Kitabı oxu: «То, что предсказать нельзя...»

Name: То, что предсказать нельзя...
Author: Дж. Кей

Дж. Кей

Şrift:

Глава

Дж. Кей

То, что предсказать нельзя…

Диего и Изабелла

– И зачем я согласился на это? – проворчал Диего, окидывая неприязненным взглядом огромное полутемное помещение. Десятки людей, замерев в ожидании, смотрели на освещенную софитами дорожку, которая широкой серебряной лентой простиралась через весь зал. – Для меня это пустая трата времени, которое я мог бы провести с большей для себя пользой. А сидеть и разглядывать платья…

Маленькая женская ладонь слегка сжала его запястье.

– Диего, пожалуйста, – умоляюще прошептала сидящая рядом с ним девушка, взглянув на него огромными карими глазами. – Криштиану не захотел со мной пойти и я…

– И ты нашла другого дурака в лице своего старшего брата? – усмехнулся мужчина, бросив лукавый взгляд на сидевшую рядом с ним сестру.

– Да, – дерзко улыбнулась она. – Кроме того, – добавила девушка, понизив голос до еле слышного шепота, – тебе это мероприятие будет весьма интересно...

И, заметив, как черная бровь мужчины непонимающе поползла вверх, пояснила.

– В показе участвуют несколько твоих бывших подружек. Тебе будет очень любопытно увидеть их… – она на мгновение замялась, – скажем так, в одежде…

Темно-зеленые глаза Диего предупреждающе сузились.

– Каталина… – опасно мягким голосом начал он, но девушка еле слышно выдохнула.

– Смотри!

И моментально забыла про него.

Диего едва не фыркнул. Подружки… Он перестал считать своих женщин еще в двадцать два года, а с той поры прошло почти двенадцать лет. И за это время он понял две вещи. Нет ничего лучше, чем пьянящее чувство победы от заключенной многомиллионной сделки.

И нет ничего проще, чем уложить понравившуюся ему женщину в постель.

Он на мгновение прикрыл глаза. То, что происходило на подиуме, его совсем не интересовало. Красивые платья, красивые женщины – он вдоволь насмотрелся и того и другого за свою жизнь. Причем вторые всегда пытались избавиться от первых в его присутствии. Циничная улыбка изогнула губы мужчины – его последняя подружка вообще не признавала одежду, считая, что она мешает выражать ее естественную сущность. И занималась с ним сексом, выражая свою сущность, буквально везде.

– Какое чудо! – восхищенно выдохнула сидящая рядом с ним сестра, и мужчина невольно открыл глаза. Взгляд лениво пробежался по нескольким манекенщицам, неторопливо идущим по освещенному софитами подиуму. Все было точно так же, как и всегда. Красивые женщины, красивые платья… Ничего нового…

– Диего, ты видишь? – маленькая ладошка сестры сжала его запястье. Блестящими от возбуждения глазами Каталина смотрела на одну из манекенщиц. – Какое красивое платье! Я хочу его купить!

– Я куплю тебе все, если мы сейчас же уйдем отсюда, – проворчал Диего.

– Глупенький, – улыбнулась сестра. – Я хочу только это. Криштиану сойдет с ума, когда меня в нем увидит!

Подумав про себя, что он сойдет с ума гораздо раньше, чем его зять, мужчина устало спросил.

– Какое из них ты хочешь, Кати?

– Вот это! Красное!

Сестра кивнула на манекенщицу, медленно идущую к ним, и благоговейно добавила:

– Лилиан Вентворт просто волшебница.

Но Диего ее не услышал.

Словно зачарованный он не мог отвести взгляда от приближающейся к ним девушки.

Он повидал сотни красивых женщин, но эта…

Разметавшиеся по плечам и спине длинные темные волосы…

Бездонные, словно омуты, глаза, с безразличием смотрящие мимо окружающих ее людей…

Плавные грациозные движения…

Платье, сшитое из кусков ярко-алой переливающейся ткани, которая создавала эффект языков пламени, бежавших по бедрам, талии, груди девушки…

Она была похожа на дикую лесную кошку, которая мягкой походкой хищницы медленно подкрадывается к своей добыче. Было в ней что-то необузданное. То, что хотелось покорить, подчинить своей воле, заставить повиноваться. И каждым своим жестом, каждым движением точеного стройного тела эта девушка словно бросала вызов окружающим ее мужчинам.

Вызывала на поединок.

– Я хочу ее, – еле слышно пробормотал Диего, чувствуя, как кровь быстрее побежала по венам. И чуть повернул голову.

– Синьор Торрес, – секретарь, сидевший позади него, всем телом подался вперед. – Пошли этой девушке букет цветов и мою визитку с приглашением поужинать завтра в … Короче, закажи столики в нескольких ресторанах – пусть она сама выберет тот, что ей понравится…

– Да, сеньор, – неуверенно пробормотал секретарь Паоло, гадая, о какой из манекенщиц говорит сейчас босс.

– Девушка в алом платье, которая только что отошла от нас, – словно прочитав его мысли сухо сказал Диего.

– Да, сеньор Торрес, – извиняющимся голосом зашептал Паоло, – девушка в красном. Я именно так и подумал…

– И это платье… Купи его…

– Да, сеньор, – кивнув головой, Паоло встал, и торопливо направился к выходу.

Диего удовлетворенно улыбнулся.

– Куда ты послал беднягу Паоло? – шепотом спросила у него сестра.

– Кто-то очень хотел купить одно платье… – насмешливо протянул Торрес, думая о том, что тоже получит от этого показа кое-что для себя. Вскинув на мужчину огромные карие глаза, девушка с благодарностью сжала его руку.

– Ты самый лучший брат на свете! – выдохнула она.

– Я твой единственный брат, Кати, – в голосе Диего зазвучали лукавые нотки.

– Да, – голос девушки стал еле слышен, а печаль внезапно омрачила красивое личико. Пытаясь справиться с навернувшимися на глаза слезами, она отвернулась в сторону и часто заморгала.

– Прости, родная, – обняв Каталину за плечи, Диего привлек ее к себе. – Прости. Я не хотел тебя расстраивать, напоминая о том…

– Ты можешь говорить мне все, что хочешь, Диего, – прошептала девушка, глядя невидящими глазами на подиум. То, что там происходило, внезапно перестало интересовать ее. – Ты имеешь на это полное право… Ты заботился обо мне всю мою жизнь… Ты заменил мне родителей… Если бы не ты… Я даже не представляю, что бы со мной стало… Где бы я оказалась… В приюте? На улице?

– Она бросила нас обоих, Кати, – тихо сказал мужчина, с нежностью прикоснувшись губами к ее волосам. – Сначала меня, потом тебя…

– Ты не обязан был брать меня к себе… Я не имею никакого отношения к твоей семье… Кто я такая? Ребенок женщины, которая бросила твоего отца…

– Ты моя сестра, Кати, – Диего на мгновение прикрыл глаза, мысленно обругав себя за свои необдуманные слова. – Я люблю тебя. И ты не виновата в том, что эта женщина была нашей матерью… Не виновата в том, что она натворила… Родителей не выбирают…

– Я тоже люблю тебя, Диего, – в голосе девушки послышались слезы. – Ты самый добрый человек из всех, кого я знаю. Но для твоей семьи я словно живое напоминание того, что произошло много лет назад…

– Тебе кто-то что-то сказал? – и из голоса Торреса мгновенно исчезла вся мягкость. Металлические нотки зазвенели в нем, а рука, лежащая на плечах девушки, вдруг стала весить целую тонну. На мгновение представив, что сделает Диего с любым, кто обидел ее, Каталина отрицательно покачала головой.

– Нет!

– Кати! – вкрадчиво протянул мужчина.

– Прости меня, – повернувшись к нему, девушка попыталась улыбнуться дрожащими губами. – Просто мне становится очень страшно, когда я думаю о том, что с тобой может случится что-то плохое… Кроме тебя у меня нет ни одного родного человека… Ты так много ездишь по миру… И я… Я очень боюсь…

Из огромных карих глаз покатились слезы.

– Дурочка, – улыбнулся Диего, осторожно стирая с бледных щек сестры горячую влагу. – Со мной ничего не случится… Перестань забивать свою хорошенькую головку всякими глупостями…

Девушка глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

– К тому же, – шутливо продолжил Торрес, – моя репутация безжалостной акулы бизнеса будет разрушена, если наш снимок попадет в таблоиды. Диего Торрес Нуес ди Алвейра вытирает слезы плачущей женщине. Это же просто скандал!

– К твоему дому выстроится целая очередь из женщин, желающих поплакать в твоих объятиях, – улыбнулась сквозь слезы Каталина.

– Только у тебя есть на это право, – сказал Диего совершенно серьезно.

– Как я хочу, чтобы это право появилось у кого-то еще, – еле слышно прошептала девушка.

– Белл! Белл! – высокая стройная блондинка окликнула ее. Вскинув глаза, Изабелла непонимающе уставилась на девушку.

– Тебя ждет у выхода какой-то парень, – сказала Сисси, одарив Изабеллу завистливым взглядом.

– Парень? – непонимающе нахмурилась Белл, беря свой рюкзак. – Какой парень?

– Откуда я знаю? – язвительно протянула Сисси. – Красивый парень! Может, это твой любовник… Или брат!

– У меня нет ни того, ни другого, – пробормотала девушка себе под нос, направляясь к дверям. Наверное, очередной назойливый поклонник, жаждущий затащить ее в свою постель. Белл невесело улыбнулась, подумав о том, какое же извращенное мнение сформировалось о манекенщицах в обществе. Для многих богатых мужчин манекенщица была равнозначна проститутке. Нужно лишь чуть больше заплатить. Белл еле заметно покачала головой – возможно, девушки сами были в этом виноваты. Ослепленные роскошью и деньгами поклонников, они начинали надеяться на что-то большее, чем дорогой прощальный подарок за проведенную ночь.

– Изабелла Росси? – она вздрогнула, услышав свое имя. В голосе мужчины, заговорившего с ней, звучала неуверенность.

– Да, – кивнула головой девушка, украдкой рассматривая незнакомца.

Ему было около двадцати пяти лет. Высокий, широкоплечий, одетый в черный деловой костюм-тройку, он выглядел весьма внушительно. Темные волосы, теплые карие глаза и доброжелательная улыбка мгновенно располагали к себе. Белл насторожилась – за годы работы манекенщицей она повидала самых разных людей и отлично знала, что облик человека может быть очень обманчивым.

– Мисс Росси, – мужчина сделал шаг вперед, протягивая ей свою руку, – меня зовут Паоло.

Белл осторожно пожала большую мужскую ладонь.

Глядя на стоящую перед ним девушку, Паоло уныло размышлял о том, что еще ни одно поручение босса не казалось ему таким невыполнимым. Сколько лет Изабелле Росси? Семнадцать? Восемнадцать? Без макияжа, с волосами, завязанными в небрежный узел на затылке, в джинсах и футболке, девушка выглядела очень юной. И сильно отличалась от той женщины-вамп, которую они оба видели на подиуме.

Паоло еле слышно вздохнул, понимая, что вернуться ни с чем он тоже не может. Диего Торрес Нуес ди Алвейра не выносил отказов.

– Мисс Росси, – Паоло протянул девушке букет из дюжины ярко-алых роз на толстых стеблях, перевязанных лентой. – Мой босс, Диего Торрес…

С жалостью взглянув на него, Изабелла Росси поправила лямку рюкзака, висевшего у нее на плече, и повернулась к нему спиной.

– Мисс Росси, – ошеломленный ее поведением, Паоло пришел в себя лишь когда девушка отошла от него на порядочное расстояние. – Мисс Росси! Постойте!

Девушка остановилась.

– Мисс Росси, мой босс хочет пригласить вас на ужин, – догнав ее, торопливо выпалил Паоло.

– Это невозможно, – отрезала Белл, прекрасно зная, какую цену за этот ужин ей придется заплатить.

– Но почему? – удивился Паоло ее реакции.

– Мне некогда, – вкрадчиво сказала девушка, сверкнув глазами, и только тут Паоло заметил, что они у нее были темно-синие, а не карие.

– Сеньор Торрес готов оплатить вам любые издержки, – думая, что девушка намекает на то, что у нее много работы, добавил Паоло.

– Меня это не интересует, – Изабелла Росси была непреклонна.

– Может, вы подумаете немного, – Паоло достал из кармана визитку Торреса. Протянув ее девушке, он добавил:

– Сеньор Торрес будет рад вашему звонку в любое время суток…

Белл глубоко вздохнула и сделала шаг назад.

– Паоло, я повторяю вам последний раз. Нет. Нет и нет. Я не собираюсь ужинать с вашим боссом. Ни сегодня. Ни завтра. Вообще никогда. И завтракать тоже.

И, заметив, как омрачилось лицо мужчины, чуть мягче добавила.

– Пусть сеньор Торрес не воспринимает это как мой отказ лично ему. Я не ужинаю ни с кем. Передайте своему боссу мою благодарность за все знаки внимания с его стороны, но принять их я не могу. И пусть сеньор Торрес не настаивает на своем желании увидеться со мной. Это бесполезно. Всего хорошего.

Ошеломленный ее категорическим отказом, Паоло обескураженно смотрел вслед уходившей девушке. И, кусая губы, думал о том, что скажет ему на это Диего Торрес.

– Белл, ты просто сумасшедшая! – усмехнулась Лара, ее соседка по квартире. Сидя на диване, девушка смотрела, как Изабелла со скучающим видом рвет письмо, которое было приложено к букету цветов. – Мужчина дарит тебе охапками розы, присылает подарки и драгоценности, а ты… Ты выбрасываешь цветы в мусорный бак, а подарки отправляешь обратно, даже не развернув…

– Если ему некуда девать свои деньги – пусть отдаст их в какой-нибудь благотворительный фонд, – отрезала Белл, отправляя очередной букет в пакет с мусором.

– Может, он в тебя влюблен? – мечтательно протянула девушка, закатив глаза. – Я видела несколько его фотографий в журналах… Такой высокий красивый мужчина… Очень богатый, между прочим… Владелец какой-то там компании…

– Можешь забрать его себе, если он так сильно тебе нравится, – проворчала Белл. – А мне это неинтересно…

– Ты действительно ненормальная, – вздохнула Лара, поднимаясь с дивана.

– У меня нет времени на всякие глупости, – просто сказала Белл. – Век манекенщицы очень недолог, и через пять лет я уже не смогу зарабатывать столько, сколько зарабатываю сейчас. Поэтому, я должна успеть за это время получить приличный диплом и накопить как можно больше денег.

– Чтобы обеспечить себе безбедную старость, – шутливо протянула Лара. И, заметив, как напряженно застыло лицо Изабеллы, торопливо пробормотала.

– Прости. Я просто дура. Я же знаю, на что нужны тебе эти деньги.

– Да, – глухо сказала Белл, на мгновение прикрывая глаза. Она и сама понимала, что Лара в чем-то права.

– Белл, – Лара осторожно дотронулась до плеча девушки. – Ты должна жить так, как живут все, кому двадцать лет. Ты должна развлекаться, встречаться с парнями, а не только работать или учиться…

– Мне уже двадцать три, – упрямо пробормотала Изабелла.

– А ведешь ты себя так, как будто тебе сорок восемь, – устало вздохнула Лара, понимая, что этот разговор был совершенно бесполезен. Как и все предыдущие подобные разговоры. – В твоей жизни нет ничего, что приносило бы тебе радость, Белл. Думаешь, твоя сестра будет против, если ты сходишь на одно свидание?

– Каждый заработанный евро приносит мне радость, Лара, – тихо сказала девушка. – Потому что это еще одна минута жизни для моей сестры. Каждый вечер, поговорив с ней или отцом, я засыпаю счастливая от мысли, что Кьяра жива. А больше мне ничего не надо.

– Ты такая глупая, Белл, – ласково сказала ей Лара. Старше Изабеллы на пять лет, она иногда чувствовала себя ее матерью. – Ведь это самые лучшие твои годы. О чем ты вспомнишь через двадцать лет? О том, что сидела над учебниками каждую свободную минуту? Или работала до изнеможения? Моталась по свету с показа на показ? Спала в аэропортах и самолетах? Ела, что придется?

– Если через двадцать лет Кьяра будет еще жива – то мне наплевать на все это. Я готова спать где угодно, вообще не есть, если это поможет моей сестре…

– Но хочет ли твоя сестра, чтобы ради нее ты приносила в жертву свою жизнь? Будет ли она счастлива от мысли, что ты, словно робот, живешь день за днем лишь для того, чтобы заработать лишний цент?

– Ей необязательно знать об этом, – упрямо сжала губы Изабелла. – К тому же у меня вполне нормальная жизнь. Многие люди живут так, как я. И не чувствуют себя какими-то ущербными только потому, что они одиноки.

– Но они пытаются изменить свою жизнь, – мягко возразила ей Лара. – Пытаются найти человека, с которым можно создать семью…

– Моя семья – это папа и Кьяра. А все остальные, которые присылают мне цветы и подарки… Они всего лишь пытаются затащить меня в постель. Возможно, через несколько лет я тоже, как и все, встречу мужчину, которому будет интересно не только мое тело, но и то, о чем я думаю, о чем мечтаю. Буду интересна вся я, а не только размер моего бюста или объем бедер.

– Ох, Белл, ты просто неисправима! – рассмеялась Лара, признавая свое поражение. – Будем надеяться, что этот твой идеальный мужчина не заставит себя так долго ждать. И появится рядом с тобой прежде, чем ты превратишься в скучную старую деву, у которой вместо сердца калькулятор.

Изабелла в ответ показала Ларе язык.

Глядя на бренди, отливающее в бокале всеми оттенками янтаря, Диего Торрес угрюмо думал о том, что Изабелла Росси стала первой и единственной женщиной, которая ему отказала. Каждый день на протяжении месяца от его имени ей доставляли цветы и подарки, и каждый день эта девушка демонстративно выбрасывала букеты в мусорный бак, а подарки, не открывая, отсылала ему обратно. Что это было? Гордость? Упрямство? Высокомерие? Или манекенщица просто набивала себе цену, давая понять, что пара браслетов с бриллиантами и несколько роз слишком мало для нее? Что такой женщине, как она, нужно гораздо больше? А мысль, что он ей просто не интересен и не нужен, Диего отбрасывал, как совершенно абсурдную.

Да разве такое вообще может быть? Чтобы он, Диего Торрес Нуес ди Алвейра, представитель старейшего португальского аристократического рода, носящий несколько громких титулов и имеющий состояние более двадцати миллиардов долларов, был неинтересен женщине? Диего за последний месяц сотни раз задавал себе этот вопрос и приходил к единственному выводу. Изабелла Росси просто ненормальная. Именно с ней что-то не так! Но что именно?

Мужчина на мгновение закрыл глаза, вспоминая строчки отчетов, которые предоставило ему самое известное детективное агентство Лондона. Он интуитивно чувствовал, что в них была отгадка, объясняющая странное поведение девушки. Но где эта отгадка? И в чем она заключалась?

Изабелла Росси очень мало походила на своих сверстниц. Она не посещала тусовки и вечеринки, не была замечена в связях с мужчинами. Ее репутация была настолько безупречна, что у Диего однажды возникла дикая мысль о том, а нравятся ли ей мужчины вообще? Может, она предпочитает женщин? В модельном бизнесе мало кого удивишь гомосексуальными связами. Но и тут он ошибся. У нее даже не было подруг. Единственная девушка, с которой она общалась, была Лара Харрис, ее соседка по квартире. Но Лара встречалась с медбратом больницы, в которой работала терапевтом. Это подтвердили несколько человек, знакомых с Ларой.

Диего терялся в догадках до тех пор, пока не увидел график работы Изабеллы. Торрес еле заметно улыбнулся, вспомнив, как он присвистнул, увидев, где побывала эта девушка за прошлый год. Гонконг, Майами, Йоханесбург, Нью– Йорк, Милан, Прага… Он насчитал пятьдесят восемь городов, а в некоторых из них она побывала несколько раз… Неудивительно, что она не встречается с мужчинами – у Изабеллы Росси просто нет на это времени.

Но почему она так много работает? Зачем ей это надо? При ее потрясающих внешних данных любой состоятельный мужчина в мире сочтет за радость оплачивать ее капризы…

– Диего? Ты почему не пьешь? Тебе не понравилось? – мужской голос, раздавшийся так внезапно, заставил его вздрогнуть. Подняв глаза, он увидел стоящего рядом с ним высокого темноволосого мужчину.

– Прости, Алекс, я задумался, – и залпом выпил бренди, даже не почувствовав его вкуса.

– Еще? – синие глаза мужчины подозрительно сузились.

Торопливо кивнув, Диего поставил пустой бокал на столик, стоящий между ними. Алекс молча наполнил бокал на треть.

– Что у тебя случилось? – спустя какое-то время спросил Алекс.

– Что? – вздрогнул Торрес, понимая, что он опять выпал из разговора.

– Ты пьешь дорогой бренди, словно это вода, – и Диего с удивлением уставился на пустой бокал, который держал в руке. Он совсем не почувствовал вкуса того, что выпил. – Смотришь на меня так, словно меня нет. И взгляд у тебя очень странный… Как у наркомана, которому срочно нужна доза…

Торрес еле заметно усмехнулся – Алекс нашел весьма точное сравнение его состоянию.

– Что-то случилось в семье? – осторожно спросил Алекс. – Твоя бабушка здорова? А сестра?

Диего поморщился.

– С ними все в порядке…

– Тогда что? Не из-за работы же у тебя такой потерянный вид?

Диего пристально взглянул на мужчину, стоящего напротив, гадая, сказать ему или нет. Он знал Александра Али Вентворта пять лет, и за эти пять лет тот стал ему не просто надежным партнером, но и другом. Диего постоянно приглашали на все праздники в дом Вентвортов, здесь, в Лондоне, и в Эмиратах. Он был хорошо знаком с Джулией, женой Алекса. И, каждый раз, глядя на эту невысокую блондинку, Диего ловил себя на мысли, что у Алекса Вентворта было в жизни много женщин. Фотомодели, кинозвезды, светские львицы… Почему же из всех он выбрал никому не известную девушку?

– Почему ты женился на Джулии? – тихо спросил Диего у Вентворта, не отводя взгляда от пустого бокала, который вертел в руке. – Почему именно она? Не другая…

– Ты что, решил жениться? – синие глаза Вентворта подозрительно сузились.

– Нет, – покачал головой Торрес.

– Значит, проблема все-таки в женщине, – удовлетворенно сказал Алекс.

– Ты будешь смеяться…

– Знаешь, ты сейчас не выглядишь чертовски забавным, – отрезал Вентворт.

– Хорошо, – медленно сказал Диего. – Тогда посоветуй мне, что делать, если понравившаяся женщина знать тебя не хочет? Если она возвращает все твои подарки, выкидывает цветы… И отказывается назвать причину своего странного поведения...

– О, дружище, ты обратился по адресу, – на пороге кабинета Вентворта появился еще один мужчина. – Стоящий перед тобой человек – просто эксперт в вопросе «Как заставить женщину сделать то, что она делать совсем не хочет»!

И, подойдя к ним, протянул руку Диего.

– Грег Донован.

– Диего Торрес, – Диего пожал широкую сильную ладонь, прекрасно зная, кто перед ним.

– Привет, придурок, – Грег повернулся к Вентворту и сжал его в медвежьих объятиях. – Вижу, ты помогаешь очередному бедолаге обрести свою любовь. Да ты просто Ангел Господень, дьявол тебя забери…

– Заткнись, – Алекс слегка ткнул кулаком в бок Донована. – Это не то, что ты думаешь…

– Да неужели? – скривился Грег. И повернулся к Диего. – Что этот мистер Всезнайка предложил тебе сделать с бедной женщиной, Торрес? Организовать похищение? Или шантаж? Вымогательство? Заточение в подвале?

Ошарашенный его словами, Диего взглянул на Вентворта.

– Это все абсолютная правда, – не замечая удивления Торреса, продолжал разглагольствовать Донован. – У этого парня просто бездна талантов. Свою жену он, например, шантажировал… Мою – похитил…

– За что ты мне до сих пор благодарен, – проворчал Вентворт, наливая бренди в третий бокал.

– Кэти, правда, потом нас всех едва не убила, – Донован сделал большой глоток и одобряюще прищелкнул языком. – Но ты прав… Я благодарен тебе за это. Нет в мире более счастливого человека, чем я…

Диего в молчаливом изумлении переводил глаза с одного на другого, а затем недоверчиво спросил.

– Неужели Джулия не хотела выходить за тебя замуж?

– Вообще никак, – усмехнулся Алекс. – Пришлось очень постараться, чтобы получить ее согласие.

Грег Донован громко фыркнул.

– Но ты не бери эти истории в голову, Торрес, – посоветовал он Диего. – Джулия любит Алекса, моя Кэти без ума от меня… В противном случае мы оба сейчас гнили бы в тюрьме.

И лукаво ему подмигнул.

Было почти девять вечера, когда Белл возвращалась в квартиру, которую она снимала вместе с Ларой.

Она больше месяца не получала подарков и букетов от этого странного Торреса и искренне надеялась, что мужчина переключился на другую, более доступную девушку. И совершенно забыл про нее. Белл на мгновение остановилась и вдохнула пропитанный цветами и запахами бензина сырой воздух Лондона. И с грустью подумала о том, что было бы здорово сейчас оказаться дома, в Италии. Рыбацкая деревушка, где они жили, находилась недалеко от Милана, и отец в детстве иногда возил их в город посмотреть на красивые улицы, толпы туристов, витрины дорогих магазинов. Сколько Изабелла себя помнила – они всегда жили бедно, и каждая поездка в город для них с Кьярой была равнозначна большому празднику. Они удивлялись всему – богато одетым женщинам, роскошным автомобилям, галдящим словно птицы над морем туристам. А потом, вечерами, засыпая под шелест бьющихся о берег волн, еще долго обменивались с сестрой впечатлениями о том, что видели.

Девушка на мгновение прикрыла глаза, чувствуя, как тоска по сестре и отцу сжимает ее грудь железным обручем. Сжимает так сильно, что больно вдохнуть. Вот уже шесть лет она живет самостоятельно, зарабатывая необходимые для ее семьи деньги. Когда-то давным-давно они с сестрой мечтали, глядя на дорогие витрины, что тоже будут носить красивые платья и туфли на каблуках. Белл еле заметно вздохнула – ее мечта сбылась. Фотограф одного из знаменитых модельных агентств заметил ее в Милане и предложил сделать несколько пробных снимков. В тайне от отца она согласилась, думая, что все равно ничего не получится. Да и что красивого увидел этот парень в долговязой угловатой девчонке-подростке? А от мальчишки ее отличали лишь длинные волосы да маленькая, едва наметившаяся, грудь.

Но с фотографий, которые ей показали, на нее смотрела огромными синими глазами красавица, в которой Белл с трудом признала себя. А потом они втроем, она, Кьяра и фотограф, несколько часов уговаривали отца, чтобы тот подписал от ее имени договор с модельным агентством. Отец подписал, и, окрыленная, что ее мечта вот-вот исполнится, Белл начала работу в Милане.

