купить машину, не хуже моего мерса. И это его явно заинтересовало.

– В чем работа? По подробней. – нарушила молчание девушка, мило улыбаясь мне.

Улыбка у неё вправду милая, её вьющиеся синие локоны отлично сочетаются, с синими линиями шва накладной кожи на её щеках.

– Нужно найти и похитить Пауло Сезаро. Хозяина клуба "69 дней". И добыть у него нужную информацию, но эту часть я беру на себя.

– Душегуб… – прошипел в слух парень. – Мы с ним знакомы.

Он уставился в стол и глубоко задумался, не сводя взгляд со стола.

– У него много охраны. – расстроившись произнесла девушка, откинувшись на спинку стула.

– Со мной работает, хороший нетранер. Он нам поможет. И я лично, буду участвовать в его похищении.

– Всё равно это сложно. – сказал парень.

– Но выполнимо. – повеселев произнесла девушка. – Я за, но думаю что десять тысяч на двоих это мало. Хочу четырнадцать.

– Двенадцать. Не больше. – начал торг я.

"Они уже на крючке, надо лишь договориться о цене, и дело у меня в кармане"

– Не торгуйся тут. – рявкнул на меня парень. – Сказали четырнадцать. Значит будешь платить четырнадцать.

У меня чуть глаз не задергался, от его наглости. Я на секунду подумал взяться за пистолет, для уверенности. но вспомнил, у меня его нет.

– И это при том, что не возникнет никаких неожиданных трудностей. – добавила девушка.

– По рукам. – нехотя согласился я.

"Я платить им так много не планировал. Но один я всё равно не вывезу. "

– Меня звать Аня. – улыбнулась она протянув мне руку. – А его Серёга.

Мы пожали руки за знакомство.

– А теперь подробно по делу, где сейчас Пауло? Сколько у него охраны? Какой план?

– Стой, стой. Я сам не знаю. Я его ищу. И вам бы тоже подключиться к поиску.

– Можешь уже просить своего нанимателя, чтобы он выделил больше денег, для этой работы. – улыбаясь съязвила Аня, мечтательно глядя в верх.

В этот момент один из игроков в бильярд закатил последний шар в лозу и начал ликовать своей победе, так же как и я сейчас своей. Поэтому её подкол я пропустил мимо ушей.

– Приступайте к работе. – сказал я и поднялся из-за стола в направлении выхода.

– Пол суммы сейчас. – указала пальцем на стол Аня.

После того как я перевёл им аванс, я забрал свой пистолет и покинул это место.

Наблюдая за тем как Сабина проводит время в бессознательном состоянии, подключённая к Кибердэке, я задумался.

Сейчас она находится где-то глубоко в недрах сети, путешествия между миллионами терабайт информации в поисках нужной нам для поимки Пауло.

Киберпространство это целый мир, созданный руками миллионов людей, для того чтобы собирать, хранить и передавать информацию друг о друге. Современная сеть, в которую погружаются нетранеры представляет собой цифровое отражение реального мира. В цифровое отражение, без стен, без дорог и улиц, но с теми же прохожими, и теми же событиями что и в реальном мире, лишь слегка искаженными.

Сейчас кибер мир и реальный мир сильно связаны между собой. В реальном мире есть камеры что собирают информацию и передают её другим, через сеть, и этими передачами, обновляют цифровую реальность кибер мира до событий реального. И так со всем, любая дверь что привязана к системе безопасности здания, передаёт информацию о том открыта она или закрыта, а сеть в здании, связана с общей сетью, через которую она передаёт информацию в главный офис того, кому она принадлежит. И все эти передачи информации и формируют реальность этой сети.

Да, давно придумали способы шифровать и защищать свои передачи данных от других. Но также давно и придумали как эту безопасность нарушать. В этом и состоит главная задача нетранера, либо организовывать и защищать передачи данных, либо нарушать защиту и воровать эти данные.

Для глубокого подключения к сети, тебе необходимо буквально, подключиться к ней своим мозгом через провод. И полностью отключиться от реального мира. Ничего не чувствовать и не замечать в реальности, но всё чувствовать и ощущать в кибер мире.

Я ещё с детства не сдружился с сетью. Лет в пятнадцать, один раз подключился случайно попал в чью-то сеть безопасности и чуть не сжег себе мозг. Голова болела недели две, а друзья ржали ещё дольше. За все прошедшие годы я лишь один раз погружался глубоко в сеть, не очень понравилось, и больше погружаться в неё не хочу. Мне в жизни хватает и старого доброго поверхностного взаимодействия с сетью, через компьютер и телефонный имплант.

Вот теперь из-за своего страха сети, я просто сижу в тесной комнатке на едине с собой и еле дышащим телом. Слушаю тишину и строю догадки на основе той информации, что у меня уже есть.

Всё что нам известно, что Брэдли пропал достаточно внезапно, и с эти как-то замешан "южный треугольник". Но как? Какую роль он сыграл? Плюс эти корпоративные псы что ко мне приходили.

Они не были уверены, встречался ли я с Амандой у себя в конторе или нет. От того так снисходительно обошлись со мной. Если бы они были уверены, что она меня наняла, я бы вряд ли, сейчас об этом думал. То есть охрана Аманды достаточно хорошо поработала, чтобы скрыть к кому она приезжала и зачем, но не достаточно, чтобы скрыть то, что вообще сюда приезжала.

Но что здесь нужно корпоратам? Они хотят, чтобы Аманда, не искала своего сына. Но для чего?

Может они его и похитили? Руками наёмников Южного треугольника, и хотят это скрыть. Но зачем им его похищать? Он же сын главы их корпорации, разве нет? Я конечно знаю, что дела у FARC сейчас так себе, но всё же, зачем? Может они хотят шантажировать его отца, жизнью сына?

Может южане похитили его ради выкупа? Но тогда Аманда обратилась за его поиском к корпорации, а не ко мне. Тут точно замешаны корпораты.

Ладно, подковëрные игры корпоратов меня мало касаются. Мне нужно найти Эндрю, и вернуть его мамке, и всё. Уже вечером мне должны позвонить русские и рассказать всё что они узнали об этом "душегубе". И тогда мы вместе с планируем, как нам его взять за яйца и достать инфу, что произошло с Эндрю и как южане в этом замешаны.

Мои думы нарушали тяжёлые шаги за дверью. Как я их услышал, сразу же опустил руку на кобуру. Гость остановился за дверью и настала напряжённая тишина.

Один? Если он от корпоратов, то вряд ли он пришёл сюда один. Но кто? Может новый клиент? Я уже убрал табличку освещающую что мы ищем работу.

– Здравствуйте, это Джефри Хендерсон. Телохранитель Аманды Брэдли. – и настала пауза. Он молчал, а я думал верить ему или нет. Телохранитель Брэдли в тот раз не представлялся и ничего не говорил, верить ему на слово опасно. – Меня прислали с посланием для вас.

Я решил что стоит открыть дверь, а если он меня обманул, то думаю я смогу за себя постоять. Я разблокировал дверь, держа руку на рукояти пистолета, а палец на спусковом крючке.

В комнату тут же шагнул чёрный гигант в деловом костюме, и всё в тех же чёрных очках.

– Ну здравствуй, Джефри. – поздоровался я, не убирая руки с пистолета.

– Здравствуйте Ник, я прошу прощения за столь внезапный визит. – он едва видно поклонился мне, явно по привычке, а не от большого уважения. – Меня прислали узнать, как у вас идут дела.

– Идут. присаживайтесь . – я выдал ему тот же табурет, на котором сидела его госпожа вчера.

– Я пожалуй постою. – он скрестил руки на груди.

–Мы выяснили, что в пропаже Эндрю замешаны Южный треугольник. – я взял выжидательную паузу ожидая его реакцию, но он промолчал, лишь кивнув сторону сидящей в отключке Сабины.

– Она как раз и занята вашим делом. Не будем ей мешать.

Он кивнул, и уставился на меня ожидая продолжения отсчёта.

– Как конкретно замешаны южане нам не ясно, но нам точно известно, что они в курсе где он.

Молча пялясь на меня сквозь очки он кивнул.

– Угу.

Его полное молчание, явно действует мне на нервы. Я уже хочу полностью замолчать и не говорить ему ничего, лишь бы он сам начал говорить.

– А так же в этом замешаны корпораты. – я ожидал его реакции, а он и бровью не повёл, будто всё знает. – И раз в этом деле участвуют корпораты, то мы поднимаем цену за нашу работу.

– Разве вы не догадывались, что если вам работу дают корпораты, то в ней точно будут замешаны корпораты? – надменно усмехнулся он.

– Разумеется догадывался, но не догадывался что они будут против меня. Двое головорезов пришли ко мне, и спрашивали про вас. И были настроены скорее против вас. И теперь я хочу знать, что происходит , и почему вы обратились ко мне с этой работой, а не к своей корпорации?

– Я не имею права об этом говорить. Но могу лишь сказать, что совет директоров FARC плохо дружит с семейством Брэдли.

"Это он так мне помогает? Если они хотят держать меня в неведении, то это только поднимает цену."

– Тогда я поднимаю цену за свою работу. И это точка.

– Я не решаю вопрос, сколько вам заплатят. Меня прислали сюда чтобы узнать, как продвигаются дела, попросить вас не медлить с поисками, и передать вам это. – он положил карту памяти мне на стол. – Через программу на этом диске ваша нетранерша сможет связываться с Мадам Брэдли безопасно и в любое время.

Он развернулся и направился в сторону выхода, но у самой двери обернулся и добавил:

– Там вы и сможете обсудить вопрос денег. И заодно, Госпожа просит держать её в курсе дела.

Он ушёл. И вновь я остался в комнате, наедине с собой и полумёртвым телом.

По моему плану, мы с Сабиной и русскими должны были искать информацию на Пауло параллельно. мы в сети, они через свои источники, а вечером встретиться и обсудить дальнейшие действия. Вечером мне позвонила Аня чтобы назначить встречу, но мы долго не могли определиться с местом. Я предлагал приватную комнату в заведении у Кай Лао, где я полностью уверен в том, что все дела, которые мы там обсуждаем, останутся только нашими делами, и про них никто не узнает. Но русские отказались от этого места. Предлагая встретиться где то у них.

После долгого выбора места, мы определились , что встретимся в квартире у Ани. Место не примечательное, не для корпоратов, что могут за нами следить, не для русского картеля, которого наши дела, вообще не должны касаться. Встречу мы назначили на девять часов вечера.

Ожидать назначенное время, мы с Сабиной решили в маленьком ресторанчике китайского квартала. Ели рамен и обсуждали не относящиеся к работе дела. Сначала Сабина рассказывала о шикарно проведённом вчерашнем вечере, потом мы обсуждали новинки кибер индустрии, а затем плавно перешли к недавно вышедшему подкожному импланту "скола" , что может защищать своего владельца от пуль почти любого пистолетного калибра в упор, и от винтовочного калибра с пару сотен метров.

В восемь мы сели в мою машину и направились в сторону квартиры Ани.

К восьми сорока мы уже были на месте, самый северный район трущоб, прямо у реки.

Река протекает с Востока на запад до самого центра города, а в центре поворачивает на северо-запад. Отделяя город на относительно богатый северные и центральные районы, где стоят главная администрация города и почти все небоскрёбы, от южных районов -трущоб. Что занимают собой три четверти города. А также река делит собой восточный – спальный район города по полам.

Места тут относительно тихие. дома у берега – это семи этажные комплексы в форме буквы п, повернутые своей открытой частью в сторону реки, с видом на высотки соседнего берега. При этом только вершина буквы П семи этажная, оба боковых крыла здания имеют всего четыре этажа.

Вообще эти дома с большой историей, их построили ещё в сороковые годы двадцать-первого века, ещё до начала стройки в этих местах города. Раньше это был жилой комплекс премиум класса. Но когда в пятидесятых годах, по программе "иммиграционный рай" Тут начали постройку одного из городов будущего, весь этот жилой комплекс превратился в общежития для рабочих. В дальнейшем эти дома планировали снести и построить вдоль берега огромный торговый центр, длинной в два километра и высотой в двадцать этажей, пока в конце шестидесятых не ударил экономический кризис, повлёкший за собой крах экономики и тотальную безработицу. Дома стало слишком не выгодно сносить и эти старые, бетонные коробки с мраморными узорами под самой крышей и уникальной для нашего времени архитектурой решили оставить.

Сейчас, иметь жильё в таком доме достаточно почётно, и дорого.

Мы прошли через нужный подъезд в центр дома и поднялись на старом, исписанном граффити лифте, на шестой этаж. Он громыхал и трясся так, будто со своих лучших времён не обслуживался.

Вышли из лифта мы в прокуренный коридор, тёмно-зелёная штукатурка осыпалась, на стене, прямо под лампой огромное пятно. Стоит стойкий, не движимый запах сигарет и мочи.

В принципе для обычных бомжатников такие подъезды норма, но я не ожидал увидеть эту же картину и в довольно хорошем доме.

Подходя к нужной квартире, я подумал, судя по состоянию этого доисторического подъезда, тут скорее всего и двери будут старыми. Такими что открываются на распашку, а не те что сдвигаются в стену. И я прав. У квартиры Ани и вправду стоит старая металлическая дверь но с современным, цифровым замком.

Подойдя к двери, решил нажать на звонок, но на панели замка, я его не нашёл. Я нашёл его сбоку от двери. Чёрная кнопка звонка от нажатия вдавилась глубоко во внутрь, но никого звука не последовало. Решил просто постучать в дверь. Только пару раз ударил, как дверь распахнулась, чуть не ударив меня по лицу.

Из двери показалась Аня с длинными распущенными волосами, белых трусах, и растянутой футболке. Она быстро пробежалась по нам глазами и позвала во внутрь:

– О, а вот и вы. Как пунктуально. Проходите, не стесняйтесь.

Я прошел в прихожую, оттуда сразу в коридор перед собой, который соединялся с кухней и основной комнатой. Сабина пошла за мной, явно нервничая. Она не фанат заводить знакомства, а тут ещё и личности сомнительные. И домашняя обстановка, не добавляет ей уверенности.

Аня быстро считав неуверенность Сабины, начала себя веселить, подколами над ней.

Она зашла ей за спину и легонько взявшись за плечи, клацнула зубами у её уха.

– Не бойся, я не кусаюсь.

Войдя в комнату, я увидел Серёгу, сидящего на диване около низкого столика, в центре комнаты. Аня проскочила мимо меня и уселась на диван к Серёге, предложив нам с Сабиной усесться напротив. Но места чтобы сесть в комнате больше не было. Не дивана, не кресел, даже стульев нет. Подразумевалось самим сходить на кухню и взять себе стулья.

Кухня ни чем не примечательна. Просто простенькая кухня с электроплитой и микроволновкой. Разве что очень грязная, заваленная пустыми коробками из под различной еды и бутылками пива.

Взяв стулья, мы поставили их напротив наших русских товарищей, Сабина нормально, а я спинкой к ним.

– Что удалось вам узнать? – сразу же начал я. Параллельно тому как я начал разговор, я максимально подробно изучил внешний вид своих собеседников. Если Серёга с самого утра внешне никак не изменился. То на почти полностью обнажённом теле Ани я могу узнать много нового. Например то, что у неё не только скрытые под накладной кожей импланты рук, но и импланты ног тоже. Причём и татуировки на её теле тоже привлекли мой интерес. Большинство на русском языке или просто бандитские, символы статуса и прошлых заслуг. Но одна, на правом бедре, привлекла моё повышенное внимание. Татуировка черепа с косичками, колючей проволокой и ножницами. Символ "сестёр правосудия". которое было крайне популярно лет восемь назад, тем что очень радикально боролось с сексуальными преступлениями.(путём ампутации без наркоза яиц насильника)

– С чего начать? – хмуро спросил Серёга.

– С того кто это такой? Что он делает? И как нам его взять живым? Желательно как можно раньше. – быстро накинул я, стараясь держать деловое и бодрое общение.

Он глубоко вздохнул и указав на свою напарницу сказал:

– Пусть она вам рассказывает.

Она закатив глаза вздохнула:

– Если вкратце, то ваш Пауло это простой топ менеджер у южан. Он ответственен за управление и расширение их легального имущества. Он руководит сетью баров, клубов и ресторанчиков, что принадлежит банде. А его грозное прозвище простой фейк.

– Фейк? – удивился я.

– Да. Его история, про то, что он задушил шнурком своего обидчика в детстве, выдумка. Он придумал эту историю, когда его назначили на должность. Для большего уважения среди подчинённых. Но в кругах южан, всем известна правда. Что душегуб— это обычный мошенник. Что долгое время работал менеджером в компании "DAF" И был уволен за воровство.

–Уу, занятно.

– Так же нам известна его охрана. Как правило, круглые сутки, его охраняет около двенадцати человек. А перемещается по городу он в броневике, с двумя джипами кортежа. И к слову, перемещаться он не любит. Он предпочитает не ездить по городу без особой причины.

Пока я слушал Аню, у меня стремительно развивался нервный тик. Я отбивал нервный ритм, пяткой об пол. И ужасался тому, что идей, как нам его взять живым, у меня нет.

– Параноик. – заключил я.

– Ага. – усмехнулась Аня. – Но знаешь что? Ты вытянул счастливый билет. У Пауло завтра днём, важная встреча в деловом центре города.

– И как нам это поможет? Если у него такая охрана. А в центре города, ещё и полиция среагирует быстро.

– Хе-хе- тихо хихикнула Аня. – Согласно нашему источнику, он будет в центре, почти без охраны.

– Это почему?

На её лице появилась самодовольная улыбка.

– Пауло, сильно мечтает вырастить из своих баров, в мега корпорацию сферы питания. И для этого, активно стремиться развиваться в деловом районе. Но как ты знаешь, корпораты не очень любят конкурентов. И без помощи изнутри, он никогда не сможет построить бизнес, на территории корпоратов. И он едет на переговоры с кем-то из них.

– Приезжать на переговоры с большим количеством охраны, это дурной тон и неуважение, среди корпоратов. – встрял в разговор Серёга. – И он едет туда всего с двумя охранниками и водителем.

