Kitabı oxu: «Все мы родом из родительского дома»

Şrift:

Права на издание получены по соглашению с The Marsh Agency Ltd. Все права защищены. Никакая часть данной книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме без письменного разрешения владельцев авторских прав.

Authorized translation from the English language edition

© 1986 by The Winnicott Trust

© Перевод на русский язык ООО Издательство «Питер», 2019

* * *

Дональд Вудс Винникотт родился в обеспеченной нонконформистской семье в Плимуте (Англия) в 1896 году и учился в Школе Лейс в Кембридже. Во время Первой мировой войны он служил судовым врачом на кораблях военно-морского флота. Потом завершил медицинское образование в Кембриджском университете; работал в госпитале Святого Варфоломея, педиатром в детских больницах королевы Елизаветы и Паддингтон Грин. Интересуясь эмоциональными проблемами маленьких пациентов и будучи вдохновлен идеями Зигмунда Фрейда, Дональд Винникотт стал членом лондонского Общества психоаналитиков. Во время Второй мировой войны его назначили консультантом Правительственного эвакуационного проекта по вывозу детей из зоны оккупации в Оксфордшире. После войны он вступил в Британское психоаналитическое общество, где дважды избирался президентом.

В послевоенный период идеи Винникотта об особенностях эмоционального развития ребенка и влиянии на личность раннего детского опыта были обнародованы в серии книг и статей. Наряду с идеями современников они легли в основу психоаналитической теории объектных отношений. Человека и профессионала Дональда Винникотта отличали большая любовь к детям, хорошее знание психосоматических болезней благодаря педиатрической практике, умение изложить сложную информацию простым языком, а также высокая образованность. Он умер в 1971 году, оставив множество работ, которые до сих пор изучают специалисты по всему миру. Книги «Ребенок, семья и внешний мир», «Игра и реальность», «Пигля. Отчет о психоаналитическом лечении маленькой девочки» опубликовало издательство Penguin.

Дом – место, откуда выходят на дорогу. Мы старимся,

И мир становится все незнакомее, усложняются ритмы

Жизни и умирания. Не раскаленный миг

Без прошлого, сам по себе, без будущего,

Но вся жизнь, горящая каждый миг…

Томас Стернз Элиот
«Ист Коукер» из цикла «Четыре квартета»

Предисловие

После смерти Дональда Винникотта в 1971 году осталось около восьмидесяти неизданных работ. Остальные его труды были опубликованы в разных журналах и на страницах книг, которые сейчас нелегко достать. Большая часть произведений, а также выдержки из личного архива Винникотта легли в основу данной книги (подробности – в разделе «Благодарности»).

Дональд Винникотт хотел опубликовать многие свои исследования, но не смог осуществить задуманное. Вполне возможно, его собственная подборка материала и форма подачи были бы несколько иными, чем здесь, за что мы, безусловно, несем ответственность, хотя намеренно отказались от редактирования ранее не изданных работ, полагая, что над текстами основательно потрудился сам автор.

Благодарим Роберта Тода за помощь и содействие на начальном этапе работы. Отметим, что материал для книги отбирался, исходя из его актуальности и интереса для читателей. Многие работы Винникотта создавались по мотивам лекций и бесед с аудиторией. Поэтому в тексте могут неоднократно упоминаться одни и те же идеи. Мы надеемся, что это лишь подчеркнет верность автора своим убеждениям (например, о близости структуры общества и структуры личности и семьи), продемонстрирует чувство ответственности за мир, в котором он жил и работал. Мы также надеемся, что книга доставит читателям удовольствие, чего, несомненно, желал бы и Дональд Винникотт.

Клэр Винникотт, Рэй Шеферд, Мэделин Дэвис
Лондон, февраль, 1983

Благодарности

Издатели благодарят за возможность опубликовать материалы из книг и журналов:

‘The Concept of a Healthy Individual’ in Towards Community Mental Health, edited by J. D. Sutherland (London: Tavistock Publications, 1971);

‘Sum, I Am’ in Mathematics Teaching (March 1984); ‘The Value of Depression’ in British Journal of Psychiatric Social Work (vol. 7, no. 3, 1964);

‘Delinquency as a Sign of Hope’ in the Prison Service Journal (vol. 7, no. 27, April 1968);

‘The Mother’s Contribution to Society’ in The Child and the Family (London: Tavistock Publications, 1957) and also partly in the Introduction to The Child, the Family and the Outside World (London: Penguin Books, 1984);

‘Children Learning’ in The Human Family and God (London: Christian Teamwork Institute of Education, 1968);

‘Adolescent Immaturity’ in Proceedings of the British Student Health Association (1969), also in Playing and Reality (London: Tavistock Publications, 1971; New York: Basic Books, 1971; Harmondsworth: Penguin Books, 1985) and also partly in Pediatrics (USA) (vol. 44. no. 5, 1 November 1969);

‘Thinking and the Unconscious’ in the Liberal Magazine (March 1945);

‘The Price of Disregarding Psychoanalytic Research’ in The Price of Mental Health: Report of the National Association for Mental Health Annual Conference (London, 1965);

‘Freedom’ (in French) in Nouvelle Revue de Psychartalyse (no. 30, 1984); ‘Some Thoughts on the Meaning of the Word «Democracy»’ in Human Relations (vol. 3, no. 2, June 1950) and also in The Family and Individual Development (London: Tavistock Publications, 1965, 1968).

Следующие статьи публикуются впервые:

‘Psychoanalysis and Science: Friends or Relations?’ (1961);

‘Living Creatively’ (1970);

‘The Concept of the False Self’ (1964);

‘Aggression, Guilt and Reparation’ (1960);

‘Varieties of Psychotherapy’ (1961);

‘Cure’ (1970);

‘The Child in the Family Group’ (1966);

‘This Feminism’ (1964);

‘The Pill and the Moon’ (1969);

‘Discussion of War Aims’ (1940);

‘Berlin Walls’ (1969);

‘The Place of the Monarchy’ (1970).

Редакторы благодарят The Squiggle Foundation – за содействие в расшифровке работы «Таблетка и луна».

Психоанализ и наука:
есть ли у них что-то общее

По мотивам выступления перед членами Научного общества Университета Оксфорда, 19 мая 1961 года

Психоанализ представляет собой метод лечения психических расстройств с использованием психических ресурсов пациента, без применения оборудования, лекарственных средств и гипноза. В конце XIX – начале XX века его разработал австрийский невролог Зигмунд Фрейд. В то время для лечения симптоматики часто использовали гипноз, но Фрейд был недоволен своими результатами и практикой коллег. Более того, он заметил, что применение гипноза отдаляет от понимания причин заболевания, поэтому стал реже прибегать к гипнотическому воздействию, предпочитая уделять больше времени установлению контакта с людьми: пациенты приходили к нему на прием каждый день в назначенный час. Вместо поверхностной работы с симптомами на первый план вышла более важная задача – дать пациенту возможность лучше узнать самого себя. Так Фрейд получал доступ к информации, которую использовал и для работы с конкретным человеком и, в более широком смысле, для выстраивания нового научного направления, которое мы сегодня называем психоанализом, или динамической психологией.

Таким образом, термин «психоанализ» обозначает метод, имеющий в основе серьезную теоретическую базу об особенностях эмоционального развития личности. Это прикладной научный метод.

Вы могли заметить, как я «споткнулся» на слове «научный», хотя, на мой взгляд, Фрейд действительно разработал новый научный метод, целое направление психологической науки, в центре которого – исследование особенностей личности человека, его характера, эмоций, влечений. Это мое предположение.

Но что такое наука? Этот вопрос задают довольно часто, и на него есть ответ.

Про ученых можно сказать, что, когда в знаниях возникает пробел, они не склонны давать непознанному сверхъестественное объяснение. Это вызвало бы смятение, страх перед неизвестным либо другую, далекую от науки реакцию. Любой недостаток знаний – вызов для ученого. Чтобы бороться с незнанием, проводят научные исследования. Недостаток знаний – стимул в работе. Поэтому ученому не должно быть стыдно иногда признавать свое невежество. Ведь у него есть вера – не в то или это, а вера как открытость новому. «Я не знаю. Ладно, хорошо. Возможно, когда-нибудь я пойму. А может, и нет. Тогда поймет кто-то другой».

Для ученого важно, как сформулирован вопрос. Полученные ответы лишь подготавливают очередной вопрос. Знать все – ночной кошмар исследователя, одна мысль об этом заставляет содрогнуться. В данном отношении наука сильно отличается от религии с ее ясностью. В религии вместо сомнений предлагают определенность. Наука же полна сомнений, что порождает веру. Веру во что? Возможно, ни во что конкретное, просто веру. Если обязательно нужно верить во что-то определенное, вера – это непреклонный закон, которому подчиняется все непознанное.

Психоанализ касается тех областей, куда не осмеливается заглянуть психология. В рамках данного направления с научной точки зрения объясняют различные феномены человеческой личности, происхождение эмоций и суть внутренних конфликтов. С точки зрения психоанализа человеческая натура может быть изучена. Если обнаруживается недостаток знаний, стоит набраться терпения и не делать поспешных, далеких от реальности выводов. С наукой психоанализ роднит и умение притормозить, не торопиться, не суетиться – так появляется время для раздумья. Это как играть в игру петанк, очень популярную в Каталонии: набравшись терпения и продумывая ходы, можно обыграть испанцев.

Я предлагаю отделять прикладную науку от науки в строгом смысле. День за днем к нам, практикам, за помощью приходят люди. Иногда мы в состоянии им помочь, иногда нет: неудачи неизбежны. Прикладная наука – не собственно наука. Анализируя, я не занимаюсь наукой, но опираюсь на научные знания, когда дело касается вопросов, в которых сложно разобраться без помощи Фрейда.

Фрейду удалось подвести под психоанализ теоретический фундамент, который сейчас именуется метапсихологией (по аналогии с метафизикой). Он начал с изучения психоневрозов, но постепенно стал активно работать с более серьезными психическими расстройствами, например шизофренией и маниакально-депрессивным психозом. Многое из того, что известно на сегодняшний день о психологических предпосылках шизофрении и маниакально-депрессивного психоза, – результат работы, проделанной Фрейдом и последователями его метода.