А потом заболела Кьяра…

Девушка остановилась, чувствуя, как острое чувство вины, словно комок рвоты, снова скручивает желудок в болезненный жгут. Ей иногда казалось, что болезнь сестры – это наказание ей за успех в модельном бизнесе, за то, как она быстро поднялась на вершину славы. Ее узнавали на улицах, ее приглашали на съемки в самые популярные журналы. Она упивалась своим успехом до тех пор, пока не узнала, что Кьяра больна. И тогда все это потеряло свое значение. Красивые платья превратились для нее в ненужную мишуру, ассоциировавшуюся со страхом и болью. Она больше не хотела быть красивой, не хотела быть знаменитой, желая лишь одного – вернуть назад то время, когда она была простой девчонкой из рыбацкой деревушки на побережье Адриатического моря.

И когда Кьяра была здорова…

Она украдкой смахнула выступившие на глазах слезы и глубоко вздохнула, пытаясь успокоится. Ее сестре ежедневно требовались дорогостоящие уколы, которые глушили болезнь, не давали ей развиваться дальше. И еще – покой. Никаких стрессов, никаких эмоций, которые могут вызвать очередной приступ. Она должна быть счастлива. Иначе ее жизнь может оборваться в любой момент…

– Изабелла Росси? – и девушка вздрогнула, услышав свое имя. Оглянувшись на голос, она увидела молодую женщину, которая торопливым шагом направлялась к ней.

– Я вас знаю? – недоуменно спросила Белл, когда незнакомка подошла ближе. Одетая в кожаную куртку поверх тонкого трикотажного платья, которое спускалось чуть ниже колена, с сумкой известного бренда из крокодиловой кожи, женщина выглядела очень стильно и в то же время очень скромно. И как-то незаметно. От этого слова, внезапно пришедшего ей в голову, Белл попятилась, чувствуя, как внутри красным сигналом нон-стоп зажегся огонек опасности.

Сильные руки обхватили ее сзади, сдавили так сильно, что стало трудно дышать.

– Не бойся, мы не сделаем тебе ничего плохо, – прошептал ей на ухо приятный мужской голос с сильным акцентом. И тут же к ее лицу прижали белый носовой платок. Фонари, горящие перед ней, стали медленно гаснуть. Последнее, что успела увидеть Белл, прежде чем потеряла сознание, это встревоженные карие глаза заговорившей с ней женщины.

Отключив телефон, Диего осторожно отложил его в сторону. И глубоко задумался, пытаясь найти оправдание тому, что он сделал сегодня.

Мысли об этой девушке, Изабелле, не покидали его. Он думал о ней везде – в самолете, когда летел в Гонконг. Когда обедал с сестрой в ее доме в Порто… На встрече со своими деловыми партнерами в Лиссабоне… Даже во сне… Она снилась ему постоянно… Длинные темные волосы… Алое платье, соскальзывающее по ее бедрам на пол… Ее кожа, похожая на взбитые сливки… Бездонные глаза, высокомерно прикрытые длинными темными ресницами…

Она стала для него наваждением, навязчивой идеей, от которой он никак не мог избавиться. И то, что он сделал сегодня, можно было объяснить лишь помешательством или временным помутнением рассудка. Больше ничего толкового он придумать не мог.

Диего взглянул на швейцарские часы на своем запястье – через сутки все закончится для них обоих. Он получит то, чего так долго добивался от Изабеллы Росси, а Изабелла… Губы мужчины исказила кривая ухмылка – Изабелла могла бы получить от него очень много, если бы была покладистой и послушной месяц назад. Если бы встретилась с ним. Он никогда не принуждал женщин к близости – они сами этого хотели. В конечном итоге, Изабелла тоже бы захотела. Но своим поведением она демонстрировала ему лишь гордость и высокомерие. За что и будет теперь наказана.

Идею, что и как нужно сделать, невольно подкинул ему Грег Донован, рассказав в лондонском доме Алекса Вентворта о том, как сделал предложение своей жене Кэти. Диего очень долго отмахивался от этой мысли, понимая, что, совершив нечто подобное, он нарушит не один закон. Но избавиться от нее так и не смог. Он приказал своим людям отслеживать все передвижения Изабеллы по миру, выбирая подходящий момент для операции. И сегодня это случилось…

Встав из-за стола, он медленно подошел к огромному, во всю стену окну. Отсюда, из его кабинета, открывался потрясающий вид на бухту Мар-да-Палья. Но сейчас Диего не интересовала красота раскинувшегося по побережью бухты Лиссабона с его многовековыми домами и замками. Как зачарованный, он не мог отвести взгляд от огромного оранжевого солнца, медленно садящегося в гладкую и блестящую, словно стекло, воду. Мужчина на мгновение прикрыл глаза, чувствуя, как дрожь нетерпения, словно озноб, волной прошлась по его телу.

Скорее, скорее…

Пусть скорее наступит ночь…

А затем – утро…

Пусть его яхта как можно быстрее доплывет до Португалии…

И тогда он увидит ее…

Ту, чей образ он не смог выкинуть из головы… Не смог забыть… Не смог заменить другими женщинами…

Он еще раз взглянул на часы – и еле слышно вздохнул. Максимальная скорость, которую могла развить его яхта, это пятьдесят узлов в час… А расстояние между Лондоном и Лиссабоном – это же больше тысячи морских миль… Пройдут почти сутки, прежде чем он увидит Изабеллу… Мужчина еле заметно покачал головой – он столько не выдержит… Он и так слишком долго ждал ее…

Резко повернувшись, он подошел к столу и нажал кнопку внутренней связи.

– Элена, вызовите ко мне Морриса, – коротко приказал он.

Моррис появился в его кабинете через десять минут.

– Послушайте меня, Гарольд, – жестом указав на кресло, начал Торрес. – Я должен попасть на свою яхту в ближайшие двенадцать часов…

– Не вижу никаких проблем, сэр, – спокойно ответил Моррис. – Где она?

– Вышла из Лондона час назад, – пристально глядя в глаза пилота, ответил Торрес.

– Гм, – задумался Моррис. – Это немного усложняет дело.

– Но ведь это возможно? – вкрадчиво поинтересовался Диего.

Гарольд Моррис пристально взглянул на высокого темноволосого мужчину, застывшего в нескольких шагах от него. Его смуглое лицо было спокойно, лишь сузившиеся зеленые глаза, горевшие ярким огнем, выдавали его нетерпение. И еле слышно вздохнул – Диего Торрес Нуес ди Алвейра не признавал слова «Нет!».

– Вы понимаете, что очень сильно рискуете, мистер Торрес? – тихо спросил Моррис спустя какое-то время, прекрасно осознавая всю тщетность попыток переубедить босса. – Максимальное расстояние, на которое я смогу вас доставить – это пятьсот километров от Лиссабона. Придется лететь на «Августе». Но этот вертолет слишком тяжел для вашей яхты, сэр. Мне не посадить его на борт… Вам придется спускаться на яхту по тросу… И это при условии, что мы не разминемся с ней в океане…

– Значит, это возможно, – удовлетворенно улыбнулся Диего. Взглянув на часы, он сухо сказал. – Отдохните как следует, Гарольд. Мы вылетаем через восемь часов.

– Простите меня, сэр, но ваша яхта будет здесь завтра вечером и не проще ли…

– Я плачу вам не за советы, мистер Моррис, – и в тихом голосе Торреса пилот услышал предупреждение.

– Да, сэр, – кивнул Гарольд Моррис, понимая, что разговор окончен.

Диего был совершенно согласен с тем, что хотел сказать ему Моррис. Ни один нормальный человек не усмотрел бы в его поступке и крупицы здравомыслия! Зачем лететь на яхту, которая через пятнадцать часов сама прибудет в Лиссабон? Торрес еле заметно покачал головой – это было настоящее безумие…

– Сеньор Торрес, я вам еще нужна? – робкий вопрос, раздавшийся от дверей, заставил мужчину вздрогнуть. Взглянув на часы, он еле слышно выругался.

– Простите меня, Элена, но я совсем забыл про время, – виновато улыбнулся Диего секретарше. Это была невысокая стройная женщина около сорока лет, с ясными серыми глазами и пепельными волосами до плеч. Диего знал, что у нее были две дочери и муж, который крайне снисходительно относился к ее частым задержкам на работе.

– Ничего страшного, сеньор Торрес, – слабо улыбнулась женщина, а Диего вдруг подумал, что не вызывал у нее, как и у Изабеллы Росси, совершенно никакого интереса.

– Возьмите завтра выходной, Элена. Я буду отсутствовать несколько дней…

– Но сеньор Торрес, завтра вторник… – растерялась женщина.

– Возьмите! – и это уже звучало как приказ. Послушно кивнув, женщина тихо прикрыла за собой дверь.

А Диего направился к маленькому столику, на котором стояло несколько хрустальных графинов. Ослабив узел галстука, он плеснул себе в пузатый бокал немного коньяка и залпом выпил. Ему предстояло ожидание в восемь бесконечно долгих часов, и он глубоко сомневался в том, что сможет заснуть.

Резкий, надрывный крик птицы разбудил ее. Не открывая глаз, Белл улыбнулась и потянулась. Аромат жасмина, перемешанный с соленым запахом моря защекотал тонко вырезанные ноздри девушки. Именно так всегда пахло в мансарде, где они спали с Кьярой. Вдохнув всей грудью, Белл счастливо прошептала.

– Я дома…

И распахнула веки.

Реальность тут же обрушилась на нее лавиной смутных воспоминаний.

Тускло горящие фонари на улице…

Растерянные карие глаза незнакомки, озабоченно глядящие на нее…

Мужской голос, который говорил что-то непонятное…

Белл закрыла лицо ладонями, чувствуя, как сердце бешено стучит у нее в груди. Она не хотела даже думать про это, гнала эту дикую мысль прочь, но та возвращалась снова и снова.

Ее похитили…

Но кто? И зачем?

Девушка осторожно отняла ладони от лица и огляделась.

Она сидела на огромной кровати, стоящей посреди небольшой, роскошно обставленной спальни. Все стены комнаты были облицованы светлым деревом. Маленький туалетный столик, комод в изножье кровати, тумбочки у изголовья – все было из такого же дерева, как и стены. Взгляд, удивленно блуждающий по предметам обстановки, наткнулся на ее рюкзак, небрежно брошенный в одно из кресел. Нервно оглянувшись, Белл соскочила с кровати и бросилась к нему. Вытряхнув все на пол, она еле слышно вздохнула – телефона в сумке не было.

– Проклятье, – прошептала девушка. Закрыв на мгновение глаза, она попыталась успокоиться. Нужно понять, зачем она здесь, решила про себя девушка. Она в одежде – значит, сексуального насилия над ней никто не совершил. Она взглянула на локтевые сгибы – следов от уколов не было. Белл с облегчением вздохнула – в ней нет наркотиков. Значит, все не так страшно, как она думает. И осторожно подошла к двери. Не сомневаясь в том, что та заперта, девушка без всякой надежды нажала на дверную ручку. Слабый щелчок – и дверь приоткрылась.

Белл на минуту застыла от изумления, а затем метнулась назад, к своему рюкзаку. Покидав все внутрь рюкзака, она повесила его на плечо и осторожно выскользнула за дверь.

Следующая комната представляла собой небольшую гостиную с длинным белым диваном и огромным телевизором, висевшим на стене. Стеклянные окна по обе стороны комнаты были завешаны длинными светлыми шторами. Здесь тоже никого не было.

Глубоко вздохнув, Белл распахнула дверь и оказалась на лестнице. Все время оглядываясь, она пригнулась и торопливо спустилась вниз.

Рука, которой она придерживала рюкзак на плече, разжалась. Ошеломленная, девушка даже не заметила, как тот соскользнул с ее плеча и упал рядом с ней. Расширившимися глазами она смотрела на бескрайнюю ярко-синюю воду, которая была вокруг. Теперь ей стало понятно, почему все двери были не заперты. Ей некуда было отсюда бежать.

– Здравствуй, Изабелла, – тихий голос раздался за ее спиной и Белл резко повернулась.

В нескольких шагах от нее, засунув руки в карманы брюк, стоял высокий мужчина. Темные волосы трепал слабый морской ветер, широкий лоб, ярко-зеленые глаза под черными густыми бровями, смуглое лицо, покрытое щетиной, прямой нос, четко очерченные губы – девушка пристально разглядывала незнакомца, пытаясь вспомнить, где она его видела. За шесть лет она познакомилась с большим количеством людей, но почти не помнила их имена, зная, что со многими уже никогда не встретится.

Она была совершенно другая… В стоящей перед ним девушке не было ничего от той сексуальной дикой кошечки, которую он видел два месяца назад в Нью-Йорке. Она скорее походила на школьницу. В простых синих джинсах и футболке с длинными рукавами, с растрепанными волосами, разметавшимися по плечам, Изабелла Росси настороженно смотрела на него большими темными глазами, в которых застыл немой вопрос.

И он поспешил ответить на него, чтобы разорвать повисшую между ними напряженную тишину.

– Меня зовут Диего Торрес, Изабелла…

Темные глаза расширились, став просто огромными на худеньком личике девушки. Отрицательно качая головой, она попятилась от него, а затем, резко повернувшись, кинулась к перилам. Перекинув через ограждение ноги, она изящным точным движением профессионального пловца соскользнула в воду.

Из оцепенения Диего вывел резкий протяжный крик одного из телохранителей.

– Сеньор Торрес, альбатросы!

Диего еле слышно выругался и рванул вслед за девушкой. Прохладная вода, в которую он на мгновение погрузился с головой, взбодрила его, придала сил. Вынырнув на поверхность, он огляделся. Изабелла плыла где-то в метрах в двухстах от него, делая широкие точные гребки. А над ее головой уже кружила огромная белая птица, выбирая подходящий момент для смертельного удара.

– Изабелла! Вернись! – крикнул мужчина.

Но девушка от его слов, казалось, поплыла еще быстрее.

Зачем она это делает… Куда плывет… И есть ли поблизости берег… Есть ли вообще хоть что-то, кроме этой бескрайней воды, простирающейся вокруг нее до самого горизонта… Белл не знала. Но оставаться на яхте с мужчиной, который с упорством фанатика преследовал ее на протяжении целого месяца, казалось еще более опасным. Он похитил ее, увез неизвестно куда, и ожидать от него чего-то хорошего было просто верхом безумия.

– Изабелла! – резкий окрик раздался за ее спиной, и девушка глубоко вдохнула, чувствуя каждой клеточкой своего тела приближающуюся опасность. Несколько резких сухих звуков раздались над ее головой, и огромная белая птица упала в воду прямо перед ней. Белл отпрянула, расширившимися от ужаса глазами глядя, как птица забилась в предсмертных судорогах, поднимая вокруг себя мириады брызг.

Чья-то рука обхватила ее за плечи, опрокинула на спину, полностью лишив возможности к сопротивлению. Белл замолотила по воде руками и ногами, пытаясь вырваться, но добилась лишь того, что мужчина за ее спиной слегка надавил ей на плечи, заставив на несколько мгновений уйти под воду. Соленая вода защипала глаза, попала в нос, в рот, и девушка забилась под водой, пытаясь вынырнуть.

– Я утоплю тебя, Изабелла, если ты не успокоишься, – тихо предупредил ее мужчина, когда ее голова оказалась на поверхности. По вкрадчивым интонациям его голоса Белл поняла, что он не шутит. И закрыла глаза, с горечью подумав о том, что это еще не самое плохое, что с ней может случится.

– Вылезай, – сухое отрывистое приказание ударило ей в уши, и девушка покорно поднялась на борт яхты.

– Ты что, ненормальная? – зло спросил мужчина, помешавший ее побегу. Девушка резко обернулась. Диего Торрес стоял в нескольких шагах от нее. С его одежды на дорогое белоснежное ковровое покрытие потоками стекала морская вода. – Куда ты плыла? Мы находимся в открытом океане! До берега почти пятьдесят километров!

– Я ненормальная? – прошипела девушка, а темные глаза сузились, как у дикой кошки, почуявшей добычу. Маленькие ладошки сжались в кулачки и на голову оторопевшего от неожиданности Диего вылился целый поток итальянских ругательств.

– Это я ненормальная? – забыв об осторожности, кричала Изабелла, перемежая итальянские и английские слова. – Это вы сумасшедший! Вы похитили меня, потом едва не утопили, а теперь стоите тут и спрашиваете, все ли у меня в порядке с головой! Я всеми способами дала вам понять, что не хочу иметь с вами ничего общего, но до вас, я вижу, с трудом доходят очевидные истины!

– Изабелла! – темно-зеленые глаза Диего предупреждающе сузились.

– И не думайте, что раз я здесь, то я позволю вам сделать с собой все, что вы захотите! Я убью вас, перережу вам горло, если вы хотя бы еще раз прикоснетесь ко мне!

– Да неужели? – зловеще поинтересовался Диего, делая шаг вперед. Потемневшее от гнева лицо, сжатые в узкую злую полоску губы – весь его вид не предвещал ей ничего хорошего. Девушка испуганно попятилась, а темные глаза в отчаянии заметались вокруг, выискивая пути спасения.

– Ты сама виновата во всем, что произошло, – тихо говорил мужчина, надвигаясь на нее, словно беда. Парализованная страхом, Белл не могла отвести от него глаз, боясь даже подумать о том, что будет дальше. Что у него на уме? Он может делать с ней все, что захочет – она полностью в его власти. – Ты вынудила меня сделать это! Я никогда не позволял женщине так пренебрежительно относится ко мне! Не позволю этого и тебе!

– Если я чем-то обидела вас…– облизав пересохшие от страха губы, с трудом выдавила из себя Белл, понимая, что совершенно бесполезно взывать к милосердию этого человеку. – Я… я…

– Я просил тебя всего лишь об ужине, Изабелла, – Диего остановился в двух шагах от нее. – Несколько коротких часов, которые мы бы провели вместе. Но ты отказала мне. И даже не сочла нужным объяснить причину своего отказа. Я счел это оскорблением.

Белл сглотнула, совершенно не зная, что сказать. Кроме слова «простите» ей ничего не приходило в голову, и, глядя на потемневшее застывшее лицо Диего Торреса понимала, что этого слова ему будет недостаточно.

Ситуация была нелепая до крайности. И что ему теперь делать, Диего не имел ни малейшего понятия. Два месяца Изабелла Росси не выходила у него из головы. Два месяца он грезил о ней, представляя ее роскошное обнаженное тело в своих объятиях. Он подготовился очень тщательно, он продумал все до мелочей… И ошибся в самом главном. Женщины, которую он нарисовал в своем воображении, просто не существовало. Она была его фантазией. Плодом его расшалившегося воображения. Потому что у стоящей перед ним девчонки не было ни малейшего сходства с той, о которой он столько мечтал.

– Ты поужинаешь сегодня со мной, а завтра мои люди отвезут тебя в Лондон, – в голосе Диего Торреса послышалась откровенная скука. Белл изумленно вскинула на него глаза, пытаясь понять, что происходит. Неужели все это случилось с ней из-за какого-то дурацкого ужина? Или у Диего Торреса настолько раздутое «эго», что он не может позволить женщине отказать ему? Даже если эта женщина ему вообще не интересна.

Девушка с трудом кивнула.

– Вечернее платье ты найдешь в комнате, где проснулась, – сухо сказал мужчина. Не удостоив девушку даже взглядом, он резко повернулся и пошел к лестнице, ведущей на вторую палубу. А Белл, приоткрыв от изумления рот, еще долго смотрела ему вслед.

Глядя на ярко-алое платье от Лилиан Вентворт, разложенное на белоснежном покрывале кровати, Белл задумчиво кусала губы. Ей совсем не хотелось надевать его. Провокационное и откровенно сексуальное, оно было создано для интимных ужинов при свечах. И не подразумевало под собой совершенно никакого белья. Белл вышла в нем на подиум, потому что это была ее работа. Но сейчас… Она осторожно дотронулась рукой до тонкой шелковистой ткани. Может ли она ослушаться Торреса и одеть что-то другое? Девушка еле заметно улыбнулась и отрицательно покачала головой. Предусмотрительный хозяин яхты не оставил ей никакого выбора. Даже ее джинсы и футболку забрала горничная. Белл попыталась ей объяснить на английском, что это абсолютно лишнее, но горничная упрямо твердила «é uma ordem do senhor» и почти с силой вырвала из ее рук сырую одежду. Так что у нее оставался выбор между этим платьем и халатом на два размера больше, в котором она сейчас была.

Повернув голову, девушка взглянула на свое отражение в зеркале, стоящем на туалетном столике. Шесть лет работы в модельном бизнесе привили ей профессиональную привычку выглядеть соответственно тому, во что она была одета. Джинсы и футболка делали макияж и укладку ненужными, но вечернее платье… Она даже не могла подумать о том, что испортит шедевр Лилиан Вентворт своим внешним видом. Глубоко вздохнув, девушка развязала пояс на халате и скинула его на пол.

Сидя за столом, накрытом для ужина на двоих, Диего безразличным взглядом смотрел на морскую воду, подсвеченную лампами, вмонтированными в днище яхты. И чувствовал себя обманутым. Как такое могло с ним случиться? Как он, имеющий огромный опыт общения с женщинами, мог так ошибиться? И как Изабелла Росси, которая выглядела на подиуме такой чувственной и искушенной, на деле оказалась скучной серой мышью? Куда исчезла вся ее сексуальность, которую он ощутил два месяца назад на показе в Нью-Йорке? Или все дело было лишь в платье? А Лилиан Вентворт настолько талантливый дизайнер, что может с помощью своих творений превратить любую зануду в секс-бомбу?

Диего криво усмехнулся – навряд ли такое возможно. Просто чутье впервые подвело его. И в следующий раз он уже не будет верить всему, что видит. Он поужинает с Изабеллой Росси, принесет ей извинения за доставленные неудобства, возможно, даже выпишет чек. И отпустит с миром. Через три часа его яхта будет в Лиссабоне, а сеньорита Росси отправится назад, в Лондон. Они больше никогда не встретятся.

– Добрый вечер, – тихий женский голос раздался рядом с ним, и мужчина вскинул голову. И медленно поднялся, гадая, не снится ли ему все это. Или он сошел с ума от видений, которые преследовали его последние два месяца?

В нескольких шагах от него стояла самая ослепительная женщина, которую он когда-либо встречал в своей жизни.

И Диего недоверчиво, забыв про все правила приличия, рассматривал ее.

Красное платье, словно вторая кожа, облегало стройное тело девушки, струилось по бедрам, мерцало языками пламени на груди. Темные густые волосы крупными локонами падали на плечи и спину, оттеняя белоснежную кожу. Глаза, опушенные длинными черными ресницами, превратились в два огромных озера, и Диего с удивлением заметил, что они темно-синие, как море перед штормом. Скользнув взглядом по соблазнительным изгибам тела Изабеллы Росси, Диего недоверчиво пробормотал первое, что пришло ему в голову.

– Ты что, босая?

Мягкие губы изогнулись в лукавой улыбке, ударившей его, словно разряд электрического тока.

– Это платье не предполагает каблуков. Не предполагает вообще никакой обуви…

И Диего послышалось что-то интимное в ее словах.

Пытаясь разобраться в том, что с ним сейчас творится, мужчина отодвинул стул, молча приглашая девушку за стол.

Прошептав еле слышное «благодарю», девушка грациозно опустилась на сидение.

Что, черт возьми, происходит – хотелось ему закричать, глядя, как сидевшая напротив него девушка изящно подносит вилку с салатом ко рту! Что это такое? Фокус, какой-то трюк, или просто талантливая игра превосходной актрисы? Почему один и тот же человек может выглядеть по-разному? Словно их двое? В Изабелле Росси, которую он видел утром, не было даже намека на сексуальность. Резкая и дерзкая девчонка – подросток с угловатыми движениями. А эта… Которая сейчас ужинала с ним… Каждый ее жест, каждый взмах ресниц – все дышало чувственностью. И какой-то первобытной возбуждающей дикостью… Необузданностью… Притягательностью…

– Ваша яхта называется «Скандере»? – негромко спросила Белл, пытаясь избавиться от странного ощущения нереальности происходящего. Сутки назад по приказу сидящего напротив нее мужчины ее похитили, десять часов назад она пыталась сбежать от него, а сейчас они ужинают вместе, словно давние друзья. И она почему-то совершенно не ощущает от него даже малейшей угрозы. То обостренное чувство опасности, которое много раз выручало ее из беды, сегодня словно отправилось спать, предоставив ей самой решать все свои проблемы.

– Что ты сказала? – вздрогнул мужчина. Зеленые глаза, застывшие на ней где-то в области груди, метнулись к лицу девушки.

– Ваша яхта, – уголки пухлых губ слегка приподнялись вверх, а у Диего во рту внезапно пересохло. – Такое странное название… Почему именно «Восхождение»?

– Ты знаешь латынь? – Диего на мгновение показалось, что все его четкие систематизированные представления о мире внезапно обрушились. Разве может девушка с таким телом и внешностью знать что-то, кроме имен модных дизайнеров?

– Я изучала ее в университете, – просто ответила Белл. – Красивый язык… Так почему «Скандере»?

Это было просто невероятно. Он, Диего Торрес Нуес ди Алвейра, сидел за столом с роскошной женщиной и разговаривал с ней о латинском языке! Мужчина попытался припомнить, о чем он обычно разговаривал с женщинами за ужином и с удивлением подумал, что не может вспомнить ни одной темы, кроме постели и секса. Легкий флирт, откровенные намеки, постепенно переходящие в интимные ласки – иногда все заканчивалось раньше, чем они успевали добраться до спальни.

– Хочешь шампанского, Изабелла?

– Да, – улыбнулась девушка и протянула ему бокал. – Хочу.

Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Диего вздрогнул от пронзившего его насквозь желания. Поставив бокал на стол, он неуклюже плеснул в него шампанского.

– Вы не привыкли обслуживать своих гостей, – пробормотала девушка, глядя на брызги шампанского, упавшие на скатерть и столовые приборы.

Диего нахмурился.

– У меня есть для этого специально обученные люди, – отрезал он, протягивая ей бокал.

– Только для этого? – усмехнулась девушка, осторожно делая маленький глоток.

Рука Диего застыла на тонкой ножке бокала. Он ослышался, или в ее голосе ему послышалась провокация? Она что, дразнит его?

– Я бы не советовал шутить со мной, сеньорита Росси, – и во вкрадчивом голосе мужчины послышалось предупреждение.

– Да, да, я знаю. Вы утопите меня, – в ее голосе послышалась насмешка.

– Может быть и хуже… – и зеленые глаза мужчины потемнели.

– Нет, – и она сделала еще один глоток. – Не может.

И, заметив, как непонимающе изогнулась темная бровь Торреса, задумчиво сказала.

– Если бы вы хотели совершить надо мной насилие, вы бы давно его совершили. Денег вам не надо – у вас их в разы больше, чем достаточно, – и Белл обвела бокалом, который держала в руке, роскошную обстановку яхты.

– Может, я хочу превратить тебя в сексуальную рабыню и посадить на цепь в подвал своего замка? – мрачно предположил мужчина, глядя в темные синие глаза.

Белл несколько долгих мгновений смотрела на него, а затем звонко расхохоталась.

– Вы это серьезно? – синие глаза искрились от смеха.

– Абсолютно! – кивнул мужчина, любуясь девушкой.