– Ага. Тут то мы и планируем его взять. – заключила Аня.

Я так понял, они предлагают нам взять его либо в деловом районе, либо на пути туда или обратно. Но в центре города действуют лучшие части полиции, и частная охрана корпораций. Брать его там сильно рискованно. Значит на пути.

– Сколько примерно времени нужно, чтобы Пауло доехал от делового центра до территории где ему могут помочь свои? – Обратился я с вопросом сразу ко всем.

– От делового района до их территории 10 минут езды по трассе. – ответила мне Сабина, молчавшая до этого времени.

– Или меньше. Если на помощь к нему, выеду на встречу. – добавил Серёга.

– То есть,вы планируете остановить бронированный джип на трассе, в центре города? – моему удивлению нет предела, я хоть и знал что русские ебанутые, но настолько?

– Да. А у тебя есть идеи лучше? – угрюмо ответил Серёга, в его взгляде кажется, будто он считает меня сыклом. Да, тот человек, что предлагает мне, устроить перестрелку на самом оживлённом шоссе города, смотрит на меня, как на сыкуна.

Я промолчал. Дождавшись пояснения деталей плана от Ани:

– Встреча назначена на полдень. Мы следим за ним весь день. И как только он покидает деловой район мы атакуем его. Не важно в каком это будет месте. Мы останавливаем машину, убиваем лишних и забираем Пауло. А затем везём его в укромное место.

Их план вполне себе вписывается в отличительный стиль русских. У всех банд есть свои отличительные черты в преступлениях.

Например : южный треугольник крайне не любит когда у членов их группировки бывают проблемы. Всегда, когда кого-то из них обижают, находится сотня тех, кто с пеной у рта и со стволом в руке будет защищать своего обиженного товарища. Принцип всегда заступаться за своих -Это черта характера их банды и её идентичность.

Или например, в китайской триаде чтут традиции и ценят дисциплину. За неподчинение приказам старшего, там почти всегда карают смертью. Также там сильно ценят дресс-код и внешний вид. Очень сложно встретить какого-то члена триады в общественном месте, не в строгом костюме.

Так и у русского картеля есть свой не повторимый стиль, в котором на первом месте стоят : сила и наглость. И оба этих составляющих, они добиваются при помощи безграничной и демонстративной жестокости.

Они убивают важных членов банд, прямо на улице из машины на полном ходу. Во время перестрелок не жалеют никого, ни детей, ни прохожих, они называют это "сопутствующий ущерб"

А ещё они очень следят за своей репутацией, руководствуясь принципом "кто тебя не боится – тот тебя не уважает" И если кто-то проявляет открытое неуважение к ним, то они его жестоко карают.

Самый показательный случай, как раз произошёл в этом городе, почти пятнадцать лет назад.

Тогда русский картель и китайская триада делили внутреннюю шестьдесят первую улицу, проходящую от побережья, почти до центра города.

Тогда входе долгих споров и конфликтов решили, что квартал переходит под контроль китайцев, (чьим он сейчас и является) но русские получают гарантии безопасности.

Китайцы устроили там рыночный квартал, который ежедневно посещали тысячи человек. И все шло хорошо, пока один рядовой член русского картеля не захотел поесть лапши, у одного китайского деда в уличной лавке. Но тот ему отказал. Парень стал на того наезжать, и угрожал убить. А тот, толи от страха, толи от большой ненависти, дважды выстрелил в него из помпового ружья в упор.

Парень скончался на месте, от передоза свинца в организме. И уже на следующий день пришёл глава филиала русского картеля, и потребовал выдать ему того деда для разбирательств.

Китайский глава квартала, толи из-за родственных, толи из-за дружеских связей, деда не выдал. И тогда русские ушли, но пообещали вернуться.

Китайцы испугались таких слов и начали усиленно охранять район. Ждали атаку день, ничего не произошло, как русские закупались в этом районе так и закупаются. Ждали неделю, ничего не поменялось. Ждали две недели, вообще ничего не поменялось. Но спустя почти три недели, в ночь на двадцать второе октября два десятка русских приехали на самый западный край квартала, и вооружённые помповыми дробовиками, открыли без порядочной стрельбы по прохожим. Они шли с Запада на восток по кварталу и стреляли во всех без разбора, но в первую очередь по азиатам. Заходили в местные лавки и расстреливали всех. Ворвались в стрип-клуб, и перестреляли всех посетителей.

Они шли не встречая никакого сопротивления. Только спустя двадцать минут, пройдя уже почти полтора километра, им дали отпор китайцы. Тогда русские просто развернулись и пошли в обратном направлении, параллельно поджигая всё за собой. Вернулись к машинам и уехали, не потеряв ни одного человека.

Полиция, по не удивительному стечению обстоятельств, не спешила приезжать и вмешиваться в конфликт. Только когда уже всё закончилось туда приехала группа быстрого реагирования.

В ту ночь убили больше трёхсот человек и более пятисот пострадали. А также была сожжена целая улица города.

Таким образом русский картель добивается уважения в криминальном мире. Так что, от них стоило ожидать чего-то подобного.

– Но есть ряд вопросов, что ещё нужно обсудить. Например, куда везём похищенного? – продолжила Аня, бегая взглядом по нам с Сабиной. – У вас уже есть место куда его надо привезти?

– Я думаю лучше всего, вести его на юго-восток, на территорию мусорщиков. Там нам безопаснее всего. – чуть поразмыслив ответил я.

– Куда конкретно?

– Я пришлю адрес.

Она перевела свой взгляд на Сабину, и посмотрела на неё так недоверчиво, что та будто бы уменьшилась в росте от тяжести взгляда.

– Умеет твой нетранер глушить связь? Ведь если её не заглушить, он вызовет помощь. – не отворачиваясь от неё, она обратилась ко мне.

– Да, я умею глушить связь. Но для этого, надо поднести глушилку достаточно близко к его машине.

Сабина отвечала не смотря ей в глаза, направляя взгляд куда угодно лишь бы не на неё. И Аню это сильно забавило.

– Понятно. Мы это обеспечим.

Аня облокотилась на спинку дивана и молча уставилась в потолок.

– Плюс, я могу оглушить противников дистанционно! – добавила Сабина, стараясь добавить себе значимости в команде, но русские не обратили на это особого внимания.

– Прикольно. – промямлила Аня не сводя глаз с потолка. – Никогда не видела, как нетранеры это делают.

Сабина ответила на это застенчивостью. Видимо поняв как глупо себя повела.

– Допрос, вы берете на себя? – поинтересовался у меня Серёга.

–Да. Этим займёмся мы. Но у меня есть вопросы. Как вы планируете остановить бронированный джип? И можно ли доверять вашему источнику информации?

Аня оторвалась от изучения потолка и поднялась на ноги.

– Ему можно доверять. Не хотите пива?

– Завтра увидишь, как мы его остановим. – зловеще усмехнулся Серёга.

Аня сходила на кухню и принесла четыре бутылки пива и мы стали обсуждать оставшиеся детали дела. Обсудили место и время встречи, изучили на карте предполагаемые маршруты передвижения Пауло, и прочие мелочи. Но как мы остановим машину, они не рассказали.

Во втором часу ночи, мы с Сабиной покинули квартиру и оправились по домам. А Серёга остался в квартире у Ани. Не знаю пара они или нет, но я видел только один диван в квартире.

Ночь прошла не спокойно. Я долго не мог уснуть, думая что мне делать после того как достану Пауло. Как его допрашивать? Что потом с ним делать? И не придумав ни чего хорошего, решил забить и разобраться совсем этим на месте.

Проснувшись уже уставшим и очень не довольным, я заставил себя подняться с тёплой кровати и позавтракать. И уже в девять утра был на месте встречи. В тёмном переулке, неподалёку от русской бильярдной.

Когда я туда приехал, на месте уже были все, кроме Ани. Она чуть задержалась, но все равно успела к назначенному времени.

"Значит, вряд ли они с Серёгой пара" – подумал я.

Мы все сели в чёрный фургон, с тонированными окнами. Салон делился на две части, ряд водителя с пассажиром спереди и пустое грузовое отделение сзади. в грузовую часть можно попасть как через двойные задние двери, так и через дверь-слайдер на левой стороне машины. Я с Серёгой залезли в грузовой отделение, Сабина на пассажирское, Аня за руль.

Когда машина тронулась Серёга открыл ящик в котором виднелось какое-то массивное оружие, чем-то напоминающее ручной пулемёт с коротким стволом и дал мне из глубины автомат.

Новый автомат Калашникова, под увеличенный калибр, 8,55 мм. Полностью чёрный, из углепластика. Весь обвешан планками под прицел или фонарик, и рукоять, которая уже установлена. Автомат хоть девяностых годов двадцать первого века, но конструкцией мало отличается от своего прадеда, заставшего середину двадцатого века. Всё тоже устройство затвора, всё также устроен газовый поршень, лишь магазин теперь на сорок пять патрон, а в целом всё тоже самое.

Ящик он закрыл и себе ничего брать не стал.

Мы заняли наш наблюдательный пост возле выставки искусств, за зелёной изгородью, через улицу от того здания к которому Пауло должен приехать.

Мы молча сели его ждать. Наступил полдень, а Пауло всё нет. Он не появился через десять минут, и не появился через пол часа. Каждая минута начала растягиваться в томном ожидании. Я уже начал нервничать. Сабина, при помощи переносной деки, погрузилась в сеть. Мы словно пауки, сидящие в засаде, ждущие свою жертву. Жертву что не ведомым образом почувствовала, что её шкура в опасности, и если она ничего не предпримет, она станет чьим-то ужином.

Аня отбивает какой-то напряжённый ритм, пальцами на руле. Я играюсь с флажком переключения огня, переставляю его с предохранителя на автоматический огонь и обратно. Чёткие щелчки идеально подходящего к друг-другу металла успокаивают лучше любой музыки. Один Серёга, сама безмятежность, по его виду можно подумать, будто он просто сидит в долгой очереди, а не ждёт жертву в засаде.

– А они, не могли сменить время? – не выдержала Аня, глядя на Серёгу.

Я посмотрел на него, давая ему понять, что и я тоже заинтересован в ответе на этот вопрос.

– Могли. – тихо ответил он, и отвернулся в окно.

Время штука не предсказуемая, когда ждёшь друзей для пьянки, секунды растягивается до длинны минут, а минуты, до часов. Но когда ты трезвеешь после пьянки, кажется, что целый день прошёл за час. И сейчас также, мы сидим в засаде всего лишь два часа, а кажется будто я в этом душном фургоне сижу целый день. Не меньше.

– Он едет. – повернулась к нам Сабина.

Мы все уставились в окна, в поисках бронированной машины. Но её всё также нет.

– Где?! – закипела Аня.

Сабина только и может нервно глядеть в окно и оправдываться.

– Он в паре поворотов от сю....

– Вот Он! – прервал я. Не сводя глаз с машины, подъезжающей к главному входу в соседний небоскрёб.

На часах без пяти минут час дня.

Пауло с охраной покинул машину и вошёл в здание. Теперь наша задача, снова ждать. Но сейчас проще, сейчас мы уверены что ждём не зря.

После того как Пауло вошёл в здание прошло 3 часа. А их всё нет. Никого нет. А у входа в здание вообще ничего не происходит, люди почти не ходят, по дорогам ездят одни суперкары и элитные лимузины. никого разнообразия.

– Я конечно слышала, что корпораты не любят спешить во время переговоров. Но не настолько же? – негодует Аня.

Я полностью разделяю её мнение.

Мы все сильно вымотались от ожидания. Одна Сабина входит в киберпространство сети, и ворча выходит. Оглядывает вход здания и снова входит в сеть.

Аня облокотившись на дверь рукой, подпирает голову и скучает, оглядывая стеклянный сад камней рядом.

Даже Серёга заскучал, глядя в окно.

Я потянулся в карман за сигаретами, только взял одну, как меня тут же остановил Серёга. Он запретил всем нам курить. Ведь "не надо привлекать к себе лишнее внимание".

По его словам, стоячий фургон с открытыми окнами, привлекает внимание. Но я больше чем уверен, он просто сам не курит, и другим запрещает.

"Почему мы вообще, двое курящих, должны учитывать мнение одного не курящего? "

И только я сунул в рот себе сигарету, с непреодолимым желанием, послать его указы нахер, так он снова меня прервал.

– Вот они, идут.

Пауло с недовольной миной на лице и охраной спешно вышел из здания и сел в машину. Они выехали в сторону центральной трассы.

За пару секунд пропала вся неприязнь между нами. Ещё пару минут назад, мы могли лишь копить злобу друг на друга и скучать, а уже сейчас мы вместе готовы порвать Пауло на куски.

Аня нажала кнопку зажигания, и наш фургон грозно зарычал, будто он и сам, уже устал ждать. Мы неспешно покатили за ними. Достаточно близко чтобы в любой момент атаковать их, но достаточно далеко чтобы не привлекать их внимания.

Мы проезжаем одну улицу за другой. Лавируем между лимузинами корпоративных боссов и седанами корпоративных крыс. Водитель Пауло как специально выбирает маршрут по самым дорогим и безопасным улицам. Под золотыми кольцами арок инсталляции, рядом с зелёными полями парков и каменных садов.

Но вот он съехал на главную трассу и ускорился. Играет в шашки, активно лавируя между машинами.

Аня на такого рода провокацию не ведётся. Она хоть и мчится сильно быстрее потока, но его маршрут не повторяет и лишь плавно, по дальней полосе, обгоняет попутный трафик. Это правильно, мы до сих пор в Центральном районе, выдадим себя раньше времени, ничего не добьёмся. Приходится лишь терпеливо преследовать их, не выпуская из виду.

Вот уже мост. Я взялся за автомат, взвëл затвор. Калашников жадно лязгнув металлом проглотил патрон. Серёга снова открыл свой ящичек.

Он достал от туда настоящую стальную бандуру. Когда-то станковый миномёт, сейчас ручной зверь этого отморозка.

Когда я был в Испании мы такими миномётами на машинах, подавляли врага огнём, заставляя его прижаться к земле.

Этот тридцати миллиметровый миномёт выпускает девяносто снарядов за минуту, каждый из которых, взрываясь, превращал рядом стоящего в фарш.

Серёга вскинул с усилием миномёт на плечо, накинул через голову ремень, взялся правой рукой за самодельную пластиковую ручку у курка, а левой за металлическую трубу приваренную к корпусу близь ствола.

Мы проскочили мост за пять секунд, только мы проехали под камерами , как Аня ускорилась, сокращая дистанцию между нами.

– Нам нужно держать не дальше ста метров от них. – напомнила Сабина, держа в руках пульт от глушилки. – А то они позовут на помощь.

– Помню. – отрезала Аня увлечённо, глядя звериными глазами на цель. Набрав скорость, она поравнялась с машиной Пауло. Упирая тяжёлый гранатомёт о колено Серёга распахнул боковую дверь, взялся за миномёт и выпустил короткую очередь им в заднее колесо.

Очередь взрывов разнесла им колесо в щепки. Бронепокрышка которую даже пули не берут разлетелась на десятки кусков, что по инерции вращаясь разлетелись в стороны.

Машину Пауло подкинуло задней осью вверх. Она потеряла сцепление с дорогой, их резко кинуло прямо на нас. Пролетев в сантиметрах от нашего заднего бампера, они влетели в отбойник и отскочив от него, как мячик, остановились в центральной полосе.

Весь попутный трафик остановился, затаившись в десятках метров от нас, явно ожидая продолжения кровавого зрелища.

Мы остановились в метрах сорока от Пауло.

Я распахнул двери фургона и бегло полил их лобовое стекло пулями. Я отлично знаю, что бронестекло мой автомат не пробьёт. Но попугать их, мне приятно. Серёга тоже пустил беглую очередь по лобовому стеклу машины. Даже этот гранатомёт не в состоянии пробить их стекло, но огромные краторы на разбитом стекле меня напугали. Если он переборщит со стрельбой, то доставать инфу, нам придётся из кровавый каши.

Открылись двери бронемобиля, все кроме заднего левого.

Я начал активно заливать пулями две правые двери, не давая возможности им даже высунуть пистолеты в просвет между кузовом и дверьми. Я ничего толком не попал, но свою задачу выполнил. Они лишь пару раз, не прицельно, выстрелили по нам, и не разу не попали.

Серёга один раз прицельно выстрелил в центр правой передней двери. Её сильно вмяло, стекло треснуло, противника выбило из-за двери на секунду, прямо мне в прицел. Я не секунды немедля, разрядил очередь в него. Он пытался в панике закрыть голову от пуль руками, но это не помогло. Четыре пули раскрошили ему запястья и врезались в голову, разнося его черепную коробку на куски.

Только я прекратил стрелять в первого, как Серёга выстрелил в водительскую дверь. Водилу вышибло из-за двери будто тряпичную куклу, Серёга не стал ждать когда я его добью, и сам выпустит две гранаты в лежащего на асфальте тёмного мужика. Его разворотило по кускам. Одна граната оторвала ему руки и вскрыла грудную клетку, словно консервную банку с говядиной. Вторая попала в таз. Выкинул на верх дождь из обрывков кишечника бедолаги и оголила кости таза.

Я переключил своё внимание на последнего охранника. Тот поймал момент, пока мы разбирались с его коллегами и перебежал за машину. Стреляя почти не глядя, он не подпускает нас близко к себе. Явно тянет время, надеясь что его товарищи, или правосудие придёт ему на помощь.

Осознав эффективность его тактики, я решил идти в атаку в открытую. Заливая его огнём, двигаясь в открытую по дороге, начал выдавливать его под огонь Серёги. Но охранник не глуп, он стреляя вслепую максимально прижался к машине, не высовываясь из-за укрытия.

Моё положение стремительно ухудшалось, я стою на открытой дороге, время кончается а выбить врага у меня не получается.