Я нахожусь в слегка затруднительном положении, потому что совсем вас не знаю; не знаю, какими знаниями вы обладаете; не имею представления, согласны ли вы с тем, что я уже сказал, или придерживаетесь какого-либо другого мнения. Может, вы хотите, чтобы я описал суть психоанализа, что я постараюсь сделать. Однако информации так много, что придется хорошенько подумать, как ее преподнести.

Прежде всего, вы должны иметь представление об особенностях эмоционального развития человека. Затем необходимо знать о напряжении, которое испытывает человек при столкновении с реалиями жизни, и способах совладания с ним. Еще важно понимать механизмы формирования и разрушения психологических защит первого, второго и третьего уровней. Иногда при нарушении естественных защитных механизмов болезнь становится своеобразным средством защиты. В основе напряжения лежат инстинкты, а проявляется оно через спонтанные телесные реакции.

В какой-то степени психологические защиты, формирующиеся для противостояния невыносимой тревоге, – всегда попытка приспособиться к окружающим условиям. По мере взросления человека меняются и предъявляемые ему обществом требования: зависимый от родителей младенец, подрастая, обретает самостоятельность старшего ребенка в семье, из которого в дальнейшем формируется независимая взрослая личность. Это довольно сложный процесс, объяснению которого посвящено много научных работ.

Причины возникновения болезни можно объяснить и нарушением адаптации к окружающей среде. Особенно интересно рассматривать болезнь как особую форму психологической защиты. Все перечисленные подходы раскрывают жизнь человека с разных сторон: один подход рассказывает нам о механизмах функционирования общества, другой – о сути напряжения, которое интересует также философов, художников, представителей религии. Другими словами, психоанализ сильно повлиял на наше восприятие жизни обычного человека и общества. И он остается непревзойденным методом исследования. Правда, нравится это направление далеко не всем. Поэтому практикующих специалистов-психоаналитиков сравнительно немного, и почти все они живут в Лондоне.

Какую самую важную информацию о людях сообщает психоанализ? Он информирует нас о бессознательном, наличии скрытой от глаз внутренней жизни человека, имеющей истоки в реальности и фантазиях раннего детства. Изначально реальная и воображаемая жизнь составляют единое целое, так как младенец не может воспринимать мир объективно, ему присуще чувство всемогущества как творца всего, что происходит вокруг. Постепенно здоровый младенец получает возможность воспринимать мир с не-Я-позиции. Но чтобы перейти на этот уровень, ребенок должен получать необходимый уход в период абсолютной зависимости.

Мир сновидений – пропуск в бессознательное; сновидения соединяют сознательную жизнь и бессознательные процессы. Книга Зигмунда Фрейда «Толкование сновидений» (1900) внесла значительный вклад в исследование этого феномена.

Разбор сновидений в психоанализе используют с определенной целью. Самые важные сновидения имеют косвенное либо прямое отношение и к самому аналитику. Сны, как и случаи «переноса», информируют специалиста о подавленных бессознательных процессах как способах защиты от тревоги.

Психоанализ и науку связывают особые отношения, их сопричастность демонстрируется следующим образом:

1. Опора на научные знания.

2. Научный подход к исследованию случаев возникновения тревоги в отношении фантазии и реальности (субъектно-объектные отношения).

3. Научный метод творческого импульса, ставящий новый вопрос о степени зависимости новых знаний от уже существующих. Этот новый вопрос возникает в качестве ответа на поиск решений. Последовательность данного научного метода наблюдается через:

а) управление ожиданиями;

б) признание доказательств или их относительности;

в) возникновение новых вопросов при относительной неудаче.

А что со статистикой? С данной точки зрения психоанализ – наука? Статистика помогает доказать, что такой ответ на этот вопрос неверен. Но кто задал вопрос и кто на него ответил?

Иногда звучит мнение, что психоаналитик – лишь психиатр, выбирающий психоанализ как метод на основании своего субъективного мнения. Порой так и есть, с этим ничего не поделаешь. Но данный факт не умаляет значимости психоаналитической теории. Чтобы работать в психоаналитическом направлении, специалист должен испытать действие анализа на себе. Конечно, если он не так же гениален, как Фрейд.

Случается, психоанализ творит чудеса, но у них есть рациональное объяснение. Работа идет медленно, шаг за шагом, в темпе, приемлемом для конкретного пациента. К сожалению, я не смогу удивить вас рассказом о чудодейственных результатах психоаналитического лечения. Проще найти такие примеры в отчетах по детской психиатрии. Но при анализе пациент и аналитик одинаково упорно трудятся от начала до конца лечения.

Например, к аналитику пришел мужчина, испытывающий страх перед женитьбой. В процессе работы выяснилось, что (1) проявлению его здоровой гетеросексуальности мешает (2) женская идентификация как бегство от гомосексуальности и (3) жесткое табу на инцест. Осознав влияние непрожитого Эдипова комплекса, мужчина понял, что вправе выбрать любую девушку, поскольку ни одна из них не будет напоминать ему мать. Постепенно он избавился от мучивших его противоречий, женился и создал семью. На следующем этапе предстояло разобраться с отношением пациента к собственному брату, которого он не признавал. В ходе анализа мужчина осознал, насколько была сильна его любовь к отцу в детстве.

Затем мужчина начал понимать, что под этой любовью скрывается ненависть. Данное открытие стало поворотным моментом в терапии. Последовала работа над новыми задачами: исследовать глубину ранних проявлений любви матери, а также истоки зарождения самости в примитивных импульсах. Результат – не просто избавление от симптомов, а формирование более устойчивой и стабильной структуры личности, способной к открытому проявлению чувств и терпимой к чужим недостаткам. Впоследствии мужчина стал внимательным мужем и заботливым отцом. Перемены отразились и на его профессиональных успехах.

Впрочем, подобные случаи не поддаются статистическому учету.

Часть 1
Здоровье и болезнь

Концепция здоровой личности

По мотивам выступления перед членами Королевской медико-психологической ассоциации, отделение психотерапии и социальной психиатрии, 8 марта 1967 года

Предварительные замечания

Используя слова «нормальный» и «здоровый» по отношению к людям, мы понимаем, что подразумевается. Время от времени нам приходится пояснять, о чем речь, при этом мы рискуем возвести собственное мнение в статус оценочного суждения либо прийти к осознанию, что не знаем, о чем говорим. В любом случае, отношение к понятиям «нормальный» и «здоровый» постоянно меняется.

Я не собираюсь цитировать мнения разных авторов по данному вопросу. Скажу сразу, что сам в своих суждениях опираюсь на выводы Фрейда.

Надеюсь, не ошибусь, если скажу, что человека нельзя рассматривать в отрыве от его окружения. Взросление – это движение к независимости, но быть полностью независимым невозможно. Абсолютная независимость и неуязвимость – признак определенного нездоровья. Живой человек всегда от чего-то зависит! От медсестры или от семьи.

Тем не менее я собираюсь рассмотреть концепцию здоровой личности. Ведь здоровое общество формируют лишь здоровые личности. Однако в обязанности здоровых представителей общества входит забота о его нездоровых членах.

Зрелость по возрасту

С точки зрения роста и развития здоровье означает зрелость, а зрелость обусловлена возрастом человека. Раннее развитие эго или самосознания – такой же нездоровый процесс, как и запоздалое формирование осознанности. Стремление к достижению зрелости – то, что мы передаем от поколения к поколению. Развитие, особенно в начале, зависит от наличия достаточно хороших условий. Они позволяют личности раскрывать унаследованный потенциал. Наследственность и условия – важные внешние факторы, если мы говорим об эмоциональном развитии человеческой личности, то есть о психоморфологии. (Я задумался, можно ли использовать этот термин вместо понятия «динамическая психология»?)

Полезно отметить, что достаточно хорошие условия гарантируют высокую степень удовлетворения потребностей ребенка. Обычно это задача матери, которую я определил как первичную материнскую озабоченность. Тому может быть много названий, но я предпочитаю пользоваться своими обозначениями. Адаптивный уход должен меняться с ростом и развитием ребенка, чтобы он учился переносить фрустрацию. В норме мать должна уметь постепенно снижать свою приспосабливаемость к потребностям ребенка, чтобы позволить ему выражать свое недовольство вовне и не давать материнским ошибкам себя травмировать. Психологическая травма нарушает целостность линии существования человека. Благодаря целостности существования формируются чувство самости, ощущение реальности и бытия, что составляет основу личности.

Взаимоотношения мать – ребенок

В самом начале, когда ребенок пребывает в субъективном мире, его здоровье – результат воздействия многих факторов. На следующих этапах развития можно говорить о влиянии на здорового ребенка нездоровых обстоятельств, но далеко не в самом начале, пока ребенок не научился объективно оценивать действительность, смотреть на мир с не-Я-позиции, видеть разницу между общей актуальной реальностью и психической реальностью и не наделен подобием внутренней реальности.

Я имею в виду двусторонний процесс: младенец пребывает в субъективном мире, а мать подстраивается под него, чтобы подкрепить его базовое чувство субъективного всемогущества.

Фасилитирующее окружение

Фасилитирующее окружение, его постоянное подстраивание и адаптация к потребностям человека можно выделить в качестве самостоятельной темы для изучения в контексте формирования здоровой личности. Сюда относятся отцовские функции в дополнении к материнскому уходу, а также функционирование семьи в целом, которая, по мере взросления ребенка, знакомит его с принципом реальности, но позволяет, тем не менее, развиваться соответственно возрасту. Однако в мои планы не входит детальное рассмотрение процесса эволюционирования данного окружения.

Эрогенные зоны

Согласно учению Фрейда, критерием здоровой личности является степень контроля над Ид в соответствии с текущей стадией психосексуального развития, на каждой из которых ведущей является одна из эрогенных зон человека. Данной точки зрения придерживаются до сих пор. Эти стадии хорошо известны – оральная, анальная, уретральная, фаллическая, или стадия «хвастовства» (непростая стадия для маленьких девочек) и, наконец, генитальная (длительностью от трех до пяти лет), когда у подростков доминируют сексуальные фантазии. Хорошо, когда ребенок успешно проходит все стадии.