– Нет, сеньор Торрес, – покачала головой Белл. – Вы обманываете меня.

– Почему ты так думаешь? – облокотившись на стол, Диего всем телом подался вперед.

– У вас сотни женщин, – сделав тоже самое, парировала Изабелла. – Мне читала про них в журналах моя соседка по квартире. И я думаю, что все подвалы вашего замка уже давным-давно заняты! А у вас правда есть замок? – внезапно заинтересовалась она.

– Есть, – впервые за вечер улыбнулся Диего. Губы Изабеллы находились в опасной близости от него, и он всеми силами старался смотреть куда угодно, но только не на них. – Он стоит на высокой горе. Иногда, когда из долины поднимается туман, кажется, что он стоит на облаке.

– Как красиво, – зачарованно прошептала девушка, а мужчина на мгновение прикрыл глаза. Его так сильно тянуло к ней, что он уже не мог контролировать себя. И не мог думать ни о чем, кроме сливочной кожи, по которой хотел провести губами… Запустить ладони в темные блестящие волосы… Сжать в объятиях стройное гибкое тело…

– Еще шампанского? – хрипло предложил он и сам удивился тому, что сказал. Приглашая утром Изабеллу Росси на ужин, он думал, что это будет простая формальность. Он посидит с ней полчаса, а потом под надуманным предлогом уйдет к себе. Но сейчас ему совершенно не хотелось этого делать.

– Да! – кивнула головой девушка, протягивая ему бокал.

Большая мужская ладонь накрыла ее пальцы, держащие бокал, и Белл замерла. От прикосновения Диего Торреса по телу стало медленно разливаться странное тепло. С трудом оторвав взгляд от их переплетенных пальцев, девушка неуверенно взглянула на сидящего напротив мужчину.

Ему казалось, что время остановилось. Исчезли все люди и звуки. Исчезло все. А мир вокруг сузился до огромных темно-синих глаз, которые растерянно смотрели на него. И, словно омуты, затягивали в свою глубину…

– Простите, – смущенно пробормотала девушка, осторожно высвобождая свою ладонь из его руки. Тонкий хрустальный бокал, который больше никто не держал, жалобно звякнул, разбившись о столовые приборы.

– Простите, – виновато прошептала Белл, глядя на маленькие бриллианты осколков, рассыпавшиеся вокруг. – Я такая неуклюжая… – она торопливо встала. – Я все сейчас соберу…

И отшатнулась, услышав резкое приказание.

– Сядь!

Острый осколок стекла вонзился в ее ступню, и девушка еле слышно вскрикнула. Из глаз градом покатились слезы.

– Проклятье, Изабелла! – Диего Торрес подхватил ее на руки и перенес на белоснежный диван. Опустился рядом и осторожно взял в руки пораненную ступню.

– От тебя одни неприятности, – проворчал мужчина, аккуратно вытаскивая из-под кожи осколок. Маленькая ступня в его ладони дернулась.

– Мне кажется, вы их любите, – парировала девушка, намекая на то, что в своих неприятностях виноват он сам.

Перевязав пораненную ступню носовым платком, Диего медленно поднял голову. Изабелла Росси спокойно смотрела на него темно-синими глазами. В них не было ни сожаления, ни неловкости, ни извинений за сказанные только что слова.

– Ты всегда говоришь то, что думаешь? – сухо спросил мужчина, пытаясь разобраться в странных ощущениях, которые вызывала в нем эта девушка. Она реагировала на него совсем не так, как все остальные женщины. Не было томных улыбок, прикрытых ресницами глаз, соблазнительных поз… Она не дотрагивалась до него, пытаясь наладить телесный контакт, дать понять, как сильно желает его… Изабелла Росси вела себя с ним так, словно вообще не замечала, что он – мужчина.

– Да, – улыбнулась девушка. И с удивлением заметила, как зеленые глаза Торреса сузились.

– Я не нравлюсь тебе? – и в тихом вкрадчивом голосе Белл расслышала угрозу.

Она пристально взглянула на мужчину, сидевшего рядом с ней. Он был весьма привлекателен, но Белл знала, что телесная красота очень часто скрывает за собой душевное уродство. Диего Торрес привык потакать своим капризам и ему было неинтересно, сколько людей пострадает от этого. Девушка еле слышно вздохнула.

– Я вас не знаю.

Диего даже не знал, что для него было неприятнее – ругательства, которыми осыпала его сегодня утром Изабелла, или этот вежливый безразличный ответ, подразумевавший под собой слово «Нет»!

И не хотел признавать то, что ее слова задели его.

– А того, что ты видишь, тебе недостаточно?

– Что вы имеете ввиду? – не поняла Белл.

– Например, я очень богат, – пристально глядя в ее глаза, сказал Диего.

– Вы что, серьезно? – изумилась девушка. – Серьезно считаете, что деньги могут заменить в человеке такие качества, как доброта, порядочность, надежность? Что огромный счет в банке снимает любые ограничения? Стирает нормы морали? Заменяет закон?

Циничная улыбка изогнула четко очерченные губы мужчины, а зеленые глаза покрылись тонкой корочкой льда. Ему даже не нужно было отвечать на ее вопрос – Белл и так все поняла, без слов.

– Мне очень жаль вас, – тихо сказала девушка, а темно-синие глаза смотрели на него так, словно он был убогим калекой. – Жаль, что в вашей жизни произошли события, которые вынудили вас так думать.

– Ты ничего обо мне не знаешь, – процедил Диего сквозь зубы ее же слова, мгновенно разозлившись. Как эта девица, которая продает свою красоту за деньги, может осуждать его? Она точно такая же, как все женщины, готовые отдаться тому, кто больше заплатит. Такая же, как его мать.

– Да, – печально сказала девушка. – Не знаю…

Осторожно высвободив свою ступню из его ладоней, она неуклюже отодвинулась от него как можно дальше.

Зачем она сказала ему все это, думала Белл, нервно кусая губы. Она только разозлила его. Таким людям, как Диего Торрес, неинтересно чужое мнение, если оно отличается от их собственного. Они преисполнены осознания собственной значимости и важности, а на подобных ей смотрят свысока, презрительно поджав губы. Мужчины, такие, как Диего Торрес, рассматривают женщин как красивое приложение к их персоне. А не как живого человека со своими чувствами, эмоциями и переживаниями.

Все происходило неправильно. Не так, как должно было происходить. Когда он летел сюда, он думал о длинной страстной ночи, которую проведет в объятиях Изабеллы Росси. Легкий, ни к чему не обязывающий секс, который доставит удовольствие им обоим. Но сейчас, глядя на забившуюся в угол дивана девушку, он понимал, что они так же далеки от секса, как Луна от Земли. Изабелла не видела в нем мужчину, ей было все равно, что он богат, и – Диего на мгновение с силой сжал челюсти – и он ей даже не нравился.

– Когда я смогу вернуться домой? – тихо спросила Белл, пытаясь разорвать тревожную тишину, застывшую между ними. Диего Торрес с каменным лицом смотрел на нее тяжелым неподвижным взглядом, и под этим взглядом она чувствовала себя очень неуютно. И уже не была уверена в том, что рядом с ним она в полной безопасности. Что еще он может потребовать от нее, стараясь потешить уязвленное ее необдуманными словами самолюбие? Девушка отодвинулась еще дальше, чувствуя, как ей в спину впивается твердый подлокотник дивана.

Обхватив себя руками, словно ей было холодно, Изабелла Росси старалась смотреть куда угодно, но только не на него. Темные синие глаза старательно избегали его, а Диего чувствовал, как в нем ярким костром разгорается ярость. Сотни женщин были готовы продать душу дьяволу за право провести с ним хотя бы одну ночь, а эта манекенщица торопливо считала минуты в надежде убраться отсюда как можно быстрее. Ей не нравилось в нем все. Не нравился он сам, его взгляды на жизнь, даже тот факт, что он богат, ей тоже не нравился. Она позволила себе говорить о нем с сожалением, словно он был урод или умственно отсталый. Всем своим видом Изабелла Росси демонстрировала свое высокомерное безразличие и полное презрение к нему. Он мог бы это ей простить, если бы ему было все равно…

Но ему, с удивлением подумал Диего, было не все равно.

Его почему-то задевало все, что делала или говорила эта девушка.

И страстное желание доказать ей, что она точно такая же, как все остальные женщины, захлестнуло его.

– Скажи мне, деньги вообще не имеют для тебя никакого значения, Изабелла? – вкрадчиво поинтересовался Торрес. А Белл почувствовала, как по спине пробежал холодный ветерок опасности. Девушка поежилась, пытаясь прогнать это странное ощущение, и неуверенно взглянула на сидящего в метре от нее мужчину. По его спокойному невозмутимому лицу невозможно было что-то понять.

– Почему вы спрашиваете это у меня? – нахмурилась Белл, пытаясь понять, к чему он клонит.

– Мечта каждой девушки – это богатый и щедрый любовник, который оплачивал бы все ее капризы, – медленно произнес Диего, пристально наблюдая за манекенщицей.

Неуверенная улыбка скользнула по губам девушки, а синие глаза недоверчиво расширились. Словно она сомневалась в том, что только что услышала.

– Вы ошибаетесь, – Белл отрицательно покачала головой. – Многие мечтают совсем не об этом…

– А о чем мечтаешь ты?

И от этого простого вопроса Белл застыла, нервно кусая губы.

Она не позволяла себе мечтать. Не позволяла думать о том, что ее жизнь могла бы сложиться совершенно иначе. Точно так же, как ее сверстницы, она могла бы весело проводить время на дискотеках… Или сидеть в жаркий полдень за столиком уличного кафе с книгой… Или целоваться с симпатичным парнем, гуляя по вечернему Лондону… Путешествовать не для того, чтобы заработать как можно больше денег, а чтобы их потратить… И просыпаться с рассветом не потому, что пора на работу…

– Ни о чем, – голос Изабеллы был еле слышен. – У меня все есть для того, чтобы чувствовать себя счастливой…

Диего пристально взглянул на нее. Кого она пытается убедить в этом – его или себя? Он вспомнил плотный график съемок и показов манекенщицы и еле заметно покачал головой – сидящая перед ним девушка работала по пятнадцать часов в сутки почти каждый день. У нее просто не было времени для того, чтобы мечтать. Ей даже спать было некогда…

И Диего задумался – а зачем Изабелла Росси так много работает? Она презирает деньги, и в тоже время не упускает ни одной возможности заработать еще немного. Почему?

– Я могу сделать твою жизнь более приятной и легкой, Изабелла, – тихо предложил ей мужчина.

– Сеньор Торрес… – начала было девушка, но мужчина поправил ее.

– Диего.

– Сеньор Торрес, – упрямо повторила Изабелла. – Я благодарна вам за предложение… – она на мгновение замолчала. – Но моя жизнь меня вполне устраивает…

Мужчина несколько долгих минут смотрел на нее, а затем еле заметно кивнул, молча соглашаясь с ее решением. Не глядя на нее, он поднялся и направился к лестнице, ведущей на верхнюю палубу. Изумленная тем, что он так безропотно принял ее отказ, Белл недоверчиво смотрела на широкую спину мужчины. Взявшись за перила, Диего остановился.

Белл задержала дыхание.

– Если твое решение однажды изменится, Изабелла, – не поворачиваясь к ней, сухо начал мужчина.

– Оно не изменится, – тихо сказала девушка.

– Если твое решение изменится, – словно не слыша ее, повторил Диего с нажимом, – просто позвони мне… Время не имеет значения…

– Мне очень жаль, Изабелла, – Анжела Льюис смотрела на нее карими глазами, полными сочувствия. – Мне очень жаль, но все клиенты расторгли с тобой контракты. Последнее сообщение пришло сегодня утром от Лилиан Вентворт. Мне очень жаль…

Белл непонимающе смотрела несколько минут на своего агента, а потом дрожащим голосом произнесла.

– Я безработная?

– Пойми меня правильно, Изабелла, – торопливо заговорила женщина, пытаясь как-то оправдать себя. – Я искала тебе контракты… Я приложила максимум усилий, но никто не хочет с тобой работать. Даже начинающие дизайнеры не хотят брать тебя на свои первые показы. Ты понимаешь меня?

Белл медленно покачала головой и с трудом выдавила из себя:

– Но почему?

Анжела на мгновение сжала свои полные губы, накрашенные ярко-алой помадой. Одетая в бежевый деловой костюм и черную блузку, стройная и высокая, даже в свои пятьдесят с лишним лет она выглядела как модель. А темные гладкие волосы без намека на седину и отличная кожа до сих пор вызывали зависть у молодых манекенщиц.

– Я думаю, что ты и так знаешь ответ на этот вопрос, Изабелла, – медленно произнесла она, пристально глядя на девушку.

Белл на мгновение прикрыла глаза, прекрасно понимая, на что намекает Анжела.

Диего Торрес.

И скандал, который разразился месяц назад.

Фотографии их злополучного ужина попали в газеты.

Фотография, где они держатся за бокал, глядя в глаза друг другу.

Фотография, где Торрес несет ее на руках.

Фотография, где он вынимает стекло из ее ступни.

Их было около десятка. Один из служащих Торреса сделал снимки и продал за большие деньги самому крупному и скандальному таблоиду Британии. Торрес, конечно, сразу уволил этого человека и выступил с опровержением любой связи между ним и топ-моделью Изабеллой Росси, но машина слухов и сплетен была уже запущена. Тему подхватили другие издания, и журналисты словно сошли с ума, соревнуясь в том, кто больше опорочит ее имя в печати. Ее называли охотницей за состоятельными мужчинами, подстилкой миллиардеров, проституткой, которая готова на все ради денег. И это были далеко не самые грубые ругательства. Она не могла спокойно пройти по улице, чтобы за ней не увязался кто-нибудь из репортеров, бросая в спину оскорбительные вопросы и грязные намеки. Она могла бы подать на все издательства в суд и выиграла бы тяжбы, но мысль о том, что будет с Кьярой, останавливала ее. Судебные разбирательства могут затянуться на долгие месяцы, все ее накопления уйдут на адвокатов, а ее сестра за это время без дорогостоящих лекарств превратится в овощ. Белл еле заметно покачала головой – ее доброе имя и карьера не стоили того, чтобы принести в жертву единственную сестру.

– Спасибо за все, Анжела, – сказала она, поднимаясь и протягивая руку своему агенту. – Думаю, что нет смысла в нашем дальнейшем сотрудничестве.

– Изабелла? – нахмурилась женщина, глядя на ее протянутую руку. – О чем ты?

– Я завершаю свою карьеру в модельном бизнесе. Надеюсь, газеты про это тоже напишут, – и в голосе девушки послышалась плохо скрытая горечь.

– Ты хорошо подумала, Изабелла? – медленно поднялась вслед за девушкой Анжела. – Через пару месяцев вся эта шумиха вокруг тебя уляжется, и …

– И что? – невесело усмехнулась Белл. – Ты найдешь мне новых клиентов? Каких? Кто согласится работать с моделью, которую весь мир знает как бездарность? Модель, которая сделала себе карьеру через постель… Которую все называют вешалкой для пиджаков богатых мужчин… Я – грязное пятно на репутации твоего агентства, Анжела. Да ты и сама это прекрасно понимаешь.

– Это не так, Изабелла, – возразила ей женщина. – Все, кто хорошо знают тебя, понимают, что это ложь. Что ты очень талантливая, чертовски трудолюбивая и очень красивая манекенщица.

– Ну и где они, эти люди? – саркастически поинтересовалась девушка. – Я не вижу здесь ни одного представителя журнала или дома моды, который готов предложить мне работу. Никого, кто рискнул бы своей репутацией ради меня.

– Изабелла, – попробовала возразить ей Анжела, – надо лишь немного подождать… Пройдет время и люди забудут…

– Я знаю, что ты хочешь помочь мне, Анжела, – перебила ее девушка, – но я не могу ждать. Мне нужна работа. Любая. Прямо сейчас. Я готова работать кем угодно. Хоть официанткой…

– Ты? Официанткой? – недоверчиво улыбнулась женщина. – Ты была на обложке «ВОГ», ты открывала показ Прада в Милане, и теперь собираешься работать официанткой?

– А что, у меня есть какой-то выбор? – и лицо девушки исказила болезненная гримаса. – У меня нет образования, нет опыта работы ни в одной сфере, нет ничего, что пригодилось бы мне в жизни, не связанной с миром моды. Я хорошо разбираюсь в дизайнерской одежде, но обычному человеку навряд ли пригодятся мои знания. А состоятельные женщины никогда не наймут меня в качестве личного консультанта, так как всегда будут подозревать меня в том, что я хочу соблазнить их мужей.

– Мне так жаль, Изабелла, – Анжела сочувствующе провела ладонью по предплечью девушки.

– Ты не виновата в том, что случилось, – слабо улыбнулась Белл. – Даже этот отвратительный Диего Торрес не виноват. Все это – просто глупое стечение обстоятельств.

– Но это глупое стечение обстоятельств сломало твою жизнь и карьеру, – мягко возразила Анжела. – И мистер Торрес сыграл в этом далеко не последнюю роль. Может, тебе пойти в его компанию и потребовать взять тебя на работу? В качестве компенсации за ущерб, который он хоть и невольно, но причинил тебе?

Белл застыла. Ей вдруг вспомнился потемневший взгляд Диего Торреса, медленно скользящий по ее телу, от которого по ее коже пробегали мелкие мурашки странного озноба.

– Это очень глупая идея, – пробормотала девушка, старательно отводя взгляд в сторону.

– Неужели? – прищурилась Анжела. – Это почему же?

Но Белл не ответила. Да и что она могла сказать? Что Диего Торрес скорее предложит ей переспать, чем даст хоть какую-то работу? Что он видит в ней всего лишь красивую игрушку, для которой наличие мозгов совсем не обязательно? Что он готов платить ей за любые услуги, которые она окажет ему в постели?

– Я очень благодарна тебе за все, Анжела, – девушка вновь протянула руку агенту. – Прощай.

Та в ответ лишь покачала головой и, подойдя к девушке, крепко обняла ее.

– Я была очень рада работать с тобой, Изабелла, – с грустью сказала женщина. – Тебя ждала блестящая карьера. Если бы не травля, которую организовали в прессе эти проклятые журналисты… И за что они так возненавидели тебя? Ведь этот Диего Торрес встречался с сотнями женщин… Почему именно ты?

– Откуда я знаю, – пожала плечами Белл. Она сотни раз на протяжении последнего месяца задавала себе этот вопрос, но не находила на него ответа. Может, она обидела когда-то одного из журналистов? Может, кто-то просто хотел нажиться на очередном скандале? Или сделать себе карьеру в газете, выставив на всеобщее обозрение чужую личную жизнь? У этого вопроса могли быть сотни ответов.

– Если вдруг работа официантки тебе не понравится… – начала было Анжела.

– Не надо, Анжела, – перебила ее Белл. – Мы обе знаем, что путь назад для меня закрыт. Не будет больше ни модных показов, ни съемок для журналов, ни рекламных контрактов. Не будет ничего. Никто не будет со мной работать из страха запятнать свою репутацию. Топ-модели Изабеллы Росси больше не существует. Она с позором умерла. Но я еще жива. И мне надо как-то двигаться дальше.

– Ты очень сильная и смелая, Изабелла, – с оттенком гордости сказала Анжела. – И я думаю, что все у тебя будет хорошо.

Белл смогла лишь кивнуть на прощание. Подхватив свой рюкзак, она выбежала за дверь и спустилась по лестнице, старательно пряча глаза от попадающихся ей навстречу людей. Теплый вязкий комок застрял в горле, мешая дышать. Только сейчас она осознала, что жизнь, которую она ненавидела и любила одновременно, которой жила последние шесть лет, внезапно закончилась. Что она будет теперь точно такой же, как миллионы ее сверстниц. Обычной двадцатитрехлетней девушкой. Ей больше не надо нестись на съемки на другой конец света. Не надо часами стоять под обжигающими огнями софитов, дожидаясь, когда фотограф снимет удачный кадр. Не надо носить высокие каблуки, от которых потом так сильно болят ноги. Теперь можно есть все, что захочешь. Гамбургеры, жареную картошку и копченые колбаски… Теперь она совершенно свободна и может делать все, что угодно…

Вот только что она теперь будет делать?

Денег, которые ей удалось скопить, хватит на лекарства для Кьяры от силы на два года. А что будет потом, когда они закончатся?

От этой мысли все поплыло у девушки перед глазами. Ноги задрожали, и чтобы не упасть, Белл прислонилась к стене.

– Вам плохо? – раздался над ней участливый голос. Несколько раз моргнув, девушка увидела перед собой объектив камеры, нацеленный прямо на нее.

– Отстань от меня, – грубо сказала она, с трудом оттолкнувшись от стены.

– Но я хочу помочь… – растерялся незнакомец.

– Чем? – язвительно поинтересовалась Белл, стараясь обойти парня слева. – Бесплатно напечатаешь мою фотографию в своем грязном таблоиде?

– Простите? – нахмурился мужчина.

Белл тряхнула головой, пытаясь прогнать туман перед глазами. Перед ней стоял высокий молодой мужчина с темными вьющимися волосами, одетый в джинсы и футболку. На плече незнакомца висел рюкзак.

– Вы турист…– ошеломленно прошептала девушка, понимая, что за последний месяц превратилась в самого настоящего параноика. – Простите меня… Я подумала, что вы… Что вы…

Белл сглотнула.

– Такой красавице можно простить все, – заулыбался незнакомец. Он говорил с легким, едва заметным акцентом. – Так я могу проводить вас до дома? Или до ближайшего кафе, где можно передохнуть и познакомиться поближе?

Белл в ответ лишь отрицательно покачала головой и жалко улыбнулась незнакомцу. Тот разочарованно развел руками и, слегка поклонившись девушке, отступил в сторону. Благодарно кивнув ему на прощание, Белл торопливо пошла по улице, чувствуя на себе его пристальный взгляд.

– Мистер Торрес, ваш кофе, – Аннабель Прайс, секретарь в его лондонском офисе, осторожно поставила чашку на стол. И, выпрямившись, застыла, ожидая дальнейших распоряжений босса.

– Вы можете быть свободны, Аннабель, – сухо сказал Диего, не поворачивая головы. С облегчением выдохнув, женщина торопливо покинула его кабинет. Но Диего этого даже не заметил. Глядя пустым взглядом прямо перед собой, он бессмысленно катал по полированной поверхности стола карандаш.

За последний месяц он превратился в издерганного психа, вздрагивающего от каждого телефонного звонка. Он сам себе не хотел признаваться в этом, но он ждал. Ждал каждый день. Ждал, что именно сегодня Изабелла Росси ему позвонит и попросит о личной встрече. Представлял, как она, полностью опустошенная и подавленная, будет стоять перед ним, смиренно позволяя ему решать ее судьбу. Представлял ее в ярко – алом платье с манящей улыбкой на губах. Представлял ее в своих объятиях… Но утро сменялось вечером, а долгожданного звонка все не было. И все это время он задавал себе один и тот же простой вопрос – зачем ему все это надо? И не мог дать на него ни одного внятного ответа.

Изабелла Росси оскорбила его?

Но чем? Тем, что была с ним абсолютно честна и предельно откровенна?

Тем, что сказала правду?

Или тем, что ее взгляды на жизнь и людей отличаются от его собственных взглядов?

И почему то, что думает о нем эта девушка, так задевает его?

Или не думает вообще…

Четко очерченные губы мужчины искривились в презрительной ухмылке – скорее всего, Изабелла Росси вспоминала его каждый день.

Скандал, который разразился в прессе после их неудачного свидания, был похож на торнадо, сметающее все на своем пути. Каждый уважающий себя таблоид бульдозером прошелся по личной жизни девушки. Ее обвиняли во всех смертных грехах, называли шлюхой и проституткой, и Диего каждый день ждал заявления адвокатов Изабеллы о том, что она подает на издательства в суд. Но мисс Росси молчала, и за тридцать дней таблоиды втоптали ее имя в грязь и уничтожили довольно успешную карьеру манекенщицы. А в Диего все больше росло недоумение. Почему Изабелла Росси ничего не делает, чтобы защитить себя? Почему позволяет журналистам выдумывать про себя небылицы, а потом с удовольствием обсуждать их на страницах газет? Почему?

– Можно? – дверь приоткрылась и в образовавшемся проеме появилось улыбающееся лицо Каталины.

– Кати? – обрадованный ее неожиданным появлением, Диего поднялся навстречу сестре, сжал ее в объятиях. – Когда ты приехала? Криштиану не говорил, что ты будешь в Лондоне…

– Ты не звонил мне больше недели, и я решила сама посмотреть, что произошло! – лукаво прищурилась девушка. – Решила сделать тебе сюрприз!

И, демонстративно окинув взглядом огромный кабинет брата, она со смехом спросила.

– Ну, и где она?

Диего вздрогнул.

– Кто?

– Та женщина, из-за которой ты забыл про родную сестру!

– Ты ошибаешься, Изабелла…

– Так ее зовут Изабелла? – в довольной улыбке расцвела Каталина.

Диего с силой сжал зубы, мысленно обругав себя за несдержанность. Эта девушка стала для него настоящим наваждением.

– Ииии? – заглянув в его застывшее лицо, с надеждой протянула она. – Когда я с ней познакомлюсь? Она блондинка или брюнетка? Полненькая или худая? Высокая? Какого цвета у нее глаза? А волосы длинные?

Сестра засыпала его вопросами.

– Кати, пожалуйста, – простонал Диего, на мгновение прикрывая глаза. – Никакой Изабеллы не существует. Просто это имя… Это имя… – он на мгновение замялся, судорожно пытаясь придумать что-то правдоподобное. – Это имя одного из моих деловых партнеров.

Кати недоверчиво сморщилась.

– Мог бы хотя бы соврать, что жены одного из деловых партнеров, – презрительно фыркнула она, поведя плечиком.

– Хорошо, жены одного из моих деловых партнеров, – покорно согласился Диего. – Я просто оговорился.

– А я тебе не верю, – бросив сумочку на кожаный диван, девушка уверенной походкой подошла к его столу и уселась в кресло. Положив руки на подлокотники, она придирчивым взглядом уставилась на старшего брата.

– Что? – Диего первым не выдержал тишины, повисшей в огромном кабинете.

– Ты вел себя точно так же, когда впервые влюбился, помнишь? – вкрадчиво сказала Кати. – Ты мне тогда семь дней не звонил…

А он внезапно почувствовал себя преступником на допросе у прокурора.

– Кати, это было десять лет назад, – устало сказал мужчина. – И я не влюбился.

– И тогда, и сейчас симптомы совершенно одинаковые, – вынесла свой приговор Каталина, победно сверкнув глазами. – Ты не звонишь ни мне, ни бабушке. А Криштиану мне рассказал, что ты стал раздражительным и все время злишься без повода. Что он не видел тебя в хорошем настроении вот уже месяц…

И, чуть помолчав, осторожно добавила.

– Это все из-за той девушки и вашего ужина на твоей яхте? Про это написали газеты даже в Португалии…

– Ты ошибаешься, Кати, – отрезал мужчина, с силой сжимая ладони в кулаки.