Меня неожиданно спала Аня. Она как лань, стремительно, в четыре длинных шага подбежала к противнику сзади. Не тормозя, на бегу, она выпустил в его бок грат из пуль. Даже когда тот уже упал, она сделала несколько контрольных выстрелов.

Не успел я и толком осознать, когда последний враг умер, Аня подлетела к двери машины, распахнула её и одним рывком руки, выкинула из неё дрожащего толстячка. Тот на ногах нормально не стоит, всё время падает на колени молит о пощаде, Аня взяла его за шкирку приставила к голове пистолет и поливая диким русским матом поволокла его в фургон. Вкинула его, к Серёге, где тот прокинул его дальше в салон и начал закрывать двери.

Я впрыгнул в закрывающуюся дверь и не успев сесть, Аня вдавила педаль газа и мы, как бешеные, понеслись прочь.

Пухленький Пауло, хлюпая носом, пытаясь в тянуть в себя обратно сопли, замарал пиджак, постоянно повторяя как магическую мантру " Не надо! Не надо! Подумайте! " Будто это заклинание его спасёт.

Сабина перегнулась через сиденье, поднесла к его виску маленькое устройство, всего с одной кнопкой , нажала на неё и распухшее лицо пленника исказила предурышная улыбка. Он взвизгнул как свинка, пустил изо рта слюну и обмяк.

Мы за считанные минуты оказались в другой части города. В таких местах, где нас найти даже южный картель не сможет. На юго-восточных свалках. Диких местах, что населяют мусорщики.

На этапе планирования города, государство выделило место под постройку аэропорта. И выдала заказ под проект компании "BCGC" (building contract group creejoi) . Те начали стройку, а рухнувший фондовый рынок погубил своими обломками сотни огромных компаний.

BCGC обанкротились и их выкупила корпорация "APEG". но в APEG решили отказаться от строительства аэропорта. Проект свернули и аэропорт никто не построил, а оставшийся место стали использовать как свалку, позже вся территория поблизости тоже стала одной огромной свалкой.

Там построили сразу два мусора сжигающих завода, но это не спасает ситуацию. Мусор на эту свалку свозят почти со всей Калифорнии. Все местные заводы тоже, сливают все отходы туда же. Из-за этого, гигантская свалка превратилась в кислотную топь.

Город разросся настолько сильно, что начал обволакивать своими районами свалку со всех сторон, а свалка в свою очередь, стала поглощать их.

Поэтому, мы едем по куче спрессованного мусора и положенных поверх него пандусам.

Вот и он, маленький одноэтажный гараж, между низенькими обветшалыми бараками, увитыми сине-фиолетовым плющëм, в которых ютятся мусорщики.

Мерзкие создания а не люди. Почти всю жизнь прожив в этой зловонной куче, они потеряли нормальный человеческий вид. Все сутулые, грязные с длинными ногтями и длинными сальными волосами, что не развиваются на ветру, а тяжёлой ношей тянут их головы к земле. Или наоборот коротко стриженные или даже лысые. Все ходят в рванье и с самодельными или очень устаревшими имплантами.

Все мусорщики зарабатывают на том, что найдут и продадут со свалки. Часто когда не могут найти что-то ничейное, они нападают и отбирают чужое: Оружие, импланты, одежду, украшения, волосы и органы. Как правило хозяину не оставляют ничего. Его тело подвешивают голым на крюк, как на мясо комбинате, выдирают из него все импланты, срезают волосы, снимают кожу, и вытаскивают органы. А всё что останется: съедают или продают в рестораны "человеческих блюд". Где мясо людей уже профессионально готовят и продают.

Со времён, когда заменить себе часть тела стало легче, чем купить телефон. Люди стали массово заменять свои кости и плоть на металлы и пластик, а оставшуюся "Лишнюю " плоть, надо куда-то деть. Одни риперы отдают её своим клиентам, другие выкидывают. Но нашлись безумцы, что начали это всё готовить и продавать, как изысканый деликатес. И люди едят. Вполне не редкость, что купить кусок человеческой ноги дешевле, чем такой же кусок свинины.

Все боятся заходить в районы мусорщиков, ведь без хорошей "крыши" от местного, ты можешь от туда не уйти. Но у нас такая крыша есть.

Я долго время продавал товар местному авторитету. Деду-барону лет под сто, весь железный и грозный. Правит своими владениями километр на километр и радуется жизни. Трахает молодых баб и мечтает жить в своём гадюшнике вечно. И пока мы ему платим, он предоставляет нам полную безопасность в своих владениях, и не задаёт вопросов по поводу того, что мы делаем в его гараже.

Хоть владения его малы, а безопасность он нам обеспечивает только от своих, всё же, тут нам безопасно. Ведь его крошечные владения, со всех сторон окружены такими же владениями. И тамошние мини-короли не пропустят через свою территорию кого попало.

Мы свернули к двери гаража. Я вышел из машины, чтобы собственноручно открыть железный замок на воротах гаража. Только я закрыл за машиной ворота, из неё вылезла недовольная Сабина:

– Фуу, почему тут так воняет?!

– Потому что это свалка. – ответила ей Аня.

Аня в приподнятом настроении, бегает вокруг фургона вприпрыжку и достаёт из него вещи.

Серёга корча недовольную рожу, вынес тело Пауло, усадил его на землю, оперев его о стену, затем увидел ржавый железный стул и пересадил тело на него. Мы привязали его ноги изолентой к ножкам стула, а руки пристегнули к подлокотникам наручниками.

Мы все переглянулись между собой, не особо понимая что делать дальше. По плану, обязанности допроса беру на себя я. Но я лично, никого никогда не допрашивал. Только видел со стороны.

Возникшей ступор решила Аня:

– Ты сказал, что будешь его допрашивать. А значит мы можем спокойно отдохнуть.

Серега просто молча с ней согласился, и они направились из гаража в отдельную комнату.

Я обменялся взглядами с Сабиной. В глазах у неё была тихая паника, она никак не выражалась на лице, но в глазах все было видно. Я уже хотел кивнуть в сторону уходящих русских, как она выпалила ломким голосом:

– Я в этом не участвую.

– Ну иди. – тихо ответил я.

Она с благодарностью кивнула мне и пошла вслед за Аней и Серёгой. Но развернувшись дала мне то маленькое устройство, со словам :

– Нажми на кнопку и он отключится.

Вот так мы с Пауло и остались наедине.

Обойдя его вокруг я убедился в отсутствие у него боевых имплантов.

Хоть руки и лицо покрыты шелковистой белой кожей из эластичного полимера, но линии стыков говорят что под ней нет ничего кроме мышц и костей.

На вид ему лет сорок, короткие чёрные волосы торчат словно ёжик, на его голове. Нос крючком, глаза не естественно фиолетовые. Чёрный элегантный костюм с вышивкой серебряной нитью подчёркивают его страсть к аристократии прошлого.

Закатив его рукава до локтя, я убедился в полном отсутствии имплантов.

Для допроса у меня есть только небольшой ножик, но пачкаться кровью у меня мало желания и предпочёл бы наносить ему более скрытые от глаз травмы.

В углу гаража, под слоем рыжей пыли я отыскал ржавую монтировку, и несколько кусков арматуры.

Стерев пыль с монтировки, я легонько постучал по железному стулу в желании мягко разбудить Пауло. Лёгкий металлический звон прошёлся по комнате, но Пауло не пришёл в сознание.

Я брезгливо коснулся щеки Пауло угловатой частью монтировки. От таких нежностей он открыл усталые глаза и уставился на меня, будто вообще не понимает где находиться.

– Отвечай на вопросы и сможешь уйти от сюда живым. -тмонотонно и беспристрастно произнёс я, грозно наседая над ним. – Где Эндрю Брэдли?

Пауло огляделся и попытался поднять руки, но железные наручники не дали ему этого сделать. Только сейчас он осознал где находится.

Он смотря на меня пустым взглядом сказал.

– Я ничего тебе не скажу.

Я неспешно начал шагать вокруг него, стараясь держаться у него за спиной.

– Я спросил, где Эндрю Брэдли?

Я остановился возле его левой руки, поглаживая её острым краем монтировки.

Получив на свой вопрос лишь полное молчание я ударил.

Ударил со всей своей силой, в место стыка костей запястья и предплечья. Глухой стук разошёлся по комнате, а за ним бешеный крик.

– Ай, блять! Сука! Ебаный урод!

Удар оказался настолько сильный, что подлокотник стула согнулся у него под рукой, а запястие повисло мёртвым грузом. Хотя на искусственной коже не осталось и следа от удара.

Как только Пауло выкричал весь воздух из лёгких я повторил вопрос.

– Где Эндрю Брэдли?

Тот лишь искривляется на кресле, бессильно пытаясь поднять руку.

Его взгляд скользнул по мне, выражая всю ненависть этого мира.

"Ты сам себя мучаешь. Скажи что мне надо и тебе станет легче"

Он закусил губу и отвернулся от меня.

Я не стал долго ждать и ударил снова. В ту же руку но выше, рядом с локтем.

Монтировка отскочила как пружинка, и он снова завопил.

Он изогнулся и попытался закрыть левую руку всем телом, но явно сделал больнее. Рука упала с подлокотника и повисла в наручниках и тот застонал от новой боли.

Я поднял его голову за волосы и смотря в его тёмно-фиолетовые глаза повторил.

– Где Эндрю Брэдли? Говори!

Его глаза наполнились блеском слез, но тот молчит, прикусил губу до крови, стонет, но молчит.

Оттолкнув его голову в сторону, я с размаху ударил сверху ему в плечо. Я чуть не рассчитал силу и монтировка зашла дальше чем я ожидал.

Он снова завопил и захлебываясь в слезах и соплях искривился в страшной гримасе.

– Я повторяю, где Эндрю Брэдли?!

Тот всхлипнув срываясь на высокий крик ответил.

– Если я скажу, меня убьют!

– Если ты сейчас не скажешь, то ты умрёшь очень мучительно! Так говори! Где Эндрю Брэдли?

Тот рыдая лишь орал: – Неееет! Не надо!

Я отшагнул на пару шагов назад, и глядя на его бессильно болтающуюся руку, понял что так, я буду долго с ним мучиться.

Нащупав на поясе нож, я понял что нужно делать.

Я приблизился к нему и приставил лезвие ножа к его глазу. Тот попытался отогнуться назад, но ему этого не дал.

– Если ты мне сейчас не скажешь где он, я тебе что-нибудь отрежу, сука, ты меня понял?!

Тот лишь уставился на нож и замолк, даже дышать стал тише. Я подошёл к нему со спины, и приложив холодную сталь к виску, сказал:

– Ну как хочешь.

Я вытянул его ухо левой рукой, и поставил лезвие на хрящ, легко надавливая. Из царапины, потекла капля крови по ножу.

Он дёрнулся и закричал :

– Не надо! я всё скажу! Остановись! Ай! Аааа!

Но я не стал останавливаться. Лезвие скрепя хрящами, медленно двинулась вниз. Пауло кричит как резаный, а я давлю ножом всё ниже, и ниже. Когда его ухо уже почти лежало у меня в руке, я надавил сильнее и нож выскочил из плоти, чуть не порезав ему плечо.

Он орёт и плачет, материт меня и просит прощения. Сопли стекают по подбородку и пачкают дорогую одежду.

Тот прокричавшись уставился на меня.

– Зачем?! Зачем ты это сделал?

"Ты меня вынудил"

– Где Эндрю Брэдли?

– Он в заброшенной деревне на границе с Невадой! – задыхаюсь выпалил он. Видимо маленький ручеёк крови из разреза затекает ему в ухо и от этого он наклоняет голову максимально в лево, но сломанное плечо добавляет еще больше боли. – По пятнадцатому шоссе до границы, а там на юг!

Насколько мне известно, в тех местах перевозят контрабанду из Южных штатов.

– Почему он там?

Тот всхлипнув ответил.

– Он пришёл к нам с кучей денег и просил спрятать его и не задавать вопросы.

Вытерев нож о его пиджак , я прошёлся по комнате и спросил:

– Он от кого-то бежит?

– Не знаю!

– Его кто-то охраняет?

– Нет, он там один.

Быстро и тяжело дыша он посмотрел на меня с надеждой.

– Ты меня отпустишь? – он чуть безумно улыбнулся. Меня в дрожь бросило. – Я не кому не скажу. Если узнают что я его сдал, меня убьют! Я уеду далеко и заживу новой жизнью, где-нибудь в Европе. Я могу ещё что-нибудь рассказать, о треугольнике, дать на них компромат, только отпусти, прошу.

Я только сейчас заметил, что держу его ухо у себя в руке.

Я кинул обрезок ему на колени и сказал, максимально мягко:

– Я не могу.

“Так надо”

Убрав нож, я достал пистолет и взвëл затвор.

Тот и сказать ничего не успел, только безумно глядел в дуло пистолета.

Почти полностью опустошенный я открыл ворота и сел в свою машину.

Незаметно для меня, к водительскому окну подошла Аня. Открыв дверь она бесцеремонно спросила.

– Где наши деньги?

Посмотрев без эмоционально на неё я перевёл деньги.

– Отдайте его тело мусорщикам.

Расплывшись в кошачьей улыбке, Аня пошагала к телу, произнеся не оборачиваясь.

– Приятно иметь с вами дело.

Я ехал до границы города час. А когда проезжал через КПП застрял на досмотре.

Отстояв долгую очередь, и заехав на сканирующую платформу включились красные лазеры, которые полностью просветили мне машину. Затем ленивый и неухоженный таможенный служащий просунул голову в мою водительскую дверь и бегло оглядел салон. Вместе с ним в мою машину влетел неприятный запах пота.

Я дал ему своё водительское и он убрал свою голову из салона. "А запах с собой не забрал"

Бегло оглядев права он сунул их мне в окно и не дождавшись когда я их возьму отпустил. Пластиковая карта упала на дно салона и я выругался пока их доставал.

Таможеннику на такие неудобства плевать и он ушёл проверять следующую машину.

Покинув приделы города я на скорости в двести километров в час устремился к границе.

Раньше это шоссе было оживлённым, когда по нему можно было добраться до Аризоны. Сейчас после десяти километров езды попутный трафик исчезает полностью.

Сейчас это территория между США и южными Штатами называют пустошами. И правят в ней кочевники. Люди без работы, с машинами и пушками, которым не нашлось места в городах, но которые нашли способ заработать на перевозках между городами.

Почти доехав до границы, я свернул на юг, как и указал Пауло. Как я и думал, добрался я сюда к рассвету. Но случилось то, чего я больше всего боялся. Я приехал сюда не первым.

Когда я подъезжал к заброшенной деревне, ещё из далека увидел кружащий в небе ава.

Оставив машину и поднявшись на ближайший холм с которого видно поселение, я лёг наблюдать.

Вся территория кишела людьми в костюмах. В центре небольшого поселения, в котором зданий двадцать, я насчитал человек двадцать пять и три бронеави. Кто-то из них ходит от здания к зданию, кто-то стоит у дверей самого большого.

У моего импланта глаза хоть и есть зум, но он слишком слаб, чтобы разглядеть подробнее.

Через пару минут моего наблюдения, две чёрные фигуры вывели, из здания, под руки молодого блондина, посадили его в ави и улетели в сторону города.

Злой как черт я решил продолжить наблюдение. Для того чтобы хоть пару минут не думать о своём провале. "Приедь я на один час раньше, деньги были бы мои"

Чуть погодя всё чёрные фигуры начали собираться в ави. Последним кто вышел из главного здания, была не высокая азиатская женщина с длинными волосами.

Просидев на земле минут десять, после того как все улетели, я принял решение. Выключить телефон и под хорошую музыку направиться обратно.

Уже через час непрерывной езды, я ощутил сильную сонливость и решил остановиться в первом придорожном мотеле.

Оплатил комнату, плюхнулся лицом в кровать и мгновенно уснул.

Глава 3

Звон бокалов, запах шампанского вперемешку со сладким парфюмом. Множество женщин и мужчин, в вечерних платьях и выходных костюмах. Над головой хрустальные люстры, стены из чёрного мрамора в зелёном плюще, прорастающим из щелей между плит. Джон Коливуд читает праздничную речь об общих успехах в этом году, предлагает поднять бокалы за успех в следующем.

Сотня людей в просторном зале оторвавшись от разговоров подняли бокалы и устремили взгляды на ведущего.

– За успех в этом году!

Звон курантов раздался по залу и все отпили первый глоток шампанского в году.

Выдержав маленькую паузу все снова вернулись к своим разговорам.

Из-за спины у меня вынырнула Адель и чëкнулась со мной бокалом.

Её стройные ноги идеально подчёркивает короткая красно-черная юбочка, а глубокий вырез декольте подчёркивают длинные смольно-черные волосы.

– Успехов вашей компании. – кокетливо улыбнулась она.

– Успешных вам ролей.

Я отпил из своего бокала и последовал за её улыбкой на балкон.

Пройдя через деревянную арку с гроздьями винограда, мы зашли в маленький садик.

Свежий ночной воздух на верхушке небоскрёба вместе с ароматом живых растений придают этому уединённому саду ощущение уюта и комфорта.

Сев на лавочку и почувствовав тепло её губ, я вспомнил прошлую ночь. Дикую наполненную запахом клубники и мягкого пота.

"Я хочу её снова. Прямо здесь."

Но рука задрожала, сердце заколотилось, холодок прошёлся по спине. Чьи-то тяжёлые, стальные шаги раздались за зеленью.

Двух метровая фигура прошла через арку, едва не зацепив её головой, и в два шага оказалась рядом.

Ноги с железными поддержками, на руках металл, лицо с металлическими пластинами на щеках.

Грозный взгляд не видимого лица уставился мне в душу.

Я опустил дрожащую руку на пояс, ища кобуру , но её нет.

Фигура медленно и не возмутимо достала из-за спины двуствольный обрез и направило его на меня.

Хлопок. Ветер. Холодный ветер, обдувает меня пока я лечу вниз. Ветер. Тьма. Холод.

Я вскочил с кровати в холодном поту. Резкая вонь туалета вернула меня в реальность. В которой я сижу без денег в клоповнике на Богом забытой дороге.