Существует также латентная стадия, когда снижаются влечения Ид, а его редкие импульсы обусловлены функционированием эндокринной системы. В норме в данный период ребенок увлекается в основном учебой, спортом и установлением дружеских связей; естественным образом укрепляется и расширяется половая идентичность. Об этом необходимо упомянуть, поскольку в норме важно развиваться в соответствии со своим возрастом, не отставая и не опережая.

Затем наступает черед пубертатного периода, который предваряет препубертатная фаза, когда впервые может проявиться склонность к гомосексуальности. К 14 годам юноша или девушка, переживающие период полового созревания, могут (в норме) испытывать различные внутренние переживания (неуверенность, сомнения). Здесь уместно употребить слово «хандра». Хочу еще раз отметить, что некоторое уныние и эмоциональная лабильность не являются признаками болезни в середине пубертатного периода.

Для пубертатного периода характерно как некоторое снижение, так и, наоборот, рост внутреннего напряжения, – это не до конца изученный феномен. В настоящий момент считается, что пубертатный период для юношей и девушек – период роста, развития и нахождения своего места в компании сверстников. Вопрос о том, что является нормой, а что отклонением в подростковый период, возник в послевоенное время. Четких ответов пока нет.

Хотелось бы получить теоретическое обоснование возникающих вопросов относительно нормы и патологии у подростков, а не практические советы по избавлению от симптомов. И чем быстрее, тем лучше. К подросткам нельзя относиться на общих основаниях. Важно учитывать особенности состояния здоровья каждого из них. Однако, не имея представления о том, что есть норма и патология в данный период, можно пропустить болезнь.

Переживания некоторых подростков настолько глубоки, что нельзя не предложить им помощь. В 14 лет у многих возникают суицидальные мысли, так как подросткам сложно принять сразу все, что с ними происходит: и собственную незрелость, и изменения в организме, и свои представления о жизни, фантазии и ожидания, а также иллюзии по поводу того, как устроен мир взрослых людей (мир компромиссов и ложных ценностей, где у взрослых всегда нет времени на главное). Пройдя эту стадию взросления, юноши и девушки научаются смотреть на вещи реально, то есть получают субъективное чувство самости и ощущение реальности бытия. Это и есть здоровье. Осознав реальность бытия, можно переходить к действиям, но сначала надо научиться именно «быть» и лишь потом «делать». Это важная информация для нас.

Нет необходимости помогать подросткам справляться с личностными трудностями и поощрять их, когда они ведут себя дерзко и вызывающе, пытаясь замаскировать свою зависимость. Мы помним, что поздний подростковый возраст – период чудесных перемен. Для ответственного общества нет ничего отраднее, чем наблюдать взросление и становление его юных членов. Слово «здоровье» не синонимично слову «легкость». Наличие здоровых членов в обществе не гарантирует отсутствия проблем и конфликтов.

Продолжать разговор придется уже другим языком. Эту главу мы начали с разговора о влечениях Ид, а заканчиваем Эго-психологией. В пубертатном периоде кроется большой потенциал для становления мужской потенции и женского сексуального влечения, другими словами, достижение зрелой генитальности подготавливается уже на стадии игровой реальности, предшествующей латентному периоду. Тем не менее девушки и юноши в пубертатный период не оказываются во власти инстинктивных влечений, их заботит вопрос собственного бытия и реальности чувствований, а также степень константности объекта. Они должны научиться управлять своими инстинктами, чтобы не дать им разорвать себя.

Зрелость, или здоровье, в рамках достижения зрелой генитальности принимает иные формы при переходе от подросткового периода к взрослости, этапу, когда вчерашний подросток может скоро сам стать родителем. Хорошо, когда юноша, мечтающий быть похожим на отца, мыслит гетеросексуально и достиг зрелой генитальности; хорошо, и когда девушка, желающая походить на мать, мечтает о гетеросексуальных отношениях и в состоянии испытывать генитальный оргазм во время полового акта. Но всегда ли сексуальный опыт приводит к возникновению симпатии или даже любви?

Помехой этому может стать слабое здоровье одного партнера, а подавление желания способно нанести вред другому партнеру. Импотенция иногда хуже насильственного полового акта. На данный момент мы не можем позволить себе рассматривать состояние здоровья лишь в рамках теории контроля над влечениями Ид. Довольно легко описывать процесс развития с точки зрения функционирования Ид, а не Эго с его сложным становлением, но без этого не обойтись. И мы должны попытаться.

Незрелость – это преимущественное следование инстинктам, в результате чего есть опасность нанести вред своему здоровью, личности, характеру или поведению; однако нужно понимать, что половое влечение способно выполнять свою функцию лишь частично: сексуальное влечение при всей его полноте может не обогатить личность, а привести к истощению мужской и женской потенции. Но нас не так легко ввести в заблуждение, ведь личность для нас – нечто большее, нежели просто поведение. Мы привыкли исследовать структуру личности в комплексе, учитывая присущие ей идеалы и включенность в общественные отношения.

Возможно, когда-то психоанализ считал, что здоровье – обязательно отсутствие психоневротических расстройств, но сейчас это не так. Данный вопрос требует более детальной проработки. Нельзя игнорировать такие критерии, как внутренняя свобода личности, наличие доверия и веры, надежность и константность объекта, свобода от самообмана, а также полнота и качество внутренней психической реальности.

Личность и общество

Если допустить, что суть инстинктов как движущей мотивационной силы личности нам практически ясна, давайте подумаем, что еще входит в задачи здоровой личности. Например, ее взаимоотношения с обществом как продолжение внутрисемейных отношений. В норме мужчина и женщина должны стремиться к социальной идентификации, при этом не утрачивая личностных импульсов. Возможно некоторое ослабление контроля над личностными импульсами, но чрезмерная социальная идентификация предполагает утрату ощущения самости и собственной значимости, что ненормально.

Если это понятно, мы не согласны с тем, что здоровье – просто отсутствие психоневротических расстройств, то есть нарушений, вызванных прогрессированием влечений Ид на фоне зрелой генитальности и организацией защит от тревоги в интерперсональных взаимоотношениях, когда придется признать, что разобраться в том, что есть здоровье, непросто. В жизни здоровой личности присутствуют не только позитивные впечатления, но и страхи, противоречивые чувства, сомнения, фрустрация. Важно, чтобы у мужчины и женщины было ощущение проживания собственной жизни, с принятием ответственности за действия либо бездействие, возможностью достойно принимать свой успех и неудачи. Это движение от зависимости к независимости, то есть к автономии.

Проблема в том, что при рассмотрении понятия здоровья в рамках контроля над Ид игнорируется Эго-психология. Тема формирования Эго возвращает нас к прегенитальным, довербальным стадиям развития личности и влиянию внешних факторов на удовлетворение примитивных потребностей раннего детского возраста.

Здесь я использую понятие «холдинг». Это касается и пребывания в утробе матери, и материнского ухода за младенцем. Сюда же можно включить влияние семьи, играющей важную роль в получении первичного опыта социальной адаптации. Холдинг может обеспечить любой человек, даже не имеющий представления о глубинной сути этого процесса. Все, что необходимо, – понимание потребностей ребенка.

Если ребенку обеспечивается надлежащий холдинг, он развивается в соответствии с внутренними потребностями, у него формируется первое ощущение собственной самости, что впоследствии облегчает достижение автономии.

Развитие на ранних стадиях

Теперь мне хотелось бы уделить внимание процессам, происходящим на ранних стадиях развития личности. Ключевое понятие здесь – интеграция, которая необходима на любом этапе становления личности. Интеграция позволяет младенцу достичь статуса целого, осознать свой Я-статус и собственную важность; в связи с этим у него формируется ощущение субъектности («Я есть», «Я делаю»).

Мое внимание сейчас обращено сразу на три аспекта. Во-первых, уход за младенцем. Во-вторых, формирование шизоидных расстройств. А в-третьих, я задумываюсь о том, что собой представляет жизнь здоровых детей и взрослых. Лично мне кажется, в норме эмоциональное развитие должно продолжаться у людей любого возраста.

Я приведу три примера. В случае младенца интеграция – процесс со своим темпом и особенностями. В случае шизоидных расстройств мы говорим о дезинтеграции, что есть страх распада и патологическая организация защит личности от распада. (Безумие – это обычно не регресс, что определенно внушает надежду, а скорее сложная структура защит, призванных предотвратить повторение распада.) Интеграция, представляющая собой важный процесс жизни младенца, является одной из задач в терапии пограничных пациентов.

В жизни взрослого человека интеграция тоже имеет большое значение, близкое к понятию целостности. Дезинтеграция может и не иметь патологической направленности: здоровый человек переживает ее в состоянии отдыха, расслабления и погружения в сон. Связанные с этим переживания стимулируют творческую деятельность – импульс вспыхивает вновь и вновь именно в состоянии нецелостности. Организация защит для противостояния дезинтеграции лишает человека возможности испытать творческий импульс и препятствует развитию креативного мышления1.

Психосоматическое партнерство

Одной из главных задач развития младенца является пребывание в психосоматическом состоянии (забудем на время про интеллект). Большая часть ухода за младенцем – удовлетворение его физиологических потребностей: укачивание, ношение на руках, купание, кормление и т. д. Все эти действия направлены на достижение ребенком гармонии, баланса психики и сомы.

Одним из симптомов шизофрении является утрата связи между психикой (или как вы это назовете), телом и его функциями. Душа может находиться в отрыве от сомы довольно долгое время.

В норме контакт с телом должен доставлять удовольствие как взрослым, так и детям. Это еще одно отличие здоровья от шизоидного расстройства. Ужасно, когда человек вынужден жить в изуродованном, измученном болезнью или стареющем теле, голодать или страдать от невыносимой боли2.

Отношение к объекту

Отношение к объекту можно рассматривать в том же ключе, что и психосоматическое единство, и вопрос интеграции. Отношение к объекту – необходимый этап созревания младенца, безопасность и эффективность которого напрямую зависит от окружающей действительности. Достаточно хорошая мать организует пространство таким образом, чтобы подкрепить ощущение ребенком собственного всемогущества – необходимого фундамента для осознавания в дальнейшем принципа реальности. Парадокс в том, что на начальном этапе ребенок создает объект, который уже существует, иначе он не стал бы его создавать. Это противоречие нужно просто принять.