– Я же вижу, как ты расстроен… – сочувствие в голосе сестры было просто невыносимым. Диего на мгновение прикрыл глаза, пытаясь справиться со злостью, мгновенно захлестнувшей его. Если бы кто-то другой посмел сказать ему подобное…

– Ты не виноват в том, что случилось, – мягкая женская ладонь скользнула по его предплечью. – Не надо казнить себя за это…

Открыв глаза, Диего непонимающе уставился во встревоженное лицо Каталины, стоящей рядом.

– Те снимки… И скандал в газетах… И что один из твоих служащих оказался подонком… – попыталась объяснить сестра. И почти неслышно прошептала.

– Что ты невольно разрушил карьеру этой несчастной девушки…

Мужчина вздрогнул.

– Может, как-то можно все исправить? – Каталина заглянула в его застывшее лицо. – Как-то помочь ей?

– Ей не нужна моя помощь, – отрезал Диего, вспомнив надменно вскинутую голову и гордо расправленные плечи Изабеллы Росси. – Она привыкла сама справляться со своими бедами.

Каталина отрицательно покачала головой.

– Я думаю, что ты ошибаешься.

– Кати, пожалуйста, – пробормотал Диего, чувствуя, что сдерживается из последних сил. Этот месяц напрасных ожиданий вымотал его так сильно, как никогда не выматывала монотонная изнуряющая физическая работа. Но сестра, не замечая его состояния, задумчиво продолжила.

– Может, в одном из филиалов твоей фирмы можно подыскать этой девушке работу? Секретарь или помощник секретаря? Что-то несложное… Не требующее серьезных навыков и знаний…

– Моя милая, добрая младшая сестренка, – Диего прикоснулся губами к гладкому лбу Каталины. – Ты даже не знаешь эту девушку…

– Но я знаю, что жизнь обошлась с ней очень несправедливо, – Кати вскинула на него глаза, полные надежды. – А мы… – она осекалась. – Ты… Ты можешь все исправить… Да?

Слабая улыбка скользнула по уставшему лицу мужчины.

– Я попытаюсь что-нибудь придумать, родная.

– Я знала, – просияла девушка, а тонкие руки обвились вокруг его шеи. – Знала, что мой умный, добрый старший брат никогда не бросит попавшую в беду девушку.

И не заметила, как четко очерченные губы мужчины сжались в жесткую линию.

– Белл? – чья-то ладонь опустилась на ее плечо, и девушка вздрогнула. Повернув голову, она взглянула на встревоженное лицо Лары, своей соседки по квартире.

– Белл? – Лара, сбросив с плеча спортивную сумку, опустилась на стоящий рядом стул. Протянув руку, она осторожно сжала ладонь Белл, лежащую на пачке газет.

Белл глубоко вздохнула.

– Все очень плохо, Лара, – с трудом выдавила из себя девушка, отвечая на вопрос, который Лара не посмела задать. – Меня опять уволили.

– И за что на этот раз? – нахмурилась Лара. – За что вообще можно уволить из дешевой закусочной?

– Я дала пощечину посетителю, который пытался облапить меня, – еще раз вздохнула Белл.

– Ну и поделом ублюдку, – фыркнула Лара. – Он заслужил!

Губы Белл исказила горькая улыбка.

– Только Ларри, хозяин закусочной, думает иначе. Он мне сказал, что от моей задницы не убудет, если какой-нибудь парень слегка приласкает ее.

Глаза Лары округлились.

– Он что, сказал тебе такое?

– Да, – голос девушки дрогнул. – После того, как я вылила на того парня горячий суп!

– Ох, Белл! – вздохнула Лара.

– Ларри с трудом уговорил этого парня не подавать на закусочную в суд. И уволил меня.

– Все образуется, Белл, – Лара сжала ее ладонь. – Это просто полоса неудач, которая скоро закончится. Вот увидишь.

Но девушка лишь покачала головой.

– За последние две недели я сменила четыре места. Меня выгнали из магазина свадебного платья…

– Только потому, что ты посоветовала какой-то пятидесятилетней истеричной дуре не покупать молодежное мини-платье за сумасшедшие деньги, – вставила Лара.

– Уволили из отеля…

– Я вообще не понимаю, что это за работа – гулять с собаками постояльцев, – фыркнула Лара.

– Я даже с собаками не смогла справиться, – плечи Белл печально поникли.

– Просто менеджер отеля оказался придурком! – горячо возразила Лара. – Ты же не виновата в том, что одна из этих мелких собачонок съела что-то не то?

– Она отравилась… А я должна была за ней следить! Значит, я виновата…

– Ничего страшного, ты найдешь себе другую работу! – воскликнула Лара, однако в ее голосе Белл услышала неуверенность.

– Я словно заколдованная, Лара, – печально прошептала девушка. – Все, за что я берусь, не получается. Может, со мной что – то не так?

– С тобой все в полном порядке! Ты очень трудолюбивая! Очень талантливая и способная! Ты быстро учишься… – Лара осеклась, не зная, что еще можно добавить.

– Ты забыла сказать, что у меня есть идиотская привычка распускать руки по всякому поводу, – усмехнулась девушка.

– Ты еще не умеешь держать язык за зубами, – рассмеялась Лара. – Не можешь промолчать и не сказать людям правду!

– Я ненавижу ложь! Человек, который всегда говорит правду, живет спокойной жизнью. Ему не надо нервничать и думать о том, кому и что он сказал. Не надо бояться того, что он будет пойман на лжи… Что его обман будет раскрыт, и он утратит доверие у самых близких ему людей.

– Все это, конечно, здорово, но твоя честность не накормит тебя, не заплатит за твою квартиру, не положит денег на счет сестры, – тихо сказала Лара. И, заметив, как болезненно исказилось лицо девушки, добавила. – Может, иногда стоит поступиться своими принципами и промолчать, Белл? Если какая-то богатая дура хочет купить платье, в котором она будет выглядеть как идиотка, то пусть купит? Ведь это иногда так просто – промолчать. И сохранить благодаря своему молчанию работу.

– Лара, я…

Мягкая трель дверного звонка оборвала Белл. Девушки переглянулись.

– Ты кого-то ждешь? – спросила Лара у Изабеллы.

– Нет, – растерянно протянула та.

– Может, это твой Ларри пришел извиниться и сказать, что снова берет тебя на работу, – проворчала Лара, поднимаясь. Подойдя к входной двери, она осторожно приоткрыла ее.

В коридоре стоял высокий молодой человек, одетый в темно-синий деловой костюм-тройку. Ослепительно улыбнувшись Ларе, он приятным голосом с легким акцентом спросил.

– Могу я увидеть мисс Изабеллу Росси?

– Мисс Росси не дает интервью! – окинув мужчину недоверчивым взглядом, отрезала Лара.

Красивое лицо незнакомца исказило недоумение.

– Но я по поводу работы для мисс Росси…

– Вот как? – прищурилась Лара. – И какой, позвольте спросить?

– «Торрес Групп», – мужчина протянул Ларе визитку. – В течение ближайших трех дней в любое удобное для мисс Росси время.

– Она обязательно придет, – Лара взяла визитку, и кивнув на прощание мужчине, закрыла дверь.

– Лара? – от голоса, раздавшегося за ее спиной, девушка едва не подскочила.

– Ох, Белл! Ты меня напугала!

– Кто это был? – глядя на закрытую дверь, спросила девушка.

– Я начинаю верить в Санта-Клауса и его волшебный мешок с подарками! Сегодня один из этих подарков достался тебе!

И она помахала визиткой перед лицом Белл.

– Что это? – Изабелла взяла маленький прямоугольный кусочек картона. Прочитав его, она вскинула непонимающие глаза на Лару.

– «Торрес Групп»?

– Ну да… – растерянно протянула Лара, с удивлением наблюдая за странной реакцией девушки. Лицо Белл исказилось от отвращения.

– Мне не нужна эта работа! – отрезала девушка, разрывая визитку на несколько частей.

– Белл? – нахмурилась Лара.

– Я знаю, какую работу предложит мне этот ублюдок, – дрожащим голосом сказала Изабелла. – Работу шлюхи в его постели!

– Ты ведь его совсем не знаешь, Белл! Может, он хороший человек, который чувствует угрызения совести за то, что случилось с тобой по его вине? Может, он просто хочет тебе помочь?

– Не будь такой наивной, Лара! – горько усмехнулась девушка.

– Я наивная? Это ты упрямая! Зациклилась на мысли, что каждый мужик хочет затащить тебя в постель, и твердишь об этом с утра до вечера! И этот Диего Торрес! Думаешь, у него мало женщин? Или ему заняться нечем, что он только о том и думает, как переспать с тобой? Да у него сотни любовниц! И каждый раз он появляется на публике с новой подружкой! Да женщины сами мечтают затащить его в свою постель! И вообще, – Лара уперла руки в бока, – с чего ты взяла, что предложение о работе исходит от него? Может, он дал поручение одному из своих подчиненных пристроить тебя в своей компании? Тебе что, трудно сходить туда и все узнать?

– Лара, я…

– Ничего не хочу больше знать! – девушка замахала руками. – Завтра ты сходишь в офис этого Торреса и выслушаешь все, что тебе там предложат! Если тебе что-то не понравится, ты просто встанешь и уйдешь! Договорились?

– Лара, я…

– Пожалуйста, Белл, ради меня? – схватив Изабеллу за руки, Лара умоляюще заглянула ей в глаза.

– Хорошо, – слабо улыбнулась Белл. – Но только ради тебя…

Нервно кусая губы, Белл стояла перед зданием, над входом в которое было написано «Торрес Групп». Выполненное из стали и темного стекла, своей формой оно напоминало корабль, бороздящий просторы бескрайнего океана. Девушка еле слышно вздохнула, чувствуя себя мелкой букашкой перед этим огромным в несколько десятков этажей, зданием. И с трудом удержалась от нервного смеха – Диего Торрес построил в самом центре Лондона весьма внушительный памятник своему раздутому гипертрофированному «эго».

Белл беспомощно оглянулась – ей совсем не хотелось входить в это огромное величественное здание. Мысль, что этого не нужно делать, что ничего хорошего не получится из этого странного предложения, терзала ее все утро. Она поделилась своими сомнениями с Ларой, но та посоветовала ей не думать про всякие глупости и сосредоточиться на будущей работе.

Белл еще раз взглянула на здание и решительно направилась к двери, чувствуя, как с каждым шагом тает ее уверенность. Ощущение, что она совершает самую большую ошибку в своей жизни, что ей нужно немедленно бежать отсюда, становилось все сильнее. Словно в пасть дракон, она вошла во вращающуюся дверь, и застыла посреди огромного холла, выложенного черным мрамором.

– Мисс? – окликнул ее охранник, высокий темнокожий мужчина лет около сорока. Белл вздрогнула и испуганно огляделась. Кроме нее и охранника в холле больше никого не было.

– Вы что-то хотели, мисс? – повторил свой вопрос мужчина, окидывая ее цепким профессиональным взглядом.

Белл неуверенно шагнула к нему.

– Я пришла на собеседование, – тихо сказала она, сомневаясь в том, что охранник пустит ее дальше входных дверей. – Мое имя – Изабелла Росси.

– Изабелла Росси… – повторил за ней мужчина, глядя в монитор компьютера. – Вас ждут на тридцать пятом этаже, мисс Росси. Проходите, пожалуйста, в лифт.

Стоя в кабине лифта, Белл не сводила глаз с маленького табло, отсчитывавшего этажи. Двадцать пятый, двадцать шестой, двадцать седьмой… У нее еще есть время передумать и вернуться. Отказаться от этой глупой затеи. Отказаться от всего, что предложит ей Диего Торрес…

Двери лифта плавно разъехались перед ней, и она поняла, что времени у нее больше не осталось. Глубоко вздохнув, словно перед прыжком в воду, Белл решительно шагнула вперед.

Огромная комната встретила ее звенящей тишиной. Здесь не было ни одного человека, а само помещение совсем не походило на офис. Черный кожаный диван с раскиданными на нем разноцветными подушками, огромный белоснежный ковер с длинным пушистым ворсом, телевизор с экраном размером со стол для пинг-понга, винтовая лестница, уходившая на этаж выше… Девушка резко повернулась к лифту, ища глазами кнопку вызова кабины. Но ее не было.

– Мария, я ужинаю сегодня не дома, поэтому… – голос, который Белл предпочла бы никогда больше не слышать, внезапно оборвался. Понимая, что разговора с Диего Торресом ей все равно не избежать, девушка медленно повернулась.

Диего Торрес стоял у винтовой лестницы. Одетый в темно-синий деловой костюм-тройку и белоснежную рубашку, он выглядел весьма внушительно. Белл сглотнула, чувствуя себя преступницей, незаконно проникшей в чужие владения.

– Доброе утро, – прошептала она, не зная, что можно еще сказать этому человеку.

– Доброе… – протянул мужчина, скользя по ней тяжелым обвиняющим взглядом.

Белл судорожно сжала лямки своего рюкзака, висевшего у нее на плече.

– Ваш охранник сказал, что меня ждут на собеседование на тридцать пятом этаже, – неуверенно сказала девушка. – Наверное, он просто ошибся…

– Он не ошибся, – спокойно сказал мужчина.

– Тогда ошиблась я, нажав другую кнопку? – с надеждой спросила Белл.

Слабая улыбка скользнула по губам Торреса, и он отрицательно покачал головой.

– Наверное, мне лучше уйти, – пробормотала девушка, старательно глядя мимо мужчины.

– Зачем же тогда ты пришла? – тихо спросил он, и странная грусть, прозвучавшая в его голосе, заставила Белл удивленно взглянуть на него.

– Я… – растерянно протянула она, совершенно не зная, что ответить на этот простой вопрос.

-Диего, ragazzo mio, зачем ты держишь бедную девушку на пороге? – зычный громкий голос внезапно заполнил звенящую тишину огромной гостиной. Белл просияла – она совсем не ожидала услышать здесь итальянскую речь. Мгновенно позабыв про Диего Торреса, она повернулась на голос и увидела перед собой невысокую темноволосую женщину лет около шестидесяти. Одетая в простое трикотажное платье, она смотрела на Белл теплыми карими глазами. Девушка с трудом подавила в себе страстное желание обнять незнакомку, словно она была ее близкой родственницей.

– Buon giorno, signora, – тихо поздоровалась она, испытывая странное удовольствие от того, что кто-то понимает ее родной язык.

– О Боже, дорогая, ты итальянка? – схватив ее за руки, затараторила женщина. – Я так рада тебе! Какая же ты красавица! И такая юная! Ты пришла из агентства? Это место твое – можешь даже не сомневаться! Что ты умеешь? Готовишь? Стираешь? Ты учишься в этом мокром Лондоне и решила немного подзаработать? Если это так – то это не проблема! Будешь помогать мне, когда у тебя будет время!

– Боюсь, Мария, сеньорите Росси не понравится делать то, что ты ей предлагаешь, – едкое насмешливое замечание вернуло Белл в реальность. – Она не привыкла готовить, стирать и убирать…

– Ах, Диего, мальчик мой, – закатила глаза сеньора Мария. – Все итальянские девушки умеют делать это с пеленок. И даже больше. Подумай об этом, когда решишь жениться!

Торрес в ответ лишь презрительно хмыкнул.

– Пойдем, дорогая, я сварю тебе кофе, – не обращая больше на своего босса внимания, пригласила ее сеньора Мария. – Я испекла к завтраку чудесные слойки с кремом. Диего все равно не ест сладкого, а я готовлю всегда очень много. Хорошо, что внизу офисы – девчонки с удовольствием подъедают мою выпечку.

Белл неуверенно взглянула на Торреса. Тот в ответ лишь пожал плечами и сделал приглашающий жест рукой. Вздохнув, Белл покорно проследовала за женщиной вглубь квартиры.

Зайдя в огромную кухню, она на мгновение лишилась дара речи от восторга. Молочно-белые фасады, выполненные под старину, соседствовали с современной бытовой техникой. А в голубых столешницах из мрамора отражался потолок, украшенный росписью и лепниной.

– Какое чудо, – выдохнула девушка, не заметив, как сеньора Мария лихо подмигнула Диего.

– Настоящая итальянка всегда оценит место, где готовят, – назидательным тоном сказала она, глядя, как Изабелла осторожно дотрагивается до бронзовой ручки одного из ящиков.

– Сюда, моя дорогая, – она указала на накрытый к завтраку стол, стоящий у огромного, во всю стену, окна. Белл шагнула, и тут же почувствовала, как пол ускользает у нее из-под ног. Пытаясь сохранить равновесие, девушка неуклюже взмахнула руками.

– Черт побери, Изабелла! – раздалось рядом с ней ругательство, и она упала. И с удивлением подумала, что удар от падения оказался совсем не таким болезненным, как она ожидала.

– Диего, мой мальчик, я же тебе говорила! – уперев руки в бока, сеньора Мария смотрела куда-то за спину сидящей на полу Изабеллы. – Я тебе говорила, что ты когда-нибудь сам упадешь на этом проклятом мраморном полу! Ты упал! И уронил нашу гостью! Это просто немыслимо!

Белл медленно повернула голову. И натолкнулась на разъяренный взгляд потемневших зеленых глаз Диего Торреса. Своим телом мужчина смягчил ее падение.

– Простите, – с трудом прошептала девушка, делая неуклюжую попытку подняться. – Это моя вина…

– За что ты извиняешься, дорогая? – сеньора Мария протянула ей руку. – Диего едва не раздавил тебя, как таракана, на этом скользком полу, а ты еще извиняешься? Это он должен просить у тебя прощения, негодник! Ты не ушиблась?

Девушка медленно покачала головой. Диего Торрес поднялся вслед за ней, и, резко повернувшись на каблуках, молча вышел из кухни.

– Не обращай внимания, дорогая, – махнула пухлой ладошкой сеньора Мария. – Он переоденется и вернется. Этот мальчишка с детства не выносит ни в чем даже малейшей небрежности. В жизни не встречала такого ответственного и собранного человека. Все у него расписано, все запланировано, все предусмотрено. Даже его женитьба.

И сеньора Мария укоризненно покачала головой.

– Ну вот, скажи мне, – продолжала разглагольствовать женщина, провожая Белл к столу, – как можно заранее знать, в какой день ты женишься? Вдруг ты еще не встретил ту единственную, которая станет твоей женой? А если ты ее встретишь, когда уже будешь женат? Что в этом случае делать?

Белл промолчала, даже в чем-то завидуя этому несносному Диего Торресу. По крайней мере, он был уверен в своем завтрашнем дне и точно знал, что он будет делать. О себе такого она сказать не могла.

– Можешь не распинаться обо мне перед сеньоритой Росси, Мария, – раздался над ее головой сухой надменный голос, и Белл от неожиданности едва не расплескала кофе. – Ее не интересует моя персона.

И сел на противоположном конце стола, демонстративно развернув салфетку.

Огромная кухня погрузилась в тишину.

Глядя в свою чашку, Белл пыталась сообразить, что же ей теперь делать. Она пришла в офис Диего Торреса в надежде получить работу секретарши. Но Диего Торрес решил нанять ее в качестве прислуги. Девушка горько усмехнулась – с его стороны это была весьма утонченная месть за то, что она отказалась стать его любовницей. И глубоко вздохнула, понимая, что выбора у нее нет. На ее счетах почти не осталось денег, через несколько дней ей нужно сделать взнос за квартиру, где они живут вместе с Ларой. Что дальше? Об этом Белл не хотела даже думать.

– Когда я могу приступить к своим обязанностям, сеньора Мария? – спросила она у домоправительницы, которая нарочито громко гремела посудой.

– Что ты сказала? – и голосе Торреса Белл услышала искреннее удивление.

– Работа… – неуверенно повторила девушка, заставляя себя смотреть в лицо мужчины. – Сеньора Мария сказала, что ей нужна помощь по дому…

– И ты готова мыть в моем доме полы и посуду? – красивое лицо Торреса исказила презрительная гримаса.

– Это просто работа, – тихо сказала Белл, с трудом выдерживая его высокомерный взгляд. – За которую я буду получать деньги…

– Значит, тебя интересуют деньги? – зеленые глаза Диего сузились как у хищника, почуявшего дичь. – И на что ты готова ради них, Изабелла?

– Я не готова на то, что вы мне предлагаете, сеньор Торрес, – отрезала Белл, вставая из-за стола. Какую же огромную глупость она совершила, когда послушалась Лару и пришла сюда. – Я лучше буду спать под мостом, голодать, буду ходить в лохмотьях…

– Все имеет свою цену, – вкрадчиво сказал мужчина. – Даже ты.

– Вы… – задохнулась от возмущения Белл.

– Сколько ты зарабатывала моделью, Изабелла? Триста евро в час? Триста пятьдесят? – продолжал свой странный допрос Торрес.

– Пятьсот евро, – процедила сквозь зубы Белл, удивляясь самой себе. Почему она до сих пор стоит здесь и отвечает на его дурацкие вопросы?

– Я предлагаю тебе тысячу евро в час, – спокойно сказал Диего, пристально глядя ей в глаза.

Девушка застыла.

– За что? – с трудом выдавила она из себя спустя несколько минут.

– За эскорт-услуги.

И, заметив ошеломленный взгляд девушки, коротко добавил.

– Только сопровождение. И все.

Белл медленно покачала головой, словно отказывалась верить в то, что слышала.

– Да вас каждая вторая, если таблоиды не врут, готова сопровождать куда угодно, – пробормотала она. – Хоть на Луну. И абсолютно бесплатно.

Сзади громко фыркнула сеньора Мария.

– В этом то вся и проблема, – вздохнул Диего.

– Вы что, – недоверчиво нахмурилась Белл, – сейчас собираетесь жаловаться мне на своих женщин?

Торрес совершенно серьезно кивнул.

– Это какой-то абсурд, – прошептала девушка, отказываясь верить в реальность происходящего. И машинально опустилась на стоящий рядом с ней стул.

– Пойми меня правильно, Изабелла, – медленно начал Диего, тщательно подбирая слова. – Дело вовсе не в количестве женщин, которые меня окружают. Дело… – он на мгновение замялся.

– Дело в том, дорогая, что большинство из этих девиц – законченные идиотки, – встряла в их разговор сеньора Мария. – И нормальному умному мужчине крайне сложно найти общий язык с той, которая на любой вопрос отвечает «Купи мне кольцо с бриллиантом, котик!»

И женщина поставила перед Белл большое блюдо со слойками, обсыпанными сахарной пудрой.

– Но куда я буду вас сопровождать? – совсем растерялась девушка. Мысли путались у нее в голове, и она никак не могла поверить, что у сидящего напротив нее мужчины существует такая проблема. Белл еще раз внимательно взглянула на Диего Торреса, пытаясь понять, что с ним не так.

– Может, вы просто слишком требовательны к своим дамам? – робко предположила она, глядя, как мужчина уверенным жестом стряхивает с рукава пиджака несуществующую пылинку. И с каким-то странным для себя удовольствием отметила, что темный графитовый цвет делового костюма ему очень идет.

– Я бизнесмен с мировым именем, Изабелла, – просто ответил Торрес. – И должен поддерживать свою репутацию в соответствующих кругах. А не портить ее различного рода скандалами и глупыми историями.

– И вы считаете, что я сумею укрепить вашу репутацию? После всего, что написала про меня желтая пресса? – дрожащим голосом спросила девушка.

– В деловых кругах ее не читают, – снисходительно усмехнулся Торрес. – А ты… – и взгляд темных зеленых глаз медленно прошелся по ее лицу. – Ты прекрасно подойдешь на роль моей спутницы. Ты красивая молодая женщина. Достаточно образованная, чтобы поддержать светский разговор. И ты не будешь запускать свои ладони мне под рубашку в разгар деловой беседы с потенциальным партнером, настаивая на немедленном сексе.

Белл на мгновение представила эту сцену и тут же покраснела от смущения.

– Да, не буду, – пробормотала она, старательно пряча от него глаза.

– Мы заключим контракт, Изабелла, в котором будут оговорены все условия твоей работы, – голос Торреса стал жестким. – Это будет сугубо деловое соглашение. Ничего личного.

Девушка кивнула, не в силах выдавить из себя ни слова.

– Я пришлю документы к тебе на дом, как только мои юристы их подготовят, – спокойно сказал мужчина.

– Хорошо, – прошептала Белл, не зная, как реагировать на это необычное предложение. И ей хотелось бы узнать еще одно – почему Диего Торрес предложил ей работу. Чувствовал свою вину в том, что случилось с ней? Пытался хоть как-то исправить последствия своего опрометчивого поступка? Что двигало мужчиной, который с невозмутимым видом сидел напротив нее?

– Изабелла, дорогая, почему ты ничего не ешь? – раздался над ней громкий голос сеньоры Марии, и девушка вздрогнула. – Тебе не понравилось?

Бросив виноватый взгляд на женщину, она торопливо схватила с блюда слойку и надкусила ее. И тут же закашлялась, поперхнувшись сахарной пудрой. Сквозь слезы, выступившие на глазах, она увидела, как Диего Торрес поднялся из-за стола. Кивнув ей на прощание, он широким размашистым шагом вышел из кухни.

– Возьми, дорогая, – сеньора Мария поставила перед ней стакан с водой и положила салфетку. Белл сделала несколько больших глотков, и, вытерев слезы, виновато взглянула на женщину.

– Не обращай внимания, милая, – ободряюще ей улыбнувшись, махнула рукой сеньора Мария. – У Диего весь день расписан по минутам, и даже удивительно, что он умудрился как-то выкроить для тебя немного времени.

– Эта работа, – прошептала девушка, глядя на женщину. – Вам не кажется, что все это очень странно?

Женщина в ответ лишь пожала плечами.

– Если ты хочешь знать мое мнение, милая, то нет. Не кажется.

И, заметив недоуменный взгляд девушки, тяжело вздохнула и опустилась на стоящий рядом стул.

– Это действительно очень серьезная проблема, дорогая. На бедном мальчике лежит огромная ответственность. И в первую очередь перед своей семьей. Титул, который он носит, накладывает на человека определенные обязательства. Его репутация должна быть безупречна. Никаких скандалов, никаких сомнительных историй, ничего, что может опорочить или скомпрометировать его.

– Титул? – растерянно повторила за женщиной Белл. – Какой еще титул?

Сеньора Мария взглянула на нее так, словно Белл спрашивала ее об самых очевидных истинах.

– Он носит титул герцога ди Алвейра. Он – глава одного из самых старых аристократических родов Португалии. Он приходится родственником чуть ли не половине принцев и принцесс Европы. А в придачу ко всему этому Диего еще хорош собой и богат. Представляешь, какую охоту ведут на бедного мальчика женщины? Они пускаются на любые хитрости, чтобы заловить его в свои сети. Три недели назад одна из его бывших подружек позвонила в Португалию бабушке Диего. Не знаю, где она умудрилась найти телефон сеньоры Эстер. Девица заявила, что ждет от Диего ребенка, а тот отказывается признать свое отцовство. У бедной женщины едва не случился инфаркт.

И сеньора Мария выразительно закатила глаза к потолку, показывая, как она ко всему этому относится.

– Может, ему просто надо жениться? – дрожащим голосом предположила девушка. – И тогда все его проблемы с подружками исчезнут сами собой?

Женщина в ответ лишь шумно вздохнула.