Пропущенные звонки от Сабины. Это плохо, срочно нужно перезвонить.

Сев на край кровати и подперев голову руками набрал Сабину.

– Ты куда пропал?! – чуть не разорвал мою голову пополам, дикий крик.

Сабина обычно сдержанная, сложно представить, что могло вывести её из себя настолько сильно.

– Что такое? – устало промямлил я.

– Ты знаешь что произошло?! – высоким тоном спросила она. – Джон Брэдли мертв! В городе частная охрана "EPS"! (Elite private security)(в народе “ Кровавая бригада)

Я секунду поразмыслил что это значит, и всё равно не понял.

– И что?

– А то блять! Глава FARC мёртв, Семья Брэдли ничего больше не решает. Управляет компанией совет директоров. Это госпереворот в маштабах корпорации.

– А мне с этого что? Мы проебали парня, и нам больше ничего не заплатят.

Я сложив руки за головой, лёг на кровать, разглядывая квадратики потолка.

Я почувствовал горечь утекших сквозь пальцы денег, которые я уже придумывал как потратить. Ведь вряд ли в ближайшее время подвернётся дело на пятьдесят тысяч евро-баксов.

– Ошибаешься! – она всё никак не может успокоится и продолжает кричать в трубку. – Нам ещё много заплатят!

– Чего? – я закурил сигарету и пустил облако дыма в потолок. – Мы провалили дело. Я не понимаю, кто нам за это заплатит.

– Аманда Брэдли заперлась в своём особняке под охраной "EPS", И FARC не может ничего ей сделать. Её сынок, как я поняла, жив здоров, но его держат в главном офисе компании под сильной охраной. И она хочет чтобы мы его спасли.

– Че… Чего?

Я не понимаю, что это всё значит. Ещё вчера я видел, как пацана забирают корпы, сегодня убивают его отца, его мать сидит у себя в особняке. Чего они ждут? Почему парня ещё не убили?

– Она хочет обсудить дело с тобой лично, через сеть. – холодно произнесла Сабина, явно разочарованная что заказчица не хочет обсуждать это с ней. – Езжай в наш офис.

Получив утвердительный ответ, она бросила трубку, оставив меня наедине с, режущей глаза, вонью толчка.

Когда приехал в офис, Сабина уже ждала меня за мониторами. Высунув на секунду голову, она бросила на меня недовольный взгляд, и вернулась обратно.

Я не стал её отвлекать и просто закурив сигарету сел за своё место.

Молча наблюдая, как тонкая струйка дыма окутывает плоскую люстру, я раздумываю о предстоящем разговоре.

Сабина молча нагнулась куда-то под стол и протянула мне конец кабеля, воткнутого в комп.

Я без лишних слов вставил свой конец себе в порт на голове. Ничего не почувствовав, я посмотрел на Сабину в ожидании.

Первый и последний раз я погружался в сеть подростком, и опыт был достаточно печален. Я не испытываю страха перед погружениями в сеть, но всё же, до этого момента старался в неё не погружаться.

Сабинены пальцы забегали по клавиатуре набирая текст. Я успокаиваю себя тяжёлым сигаретным дымом, и постером на стене.

Только Сабина закончила набирать текст и откинулась на кресле, я ощутил всю тяжесть нетранерского бытия одномоментно. Я будто мгновенно заснул, пока мир вокруг меня плавно превращался в непонятную массу фигур. Прямые линии мониторов и столов в каморке превращались в извилистые линии кубов и пирамид, а милое женское личико в несколько огромных сфер и треугольников.

Я решил, что лучшим решением будет на секунду закрыть глаза и подождать, пока мой не подготовленный мозг, не привыкнет к новой реальности. Но я сильно удивился тому, что в сети невозможно закрыть глаза. За место этого, возникает слабое помутнение зрения и спадает напряжённость с глаз.

Я хоть и знаю что сеть, это отражение реального мира, только в реалиях цифровой информации а не физической. Но всё же я думал, что если я оцифруюсь в одном месте, то я окажусь в том же месте, но в цифровом мире. Оказывается нет, и я оказался в абсолютно не похожем на нашу каморку месте. Три Стены из маленьких кубиков и пирамидок, окружают меня, но находятся достаточно далеко от меня.

С четвёртой стороны пропасть рядом с которой появился небольшой круглый столик, ножка которого состоит из многогранников, и два стула из пирамидок. Ярко красный женский силуэт уже сидит на одном из них. Я подошёл к ней и женщина пригласила меня сесть.

– Вас пришлось довольно долго ждать. – раздался железным эхом упрёк.

– Извиняюсь, что заставил вас ждать. – слюбезничал я, перед знатной дамой, пока усаживался. – Чем я могу быть вам полезен?

Красный силуэт улыбнулся и наклонил голову.

– Я всё ещё жду, когда вы вернëте мне сына.

Я легонько улыбнулся и поглядел в низ пропасти, на много фигурную бездну, у которой не видно дна.

– Думаю, это сейчас весьма затруднительно.

– Я отлично понимаю что это затруднительно, но вы единственный, в ком я уверена, что вы в силах его вернуть. Естественно я не думаю, что вы это сделаете бесплатно.

– А у вдовы достаточно денег, чтобы мне заплатить?

Силуэт расплылся в улыбке до ушей и сдержано хихикнул.

– Как вы думаете, как я ещё жива? Как я всё ещё нахожусь в городе? Если, у меня нет денег вам заплатить.

– Я думаю ваши дни сочтены. – сложил я ногу на ногу. – И это вопрос времени, когда совет директоров компании до вас доберется. И я думаю, что ваш сын уже мёртв. И спасать его уже нет необходимости.

"Зачем им держать его живым? чтобы шантажировать мать? Тогда почему они ничего не делают?"

– Вы Ник наивны, если думаете что всё так просто. Мой сын жив и содержится в офисе FARC, в этом городе. – лёгким движением руки, Аманда перенесла нас далеко в цифровом измерении, к своему особняку. Покрытому огромным чёрным кубом, что полностью скрывает само здание. – Я до свадьбы руководила отделом кибер безопасности в "DYCEN corporate". И я не дура, я подготовила подушку безопасности на подобный случай. И могу ждать и спонсировать вас, пока вы спасаете моего сына.

Думая, насколько эта женщина всё тщательно подготовила " На подобный случай" Я уже начал гадать, какую сумму она мне предложит за работу. тысяч пятьсот? Там я смогу сторговаться до шестьсот, или даже шестьсот пятидесяти.

– Миллион евро-долларов. – ей улыбка в миг слетела с лица, став максимально серьёзным.

От подобной суммы в начале торгов, я опешил. Мне лишь остаётся надеяться, что мой цифровой образ не выдал мою реакцию.

– Даже миллиона мало, чтобы я согласился на самоубийство. – облокотившись на стол локтем и оперев голову на руку, наигранно утомленно ответил я.

– Полтора миллиона, и я покрываю все расходы.

Не успел я распланировать, жизнь на миллион в Европе, как меня снова удивила Аманда.

– Миллион семьсот. – Чуть не дрогнув сказал я.

– Полтора и точка.

– Нууу, ладно – скривился довольный я.

– Я дам вам ту информацию, что вам поможет. – железный голос чуть смягчился и лицо снова растянулось в довольной улыбке.

Я поднял взгляд на неё.

– Слушаю.

– Его держат на пятьдесят втором этаже, в спец комнате, специально созданной для таких случаев. – она сделала короткую паузу, в которой на её лицо снова упала серьёзность и тоска. – Его не пытают и его жизни ни что не угрожает, но это не на долго. Так что поспешите.

"Если его жизни ничего не угрожает, так зачем спешить? "

– Можно вопрос? Почему он всё ещё жив и его жизни ничего не угрожает?

– Я учила его в детстве, что в любой ситуации надо подстраховываться. И как я понимаю, он узнал какой-то секрет совета директоров. Который никто не должен узнать. И он шантажирует их тем, что в случае своей смерти этот секрет перейдёт третьим лицам автоматически. Только это объясняет почему он всё ещё жив. И подтверждает мою версию то, что нетранеры корпорации кого-то активно ищут в сети, а охотники разъехались, в поисках, по всем закоулкам планеты.

– Откуда вы знаете что он жив?

Жёсткая маска не спадает с красного силуэта, строго и холодно отвечая на вопросы.

– В офисе есть человек, что работает на меня.

– Угу. – погрузился я в раздумья – А вашего сына не могут перевести в другое место?

– Врятли.

Распрощавшись с Амандой я вышел из сети. Меня сразу накрыла головная боль и головокружение.

– И что? – спросила Сабина.

– Мы в деле. Цена миллион.

Она помедлила некоторое время, обдумывая сумму.

– И что делаем?

Я зафиксировал голову руками, чтобы она меньше кружилась.

– В первую очередь, вывози отсюда всю аппаратуру. Мы переезжаем в убежище на свалке.

Мои слова поразили Сабину настолько, что первые несколько секунд она сидела не подвижно, и только потом начала возмущаться о том, как она сильно не хочет переезжать туда, и вообще зачем это надо.

"Здесь слишком опасно" – это понимаем мы оба, но я ещё понимаю, что если не дать возможность Сабине ныть – выйдет только хуже.

Пока Сабина начала снимать мониторы со штативов и разбирать прочую аппаратуру, я закинул ноги на стол, зажёг сигарету и начал думать.

Уже ночью Сабина спросила.

– У тебя есть идеи, как нам это сделать? – вопрос выдернул меня из раздумья.

– Я думаю.

Она очень не довольна тем, что нам придётся жить временно на свалке, что ей придётся временно воздержаться от встреч со своей подружкой. Еще её печалит то, что после этого дела, нам надо будет на долго залечь на дно. Сменить город, а лучше страну.

Чтобы хоть как-то скрасить её печаль и облегчить переезд, я помогаю перевозить её вещи. Двумя поездками мы перевезли оборудование из офиса и личные вещи из её дома.

Всё время пока мы ездили, туда обратно, я думал. И ничего стоящего не придумал.

Единственное что мы поняли наверняка, что вдвоём мы не справимся. Ведь пробиться во внутрь не реально, из-за их системы безопасности, что уничтожит любого человека с оружием внутри здания. А попасть во внутрь не заметно, тоже невозможно.

Взломать её Сабина не сможет. Уничтожить тем более. Единственный вариант ей завладеть, изнутри при помощи вируса. Но у нас нет вируса, и нет возможности его создать. И тем более у меня нет идей, как незаметно, внести вирус внутрь здания.

Сейчас, куря сигарету и разглядывая холмы мусора, я перебираю в памяти тех, кто может нам помочь. На ум приходят только русские. Только они смогут найти способ, как загрузить вирус.

Но берут они за работу много, и вряд ли Аманда заплатит им отдельно от меня.

– Иди договаривайся с русскими. – как будто бы читая мои мысли, влезла в них Сабина. – Просто не говори им полную сумму награды и заплати им тысяч двести на двоих.

– Ага, они так мало за такую работу не возьмут. Думаю полмиллиона точно потребуют.

– А без них, мы ничего не заработаем. – она поставила ногу на колесо моей машины и села на капот. – Ты не мог выторговать у неё больше?

– Я и так с семи сотен торговался. – не моргнув и глазом ответил я. – У меня есть идея лучшей.

Её брови поднялись от удивления.

– Расскажи?

– Мы кинем их.

Сабина усмехнулась и отвела от меня взгляд.

– Смело. Очень смело.

– Есть идеи лучше?

– Нет – замотала она головой.

Я выкинул бычок и завёл машину.

Через пару часов, я уже подъезжаю к месту которое мне назвала Аня по телефону. Маленький круглосуточный магазин. Набитый пыльной мебелью и без людей внутри, но с кучей машин на улице. Обойдя здание вокруг я нашёл вход в подвал у которого стоит оживленная компания.

Пройдя мимо них в подвал, сразу понял куда попал.

В центре зала высокий ринг, закрытый от зрителей стальной сеткой . Два бойца. Один гигант, два метра в высоту и почти столько же в ширину, дубасит крошечного азиата. А азиат не простой, весь в чёрном карбоне, с серебристыми поршнями, угибается и отвечает меткими ударами в голову гиганту.

В кричащей толпе, пьяных зрителей, пытаюсь найти эту хрупкую деваху. И когда нашёл, в первых рядах, толкающуюся с крупными мужиками за место, удивился. На мои настойчивые просьбы выйти из толпы и поговорить, она лишь бросила "подожди, после боя поговорим".

Я покинул толпу и направился к бару. Взял себе бутылочку пива и стал ждать с краю у входа.

Эти бои интересны публике, и понятно за что. Даже я не большой любитель драк, периодически смотрю подобные бои. Публика любит неравные бои, когда один на голову больше другого и на лишние пятьдесят килограмм тяжелее. Ведь весело смотреть, как гигант превращает в кашу доходягу, а тот ничего не может ему сделать, лишь робко защищается и пытается продержаться до конца трехминутного раунда, чтобы после отказаться продолжать бой.

Но этот азиат явно уверен в себе. Он прыгает, как попрыгунчик, по рингу не забывая отвечать на взмахи своего соперника меткими ударами, то в лицо, то в рёбра, иногда в живот. Когда его оппонент теряет самообладание и начинает напирать на него с животной яростью, он держит от него большую дистанцию, постоянно уходя на открытое пространство, не давая возможности загнать себя в угол.

За те две минуты, что я смотрел их поединок я насчитал более трёх десятков ударов, что пропустил здоровяк и не одного, что пропустил бы азиат. Кажется будто именно гигант, тут в более хреновом положении.

Но всё же гигант достоял до конца раунда.

Все две минуты перерыва толпа скандировала : Чи Мин! Порви его! Чи Мин! Убей его!

По ощущениям, в зале нет ни одного человека что поддержал бы сейчас гиганта.

После трёх минут унижения в бою и ещё двух минут публичного унижения в перерыве, гигант явно чувствует себя плохо. Он даже попытался отказаться от продолжения поединка. Но толпа не дала возможности ему это сделать.

– Дерись тварь! Дерись сыкло! – скандировала толпа заставляя его драться дальше.

Второй раунд уже был не так интересен. Желтолицый полностью перехватил инициативу и начал кошмарить ударами обмякшего оппонента. Через пару минут поединок закончился тем, что азиат повалил его на пол и стал наносит жёсткие удары в голову, до тех пор пока уничтоженный противник не перестал ёрзать ногами по полу.

На ринг вышел рефери и оттащил победителя от бездыханного тела и с ехидной насмешкой, констатировал смерть проигравшего.

Толпа взревела в овациях, а победитель только подогревал публику играя мускулами и демонстрируя новейшие стальные руки и окровавленные кулаки.

Ко мне из толпы выскочила радостная Аня .

– Ну ты видел?! Видел? Как он его!

Я только и смог выдавить максимально заинтересованное

– Видел.

Аня схватила меня за рукав, вытянула на улицу и сказала указав пальцем в сторону перекрёстка:

– Пошли вон туда. Там поговорим.

Зайдя в круглосуточную забегаловку она заказала себе бургер, пиво и картошку фри. Я хотел отказаться от еды, но Аня настояла чтобы я тоже поел.

Получив заказ, мы сели за самый дальний столик, где я рассказал ей суть дела и предложил ей работу, на четыреста тысяч на двоих. Она сразу согласилась но добавила одно "но".

– Я не буду работать без Серёги, а он наврятли согласится.

Сделав глубокий вдох, я спросил.

– Ладно. А почему он не согласится?

– Он очень не любит корпоратов. – она сделала паузу выпив пива. -И вытаскивать одного из них. Он не согласится.

– Разве деньги не пахнут? Какая ему разница, кто и за что ему платит, если платят много?

Она развела руками и стала задумчиво есть картошку.

– В принципе, дело выполнимо. Если есть настолько сильный вирус, что передаст нам контроль над системой безопасности здания, то нам лишь надо придумать как его внести внутрь здания. И дело в шляпе.

После моих рассуждений вновь повисла тишина, разбавляемая только чавканьем картошки.

– Хоть просто ворваться и сунуть флешку в разъём на ресепшене. – задумчива сказала Аня, разглядывая потолок.

Аня доела последнюю картошку и откинулась на диване запрокинув голову назад.

– Серёга не дурак. Он придумает, как нам это сделать. Да и такие суммы на дороге не валяются. – она глубоко вздохнула – Ладно. Я поговорю с ним. И потом тебе позвоню.

Я облегченно вздохнул и раскинувшись на диване зажёг сигарету. После пары минут в тишине, я спросил.

– Тебя подвести?

Аня поднялась из-за стола и пошла на выход лишь бросив по пути.

– Нет, сама доеду.

Глава 4

– Вставай. Вставай давай.

Женская рука тряхнула меня за плечо, требуя чтобы я поднялся.

Но диван, что нам одолжили мусорщики, предательски мягок, он не хочет меня отпускать, он утягивает меня в свои мягкие объятья пролежней, оставленные на нём десятком прежних хозяев, что лежали на нём в точно таком же положении что и я сейчас.

После тяжёлого вчерашнего вечера, полностью проведённого в обустройке нашего нового жилья, невозможно придумать более счастливой новости, чем та что получил я вчера : "я уговорила Серёгу" И даже то, что он согласился работать не меньше чем за четверть от награды, не могла меня расстроить.

Я перевернулся на бок, лицом к спинке, чтобы показать Сабине что её потуги поднять меня бесполезны. Но удар ноги по дивану доказал обратное. Вибрация что прошла волной по дивану, оказалось настолько противной что даже меня заставила встать.

– Что такое?! По вежливее нельзя?

– Нельзя – отрезала она, с напряжённом лицом. – Они уже приехали.

Только после этих слов я заметил, как в раскрытую гаражную дверь заезжает обтекаемой формы Шевроле.

Те три несчастных часа что я поспал, вывели из меня, весь никотин, виски и всю усталость в придачу, так что я снова готов к сомнительному обществу.

Оба русских зашли в комнату и я поднялся чтобы пожать им руки. Серёга сделал это нехотя, явно показывая что мы с ним не столь знакомы, чтобы здороваться рукопожатием, а Аня наоборот с силой пожала руку и села рядом на диван.