Теперь затронем вопрос здоровья и наличия психических заболеваний во взрослом состоянии. При шизоидном расстройстве отношение к объекту не сложилось должным образом; пациент живет в субъективном мире либо не в состоянии устанавливать отношения с другими объектами помимо себя самого. Ощущение всемогущества утверждается как иллюзия. Пациент растерян, находится не в контакте, смущен, одинок, оторван от реальности, глух, недоступен, неуязвим и т. д.

В норме жизнь человека состоит из разного рода отношений к объекту, включая внешние и внутренние объекты. В более широком смысле это касается интерперсональных отношений, но здесь присутствует и творческое отношение, что в совокупности делает каждый аспект отношения к объекту по-своему интересным.

Здоровье в этой связи – принятие непредсказуемости жизни и очарования близости. Все вместе создает чувство реальности и присутствия, способствует осознанию собственного физического существования, дает возможность для его обогащения. В результате внутренняя жизнь здорового человека соотносится с жизнью внешнего мира, но при этом сохраняет собственную уникальность. Интроективная и проективная идентификация сменяют друг друга. В результате потери и невезение (и болезнь) могут быть более болезненными для здорового человека, чем для психологически незрелого или нездорового индивидуума. Быть здоровым не всегда просто.

Резюме

На данном этапе обсуждения нам стоит определиться с понятиями. Мы должны решить, считать ли нам здоровыми тех, кто здоров от рождения, либо признать здоровыми тех, кто изначально не наделен крепким здоровьем, но научился с этим справляться. Я считаю, стоит принять за основу вторую категорию, и постараюсь кратко изложить свою точку зрения.

Два типа людей

Я считаю полезным разделить людей на два типа. Один тип – люди, удачно прошедшие этап младенчества, впоследствии получающие удовольствие от жизни. Другой – те, кто получил травматический опыт, испытал негативное воздействие окружающей среды и запечатлел в своей памяти неблагоприятные воспоминания. Эти люди будут всю жизнь испытывать напряжение и, вероятно, иметь какое-либо заболевание.

Мы признаем, что люди второй категории не получили шанса на здоровое развитие, их защиты сформировались в условиях противостояния неблагоприятному окружению, что в совокупности сказалось на особенностях личности. В отношении данной категории мы не можем использовать термин «здоровый».

Есть и промежуточная группа. В более широком понимании психоморфологии здоровья мы должны учитывать тех, кто испытал немыслимую или архаическую тревогу, но более-менее обособлен от воспоминаний о ней и, тем не менее, использует любую возможность, чтобы впасть в болезнь, подвергнуться разрушению и вновь испытать немыслимую тревогу. Разрушение редко приводит к терапевтическому результату, но в этом есть и положительный момент. Иногда разрушение и правда способствуют излечению, и, значит, опять уместно говорить о «здоровье».

Даже здесь мы можем наблюдать тенденцию к здоровому развитию, и если люди из моей второй категории встанут на путь развития, пусть и с опозданием, они добьются неплохих результатов. Этих людей тоже можно характеризовать как здоровых. Здоровых от рождения или по принуждению.

Стремление к психическому здоровью

Считаю необходимым напомнить, что стремление быть психически здоровым не есть собственно здоровье. Здоровый человек терпимо относится к слабому здоровью. На самом деле он во всех отношениях имеет массу преимуществ перед человеком со слабым здоровьем, особенно если речь идет о шизоидном расстройстве с зависимостью.

Между двумя крайностями – первой, или здоровой, группой и второй, нездоровой (с учетом влияния раннего детского опыта) – находятся люди, которые успешно скрывают свою склонность к разрушению, но которые не подвергнутся распаду, пока окружающая действительность не спровоцирует их на это. Это могут быть ретравматизация либо несбывшиеся надежды.

Давайте спросим себя: много ли среди здоровых людей индивидуумов, которые стараются жить нормальной жизнью, несмотря на отягчающие обстоятельства: наследственность, ранние детские травмы и неудачный опыт? Необходимо отметить, что многие представители этой, не слишком благополучной, группы смогли добиться исключительного успеха именно благодаря тревожности. С ними трудно жить рядом, но именно эти люди совершили прорыв в области науки, философии, искусства, религии и политики. Так в чем суть гениальности?

Правда и ложь

Продолжаем разговор о непростой категории людей с потенциальной склонностью к распаду, которая, впрочем, не создает нам больших проблем. (Однако человеческая натура так непредсказуема, что никто не знает, когда здоровье даст сбой.) Я имею в виду тех, кто неосознанно создает образ ложной самости, чтобы адаптироваться в обществе. Такая самость необходима для защиты истинной самости. (Истинная самость была травмирована, поэтому во избежание ретравматизации ее нужно прятать.) Общество обмануть легко, за что оно вынуждено расплачиваться. Ложная самость, с нашей точки зрения, хоть и является надежной защитой, все-таки не признак здоровья. В этой связи стоит упомянуть концепцию маниакальной защиты М. Кляйн, когда неосознанно отрицается наличие депрессии, а ее симптомы трактуются как их противоположность: повышение вместо снижения, легкий вместо тяжелого, белый вместо черного, жизнелюбие вместо апатии, восторг вместо безразличия и т. д.

Это не есть здоровье, но стремление быть здоровым. Легкость и живость – признак молодости и силы. Серьезность и мрачность – свидетельство надвигающейся старости.

Теперь остановимся на понятии «депрессия» – это то, чем нам приходится расплачиваться за интеграцию. Я не смогу повторить здесь все, что написал о ценности депрессии или склонности к ней, относительно того, что быть в подавленном настроении так же естественно, как испытывать чувство ответственности, вины, печали или радости. Да, депрессия – это тяжело, но это признак личностной интеграции.

При слабом здоровье человек подвержен влиянию тяжелых деструктивных мыслей, которые могут вызвать манию преследования и толкнуть его на самоубийство. Это нельзя назвать признаками здоровья. И все же, разбирая тему здоровья, следует признать, что серьезность и мрачность, которые мы представили как одну из форм проявления депрессии, встречаются у людей, считающих себя вполне благополучными. Это люди с богатым и насыщенным внутренним миром.

То, что пришлось пропустить

Я вынужден опустить весьма специфическую тему, касающуюся антисоциальных наклонностей. Это связано с депривацией в детском возрасте, о чем ребенок может догадываться, но не иметь возможности справиться с последствиями.

Мы не будем здесь говорить и об агрессии. Нездоровые члены общества под влиянием бессознательных мотивов разжигают войны, нападают, защищаясь от мнимого преследования, либо разрушают мир, который уничтожил их, каждого в отдельности, еще в младенчестве.

Цель жизни

И наконец, я хочу поговорить о том, какую жизнь способен прожить здоровый человек. Что такое жизнь? Мне не надо знать точный ответ, но жизнь – скорее бытие, чем секс. Лорелей Ли принадлежат такие слова: «Поцелуй – это неплохо, но бриллиантовый браслет – навсегда»3. Осознавать свое существование и испытывать чувства – значит быть здоровым и получать от этого удовольствие. Я утверждаю, что это не пустые слова: эмоциональное здоровье напрямую связано с осознанием себя и чувствованием. Многие люди считают, что ощущать полноту жизни свойственно всем, но какова цена? Им не приходит в голову, что кто-то может не испытывать полноты чувств, быть подавленным, несчастным, не иметь цели, не чувствовать своего тела, не понимать, кто он и где его место. Ничего нельзя отрицать – в норме бывает все.

Три жизни

Напоследок я хочу сказать о трех типах жизни здоровых людей:

1. Жизнь в контакте с миром. Черпать силы и вдохновение в интерперсональных взаимоотношениях.

2. Жизнь в своем внутреннем мире. Внутренняя жизнь человека всегда богаче, глубже, интереснее и креативнее. Сюда можно отнести сновидения (или материал для них).

Эти два пункта вам давно знакомы, каждый обеспечивает человека необходимыми защитами: экстраверт ищет вдохновения вовне, а интроверт может почувствовать себя самодостаточным, неуязвимым, защищенным и социально бесполезным. Но есть еще один вариант для здорового человека, который не так легко рассмотреть в рамках психоаналитической теории.

3. Область культурного опыта.

Культурный опыт начинается с игры, на базе которой формируется человеческое наследие: искусство, мифология, философские учения, математические знания и религия.

Куда мы поместим третий вариант? Не думаю, что ему найдется место во внутреннем мире человека, ведь речь не идет о сновидениях – это общая реальность. К внешним взаимодействиям людей он тоже не относится – здесь много фантазии. Из трех вариантов последний самый разнообразный; у тревожных, беспокойных людей он не представлен, а для других является важной частью существования, возвышающей человека над животным миром. Ведь здесь присутствуют не только игра и чувство юмора, но и весь накопленный культурный опыт за последние 5–10 тысяч лет. Сюда относится и развитый интеллект. Все это – результат деятельности здоровой личности.

Я попытался определить, где хранится культурный опыт, и пришел к заключению: он берет начало в потенциальном пространстве между матерью и ребенком, когда опыт, накопленный последним, формирует у него высокую степень доверия к матери и уверенность, что она будет рядом, когда необходимо.

В этом месте я разделяю точку зрения Фреда Плаута4, который считал доверие ключом к формированию области здорового опыта.

Культура и сепарация

Понятие «здоровье» вмещает отношение к жизни и своему психическому состоянию, а также способность перенимать культурный опыт.

Другими словами, здоровье – это всеобъемлющая категория, поскольку в пространственно-временных отношениях между ребенком и матерью ребенок (как и взрослый) креативен, он извлекает выгоду из всего, что его окружает, будь то деревянная дощечка или произведение Бетховена.

Это продолжение концепции переходного объекта. О здоровье можно много говорить, но, я надеюсь, мне удалось донести до вас мысль о том, что человек – существо уникальное. Этология объясняет далеко не все. У человека также присутствуют животные инстинкты и реакции, иногда он ведет себя как животное. Львы благородные, обезьяны ловкие, змеи гибкие, рыбы плодовитые, газели грациозные, а птицам повезло больше всех – они умеют летать. Человек не похож ни на кого, при наличии здоровья и благодаря культурному опыту он превосходит любого представителя животного мира (кроме, вероятно, китов и их сородичей).