– Об этом говорю ему я, его бабушка, его сестра… Но он разве нас слушает? У этого сеньора всегда и на все есть свое собственное мнение. Он, видите ли, еще в молодости принял решение, что женится только после тридцати пяти лет.

– Какая глупость, – пробормотала девушка себе под нос.

– А я что говорю? – воскликнула сеньора Мария. – Женится надо, когда встретил подходящую для создания семьи женщину. А не ждать в надежде, что тебе подвернется кто – то получше.

– Неужели в окружении сеньора Торреса нет ни одной приличной девушки? – Белл с сомнением взглянула на домоправительницу. – Неужели все они – золотоискательницы и авантюристки?

– Конечно, не все, дорогая, – улыбнулась сеньора Мария. – Но ты же знаешь, мужчин! То, что дается легко, очень быстро им надоедает. Им становится скучно. К тому же, ни к одной из тех, с кем Диего встречался, он не испытывал серьезных чувств. Так, мимолетное увлечение на несколько дней. А потом интерес проходил, и он бросал наскучившую ему женщину.

Белл еле заметно кивнула. Диего Торрес решил нанять ее в качестве красивой ширмы, за которой будет прятаться от женщин, скандалов и еще Бог знает чего. Он знал, что совсем не нравится ей, а это значит, что она не будет пытаться соблазнить его или забраться в его постель. Их отношения будут сугубо деловыми, ограниченными строгими рамками заключенного между ними контракта. И он может быть совершенно спокоен за все, что касается его личной жизни. У нее нет ни малейшего желания знакомится с его сестрой или звонить его бабушке.

– Я должна идти, сеньора Мария, – пробормотала девушка, поднимаясь из-за стола.

– Конечно, моя милая, – всплеснула руками домоправительница. – Что ж ты мне раньше не сказала, что своей болтовней я задерживаю тебя? Обязательно обдумай предложение Диего и соглашайся, – торопливо говорила женщина, провожая ее до лифта. – Надеюсь, что мы скоро увидимся.

И порывисто, словно они были давними хорошими знакомыми, обняла девушку.

Белл кивнула и улыбнулась. Предложение Диего Торреса было очень заманчивым. Даже слишком. И именно это больше всего настораживало ее.

Засунув руки в карманы брюк, Диего смотрел в окно. За стеклом ярко светило солнце, теплый летний ветерок перебирал листья на деревьях, вспугивая время от времени сидящих на ветвях птиц, но мужчина не замечал этого. Все его мысли были сосредоточены сейчас на предстоящей сделке. Сделке с Изабеллой Росси.

Он на мгновение прикрыл глаза, чувствуя, как нетерпение волной прошло по коже, оставляя после себя приятный легкий холодок. Ему осталось подождать совсем немного, и та, о которой он так долго грезил, которая приходила к нему во сне, мучая своей недосягаемостью, окажется полностью в его власти.

Диего ни секунды не сомневался в том, что девушка примет его условия. Она же сама сказала, что готова на любую работу, даже самую унизительную, лишь бы ей за нее платили деньги. Убирать дом, мыть посуду… Делать все, что угодно...

Кроме одного…

Самый простой и легкий способ заработать… В котором миллионы женщин не видят ничего предосудительного… Найти себе богатого любовника, который с удовольствием будет оплачивать любые твои фантазии и капризы…

Почему после всего, что с ней случилось, Изабелла не пошла по этому пути? Почему предпочла самый неквалифицированный и низкооплачиваемый труд вместо возможности жить в роскоши и достатке? Ведь сотни мужчин с радостью взяли бы на себя заботу о такой красивой девушке. Даже он…

Ей нужно было просто позвонить…

Но она не сделала этого.

Почему?

Слабая улыбка тронула губы мужчины – он не мог придумать ни одного логического объяснения поступкам этой девушки.

Журналисты затравили ее – а она не сказала ни слова в свою защиту…

Она лишилась работы – и даже не попыталась вернуть ее…

Она имела полное право обвинить его в том, что с ней случилось, и потребовать компенсации…

Но не попросила ни цента и даже не заикнулась о том, что он в чем-то виноват…

Почему?

Этот вопрос мучил его долгими бессонными ночами, когда он безуспешно пытался избавиться от мыслей об Изабелле. Она была полна противоречий и загадок, которые будоражили его воспаленный раздумьями мозг. Он не хотел признаваться себе в этом, но он жаждал встречи с ней. А сегодня увидел ее и…

Она не выглядела сломленной и смиренной. В ее бездонных синих глазах не было даже намека на отчаяние или беспомощность. Словно все грязные слухи и сплетни, которые газеты распускали на протяжении последнего месяца, были совсем не про нее. С гордо выпрямленной спиной и расправленными плечами Изабелла Росси совершенно спокойно смотрела на него, и он невольно ощутил уважение к этой хрупкой девушке. Но кроме уважения было что-то еще. Целая гамма чувств, многим из которых он даже не знал названия, накрыла его с головой. Радостное удивление от того, что она пришла, смешалось с досадой от того, что он ждал ее так долго… Он почти потерял надежду, что когда-нибудь снова увидит ее… Заглянет в настороженные синие глаза, которые растерянно смотрели на него… И даже то, что она была одета в простую джинсовую юбку и свободную легкую кофточку, скрывавшую очертания ее точеной фигуры, странно порадовало его.

– Сеньор Торрес… – нерешительный голос, раздавшийся за его спиной, заставил Диего резко повернуться.

На пороге его кабинета стоял Паоло, держа в руках папку для документов. Не в силах поверить в то, что Изабелла подписала контракт, отосланный ей три часа назад, так быстро, он молча ожидал продолжения.

– Сеньор Торрес, «Партнерсшип Инкоррпорейтед» прислали предварительный контракт на рассмотрение, – неуверенно продолжил Паоло, глядя, как сжались от его слов губы босса. Кивнув на стол, куда Паоло тут же положил документы, Диего снова повернулся к окну.

Что вообще с ним происходит? Деловое партнерство, которое принесет ему сотни миллионов прибыли, которое он готовил почти год, его сейчас совсем не интересовало. Больше всего на свете его сейчас волновало только одно – когда Изабелла подпишет контракт.

Сидя за столом, Белл бессмысленным взглядом смотрела на контракт, лежащий перед ней. Позавчера курьер «Торрес Групп» принес его, сказав, что на конверте есть телефон для связи. Как только документ будет подписан, он заберет его. «Время не имеет значения, мисс, – курьер, молодой симпатичный блондин ослепительно ей улыбнулся. – Вы можете позвонить мне хоть ночью. И не бойтесь, что побеспокоите меня своим звонком. Мистер Торрес оплачивает своим сотрудникам любые неудобства...».

Белл еле заметно кивнула головой, мысленно соглашаясь с курьером. Контракт, подписанный Диего Торресом, доказывал это.

– Ну сколько ты еще собираешься думать, Белл? – звонкий голос Лары, раздавшийся за ее спиной, заставил девушку вздрогнуть. – Парень предложил тебе работу, за которую половина женщин планеты готова не только переспать с ним, но в благодарность еще и убить кого-нибудь! Тысяча евро в час! Даже когда ты спишь! – Лара мечтательно закатила глаза, а затем расхохоталась.

– Да я сама готова убить тебя за такую работу!

И, заметив, что девушка в ответ даже не улыбнулась, тяжело вздохнула. Опустившись на стул, она сжала руки Белл, лежащие на столе, заглянула ей в лицо.

– Скажи мне, что тебя так беспокоит? Ведь ты ходила к юристу! Он же тебе сказал, что контракт предельно ясный, в нем нет никаких подводных камней, которых ты могла бы опасаться…

– Я не могу сама расторгнуть его… На это имеет право только работодатель, – Белл старалась не думать о Торресе, как о мужчине, с которым она будет проводить все свое время. От этой мысли ей становилось очень тревожно, а в памяти возникали его потемневшие зеленые глаза, четко очерченные губы, длинные сильные пальцы, переплетающиеся с ее пальцами…

– Ха! – фыркнула Лара, давая понять, что все это мелочи, на которые не стоит обращать внимания. – Не думаю, что твоя так называемая работа продлится долго!

Белл непонимающе подняла на нее глаза.

– Ты же сама мне рассказывала, что он собрался жениться в тридцать пять лет, – пояснила Лара. – А ему сейчас тридцать четыре. Год, ну, может, полтора, ты с ним промучаешься! А потом он женится! И все! Ты – свободная и богатая – сможешь делать все, что угодно!

– Все это очень странно, Лара, – тихо сказала девушка, осторожно вытаскивая свои руки из ее ладоней. – Он готов платить мне тысячу евро в час, готов оплачивать еду и брендовую одежду, путешествия и перелеты… И только ради того, чтобы я была с ним круглые сутки? Жила в его доме? Сопровождала его в поездках? Зачем?

– Господи, Белл, – не выдержала Лара, – своими вопросами ты сведешь с ума кого угодно! Сеньора Мария тебе же все объяснила! Даже я поняла! У этого парня большие проблемы! Он устал от всех этих пронырливых, жадных до денег баб, которые толпами вьются вокруг него! Он просто хочет немного отдохнуть, расслабиться рядом с той, которая не будет все время лезть ему в штаны! Но взять кого попало на эту работу, сама понимаешь, он тоже не может! Никто не поверит, если рядом с ним будет какая-нибудь дурнушка, даже если она сама доброта и тысячу раз замечательный человек! Он же мужчина! А они всегда думают не тем веществом, которое вложено в их черепную коробку! А ты идеально подходишь на эту роль! К тому же, ты сейчас безработная! И отказываться от денег, которые сами плывут тебе в руки – это просто верх глупости!

– Там есть один пункт, который мне совсем не нравится, – сказала Белл, словно не слышала, о чем только что говорила Лара.

– Интересно, какой? – скептически поинтересовалась Лара.

– Тот, в котором говорится, что я должна подчиняться любому требованию работодателя, – старательно отводя взгляд от подруги, прошептала девушка.

– Ох, Белл! – всплеснула руками Лара, без труда разгадав то, о чем никак не решалась сказать девушка. – Опять ты за свое! Да не будет он склонять тебя к сексу! Все постельные отношения – строго по обоюдному согласию! Там же есть специальная оговорка, касающаяся этого вопроса!

– Месяц назад этот мужчина похитил меня именно для секса! А он не похож на человека, который легко отказывается от своих планов! – упрямо возразила Белл.

– Все! – вскочила из –за стола Лара. – Я больше не могу! Красивый парень готов платить тебе 24 тысячи евро в сутки, а ты думаешь уже третий день! Ты посчитала, сколько это будет за месяц? А за год? Этот Диего Торрес готов отвалить тебе почти девять миллионов за год, чтобы ты просто попозировала с ним фотографам на каком-нибудь благотворительном балу! Надо быть законченной идиоткой, чтобы отказаться от подобного предложения!

– Я не отказываюсь… – робко прошептала Белл.

– Тогда подписывай! – схватив со стола ручку, Лара решительно протянула ее девушке. – Хватит уже думать!

Белл осторожно взяла ручку.

– Вот! – ткнула Лара пальцем в страницу. – Тут. А еще тут и тут.

Белл на мгновение прикрыла глаза, пытаясь справиться с сомнениями, которые ее одолевали последние три дня.

Деньги, которые предлагал ей Диего Торрес, избавили бы ее от многих проблем. Она смогла бы обеспечить будущее Кьяры. Смогла бы закончить учебу и потом найти себе вполне приличную работу. Смогла бы вернуться домой, в Италию. Деньги Торреса открывали перед ней бесчисленные перспективы. И лишь один вопрос все время останавливал ее – зачем? Зачем он это делает? Предлагает ей такие огромные деньги? Она согласилась бы и на сумму в десять раз меньше…

– Белл? – голос Лары, полный нетерпения, раздался над ее головой. Открыв глаза, девушка взглянула на палец подруги, который указывал ей, где нужно поставить подпись.

– В конце концов, это просто работа, – сказала она, пытаясь задавить последние сомнения. И торопливо, словно боялась, что в любой момент может передумать, поставила подписи напротив своего имени.

– Мисс Росси! – рассмеялась Лара, собирая листы контракта в папку. – Поздравляю вас! С завтрашнего дня вы чертовски богаты!

Но Белл почему-то не разделяла настроя Лары, которая так искренне радовалась сейчас за нее. Глядя на подругу, которая размахивала над головой подписанным контрактом, словно выигравшим джек-пот лотерейным билетом, девушка уныло думала о том, что она будет жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

Мягкая трель звонка разбудила его. Оторвав голову от подушки, Диего взглянул на электронные часы, красным глазом дракона горевшие в темноте. Они показывали начало первого ночи. Коротко выругавшись, он взял трубку.

– Мистер Торрес, Ларри привез вам пакет, – спокойный голос охранника окончательно развеял остатки сна. – Я не хотел вас будить, но Ларри настаивал, что это очень срочно. Простите.

С трудом удержавшись от того, чтобы вскочить и бежать вниз, Диего коротко сказал.

– Положи пакет в лифт и отправь на мой этаж, Томас. Я позвоню, как получу его.

И бросил трубку.

Встав с постели, он медленно спустился по лестнице, чувствуя, как от нетерпения сердце гулко бухает о ребра. Ларри привез контракт, но Диего даже не хотел думать о том, что Изабелла отправила его назад неподписанным. Он сделал ей такое щедрое предложение, от которого просто невозможно было отказаться. Губы мужчины изогнула саркастическая улыбка – от Изабеллы Росси можно было ожидать чего угодно. И все же, он надеялся, что жадность и любовь к деньгам, свойственные всем женщинам, сыграют свою роль.

Подойдя к лифту, Диего замер. Он почти слышал, как кабина медленно, этаж за этажом, поднимается вверх. Напряжение внутри него достигло своего предела – он ждал так долго, что сейчас каждая секунда была для него мучительной. Мужчина с силой сжал ладони в кулаки – желание ударить по гладкой полированной двери лифта было просто невыносимым. Ну почему он так медленно едет?

С мягким щелчком двери лифта разъехались в разные стороны. В центре кабины, освещенная холодным электрическим светом, лежала тонкая пластиковая папка. Не сводя с нее глаз, Диего шагнул вперед.

Кто бы мог подумать, усмехнулся мужчина, поднимая ее, что эти несколько белых листов внутри зеленой пластиковой папки лишат его покоя. Три дня он думал лишь о том, согласится Изабелла с его условиями или нет. Он не мог нормально работать, не мог есть, спать… Как будто от этого зависела его дальнейшая судьба… От мысли, что она согласится, все замирало внутри в сладком предвкушении… Но тут же память, словно издеваясь над ним, напоминала ему о том, что он совсем не нравится этой девушке… И Диего чувствовал, как пальцы сами сжимаются в кулаки в бессильной ярости…

– Мистер Торрес? – голос охранника, полный неподдельного изумления, заставил его вздрогнуть. Повернув голову, Диего уставился на поджарого невысокого мужчину, одетого в форму. Оправившись от изумления, тот неуверенно спросил.

– Что-то не так с документами, мистер Торрес? Мне позвонить Ларри и вернуть его назад?

– Нет, – медленно покачал головой Диего. – Все нормально, Томас. Не беспокойся.

– Ага, – кивнул тот, старательно глядя куда-то мимо босса. – Спокойной ночи, мистер Торрес.

– Спокойной ночи, Томас, – пробормотал Диего, нажимая кнопку своего этажа. Двери лифта плавно сомкнулись, и мужчина понял, почему охранник так тщательно отводил от него взгляд.

– Да, – пробормотал Диего, глядя на свое отражение в отполированных стальных дверях лифта. – Таким мои служащие меня еще не видели…

Взъерошенные волосы, торчащие в разные стороны, обнаженный торс, серые мешковатые штаны, едва держащиеся на бедрах, босой – он никогда не позволял себе появляться в подобном виде даже перед родственниками. Мужчина с ненавистью взглянул на пластиковую папку – Изабелла Росси довела его до такого состояния. Мгновенно разозлившись от этой мысли, он с яростью вытащил документы из папки.

Он не заметил, как лифт остановился на его этаже, как двери разъехались в разные стороны, как они снова закрылись, и кабина медленно пошла вниз. Словно завороженный, Диего смотрел на изящную подпись Изабеллы, которую она поставила рядом со своим именем. Не веря тому, что он видит, мужчина с силой протер глаза и еще раз взглянул на документ. Подпись Изабеллы никуда не исчезла.

– Сэр? – теперь в голосе Томаса звучала неподдельная тревога.

– Все нормально, Томас, – ослепительно улыбнулся ему Диего и помахал документами. – Я просто зачитался…

– Я могу проводить вас, сэр… – неуверенно предложил охранник, словно не сомневался в том, что босс опять забудет выйти на своем этаже.

– Не стоит, – Диего чувствовал, как его губы сами расплываются в улыбке.

– Обращайтесь, если у вас возникнут какие-то проблемы, сэр, – пробормотал Томас.

Проблемы? Какие у него могут быть проблемы? Проблемы теперь появятся у Изабеллы Росси! А у него все чудесно, замечательно и великолепно!

Он подмигнул своему отражению, которое с глуповатой улыбкой смотрело на него, и громко расхохотался. Радость, опьяняющая, словно крепкое молодое вино, побежала по венам. Он словно выиграл джек-пот, получил самый долгожданный подарок, нашел клад… Он не мог подобрать слов, чтобы описать то, что сейчас чувствовал.

– Свет! – крикнул Диего, выйдя из лифта, и огромная гостиная тут же вспыхнула сотней огней. Положив контракт на один из журнальных столиков, мужчина танцующей походкой направился в кухню.

Кухня была слабо освещена светильниками, вмонтированными в стены, но Диего этого было достаточно. Подойдя к специальному холодильнику, в котором хранилось несколько десятков бутылок вина, мужчина достал оттуда «Тейлорз Тони» сорокалетней выдержки. Это именно то, что надо, ухмыльнулся Диего, чтобы отметить такое знаменательное событие. Налив себе темной ароматной жидкости в бокал, он вернулся назад, в гостиную, и взял с журнального столика документ. Глядя на подпись девушки, он медленно, маленькими глотками, пил портвейн.

– Мне очень жаль, Изабелла, – пробормотал мужчина, когда бокал опустел. – Действительно, очень жаль…

Вцепившись обеими руками в ремень рюкзака, висевшего у нее на плече, Белл стояла посреди гостиной Диего Торреса. Утром за ней заехала машина, и Лара проводила ее до дверей, посоветовав на прощание не спорить и не ссориться с новым работодателем. Вспомнив слова подруги, девушка нервно рассмеялась – она с легкостью выполнит все наставления Лары. Потому что спорить и ссорится здесь ей было совершенно не с кем – огромная квартира Торреса была пуста.

– Здесь есть кто-нибудь? – неуверенно спросила Белл, надеясь услышать со стороны кухни звонкий голос сеньоры Марии. Но вокруг стояла звенящая тишина. Здесь неслышно было даже шумных офисов, расположенных внизу.

Девушка тяжело вздохнула и сняла рюкзак с плеча. Настороженно оглянувшись, словно ее мог кто-то увидеть, она положила его на одно из кресел. Засунув руки в карманы шорт, Белл медленно пошла по гостиной, разглядывая обстановку.

В огромной комнате с высокими потолками не было ничего лишнего. Кожаный диван перед гигантским, висящим на стене телевизором, низкий журнальный столик, на котором в вазе лежало несколько зеленых яблок, камин за стеклом. И окна от потолка до пола. Белл осторожно подошла к одному из них и посмотрела вниз. Голова тут же закружилась, и девушка испуганно отпрянула назад – она с детства боялась высоты.

Отвернувшись от окна, она еще раз осмотрела огромную гостиную, и обреченно вздохнула. Похоже, ее новый работодатель совершенно забыл про нее, уныло подумала девушка, направляясь к дивану. Она совсем одна в этой огромной квартире и даже не знает, как отсюда выбраться. А если Диего Торрес куда-то уехал? И сеньора Мария тоже не придет? Белл сглотнула, чувствуя, как липкий озноб страха пробежал вдоль позвоночника. Ей совсем не хотелось провести здесь несколько дней в полном одиночестве.

– Эй! – громко крикнула она, пытаясь избавиться от нарастающей ураганом тревоги. – Здесь есть кто-нибудь?

Но все ее надежды на то, что кто-то отзовется, были тщетны. Она оказалась заперта, словно в ловушке, в квартире Диего Торреса, и совершенно не знала, как ей отсюда выбраться.

Может, ей позвонить Ларе? Белл схватила с кресла свой рюкзак и дрожащей рукой вытащила из него телефон. Но что она скажет? Что Диего Торрес запер ее в своей квартире, а сам куда-то уехал?

Белл на мгновение прикрыла глаза, прекрасно зная, что ответит ей Лара. Что этот человек платит ей сумасшедшие деньги, что такая удача случается лишь раз в жизни и то не со всеми, что она должна терпеливо относится к причудам своего работодателя и если он вдруг случайно забыл про нее – то какая разница? Главное, чтобы он не забывал переводить деньги на ее счет – а так пусть делает что хочет!

Девушка еле слышно вздохнула и отложила телефон в сторону. В конце концов, это просто работа. За шесть лет работы в модельном бизнесе ей приходилось терпеть и гораздо худшие условия. Спать в аэропортах в ожидании самолета… Или умирать от жары на съемках в пустыне… Тщательно изображать радость от катания на лыжах, когда от холода трясет так, что с трудом стоишь на ногах… Есть раз в сутки, а то и вообще не есть, потому что завтра надо демонстрировать бикини…

От этих мыслей настроение Белл резко пошло в гору. Пустая квартира казалось уже не такой огромной, а тишина, царящая в ней, совсем не зловещей. Она найдет, чем развлечь себя, подумала девушка, доставая из рюкзака учебник по социологии и толстую тетрадь. Скинув балетки, она легла на мягкий ковер с длинным пушистым ворсом, положила перед собой тетрадь и открыла учебник. И лукаво усмехнулась – Диего Торрес, сам того не подозревая, поможет ей поскорее закончить колледж и получить диплом.

Поднимаясь в лифте на тридцать пятый этаж, Диего раздраженно думал о том, что этот день не задался с самого утра. Ему пришлось срочно вылететь в Афины, чтобы лично уладить некоторые щекотливые вопросы, касающиеся инвестиций в порт Пирей. Затем обед с одним из деловых партнеров, который затянулся на три часа. Потом его самолету долго не давали разрешения на вылет… Мужчина взглянул на наручные часы и еле слышно выругался – они показывали два часа ночи. Не самое подходящее время для того, чтобы проводить собеседование со своей новой сотрудницей.

В том, что Изабелла Росси сейчас в его доме, Диего даже не сомневался. Контракт, подписанный ею, ставил одним из обязательных условий круглосуточное нахождение рядом с ним или на его территории. Только в этом случае девушка получает обещанные деньги. А Изабелла Росси – и нехорошая улыбка исказила четко очерченные губы мужчины – очень любит деньги.

Двери лифта плавно разъехались в стороны, и Диего шагнул вперед. Он думал, что увидит манекенщицу, с нетерпением ожидающую его, но в огромной гостиной царила темнота.

Мужчина еле заметно усмехнулся – у этого нелепого суетливого дня просто не могло быть другого конца. Изабелла Росси, так и не дождавшись его, вернулась домой. Рука сама собой потянулась к трубке телефона, висящего на стене – желание узнать у охранника, во сколько ушла девушка, было просто невыносимым. Сделав над собой усилие, Диего отдернул ее. Еще несколько часов ожидания для него уже ничего не изменят. А Изабелла завтра утром узнает, что бывает с теми, кто посмел нарушить хотя бы один пункт договора, заключенного с Диего Торресом.

Резко повернувшись, мужчина направился к лестнице, ведущей в спальню. Непонятная злость темной удушливой волной поднималась в нем, мешая дышать. Как она осмелилась в первый же день нарушить одно из основных условий контракта? Или она думает, что она – какая-то особенная? Что ей можно делать все, что угодно, раз для окружающих его людей она будет подружкой Диего Торреса?

Мужчина с силой рванул узел галстука, ослабил его. Вдохнув полной грудью, он еле заметно покачал головой. Изабелла Росси раз и навсегда должна усвоить, что каждое его слово для нее – закон. Что она точно такой же его служащий, как те, кто работает в его огромной компании. Что она так же, как и все остальные, должна повиноваться каждому его слову. И если он приказал ей сидеть и ждать его – значит, она будет сидеть и ждать его. Сколь бы долгим ни было это ожидание. И не будет никаких исключений из этого правила. Ни для кого.

Тихий, еле слышный, вздох раздался так внезапно, что Диего от неожиданности споткнулся. Рассеянный уличный свет, проникающий сквозь высокие окна, позволял видеть лишь силуэты предметов, находящихся в огромной комнате. Затаив дыхание, мужчина прислушался. Вздох повторился, к нему добавился слабый шорох бумаги. Звуки шли из-за дивана, и Диего осторожно, стараясь ступать бесшумно, сделал несколько шагов вперед и включил свет.

Все это ему просто снится, убеждал его внутренний голос. Это просто галлюцинация, игра воображения, распаленного мыслями об Изабелле Росси. Но он отказывался ему верить.

На белоснежном ковре спала девушка. Одна рука была подложена под голову, вторая лежала на раскрытой книге. Диего скользнул взглядом по длинным обнаженным ногам в коротеньких шортиках, по высокой груди, обтянутой простой трикотажной майкой, по волосам, разметавшимся по ковру, и почувствовал, как кровь зашумела у него в голове. Желание, словно внезапный удар невидимого убийцы, так сильно обожгло его, что он с трудом удержался на ногах.

– Проклятье, – процедил мужчина сквозь зубы, не в силах отвести глаза от спящей девушки. Усталость и злость, которые он испытывал несколько минут назад, ушли, сменившись сильным возбуждением. И что ему сейчас делать, Диего совершенно не представлял. Мысль о том, что он может подняться в свою спальню и лечь спать вызвала на губах мужчины саркастическую ухмылку. Как можно спокойно уснуть, когда у тебя в гостиной находится такая восхитительная женщина?

Разбудить ее?

Но он был совсем не уверен, что сможет контролировать себя. Диего взглянул на приоткрытые губы девушки и судорожно сглотнул. Желание впиться поцелуем в ее ярко-алый ротик было невыносимым.

Решение пришло мгновенно. Шагнув к дивану, он взял несколько подушек и бросил на ковер рядом с Изабеллой. Снял ботинки и пиджак, развязал галстук. Опустившись рядом со спящей девушкой, он осторожно подложил под ее голову подушку, проведя ладонью по темным густым волосам. Словно почувствовав его прикосновение, девушка пошевелилась, и Диего замер, пытаясь сообразить, что сказать, если она откроет глаза. Но в голову не приходило ни единого подходящего этой странной ситуации слова.

Со стороны все это выглядит довольно смешно, мрачно подумал мужчина, опуская голову на подушки. У него наверху пять пустых спален, а он, словно бродячая собака, устроился на полу. И во всем опять виновата она. Он взглянул на спящую рядом Изабеллу. С первого дня, как он ее увидел, он совершает одни лишь безрассудные поступки. И не может объяснить даже себе, зачем он все это делает. Вокруг него полно обольстительных красоток, которые сочтут за счастье провести с ним время. Почему же он, как последний дурак, зациклился на Изабелле Росси? Почему он даже не может представить рядом с собой другую женщину? Что в ней такого особенного, что он никак не может выкинуть ее из своей головы?