– Так – начал я. – Ты же в курсе сути дела? Есть идеи?

– Стой – прервал он. – Мы ещё не решили с условиями работы.

– А что там решать? – усмехнулся я. – Миллион делим на четверых, за доп расходы платит заказчик. Если нас цена не устраивает, то держим нашего друга, при обмене, на мушке и поднимаем цену. Вот и всё. Есть ещё вопросы?

Серёга затих в раздумьях. Он явно ищет дыру в моих словах, не состыковку, что даст ему повод усомниться во мне.

– Меня всё устраивает. – прервала повисшую тишину Аня.

– Есть те, кого что-то не устраивает? – Я неспешно оглядел всех в комнате.

Сабина махнула головой, дескать "нормально" Серёга всё ещё медлит.

– Меня тоже всё устраивает – буркнул себе под нос Серёга.

Я не смог скрыть тонкую улыбку на лице. Как мне кажется, самое сложное позади.

– Теперь надо придумать, как нам это сделать. Есть идеи?

Серёга уставил свой тяжёлый взгляд на меня.

– Для начала , скажи какие у тебя идеи.

– Ну, у всех моих планов один изъян – начал я. – Мы бы могли делать в здании FARC всё что захотим, если бы могли внедрить в систему безопасности вирус захвата контроля. Такой вирус есть, но внедрить его надо физически. Тоесть через щепку данных, напрямую в сеть. Но как это сделать, так чтобы они этого не заметили?

– Ну а если мы внесём этот вирус, что дальше? – поинтересовалась Аня.

– Мы заходим в здание как к себе домой. – ответила за меня Сабина. – Ни одна камера, ни одна турель, ни одна сигнализация не сработает.

– Тогда может ворвемся в здание, через главный вход, загрузим вирус и дело в шоколаде? Нет?

– Тогда нет смысла от вируса. – устало ответил Серёга – Мы умрём быстрее чем до беремся до.... А как его? Э… Энди?

– Эндрю. – поправил я.

– Да похеру.

Мы снова погрузились в тишину.

– Ну тогда у меня есть идея. – привлёк наше внимание Серёга. – Видели как делают "эко-террористы"?

– Взрывают смертников?

– Да. Похищают абсолютно случайных людей, пичкают их взрывчаткой и при помощи чипов контроля отправляют взрываться. Реально такие достать? – поинтересовался он у Сабины.

Она лишь развела руками и сказала.

– Я поищу.

– Вот и как вариант, я предлагаю: взять одного мусорщика, взорвать им главный вход , зайти следом и загрузить щепку в первый попавшийся терминал. Потом ночью взять и прийти за заложником через служебный вход.

– План прост и гениален. – саркастично объявил я, выдыхая сигаретный дым. – Но. Есть несколько "но". После подобной диверсии охрану только усилят. Они будут подозревать, что наша цель заложник, а не борьба за сохранение природы. Так что лучше взять АВИ, приземлиться на крыше и через главный лифт попасть на нужный этаж.

И ещё этот план может сработать, только если у нас будет чип контроля.

– Я его уже ищу. – нервно прервала меня Сабина, высунувшись из-за монитора. – Пока думайте ещё варианты.

Снова воцарилась задумчивая тишина.

Её прервала Аня.

– А почему, мы не можем просто передать щепку с вирусом шпиону в офисе?

Мы с Серёгой удивлённо уставились на Аню. "Какой простой и вправду гениальный план. А почему не можем? "

– Всех клерков в корпорация досконально проверяют утром и вечером. – без эмоционально парировала Сабина не отрываясь от компа. – Я вообще удивлена, что он передал хоть какие-то данные.

Коллективное удивление и оживление, как рукой сняло. Мы все снова погрузились в тишину. Несколько неудачных идей прерывали общее молчание, но не надолго.

– Нууу.... Я нашла что вы хотели. – объявила Сабина.

Мы все подняли глаза на неё, ожидая продолжения. Она выкатилась на стуле из-за стола и подпирая голову руками рассказала.

– Существуют имплантаты контроля. Их устанавливают людям в мозг и это позволяет управлять их телами на расстоянии. И торгуют ими "лига опасного интернета".

– Сколько они за такой хотят? – спросил я.

– Двадцать-пять тысяч за штуку.

– Класс. – недовольно прошипела Аня. А почему не все сто тысяч?!

– Заказчица говорила что оплатит расходы. – напомнил Серёга, коса взглянув на меня до сих пор не доверяя моим словам.

– Ага.

Я чуть залип в пол размышляя, хороший ли это план или нет. Но всё же решил.

– Я предлагаю, сначала уточнить у заказчицы: даст ли она нам АВИ, и возьмёт ли на себя оплату этих имплантов. И возьмем два. Я не хочу рисковать своей жопой и заходить в офис после взрыва.

– Согласен. – объявил Серёга.

– Но нужен будет рипер, что установит эти имплантаты. – напомнила всем Сабина.

– У меня есть хороший рипер, что нам поможет. – уверил Серёга.

Когда я посмотрел на Аню чтобы узнать ее мнение, она лишь развела руками, мол "делайте как хотите"

Глава 5

После того как заказчица дала добро на наш план, Серёга поехал за рипером а мы с Аней на встречу с "лигой опасного интернета" Чтобы забрать товар.

Место для встречи они назначили сомнительное, у грязного водосточного канала в опасной близости к южноамериканцам.

Здание по адресу, является настоящим гадюшником, плотно заселëное безработными алкашами, выискивающими своими крысиными глазками, что у тебя можно спереть.

Проходя мимо них по подъезду, мы направились в подвал, но упëрлись в массивную железную дверь. Постучав в дверь, она приоткрылась, из-за неë выглянул человек с такой же крысиной мордой и огромного роста. Оглядев нас, он открыл дверь полностью и впустил нас внутрь.

Внутри не очень большой комнаты сыро и очень грязно. Маленький стол, диван и пару кресел обильно покрыты крошками, по полу разбросанные упаковки из под еды, все стены в жутких жирных пятнах, и воняет гнилью.

"Не так я себе представлял членов самого известного сообщества хакеров мира." Видать это посредники, что занимаются только передачей товара покупателям.

Из-за стола поднялись еще двое жителей этого свинарника, оба худые задохлики маленького роста. У одного на башке кривой красный ирокез, а у второго волосы и вся кожа ярко синяя. У этих двух, в отличии от первого, на поясе висит оружие в кобуре. И передвигаются они дёргано и нервозно.

– О, это вы покупатели чипов? – сморкнулся в руку ирокез. – А мы вас ждем.

Слегка шатаясь он подошёл к нам и протянул руку.

Я быстро задавил в себе брезгливость и крепко пожал его тонкую, венозную руку.

Чем быстрее мы заберём товар и уйдем, тем нам и лучше. Так что лишние конфликты мне не к чему. А Аня видно, не разделяет мою точку зрения.

Аня не стала пожимать руку, когда он ее протянул.

Расслабленный настрой ирокеза куда-то пропал и он шагнул к своему большому товарищу. Махнул рукой синему, чтоб он принес нам товар и стал молча ждать.

Парень с синей кожей ушел в соседнюю комнату и пропал.

Долгое ожидание вместе с молчанием начали давить на нервы ирокеза. Сначала он начал отстукивать нервный ритм ногой, потом начал подгонять синего криками.

Через пару минут вышел синий с маленьким кейсом. Подойдя к нам он открыл его и продемонстрировал два крошечных импланта, размером чуть больше самой крошечной монеты, что я видел.

– Шестьдесят тысяч, за оба. – объявил ирокез.

Максимально испытывающе я посмотрел на ирокеза, не скрывая во взгляде холодного презрения.

– Мы договаривались на пятьдесят.

Синий захлопнул кейс и от шагнул за спины товарищей. Ирокез нахмурился и выпрямился в полный рост, ходя даже так, он на пол головы ниже меня. Он подшагнул ко мне в плотную и смотря в глаза медленно произнес.

–А я сказал шестьдесят.

Я бегло оглядел двух других через его голову. Синий уже положил кейс на пол и опустил руки вниз, крысиная морда лишь чуть-чуть начал раскачиваться на пятках. И оружия у него под рукой я не увидел.

– Ты меня понял? – прыская слюной, разревелся ирокез.

Я опустил на него взгляд, демонстрирую "я не буду платить больше"

Максимально сильно он толкнул меня левой рукой, разрывая дистанцию, он отпрыгнул назад и уже схватился за рукоять пистолета, когда мои стальные пальцы только начали свое движение.

Мой имплант не допуская ошибок в этом деле, за доли секунды идеально лëг на рукоять, за мгновение выдернул пистолет из кобуры, и в одно мгновение навëл ствол в лицо ирокезу. Его пистолет еще не успел навестись мне в грудь, когда моя пуля вошла ему в череп межу бровью и левым глазом. Выстрел в упор, запрокинул его голову назад и вмиг повалил тело на пол. Тонкая струйка крови и мозговой жидкости разлетелась фейерверком по комнате.

Синекожий в этот момент только схватился за свой пистолет, пока мой выстрел не свалил и его, таким же метким попаданием в голову. Только небольшая полоска крови взлетела в верх и долетели до дальней стены.

Наконец очередь дошла и до безоружного. Я направил ствол ему в лицо, как мой пистолет разлетелся на куски прямо у меня в руке.

Части разрушенного затвора и ствола полетели в сторону, вслед за тонкой голубой полосой, разрезавшей воздух с противным тонким свистом и металлическим лязгом.

Я успел разглядеть в его руке Электро-меч.

Сделав рывок назад, я потерял равновесие и упал, и следующим ударом, он точно меня достанет.

Резкий свист и скрежет разнеслись по комнате. Фиолетовая полоса света рассекла крысиную морду от левого плеча до живота.

Река крови хлынула из разреза вслед за вырванной плотью и органами. Огромная туша потеряла равновесие, выронив свой меч и рухнула на пол, рядом со мной. По полу разлилась огромная темно-бордовая лужа крови.

Я сел, оперевшись на руки , наблюдая как Аня отходит подальше от крови и убирает огромный клинок, длинной со всю ее руку, обратно под разорванный рукав куртки.

– Вставай давай. С тебя новая куртка. – с улыбкой упрекнула она, показываю разорванный рукав кожаной куртки.

–Ща. – тяжело дыша ответил я. – А с тебя новые штаны.

Она улыбнулась и молча подала руку.

Поднявшись я смог полноценно оценить картину.

У ирокеза раскурочено пол лица. Видно кость, мозги и сплющенный глаз, выбитый из глазницы. Большая окровавленная туша крысиной морды, лежит на полу с перекошенным лицом. Синекожий самый целый, просто с входным отверстием во лбу, и с выходным где-то выше затылка.

Даже меня от этого мутит немного.

А Аня грациозно обошла все тела вокруг и взяла кейс.

– И даже платить не пришлось.

На ее лице нет не капли беспокойства, не видно даже намека на тошноту или отвращение. Только брезгливость к крови и грязи, портит улыбку. Но не более.

Я увидел на полу свой раздробленный на куски пистолет и перешагнув через длинное тело поднял с пола пистолет ирокеза, пока его не испачкала разливающаяся вязкая лужа крови.

Мы не стали надолго там задерживаться и поспешили удалиться.

Глава 6

Вдыхая горячий сигаретный дым, я играюсь с новым пистолетом. Новым немецким "чейзетом" ,почти полностью стальным, лишь рукоять пластиковая, с двадцати зарядным магазином, мощный и надёжный, он добавляет мне уверенности в завтрашнем дне и спокойствия.

Я убираю его в кобуру и быстро достаю, наводя прицел на враждебное пятно на стене.

Сабина за рабочим столом собирает напечатанный на 3д принтере ошейник, который мы оденем на шею Эндрю, чтобы гарантировать себе передачу денег заказчиком.

С нашей стороны это последние приготовления. Био импланты мы с Аней привезли, чип с вирусом для FARC Сабина подготовила, Аманда обещала обеспечить нас АВИ и снарядить оружием, один лишь Серёга опаздывает.

За стеной послышался шелест пыли, гул двигателя и скрип колёс. Сабина растерянная неожиданными гостями, оторвалась от дел и стала вслушиваться. Время летит не заметно, когда занят делом, а не сидишь умирая от скуки, когда твоё счастливое будущее зависит от других.

Только когда гаражные ворота закрылись, двое человек вышло из машины. Серёга не слова, не говоря прошёл мимо меня и сел на подлокотник дивана рядом с Аней.

– Ты не торопился. – насмешливо упрекнула она.

А высокий и худощавый мужчина с покрытым морщинами лбом, сразу протянул мне руку. На вид ему лет пятьдесят, глаза двух цветов- один зелёный, второй светло голубой, на лице густые бакенбарды. Одет в парадную белую рубашку, серый жилет, брюки и кожаные туфли.

– Меня оторвали от весьма официального мероприятия. – весьма надменно, словно с высока прокомментировал он мой осматривающий взгляд. – Но ради такого дела, стоит приехать.

– Ну, я так и понял.

Я вообще не планировал спрашивать, почему он в таком виде. Если он правду сделает свою работу, то мне плевать на его внешний вид и его аристократическую надменность.

Пожав руки, я предложил ему сесть, но он проигнорировал мой жест. И растягивая слова, медленно спросил.

–Я правильно понимаю, что вы хотите , чтобы я, имплантировал импланты контроля ?

Мы с Сабиной переглянулись, и я кивнул головой. Оглядев всех, он всё-таки сел на кресло.

– Понятно, я хочу за свою работу десять тысяч.

– Хоро…

– И еще двадцать за молчание. – добавил он.

Я не рад таким ценам, но из-за того что, за чипы платить не пришлось, я не желаю с ним торговаться.

– Хорошо. Но и про взрывчатку не забывай.

– Само собой разумеется. – радостно воскликнул он. – Вшить пакет взрывчатки в пузо, любой дилетант может. но кому? – с улыбкой огляделся он. – Я не вижу пациента.

– Ща найдем тебе пациента. – поднялся Серёга.

Затушив сигарету в переполненной пепельнице, я направился за ним.

Выйдя на улицу мы посмотрели по сторонам, кроме гор мусора вокруг есть лишь ряд одноэтажных зданий, вдоль дороги. Слева от нашего гаража стоит лишь несколько холуп и пара палаток, вот справа улица уходит далеко вперёд, и видны некоторые обитатели этих мест.

Идя неспешна по улице, прошли мимо компании из трёх грязных алкашей празднующих вечер пятницы. Через пару домов от них, на крыльце дома, сидит длинноволосый пухляк на тонких ногах, и бьёт пиво.

Я указал на него, как на подходящего кандидата, и Серый со мной молча согласился.

Мы подошли к нему и нависли над ним с деловым видом. Отпив из бутылки он мощным басом выругался.

– Чево вам тут надо?

Мы переглянулись, с немым вопросом "что ему сказать? " И разговор начал я.

– Хочешь быстро подзаработать? – я вытащил из кармана кошелёк с наличкой и показательно пересчитал ее у него на глазах. – Плачу двести баксов. Дело на пять минут.

Вцепившись мертвой хваткой глазами в деньги он спросил.

– Что нужно делать?

– Пойдем мы тебе покажем. – кивком головы, я указал в сторону.

– Ща. – В три глотка он осушил бутылку пива и с размаху кинул её в кучу мусора рядом, бутылка разлетелась в щепки, чуть не зацепив меня осколками. – Ну, пошли.

По пути обратно я почувствовал дикий запах женой пластмассы и какого-то дерьма, напомнивший мне больницу.

Оглядевшись я увидел полоску дыма стекающую вниз по холмам мусора, прямо в нашу сторону. И выпалил в недовольстве.

– Что они там жгут?!

– Биоимпланты. – с невозмутимым видом ответил пухляк не оборачиваясь.

Весь остаток пути мы прошли в полной тишине. Мне нужно время, чтобы перестать думать о том кто и зачем сейчас жжет импланты, а Серёге как я понял, тишина гораздо приятней общения.

Проходя под гаражными воротами, мы пропустили нашего товарища вперёд и он без задней мысли зашёл первый.

Только он увидел перед собой железный стол, стоящий в центре помещения, он замер как олень перед фарами автомобиля.

Дверь начала за нами закрываться и мы синхронно подхватили его под руки, пронесли пару метров над землёй и уложили лопатками на стол.

– Эй, эй не надо мужики, вы чего? – ошарашила его мысль, что быстрые деньги бывают опасны. – Что я вам плохого сделал?

“И вправду ничего, просто оказался не в нужном месте, не в нужное время, вот и всё. Ничего личного просто бизнес.”

Быстро осознав что словами он не спасётся, он начал вырываться изо всех сил. Мотать головой, выкручивать руки, выгибаться в мостик упираясь ногами в стол.

Я держа его левую руку и давя в плечо, рядом с ключицей, вжал его в стол. Серега с другой стороны сделал то же самое. А Рипер, чьего имени я даже не спросил, не торопится. Он неспешна открывает свои коробочки с инструментами и медленно в них шариться.

Пухлый падальщик уже начал пускать слюни из рта и задыхаться от криков, ударяя ногами по столу. Один из таких ударов прошел мимо стола, и железная нога ударила меня в колено. Он понял, по моему лицу, что мне это жутко не нравится и начал намеренно изгибать ногу так, чтобы грязными и порванными кроссовками упираться мне в бедро и отталкиваться от меня.

Он лихорадочно замахал головой, разбрызгивая слюни в стороны и это стало моей последний каплей. Я сжал свой стальной кулак и сделал коротки удар ему в нос. Он вмиг стал спокойнее. Сознание не потерял, но сломанный нос явно мешает ебу брыкаться.

– Не калечь моего пациента! – вмешался рипер. Легким движение руки он ввел инъекцию прямо в шею пациента. Через пару секунд тот обмяк. Раскрыл рот, тяжело задышал, распрямился и закатил глаза.

– Если бы ты не был таким тормозом, было-бы легче. – огрызнулся я в ответ.