Человеку под силу разрушить мир. Если так случится, мы умрем от атомного взрыва, и это необдуманное действие будет продиктовано чьим-то страхом, а не здоровьем. Поэтому в задачи здорового общества входит обязанность заботиться о его больных представителях.

Вывод

Что нам удалось:

1. Обсудить концепцию здоровья как отсутствия психоневротического заболевания.

2. Связать понятие здоровья с процессом развития и достижением зрелости.

3. Отметить важность каждого этапа психосексуального развития, становления Эго и контроля над влечениями Ид.

4. Связать процесс становления Эго с особенностями ухода за младенцем, возникновением шизоидных расстройств, используя понятия:

(а) интеграции;

(б) психосоматического партнерства;

(в) отношения к объекту с описанием общей картины.

5. Решить, можно ли считать людей, испытывающих и преодолевающих трудности, здоровыми.

6. Назвать три типа организации жизни человека и предположить, что от состояния здоровья зависит, будет ли жизнь индивидуума полной, эффективной, насыщенной, креативной; обсудить роль здоровья в творческом аспекте.

7. И наконец, отметить, что благополучие общества зависит не только от здоровья его членов, но и от жизненных паттернов, которые они воспроизводят. В данном случае демократичность (в одном из своих значений) – признак здоровья, поскольку естественным образом исходит от семьи и, по сути, является конструктом, за который несут ответственность здоровые индивидуумы.

Жить креативно

Выдержки из двух вариантов выступления перед членами Прогрессивной лиги (Progressive League), 1970 год

Определение креативности

Какое определение мы бы ни взяли за основу, в нем обязательно присутствует мысль о том, что полнота и смысл жизни находятся в прямой зависимости от наличия либо отсутствия креативности как составной части индивидуального жизненного опыта.

Чтобы быть креативным, человек должен жить и ощущать вкус жизни даже не на уровне сознания, а из глубины своего существа.

Креативность, таким образом, – это созидание в рамках реальности бытия, признак жизни. Импульс может находиться в состоянии покоя, но когда возникает потребность созидать, появляется креативность.

Часто бывает, что действия человека как признак его жизнедеятельности являются лишь реакциями на стимулы. Вся жизнь может состоять из серии таких реакций. А если нет стимулов – нет жизни. В этом случае слово «бытие» представляется неуместным. Чтобы быть и чувствовать полноту жизни, импульсивное созидание должно преобладать над реактивным деланием.

Речь здесь не идет о волевых усилиях или способах организации и реорганизации жизни. В основе всего лежит процесс эмоционального развития, особенно его ранний период. Большинство людей находятся где-то посередине между двумя крайностями, что дает им шанс воздействовать на собственные паттерны; именно осознание этой возможности делает наше обсуждение интересным и живым. (Еще стоит подумать о том, что мы можем сделать как родители и наставники.)

Креативность, таким образом, – не фиксация на раннем детском опыте, то есть способности создавать мир вокруг себя. Для младенца это не представляет трудности, поскольку мать подстраивается под его потребности; у ребенка нет понимания, что мир существовал и до его появления на свет. Принцип реальности говорит о том, что мир существует вне зависимости от того, создает его младенец или нет.

Принцип реальности приносит разочарование, но к моменту, когда ребенок научается произносить первые слоги, уже имеют место большие перемены, и дитя начинает воспроизводить генетически унаследованные психические механизмы по совладанию с разочарованиями.

Я готов остановиться на некоторых из них. При наличии достаточно хороших условий ребенок (кем когда-то был каждый из нас) находит свои способы совладания с разочарованием. С одной стороны, система внутреннего контроля упрощает взаимоотношения с людьми, у которых тоже есть свои потребности и ощущение собственного всемогущества, с другой – ребенок удерживает ощущение всемогущества как возможность быть креативным и иметь свой взгляд на мир.

Например, если у матери восемь детей, то и матерей восемь: у каждого ребенка – индивидуальный материнский образ. Ведь ко всем малышам отношение будет разное. Если бы мать относилась одинаково ко всем детям (а я знаю, что это невозможно, ведь она не робот), каждый ребенок все равно имел бы собственное представление о матери.

Под влиянием сложного и генетически предопределенного процесса развития, а также при его взаимодействии с внешними факторами, которые могут как способствовать развитию, так и тормозить его, ребенок, вы или я в прошлом, обнаруживает у себя способность смотреть на все иначе и проявлять креативность в каждом действии.

Я мог бы найти определение креативности в Оксфордском словаре и взглянуть на креативность с точки зрения философии и психологии или объединить эти подходы. Такая подача могла вызвать у вас восторженную реакцию: «Как это оригинально!» Однако я не буду этого делать. Мне важно посмотреть на этот вопрос по-новому, со своей точки зрения, не боясь показаться абсурдным. Я не хочу погрязнуть в многочисленных определениях. Иначе даже при объяснении такого простого понятия, как любовь, мне пришлось бы начинать с истоков. (Хотя, может, так и надо.) Но я вернусь к этому, когда мне понадобится провести границу между креативностью в жизни и искусстве.

Я уже посмотрел определение слова «творить» в словаре: это значит «созидать, создавать что-то новое». Творчеством может быть и «продукт человеческого разума». Данное понятие подразумевает широту взглядов. Жить креативно – значит не дать системе внутреннего контроля или внешним обстоятельствам разрушить себя; это свежий взгляд на все и всегда, оценочное отношение, а не просто восприятие.

Происхождение креативности

Я изложил свою точку зрения на происхождение креативности. Есть два объяснения. Креативность – признак жизни; значит, с любым объектом можно установить отношения. Но это лишь одна сторона вопроса. Есть и другая: физические или духовные отношения имеют смысл не сами по себе, а лишь в контексте бытия. Новорожденный ребенок с неразвитым интеллектом в состоянии установить отношения с объектом и использовать его, но о творческом существовании речь не идет. Также здоровый ребенок должен испытывать трудности и приспосабливаться, чтобы развить в себе творческое отношение к объекту.

Итак, я вывожу следующую максиму: сначала – Быть, потом – Делать. Бытие как основа для созидания. Тогда у ребенка появляется возможность следовать инстинктам без чувства потери самости. Происхождение креативности заложено генетически и является признаком, необходимым условием жизни и отношения к объектам, тем самым расширяя возможности человека, позволяя ему при желании дотянуться и до луны.

Развитие креативности

У индивидуума с не слишком искаженным восприятием мира есть все шансы развить в себе это превосходное качество. Правда, вы можете возразить мне, что в основном жизнь – это рутина. Кто-то должен заниматься хозяйством, и кому-то это нравится. Но чтобы мыть полы, много ума не надо, а значит, есть простор для воображения. Здесь можно упомянуть и вопрос перекрестной идентификации, о чем я буду говорить подробно позднее. Женщина моет пол, наслаждается отсутствием условностей и свободой, идентифицируясь со своим непослушным ребенком, который в творческом порыве принес из сада грязь и размазал по дому. Он исходит из предположения, что мамы любят мыть полы, а его действия продиктованы ужасным возрастом. (Это считается фазой адекватности, и мне нравится это название!)

Мужчине может не нравиться работа на конвейере, пока он не вспомнит о деньгах, которые за это получит, и о том, что у него появится возможность сделать ремонт на кухне, или он сможет посмотреть игру «Саутгемптон» – «Манчестер-сити» по телевизору, не покупая билет.

Люди могут не выбирать подобную работу, но если избежать этого не получается, у них должна быть возможность уделить время творчеству и воображению в выходные. Ранее было сказано, что гораздо проще предаваться мечтам, занимаясь скучным делом, нежели чем-то интересным. Важно помнить: скучное дело может оказаться интересным для кого-то другого, кто использует творческий подход.

Для творческого человека всегда есть варианты, позволяющие не потерять нечто личное и сокровенное, свою сущность. Если ничего нельзя сделать, просто дышите – никто не сделает это за вас. Или, может, вы самовыражаетесь, сочиняя письмо другу либо составляя тексты для The Times и New Society, которые кто-нибудь обязательно прочитает.

Креативная жизнь или художественное творчество

Упомянув написание писем, я не могу обойти вниманием другую тему: необходимо провести границу между креативной жизнью и художественным творчеством.

Креативная жизнь означает, что человек испытывает полноту ощущений и живет в согласии с самим собой. Он может посмотреть на дерево (необязательно нарисованное) творчески. Если вам доводилось пребывать в депрессивно-шизоидном состоянии (а многим приходилось), вы вспомните свой негативный настрой. Как часто я слышал: «За окном цветет ракитник, светит солнце, и умом я понимаю, что для кого-то это потрясающий вид. Но для меня сегодня утром (в понедельник) это не имеет значения. Я ничего не чувствую, будто не существую».

Однако творческий подход писателей, поэтов, художников, скульпторов, архитекторов, музыкантов – нечто иное. Если человек занимается художественным творчеством, у него, скорее всего, есть талант. Жить креативно можно и без таланта. Здесь можно говорить о всепоглощающей потребности в переживаниях. Даже прикованный к постели или замкнутый шизофреник способен жить креативно в своей внутренней реальности и быть счастливым. Несчастлив же тот, кто вдруг осознал, что он лишен чего-то гораздо более важного и необходимого и его не устраивает просто физическое существование. Если бы у нас было больше времени, мы могли бы поговорить о тревоге как о движущей силе творческой мысли.

Креативная жизнь в браке

Этот вопрос требует обсуждения, поскольку в браке у одного или обоих партнеров часто отмечается снижение инициативы. Причиной может быть совместный быт. Роль креативности в браке не так однозначна по сравнению с иными аспектами жизни. С этого момента мне придется признать, что не все супружеские пары могут проявлять креативность в семейной жизни. Иногда кто-то из партнеров приходит к пониманию, что жизнью семьи управляет другой. Это создает массу неудобств, но я полагаю, что в большинстве случаев ситуация вполне терпимая. Однако конфликты случаются. Пока семья молодая и дети маленькие, истинная проблема может не проявляться, но она обязательно даст о себе знать по достижении супругами кризиса среднего возраста.