Почему?

– Mamma mia, Диего! Сhe sta succedendo qui?

Громкий возмущенный голос, прогрохотавший над ее головой, разбудил Белл. С трудом повернув затекшую от неудобной позы шею, девушка уставилась в зеленые глаза, все еще затуманенные сном. И порывисто села, глядя расширившимися от изумления глазами на лежащего на ковре Диего Торреса.

– Я вас спрашиваю еще раз, что здесь происходит? – уперев руки в бока, сеньора Мария с подозрением переводила взгляд с мужчины на девушку.

– Мария, иногда мне кажется, что это ты мой босс, а не я –твой, – проворчал Торрес, поднимаясь на ноги. И протянул руку сидящей на ковре Изабелле. Неуверенно взглянув на домоправительницу, Белл осторожно вложила свои пальцы в раскрытую ладонь мужчины.

– Нет, вы только посмотрите на него! – продолжала громко возмущаться сеньора Мария, глядя на стоящих перед ней Диего и Изабеллу. – Заставил спать на полу бедную девочку, и сам улегся рядом! Тебе должно быть стыдно! Так грубо обращаешься со своей гостьей!

– Мария… – попробовал перебить ее Диего.

– Это я виновата, сеньора Мария, – прошептала Белл, опуская глаза. – Я читала книгу и случайно заснула… Ковер очень мягкий и я…

Она замолчала, не зная, что ещё можно сказать.

– Диего мог хотя бы перенести тебя на диван, дорогая, – поджала губы домоправительница.

– В следующий раз я именно так и сделаю, – отрезал тот, давая понять, что устал от этого пустого разговора. И повернулся к девушке.

– Переоденься. Я жду тебя здесь через полчаса. Мария покажет тебе твою комнату.

– Простите меня, сеньора Мария…– стараясь не смотреть на женщину, пробормотала Белл.

– Ничего не говори, дорогая! – замахала на неё руками женщина. – Ты ни в чем не виновата! Это все он! Несносный мальчишка!

И с любовью взглянула в сторону лестницы, по которой медленно поднимался Торрес.

– Непонятно, что происходит с этим парнем в последнее время, – задумчиво сказала домоправительница. – Он стал сам на себя не похож… Спал на полу… Невероятно…

И она укоризненно покачала головой.

– Сеньора Мария, – робко напомнила о себе Белл.

– Прости, дорогая, я совсем забыла про тебя, – всплеснула руками женщина. – Пойдем со мной, я провожу тебя в твою комнату.

Идя за домоправительницей Торреса, Белл пыталась ответить хотя бы на один из сотни вопросов, которые бесконечно крутились у нее в голове.

Когда он вернулся?

Почему не разбудил ее?

Зачем лег спать рядом с ней?

– Изабелла, – сеньора Мария внезапно остановилась, и, Белл, споткнувшись, едва не налетела на женщину.

– Простите меня, – смущенно пробормотала девушка. – Я просто задумалась…

– Тут есть о чем подумать всем нам, – многозначительно сказала домоправительница, окинув пристальным взглядом майку, плотно обтянувшую грудь девушки, и коротенькие джинсовые шортики. – Твоя комната наверху.

И она указала рукой на лестницу, уходившую в потолок.

– Спасибо, сеньора Мария, – прошептала девушка, испытывая странную неловкость перед этой доброй женщиной. На секунду представив, какую сцену увидела сегодня утром домоправительница и что она подумала, Белл жарко покраснела.

– Я не знала, что сеньор Торрес спит рядом, – пытаясь хоть как-то оправдаться, еле слышно сказала она. – Я уснула до того, как он пришел. И я не знаю, почему он…

– Дорогая, пожалуйста, не пытайся объяснить то, что объяснить невозможно, – женщина ласково провела ладонью по ее щеке. – Просто прими душ и переоденься. И постарайся сделать это как можно быстрее. Диего очень не любит ждать.

Белл молча кивнула и осторожно взялась за кованые перила лестницы.

– Смелее, – подбодрила ее сеньора Мария.

Поднимаясь по лестнице, девушка старалась не думать о том, почему Диего Торрес провел ночь рядом с ней. Старалась не вспоминать, каким хищным взглядом он смотрел на нее месяц назад на своей яхте. И что будет, когда они опять останутся вдвоем в этой огромной квартире?

От этой мысли Белл остановилась, чувствуя, как у нее все плывет перед глазами. Судорожно вцепившись обеими руками в перила лестницы, она на мгновение прикрыла веки.

– Успокойся! – мысленно приказала она себе. – С тобой ничего не случится. Просто поживешь здесь немного, получишь свои деньги и вернешься домой. Это просто работа. Работа! И все!

Белл глубоко вздохнула, пытаясь унять бешено бьющееся о ребра сердце. В этой странной запутанной ситуации вопросов было гораздо больше, чем ответов. И она была совсем не уверена, что хочет знать эти ответы.

– Достаточно! – вслух сказала она, пытаясь заглушить внутренний голос, упрямо нашептывавший ей о том, что Диего Торрес не просто так заключил с ней этот необычный контракт. Что он преследует еще какую-то цель, известную только ему одному. И что ей нужно быть очень осторожной, когда она опять останется с ним наедине.

– Достаточно! – с нажимом повторила девушка. – Все это просто чушь!

– Ты что, читаешь заклинания? Или это молитва против злых духов? – раздался снизу насмешливый голос и Белл, вздрогнув, испуганно открыла глаза.

– Я просто разговаривала… – растерянно прошептала она, глядя на стоящего у основания лестницы мужчину. И удивленно моргнула: Диего Торрес выглядел совсем не так, как несколько минут назад, когда они расстались. Темные волосы блестели от влаги, лицо было посвежевшим и чисто выбритым, рубашка и костюм – другие. И он совсем не был похож на человека, который провел свою ночь спящим в неудобной позе на полу.

– Двадцать минут из отпущенного тебе времени прошли, Изабелла, – коротко взглянув на часы, сухо сказал Торрес. – Мое время очень дорого стоит. И я не привык, чтобы кто-то тратил его впустую.

– Простите, – пробормотала девушка, старательно отводя глаза в сторону.

– У тебя десять минут, – и в его голосе Белл услышала четкий приказ. Торопливо кивнув, она преодолела последние ступеньки лестницы, ведущие в комнату.

– Дверь в ванную комнату слева, – холодно сказал Торрес ей вслед.

– Десять минут… – презрительно передразнила мужчину Белл, на ходу стаскивая с себя майку и лифчик, расстегивая шорты. – Я могу переодеться за две минуты, высокомерный ублюдок. Профессия у меня такая…

Отшвырнув одежду в сторону, она распахнула левую дверь.

Огромная ванная комната была похожа на шкатулку с аметистами. Стены от пола до потолка были выложены нежно-сиреневой мозаикой, переливавшейся в свете хрустальных светильников всеми оттенками – от ярко-розового до фиолетового. Душевая кабинка, ванна, похожая на маленький бассейн, сиреневые полотенца всех размеров – Белл с удивлением рассматривала этот шедевр интерьерного дизайна.

– Восемь минут, – раздался из –за двери надменный голос. И Белл рванула к душевой кабинке.

От холодной воды, потоком хлынувшей ей на голову, девушка съежилась. Нащупав дрожащей рукой флакон с шампунем, она с силой выдавила его себе в ладонь. Намыливая голову, она уныло думала о том, что Диего Торрес решил получить сполна за свои деньги, гоняя ее по своему дому. Кое-как промыв тяжелые длинные пряди, Белл выскочила из кабинки, срывая с вешалки первое попавшееся полотенце и на ходу оборачивая его вокруг себя. Времени вытирать волосы уже не было. Распахнув дверь ванной комнаты, она стремительно выбежала наружу.

Что произошло дальше, она поняла не сразу. И опомнилась лишь тогда, когда уставилась в ярко-зеленые глаза лежащего под ней мужчины.

– П-простите… – запинаясь, пробормотала девушка, глядя на тяжелые капли воды, падающие с ее волос на лицо Диего. Судорожно сжимая ладонями концы полотенца, которое почему-то оказалось очень коротким, она попыталась встать. Но мужчина не дал ей этого сделать.

– Сеньор Торрес… – с трудом прошептала Белл, чувствуя, как от двусмысленности ситуации краска смущения медленно расползается по ее лицу. – Пожалуйста… Отпустите меня…

– Сначала я хочу кое-что объяснить тебе, – и он с силой прижал ее к себе. – Некие правила, которым ты должна все время следовать…

Белл сглотнула и послушно кивнула головой, обдав лежащего под ней Диего сотнями капель воды.

– Во-первых, – медленно начал мужчина, – перестань обращаться ко мне так, как будто я твой босс…

Но вы и есть мой босс, хотела сказать Белл, но, заглянув в опасно сузившиеся глаза мужчины, решила, что лучше промолчать.

– Называй меня по имени…

– Хорошо, – выдавила девушка.

– Назови, – приказал мужчина.

– Диего…

Темная бровь Торреса скептически поползла вверх.

– Мне не нравится. Ты произносишь мое имя так, как будто я тебя бью. Давай еще раз.

– Диего…

– А теперь окружающие нас люди решат, что я растяпа и идиот, которому все время нужна нянька…

– Диего… – беспомощно выдохнула девушка, совершенно не понимая, как ему угодить.

– Уже гораздо лучше, – похвалил ее мужчина. – В твоем голосе я слышу обожание и почтение ко мне. Во-вторых, ты должна вести себя со мной естественно при посторонних людях…

И, заметив непонимание, отразившееся в больших глазах Белл, неторопливо пояснил.

– Для всех ты будешь моей девушкой, Изабелла. А это значит, что я в любое время могу обнять тебя. Или поцеловать на глазах у всех. И ты должна делать вид, что мои прикосновения и знаки внимания тебе чертовски приятны. А не шарахаться в сторону, как от прокаженного…

Длинные темные ресницы девушки испуганно запорхали над округлившимися синими глазами.

– Сеньор Торрес, я…

– Диего, – поправил ее мужчина.

– Диего, – покорно повторила за ним Белл. – Я… Я…

– Я все понял, – перебил ее Торрес. – Нам надо немного потренироваться. Займемся этим в самое ближайшее время.

Белл ошеломленно молчала.

– В-третьих, – невозмутимо продолжил мужчина, словно они вели светскую беседу за чашечкой чая. А не лежали на полу, она на нем. Причем Белл все время опасалась, что из-за какого-нибудь неловкого движения проклятое полотенце соскользнет с нее, и она останется совершенно голой.

– В-третьих, ты будешь одеваться так, как принято одеваться в высшем обществе. Никаких джинсов и футболок. Никаких кроссовок и рюкзаков. Никаких забранных в хвост грязных волос. Только стильные платья и костюмы, туфли на каблуках, прическа. Я не хочу, чтобы мое имя ассоциировалось с грязнулей с дурным вкусом. Если тебе нужен личный консультант…

– Не нужен, – отрезала девушка, зло сверкнув глазами. – Я сама прекрасно со всем справлюсь.

– Чудесно, – уголки четко очерченных губ мужчины приподнялись в насмешливой улыбке.

– С правилами все? – деревянным голосом уточнила Белл, чувствуя, как полотенце предательски выскальзывает у нее из пальцев.

– Пока да, – улыбка Диего стала еще шире.

– Тогда отпустите меня. Я должна одеться.

– Зачем? – невинно поинтересовался мужчина, а Белл почувствовала, как его сильные ладони сжали ее талию.

– Затем, что ваше время стоит очень дорого, сеньор Торрес, – не могла удержаться от язвительного выпада девушка. Пятнадцать минут назад он отчитал ее за то, что она впустую тратит его время, а теперь лежит вместе с ней на полу, и, по-видимому, никуда особенно не торопится.

– Но это мое время, – и Белл совсем не понравилась искушающая улыбка на его губах. – И я сам решаю, на что его тратить.

И, чуть помедлив, тихо добавил.

– Или на кого…

Белл боялась шевельнутся, боялась вздохнуть, глядя в темные зеленые глаза лежащего под ней мужчины. Она чувствовала его сильные горячие руки на своей талии, чувствовала, как тяжело бьется его сердце, чувствовала его теплое дыхание на своем лице. И понимала, что он не намерен выпускать ее из своих объятий.

– Изабелла… – прошептал он, и девушка закрыла глаза, на мгновение поддавшись чарам его тихого голоса.

– Мадонна! Опять!!! – громкий голос, раздавшийся над их головами, заставил Белл открыть глаза. Сжавшись в комок, она беспомощно уставилась на Диего, чувствуя, как его руки еще сильнее прижали ее к мужскому телу.

– Не бойся Марию, – насмешливо сказал он, скользнув по ее щеке губами. Белл хотелось думать, что это была всего лишь случайность. – Она просто слишком громко разговаривает. А так она очень добрая.

И повернулся на бок, осторожно положив девушку рядом. Поднялся на ноги и протянул раскрытую ладонь Белл. Испуганно переводя взгляд с домоправительницы на Диего, девушка вложила свои пальцы в его руку, второй рукой пытаясь удержать полотенце.

– Прежде чем ты начнешь кричать на весь Лондон о том, что я распутник, совращающий невинных девушек, – начал Торрес, упреждая сеньору Марию, которая была готова разразиться возмущенной тирадой. – Послушай меня. Все это случайность, и больше ничего. Изабелла поскользнулась, выходя из ванной комнаты и…

– И вы снова оказались на полу, – сухо закончила за мужчину домоправительница.

– Мария, – и в спокойном вкрадчивом голосе Торреса, стоящего рядом с ней, Белл ясно услышала предупреждение.

– Я возвращаюсь на кухню! – демонстративно повернувшись к ним спиной, заявила сеньора Мария. Белл виновато взглянула на стоящего рядом мужчину.

– Простите, – прошептала девушка.

Диего медленно повернул к ней голову. Под его пристальным потемневшим взглядом она неловко попятилась, чувствуя, как полотенце медленно выскальзывает из ее онемевших пальцев.

– Гардеробная справа, – сухо сказал мужчина. – Оденься в деловом стиле.

– Да, босс! – хотелось крикнуть Белл в спину уходящего Торреса. Это мужчина, по-видимому, думает, раз он платит ей деньги, то именно он будет решать, во что ей одеваться и сколько минут принимать душ. Он что, командует так всеми своими служащими? Вмешивается во все их дела? И эти бедняги вынуждены ему подчиняться! Белл медленно покачала головой – похоже, эта работа будет совсем не такой легкой, как она себе представляла. И ей придется отработать каждый цент, выполняя абсурдные капризы своего странного работодателя.

Сидя за столом, Диего не сводил пристального взгляда с дверного проема. Медленно текли минуты, а Изабеллы Росси все не было. Мужчина с силой сжал зубы, чувствуя, как злость тяжелым черным туманом застилает ему разум. Он злился буквально на всех. На себя – за то, что совершал одну глупость за другой. На Изабеллу – за то, что она специально или случайно все время провоцировала его на эти глупости. Зачем, зачем он все это делает? Зачем уснул с ней рядом? Зачем пошел за ней в спальню? Зачем лежал на полу, ощущая каждой своей клеточкой приятную тяжесть ее хрупкого стройного тела? Зачем?

– Ваш кофе, сеньор Торрес, – врезался в его размышления сухой официальный голос, и Диего вздрогнул.

Вскинув на домоправительницу недоуменные глаза, он спокойно поинтересовался.

– Что-то случилось, Мария?

Она называла его так только тогда, когда была сердита на него.

– Еще нет, сеньор! – отрезала женщина, высокомерно поджав губы. И, чуть помедлив, многозначительно добавила.

– Но, думаю, скоро случится.

Зеленые глаза Торреса сузились.

– Что ты имеешь ввиду?

– Не надо строить из себя невинного младенца, сеньор Торрес, – сказала женщина, убирая тарелку с едой, к которой он даже не притронулся. – Вы все прекрасно понимаете.

– Неужели ты разозлилась на меня из-за Изабеллы? – удивился мужчина.

– Нет! – сеньора Мария с грохотом поставила тарелку, которую она держала в руках, на стол. – Я злюсь на тебя не из-за этой девушки! Я злюсь из-за того, как ты ведешь себя с ней, Диего!

Черная бровь на лице мужчины вопросительно изогнулась.

– И что тебе не нравится в моем поведении, Мария? – процедил мужчина сквозь зубы.

– Ты что-то задумал, Диего!

– Ты ошибаешься! – резко отодвинув стул от стола, Торрес встал. Возвышаясь над женщиной на две головы, он смотрел на нее сузившимися от злости зелеными глазами. Но на сеньору Марию это не произвело ни малейшего впечатления.

– Я знаю тебя лучше всех, Диего, – грустно сказала она, медленно качая головой. – И знаю, что у тебя всегда есть какая –то цель. Ты никогда ничего не делаешь просто так. И еще я знаю, что появление в твоем доме этой девушки совсем не случайность. И мне это совсем не нравится.

– Я дал ей работу тогда, когда она больше всего в ней нуждалась! – рявкнул мужчина, не выдержав обвиняющего взгляда сеньоры Марии. – Я помог ей!

– Тогда почему ты ведешь себя с ней не так, как со всеми остальными своими сотрудниками? – подозрительно прищурилась женщина. – Ты ведь не ночуешь вместе с Паоло, своим секретарем, на ковре в своем офисе? А твоя секретарша, Аннабель? Ты раздаешь ей указания в то время, когда она принимает душ? Или после?

– Достаточно, Мария! – прогрохотало в ответ. – Перестань искать какой-то тайный смысл там, где его нет!

– Диего…

– Хватит! – мужчина обошел стоящую у стола женщину и направился к выходу из столовой. – Я больше не намерен это слушать!

Дойдя до застывшей в дверном проеме Изабеллы, Торрес остановился.

Смерив девушку недобрым взглядом, он отрывисто сказал.

– Уясни себе раз и навсегда, что я ненавижу ждать! – и Белл испуганно кивнула, не в силах отвести глаза от потемневшего лица мужчины.

– А во-вторых - я ненавижу, когда мои сотрудники не выполняют мои приказы!

– Д-да, сеньор Торрес, – дрожащим голосом выдавила из себя Белл.

– Диего! – темно-зеленые глаза сверкнули яростью. – Сколько раз еще я должен это повторить, чтобы ты усвоила? Диего! Я жду тебя в своем офисе через пятнадцать минут. И только посмей еще раз опоздать!

Белл послушно затрясла головой.

– Не принимай это на свой счет, дорогая, – участливо сказала сеньора Мария, глядя на расстроенное лицо застывшей в дверях девушки. – Поверь мне, он разозлился совсем не из-за того, что ты, якобы, опоздала.

– Я не могла подобрать блузку к костюму, – пробормотала девушка виноватым голосом. – Там так много вещей…

– Ну, твои усилия того стоили, – ободряюще улыбнулась ей женщина, окидывая Белл оценивающим взглядом. Девушка была одета в нежно-сиреневые узкие брючки и черную шифоновую блузку без рукавов. Классические черные лодочки на высоком каблуке делали ее стройные ноги бесконечно длинными. – Ты выглядишь очень стильно. Без сомнения, ему очень понравится.

И обе знали, кого сеньора Мария имеет ввиду.

Девушка еле слышно вздохнула.

– Мне нужно идти, сеньора Мария. Иначе сеньор Торрес опять будет недоволен…

– Постой, Изабелла. Мне нужно с тобой поговорить.

И тон, каким были сказаны эти слова, совсем не понравился девушке. Удивленно взглянув на домоправительницу Торреса, она замерла, ожидая продолжения.

– Ты мне очень нравишься, дорогая, – начала сеньора Мария, подойдя к девушке. Взяв ее за руки, женщина заглянула ей в глаза. – И я не хочу, чтобы ты ушла из этого дома с разбитым сердцем. Я знаю, что девушки в твоем возрасте серьезно размышляют о том, как устроить свою жизнь, как выйти замуж за достойного мужчину, создать семью. Но не питай напрасных иллюзий по поводу Диего. Даже если ты сумеешь как-то увлечь его, он никогда не женится на тебе.

– Но я даже не думала… – растерялась Белл.

– Диего помолвлен, в Португалии его ждет невеста, – продолжила домоправительница, слегка сжав руки Белл. – Их свадьба еще не назначена, но… – женщина на мгновение осеклась. – Но она все равно когда-нибудь состоится.

– Вам не стоит беспокоится, сеньора Мария, – с облегчением улыбнулась девушка. – Сеньор Торрес мне даже не нравится. И он об этом прекрасно знает. Это просто работа. Работа, на которую я согласилась из-за денег. Вот и все.

– Все обстоит гораздо хуже, чем я предполагала, – пробормотала домоправительница себе под нос, как только осталась одна в огромной столовой. Возможно, Изабелла, молодая и неопытная, совсем не понимает, что происходит. Наивно думает, что это просто работа. Но Диего… Тот прекрасно знает, что делает. Сеньора Мария вспомнила взгляд, которым сегодня утром Диего смотрел на Изабеллу, и еле заметно покачала головой. Все было очень плохо.

Белл торопливо шла по коридору, не обращая внимания на удивленные взгляды встречающихся ей людей. Перед глазами мелькали таблички с фамилиями и названиями отделов, и с каждым пройденным шагом девушку все сильнее охватывало отчаяние. Отпущенные Торресом пятнадцать минут давным-давно прошли, и она боялась даже подумать о том, что он с ней сделает.

Повернув за очередной угол, она едва не сбила с ног невысокую стройную брюнетку, одетую в летнее платье и белые босоножки на невысоком каблучке.

– Простите, – пробормотала Белл, отступая от незнакомки и нервно оглядываясь по сторонам. Куда она забрела в поисках офиса Диего Торреса, девушка не имела ни малейшего представления.

– У вас все в порядке? – с тревогой спросила брюнетка, окидывая Белл обеспокоенным взглядом.

– Я заблудилась, – выдохнула Белл, жалко улыбнувшись незнакомке. – Это так глупо…

– Вы здесь впервые? – рассмеялась девушка. И получив в ответ от Белл кивок, радостно сказала. – Когда я пришла сюда впервые, я искала офис своего брата почти час. А вы уже сколько блуждаете тут?

– Сорок минут, – вздохнула Белл.

– И кого ищете?

– Сеньора Торреса, – не удержалась от обреченного вздоха девушка.

– Пойдемте, я провожу вас, – улыбнулась брюнетка. – Меня, кстати, зовут Каталина.

– Изабелла, – пробормотала Белл, не заметив, как на мгновение округлились глаза Каталины.

– А кем вы здесь работаете? – спросила Каталина, когда они шли мимо стеклянных офисов.

– Я даже не знаю…

– Не знаете, кем? – удивилась Каталина.

– Не знаю, как вам это объяснить, – пробормотала Белл, пытаясь подобрать нужные слова. – Что-то вроде личного помощника.

– Раньше я вас здесь не видела, – задумчиво сказала Каталина.

– Это мой первый рабочий день, – Белл почувствовала, как ее начинает бить мелкая дрожь. – И, возможно, последний.

– Все будет хорошо, – Каталина на мгновение сжала ее запястье своей маленькой ладошкой. – Поверьте мне, Диего Торрес не такой страшный, как вы думаете.

И распахнула перед ней высокую стеклянную дверь.

Шагнув в огромную приемную, Белл остановилась. Здесь стояла такая оглушающая тишина, что ей на мгновение показалось, что она попала в другую реальность. Девушка неуверенно взглянула на длинный рабочий стол с компьютером, за которым сидела блондинка лет сорока в очках.

– Вы записаны? – не отрывая глаз от монитора компьютера, сухо спросила секретарша.

Девушки переглянулись.

– Нет, мисс Прайс, – звонко ответила Каталина, подмигнув растерявшейся от такого холодного приема Изабелле.

Женщина вздрогнула.

– Миссис Алмейда, – на лице секретарши тут же расцвела самая любезная улыбка. – У мистера Торреса сейчас Бен Браун из рекламного отдела, но я не сомневаюсь, что он примет вас.

– Я могу немного подождать, мисс Прайс, – Каталина непринужденно опустилась на один из кожаных диванов, стоящих в приемной. И кивнула в сторону Белл, все еще топтавшейся у порога. – Вот этой девушке мистер Торрес назначил сегодня встречу.

– Я уточню, – смерив Изабеллу с головы до ног подозрительным взглядом, холодно сказала секретарша. И взяла трубку телефона.

– Мистер Торрес, извините, но здесь стоит девушка, которая утверждает, что вы назначили ей на сегодня встречу. Как ее зовут? Как вас зовут? – прикрыв ладонью трубку, требовательно поинтересовалась мисс Прайс у Белл.

– Изабелла Росси, – ответила девушка.

– Изабелла… – Аннабель Прайс не успела повторить в трубку имя Белл. Высокая дверь на противоположном конце огромной приемной распахнулась, и на пороге появился Диего Торрес.

Глядя на его застывшее потемневшее лицо, Белл уныло подумала, что ей бессмысленно надеяться на что-то хорошее.

– Какого черта, Изабелла! – процедил мужчина сквозь зубы, медленно надвигаясь на нее. – Ты что, не умеешь пользоваться часами? Не понимаешь, что пятнадцать минут – это гораздо меньше, чем сорок семь! Почему я должен опять ждать тебя?

– П-простите… – запинаясь, выдавила из себя девушка, попятившись назад. И уперлась спиной в толстое стекло стены.

– Прежде чем обвинять Изабеллу в непунктуальности, братик, может для начала выслушаешь ее? – от звонкого голоса, разорвавшего зловещую тишину огромной приемной, Торрес застыл. А затем медленно повернул голову.

– Каталина, – голос мужчины был ровным и совершенно спокойным. – Ты с ней знакома?

– Да, – кивнула темноволосой головой девушка, поднимаясь с дивана. – Это твоя Изабелла.

Изумленная ответом Каталины до глубины души, Белл взглянула на Диего Торреса. Лицо его, застывшее, без единой эмоции, было похоже на каменную маску. И лишь зеленые глаза с каждой секундой становились все темнее, предвещая всем очередную бурю. Пытаясь хоть как-то разрядить ситуацию, девушка сбивчиво забормотала.

– Я заблудилась… Повернула не в ту сторону… Не поняла, куда надо идти…

И растеряно умолкла, не зная, что еще можно сказать.

– В мой кабинет! – короткий приказ был похож на выстрел. – Обе!

Испуганно моргнув, Белл почти бегом устремилась к распахнутой двери, молясь лишь о том, чтобы не подвернуть ногу.

Каталина же, напротив, медленно пошла вслед за Белл, бросая через плечо лукавые взгляды на идущего за ней брата.

– Никого не пускайте ко мне, Аннабель, – распорядился Торрес и с треском захлопнул за собой дверь.

– Изабелла, это Бен Браун, – представил ее Торрес в кабинете полному неряшливому мужчине с вьющимися рыжими волосами и большими очками в остро модной роговой оправе. Небрежно поправив криво сидящие на его носу очки, толстяк протянул Изабелле руку.

– Очень приятно, – пробормотал он, на мгновение сжав ее ладонь.