Рипер лишь бросил недовольный взгляд и вернулся к свои инструментам.

Одна из его коробочек была интереснее других. Из нее торчит десяток сменных пальцев, тыльной стороной вверх.

Рипер взял маленькое, плоское устройство и поднес его к запястью. Щёлк. И вся кожа его руки стала плавно расширяться и сползать с руки. Будто снимая перчатку, он стянул кожу и сунул четыре пальца в коробочку рядом с другими пальцами. Щёлк. И его средний, большой и указательный палец остались в коробке. Он присоединил себе другие пальцы, на концах которых, заместо ногтей находились тонкие жала, для захвата мелких предметов. За место безымянного он надел мини скальпель.

В другу руку он взял стружащую машинку и в пару движений сбрил длинные сальные волосы с головы бедолаги. Тонким скальпелем сделал надрез выше виска и раскрыл его пальцами. Он начал копаться в его голове и мне стало мерзко на это смотреть. В этот момент я понял, что дольше всех смотрел на это я, а Серёга уже ушёл не выдержав отвращения.

Через два часа рипер позвал нас на демонстрацию своего творения. За это время у его ног образовалась маленькая горка кишков и лишних органов. Мерзкая лужа страной жидкости перемешанная с кровью покрывала весь пол у ног хирурга.

Не поднимая на нас глаз, он зашивал вскрытый живот.

– Я почти закончил. Можете искать следующего пациента.

Все мы подошли максимально близко к столу и рассматривали его работу.

Тело лежит почти без движения, только если сильно вглядеться, можно увидеть легкое движение волосатой груди. От паха и до пупка тело покрывает уродливый шов. Конец которого ещё не закончен у паха. На лысой голове тонкий шрам над ухом.

– А все точно работает? – поинтересовалась у него Аня.

– Если ваши имплантаты работают, значит все работает. – пофигистично огрызнулся он, считая что он вообще не может ошибиться.

– Мы можем это проверить? – не отрывая глаз от тела спросила Сабина.

– Можете. – затягивая шов ответил рипер. – Но несколько раз брать под контроль чужое тело не рекомендую. Каждый раз входя и выходя из чужого тела, твоя нервная система начинает подстраиваться под это тело. И в последствии это может иметь неприятные последствия.

Он закончив работу, облокотился на операционный стол. В помещении застоялся неприятный запах немытого тела и говна, который нельзя выветрить.

– Значит ищем новое тело, а потом всё разом и проверим. – объявил я направляясь к выходу.

Серега пошёл следом за мной.

Выйдя на улицу, запах жëнного пластика и свеже гниющих пищевых отходов, кажется свежестью хвойного леса по сравнению с тем как пахнет внутри.

В третьем часу ночи искать людей на свалке будет труднее. Все местные весельчаки что праздновали пару часов назад, уже разошлись по домам. Мы решили направится в туже сторону что и в прошлый раз, надеясь там хоть кого-нибудь встретить.

Десять минут молчаливой ходьбы ни к чему не привели. На улице безлюдно. Мы захотели уже подняться на ближайшую груду мусора, чтобы найти людей с высоты, но из одной палатки рядом вышла смуглая женщина, в коротких рваных шортах, вечерний майке и шлепках. Зажгла сигарету и стала смотреть на нас как на обезьян.

Мы подошли к ней, она встретила нас кривой ухмылкой. На вид ей под сорок, но морщины изрыли её лицо настолько, что кажется ей намного больше.

– Чего вам мальчики? – пожирающе оглядев нас, её взгляд остановился на моей стальной руке.

Я ожидал, что в этот раз разговаривать будет Серый, а не я. Но он молчал, и пока наш разговор не превратился в глупый фарс разговаривать снова начал я.

– Хочешь быстро подзаработать?

Ее лицо расплылось в довольной улыбке.

– Что мальчики, экзотики захотелось?

Вытянувшись во весь свой рост, она стала заглядывать нам в глаза в поисках толи смущения, толи застенчивости, но не найдя на моем лице не капли красок, а на Серëгином вообще никаких эмоций, она умерила свой пыл.

– Сколько платите?

– Двести. – ответил я с улыбкой.

– Ну заходите. – она развернулась и приоткрыла шторку палатки для нас.

– Нет, пошли к нам.

– Хм. – Она задумалась. – Мне переодеться?

– Нет, не стоит. Пошли. – я поманил ее рукой за собой.

За весь путь никто не проронил ни слова. Я шёл впереди и не оглядывался. Но слышал как она в шлепках, то приближалась к Серёге, то отдалялась не получая в ответ никакой симпатии.

Не знаю, он всегда такой грубый или просто нервничает, но в последнее время он стал ещё более молчаливым.

Подойдя к нашему гаражу дверь приоткрылась так, чтобы нужно было пригнуться прежде чем войти и не было видно что происходит внутри.

Девушку запустили первой. Увиденное её потрясло настолько, что когда я выпрямился она стояла как вкопанная. Тело со стола хоть и переложили на пол, к стене, но пятна крови и гору органов на полу никто не убирал.

Мы с Серёгой подхватили ее под руки и за секунду уложили на стол. Она даже брыкнуться не успела, только крикнула:

– Не надо продавать мои органы!

Со словами "мы и не планируем" Рипер сделал инъекцию ей в шею , и через пару секунд она уже лежала не подвижно на столе.

Рипер вздохнул и снова занялся своей работой, а мы решили удалиться в другую комнату.

Из неспокойного сна, небрежным покачиванием за плечо, меня выдернул Серёга. Даже поспав последние три часа, я не почувствовал себя отдохнувшим, только спина заболела, от сна сидя.

Это наша последняя ночь, когда была возможность поспать. Уже сегодня в полдень мы проведем обманный маневр, а в полночь прилетим на штурм.

Так же, сидя на диване, спала и Аня. Встряхнув еë за плечо, Серёга ушел к риперу. Сабина спала на своем кресле, спинка которого откидывается горизонтально назад. Но по ее заспанному лицу, видно что она тоже таким сном недовольна.

Потянувшись, разминая все затёкшее тело, я вышел в соседнюю комнату, где над обнаженным женским телом стояли сгорбленный Серега и рипер, что-то обсуждая.

На животе у женщины красовался огромный шов, напоминающий кесарево, только продольный. При взгляде на женщину чувствуется какая-то странность. Не понятно в чем, руки ноги на месте, дыхание есть, даже тихое сопение слышно.

"Точно, почему волосы не пострижены? "

Я хотел задать этот вопрос риперу, но он увидев как я усердно разглядываю тело, сам пояснил.

– У нее волосы искусственные.

Я понял что это значит, но он продолжил пояснения.

– Кожа на ее голове искусственная, а волосы крепятся к ней. Я просто снял скальп, вшил имплант, и одел обратно.

К нам подошли заспанные девушки. Аня потягивалась и хлопала глазами пытаясь прогнать сонливость.

– Ну что закончили?

– Да – ответил рипер. – Я могу вас покинуть?

– Нет – отрезал Серёга.

Рипер уставился на него усталыми глазами.

– Если ваши имплантаты работают, то все будет в порядке. Но дважды подключаться я не советую. Это может сильно отразиться на нервной системе.

– А умереть в этом теле не опасно? – осведомился я.

– Нет, ты даже ничего не почувствуешь. – он сделал пару шагов в сторону и взял кейс от чипов. Открыл его и достал маленькую флеш-карту. – Вставляешь это в порт, у себя в голове. Запускаешь программу и всё, ты в чужом теле. А и вот ещё что.

Он сунул руку в карман и достал два крошечных детонатора , размером со спичечный коробок. На одном маркером нарисовано "м" На другом "ж". Индикаторы на обоих горят зеленым.

– Кому какой решайте сами.

Я взял тот что с буквой " М" И обратился ко всем.

– Что будем делать? Сейчас шесть часов утра. Мы планировали начать в полдень. Но я тут подумал, еще надо купить им хорошую одежду. – я бросил взгляд на пару полу голых бомжей, лежащих в гараже и убедился в правильности своей идеи. – В таком виде искусственный интеллект нас и близко к двери не пустит. Надо одеть их по богаче.

– Да, это правда. – поддержала меня Сабина.

Все повисли в задумчивой тишине.

– Предлагаю так. – начал Серый. – Сейчас вселяемся в эти тела. Если что пойдет не так рипер нас подстрахует. Дальше мы едем к башне и по пути покупаем одежду. Идет?

– Можно меня высадить где-нибудь в городе? – скромно вставил Рипер ища любую возможность от нас свалить.

– Можно. – грубым и недовольным басом ответил Серёга.

– Идет. Только куда мы там будем машину ставить? Там везде камеры, нас выследят раньше чем мы оттуда уедем. – спросила Аня.

– В "тихое место" – не отрывая глаз от тела и медленно обходя его вокруг, терпеливо ответил Серёга. – Это парковка где за скромную плату перестают работать камеры.

– И кто же будет взрываться? – не унималась она, будто все эти детали плана начали её беспокоить только сейчас.

– Я. – мой голос отозвался эхом и по гаражу и в моей голове. Я резко почувствовал на себе всю тяжесть ответственности, которую беру на себя. Холодную тяжесть, заставляющую мои ноги и спину сгибаться, под её весом.

– А кто еще? – не успокоилась она.

Мы все уставились молча на русских. Даже рипер сразу понимал, кому достанется эта роль.

Сабина отпадает сразу. Она нужна чтобы управлять взломом, когда мы донесём щепку. Остаётся выбор между русскими. Но они оба не горят желанием это делать.

Немного потупившись Аня попыталась разглядеть что-то на стене, потом на потолку, потом на другой стене, но перехватив наши пристальные взгляды сдалась.

– Ладно. Я пойду.

Серега едва заметно выдохнул. Будто уже собирался сдаться и взять это на себя.

– Но тогда это тело моё. – Аня прошлась вдоль женского тела, проводя по его коже рукой. Остановилось у груди и легонько ущипнула за сосок. Хихикнула и стала в близи разглядывать лицо своего будущего тела. Его орлиный нос, дешёвую кожу, которая начала трескаться у стыков вблизи ушей и губ.

Я подошёл ближе к своему телу и сразу пожалел, что не забрал женское.

Мое тело воняет просто жуть, и к тому-же, внешность пузатого, безногого еще и лысого наркомана меня не радовала.

Рипер взял две флеш-карты в две руки и выставил их перед нами.

– Кто первый?

Обменявшись взглядами с Аней, понял что первым буду я.

Я взял чип в руку и вставив его в разъём на виске, ничего не обычного не почувствовал, просто щепка вот и всё. Но все смотрят на меня как на первопроходца на луне. Даже по взгляду рипера ясно, что он волнуется.

Запустив программу, мои ноги моментально подкосились. Я только выставил руки вперед, как меня подхватил рипер. Он что-то возмущенно говорил, но я не слышал, даже разглядеть его лицо не смог. Глаза сами закрылись под тяжестью век.

Открыв их вновь я понял, что смотрю в потолок.

Спине холодно и сыро. Потолок чуть гуляет, но голову я поднял сразу и увидел удивлённые лица товарищей, стоящих надо мной. Рипер усадил мое родное тело на пол и подпëр его в спину ногой, чтобы не завалилось.

Я поднялся на локти. Затем сел. Оглядел свои руки, а они не мои, большие, волосатые и неуклюжие. Я хотел начать говорить, но рот как будто онемел. Язык ели двигается.

Но через десяток секунд эффект спал и я смог говорить.

– Ну что? Как вам?

Я попытался покрасоваться и улыбнуться, но я не смог полноценно напрячь бицепс и вышло криво. А правая половина лица меня почти не слушается, из-за этого мое лицо жутко перекосило.

– А встать можешь? – строго спросил рипер.

Я начал вставать, сел на колени, опëрся о стену и цепляясь за неё начал подниматься, но железные ноги дрожат, как у девственника на первом свидании, и не хотят меня держать.

Ко мне подшагнул Серёга и одни рывком поднял меня на ноги.

Стоя и дрожа, как осиновый лист, я представил как глупо выгляжу. Все на меня смотрят как на ребенка с аутизмом. Типа как это, ходить не получается?

– То что дрожишь, это нормально. Тело привыкнет. – заверил рипер.

– Нос болит, пипец как. – выругался я и потрогал опухший нос.

– Не надо было его ломать. – огрызнулся он. – Я и так его выправил и снял отёк, по максимуму.

Ни слова не говоря, Аня ушла в соседнюю комнату, рипер и Серега подняли и поволокли мое тело туда же.

Только они показались из-за двери, как тело на столе зашевелилось.

Сначало задышало быстро и уверенно, затем головой замотало. Глаза за моргали, мышцы лица задвигались. И Аня поднялась на локти в новом теле.

Улыбается, даже криво хихает. Все ей нравится, воспринимается легко и весело.

– Ну как я вам? – с улыбкой до ушей спросила она, пытаясь удержать шатающуюся голову прямо.

– Прошлое тело тебе шло больше. – улыбнулся я, половиной лица.

– Ха-ха. А я всегда хотела иметь такую грудь.

Она играется грудями, так будто их взвешивает. Она легла на стол и стала водить вокруг сосков пальцами и смеяться.

– Ох, я все чувствую! Как круто.

Все засмеялись, даже суровый Серёга заулыбался. Только Сабина шутки не оценила.

Прекратив балаган, мы начали собираться в путь, и тут выяснилась важная деталь. Оказывается, этот контроль чужого тела работает не дальше километра от тела контролирующего.

Эта деталь создала массу неудобств. Оказывается, что сесть в пяти местную машину вчетвером и загрузить туда еще два тела проблематично. Нам с Аней пришлось залазить на задний ряд прямо поверх своих собственных тел.

И очень странные чувства вызывает погрузка своего бездыханного тела в машину мертвым грузом. Что-то среднее между просмотром видео, со своим участием и плохим кошмаром.

Глава 7

Мы выехали в путь, по укатанной грунтовой дороге. Неспеша лавируя между острых гор и плавных холмов различного мусора: кузовов машин, бытовых приборов, мешков с помоями. Вокруг тишина и едва слышный гул моторов мусоровозов.

Утро, скорее всего, самое тихое время на свалке, когда все мусорщики спят в отдыхе от дневной работы и вечернего праздника. Которым они пользуются, только для того, чтобы заглушить боль своего бренного существования паленой водкой или самогоном.

Только коммунальные службы города сейчас работают, да и те, далеко на свалки не заезжают, и долго находится здесь не любят.

Мы проехали мимо одного мусоровоза, водитель которого смотрел на нашу "необычную" для этих места машину, как на восьмое чудо света.

Выехав со свалки, мы решили направиться в тот магазин одежды, в котором точно есть деловая одежда. По пути высадив рипера.

Всю поездку мы провели в тишине, слушая шелест резины и звенящую расчётную тишину города. В моменте когда мафия засыпает а работяги ещё не вышли на работу.

У одной из автобусных остановок рипер попросил его высадить. Серёга остановился и тот поспешно покинул машину, чопорно отблагодарил, пожелал удачи и сел на автобусной остановке ждать такси.

Только мы отъехали, я поинтересовался у Серёги -он точно нас не сдаст? – на мой взгляд, лучше убрать любых свидетелей, даже рипера.

– Ты просто не знаешь, как много разных людей к нему обращается. И никого он, не сдал.

"Значит, мы можем стать первыми" Подумал я, но решил промолчать.

Подъехав к стеклянной витрине магазина, мы обнаружили что двери и окна закрыты решетчатыми экранами. На табличке у входа написано :"Часы работы: с девяти утра до одиннадцати вечера" .

Посмотрев на часы, и увидев на них восемь часов утра, я опечалился, предвкушая самое скучное ожидание в жизни. И был прав. Поскольку никто из нас не может заставить магазин открыться раньше, все просто сидят молча.

Аня обдирает кожаную обивку сидений, слушая ее хруст, а Серый раздражено за этим наблюдает, но вслух ничего не говорит. Да и в какой смысл что-то говорить, если после дела, он купит новую.

Я достал сигареты из кармана своего настоящего тела и закурил. Аня молча взяла у меня сигарету и тоже закурила. Серёга не в восторге от этого, раздражено приоткрыл задние окна.

Дождавшись девяти часов, мы с Аней первыми вошли в магазин, где нас встретили пара еще не проснувшихся продавцов.

Молодой парень с кудрявыми волосами, орлиным носом и мешками под глазами зевнул, ковыряя пальцем стол. Его более взрослая напарница с напряжённым лицом сидит за кассой и что-то делает.

Мы разошлись по отделам одежды и стали выбирать себе обновки. Я подумал, взять себе что-нибудь по богаче, все равно всё оплатит заказчик. Но быстро передумал, не найдя ничего подходящего под мою сверкающую лысину и выпирающее пузо. Я ограничился: белой рубашкой, широким не приталенным пиджаком, брюками и кожаными туфлями.

Направившись, под сонные и удивлённые взгляды продавцов, в примерочную пересёкся с Аней, которая несла целую гору одежды в руках.

Всё что я выбрал на глаз, мне подошло за исключением туфель. Из-за того, что на этих железных культях нет подключения к нервам, я абсолютно не чувствую, как плотно на мне сидит обувь. А прошлый владелец тела не носил вообще никакой обуви, поэтому даже примерный размер ноги, мне узнать не суждено. Натянув туфли до придела, я убедился, что они хотя бы не сильно болтаются при ходьбе. Не снимая обновки, я направился на кассу.

На выходе из кабинки меня перехватила Аня, она повернулась в пол оборота влево, затем вправо.

– Ну как?

Она одета в черный пиджак с белой полупрозрачной рубашкой через которую просвечивают все приятные изгибы тела и черные брюки, с белыми туфлями без каблука.

– Неплохо. Тебе идёт стиль офисной суки. – не упустил момента подколоть. Отлична зная что ей этот прикид не по душе.

– Спасибо. Тебе твой тоже идёт. Офисная шлюха.

– Едкой улыбкой парировала она.

Оплатив одежду мы покинули магазин.