Выход можно найти в доверительной беседе. Я знаю одну пару, весьма долго прожившую в браке и создавшую большую семью. В первое лето после свадьбы, проведя неделю с молодой женой, муж заявил: «А теперь неделю я проведу в море под парусом». Жена ответила: «Отлично, я люблю путешествовать и поеду куда-нибудь одна». Друзья хором воскликнули: «Их брак долго не продержится». Но, несмотря на мрачные прогнозы, эти люди прожили счастливую жизнь: муж уходил на неделю в море, где оттачивал свое мастерство и наслаждался процессом, а его жена в это время гуляла по Европе. После они с удовольствием делились друг с другом впечатлениями.

Однако такой вариант подходит не всем. Нет единого рецепта счастья. Но приведенный пример показывает, что порой отношениям временная разлука не помеха, новые впечатления их укрепляют. Иначе супруги могли заскучать от постоянного пребывания вместе. Скука возникла бы как результат отказа от своих желаний, то есть от креативного подхода к жизни.

Если посмотреть на жизнь любой семьи, где царит согласие, мы обнаружим нечто похожее на описанную выше ситуацию. Жена играет на скрипке, а муж проводит этот вечер с друзьями в баре. Жизнь человека не укладывается в рамки, каждому нужно что-то свое. Говоря о трудностях, мы, скорее всего, будем говорить о повторяющихся паттернах поведения, свидетельствующих о наличии каких-то проблем. Здесь присутствует некая компульсивность, берущая начало в детских страхах. В дальнейшем они становятся помехой креативности. Скорее всего, лишь с людьми, кому повезло избежать подобного опыта, можно спокойно говорить о трудностях в браке. Тем же, кто воспринимает брак как обузу, сказать практически нечего. Универсального совета для всех не бывает, терапия не может быть для всех одинаково эффективной.

Между двумя крайностями – теми, кто сохранил креативный подход в браке, и теми, кто испытывает трудности, – есть пограничная группа, куда входит большинство из нас. Мы относительно счастливы, можем проявлять креативность, но понимаем, что на самом деле существует конфликт между личностным импульсом и компромиссными вариантами, которые возможны в отношениях. Другими словами, мы возвращаемся к принципу реальности, то есть к возможности принять внешние обстоятельства не в ущерб личностному импульсу. Здесь кроется одно из главных противоречий человеческой натуры, причины которого можно найти на ранних этапах эмоционального развития человека.

Часто критериями счастливого брака считаются количество детей и наличие дружеских и доверительных отношений между партнерами. Но это упрощенный подход, ведь мы игнорируем важный аспект, а именно сексуальную жизнь супругов, которая не всегда бывает удовлетворительной и креативной. На эту тему написано множество работ, а психоаналитикам не повезло больше всего: они лучше других осведомлены о трудностях и разочарованиях людей по этому поводу. Психоаналитик никогда не поверит в безоблачную супружескую жизнь, имея в виду сексуальные отношения. Когда два человека любят друг друга и еще молоды, они способны к творчеству и экспериментам в сексе. Это признак здоровья, так должно быть. Однако не стоит внушать молодым людям, что так будет всю жизнь. Кто-то может сказать (не всерьез): «Есть два типа брака: в одном девушка уже по дороге к алтарю знает, что выходит замуж не за того человека, а в другом она понимает это на обратном пути». Смешного здесь мало. Проблемы начинаются, когда мы стараемся заверить молодых, что брак – любовь и страсть до конца жизни. Но и расстраивать, сразу посвящать их в реалии жизни тоже не хотелось бы. Пусть они побудут какое-то время безмятежно счастливыми, впоследствии это поможет им справиться с разочарованием (принять принцип реальности). Люди не станут морально крепче и выносливее, если с самого начала будут знать, что полноценная и разнообразная сексуальная жизнь гарантирована не для всех. Правда, это знание может утешить в том случае, когда интимные отношения с самого начала не были вполне удовлетворительными. Постепенно супруги научатся слышать друг друга и придут к компромиссу.

Теперь я хочу напомнить о таких психических механизмах, как проекция и интроекция. Я имею в виду идентификацию себя с другими и других с собой. Как легко догадаться, есть люди, которые не в состоянии пользоваться этими механизмами, те, кто пользуется ими по желанию, и те, кто делает это компульсивно, хотят они того или нет. Говоря простым языком, я имею в виду способность поставить себя на место другого – речь идет о симпатии и эмпатии.

Живя в законном браке, два человека начинают смотреть на многие вещи глазами друг друга, в зависимости от обстоятельств. Для некоторых пар это создает определенные трудности, а другим дается легко. Конечно, нормально, когда женщина позволяет мужчине быть мужчиной, в том числе в сексе, и наоборот. Но дело не только в поведении, еще есть воображение, а в фантазиях возможны любые варианты.

Теперь можно вернуться к креативности. Разделение обязанностей в сексе согласно половой принадлежности особой креативности не предполагает. При этом креативность все равно присутствует: ребенок может быть зачат вопреки или благодаря намерениям будущих родителей. В книге Эдварда Олби «Кто боится Вирджинии Вулф?» рассказывается о несчастной судьбе мальчика, выдуманного сына главных героев, которого никто никогда не видел. Что за удивительный сюжет!

Теперь я хотел бы отвлечься от темы детей и их зачатия. Ведь все в нашей жизни можно делать креативно и не креативно. Предпочитаю вернуться к вопросу о том, что способствует формированию креативного подхода к жизни.

Подробнее об истоках креативного подхода к жизни

Это старая история. Важную роль в становлении человека играет уровень его эмоционального развития или отношение к объекту в раннем детстве, о чем я хотел бы поговорить.

Счастлив тот, кто проявляет креативность в жизни и имеет креативное окружение в лице партнеров, детей, друзей и т. д. Все укладывается в рамки этого философского подхода.

Я могу посмотреть на часы и заметить только цифры и стрелки, обратить внимание лишь на форму циферблата либо ничего не увидеть. С другой стороны, я могу представить себе часы и вызвать в памяти их образ, зная, как они выглядят в реальности. Видя настоящие часы или время, которое они показывают, я воссоздаю эти образы в своем сознании. Я каждое мгновение практикуюсь во всемогуществе, прежде чем доверить эту функцию Господу.

Здесь есть определенная антилогика, логичность переплетается с нелогичностью. И тут ничего не поделаешь – такова реальность. Давайте остановимся на этом подробнее.

Младенец готов узнавать мир объектов и идей; мать на данном этапе развития ребенка открывает ему этот мир. Благодаря первоначальной, исключительной адаптации к потребностям малыша, мать позволяет ему ощутить свое всемогущество, создавать объекты и вплетать их в собственную реальность. Каждый ребенок начинает с того, что заново создает мир. На седьмой день он может отдохнуть. Это если все идет правильно, а обычно так и бывает; но рядом обязательно должен быть кто-то, чтобы помочь связать созданное с реальностью. Если рядом никого нет, ребенок может стать аутичным, зависимым и безотказным (детская шизофрения).

С принципом реальности малыш знакомится постепенно, сталкиваясь с запретами и ограничениями, которые диктует мир. Но к этому времени он уже способен жить опосредованно, позволяя кому-то другому управлять процессами и добровольно лишаясь чувства всемогущества. В конечном счете индивидуум отказывается быть колесом или коробкой передач, принимая на себя более комфортную роль шестеренки. Помогите мне написать девиз человечества:

Быть шестеренкой!

Держаться друг за друга!

Работать как единый механизм!

Создать семью и сохранить созидательное отношение к миру!

Не испытав всемогущества в младенчестве, человек не сможет стать шестеренкой.

В своих работах я неоднократно упоминал концепцию переходного объекта: это то, что, вероятно, сейчас прижимает к груди ваш ребенок, – одеяло или мамина заколка. Это символ доверия и надежности, связующее звено между матерью и малышом, способствующее формированию отделения. Я уже сказал, что этот объект создает сам ребенок, хотя он существовал и ранее. (Этот же объект мог быть раньше создан братом или сестрой.)

Скорее не «ищите да обрящете», а «протяните руку и возьмите, чтобы воспользоваться и выбросить». Это начало. Затем, при знакомстве с реальным миром и принципом реальности, объект утрачивает свое значение. Но в норме мы изобретаем способы и средства, чтобы вернуть чувство осознанности и творческое отношение к жизни. Некреативное существование сопровождается ощущением бессмысленности всего вокруг, тщетности и бесполезности.

Мы обсуждаем креативное отношение к жизни и можем воспользоваться теорией последовательности, которая помогает нам понять, почему так сложно разобраться в сути креативного существования. Этот вопрос можно рассматривать в целом и разложить на составляющие.

Я стараюсь обратить ваше внимание на глубинные, основополагающие моменты. Приготовить сосиски можно традиционно или по оригинальному рецепту. Результат будет одинаково хорош, но творческий подход расцветит будни, хотя эксперименты с едой не всегда удачны. Я пытаюсь сказать, что у повара есть два варианта: следовать инструкциям и рекомендациям либо сделать процесс приготовления пищи более живым и увлекательным. Если нам удается удивить самих себя, это проявление творческого подхода. И неважно, смогут ли гости, попробовав приготовленные сосиски, понять и оценить оригинальность рецепта.

Я полагаю, креативный человек креативен во всем. Но если за творческий подход следует наказание, выбор будет сделан в пользу обыденности либо стремление к оригинальности будет возведено в такую степень, что сосиски станут напоминать пришельцев из космоса, а их вкус окажется ни на что не похож.

Я уверен: даже если у человека нет под рукой необходимых средств, результат может получиться неожиданным и новым. Конечно, если индивидуум чрезвычайно оригинален и талантлив, его рисунки могут стоить £20 000, но для этого надо, ни много ни мало, обладать гением Пикассо. Даже простая вешалка в руках творческого человека способна стать произведением искусства.