– Мне тоже, – прошептала Белл, пытаясь сохранить любезную улыбку на своем лице. Ощущение рукопожатия Брауна было похоже на прикосновение к холодной влажной коже морской рептилии.

– Присаживайтесь, – Торрес указал на ряд кресел, стоящих вокруг овального стола из полированного красного дерева. – А ты, – повернулся он к Каталине, – найди себе место и не мешай нам. Если ты никуда не торопишься – мы сможем вместе пообедать потом.

Каталина в ответ развела руками и покачала головой. Ободряюще кивнув Белл, она пошла в самый дальний угол огромного кабинета.

– Итак, – Торрес сел во главе стола и нажал на несколько кнопок на пульте. – Мне нужно знать ваше мнение.

Тут же погас свет, вспыхнул проектор, а за спиной мужчины тихо зажужжал, медленно опускаясь, большой экран. По нему забегали цифры и буквы, и Белл сама не заметила, как с головой погрузилась в сюжет. Порты, большегрузные корабли, нефтяные танкеры, грузоподъемные краны высотой в тридцатиэтажный дом – все это кружилось вокруг нее в странном гипнотическом танце. И Изабелле показалось, что за несколько минут она объехала весь мир, побывала во всех портах, проплыла несколько десятков раз на всех кораблях. Когда Диего включил свет, она несколько раз моргнула, пытаясь избавиться от мельтешащих перед глазами разноцветных картинок.

– Итак, твое мнение, Изабелла, – бесстрастно сказал Торрес, впиваясь в нее темно-зеленым пристальным взглядом. Тоже самое сделал Браун.

– Мнение о чем? – осторожно спросила девушка, переводя взгляд с одного мужчины на другого.

– Вот об этом, – по-прежнему не отрывая от нее взгляда, слегка кивнул в сторону экрана Торрес. – Это рекламный ролик, рассказывающий об одном из видов деятельности моей компании. Что ты о нем думаешь?

– Это рекламный ролик? – недоверчиво переспросила Изабелла и медленно покачала головой. – Вы ошибаетесь, сеньор Тор… Ошибаетесь, Диего, – тут же поправилась она, заметив, как его глаза предупреждающе сузились. – Это просто набор красивых кадров, который не несет в себе никакой смысловой нагрузки.

– Кто ты вообще такая? – и презрение, зазвучавшее в голосе сидевшего напротив Брауна, заставило девушку вздрогнуть. – Где вы ее взяли, мистер Торрес? Подобрали на улице? Моя команда работала над этим сюжетом три месяца! Ты понимаешь, сколько мы потратили на это времени? А сколько денег? А из твоих слов получается, что все зря?

– Я просто сказала то, что думаю… – растерянно прошептала Белл, не в силах оторвать взгляд от покрасневшего от гнева лица толстяка.

– Думаешь? – Браун медленно поднялся. Опершись обеими руками на стол, он всем телом подался к девушке и заорал. – Не занимайся тем, чего не умеешь! Ты что, специалист по рекламе? Консультант по общественным отношениям? Нет, черт тебя побери! Ты просто девица с улицы, которую мой босс приволок сюда лишь потому, что у тебя симпатичная мордашка и упругая задница! Так что, заткнись, и предоставь возможность профессионалам делать свою работу!

– Ты уволен, Браун, – тихий голос Диего Торреса звучал почти ласково.

С круглого лица толстяка мгновенно схлынули все краски.

– Мистер Торрес, возможно я был очень эмоционален… – торопливо забормотал он, бросая на Белл злобные взгляды. – Возможно, я слишком остро реагирую на критику… Я прошу прощения…

– У кого? – голос Торреса стал вкрадчивым.

– Что? – вздрогнул Браун всем телом.

– У кого ты просишь прощения, Бен?

– У вас, у этой юной леди… – растерялся Браун.

– Но раскаиваешься ли ты в своих словах? – Торрес играл с ним, как кошка с мышкой.

– Абсолютно! – для большей убедительности толстяк затряс головой.

Несколько долгих минут Торрес пристально смотрел на него, а затем кивнул в сторону двери.

– Мистер Торрес, я…

– Убирайся! – из голоса Диего исчезла вся показная мягкость. Он стал жестким, как лист железа, и Белл вздрогнула от резкого хлесткого слова, ударившего Брауна наотмашь. Старательно пряча за толстыми стеклами свои глаза, мужчина медленно вышел из кабинета Торреса.

– Изабелла, я прошу прощения за слова моего сотрудника…

– Вы просто чудовище, сеньор Торрес, – тихо сказала девушка, вставая из-за стола. – Вы уволили человека только за то, что он назвал меня недалекой девицей с симпатичной мордашкой!

– Он оскорбил тебя! – процедил Диего сквозь зубы.

– Он оскорбил меня, а не вас! – парировала девушка. – Так почему же вы увольняете его за то, что ни вас, ни вашей компании совсем не касается? Вы знаете, сколько я выслушала оскорблений за последнее время? И то, что сказал этот человек, не идет ни в какое сравнение с тем, что обо мне писали и говорили журналисты! Его слова больше похожи на комплимент, а не на ругательство!

– Я никому не позволю говорить о тебе в таком тоне! – смуглое лицо Диего потемнело. Сжав кулаки, он шагнул к стоящей от него в нескольких шагах Изабелле.

– Интересно, почему? – раздался внезапно голос. Переглянувшись, Диего и Изабелла одновременно повернули головы в сторону Каталины, про которую они совершенно забыли.

– Почему ты никому не позволишь говорить об Изабелле плохо, Диего? – вновь повторила свой вопрос сестра Торреса, переводя внимательный взгляд с девушки на брата. Торрес молчал. Молчала и Изабелла, совсем не представляя, каким должен быть ответ на этот вопрос.

– Ага, – кивнула Каталина, полностью удовлетворенная их подозрительным молчанием. – Тогда скажу я. Вы встречаетесь. Я права?

И она торжествующе взглянула на Диего и Изабеллу.

– Каталина, мы… – поборов изумление, с трудом выдавила из себя Белл.

– Встречаемся, конечно, – и сильная рука Торреса обвилась вокруг ее талии. – Ты, как всегда, права…

– И долго? – улыбнулась девушка.

– Достаточно долго для того, чтобы жить вместе. Вчера Изабелла переехала ко мне.

Белл ошеломленно моргнула – так вот, оказывается, чем Диего Торрес будет объяснять ее присутствие в его доме.

– Странно, что про ваш роман не написала ни одна газета, – задумчиво сказала Каталина, пристально разглядывая стоящую перед ней парочку. – Обычно журналисты тебе прохода не дают, записывают в подружки всех, с кем сумеют сфотографировать, а тут…

– Мы тщательно скрывали наши отношения. Изабелла не хотела, чтобы они стали достоянием общественности, – продолжал вдохновенно сочинять Торрес. – Ведь так, дорогая?

Белл покорно кивнула. А про себя подумала, что этот вымышленный роман загубил ее довольно успешную карьеру в модельном бизнесе.

– Изабелла, ты расстроилась? – Каталина с тревогой заглянула в омрачившееся лицо девушки. – Расстроилась, что я узнала про вас? Поверь мне, я никому не скажу…

– Это уже неважно, Кати, – и Белл почувствовала, как рука Торреса на ее талии превратилась в железный обруч, сжимающий ее все сильнее. – Люди равно все узнают о нас в ближайшие дни. Раз мы теперь вместе, Изабелла будет посещать все общественные мероприятия, которые посещаю я.

– Ты мне очень понравилась, Изабелла, – улыбнулась девушке Кати. И повернулась к старшему брату. – Я подожду вас в приемной. Вам ведь надо пообщаться друг с другом. Наедине.

И лукаво подмигнула Белл.

Как только дверь за Каталиной закрылась, вторая рука Торреса легла на талию Белл. Прижав девушку к себе, он приблизил свои губы к ее лицу и еле слышно прошептал.

– Это на случай, если моя не в меру сообразительная сестра решит проверить, как у нас дела. Ты поняла?

– Да, – выдавила из себя Белл, чувствуя себя крайне неуютно в объятиях Торреса. Ее тело как-то странно реагировало на близость этого мужчины. Не желая разбираться в этих незнакомых для себя ощущениях, девушка попыталась отодвинутся от Диего. Но он не дал – сильные руки держали крепко.

– Мы еще не закончили наш утренний разговор, Изабелла, – и в его голосе Белл расслышала насмешку.

– Какой… какой разговор? – запинаясь, пробормотала она, вспомнив свое неуклюжее падение сегодня утром. Старательно глядя на галстук мужчины, она чувствовала, как лицо покрывается жарким румянцем смущения.

– Про наши отношения.

Изумленная до глубины души, Белл вскинула на Диего округлившиеся глаза.

– Наши отношения? – повторила она, не совсем уверенная в том, что расслышала все правильно. И растерянно добавила.

– Но между нами нет никаких отношений… Есть только контракт…

– Все верно, дорогая, – Диего медленно обвел пальцами контур ее лица, а Белл на мгновение задержала дыхание, чувствуя, как кожу приятно запокалывало там, где он прикасался. – Контракт. И, согласно этому контракту, ты должна изображать ко мне всепоглощающую страсть и бесконечное обожание. А не выглядеть испуганной Красной Шапочкой перед злобным серым волком.

И, разжав руки, он отступил. На мгновение потеряв опору, девушка с трудом удержалась на ногах.

Глядя на Диего Торреса, стоящего от нее в нескольких шагах с мрачным выражением на лице, Белл уныло думала о том, что и для этой работы она оказалась непригодна. А ведь от нее требовалось так мало – всего лишь притвориться, что он хотя бы чуть-чуть, но нравится ей. Девушка еле слышно вздохнула, всматриваясь в правильные черты стоящего перед ней мужчины. Широкий лоб, темные густые брови, зеленые глаза в обрамлении черных ресниц, прямой нос с еле заметной горбинкой и плотно сжатые в одну линию четко очерченные губы. Высокая поджарая фигура, на которой деловой костюм – тройка стального цвета выглядел так, словно он в нем родился. За ним увивались сотни женщин, а его угораздило заключить контракт с той, которая была абсолютной бездарностью. Белл еле заметно покачала головой, понимая, что не может так подвести его.

– Простите меня, Диего, – горько улыбнулась девушка, делая шаг назад. – Зря вы подписали со мной этот контракт. У меня напрочь отсутствует актерский талант.

И с грустью добавила.

– У меня вообще нет никаких талантов.

И удивленно застыла, услышав его спокойный голос.

– Но ты ведь даже не попробовала, Изабелла. А вдруг ты ошибаешься? И у тебя получится?

– Но как? – прошептала девушка.

В несколько широких шагов он преодолел разделяющее их расстояние. Сильные руки мужчины легли на ее талию, и Диего Торрес заглянул в ее распахнувшиеся глаза.

– Ничего не бойся, – ласково сказал он. Сглотнув, Белл послушно кивнула, чувствуя, как по телу от его прикосновений побежали маленькие горячие огоньки. Лукавая улыбка изогнула четко очерченные губы Диего, и в следующее мгновение он коснулся ее рта поцелуем.

Закрыв глаза, Белл растворилась в своих ощущениях. Диего едва касался ее своими губами, с нежностью обводя кончиком языка контуры ее рта. Он дотрагивался до нее, и тут же ускользал, оставляя после себя горящий, словно ожог, невидимый след. Он ни к чему ее не принуждал, не заставлял ее отвечать на его поцелуи, и девушка вдруг поняла, что все ее опасения были напрасны. Он не сделает с ней ничего такого, чего бы она сама не захотела.

– Маленькой Красной Шапочке уже не страшно? – его насмешливый голос вырвал ее из странных сладких грез. Вздрогнув, Белл распахнула веки, с трудом соображая, что сейчас произошло. Она удивленно взглянула на губы Диего, и с трудом сглотнула, чувствуя, как горло внезапно пересохло. Не в силах выдавить из себя хоть слово, девушка отрицательно покачала головой.

– Вот и чудесно, – прошептал Диего, а его руки скользнули по ее спине. Притянув Белл к себе, он с силой прижал ее к своему телу, вынуждая положить голову ему на плечо.

Прижавшись щекой к широкой груди мужчины, Белл чувствовала его теплое дыхание на своем лице, слышала, как тяжело бьется его сердце под ее ладонью, лежащей на лацкане пиджака. И боялась пошевелится, чтобы не спугнуть необъяснимое ощущение абсолютной защищенности, которое давали ей крепкие руки Торреса. Такое старое, давно забытое ощущение, которое она испытывала лишь в далеком детстве, когда мама обнимала ее. Она вновь почувствовала себя маленькой беспомощной девочкой. Белл несколько раз моргнула, пытаясь прогнать внезапно навернувшиеся на глаза слезы.

– Мне еще долго ждать? – послышался от дверей лукавый голос, и Диего, вздрогнув всем телом, машинально прижал к себе Изабеллу еще сильнее. Сколько они простояли вот так, обнявшись? Пять минут? Пятнадцать? Тридцать? Сорок? Он потерял счет времени, полностью забыв о том, кто он и где находится. Все утратило свое значение. Все, кроме девушки, которую он сжимал сейчас в своих объятиях. Он взглянул на темноволосую головку, прильнувшую к его груди, пытаясь разобраться в том, что между ними произошло.

Изабелла сказала, что она не умеет притворяться и играть. И он почему – то хотел слепо, безоговорочно верить в это. Ведь она всегда говорит то, что думает. И если это так, то тогда… Тогда их первый поцелуй был самым настоящим, искренним, живым. Она утверждала, что он совсем не нравится ей, но, прикоснувшись к ее сладким губам, Диего не почувствовал к себе никакой неприязни. Ей было немного страшно, немного любопытно. Но никакого отвращения к нему она не испытывала.

– Изабелла, – он осторожно приподнял пальцами ее подбородок, вынуждая ее взглянуть на него. И недоуменно нахмурился – в темных синих глазах блестели слезы.

– Я причинил тебе боль? – темные зеленые глаза пристально смотрели на нее, а сильные руки, лежащие на ее талии, ослабили свою хватку.

Белл слабо улыбнулась и еле заметно покачала головой.

– Просто вспомнила…

– Кого? – Диего моментально захлестнули самые черные подозрения. Кого она вспомнила? Бывшего любовника? Бойфренда? Свой неудачный роман с мужчиной? Сколько их у нее было?

– Это неважно, – девушка стерла ладошками остатки слез с лица.

– Скажи мне, Изабелла, – приказал Диего, не в силах объяснить себе свою упрямую настойчивость.

Синие глаза, смотрящие на него, удивленно мигнули. А затем плечи девушки безвольно поникли. Сгорбившись, словно старуха, она низко опустила голову и еле слышно прошептала.

– Я вспомнила маму… Она умерла, когда мне было шесть лет… С тех пор меня никто больше так сильно не обнимал…

– Прости, – пробормотал мужчина, выпуская девушку из своих объятий. – Я не знал…

Белл молча кивнула, принимая его извинения.

– Я скоро упаду в голодный обморок, – донеслось до него ворчание младшей сестры.

– Прости, Каталина, мы увлеклись беседой… – Диего повернулся к стоящей в дверях сестре.

Изящная бровь девушки изумленно выгнулась.

– Это теперь так называется? – многозначительно поинтересовалась она. И насмешливо повторила.

– Беседа…

Диего на мгновение прикрыл глаза – иногда его младшая сестра превращалась в настоящего дьяволенка.

– Изабелла, – он протянул руку Белл и многозначительно взглянул в сторону Каталины. Белл покорно вложила свои пальцы в его раскрытую ладонь. На мгновение он сжал ее руку, а девушка вдруг подумала о том, что все произошедшее между ними совсем не вписывалось в условия контракта. Они должны были изображать из себя влюбленную парочку лишь на людях, убеждать окружающих в том, что жить не могут друг без друга. А что получилось в итоге? Диего Торресу совсем не нужны были зрители, чтобы обнимать и целовать ее. И это Белл очень сильно настораживало.

– Почему ты не ешь, Изабелла? – неуверенный голос Каталины ворвался в ее мысли. – Тебе не понравилось?

Вздрогнув, Белл вскинула глаза и натолкнулась на внимательный взгляд сидящего напротив Торреса.

– Блюда мистера Рамзи приводят в восторг самых изощренных гурманов мира, – спокойно сказал Диего, глядя на почти нетронутую тарелку с салатом, стоящую перед девушкой. – Чем же он не угодил тебе?

Белл еле слышно вздохнула.

– Мне нельзя…

– Первый раз вижу человека, которому нельзя есть огурцы! – воскликнула Каталина. – Но почему? В них же одна вода!

– Нельзя есть много, – пояснила девушка, старательно глядя на сестру Торреса. – После нескольких дней голодания…

И осеклась, заметив, как округлились от изумления глаза Каталины. Повернувшись к брату, девушка возмущенно выпалила

– Почему ты запрещаешь ей есть? Она и так слишком худенькая!

Белл осторожно взглянула на сидящего напротив Диего. Отложив вилку в сторону, тот с интересом рассматривал ее, так, словно видел впервые.

– Ты привык, что тебя окружают красивые женщины, и теперь выдвигаешь Изабелле просто нереальные требования! – не унималась Каталина. – Ну и что с тобой случится, если она поправится на пару килограммов? Тебе будет стыдно появляться с ней в обществе? Ты бросишь ее?

И, повернувшись к Белл, торжественно сказала.

– Я думаю, что ты все равно будешь красавицей, даже если твой вес увеличится вдвое!

– Ты будешь смеяться, сестренка, но я тоже так думаю, – улыбнулся Диего.

Каталина удивленно застыла.

– Так, значит, это твоя идея? – накинулась она на Белл. Девушка испуганно взглянула на Торреса, бессознательно ища у него поддержки. Но тот лишь еле заметно вздохнул и изобразил на своем лице нечто, совсем не похожее на сочувствие.

– Да как тебе в голову могли прийти подобные глупости? – принялась отчитывать Изабеллу Каталина. – Как ты можешь думать так плохо о моем брате? Красота в женщине – это не главное для Диего! Он не какой-нибудь избалованный плейбой, который гоняется за каждой юбкой! Главное для него – это ум, доброта и отзывчивость! Я права?

И Каталина требовательно взглянула на Торреса.

– Абсолютно! – несколько раз кивнул тот, с трудом пытаясь скрыть улыбку.

– Так что, – победно взглянув на Изабеллу, подвела итог своей жаркой речи Каталина, – бери вилку и ешь!

Нервно кусая губы, Белл взглянула на стоящий перед ней салат из огурцов с креветками. Она выбрала из обширного меню самое низкокалорийное блюдо, прекрасно помня один из пунктов пресловутого контракта, в котором был указан ее вес. Лара хохотала до слез, когда читала все, что прописал в контракте изобретательный Диего Торрес. Она не могла менять даже цвет волос без его разрешения! Но не объяснять же все это Каталине, которая выжидающе смотрела на нее.

– Очень вкусно, – пробормотала Белл, накалывая на вилку огурец.

– Откуда ты знаешь? – насмешливо поинтересовался Торрес. – Ты даже еще не попробовала!

Скрестив руки на груди, он пристально следил за ней, словно пришел сюда не есть, а шпионить.

Чувствуя себя крайне неуютно под его изучающим взглядом, Белл осторожно откусила маленький кусочек огурца.

– Такими темпами ты доешь свой салат только через неделю! – раздался очередной ехидный комментарий со стороны Торреса. – Мне очень сильно повезло с тобой, Изабелла. Я сэкономлю на твоей еде целое состояние.

– Иногда ты бываешь просто невыносим, – скорчила ему злобную гримасу Каталина. – Изабелла, дорогая, если он будет доставать тебя – можешь смело жаловаться мне! Я устрою своему старшему братцу хорошую взбучку! Договорились?

Белл, не поднимая головы, кивнула. Есть вдруг совершенно расхотелось, и она медленно водила вилкой по тарелке, собирая в отдельные кучки огурцы и креветки, а затем снова смешивая их в единую массу.

Что с ней происходит?

Почему она так странно реагирует на близость Диего?

Ведь он ей даже не нравится…

Вилка Белл на мгновение замерла, а затем снова принялась описывать по тарелке бесконечные круги.

Нет, совсем не так, думала девушка. Просто она не знает, чего от него ждать в следующую минуту. Он был добр с ней сегодня утром, даже защищал от несправедливого гнева сеньоры Марии. Но стоило ей опоздать на несколько минут… И его приветливость исчезла, сменившись бесконтрольной яростью. Час назад он успокаивал ее своими словами и поцелуями, а сейчас насмехается над ней, получая от этого явное удовольствие.

– Тебе действительно не понравилось, Изабелла? – удивленный голос Диего заставил девушку испуганно выронить вилку. Подняв виноватые глаза на сидящего напротив мужчину, Белл еле заметно покачала головой. И с горечью подумала о том, что он платил не только за ее еду, но даже за то, чтобы она ее ела.

– Тогда в чем дело? – зеленые глаза впились в нее, подобно стальным иголкам.

– О Боже, Диего, ты просто бесчувственный чурбан! – возмущенно воскликнула сидящая рядом Каталина. Осторожно положив свою маленькую ладошку на запястье Белл, она заглянула в ее побледневшее лицо.

– Разве не видишь, что Изабелла переживает так сильно, что даже не может есть!

– Вот как? – темная бровь мужчины скептически изогнулась. – Из-за чего, интересно?

– Из-за тебя! – отрезала Каталина, ободряюще сжимая запястье Белл. – Ты представляешь, что будет, когда новость о вашем романе попадет в газеты? Да журналисты бедняжке прохода не дадут! Будут задавать ей всякие идиотские вопросы! Преследовать ее везде! Ее жизнь превратится в ад! Она даже на улицу спокойно не сможет выйти!

– По-моему, ты слегка преувеличиваешь, – равнодушно пожал плечами мужчина, давая понять, что всё это полная чушь.

И чуть тише добавил.

– К тому же, Изабелла привыкла к вниманию прессы.

Белл на мгновение показалось, что она ослышалась. Вздрогнув всем телом словно от удара, девушка растерянно взглянула на сидящего напротив мужчину. Он даже не представляет, какое кошмарное значение имеет для нее эта фраза – внимание прессы! Сколько боли и унижений она вытерпела из-за нездорового любопытства чужих людей! Неужели это все повторится опять?

– Я… – прошептала она, с трудом давя из себя слова. – Мне нужно…

Желудок скрутило от резкой боли, и Белл вскочила. Зажимая ладонями рот, она, спотыкаясь, торопливо пошла в дамскую комнату, молясь лишь о том, чтобы рвотный спазм не повторился раньше, чем она доберется до туалета.

Проводив ее ошеломленным взглядом, Каталина медленно повернулась к брату.

– Она переехала к тебе, потому что ждет от тебя ребенка? Так?

Прислонившись плечом к стене, Диего сверлил взглядом дверь в дамскую комнату. Какого черта она там делает вот уже целых двадцать минут? И какого черта он как последний дурак торчит здесь, когда у него полно дел? Ему что, совсем нечем заняться, кроме как подпирать стену одного из ресторанов Лондона? И почему эта девушка все время создает ему какие-то проблемы? Мужчина еле заметно поморщился, вспомнив вопрос, который задала ему Каталина полчаса назад. Не он ли отец ребенка, которого ждет Изабелла? Его, конечно, трудно было чем-то удивить, но в тот момент он просто лишился дара речи. Изабелла беременна? Он несколько раз тряхнул головой, пытаясь отогнать от себя эту навязчивую мысль, но она никак не желала уходить. И почему его это так волнует? Почему он должен как можно скорее услышать от нее ответ на этот абсурдный вопрос?

Дверь приоткрылась, и в дверном проеме он увидел Изабеллу. Взглянув на него виноватыми глазами, она низко опустила голову, пытаясь избежать его обвиняющего взгляда. Диего на мгновение задохнулся. Неужели Каталина была права и Изабелла Росси действительно беременна? Решение пришло мгновенно. Схватив девушку за запястье, он втолкнул ее назад, в дамскую комнату, и с грохотом захлопнул за собой дверь.

Медленно пятясь от надвигающегося на нее Диего, Белл не могла оторвать глаз от его застывшего потемневшего лица. Неужели он так разозлился из-за того, что она отказалась есть этот салат? Или она должна делать все, что он ей прикажет?

– Я что, похож на идиота, которого легко можно одурачить? – вкрадчиво поинтересовался Торрес, запирая ее в ловушку своим телом. Сильные мужские ладони легли на стену позади нее, и Изабелла испуганно сжалась, не смея взглянуть в лицо нависающего над ней, словно грозовая туча, Диего.

– Ты заключила со мной этот контракт, потому что нуждалась не только в деньгах, не так ли? – глядя на склоненную темноволосую головку, цедил слова мужчина. Его разрывали изнутри самые противоречивые чувства. Ярость от того, что он так глупо попался на удочку этой аферистки, перемешивалась с ревностью к неведомому мужчине, который прикасался к ее телу, запускал свои пальцы в длинные темные волосы, касался своими губами ее мягких сладких губ. И Диего сейчас не мог бы сказать, что из этого злило его больше.

– У тебя был разработан целый план? Как, должно быть, ты радовалась, когда получила от меня это предложение! Но не думай, что сумеешь впутать меня в свои грязные делишки. Я никому этого не позволяю! Ты тоже не исключение!

– Я съем этот салат, если вы того хотите… – еле слышно прошептала девушка, не в силах оторвать взгляд от узора на галстуке мужчины.

– Кто отец твоего ребенка?

– Что? – Белл вскинула на него удивленные глаза, сомневаясь в том, что все правильно расслышала.

– Ты думала, что я не узнаю? – Диего прижал ее к стене своим телом. – Что тебе удастся повесить ответственность за этого ребенка на меня? Что ты сумеешь заработать на этом еще немного денег? Не хочу тебя расстраивать, но ты очень сильно заблуждаешься на мой счет! То, что случилось между нами два месяца назад…

– Какой ребенок? – на ее лице было написано такое искреннее непонимание, что Диего на секунду и сам усомнился в том, что говорит.

– Тебя тошнит, потому что ты беременна? – более спокойно спросил он, чувствуя, как дрожь нетерпения волной прошла по его телу.

– Беременна? – Белл вообще перестала понимать, что здесь происходит. – Я?

– Ты! – рявкнул Диего, а длинные сильные пальцы клещами впились в ее плечи.

И Белл не выдержала. Запрокинув голову, она расхохоталась громким истеричным смехом.

– Вы просто сумасшедший! Да как такое вообще могло прийти вам в голову? Я беременна! И с чего вы решили, что, глядя на вас, все женщины думают лишь о деньгах? Лишь о том, какие материальные блага можно от вас получить? При вашей внешности у вас очень низкая самооценка! Да и IQ, похоже, тоже совсем невысокий!

– Прекрати истерику, Изабелла, – слегка встряхнул ее мужчина. Смех резко оборвался.

– Извините, – пробормотала она, пытаясь освободится из его рук. Но Диего не дал. Дернув девушку на себя, он прижал ее к груди, чувствуя странное облегчение.