Аня поспешила сесть на передние сиденье, а мне пришлось передвигать наши не безжизненные тела на заднем ряду, чтобы сесть с комфортом.

Заведя машину мы за двадцать минут проехали в центральный район к башням, зелёным садам и чистым тротуарам. Самым коротким маршрутом направляясь в "тихое место".

Проехав прямо перед парадным входом в башню FARC, мне захотелось порвать Серёга на куски за это. Зачем проезжать прямо под камерами? Зачем торопиться и палить машину, если можно было проехать в обход. Но решил промолчать, нервы у всех на пределе и нарушать эту напряжённую гармонию своими наездами, я не хочу.

Мы лишь сотню метров не доехали до входа в центр-парк, свернули на подземную парковку и Серёга отправил анонимное сообщение на нужный контакт. Въехали на парковку А18 и остановились у выхода.

На часах десятый час утра, хоть мы и уверены в нашем плане, но приводить его в действие никто не спешит. Засели в машине и не решаемся выйти из нее.

– Камеры будут выключены лишь пару часов. – оповестил я закуривая сигарету и вытянув ноги на подлокотник. – Вечно сидеть нельзя.

– Ну так иди. – Серому не понравились мои слова, и он стал очень нервозно молчать глядя по сторонам.

Сейчас по нему явно видно, насколько он нервничает. Он привык к стрельбе и погоням, привык переходит дорогу бандитам, но переходить дорогу корпорациям решаются только психи, а он не псих.

– Ща, докурю и пойдем.

Эти слова больше нужны мне, чем ему. Ведь я переживаю больше его. Ведь это мне нужно зайти в здание и взорваться, а не ему.

Вдыхая дым, кажется "может зря?" , "может надо сбежать, пока не поздно" Но бежать нельзя, я не дам себе сбежать.

Я вылез из машины, перелазя через неподвижные тела, выкинул бычок в сторону, постучал в окно Ане и указал жестом "я пошел. И ты иди за мной. "

Первые шаги были робкими, кривыми. Взяв свои дрожащие ноги под контроль, я зашагал большими шагами к цели. Покинул парковку, на выходе бегло взглянул себе за спину, ожидая увидеть Аню, и не увидя никого пошагал дальше.

На небе не облачка, яркое солнце напоминает о безмятежности сегодняшнего дня, которую мы прямо сейчас нарушим. Ровной походкой как на плацу я подошёл к входу и только у лестницы к зданию вспомнил, что искусственному интеллекту может показаться подозрительным мой напряженный вид и походка.

Я хотел было повернуться и посмотреть идет ли за мной Аня, но решил что не надо.

Расслабленно болтая руками, я поднялся к стеклянной двери. Расслабил плечи, выгнул спину, расслабил как мог лицо и вошёл во внутрь.

Мимо меня, быстрый как ветер, прошёл коротко стриженый парень, в дорогом костюме и с огромными серьгами в ушах.

Я решил идти за ним.

Стеклянная дверь открылась в небольшой коридор. Метра три длинной, заканчивающийся рядом черных рамок сканеров, украшенных золотым узором людей, товаров, весов.

Четыре рамки, у каждой охранник в белой рубашке и черном пиджаке. Внутри рамки тонкая красная сеточка лазера.

Парень передо мной шагнул в рамку и остановился в сетке лазера, не издавая единого звука, лазер выдал результат, который известен только охраннику.

– Добро пожаловать, господин Свинт. – откланялся охранник.

Парень недовольно ухмыльнулся и зашагал мимо охранника.

Я медлил лишь секунду, но кажется, будто вся охрана смотрит на меня с подозрением. Я сунул правую руку в карман, нащупал детонатор и зажав его в руке, снял предохранитель. Поглядел в какую рамку лучше пройти. Везде одинаково. Охрана уже точно смотрит на меня косо, догадывается что я замышляю.

Я положил большой палец на спусковую скобу. Одно движение и им конец. Шагнув в сетку сканера я не стал останавливаться и максимально быстро поспешил в центр зала.

Шаги создают гулкое эхо, что отражается от темных стен, декорированных камнем. Охранник одним движением схватил меня за руку, в которой я держу детонатор. Он дёрнул мою её, рука выскочила из кармана и все увидели что я держу в руке.

По залу высотой в пару этажей раздалось эхо криков, эхо страха и эхо короткой борьбы.

Я свободной рукой ударил его в нос, надеясь что он отпустит руку и смогу побежать в перед, но он сжал руку еще сильнее. Я всем весом дёрнул его на себя, надеясь максимально приблизиться хотя бы к центру зала, но я сдвинул его лишь на четверть метра. Второй рывок, ещё сильнее, увеличил результат лишь на половину. Я отклонил голову максимально далеко надеясь потянуть его за собой, но не вышло.

В одно движение он достал пистолет и выстрелил.

Золотая люстра с вензелями светит теплым золотым оттенком на белый камень на потолке.

Я нажал кнопку.

Большой палец почувствовал щелчок. И я больше ничего не почувствовал.

Только тишина и темнота.

Глава 8

Серый свет со всех сторон, что постепенно белеет. И звон, усиливающийся со светом.

Потом боль. Сильная головная боль. Пульсирующая по всей голове. Будто мозг – бесконечно расширяющийся клубок змей, ограниченный тесной черепной коробкой.

Затем боль в спине с онемением ног. Вздрогнув и подняв голову, я увидел, как Серёга уставился на меня, и сразу же отвернулся обратно.

– Ну что получилось?

Я уселся поудобней и головная боль ко мне вернулась, прихватив с собой судороги по всему телу и холодный озноб.

Я потëр плечи руками, чтобы согреться, но не помогло. Раскрыл рот чтобы ответить, но губы задрожали, а зубы начали отплясывать чечётку у меня во рту.

– Наверное. – вымолвил я, чуть не прикусив язык.

– Я слышал один хлопок. – ответил он, протирая кожаную оплётку руля. – А где второй?

Боль в голове потихоньку начала отступать, но дрожь и озноб никуда не девались.

Прижавшись к холодному окну лбом, я убедился, вокруг никого, только пустые машины в тусклом свете.

Я вытащил из кармана пачку сигарет и взял одну, тут-же стальную руку начала сводить судорога. Пальцы стальной руки затряслись и разжались, уронив сигарету на пол.

Глубоко вздохнув, я взял в левую руку зажигалку и заранее поднес к рту. Взял новую сигарету трясущейся рукой, быстро зажал в губы. Огонек. И сигарета зажжена. Пару затяжек исправили положение. Тряска руки утихла, но озноб всё ещё никуда не делся.

Я задумался, что-то долго тело Ани лежит без движения. Видимо что-то случилось. Либо пост с разъемом под щепку разрушен, или его вовсе нет. Ее могла убить охрана из дальней части здания. Или система безопасности уцелела и распознала в ней врага.

Серёга нервничает, пытаясь себя успокоить он отбивает дробь пальцами по рулю. Я тоже не могу удержать свой нервоз, постоянно отбивают музыкальный ритм ногой.

Громкий вздох выдернул нас обоих. Аня закашлялась и подняла голову. Её белые глаза уставились на меня, потом на Серёгу.

– Чего ждем? Поехали! – От столь яростной команды, её голова запрокинулась за сиденье, и начала несвязно шевелить губами.

Мы тронулись, проскочили ворота и выехали на улицу. Я взглянул в сторону башни FARC и увидал волнистую полосу дыма уходящую в небо.

– У тебя получилось? – неуверенно спросил я, раскачивая её за плечо.

– Дааа… Всё нормально.... – как пьяная, нараспев ответила она.

Аня мычит не поднимая головы, из ее рта течет струйка слюны и стекает ей в синее волосы. Но она улыбается- она довольна. Значит у нас вправду все получилось.

Всю поездку мы молчали, но в это раз дела идут куда веселее. В этот раз, напряжение висит лишь в том, сможет ли Сабина сделать то что мы хотим. От нас тут ничего не зависит, мы сделали всё что могли.

Аня отошла через минут двадцать, прекратила пускать слюни и смогла поднять голову. Она рассказала, что из-за взрыва, вход разнесло настолько, что она долго не могла найти внутри порт для щепки. Никто ей сопротивление не оказал, но и без него в дыму и руинах найти порт было проблематично.

Мы конечно могли позвонить Сабине и узнать, всё ли прошло у нее гладко? Можем ли мы управлять системой безопасности в здании? Что происходит на камерах? Кто и куда перемещается? Но решили её не отвлекать. Она не отвлекала нас – мы ни будем тревожить её.

Добравшись до нашего убежища, нас встретила Сабина откинувшись на стуле с руками за головой. Она молча махнула рукой на монитор, и мы столпились, глядя в него. В десятке окон перемещались люди: женщины в строгих костюмах, охрана в белых рубашках, важные шишки со своими телохранителями. И даже самого Эндрю, сидящего в маленькой комнате с белыми стенами и дверью с большим стеклянным окном. Из мебели в его комнате только пластиковый стул и стол.

– Отправь сообщение Аманде, пуская готовит АВИ.

Сабина лишь ответила "уже" И все мы разошлись по гаражу, каждый по своим делам. Я разобрал и почистил свой новый пистолет, хотя тот идеально чист. Аня раскрыла клинки на руках и при помощи отвёртки что-то в них подкручивает, Серега влез в свою машину и чем-то в ней занят. Сабина так и глядит в экраны с довольным видом. Наверняка соблазн влезть в базы данных и украсть там что-нибудь велик, но риск всё потерять, явно сдерживает этот соблазн.

Весь день мы внимательно следили за всем что происходит в здании, за каждым охранником, за всеми топ-менеджерами и в особенности за Эндрю. Убедившись что его не вывезли из здания мы начали дело.

За пятнадцать минут до полуночи мы втроём выдвинулись на точку сбора. Сабина осталась в гараже с нашими машинами. В конце операции она должна сжечь машину Сереги и приехать к месту встречи на моей.

Преодолев несколько километров пешком по свалке, мы нашли среди холмов мусора ждущий нас АВИ. Только подойдя вплотную к нему бортовая дверь открылась и показался мужик с острой бородкой, лет под пятьдесят. С огромными стальными руками, глазами красного цвета, в серой форме с разгрузом заполненным магазинами.

Он встретил нас улыбкой. Внутри мы нашли комплекты похожих на его разгрузов и новейших штурмовых карабинов с боекомплектом, и парой контактных гранат на каждого.

Из двери в кабину показался пилот, весь в черном, в шлеме с голографическим визором, оглядел нас молча и закрылся обратно.

Я вообще не хотел, чтобы с нами были лишние люди, я даже хотел повести АВИ сам, но Аманда настояла на том чтобы с нами был пилот. Но про еще одного человека мы не договаривались. Но изменить уже ничего нельзя, АВИ оторвалось от земли и устремилось в верх.

Глава 9

С высоты пятисот метров в черном ночном небе видно тысячи городских огней, из окон, с крыш зданий и парковок, ярко светят тысячи электронных рекламных билбордов, все здания вне центра города покрыты рекламой с земли до крыши. Город живет своей дневной жизнью ночью.

Через спец связь я соединился с русскими и Сабиной.

После краткой проверки связи, она нас уверила, что сейчас на крыше никого нет, кроме выключенных камер.

Приближаясь к цели мы спустились на высоту крыш небоскрёбов. Вот и видна башня "FARC" Квадратная, вся крыша, по периметру, в красных огнях. Но все окна темны, будто в них вообще никого нет.

– Ну, с богом. – раздался голос пилота через динамик.

"С богом, если он есть"

В бога я с самого детства не верю. Но сейчас я начал сомневаться в его отсутствие. Он будто руководит нами, всегда когда мы рискуем и меньше всего в него верим. Если я выживу, я в него точно поверю.

Мы неспешна опустились на крышу небоскреба.

Никого. Только бушующий ветер. Облака сегодня низкие, на высоте этажей пятидесяти или шестидесяти, а мы на высоте ста десяти этаже. Даже звуки машин снизу почти не слышны от сюда.

Я первый выпрыгнул на землю, огляделся, никого нет, только серые стены, гудящие вентиляторы что гонят воздух по зданию, да прочие технические сооружения. Все камеры на нашей стороне, поэтому я и не обратил на них никакого внимания. Вслед за мной вышли Аня и Серега, а безымянный бородач остался в АВИ сказав что будет здесь нас ждать.

Мы стремительно зашли в лифт, заняв позиции у стен и направив стволы карабинов на двери. Не нажимая кнопок, лифт поехал в низ сам, настолько быстро, что кажется будто мой желудок норовит вылезти из моего рта вместе с ужином.

Восемьдесят-седьмой, восемьдесят-второй, семьдесят-шестой… За секунды пролетая этажи, мы приближаемся к нужному шестьдесят-второму.

Я сунул сигарету в губы и уловил недоумевающие взгляды русских, они молчали, но в их взгляде читается вопрос "как можно курить в такой момент? " Я их проигнорировал и лишь направил ствол в закрытые двери, услышав Сабину " У вас на этаже, шесть человек, четверо за столом, один стоит рядом с ними, один у камеры. "

Дверь открылась. Мы выскочили в пустой зал с несколькими коридорами из черных каменных плит снизу и белых сверху.

По плану этажа, нам прямо, до зала с панорамными окнами, там еще один коридор и поворот на право.

Я прижавшись к левой стене коридора спиной, направился прямо. Русские следом за мной.

– В зале. Резко слева, Пятеро у стола.

Облизывая спиной стены подошли к двери ведущей в зал. Наискось заглянув в комнату видны лишь окна с отблесками света из соседних башен, и ночная темнота.

Я посмотрел на товарищей. Серёга кивнул.

Я выплюнул сигарету, глубоко вздохнул сжал цевьё карабина до хруста и рывком высунул ствол за угол, направя его на стол с сидящими за ним людьми.

Четверо мужчин, одна женщина, все в не заправленных белых рубашках, без черных костюмов. На столе упаковки от суши и пустые бутылки.

Наши автоматные очереди застали их в располох, двое сидевших ближе всего к нам отлетели в стороны, рухнув на пол навзничь. Мужчина и женщина находившиеся ближе к окну успели отреагировать. Пока одна заливала нас беглым огнём из пистолета, второй опрокинул огромный черный стол, за которым они сидели. Мужик стоявший рядом со столом, получил несколько пуль но вытянул свой пистолет из кобуры и тоже начал стрелять.

Эффект неожиданности, не дал колоссального преимущества. Мы укрылись за углом, и никто из нас не хочет вылезать под пули. Противник явно ждёт что сработает тревога и к ним придут на помощь. А мы медлим.

Перезарядившись, я высунул за поворот ствол и начал давить их огнём не глядя, пытаясь удержать инициативу в бою. Не долго думая Серега выдернул чеку, и когда Аня начала стрелять, метнул гранату им за спину.

Взрыв раздался на весь этаж, сильно давя в уши эхом.

Аня бросила автомат в сторону и устремилась в перед. Выскочившие клинки придали ей вид дикого зверя, прыгнувшего на жертву.

Взрыв оставил паутину трещин на стекле, и нашпиговал стол осколками. Врагам ничего не оставалось, как выпрыгнуть на открытое пространство, максимально далеко от взрыва.

Аня наскочила на мужика сверху наступив ногой ему на плечо. мужик вскрикнул. Его отрубленная рука ударилась о стену и разбрасывая тонкую струйку ало-красной кровь плюхнулась на пол. Вдавив его спиной в пол, Аня воткнула клинок ему между глаз. Выдернула его и прыгнула на женщину.

Женщина увернулась от первого удара, убрав голову ниже, но от рывка вперёд и удара плечом сверху не защитилась. Потеряв равновесие, она шагнула назад, дëрнула руку с пистолетом в сторону Ани, но не успела выстрелить. Резкий взмах клинка срубил с неё пол головы, выше рта. Тело опустилось на колени и грузом рухнуло на пол.

Стоявший в начале перестрелки у стола мужик, от взрыва упал на пол и моя автоматная очередь попала ему в голову, проломив макушку и разбросав всё содержимое его башки по полу.

– По коридору еще два!

"Откуда два? На этаже было всего шестеро?"

Я рванул за стол. В одно движение Аня повернула его к коридору откуда приближались враги. Только я укрылся, по столу посыпались удары пуль. Аня прижалась ко мне. Тяжело дыша, с одеждой залитой кровью, она с полной ярости глазами, следит за врагом.

Ответная очередь Сереги, дала мне секунду, на то чтобы начать стрелять. Разрядив магазин я скинул его на пол и зарядил новый.

Я перезарядился за две секунды, но этого им хватило чтобы забрать инициативу и осыпать нас новым градом пуль, но черный стальной стол надёжно защищает нас.

Я не стал ждать когда инициатива вернется к нам. Сунув руку в подсумок, я вытащил контактную гранату. Аня выдернула пистолет из кобуры и начала стрелять по сомалийски.

Мой имплант заточен под идеально точную и быструю стрельбу из пистолета, но и точно кинуть гранату может. Я швырнул гранату в коридор и не дожидаясь ее падения начал стрелять в дверной проём.

Скользя по полу на колене, ниже пуль и под летящей гранатой, проскочила невысокая женщина в черном костюме и светящийся катаной в рука.

Взрыв. Аня снова устремилась в перед, как животное на добычу. Я поспешил за ней и занял угол коридора. Те же стены из каминных плит, но спереди справа есть небольшой коридор, (куда нам и надо) а дальше по коридору стеклянные стены офисов.

Женщина заняла позицию у нужного нам коридора, а ее напарник слева, на каменном углу в самом начале офисов.

Я высунулся наведя прицел на женщину, разглядел что она азиатка, и пустил очередь в неё. И тут же получил ответ от ее товарища.

Очередь скользнула мне по груди, и автомату в руках. Россыпь патронов со звоном разлетелась по полу. Магазин в моëм автомате стал на две трети короче.

Укрывшись, я отшагнул назад и посмотрел себе на грудь. Две пули оставив длинный след на плите бронежилета, отрикашетили прочь, не нанеся травм.

Я выкинул из автомата сломанный магазин, сунул руку в подсумок и отдёрнул с острой болью.