То, что мы создаем, уже существует, но креативность проявляется через концепцию и апперцепцию. Когда я смотрю на часы, я создаю часы, но не воображаю их там, где, как мне известно, их быть не может. Пожалуйста, не отвергайте эту очевидную нелогичность – просто примите ее и пользуйтесь.

Чтобы помочь вам это понять, позвольте сказать, что когда на улице темнеет, а я сильно устал, я могу увидеть часы даже там, где их нет, и определить время, которое они якобы показывают. И пусть это будет лишь тень от чьей-то головы на стене.

Некоторые люди так боятся выглядеть нелепо или неадекватно, что не позволяют себе воображать и фантазировать, живут по общепринятым правилам. Другие разрешают себе оторваться от реальности и верят в истинность придуманных ими вещей.

Нас окружают разные люди, но чтобы получать удовольствие от своей креативности и не бояться следовать творческим импульсам, человеку нужны понимание и объективность.

Некоторым детям приходится расти в атмосфере сказочной креативности, ориентированной на потребности взрослых, но не ребенка. Такая обстановка душит и подавляет, а ребенок учится отстраняться.

Существует множество пособий по организации развивающего пространства для детей дома и в школе. Если ребенок чувствует себя комфортно и получает все необходимое, он ощущает свою значимость и может приспосабливать обстановку под собственные нужды. Ему будет легко принять принцип реальности.

В формальных отношениях с партнерами мы можем допустить любые проявления проекций и интроекций: жена разделяет увлечения своего мужа, а муж не против кулинарных экспериментов жены. Таким образом, брак – формальный союз – расширяет наши творческие возможности. Можно проявлять креативность, даже выполняя работу по дому.

Интересно, что вы обо всем этом думаете? Я не могу заставить вас проявлять креативность, просто выступая перед вами. Лучше бы я и сам послушал. Если вы утратили способность удивляться или не умели этого вообще, одни разговоры не помогут. Психотерапия, впрочем, тоже. Зато теперь вы знаете о том, что для всех (особенно для детей, за которых мы в ответе) иметь творческий подход к жизни намного важнее, чем быть просто успешным.

Я бы хотел еще раз пояснить, что креативное существование представляет собой философскую дилемму: будучи в здравом уме, мы создаем то, что уже существует. Даже в искусстве нельзя быть абсолютно оригинальным, если только речь не идет о пациенте психиатрической клиники или о больном с расстройством аутистического спектра. Креативность в искусстве или философии в большой степени зависит от нашего восприятия того, что уже существует, а восприятие окружающей среды – ключ к пониманию и оценке любого творчества. Креативный подход делает художника живым и значимым, даже если с точки зрения публики его творения провальные, хотя зрители художнику так же необходимы, как орудия творчества, талант, образование и стиль.

Поэтому я совершенно уверен: здоровый человек не должен жить согласно привычкам и интересам другого человека. У каждого есть собственные предпочтения, которыми можно обмениваться по принципу перекрестной идентификации. Если мы хотим, чтобы наши дети развивали свой творческий потенциал в реальном мире, по отношению к ним мы должны быть некреативны, комплаентны и адаптивны. В целом это преодолимо и не смертельно, ведь нет ничего важнее становления и развития детей, которые нуждаются в нашей помощи, чтобы развить в себе креативность.

SUM, я есть

По мотивам выступления перед членами Ассоциации учителей математики на пасхальной конференции в Колледже Уайтлендс, Патни, Лондон, 17 апреля 1968 года

Здесь и сейчас неплохо рассказать о том, чем я занимался ранее, – о моей работе в детской психиатрии и психоаналитической теории раннего эмоционального развития ребенка, которая была разработана в рамках концепции преимущественно Фрейдом. В своем деле я кое-что понимаю, у меня есть исследования и опыт. А в области математики и преподавания я новичок. Студенты младших курсов знают больше меня. И я бы не принял приглашение г-на Тата, если бы не знал, что он прекрасно осведомлен о том, что у меня несколько иная специализация и я могу рассуждать лишь в пределах своей компетенции.

Меня слегка пугает название лекции «Sum, я есть», ведь я не ученый и не магистр этимологии. Когда мне предложили эту тему несколько месяцев назад, я подумал: «Хорошо, буду говорить о стадии развития «Я есть» и проведу параллель с латинским местоимением sum». Чувствуете игру слов? (Так бы сказал Калверли, но не я.)

Определенно, моя задача – оставаться собой. Какую часть себя я мог бы открыть вам? И как тогда быть части без целого? Позвольте показать вам целое в той стадии развития, которую мы называем интеграцией, а затем выделить один-два элемента как составляющие всеединства под названием «Я».

Я уверен, что вы меня поймете, ведь то, что волнует студента, изучающего личность человека, волнует и математиков: по сути, математика – абстрактная модель развития человеческой личности.

Говоря, что первостепенная задача развития человека – достижение и удержание статуса «Я есть», я понимаю, что один из главных законов арифметики гласит: целое – сумма его частей.

Вы, должно быть, поняли, что по своей натуре, в силу образования и опыта я привык рассматривать вещи в соответствии с процессом их развития. Когда я смотрю на мальчика или девочку за столом, решающего или решающую задачки на сложение, вычитание или умножение, прежде всего вижу перед собой человека, у которого есть определенный опыт в рамках его развития, в связи с чем возможны определенные искажения личностной структуры в ответ на недостаток или лишение чего-либо в раннем возрасте. Развитие – это стремление к независимости и целостности, которой ребенок может достичь или нет. Кроме того, в процессе развития человека большую роль играет окружающая обстановка, и значимость этого влияния сохранится, даже когда индивидуум достигнет независимости через идентификацию с внешними условиями, то есть когда ребенок вырастет, создаст семью и воспитает новое поколение или начнет принимать участие в общественной жизни и поддержании общественной структуры.

Результаты моих исследований могут быть полезны, и вам совсем ни к чему знать, почему эта тема представляет для меня интерес. Это моя работа, и я должен выполнять ее хорошо.

Трудно вспомнить, когда впервые была упомянута теория личности. Возможно, еще в древнееврейских рукописях об Иисусе Христе. Суть монотеизма сводится к понятию «Я есть». Я есть то, что я есть. (Cogito, ergo sum – нечто другое: sum здесь означает «существую как человек», и данный факт находит свое отражение в сознании. Но мы имеем в виду неосознанное состояние бытия, свободное от осознанной мыслительной деятельности.) Имя, данное Господу (Я есмь), может заставить индивидуума ошибочно полагать, что он достиг статуса индивидуального бытия. Если Я есть, значит, я собрал в себе воедино то, что составляет суть меня, и отверг остальное; отвергая все, что не-Я, я оскорбляю мир и должен ждать наказания. Когда люди впервые обратились к теории личности, они сразу вознесли эту личность в небеса и наделили ее гласом, который услышал лишь Моисей.

Здесь отчетливо прослеживается тревога, сопровождающая человеческое существо на пути к состоянию «Я есть». Вспомните игру «Я король замка». Защищают свои владения обычно со словами: «Ты, подлый негодяй!» или: «Пошел вон, подлый негодяй!» – Гораций предложил свою версию этой детской игры:

Король спрашивает, кто поступает правильно;

Кто поступает неправильно – не спрашивает.

Конечно, это запутанная интерпретация состояния «Я есть», когда достичь его способен лишь Король.

Интересно, может ли sum существовать ранее монотеизма? Ведь слово «всеединство» означает лишь человеческое существо как целое. Мы могли бы обсудить то же самое в контексте использования личного местоимения «я», которое ребенок произносит одним из первых. Однако вопрос до конца не ясен, поскольку произнесение слов может опережать понимание их смысла, а сверхсложный процесс становления мышления предшествует процессу вербализации.

Вы легко поймете, что я имею в виду: обучать арифметике начинают с единицы, так же происходит с развитием ребенка – оно связано с понятием один, то есть состоянием, с которого начинают, к которому стремятся, но которого можно никогда не достичь.

Думаю, мне стоит пояснить эту непростую мысль. Что можно сделать с обособленным мыслительным процессом? Законы высшей математики функционируют независимо от достижения или недостижения личностью статуса всеединства. Так же и в других областях. Например, судья по наследственным делам может умереть, не оставив завещания (предположительно не имел возможности?); или философ, который не может назвать дату или день недели; или прославленный физик, который идет одной ногой по тротуару, а другую волочит в канаве.

Давайте посмотрим на это с точки зрения личностного развития. (Кстати, я уже рассказывал об этом подробно, а касаться этого вопроса вскользь сложно.) Скажем, ребенок хочет есть и готов к приему пищи. Если его покормили, все хорошо. Но если еда опоздает больше чем на Х минут, ребенок потеряет к ней интерес. Возникает вопрос: насколько внезапно наступает момент, когда еда теряет значение?

Теперь возьмем двух детей: у одного диагностирован высокий уровень IQ, другой одарен ниже среднего. Высокоодаренный ребенок вскоре научится определять по звуку, что еда готовится. Умея пока лишь лепетать, малыш успокоит сам себя: «По этим звукам я узнаю, что меня скоро будут кормить, так что держись, все будет хорошо». Ребенок со средним уровнем интеллектуального развития в большей степени зависит от матери и ее чувствительности к его потребностям.

Можно ли сказать, что уровень интеллекта помогает справляться с фрустрацией? Из этого, как вариант, следует, что мать может начать эксплуатировать интеллектуальные способности ребенка, чтобы освободиться от излишней зависимости от него. Это нормально, но если у ребенка высокий интеллект, он и мать могут «договориться» использовать возможности интеллекта обособленно – это как выделить психику из психосоматического единства и существования.

Не забудьте про трудности, связанные с областью психосоматики, когда у ребенка формируется ложная самость в связи с расщепленным сознанием, а истинная самость скрыта или даже утеряна; так что, пока высшая математика преуспевает, ребенок может не знать, что делать с монеткой в один пенни.

Понять это мне помогла одна пациентка на примере детского рассказа «Флейтист из Гаммельна», который она прочитала в пять или шесть лет. Она была очень не уверена в себе и пришла ко мне на терапию, потому что ее высокий интеллект (чем гордились родители) мешал найти свою истинную самость. В возрасте шести-семи лет она прочитала няне историю о ребенке, возможно, имея в виду себя, который хорошо учился в школе, но постепенно сошел с ума. Когда моя пациентка закончила курс лечения и нашла дорогу к себе, ей было уже за пятьдесят.