– Знаете, почему я не уверена в том, что сумею притвориться вашей подружкой? – еле слышно прошептала Белл в плечо Диего. – Потому что я никогда ни с кем не встречалась… Я даже не знаю, что это такое – ходить на свидания… И как должна реагировать девушка, когда ее касается парень, который ей нравится… А вы… Вы первый мужчина, с которым я целовалась… Как вы могли подумать, что я беременна? Такое просто невозможно…

– Что ты сказала? – нахмурился Диего. Отстранившись от девушки, он с подозрением взглянул на нее, пытаясь понять, все ли он правильно понял.

– Я не беременна, – устало повторила Белл.

– Я не про это, – отмахнулся от ее ответа Диего. – Я про то, что ты никогда ни с кем не целовалась…

– Ну не совсем так, – забормотала девушка, чувствуя, как смущение медленно разливается по ее лицу. – В школе был один мальчик, которому я очень нравилась…

– Детские поцелуи не в счет! – улыбнулся мужчина, чувствуя, как его настроение улучшается с каждой секундой. – Считаются лишь те, которые были после восемнадцати лет. Итак?

Белл глубоко вздохнула, удивляясь тому, что она отвечает на его дурацкие вопросы. Зачем? Про это ничего не написано в их абсурдном контракте.

– Первый раз. Сегодня. С вами, – ее голос был почти неслышен.

– Вау! – выдохнул мужчина. – Я чувствую себя польщенным!

Белл с подозрением взглянула на него.

– Прекратите надо мной издеваться. Если я никогда…

В его поцелуе, накрывшем ее губы, было столько нежности, что Белл растерялась. Словно это не он орал на нее несколько минут назад, и не его руки сжимали ее плечи так, словно хотели их сломать. Его прикосновения были легкими, почти невесомыми – как будто кто-то водил мягким перышком по ее губам. Он словно пытался загладить свою вину за нелепые подозрения, за глупые обвинения, за все, что совершил сегодня по отношению к ней. И Белл с удивлением подумала, что непонятно почему, но она готова его простить.

– Теперь в твоей копилке уже два поцелуя, – оторвавшись от ее губ, прошептал Диего. – И я готов хоть сейчас положить туда еще и третий…

– Если ты не заметил, братик, то это дамская комната, – донесся от дверей ехидный голос. – Мужчинам здесь находится запрещено.

Диего медленно повернул голову – в дверном проеме стояла Каталина.

– Неужели вы не можете провести друг без друга даже несколько минут? – недоверчиво спросила сестра Торреса, переводя взгляд с довольного непонятно чем брата на смущенную Изабеллу. – Ты даже в туалет ее одну не отпускаешь…

– Как видишь, – пожал плечами Диего, сжимая ладонь Белл. Потянув девушку за собой, он направился к выходу.

– Кстати, сестренка, – проходя мимо Каталины, он на мгновение остановился. – Ты была совершенно права насчет Изабеллы. Все именно так, как ты сказала.

Белл отдала бы многое, чтобы узнать, насчет чего была права Каталина. И почему после слов своего брата она вдруг стала выглядеть такой счастливой.

– Расскажи мне, как вы познакомились? – и от вопроса Каталины Белл на мгновение замерла. Руки, перебиравшие многочисленные платья в огромной гардеробной в доме Диего, застыли на очередной вешалке. Что ей сказать? Что они познакомились на яхте, когда Диего похитил ее? А до этого целый месяц заваливал цветами и подарками, пытаясь привлечь ее внимание? Белл с трудом удержалась от нервного смешка, понимая, что вслед за Каталиной историю их знакомства захотят услышать еще много людей.

– Изабелла? – напомнила о себе спустя несколько минут Каталина. Темные глаза девушки пристально смотрели на нее, дожидаясь ответа.

– Зови меня Белл, пожалуйста, – не впопад сказала Изабелла, старательно разглядывая черное вечернее платье от Лилиан Вентворт. Похоже, что Диего Торрес скупил все, что увидел на том пресловутом показе в Нью-Йорке. И ее в том числе.

– Ты не хочешь говорить об этом, Белл? – тихо спросила Каталина, и девушка вздрогнула от ее проницательности. – Это настолько личное?

– Мы познакомились в Нью-Йорке два месяца назад, – раздался в комнате спокойный голос. – И тайно встречались, пока какой-то ублюдок не продал наши фотографии в таблоид.

– Но зачем? – удивилась Каталина, повернувшись к брату. – Зачем нужно было делать из ваших отношений тайну?

– На этом настояла Изабелла, – усмехнулся Диего, заходя в гардеробную. – Ты не оставишь нас на пару минут?

– Да, конечно, – пробормотала Белл, нервно комкая вечернее платье в руках.

Каталина и Диего удивленно переглянулись.

– Вообще-то я хотел поговорить с тобой, Изабелла, – вкрадчиво сказал мужчина.

– Хорошо, – кивнула головой девушка, старательно избегая смотреть на Диего.

– Я уже ухожу, – Каталина подхватила свою сумочку с маленького пуфика. Дойдя до дверей гардеробной, она остановилась, словно что-то забыла. Диего вопросительно поднял бровь.

– Ты мне очень понравилась, Изабелла, – задумчиво сказала она, скользя взглядом по застывшей фигуре девушки. И очень серьезно добавила.

– Если мой старший брат будет тебя обижать…

Глубоко вздохнув, Диего взял ее за руку, словно маленького ребенка, и вывел из гардеробной.

– Ты ведь не сильно обидишься, если я закрою за тобой дверь? – насмешливо поинтересовался он у сестры и захлопнул дверь.

И медленно повернулся к Изабелле.

– Напомни мне, на чем мы остановились…

– Вы хотели мне что-то сказать, – пробормотала Белл, настороженно глядя на Диего Торреса. Он был совсем не похож на человека, который может что-то забыть. И зачем он закрыл дверь?

– Точно, – усмехнулся мужчина, приближаясь к ней. Девушка попятилась.

– Изабелла? – темная бровь Торреса вопросительно поползла вверх.

– Совсем не обязательно так близко подходить ко мне, – пробормотала Белл, прижимая к груди вечернее платье от Лилиан Вентворт. – Я все услышу…

– Ага, – кивнул головой Диего, протягивая к ней руку.

Девушка недоуменно взглянула на его раскрытую ладонь.

– Вы…

– Я собираюсь преподать тебе несколько уроков актерского мастерства, – спокойно сказал мужчина. – Не нужно видеть в моих действиях какой-то иной смысл. Ты поняла?

– Да, – пробормотала девушка, совершенно ничего не понимая.

– Итак, возьми меня за руку.

Белл осторожно вложила пальцы в раскрытую ладонь Диего. Удовлетворенная улыбка скользнула по губам мужчины, и он с силой рванул ее на себя.

– Урок первый. Он называется – мне безумно нравится прикасаться к Диего Торресу.

«Что за нелепое название?» – подумала про себя Белл, но предпочла промолчать.

– Четко следуй моим инструкциям, и у тебя не будет проблем. Поняла?

Закусив губу, Белл молча кивнула.

– Проведи ладонью по моей щеке, глядя мне в глаза.

– Что? – девушка удивленно вскинула голову.

– Ты слышала, – отрезал мужчина.

Интересно, как она это сделает? Правой рукой Белл все еще прижимала к груди платье, а левую за запястье держал он. Словно прочитав ее мысли, Диего со вздохом отобрал у девушки платье и бросил его на пол.

– Оно же такое дорогое… – сокрушенно прошептала Белл, глядя на черный блестящий шелк под своими ногами.

– Не уходи от темы, Изабелла, – в голосе мужчины послышалось нетерпение.

– Простите.

– И перестань все время извиняться! – теперь в его голосе звучала злость. – Ты играешь роль моей девушка, а не горничной. Начинай.

Это же так просто, думала Белл, скользя глазами по смуглому лицу стоящего перед ней Диего. Она делала это много раз, когда снималась с мужчинами – моделями для журналов. Это всего лишь работа, к которой она привыкла. Тогда почему ее руки дрожат, а во рту стало вдруг очень сухо?

– Изабелла, – и девушка вздрогнула. Осторожно, словно касаясь раскаленного металла, она дотронулась кончиками пальцев до лица Торреса.

– Мне кажется, или ты действительно хочешь проткнуть в моей щеке дыру, – насмешливо сказал Диего. – Нежнее. Твои прикосновения должны быть очень нежными.

Белл сосредоточенно кивнула, скользнув ладонью во высокой скуле мужчины. И тут же его рука накрыла ее пальцы. Белл замерла, уставившись в потемневшие зеленые глаза Диего.

– За те деньги, которые я тебе плачу, ты должна проявлять гораздо больше энтузиазма к своей работе, – вторая рука Торреса обвилась вокруг ее талии. – И не выглядеть так, как будто ты делаешь мне огромное одолжение.

– Это не так, – запинаясь, выдавила из себя Белл. Диего так сильно прижимал ее к себе, что ей было трудно дышать. – Я очень стараюсь.

– Не очень заметно, – фыркнул мужчина, разжимая руки. Отступив на несколько шагов, он смерил стоящую перед ним девушку непонятным взглядом.

– Попробуй еще раз. Но больше я тебе помогать не буду.

И демонстративно засунул ладони в карманы брюк.

Белл сглотнула, чувствуя, как задрожали руки. Сжав их в кулаки, она взглянула на Торреса.

Наверное, ей было бы гораздо проще мыть полы в его огромной квартире, чем выполнять его невероятные требования, уныло думала девушка, скользя глазами по высокой фигуре Диего. Он хочет, чтобы она демонстрировала к нему чувства, но как ей это сделать? Он должен ей нравится хотя бы чуть-чуть. Должно же быть в нем что-то, что ей симпатично?

– О чем ты думаешь, Изабелла? – вкрадчивый голос Диего раздался так неожиданно, что девушка, не задумываясь, ответила.

– О вас…

И, заметив, как сузились темно-зеленые глаза Торреса, резко побледнела, сообразив, что только что сказала.

– Я хочу как можно лучше выполнить свою работу, – торопливо заговорила она. – Хочу, чтобы вы были довольны мной. Не хочу, чтобы вы сожалели о том, что наняли меня.

– И об этом ты думала целых пять минут?

– Еще я думала о том, чем вы можете понравиться мне… – опустив голову, еле слышно сказала Белл.

Диего на мгновение забыл, что нужно дышать.

– Хм, – пробормотал он, совершенно не зная, как реагировать на это откровенное признание.

– Не поймите меня неправильно, – пробормотала Белл, – просто я совсем не умею притворяться. И актриса из меня тоже никакая…

– Поэтому, я должен быть тебе хоть чуточку симпатичен, чтобы ты смогла сделать вид, что между нами существуют отношения? – закончил он мысль за нее.

– Да! – с благодарностью выдохнула девушка.

– Ну что ж, – задумчиво сказал Диего. – Постараюсь немного тебе в этом помочь. Мое огромное состояние откидываем сразу – в прошлый раз это не прокатило. То, что я красавчик, за которым толпами бегают женщины, тоже не годится… Что же может тогда тебя привлечь? Мой высокий IQ? Знание восьми иностранных языков? Мои атлетические способности? Мои познания в живописи?

– Улыбнитесь, – тихо попросила девушка.

– Что? – не понял мужчина.

– У вас очень красивая улыбка. Улыбнитесь мне. Пожалуйста.

Диего с удивлением взглянул на нее. Женщины просили его о многом. Подарить машину, бриллианты, дом… Но чтобы его улыбка сделала кого-то из них счастливее? Он не помнил подобного.

– Ты серьезно? – с подозрением спросил он.

– Я лишь пару раз видела, как вы улыбаетесь, – задумчиво сказала девушка. – Вы все время такой мрачный и неприветливый. К вам даже страшно подойти – настолько вы серьезный и суровый. А когда улыбаетесь, – Белл на мгновение замолчала, – вы превращаетесь в совершенно другого человека.

– До тебя ни у кого не было проблем с выражением моего лица, – проворчал Диего, пытаясь выполнить ее просьбу.

– Вы выглядите так, как будто у вас болят зубы, – сморщилась девушка, глядя на него.

– А теперь как будто вас стукнули чем-то тяжелым по голове…

– А это похоже на голодный волчий оскал…

– Вы плохо стараетесь…

– Ты издеваешься надо мной? – не выдержал Диего после ее очередного замечания.

– Нет! – замотала головой девушка. – Просто вы совсем не искренни в своих усилиях. Закройте глаза и расслабьтесь. Подумайте о чем-нибудь приятном. Подумайте о том, что доставляет вам радость.

Мужчина с подозрением взглянул на нее и смежил веки.

Что доставляет ему радость?

Он никогда не задумывался над этим вопросом. У него в жизни было все, что можно только представить. Огромное состояние, роскошные дома по всему миру, личный самолет, яхта, сотни женщин мечтали заполучить его в качестве любовника…

Но доставляло ли ему все это радость?

Заключив очередной многомилионный контракт, обойдя своих конкурентов, он каждый раз испытывал чувство глубокого удовлетворения от мысли, что он лучший.

Но радость?

Он еле заметно покачал головой. Изабелла Росси задала ему такой простой вопрос. Но почему же он не может на него ответить? Неужели в его жизни нет ничего, что делало бы его счастливым?

Он вдруг вспомнил хмурый осенний день, район Харингей в юго-восточном Лондоне, маленькую убогую квартирку с обшарпанными грязными стенами...

«Он долго стоял посреди комнаты, заваленной всяким хламом. Колченогий стул рядом с прожженным окурками сигарет столом, тюфяк на полу, глиняная чашка с отбитой ручкой – он замечал какие-то детали, с отвращением думая о том, на что его мать растратила свою жизнь. Отказалась от его отца, чтобы умереть в притоне для наркоманов? Здесь было темно, а воздух был настолько сырой, что Диего с трудом дышал. Она всегда любила яркое солнце и свежий ветер… Он до сих пор помнил, как она закрывала глаза и поворачивала к океану лицо. В такие моменты, глядя на нее, он думал, что его мама – сказочная принцесса. Фея, которая однажды взмахнет волшебной палочкой и исчезнет. Она ушла от отца, когда ему было шесть лет. С тех пор он ее не видел. Не видел, пока его не попросили опознать ее тело. Лежащая на медицинском столе худая изможденная женщина с поседевшими спутанными волосами не имела ничего общего с той, которую он знал. Подписав в морге все необходимые бумаги, он приехал сюда.

– Я знала, что ты придешь, – чистый детский голос, раздавшийся сзади, заставил его резко повернуться. В дверном проеме стояла девочка лет восьми, держась тонкой рукой за косяк. Она была одета очень неряшливо, грязные, давно немытые волосы черными сосульками свисали вокруг худенького личика, на котором сияли огромные карие глаза. Нерешительно ему улыбнувшись, девочка робко шагнула в комнату.

– Кэтрин! – женский голос окликнул ее, и малышка вздрогнула. Испуганно оглянувшись, она помотала головой и приложила палец к губам, молча умоляя не выдавать ее присутствие. Диего кивнул.

Запрокинув голову, девочка пристально рассматривала его, а у него было странное ощущение, что он ее уже где-то видел. Было что-то знакомое в тонких чертах ее детского лица, в наклоне головы, в жесте, которым она откинула волосы, спадающие на глаза. Они разглядывали друг друга несколько минут, пока в дверном проеме не появилась женщина лет сорока.

– Кэтрин, нам уже пора, – обратилась она к девочке, и Диего заметил, как личико ребенка омрачилось. Покорно кивнув, она уныло опустила голову.

– Вы, наверное, судебный пристав, – обратилась женщина к Диего, беря малышку за руку. – Пришли описывать имущество умершей? К сожалению, – женщина слабо улыбнулась, – она не оставила после себя ничего стоящего. Только дочь. Бедняжку поселят в приюте. Поверьте, ей там будет гораздо лучше, чем в этом притоне для наркоманов.

Дочь!

Он смотрел в карие огромные глаза своей сестры, из которых медленно катились слезы, и чувствовал, что ему не хватает воздуха. Стены этой грязной комнаты вдруг сузились до размера спичечной коробки и всей своей кирпичной массой навалились на него. Диего рванул ворот рубашки. Пуговицы дождем посыпались на пол.

– Кэтрин! – в голосе женщины послышалось нетерпение.

– Я не пойду! – всхлипнула девочка и выдернула свою ладошку из руки женщины. Подбежав к Диего, она обхватила его обеими руками, крепко сжала.

– Пожалуйста, не делай этого! Не позволяй ей забрать меня! Пожалуйста! – рыдала она, а у него внутри все разрывалось на части. Пятнадцать лет назад он так же умолял свою мать не бросать его, не оставлять одного с отцом. Но тогда у него оставался хотя бы отец…

Диего аккуратно отцепил пальцы девочки от своей одежды. Она замерла, а потом ее ладошки в его руках обмякли. Она попыталась вырвать их, но он не дал, сжимая так осторожно, словно они были из хрупкого стекла.

Опустившись перед ней на колени, он заглянул в бледное, опухшее от слез личико.

– Ты ведь знаешь, кто я, Кэтрин?

– Да, – выдохнула девочка. – Мама сказала, что ты однажды придешь. Она все время ждала тебя. И я, – она робко улыбнулась, – я тоже ждала вместе с ней…

– Она, – Диего сглотнул, чувствуя в горле огромный влажный ком, – она говорила с тобой обо мне?

– Она сказала, что я должна попросить у тебя прощения…

– Тебе не за что просить у меня прощения, Кэтрин, – с трудом выдавил из себя Диего.

– Нет! – запротестовала девочка. – Это не я! Это мама меня попросила сказать, что она очень сожалеет о том, что так поступила! Ей было очень стыдно! И она очень боялась…

Голос девочки стих.

– Чего же она боялась?

Кэтрин с опаской взглянула на него.

– Что ты не забыл, как сильно она тебя обидела… Ведь если ты не забыл…

Маленькая нижняя губа дрогнула, и девочка изо всех сил закусила ее, пытаясь сдержать рвущиеся наружу рыдания.

– Я все забыл, Кэти, – он прижал ее к себе, чувствуя, как сильно дрожит ее детское хрупкое тело. – Не огорчайся. Я позабочусь о тебе.

Не выпуская ребенка из рук, он поднялся и направился к выходу.

– Извините… – напомнила о своем присутствии женщина. – Но я должна…

– Меня зовут Диего Торрес, – Диего остановился. – Я сын жившей здесь женщины, а эта девочка – моя младшая сестра. И я забираю ее с собой.

– Вы не можете…

– Поверьте мне, могу! – отрезал Диего. – Мои адвокаты завтра свяжутся с вами…»

– Она был такая грязная… – прошептал он, не открывая глаз. – Я с трудом уговорил ее помыться… Каталина заставила меня стоять в дверях… Боялась, что я исчезну из ее жизни так же внезапно, как появился… У нее никого не было, кроме меня… И у меня никого нет дороже сестры…

Женские пальчики с нежностью коснулись его лица. Провели по темным густым бровям, по переносице спустились к губам. И все внутри Диего замерло. Прислушиваясь к биению собственного сердца, он ждал. Ждал, когда Изабелла дотронется до его губ.

Минута тянулась за минутой, и он с горечью понял, что все его ожидания были напрасны. Как бы он не хотел, как бы она не старалась, Изабелла не сможет побороть ту странную неприязнь, которую испытывала к нему. И он даже не мог винить ее за это.

– Ладно, достаточно на сегодня, – отрезал он, открывая глаза. И недоуменно уставился на девушку. Отдернув от его лица руку, она подскочила от неожиданности. А тонкая кожа на скулах покрылась ярким румянцем стыда, словно он застукал ее за каким-то непристойным занятием.

– Простите, – прошептала Изабелла, стараясь смотреть куда угодно, но только не на него.

– Смею предположить, что моя улыбка тебе тоже не понравилась? – саркастически поинтересовался Диего. – И что же ты будешь делать, Изабелла? Расторгнешь со мной контракт? Потому что не сможешь притвориться влюбленной в человека, который тебе противен?

– Я не могу расторгнуть контракт… – ее ответ был еле слышен.

– Не можешь или не хочешь? – презрительно процедил мужчина, окидывая ее неприязненным взглядом. Девушка молчала.

– Я, наверное, совсем дурак, раз задаю такие глупые вопросы, – Диего даже не пытался скрыть свое отвращение. – Я плачу тебе двадцать четыре тысячи евро в сутки. За которые даже делать особо ничего не надо. Покажите мне человека, который добровольно откажется от таких денег?

И, повернувшись, вышел из гардеробной.

Глядя на захлопнувшуюся за мужчиной дверь, Белл нервно кусала губы.

Что она могла сказать ему в свое оправдание?

Что он прав и неправ одновременно?

Что она каждую минуту, проведенную с ним, чувствует угрызения совести за то, что не может сделать?

И она не может отказаться от этой работы…

Это ее последний шанс, ради которого она готова вынести все…

Все, что угодно. Оскорбления, унижения, презрение.

Потому что у нее тоже нет никого, кто был бы ей так же дорог, как Кьяра.

Закинув ноги на журнальный столик, Диего медленно пил виски из бокала. В спальне с каждой минутой становилось все темнее от сгущавшихся вокруг него теплых летних сумерек, но зажигать свет ему совсем не хотелось. Глядя невидящими глазами прямо перед собой, он снова и снова прокручивал в голове события ушедшего дня.

Изабелла Росси была предельно честна с ним, дав понять, что он не вызывает у нее ничего, кроме неприязни. Что рядом с ним ее удерживают лишь деньги, которые он платит ей. И ей очень трудно притворятся, что он хоть чем-то симпатичен ей. Она даже не пыталась разглядеть в нем мужчину. Он был для нее лишь хорошей высокооплачиваемой работой.

Диего сделал большой глоток виски, на мгновение задержав обжигающую жидкость во рту.

Он должен был быть благодарен ей за подобную честность. Но…

Но мысль, что его благодарность была просто безмерной, если бы Изабелла солгала хоть на йоту, не давала ему покоя. Он вспоминал, как тонкие девичьи пальчики скользили по его лицу, как от ее прикосновений, пусть мимолетных, пусть едва ощутимых, ему было трудно дышать, и ладони сами по себе сжимались в кулаки. Он словно пытался удержать в себе крик бессильной ярости. Зачем, зачем он все это затеял? Миллион раз он задавал себе этот вопрос сегодня, и с каждой минутой все больше склонялся к мысли, что пора остановиться. Пора прекратить этот никому не нужный и бессмысленный спектакль, пока ситуация не зашла слишком далеко.

Залпом допив остатки виски, мужчина поставил бокал на пол и поднялся. Нужно признаться хотя бы самому себе – впервые в жизни он проиграл женщине. Он думал, что его гениальный по простоте план сработает очень быстро. Что Изабелла, проведя рядом с ним несколько дней, не сможет противиться его обаянию и с радостью ляжет в его постель. Что, получив от нее то, чего он так долго добивался, Диего выставит девушку за дверь, честно оплатив все часы, которые она провела рядом. Низведет до состояния шлюхи, которой платят за интимные услуги. Докажет себе, что она точно такая же, как и все остальные женщины. Готовая на что угодно ради денег.

Но, черт ее побери, она даже толком не целовалась ни с кем!

И совсем не тянула на шлюху!

И вообще, она знала, с какой стороны нужно подходить к мужчине? Как обольстить его, соблазнить, превратить в послушную марионетку в слабых женских руках? Заставить исполнять все желания и капризы, взамен отдавая себя и свое восхитительное тело?

Диего на мгновение остановился посреди своей огромной спальни. Он вдруг вспомнил испуганные темно-синие глаза, то, как она дрожала в его руках, словно от озноба – и яростно замотал головой. Неоперившийся желторотый цыпленок – вот кем была Изабелла Росси! Не имеющий не малейшего представления о том, что делать с роскошным телом, которым наделил ее Всевышний!

Он должен отпустить ее…

Диего на мгновение прикрыл глаза, понимая, что это единственный выход из этой нелепой, полной абсурда, ситуации. Ситуации, которую он создал сам, своими собственными руками. Он никогда так быстро не сдавался, но в этот раз… Битва, которую он затеял с Изабеллой, с самого начала была нечестной. Все козыри были у него на руках. Ей нечего было противопоставить ему.

Кроме своей невинности…

Мужчина поморщился – очень трудное препятствие, штурмовать которое у него не было никакого желания. Совратить девственницу… Которой ты даже не нравишься… Да проще переплыть Атлантический океан в дырявой лодке…

Диего с силой провел ладонями по лицу, словно пытался прогнать мрачные мысли, прочно засевшие в его голове.

Как такое могло с ним случиться? Как он мог снова так ошибиться? Снова принял ее не за ту, кем она является на самом деле? Почему он видел в ней лишь искушенную опытную куртизанку, которая играет с ним для того, чтобы выманить побольше денег? И не замечал, не хотел замечать ничего, что указывало бы на его ошибку?

А, может, он просто очень сильно хотел верить в то, что придумал себе сам?

– Достаточно, – процедил Диего, сжимая голову обеими руками. Если он и дальше будет думать об Изабелле, то в один прекрасный день просто свихнется. Она должна исчезнуть из его жизни. Это единственное правильное решение. Она исчезнет – и он со временем забудет про нее. Как забывал про всех своих женщин.

Да, именно так он и поступит. Завтра он ей скажет, что разрывает контракт.

Прислонившись спиной к кровати, Белл сидела на полу, обхватив колени руками. Перед ней лежал рюкзак, с которым она вчера пришла сюда. Слабая улыбка скользнула по губам девушки – ей понадобилось всего лишь десять минут, чтобы собрать свои вещи. Зубная щетка, средства по уходу за кожей, нижнее белье и пара учебников по социологии – вот и весь ее скудный багаж. И завтра, когда Диего Торрес объявит, что ее работа окончена, она сразу уйдет, не задерживаясь здесь больше ни на минуту.

В том, что Диего поступит с ней именно так, она больше не сомневалась. То, как он смотрел на нее в гардеробной, выражение его лица, взгляд, полный отвращения – все указывало на то, что он уже сотню раз пожалел о своем решении нанять ее в качестве спутницы. Белл закусила губу и еле заметно покачала головой. Почему ее так сильно беспокоит то, что думает о ней Диего Торрес? Ведь он ей даже не нравится.

Или…

Белл отчаянно замотала головой, пытаясь заглушить слова, которые нашептывал ей вкрадчивый внутренний голос.

Нет!

Этот мужчина ей очень неприятен!

Он считает, что за деньги можно купить все!

Думает, что раз он красавец и богач, все женщины должны смотреть ему в рот и повиноваться каждому сказанному им слову!

Самовлюбленный напыщенный индюк – вот кто такой Диего Торрес!

Но какая же потрясающая у него улыбка, совсем не кстати подумала Белл, и едва не застонала. Она, повидавшая за последние шесть лет немало красивых людей, не могла забыть лицо Диего. Улыбка, полная нежности, смягчила жесткие черты, превратив застывшую каменную маску в живую скульптуру. Закрыв глаза, он стоял перед ней, а она не могла оторвать взгляд от его преобразившегося лица. А ладонь сама потянулась к нему. Видит Бог – Белл изо всех сил сопротивлялась этому странному влечению, но вспыхнувшее внезапно желание дотронуться до него было сильнее ее. Белл еле слышно застонала и уронила голову на колени, пытаясь спрятать покрасневшее от смущения лицо. Он не нравится ей! Не нравится! Не нравится!

Тогда почему у нее от волнения так тряслись руки?

Pulsuz fraqment bitdi.