Подняв левую руку к лицу, я обнаружил что на ней не хватает безымянного пальца, а мизинец висит на куске кожи с обратной стороны ладони.

– Блять! – Завопил я на весь зал – Как больно!

Серега, увидя в пылу боя мою рану и сбросил темп. Перейдя из активной атаки, в мене активную. Аня даже не повернулась посмотреть, что со мной.

Из обрубка на руке льются два ручейка крови, стекая мне в рукав. Повесив автомат на плечо, я расстегнул аптечку у себя на разгрузке. Первый же большой шприц, что я выдернул, оказался кровоостанавливающим смешанным с обезболивающим.

– Что у вас там?! Почему встали? – Орет Сабина по связи.

Тяжело дыша я воткнул шприц себе в запястье.

– Ника ранили – Сдержанно доложил Серёга.

Введя весь препарат, я выдернул шприц и бросил его на пол.

Я сжал оставшиеся пальцы. Больно, но сжимаются. Боль чуть утихла, но кровь не прекращает стекать по рукаву.

В стену врезаются пули поднимая облака каменной пыли. Некоторые отскакиваю и летят дальше. Русские продолжают стрелять, но нападать не спешат.

Я снова по рыскал рукой в мед сумке, нащупал на ее боковой стороне универсальный бинт. Его лишь надо плотно прижать к ране и он сам закроет собой рану.

Я попробовал прижать бинт к ране на торце, но понял, что плотно прижать мешает болтающийся мизинец. Мне не остается ничего, кроме оторвать остатки пальца.

Я зажал сложенный бинт губами, правой рукой схватился за мизинец. Вдох. Выдох. Вдох. Рывок. Разведя руки в разные стороны, палец с болью оторвался и остался у меня в правой руке. Молния боли прошлась по запястью и месту где недавно были пальцы. Я прижал бинт к кровоточащему обрубку и намотал его на запястье.

– Быстрее! Быстрее! – вопит Сабина.

Сжал и разжал оставшиеся на левой руке пальцы. Вытащил ими магазин из подсумка и присоединил к автомату.

Аня развернулась. Увидев что я готов к бою она крикнула.

– Прижмите их!

Я залил парня дождем из пуль, так что он и носа не смел высунуть. Серега начал беспорядочно палить в поворот, где сидит азиатка. Не смотря на стрельбу Сереги, Аня в три прыжка очутилась в коридоре рядом с ней.

Раздался вой клинков, ударов плазмы о плазму. Свист, рассекающий воздух лезвий и крики.

Поочерёдно сменяясь, мы с Серым начали идти и на ходу давить парня огнем. В одно из "окон" между стрельбой он решил высунуться, и это стало его последним решением в жизни. Напичкав его торс пулями до отказы мы устремились на помощь Ане.

Повернув за угол мы обнаружили лишь Аню.

Запыхаясь, она глядела на дверь и окна ведущую в комнату к заложнику. По её бедру расползается пятно крови.

В окне видно, как худощавого парня держит Азиатка, ниже его ростом, прижимая к его горлу катану.

– И что делать будем? -ьпоинтересовался Серёга. Он тоже тяжело дышит, такая дикая бойня не кому не дается легко.

Отойдя от ступора, Аня шагнула к двери и открыла её. Подогнув ноги как для прыжка, она вошла в белую комнату.

Стол и стул раскиданы по сторонам, в глазах у парня стоит дикий ужас.

– Стой на месте! – рявкнула запыхавшаяся Азиатка глядя на Аню, будто других тут вовсе нет. – Или я ему глотку перережу.

В доказательство своих слов она прижала тыльную сторону катаны к горлу заложника и у того сразу-же образовался порез с запечённой кровью.

Я ее узнал. Именно она была у меня квартире в ту ночь.

У нее вся одежда в огромных порезах, из под которых видны карбоновые руки и ноги с кучей стальных наворотов. Но на груди и на поясе видны несколько порезов, из которых течёт кровь.

Она загнана в угол и её единственный шанс продлить себе жизнь, это поставив жизнь заложника под угрозу.

– Меня нельзя убивать! Или все всё узнают! – во всю глотку завопил Эндрю.

Если он до сих пор жив, значит убивать его FARC не хочет.

– Отпусти его и будешь жить. – заявил я, обходя ее по флангу.

С каждым моим шагом, она всё больше зажимается к углу комнаты. Серёга обходит её с другой стороны. Максимально вжавшись в угол, она лишила нас возможности стрелять.

Мы вполне заслуженно боимся к ней подойти. Её скорости хватит чтобы зарубить меня или Серёгу точно.

– Отпусти его. – медленно повторил я. – И будешь жить.

Она проигнорировала моё предложение, лишь кротко на меня взглянула, и снова уставилась на Аню.

– Смотри – решил разжевать я. – Если ты его убьешь, мы всё равно тебя убьём. А если ты его отдашь, мы стрелять не будем.

Я мельком взглянул в напряженные лица своих товарищей, пытаясь узнать что они думают на этот счет. Но на лице Ани видна лишь безудержная ярость, а на Серегином напряженность.

Азиатка оглядела всех, не веря что мое предложение правда. И прижала подбородок Эндрю так, чтобы он не мог ничего говорить.

– Я тебе обещаю. Мы стрелять не будем.

В этот момент Аня шагнула назад, давая азиатке простор, и сигнализируя что она тоже не намерена нападать.

Азиатка скользнула взглядом по Серёге и тот тоже отступил на шаг.

Скривя лицо в злой и смиренной гримасе она толкнула Эндрю в нашу сторону и встала в защитную позу с катаной в руках.

Аня перехватила почти упавшего парня за плечо и не глядя отправила в сторону двери. Я культëй взял его за плечо и вывел его за дверь. Спиной к нам вышел Серёга. Затем нехотя, медленными шагам вышла Аня, нажала кнопку на панели и дверь захлопнулась.

– На этаже чисто – произнесли по рации Сабина и мы устремились к лифту.

Уходя последним за поворот, я увидел, как азиатка опускает меч, неспеша подходит к стеклу и с бешеной силой бьет в стекло. Оно изогнулось и на секунду побелело, но на ней не появилась ни единой трещины.

Пробежав через убитые тела не глядя, вбежали в черный коридор, за ним в зал с лифтом. Тишина словно в здании никого нет.

Зайдя в лифт, я потянулся к кнопке этажей, но двери закрылись сами и лифт тронулся вверх. Оперевшись об стену, я посмотрел на свою руку. Кровь течь перестала, только уже вытекшая начала застывать, покрывая мою руку коркой. Аня вытащила из кармана иньектор, и воткнула его в кровоточащее бедро. Скорчив измученное лицо и издав сдавленный стон, она вытащила пистолет из кобуры направляя его в пол. Эндрю недоумевающе нас рассматривает, останавливая свой взгляд, то на моей трёхпалой руке, то на ноге Ани.

– На крыше только свои.

Лифт остановился подкинув мои органы вверх. Дверь дрогнула и открылась.

Впереди АВИ с приоткрытой боковой дверью, из неё торчит конец ствола автомата. Я машинально навёл свой автомат в ответ, но стрельбы не последовало.

Первая из лифта выскочила Аня, обводя соседнюю кабину лифта стволом пистолета. Я толкнул Эндрю вперёд, а сам повернулся в след за Аней.

Всё в пулевых дырах, в пятнах крови, на полу лежат тела. Одному парню пуля попала в правый глаз, и пробив огромную дыру в голове, ушла дальше, прихватив с собой мозги бедолаги.

В паре шагов от лифта, лежит ещё тело. Дыр в его чёрном пиджаке – не насчитать, а белая рубашка перекрасилась в бордовый.

– Они начали управлять этим лифтом вручную, и решили перекрыть вам путь отступления – объяснила Сабина.

"Но у них не получилось." – хотелось мне добавить.

На чёрном ночном небе видно несколько звезд. Раньше я их из города никогда не видел.

Дверь АВИ открылась на распашку, стрелок подзывал нас рукой. На высокий порог, с горем по полам, первым залез Эндрю, остальные запрыгнули моментально.

Не успели двери закрыться, пилот оторвался от земли. Пока двери не закрылись я оглядел всю крышу целиком, везде следы от пуль, разлита кровь а стены одного из лифтов полностью перекрашены в красный цвет.

Сев, я сжал свои оставшиеся пальцы на руке. Боль возвращается. Я пошарился в сумке и достал из неё новый препарат.

Аня запыхавшись тяжело дышит. Серый молчит как рыба. Эндрю сначала сильно укачивало в полёте, но он быстро привык.

– Эти козлы, хотели вас на крыше перехватить – на выдохе проговорил, бородатый стрелок. Усаживаясь в кресло. – Я им не дал.

Я сел у левой двери, Аня у правой, Эндрю между нами. Не успел я отойти от укола, Аня высунулась из-за Эндрю и многозначно кивнула на него.

Я вспомнил что нужно сделать.

Я взглянул на стрелка, но тот полностью увлечён звуком двигателя и созиданием вечности в потолке. Вытащив из кармана ошейник, я одним движением нацепил его на шею Эндрю. Стрелок опешил и со злым лицом потянулся к пистолету, но ствол направленный Аней ему в лицо, мигом заставил его передумать.

– Это что? – парень пропихнул пальцы под ошейник и потянул.

– Это наша гарантия.

– Буду ждать на месте встречи. – отрапортовала Сабина и покинула наш канал связи.

Пару долгих минут мы летели в тишине, и я бы предпочёл, вообще больше не разговаривать, но Аня прервала тишину.

– А почему корпораты тебя не убили? – спросила она разглядывая парня в близи. – За красивые глазки?

Парень качнул головой.

– Я их шантажировал.

Аня удивлённо раскрыла глаза и попыталась найти объяснения у меня с Серёгой, но и мы не поняли чем таким он мог их шантажировать.

– Чем?

Парень опустил голову в колени, словно виноватый.

– У меня в голове чип. в случае, если меня убьют, он передаст сигнал на скрытый сервер с которого будет выложена в сеть секретная информация, которую они хотят скрыть.

Аня взглянула на меня так, будто ожидает что я что-то ей объясню и ей станет понятно, но я сам ничего не понимаю и помочь никак не могу. Я не знаю бывают ли вообще такие чипы, что эта за информация, которую они хотят так скрыть.

– И что мне из тебя тисками всё вытягивать? – нетерпеливо вспылила она. – Давай рассказывай подробнее. Что это за информация? Кому хотел передать?

Парень испугался её не на шутку. Глаза забегали по полу, показалось что он сейчас заплачет.

– Я… Я… Они хотят....

– Нет молчи! – Рявкнул я.

Все удивлённо уставились на меня и я поспешил объяснить.

– Я не хочу знать то, за что за мной будут охотится корпы.

Аня опешила.

– Если мы сделаем также как и он? – махнув не аккуратно рукой с пистолетам, она ударила парня стволом в зубы. Из губы вытекла капля крови.

Ави начал снижаться.

"Так быстро? " Удивился я. Вот же чудо техники – пару минут полёта и ты уже за городом.

Приземлившись двери открылись в зелёном саду, с квадратно подстриженными деревьями, фонтанчиком из гладкой чёрной гальки, тропинкой выложенной серой плиткой с белой подсветкой. Спереди огромный, угловатый белый дом. С огромным бассейном возле дома. И куча людей в красно-золотых костюмах и чёрных рубашках.

Один из них подошёл к нам с автоматом в руках.

– Вас ждут внутри.

Я нащупал в кармане детонатор от ошейника и зажал скобу. Теперь если я её разожму, парню оторвёт голову. Мы вылезли из АВИ и направились по алее к зданию.

Вокруг отличный сад. Несмотря на засушливый климат, здесь цветут цветы и ярко зелёная подстриженная трава. Сначала показалось что она искусственная, но потом я понял что нет.

По всей немаленькой территории участка ходят люди в красном. Раньше я их не видел, но много слышал о "кровавой бригаде".

У главного входа стоят две женщины, их красные костюмы украшают золотые вышивки на рукавах и золотые перчатки.

Двери открылись сами, и пройдя в них мы попали в огромный зал, с балконом на втором этаже и огромной лестницей к нему. По всем стенам висят старинные гобелены. Между ними, словно из стен, растут мини деревья, высотой в полтора метра.

На балконе показалась Аманда, в элегантном красном платье, и большими кольцами из золота в ушах.

Мы остановились в центре зала, а позади нас остановились, проследовавшие за нами, две женщины и десяток их товарищей показавшихся из боковых проходов. Из под лестницы вышло ещё двое, один черный метра два роста и с пятью глазами, три из которых находятся у него на лбу, формируя пятиугольник из глаз.

Я поднял руку с детонатором над головой. Аманда остановилась на лестнице, смиряя нас суровым взглядом.

– Вы же помните про наш уговор? – громко спросил я.

– Отлично помню. – зло и чётко произнесла она. – Но про ошейник уговора не было.

В этот момент на балконе показалась Сабина. Она опиралась на перила и молча наблюдала.

За спиной послышался лязг оружия. Я почувствовал, как из лёгких вышел весь воздух, как встал ком в горле, ощутил дрожь по коже. Схватив Эндрю за плечо, я от дёрнул его подальше от русских. Аня всё поняла и обнажила клинки.

Взмах руки ознаменовал конец.

Оглушительный залп раздался за спиной. Я ничего не увидел, но буквально почувствовал, разлитую по воздуху злобу и отчаяние.

Запястье с синим маникюром, испачканное в чужой крови, отлетело вперёд и упало на гладкий чёрный пол, разбрызгивая вокруг кровавый след. Брызги крови, куски кожи, плоти и одежды разлетелись фейерверком, но не было слышно криков, или даже удара тел об пол.

Несколько выстрелов пролетели мимо моего уха и попали в голую стену под лестнице, но в целом они отстрелялись идеально.

Я решил не смотреть. Эндрю посмотрел и его мгновенно скрутила судорога. Он упал на колени и стошнило. Зрелище там явно не из приятных. Сабина тоже отвернулась на балконе.

Я сделал пару шагов вперёд, чтобы не видеть их остатки. Аманда медленным шагом и с гордо поднятой головой спустилась ко мне. Сабина тоже спустилась, но на трясущихся ногах и отвернув голову.

"Даже бровью не повела."

– Я думаю мы с вами закончили. – холодно произнесла Аманда протягивая мне щепку. – здесь коды доступа к счетам с деньгами. Машина уже ждёт вас в гараже, и я гарантирую что вас здесь никто не тронет. Так что снимите этот ошейник с моего сына.

В этот момент её сын, только смог заставить себя подняться. Его ноги трясутся, глаза бегают, губы дрожат.

– Как только отъеду достаточно далеко, он сам выключится.

Её лицо исказила не скрываемая злость, что она безуспешно прятал под маску.

– Так и быть. Идите. Вас проводят.

К нам подошла одна из женщин с входа и повела нас через дом на подземную парковку. Мы прошли мимо десятка затемнённых стеклянных дверей, скрывающих комнаты за ними. Мои потные пальцы начали неприятно липнуть к корпусу детонатора, Я захотел переложить его в другую руку, но во время передумал.

В гараже стоит мой "мерс". Заведя машину, я повёл еë одной рукой на выезд. Вторую я высунул в окно, будто священник пытается отогнать от себя злых духов распятием. Выехав за ворота, я набрал скорости.

В конце улицы, я нажал кнопку разблокировки и выкинул детонатор в окно, так далеко как только мог.

Опьянëный успехом, лавируя между одинокими машинами, мы за пятнадцать минут долетели до дома Сабиненой подружки.

Я подъехал к высокой девушке с грубым достаточно угловатым лицом и открыл багажник. Закинув сумку, она села на второй ряд и мы направились на восток из города.

Преодолев КПП, мы направились на полных парах к границе с Южными штатами.

За пару часов Сабинена подруга спросила лишь "у вас получилось? " На что мы ответили – Да.

Не доехав до границы километров пятьдесят, загорелся индикатор бака. Остановившись на заправке я закурил последнюю в пачке сигарету, и подумал что надо бы сходить и купить ещё, но мне слишком не терпится оказаться в Южных штатах.

Тут Сабина смотря в окно тихо спросила.

– А когда ты хотел сказать мне, что наша награда полтора миллиона, а не один?

По мне прошла холодная дрожь.

“Откуда она знает? Аманда сказала?”

– Я поднял нам награду, во время нашего последнего разговора с ней. – начал объясняться я. – Но рядом были те двоя, и я не хотел при них говорить, чтобы не делить с ними ничего. А потом забыл. Да и какая теперь разница?

– Угу… – тихо промычала она.

"Угу?!" просто "угу? " "Она явно не поверила"

Судорога начала сводить мне железную руку, Моё дыхание остановилось, в глазах пошла рябь, в ушах раздался режущий метал звук.

Локтем я дëрнул назад, ударив пассажирку толи в нос, толи в челюсть, затем рванул рукой за пистолетом, выхватил его и уже хотел направить ей в лицо но рука затряслась и отказалась мне подчиняется.

Сабина схватилась рукой за ствол и повернула его в стекло. Я нажал на курок.

В ушах звон, руки трясутся, дыхание сводит, в глазах темнеет, правый не видит вовсе. Она всем весом толкнула меня в дверь, прижалась спиной к свое двери и двумя ногами упёрлась мне в грудь.

Она вытянула ноги на максимум и я почувствовал как они входят мне в грудь сжимая грудную клетку до позвоночника и ломая рёбра.

Стекло в двери затрещало и разбилось, сыпя острые осколки мне на шею. Внешняя железная часть двери старого мерса меня выдержала а подгнивший пластик на двери у замка нет.

Я выпал из машины лицом в асфальт, сводимый судорогой и трясущейся от беспорядочного сокращения мышц. Не в силах подняться, я перевернулся на спину и поднял голову. В одной маленькой женской руке я увидел маленькую кнопку, в второй мой пистолет.

"Я не могу умереть так"

– Вот же сука! Я тебя и в аду достану, тварь!

Но черное дуло пистолета, мои угрозы не напугали.