Я считаю, что интеллект – это прекрасно, но в своей работе вижу, что ему придают слишком большое значение. Однако в рамках теории личности я должен принимать во внимание явные достижения обособленного интеллекта, не забывая при этом о психосоматическом единстве личности.

В старые добрые времена – сто лет назад – люди говорили о теле и разуме. Чтобы избавиться от доминирования обособленного интеллекта, им пришлось вывести понятие о душе. Теперь мы можем говорить о психике в психосоматическом единстве и, отталкиваясь от данной личностной структуры, переходить к концепции обособленного интеллекта, который у интеллектуально одаренного человека может превосходно функционировать сам по себе, безотносительно человеческого существа. Но именно человек, накопивший и ассимилировавший опыт, способен достичь мудрости. Только интеллект знает, как о ней говорить. Можно процитировать: «Как может он достичь мудрости, если все его разговоры о быках?» (Экклесиаст 38:25).

Итак, с точки зрения, которую я здесь излагаю, возможности обособленного интеллекта не ограничиваются сложением и вычитанием, делением и умножением, за исключением функций, которые берет на себя компьютер; получается, что еще есть человеческий мозг, сильно напоминающий компьютеры, которые вы создаете и используете в своем деле. Однако существует ограниченное количество «Я-состояний», с которыми индивид может идентифицировать себя. Это ограничение соответствует стадии личностного развития, которой человек достиг и на которой находится.

(Мы затронули большую тему. Плохо, что я не знаю, где остановиться, – информации очень много.)

Давайте посмотрим на разделение функций.

В случае с обособленным интеллектом разделение не создает трудностей. На самом деле, в этой области не бывает трудностей, кроме того, что касается компьютеров и программирования. Это не жизнь, а обособление от нее. Как индивид осуществляет разделение? На основании статуса всеединства и достижений как залога здорового эмоционального развития человека всеединство личности может идентифицироваться и с более крупными всеединствами, например с семьей, домашним очагом или домом. Личностное всеединство становится частью целого. Вскоре оно станет частью социальной жизни в широком смысле политических процессов и (в некоторых случаях) частью так называемого мирового гражданства.

В основе данного разделения лежит всеединство самости, возложенное (из страха наказания) на Господа. Мы возвращаемся к монотеизму, постижению смысла одиночности, единственности и исключительности; как быстро единство распадается на три, троицу! Три – самый простой состав семьи.

Рассказывая своим юным ученикам про сложение, вы должны различать три типа детей:

Те, кто легко начинает с цифры 1.

Те, кто не достиг статуса всеединства и для кого цифра 1 ничего не значит.

Те, кто манипулирует теориями и испытывает трудности, разбираясь с фунтами, шиллингами и пенсами.

Вам кажется необходимым познакомить детей из последней категории с логарифмической линейкой и калькулятором. Но, вероятно, стоит позволить им думать самим, без помощи компьютера и других вычислительных средств. Не понимаю, почему в арифметике так много внимания уделяется точному ответу. Почему не поразмышлять вместо этого или не поэкспериментировать с оригинальными методами? Думаю, в процессе преподавания такая мысль посещала и вас.

Нельзя, однако, ждать, что ребенок, не достигший статуса всеединства, получит удовольствие от кусочков и частей. Его это испугает и ввергнет в хаос. Что же делать? В подобных случаях отложите арифметику и постарайтесь организовать подходящее и безопасное пространство, которое (хоть и с опозданием) позволит неразвитому ребенку достичь личностной интеграции. Вдруг такой ребенок любит мышей? Тогда можно считать с ним мышей. Собирая мышей в единое целое, он постигнет суть целостности, которой не достигла его самость. Еще мышь может умереть. Это очень важно: смерть как нарушение целостности. Говоря иначе, целостность личностной интеграции подразумевает возможность и определенность смерти; приняв этот факт, испытываешь облегчение, то есть освобождение от страха перед дезинтеграцией или привидениями, – речь идет о высвобождении духа после смерти соматической части психосоматического партнерства. Здоровые дети легче относятся к смерти, чем взрослые.

Думаю, будет полезно затронуть еще один аспект развития – взаимодействие личностных процессов и окружающей действительности. Это своего рода баланс между природными задатками и воспитанием. Размышляя над данным вопросом, многие склонны делать выбор в пользу одного или другого, но в этом нет необходимости.

Новорожденный ребенок наследует возможности роста и развития, включая качественные аспекты развития. Можно с уверенностью сказать, что в год он будет говорить три слова, в 16 месяцев пойдет, а в два года начнет разговаривать. Это вехи развития (Гринакр), и очень удобно, когда ребенок достигает каждого уровня в положенное время.

Формулировать это просто, но мы упускаем такой важный факт, как зависимость. Сначала зависимость от окружающей действительности – почти абсолютная истина, затем она становится относительной, после чего наблюдается общее стремление к независимости. Со стороны окружающих условий мы имеем надежность и постоянство.

Изучая адаптацию матери к потребностям ребенка, можно сделать вывод, что вначале мать точно знает, что нужно ее ребенку, идентифицируясь с ним. В дальнейшем она снижает адаптацию и вскоре начинает прилагать усилия, чтобы ослабить степень озабоченности потребностями ребенка. Лишенный первоначальных внешних условий, ребенок может в дальнейшем отставать в развитии. Эта же теория применима и к школьникам.

Возвращаемся к концепции всеединства. Самое первое единство для ребенка – союз с матерью. Если все идет хорошо, он начинает воспринимать мать и другие объекты с не-Я-позиции. («Я» может вмещать некоторые элементы «не-Я» и т. д.). Начальная стадия «не-Я» появляется у ребенка только при наличии правильного поведения достаточно хорошей матери – ее адаптации и деадаптации. В этом отношении мать – первое заблуждение, с которым ребенку предстоит справиться; возникает необходимость укрепить неустойчивое Я-состояние, то есть поместить внутрь себя оригинальный объект. Эго ребенка будет сильным, если его поддерживает Эго матери; иначе оно будет слабым.

Интересно, каким образом нарушения на данном этапе сказываются на дальнейшей способности к обучению, в том числе арифметике? Несомненно, это отразится на отношениях ученика и учителя. Учителя должны знать, что они имеют дело не только с преподаванием, но и с психотерапией. Им приходится доделывать то, с чем в свое время не справились родители. Я говорю о поддержке Эго ребенка. А кто-то предпочитает смеяться над его неудачами, и это говорит о страхе перед вероятными достижениями ученика.

Не секрет, что отношения между учеником и учителем очень важны. Психиатры обычно с этого начинают отрабатывать трудности в школе. Неуверенность в учителе разрушительна для ребенка. Когда он говорит, что арифметика – это трудно (или история, иностранный язык), первое, о чем мы думаем, – несостоятельность учителя. Но не стоит сразу нападать на учителей. Порой дело в уязвимости или чрезмерной чувствительности ребенка. И каким бы внимательным ни оказался учитель, он все равно будет чувствовать себя неуверенно. Каждый случай уникален, ведь не бывает двух одинаковых детей, даже если им обоим не дается именно математика.

Теперь я мог бы перейти к обсуждению теории преподавания в рамках теории личностного развития, но не стану этого делать. Скажу лишь, что даже преподавать математику можно творчески, вовлекая ребенка в игру. Лучше всего это получается при индивидуальных занятиях, позволяющих вносить необходимые коррективы в ход урока с учетом полученного ребенком опыта, особенно неудачного: даже плохое преподавание – форма воспитания.

Креативность является неотъемлемой частью игры. Ребенка может заинтересовать что угодно, например колыхание штор на окне, отбрасывающих тени на стену: вот – одна тень, а вот их уже две. Скажите мне, знает ли младенец, что получает молоко из двух грудей, или в его понимании это повторение одной? Вы можете использовать данные элементы игры, но я не знаю как. Думаю, вы знаете, как решать эти проблемы. Я же должен опереться на свои знания, то есть на опыт в лечении психически больных детей, и построить более прочную и пригодную для использования теорию эмоционального развития личности.

Наконец, почему математика лучше всего иллюстрирует необходимость последовательного усвоения материала? Если что-то пропустил, остальное не усвоишь. Ветряная оспа – частая причина пропуска материала (в весенний период), и если у вас есть время, позанимайтесь с ребенком, пока он вынужден пропускать школу из-за карантина.

Вы, похоже, запутались. Однако мне понравилось участвовать в перекрестном опылении. Кто знает, какой гибрид получится в результате скрещивания?

1.Некоторые считают, что в работе Микаэла Балинта («Проблемы удовольствия и поведения человека», 1952) говорится о том, что максимальное удовольствие от творчества человек получает в состоянии, близком к нецелостности, в которое художник вводит зрителей. Чем гениальнее творение мастера, тем больше страданий оно приносит поклонникам, погружая их в состояние дезинтеграции, вызывая в памяти травматический опыт. Восхищение предметами искусства оставляет раны в душе, тревожа и терзая. Но эти переживания являются характеристикой здоровой личности.
2.Здесь есть еще одна сложность – интеллект или часть разума, к которому предъявляются большие требования, если речь идет о здоровой личности. Развитый интеллект, несомненно, прекрасен и является отличительной чертой человеческого существа, но не стоит ставить понятие здоровья в зависимость от степени развитости интеллекта. Роль интеллекта, тем не менее, высока, что очевидно, но это не тема нашего обсуждения.
3.Анита Лус. Джентльмены предпочитают блондинок. Нью-Йорк: Брентано, 1935.
4.Плаут Ф. Размышления на тему невозможности использовать воображение // Журнал аналитической психологии. – 1966. – Вып. 11.

Pulsuz fraqment bitdi.

Yaş həddi:
16+
Litresdə buraxılış tarixi:
23 iyul 2019
Tərcümə tarixi:
2019
Yazılma tarixi:
1986
Həcm:
251 səh. 2 illustrasiyalar
ISBN:
978-5-4461-1283-8
Müəllif hüququ sahibi:
Питер (Айлиб)
Yükləmə formatı: