Kitabı oxu: «Порочные клятвы. Заманчивое предложение»

Name: Порочные клятвы. Заманчивое предложение
Author: Дж. Уайлдер
ISBN: 978-5-04-247705-8

Şrift:

J. Wilder

A TEMPTING ARRANGEMENT

Опубликовано в согласии с автором и его литературными агентами, JABberwocky Literary Agency, Inc. (США) через Игоря Корженевского от лица Агентства Александра Корженевского (Россия)

* * *

Для всех читателей, которые хотят, чтобы троп «тронь ее, и ты труп» стал явью.

Дорогой читатель!

Серия книг «Порочные клятвы» – это спин-офф серии «Нарушители правил». Вы вновь встретитесь со знакомыми персонажами, но помните: эта книга совершенно другого жанра.

Я настоятельно рекомендую ознакомиться с нижеперечисленными предупреждениями. История Деймона и Мисти затрагивает сложные темы, которые могут вызвать дискомфорт или негативные эмоции. Кроме того, в тексте присутствуют сцены насилия, которые могут быть болезненно восприняты.

Глава 1. Деймон

Я едва осознаю, как нежные розовые губы Селены ласкают меня. В мастерстве этой женщины нет никаких сомнений: ее рука обхватывает мою плоть, пока другая ладонь мягко опускается ниже, создавая ощущение невероятного наслаждения. Она настоящий профессионал своего дела и отлично разбирается в моих желаниях. Она быстро и без особых усилий подается вперед, после чего резко откидывается назад в попытках отдышаться. Но как бы сильно она ни старалась, мое тело остается безучастным.

Я не стесняюсь платить за подобного рода услуги. В прошлом я уже экспериментировал со случайными связями. Но, увы, сколько бы раз я их ни предупреждал, что это всего лишь секс, в какой-то момент они все равно начинают требовать большего. Что ж, по крайней мере, мне не в чем их упрекнуть. Я наследник огромного состояния Эвереттов, а потому желанная добыча. Единственный мотив, который может быть сильнее жадности, – это жажда мести.

Собственно, поэтому я и переключился на девушек, которым нужны лишь деньги. Никаких эмоций, никаких неловких прощаний – сугубо деловые отношения.

В тот момент мне это было крайне необходимо. Особенно после того, как мисс Харт, убрав за спину свои волосы цвета бледной розы, наклонилась над столом в конференц-зале. Она пронзила меня своим острым взглядом, словно говоря: «Возжелай меня».

Но разве мог я сопротивляться?

Разве не она стала причиной того, почему я пришел на эту встречу?

Кроме «Бостон Брюинз» у меня есть и другие компании. И уж, конечно, в мои обязанности не входит присутствие на рядовых рабочих планерках. На этот случай у меня есть доверенные сотрудники.

Когда брат узнал, что я пойду на собрание, он посмотрел на меня – и, похоже, ему все стало ясно. Я успел послать его раньше, чем он бросил мне хоть слово упрека.

Такие мужчины, как я, не ходят на собрания. С другой стороны, такие мужчины, как я, не тащатся от своих фееобразных сотрудниц.

Она молода, энергична, в ней столько жизни, что мне, пожалуй, и не снилось. Кажется, что я погублю ее в ту же секунду, когда прикоснусь. Кровь, омывающая мои руки, поглотит и ее.

Однако, черт бы меня побрал, я испытал дикое желание перегнуться через этот стол и зажать ее рот, когда она произнесла «Да, сэр», приподняв бровь.

Поэтому вечером я пригласил Селену именно сюда.

С легким чавканьем она отстраняется, и я вижу взгляд ее ласковых карих глаз. Все бы отдал, чтобы на их месте были другие – бледно-зеленые.

– Эй, все хорошо? Я делаю что-то не так?

– Нет, ты умница. – Я сжимаю ее волосы в кулак и направляю ее обратно, полный решимости достичь пика.

Мое внимание приковано к тому месту, где сидела Мисти во время совещания. Я представляю себе сегодняшнее утро, только на этот раз без бессмысленных попыток отгородиться от своих чувств.

О нет, в этот раз я бы встал позади Мисти и прижал ее прямо к твердой поверхности огромного стола.

Ладонями я бы обхватил ее бедра, а затем стянул бы юбку с цветочным узором, открывая себе вид на шикарную задницу.

Из моей груди вырывается стон. Это побуждает Селену ускориться.

Мне же начинает казаться, что я почти ощущаю, как горит моя ладонь от воображаемого шлепка по округлой попе Мисти. Я хотел взять ее с самого первого дня нашей встречи.

Тогда она стояла в холле, уперев руки в бока и слегка наклонив голову. Я запомнил ее круглые глаза и быстро, словно в одышке, вздымающуюся грудь. Но она не обратила на меня внимания и прошла мимо, не проронив ни слова.

Черт, я с трудом сдержался, чтобы не схватить ее и не прижать к стене прямо там. Не знаю, что произошло, но я уверен только в одном: никогда и ни к кому я не испытывал подобного.

И теперь мне не терпится услышать ее стоны, когда я буду брать ее изо всех сил. Я бы проник в ее душу и довел до такого состояния, что она стала бы меня умолять о всяком и выкрикивать мое имя.

Я снова издаю стон сквозь стиснутые зубы. По телу пробегает дрожь, и я стараюсь крепче прижаться к губам Селены. Мои мышцы болезненно напрягаются по мере того, как я приближаюсь к пику. Селена обхватывает меня сильнее меня сильнее, но и этого мне недостаточно.

Это не то, чего я хочу.

Вздох разочарования срывается с моих губ, когда я уже готов оттолкнуть ее и признать поражение. В этот момент дверь конференц-зала открывается и кто-то с шумом втягивает воздух, оглядывая обстановку.

Мисти. Она стоит в дверном проеме, свет из коридора освещает лишь половину ее лица. Она отбрасывает волосы назад, обнажая изящную линию шеи. Мой взгляд невольно устремляется к вырезу на ее платье в области декольте.

Хочется сорвать этот кусок ткани и услышать звуки, которые она будет издавать, когда я доберусь до ее груди.

Черт, как она делает это? Почему при виде нее я становлюсь похож на дикаря?

Мне не стоит даже думать об этом. Следовало бы держаться от нее подальше. Но вместо этого, как последний идиот, я не могу отвести взгляда от ее губ, застывших в изумлении.

Внезапно я представил, что теперь она обхватывают мое возбуждение; она жалобно стонет, прижимаясь ко мне все сильнее; я зажимаю в кулак ее бледно-розовые волосы и ею ртом все быстрее, так что ее чудесные зеленые глаза наполняются слезами.

Из моей груди вырывается глухой стон, что-то внутри сжимается, когда я представляю ее, стоящую на коленях.

Мисти хмыкает, разрушая иллюзию; я же отрываю взгляд от ее теплого рта и принимаюсь доставлять себе удовольствие на глазах у этой волшебной пикси, которая завладела всем моим вниманием.

Мисти не сводит глаз с моей руки, которой я поглаживаю себя. Свет падает на затвердевшие бусинки ее груди, а румянец окрашивает щеки в нежно-розовый оттенок.

Уверен, ей хватило бы и пары минут, чтобы довести меня до предела. Я представляю, как ее нижняя губа задевает чвствительную кожу, и от этого мне буквально сносит крышу.

Мои бедра наконец подаются вперед. Наслаждение обрушивается так, что по телу пробегает дрожь, и я чувствую, как изнутри вырывается тёплая волна, оставляя след на руке.

Мисти все еще не смеет пошевелиться, пока я тщательно вытираюсь носовым платком. Затем подтягиваю штаны, намеренно оставляя пуговицу расстегнутой.

А после решительными шагами направляюсь к Мисти, сокращая расстояние между нами. Ее зрачки расширяются, но она все так же не смеет пошевелиться. Словно кролику в силках, ей остается только ждать, пока я придвинусь ровно настолько, чтобы носки нашей обуви соприкоснулись.

Ей приходится слегка приподнять голову, чтобы стойко выдержать мой взгляд, а я наклоняюсь к ней так близко, что почти могу почувствовать ее дыхание.

Я не могу отказать себе в удовольствии прикоснуться к ней, поэтому провожу большим пальцем по ее нижней губе, слегка стирая помаду. Мягкий язычок пробегает по шершавой подушечке моего пальца, посылая обжигающий импульс по всему телу. Мой вкус наполняет ее рот.

Но в мгновение ока она отшатывается, широко распахнув глаза словно от шока. Мне приходится схватить ее за руку, чтобы она не споткнулась. Практически на одном дыхании я шепчу ей:

– Рад снова вас видеть.

На лице Мисти происходит мгновенная перемена: шок уступает место страху, а затем и унижению. В конце концов она почти переходит на визг, бросая быстрое «Извините», а затем разворачивается и кидается прочь.

Я сдерживаю свои эмоции, пытаясь не поддаться искушению догнать ее, прижать к стене и проверить, действительно ли в ее трусах так влажно, как я думаю. Я с трудом сглатываю комок в горле. Что ж, пусть моя маленькая мышка еще не созрела для меня, отступать все равно слишком поздно.

За спиной раздается женский кашель.

– Так ты звонил из-за нее? – спрашивает Селена.

Она уже успела полностью одеться и заправить шелковую блузу в идеально облегающую юбку-карандаш. Она выглядит так, словно создана для любых заседаний и кабинетов. В ней есть что-то такое, чего недостает Мисти.

И, по крайней мере, с Селеной я могу делать все то, чего не могу позволить с другой.

– Этого больше не повторится.

Она кивает и, опустив взгляд, принимается рассматривать ворсинки ковра в том месте, где их могло испачкать мое семя.

– Можешь идти. Я сама здесь приберусь.

Я выхожу из кабинета и протягиваю брелок-пульт к дверям лифта. Система продумана так, чтобы лифт приехал прямо ко мне, минуя другие этажи. Возможно – если только повезет, – Мисти вновь вернется ко мне.

Но кабина приезжает пустой. От разочарования мое тело снова бросает в дрожь. К тому моменту, когда я выхожу из здания, ее яркая розовая макушка, словно дразня, скрывается в салоне такси. Я хищно облизываю губы, вытягивая шею. Мне не нравится, что она садится в машину к незнакомцам, и я мысленно обещаю себе, что этот раз был последним.

Я окликаю Фернандо, нашего охранника и единственного человека, на которого могу положиться.

– В моем кабинете мисс Селена. С ней не должно быть проблем, но проследи, чтобы она ушла.

– Будет сделано, босс.

Парковщик, словно по мановению волшебной палочки, уже подал мою машину.

Я вклиниваюсь в поток автомобилей и ловко маневрирую, следуя за едва различимым силуэтом темно-синего авто, в которое села Мисти. Еще немного, и я оказываюсь в нескольких метрах позади нее.

Я понимаю, что не должен так пристально следить за ней. Нужно оставаться незаметным, но я не могу смириться с мыслью, что хоть на миг потеряю ее из вида.

И если вдруг водитель захочет свернуть, я должен вовремя заметить это. Впрочем, я и так знаю, где она живет и каков самый быстрый путь к ее дому.

Черт, как могло дойти до того, что она стала моей навязчивой идеей? Может быть, сны, в которых она появлялась, выкрикивая мое имя, стали тому причиной?

Я подъезжаю к ее дому сразу после нее и вижу, как она выходит из машины и направляется к двери. Мисти тратит несколько драгоценных мгновений на то, чтобы отпереть дверь, и когда я понимаю, что этого времени вполне достаточно для того, чтобы кто-то успел подойти сзади, у меня сводит челюсть.

В списке контактов я выбираю имя своего брата Маттиаса и нажимаю «Вызов».

– Слушаю.

Услышав усталый голос брата, я только сейчас понимаю, что уже час ночи. Что же Мисти понадобилось в офисе так поздно?

– У меня есть для тебя задание, – отвечаю я, не отрывая глаз от входной двери.

Брат не удивлен.

– Это что-то касательно нашего проекта или скорее личного… характера?

– Последнее.

– Хм, и кто же он? – Теперь в голосе Маттиаса я слышу неподдельный интерес.

– Она.

Я шумно выдыхаю, уже зная, что сейчас он попытается отчитать меня.

Брат недовольно хмыкает.

– Ты ведь знаешь: времена, когда мы использовали наши таланты, чтобы контролировать кого-то, давно прошли. А теперь ты хочешь сказать, что преследуешь девушку? Тебе напомнить о том, что бывает, когда ты вновь обращаешься ко злу?

– Сила и есть источник зла, – тихо, но твердо отвечаю я. – Причем смертельный.

В машине царит гнетущая тишина, которая, кажется, давит даже на моего брата. В юности мы оба познали жестокость жизни тех, кто называет себя Богами Ордена Святых. Я едва не потерял его и был готов пойти на все, чтобы вернуть, даже стать самим дьяволом.

Мой брат откашливается.

– Так… за кем нам предстоит следить?

– За моей будущей женой.

Глава 2. Мисти

Стук моих каблуков эхом разносится по лестничной клетке, отражаясь от стен кирпичного цвета и вторя в унисон моему сердцебиению. А моя кожа гудит словно мерцающие флуоресцентные лампы, висящие над головой. Дойдя до порога квартиры на четвертом этаже, я глубоко вдыхаю, чтобы не задохнуться от волнения.

Каждая секунда из того, что произошло в конференц-зале, снова и снова проносится у меня перед глазами.

Вот я стою, застыв на месте, и наблюдаю за движением его руки. А в следующую секунду он гладит мои губы и его вкус наполняет мой рот. Это выдернуло меня из оцепенения, словно ведро ледяной воды, которое погасило быстро нарастающее желание.

Всю дорогу до дома я провела в попытках найти объяснение произошедшему, как будто это была какая-то галлюцинация и у меня просто случился нервный срыв. Или как будто я только что очнулась от месячной комы и поняла, что все это было лишь плодом моего воображения. Потому что я не могу поверить в то, что намокла, пока наблюдала за тем, как мой начальник занимается сексом с другой.

Мы ведь терпеть друг друга не можем. Впервые в качестве пиар-консультанта компании я вошла в офис «Бостон Брюинз», полная жизненных сил и энтузиазма. Да, в тот день я гордилась собой. Из сотни претендентов выбрали меня.

И, очевидно, только для того, чтобы в первый же день Деймон Эверетт парой слов перечеркнул все, чего я достигла. Он не постеснялся недвусмысленно намекнуть, что я попала сюда по рекомендации друзей из компании. Казалось, было достаточно одного его взгляда на смелый узор моего платья и розовые волосы до плеч, чтобы он принял решение. И явно не в мою пользу – насколько это было ясно по его намекам на увольнение.

Но потом он исчез. Мы не виделись несколько месяцев.

Так почему же именно сегодня он вдруг присутствовал на собрании? В этот день я как раз должна была подготовить презентацию своего нового плана рекламной кампании на грядущий квартал. Свою речь я репетировала часами, если не больше.

И нужно отметить, я была готова на все сто: все бумаги, файл с презентацией были в полном порядке. Но то, что случилось со мной, когда я вошла в конференц-зал и увидела его, не передать словами.

Опустив голову, Деймон что-то увлеченно разглядывал в телефоне. Судя по всему, его совсем не интересовало происходящее вокруг. Что ж, отлично. Мне тоже не нравилось его присутствие. В какой-то момент наши взгляды встретились, и он кивком указал на место докладчика.

Конечно, после презентации он хватко критиковал буквально каждый пункт моего плана. Могу поклясться, он делал это, только чтобы досадить мне. В какой-то момент уголок его губ приподнялся, и, увидев его легкую ухмылку, я подумала, что вот-вот сорвусь.

Я всегда гордилась своим навыком контролировать эмоции, сдерживаться и смотреть на мир позитивно. Но в этот раз я не могла ничего с собой поделать: мои кулаки сжались, а мышцы шеи напряглись настолько, что казалось, голова вот-вот лопнет. Он знал. Видел, как меня била дрожь от охваченной ярости. И наслаждался моими страданиями.

Поэтому я не могу поверить в произошедшее. Быть того не может, чтобы Деймон Эверетт Третий – сама снисходительность – вдруг стал тем человеком, из-за которого я почувствую пульсацию и тянущую сладкую боль внизу живота. Не могу поверить в то, что я покорно разрешила ему водить влажным пальцем по моей нижней губе и языку.

Нет, я должна была вызвать охрану, должна была…

И мыслями я вновь вернулась к сцене в офисе.

– Эй, все хорошо? Ты немного покраснела, – в реальность меня возвращает знакомый голос Гори.

Я поднимаю глаза и сталкиваюсь с теплым оценивающим взглядом соседки. Увлеченная своими мыслями, я даже не слышала, как кто-то прошел по коридору. Наверное, она вернулась с ночной смены в ресторане. Еще секунду я глупо озираюсь по сторонам и понимаю, что так и застыла перед закрытой дверью своей квартиры с ключом в руке.

– Да… да, все в порядке.

Мой голос дрожит, и Гори наверняка это замечает.

Она пристально всматривается в мое лицо, после чего скрещивает руки на груди и ухмыляется.

– Итак, кто же он?

– Понятия не имею, о чем ты.

Мы живем по соседству вот уже почти год и, словно две одинокие старушки, делим все горести пополам.

– Ну конечно! – Ее голос сквозит явным недоверием. – Надеюсь, он хотя бы хоккеист. Хоккеисты хорошо зарабатывают.

Если бы Гори знала, насколько хорошо зарабатывает Деймон, она бы сошла с ума.

– Вынуждена тебя разочаровать: это не хоккеист.

Она приподнимает бровь, попутно занимаясь замком на своей двери.

– Что ж, не хочешь – не говори. Но будь осторожна.

– Я постараюсь. – Я машу ей рукой на прощание, но Гори еще на мгновение задерживается на пороге.

– И спасибо, что посидела с Чарли вчера. Иногда он может быть просто невыносим.

Чарли – это ее гиперактивный щенок, которого просто невозможно не любить, даже если он мочится прямо на пол.

– Конечно, если я еще понадоблюсь, ты знаешь, где меня найти.

К слову говоря, тот самый щенок бросается к моим ногам, как только соседка открывает входную дверь. Я беру его на руки, ласково окликая:

– Ну, и как дела у нашего бунтаря?

В ответ Чарли облизывает мой подбородок. Уже сейчас по размеру его лап можно сказать, что он будет крупной собакой. Поэтому, пока есть возможность, я с радостью беру его на руки.

– Извини, мальчик, сегодня у меня для тебя ничего нет.

Будто разобрав человеческий язык, щенок разочарованно взвизгивает. Мы с Гори хихикаем.

– Чарли, пойдем, я дам тебе вкусняшку.

С этими словами он бросается обратно к хозяйке. Мы прощаемся, и я наконец захожу в свою квартиру.

Теперь, когда я вновь остаюсь наедине со своими мыслями, сегодняшний вечер кажется мне просто шокирующим. Я быстро запираю дверь, облокачиваюсь спиной и скольжу вниз до тех пор, пока не оказываюсь на полу. Я больше не в силах сопротивляться воспоминаниям этого вечера. Никогда не смогу забыть его потемневшие глаза, пока он доводил себя до оргазма и одновременно ожидал моей реакции. Нужно было дать понять, что мне это неприятно. Но блеск его глаз и напряжение, проскользнувшее между нами, приковали меня к месту.

Я на сто процентов уверена, что он хотел меня. Хотел, чтобы я смотрела, хотел, чтобы стояла перед ним на коленях.

Мурашки снова бегут по моему телу, а бедра отчаянно жаждут чужих прикосновений. Но я ни за что не приближусь к этому мужчине. Независимо от того, насколько я его хочу.

Я заставляю себя подняться и пойти в комнату. По дороге сбрасываю туфли и осторожно расстегиваю молнию на платье. Свою одежду я научилась шить и переделывать сама, будучи еще подростком. С тех пор как я взяла нитку и иголку в свои руки, все стало на свои места и новые краски вписались в мой мир. Поэтому теперь мой гардероб – это море зелени, пурпура и розового.

Двенадцатилетняя я была бы в восторге.

Расстегнув лифчик, я надеваю свою самую уютную растянутую рубашку, а потом забираюсь в постель, слишком устав для других забот.

Но, очевидно, не смогу уснуть, пока мое сердце колотится как бешеное. Я видела, как моему начальнику – долбаному миллиардеру – делали это прямо в кабинете. Интересно, могу ли я шантажировать его? Может быть, таким образом я бы разжилась парочкой-другой миллионов и зажила бы явно лучше, чем сейчас?

Хотя кого я обманываю? Даже если у меня получится, я никогда не пойду на такое. Не важно, заслуживает он того или нет. Для меня это неприемлемо.

Мысли снова возвращаются к фантазиям о темно-каштановых волосах и дымчато-серых глазах Деймона. Я зарываюсь головой в подушку, пытаясь не думать о нем. Приходится сжать колени и закусить кулак. Но в ту же секунду моя оборона слабеет и я провожу кончиком языка по губе там, где могу ощутить его вкус.

Я устала сопротивляться искушению, тем более что уже давно сгораю от желания. Моя рука ласкает живот, прежде чем я опускаюсь ниже. Тихий стон вырывается у меня из груди, и вот уже я представляю, как его рука гладит меня там, где мне больше всего хотелось бы.

Я представляю, как он отодвинул бы ткань трусиков в сторону, а затем использовал несколько пальцев, пока кончики других массировали бы чувствительную кожу.

У меня перехватывает дыхание от того, что я представляю его у себя во рту. Я бы не позволила ему остановиться. Экстаз накрывает меня словно волна и сбивает с толку. Я выкрикиваю его имя.

Завтра придется сделать вид, что всего этого не было.

Завтра все и так окажется сном.

Все равно мы больше не увидимся.

Глава 3. Мисти

Я тупо смотрю на экран своего ноутбука, мягкий свет которого освещает мой рабочий стол в темном пустом офисе. Уже поздно, и я как раз вношу последние правки в проект, когда приходит уведомление о новом письме на почте.

Я открываю его и первые секунды не могу поверить в то, что там написано. Но все верно. Мне прислали приглашение на торжественное мероприятие, которое Эверетты ежегодно устраивают в честь дня рождения главы семьи.

В письме даже указана какая-то незначительная смешная причина, по которой на торжестве требуется мое неотложное присутствие в качестве пиар-консультанта. Я прекрасно понимаю, что это дело рук Деймона. Но вот только зачем? Это что, какая-то извращенная игра? Разве он недостаточно поиздевался надо мной прошлой ночью?

Несмотря на свои обещания, я никак не могла забыть произошедшее между нами. Клянусь, этот момент я буду помнить всегда. Каждый раз, когда я закрываю глаза, передо мной вновь появляется Деймон, поглаживающий свой ствол.

Я отряхиваюсь, пытаясь избавиться от наваждения, и нажимаю на кнопку «Ответить».

От: MISTYHART@BOSTONBRUINS.COM
Кому: Events@Bostonbruins.com
Вынуждена сообщить, что, к моему сожалению, я не смогу присутствовать на мероприятии.
С наилучшими пожеланиями
Мисти Харт, младший пиар-консультант «Бостон Брюинз»

И-де-аль-но. Я улыбаюсь в темноте и торжествую от того, с каким холодным профессионализмом я справилась с этой задачей.

Но счастье мое длится недолго. Через несколько мгновений на корпоративную почту приходит сообщение. Я навожу курсор на уведомление, хотя будто заранее знаю, кто это может быть.

Деймон Эверетт, генеральный директор «Эверетт Индастриз»
Посещение обязательно. Стиль одежды – официальный, оденьтесь соответствующе. До встречи.

А ведь он даже не потрудился поздороваться. Очевидно, что мне нечего там делать. Я не имею никакого отношения к приему, поскольку это семейное мероприятие. Обдумывая ответ, тянусь пальцами к клавишам.

Мисти Харт, младший пиар-консультант
Приношу свои извинения. Я уже запланировала встречу на выходные.

Едва ли я успеваю нажать «Отправить», как приходит еще одно сообщение.

Деймон Эверетт, генеральный директор «Эверетт Индастриз»
Это не просьба.

Боже. Я закрываю ноутбук, испытывая разочарование. Я даже не смогла сказать «нет», хотя мне все это противно. Но в тот же миг мое лицо озаряется улыбкой. Деймон настаивает? Ну и пусть. По крайней мере, он не вправе диктовать мне, что я должна надеть. Если ему захотелось покомандовать мной, я докажу, что он связался не с той.

* * *

Водитель Николас приоткрывает дверцу авто, когда мы стоим у отеля «Эверетт». Николас – уже в возрасте. Вероятно, ему около пятидесяти. На его лице неизменно сияет мягкая улыбка, и у него теплый, доброжелательный взгляд. К тому моменту, как мы подъехали, я уже знала, что у него прекрасная жена Сара и две дочери. Младшая поступила на первый курс юридического факультета, а старшая стала отличницей в медицинском колледже.

Еще дома, пока я собиралась, мне пришло сообщение о том, что за мной отправили машину.

Наверняка это замашки Деймона, чтобы я не распугала всех, появившись на такси.

Я смеюсь, вообразив всех этих богачей, которых охватывает ужас при виде такой простолюдинки.

Сейчас же я оглядываю здание отеля: архитектура с элементами ар-деко, а также современные детали из мраморного фасада с белыми и черными витражами.

Я протягиваю Николасу руку, и он помогает мне выйти из авто.

– Спасибо.

Он кивает и по-джентльменски скрещивает руки за спиной. В его заправской позе чувствуется жесткость, которая свидетельствует о многолетнем опыте.

– Рад помочь, мисс. Я буду ждать у входа, если вы захотите вернуться домой.

Я поправляю рукав платья.

– Это ведь не входит в твои обязанности. Я доеду и на такси.

– Поверьте, мисс Харт, это и есть моя обязанность. До встречи.

Я пытаюсь понять, что значат его слова, но мужчина в черном смокинге уже указывает на вход.

– Прошу, мисс Харт, сюда.

Я не помню, знакомы ли мы, но мужчина кивает в ответ моим мыслям и поясняет:

– Мы тщательно изучаем список гостей перед приемом. Не пугайтесь того, что весь персонал будет обращаться к вам по имени.

Я слегка морщусь:

– Это очень… непривычно.

Он смеется, и в его глазах я замечаю озорной огонек.

– Непривычно? А разве что-нибудь здесь привычно?

– И то верно.

Он оглядывает меня снизу вверх.

– Мисс, если хотите, вы можете задержаться перед уходом. Я бы пригласил вас выпить где-нибудь.

– Вы что, уже флиртуете со мной? – недоверчиво спрашиваю я. Складывается ощущение, что на самом деле этот парень очень молод для работы в баре.

– Все возможно. А тебе бы этого хотелось? – бесцеремонно обращаясь ко мне на «ты», подмигивает он.

– Нет, – я звонко смеюсь, – но попытка засчитана.

Стук моих каблуков эхом разносится по мраморному полу, пока я направляюсь к парадной лестнице. Затем ступаю на дорожку из мягкого бархата, придерживаясь рукой за изысканные перила.

Легкий сквозняк запутывается в моих тщательно уложенных волосах, когда, следуя за элегантно одетыми гостями, я прохожу через исполинские двойные двери в главный вестибюль. Внутри здание даже более впечатляющее, чем снаружи: много пространства, света и мерцающих огоньков, здесь помещаются даже маленькие деревца, украшенные яркими красными цветами. Мои легкие наполняются ароматом жасмина и меда.

– Вот же черт, – ругается Мия, моя близкая подруга, после чего издает протяжный свист, когда оглядывает мой наряд. На ней потрясающее темно-фиолетовое платье, а светло-русые волосы уложены во французскую ракушку. – Ну и кто тебя так разозлил?

– О чем ты? То есть… ты права, конечно, кое-кто действительно вывел меня из себя, но как ты это поняла?

– Да ты сегодня как принцесса Диана в своем платье мести¹. – Она жестом указывает на мою одежду, как будто этот вывод очевиден.

К слову, платье, о котором мы говорим, темно-синего цвета, с градиентом, переходящим в лазурный. Сверху у меня глубокий квадратный вырез, который я опустила настолько, что еще немного, и будут выглядывать соски. Надо сказать, атлас идеально сидит на мне, выгодно подчеркивая изгибы тела. Корсет платья туго обхватил корпус, хотя я и добавляла подклад из эластичного трикотажа, чтобы не потерять сознание.

Я показательно кружусь, позволяя Мие рассмотреть мой наряд.

– Так, значит, ты уверена, что платье сработает как надо?

– Определенно, – комментирует Алекс, приближаясь к нам и протягивая Мие бокал с шампанским.

Ривер, другой парень, подходит к Мие сзади и, целуя ее в висок, нежно приобнимает. Двое мужчин смотрятся очень эффектно в черных смокингах и белоснежных рубашках. С одной стороны – Алекс, светловолосый и игривый, с другой – Ривер, задумчивый брюнет.

Он приподнимает бровь, проницательно вглядываясь в мое лицо.

– Итак, кто же наш счастливчик? – улыбается Ривер. Если рядом нет Мии и Алекса, ему это практически несвойственно.

Я довольно хорошо знаю этих парней, с тех пор как они стали нападающими «Брюинз». Ривер обычно сдержан и менее разговорчив, чем сегодня. Но из них двоих он больше похож на плюшевого мишку, чем Алекс.

Тем временем я чувствую, как накатывает усталость. И о чем я только думала, надевая это платье? Я выгляжу слишком легкодоступной.

Мия хватает меня за руку. Должно быть, она читает мои мысли, поэтому тут же говорит:

– Ты сногшибательна, Мисти. Кем бы он ни был, у него снесет крышу. Поверь, он будет у твоих ног.

– Не уверена, что хочу видеть его у своих ног.

Впрочем, почему бы и нет?

Она увлекает меня в глубь комнаты, попутно бросая через плечо:

– А еще лучше – подразни и заставь его желать большего.

Огромный зал, несмотря на закрытое мероприятие, переполнен дорого одетыми мужчинами и женщинами. За время работы в НХЛ я успела привыкнуть к обществу состоятельных людей, но это нечто иное. Здесь представлена денежная аристократия во всем ее цвете – те, чьи папочки владеют запредельным состоянием.

Наши коллеги Лукас и Пайпер замечают нас в толпе и приветливо машут руками. Золотистые волосы Пайпер красиво уложены на старый манер, как будто она звезда из черно-белого фильма.

Мы с ней сблизились еще в студенческие годы, когда делили одну комнату в общежитии. Я была главным свидетелем их с Лукасом бурного романа. Временами у них все было наперекосяк, но, кажется, в итоге Лукас взял себя в руки.

– Привет, Мисти. Что заставило тебя приехать сюда? – поинтересовался Лукас, выглядящий шикарно в своем темно-синем костюме, который идеально подходил к его теплой смуглой коже.

– То же, что и тебя. Работа… – Я морщусь и прекрасно понимаю, что каждый из нас пришел сюда не по своей воле.

– Ты же обычно не ходишь на такие мероприятия, – настаивает Алекс.

– Ну да. Распоряжение начальства. – Я глубоко вздыхаю.

Алекс и Ривер при одном упоминании о Деймоне напряженно переглядываются. Не так давно тот пытался помешать Алексу стать капитаном команды. По словам Деймона, ничего личного, просто старые счеты с тренером.

– Ладно, нам нужно осмотреться. Пожалуйста, не ищи неприятностей, – ласково шепчет Ривер своей девушке.

Мия перекрестилась:

– Да боже упаси.

Ривер слегка приподнимает бровь.

– И почему я тебе не доверяю?

– Это все ее улыбка. Разве ей можно верить? – добавляет Алекс, подмигивая.

– Ладно-ладно, идите уже, – протестует Мия, но Ривер успевает наклониться к ней и быстро прошептать что-то на ушко, отчего ту покрывает румянец.

Как только парни уходят, она заговорщически поворачивается ко мне.

– Итак, выкладывай, кто он?

– О ком это вы? – интересуется Пайпер.

– О том, для кого Мисти надела это платье, – ответила Мия, делая глоток из своего бокала. – И что-то мне подсказывает: он явно сейчас здесь.

Пайпер окидывает меня пристальным взглядом, пытаясь найти подсказку.

– Почему ты для меня так не одевалась? – игриво хнычет она.

– Девочки, здесь нет никаких тайных подтекстов. Я просто хотела хорошо выглядеть. Сама для себя.

Девушки переглядываются, снисходительно улыбаясь.

– Ладно, храни свой секрет.

Я вздыхаю с облегчением, когда подруги отказываются от идеи допрашивать меня. Честно говоря, я сама не вполне уверена в том, что происходит. Одно я знаю точно: это платье я надела не для Деймона. Но я не знаю, чего от него можно ожидать.

С другой стороны, раз уж он заставил меня сюда приехать, я должна приложить все силы, чтобы он сам пожалел об этом.

Внезапно толпа наполняется возбужденно перешептывающимися голосами. Мне пришлось оторваться от своих размышлений и начать прислушиваться к группке женщин неподалеку. Я не стала оборачиваться. Но вся обратилась в слух.

– Ты их уже видела?

– Еще нет.

– Мне сказали, они только вернулись из Монако.

– Верно, у них там фамильный особняк.

– По-моему, кто-то из них даже успел поучаствовать в ежегодной автогонке.

– Не знаешь, который именно? Я бы тоже с радостью поучаствовала. Но только если бы нас посадили в одну машину!

– Что ж, дорогая, мечтать не вредно. К тому же не забывай, для них женщина – та же игрушка.

– Не обобщай. Уверена, Деймон был бы классным парнем. А вот у младших действительно ветер в голове.

Голос девушки пропитан грустью. Мне пришлось напрячься, чтобы услышать еще немного.

– Это потому, что он вообще ни с кем не встречается. Я знаю наверняка, что ни одна девушка не ночевала в его постели. Вспомни Бриттани. Она переспала с ним. Оказалось, он даже не поцеловал ее ни разу. А потом она сказала мне, что он в постели будто робот.

Я закатила глаза. Что ж, моя теория о том, что он хорош в постели, провалилась с треском. Нет ничего хуже, чем человек, не заботящийся об удовольствии своего партнера.

– Подожди, то есть она… ну… не достигла?..

– О, еще как достигла. Он даже сам настоял на этом. Но у нее сложилось впечатление, что ему в общем-то было все равно. Как будто это было лишь частью сделки. На самом деле, если посмотреть, все эти годы он не заводил серьезных отношений.

– Наверное, его мать вне себя от злости. Ведь ему сколько уже? Тридцать?

Я отмечаю про себя, что Деймон всего на пять лет старше меня. Предательский трепет пробегает по спине. Я стараюсь не думать о том, что парни постарше всегда казались мне сексуальными.

– О чем они? – шепчет Пайпер мне на ухо, отчего я подпрыгиваю на месте. Прижимаю руку к груди, сама не понимая, почему так испугалась.

Затем наклоняюсь к ней ближе.

– Так, обычные сплетни.

– С пикантными подробностями, надеюсь?

– Всё как всегда. Тема дня – братья Эверетты. Не понимаю, почему все от них без ума.

– Серьезно? – уточняет Пайпер. – Что ж, давай подумаем: красивые, влиятельные и до неприличия богатые. И кому они могут не нравиться?

– Алексу и Риверу, например, – парирует Мия.

– Вот-вот, – торжествующе киваю я Пайпер.

– Это не считается, они не любят их только из-за истории с капитанством. Но они уже все давно уладили между собой.

– Так, подожди, почему ты вообще споришь на эту тему? – Я стараюсь скрыть обвинительный тон в моем вопросе.

– Могу спросить тебя о том же, – отвечает Пайпер, и при этом я замечаю подозрительный блеск в ее взгляде.

Но в тот же миг свет в главном зале тускнеет, и я успеваю спрятаться от ее испытывающих глаз. Внимание толпы устремлено на большую сцену в центре.

Вдруг тон женских голосов начинает нарастать, слышатся одобрительные хлопки и мечтательные вздохи. На сцену один за другим поднимаются братья Эверетты.

– Это Себастиан, – восхищенно шепчет одна из девушек. – Он самый младший из четверых.

– Я слышала, что его преследует мысль о суициде.

– Я тоже слышала что-то похожее.

Я пододвигаюсь ближе и пытаюсь рассмотреть младшего брата. У него песочно-светлые волосы. Челка свободно падает на глаза. Но улыбка Себастиана, в которой чувствуется некоторая резкость, подсказывает, что он не совсем такой, каким кажется на первый взгляд.

Внимание переходит к следующему брату. Он явно несколько старше. Волосы этого парня зачесаны назад, и он совсем не пытается скрыть скучающего выражения лица.

– Это же Ксандер! Черт возьми, как он хорош!

Но восторг длится недолго: при виде следующего человека на сцене толпа, как будто по команде, зловеще затихает. Такое ощущение, что от него веет холодом. Мне кажется, даже я поддалась общему настроению и невольно поежилась. Темные волосы мужчины закрывают его взгляд от толпы.

– Маттиас, – шепчет кто-то позади и тут же замолкает. По какой-то причине никто не решается комментировать его появление. Очень жаль, ведь мне стало действительно интересно, почему он держится так отстраненно.

Последним выходит Деймон, и уж, конечно, в его представлении я не нуждаюсь. Я и так знаю, насколько он высокомерен, заносчив и придирчив к своим подчиненным. Но, не буду отрицать, этот костюм ему явно идет. Безупречно сшитый, он подчеркивает широкие плечи Деймона и в то же время выделяет узкую талию. Он – само воплощение четких линий и совершенства. И это начинает раздражать. А человек, который может раздражать одним своим появлением, просто не имеет права быть таким привлекательным!

Я успеваю горько пожалеть о том, что стою у сцены настолько близко. Деймон расстегивает пуговицу на пиджаке, и мне становятся отчетливо видны кубики пресса под его рубашкой. Чтобы остановить неконтролируемое слюноотделение, я пытаюсь силой напомнить себе, что именно он позволил себе до последней точки раскритиковать мою презентацию для благотворительного вечера Мии. Но, кажется, сам Деймон, судя по его ухмылке, сейчас находится на пике блаженства.

Элегантно одетая женщина поднимается на сцену, опираясь на руку пожилого мужчины. Этот мужчина, несмотря на свой преклонный возраст, держится строго по-королевски. Он – правящий глава дома Эвереттов и по совместительству дедушка уже упомянутых четверых братьев. Эверетту-старшему не меньше восьмидесяти лет, и возраст определенно дает о себе знать. Интересно, почему он все еще не передал правление одному из внуков?

Ответ я услышала почти сразу от одной из девушек.

– Его сына убили. Дело до сих пор так и не раскрыто. Эверетт запретил освещать это в новостях.

Женщина отпускает его руку и нежно целует в щеку. Сходство между ней и братьями очевидно, хотя ее волосы уже тронула седина.

Эверетт-старший подходит к микрофону, и, будто только при одном его взгляде, в зале воцаряется звенящая тишина.

– Спасибо всем, кто посетил наш ежегодный бал. Я должен признаться: сегодня у меня особая миссия.

Люди с интересом переглядываются, предвкушая исторический момент.

Мужчина слегка улыбается:

– Увы, я постарел и больше не могу скрывать это от вас.

Толпа встречает его шутку одобрительным смехом. После чего мановением руки Эверетт-старший вновь требует тишины.

– Много лет назад я надеялся передать пост главы семьи своему единственному сыну. После его гибели стало ясно, что наше наследие должно перейти к его старшему сыну.

Я перевела взгляд на Деймона, который теперь стоит с таким отрешенным выражением лица, будто речь идет вовсе не о нем.

– Согласно нашим традициям, мой преемник – человек, которому я передам заботу о семье и компании, – должен быть женат. Это единственное условие, которое выполнит мой внук Деймон, перед тем как приступит к новым обязанностям.

Зрителей в зале охватило волнение, толпа загудела.

– Ты знала об этом? – спрашивает девушка за моей спиной.

Пытаясь перекричать других, ее соседка отвечает:

– Нет, меня и в планах-то не было, когда объявляли наследника в прошлый раз, но очевидно, что он был очень даже женат.

Эверетт-старший несколько повышает голос, вновь привлекая внимание зала.

– Деймон должен жениться как можно скорее. Ему поручено определиться с выбором до конца лета. Если он не выполнит условие, пост главы компании перейдет к его брату Маттиасу.

После этих слов мужчина отходит от микрофона и покидает сцену. Очевидно, он выполнил все, что задумал, и его желание присутствовать на вечере было не больше моего.

Зал погружается в смятение: повсюду раздаются отрывки разговоров, шепот домыслов и сплетен. Конечно, девушки позади меня вовсю поглощены новостями.

– Я слышала, что они принадлежат к Ордену Святых.

– Не просто принадлежат, они – магистры Ордена.

Я вновь прислушиваюсь к их разговору.

– Это всё слухи. Бабушкины сказки.

Я раздраженно выдыхаю. Неудивительно, что богачи играют в тайные общества. Разве это не обычное дело для таких семей? Хотя мне почему-то тяжело представить себе Деймона в мантии и с каким-нибудь посохом.

– Просто ты никогда не была на их собраниях.

– Как будто ты была там.

– Нет, конечно, ведь я не миллиардер! Просто я встречалась с одним парнем, который был их членом. Он вечно болтал о том, что он какой-то там Апостол, или что-то в этом роде, и скоро его причислят к лику святых. Что бы это ни значило. Он попросил меня хранить это в тайне. Но… мне, конечно, пришлось рассказать паре друзей. Но я не думала, что слухи поползут так быстро. А однажды он выследил меня у дома и начал обвинять в том, что я разрушила его жизнь, и в том, что отношения со мной стоили ему «святости». По-моему, члены Ордена даже провели над ним ритуал изгнания. Тот парень просто обезумел! Я даже подумала, что он готов меня убить. Ну а потом откуда ни возьмись появился Маттиас. Наверное, он следил за ним. В любом случае после того дня я больше никогда его не видела.

– А ты заметила, как на Маттиаса смотрят другие мужчины? Это зависть или страх?

– Что бы там ни было, я знаю одно: в рейтинге «Топ-5 влиятельных семей» Эверетты точно заняли бы первое место.

Что ж, это не новость. А судя по Деймону, он бы никогда не согласился на меньшее.

– Как считаешь, вся эта история с принудительным браком затеяна для того, чтобы женить его повыгоднее? И ему уже подобрали наследницу какой-нибудь другой крупной династии?

– Все может быть. У богачей всегда так. Их жадности нет предела.

– По крайней мере, мы знаем, что Деймона заставят жениться, хочет он того или нет.

Глава 4. Мисти

Жениться. Жениться.

У меня внутри все сжимается, и звуки вокруг теряют смысл. Деймон смотрит вслед Эверетту-старшему. Мне кажется, что сейчас он должен быть в ярости. Ведь он бы точно не позволил собою командовать. Но, к моему удивлению, он лишь широко улыбается и подходит к микрофону.

– Мой дедушка оказал мне большую честь, доверив такую ответственную задачу. Я действительно очень долго был холостяком. Мне пора остепениться и завести собственную семью.

Деймон бегло оглядывает толпу, и мне начинает казаться, что он ищет кого-то конкретного.

Вряд ли это я. Что бы ни произошло между нами прошлой ночью, это было неправильно. Со всеми ли он так жесток?

– Я четко знаю, какой в моем представлении должна быть будущая миссис Эверетт: это храбрая и сильная, но одновременно с тем добрая и щедрая девушка. – Вдруг его взгляд остановился на мне. – Она будет с достоинством выполнять свои обязанности, а моя семья всегда поддержит ее.

Я слышу громкое биение своего сердца. Платье вдруг становится настолько тесным, что мне тяжело дышать.

Тонкими пальцами Мия обхватывает мое запястье:

– Эй, ты в порядке?

– Да, конечно, – но мой голос дрожит.

Неудивительно, что Мия не верит мне.

– Наверное, перебрала шампанского. – Мое слабое оправдание звучит глупо, но это хотя бы что-то.

Тем временем сцена уже опустела. Стены большого зала давят на меня, сужаясь до крошечных размеров. Мне срочно нужно проветриться.

Алекс, Ривер и Лукас приближаются к нам.

– Мне нужно в дамскую комнату. Я скоро вернусь.

Я пользуюсь временным замешательством девочек и бросаюсь в бега.

Туалет находится в самом конце длинного коридора. Возле входа уже собралась очередь. Неужели в таком дорогом заведении невозможно продумать подобные вещи?

Мой взгляд цепляется за табличку «Выход» над дверью запасного выхода напротив, и мне ничего не остается, кроме как толкнуть ее. Нужно срочно побыть одной и привести мысли в порядок.

Я выхожу на лестничный пролет. Но и здесь мне не удается сбежать от людей и сплетен. Этажом выше на площадке стоит группа женщин. Я улавливаю запах сигарет.

– Я думаю, речь шла об Анастасии Волковой. Их уже замечали вместе, к тому же компания ее отца – выгодный партнер.

– Вряд ли. Обри так этого не оставит. Да и ему нет смысла отказываться от ее титула.

– Ей просто нужно его состояние.

– Боже, в этом и есть суть. Думаешь, Деймон женится по любви? Ни одному из Эвереттов пока это не удалось.

После этих слов меня вдруг охватила печаль. Деймон, может быть, еще тот придурок, но разве он не заслуживает любви? Стоит только посмотреть на Лукаса и Пайпер, на их счастливые лица… Разве за это не нужно бороться? Если подумать, то Эверетты очень ограничены в выражении своих чувств.

Ведь счастье за деньги не купишь.

Я стараюсь незаметно спуститься на нижний этаж, чтобы открыть дверь наружу. Она ведет в небольшой узкий переулок, который с противоположной стороны окружен кирпичной стеной.

Выйдя наружу, я наслаждаюсь тем, как свежий воздух обдает мои обнаженные плечи. Сейчас я готова отдаться этому ощущению без остатка.

Но вместе с приятными запахами улицы я улавливаю слегка сладковатый аромат табака и тут же замечаю мужчину, который стоит в тени противоположной стены. На секунду огарок сигары освещает его лицо, и я успеваю рассмотреть незнакомца. В таком образе он похож на дьявола, оглядывающего свою жертву.

– Вы что, следите за мной, мисс Харт? – Из-за клубов дыма голос Деймона становится низким и хриплым. Улавливая эти нотки, я невольно ощущаю жар где-то ниже пупка.

Не в силах отвести от него глаз, я только и шепчу:

– Вряд ли.

Он вновь затягивается сигарой, и мое тело повторяет его движения, прислоняясь к стене и расслабляясь.

Но каждый раз, когда его взгляд скользит по мне, я чувствую легкое покалывание.

– Какая пытка, – говорит он так тихо, что я не могу быть уверена, правильно ли его расслышала.

– Что?

Он качает головой.

– Что вы здесь делаете? – спрашиваю я.

– Могу спросить вас о том же.

Любому другому человеку я бы ответила не задумываясь, но почему-то с ним во мне проявляется какое-то безрассудство и бунтарский дух, стоит мне только услышать его голос.

Деймон выдыхает, и на миг его глаза скрываются за стеной дыма.

– Мне нужен был свежий воздух.

А какого еще ответа он ожидал? Но теперь я решаю воспользоваться заминкой и тоже спросить его. Мой вопрос получается более резким, чем я ожидала:

– Разве вы не должны сейчас искать себе жену среди присутствующих женщин? Иначе для чего весь этот вечер?

Он проводит языком по верхней губе перед новой затяжкой.

– А вы, мисс Харт, на ком бы посоветовали жениться?

Я пожимаю плечами:

– Уверена, вы можете выбрать любую.

– А что, если я не хочу?

– Судя по тому, что я слышала, у вас, увы, нет выбора.

Несколько мгновений он будто обдумывает сказанное, а затем резко отталкивается от стены и сокращает расстояние между нами.

У меня перехватывает дыхание. Он двигается как хищник. Как человек, который получает все, что пожелает.

– А если я уже выбрал?

Я изо всех сил стараюсь спрятать лицо. Не стоит сейчас давать волю мимолетным порывам.

Вместо ответа я перевожу взгляд на сигару в его руке.

– Вы же знаете, что это вредно?

Уголки его губ приподнимаются, обнажая ровные белые зубы. Я бы назвала это зловещим оскалом.

Деймон делает еще одну затяжку и выдыхает мне в грудь, отчего по моей разгоряченной коже пробегают мурашки.

Я остаюсь недвижима, и тогда он вновь затягивается, наклонившись так, что его губы почти касаются моих.

Я инстинктивно приоткрываю рот, и он выдыхает сигаретный дым, наполняя им мои легкие. Табак обжигает мне горло так, что с трудом удается сдержать кашель. Через несколько секунд все становится на свои места, мой взгляд проясняется. Деймон снова повторяет процесс, и я послушно втягиваю каждый его выдох.

Он медленно отстраняется, заглядывая в вырез моего платья, и проводит пальцем по краю ткани.

– Абсолютная пытка. – Его серые глаза пытливо заглядывают в мои. – Что ж, вам пора возвращаться.

С разочарованным стоном я решаюсь вернуть ему его же вопрос:

– А что, если я не хочу?

Он одаривает меня все той же леденящей душу улыбкой.

– Здесь небезопасно. Нельзя предугадать, кто скрывается в тени.

Глава 5. Деймон

Я задерживаюсь на секунду, которой хватает, чтобы поправить твердый как камень стояк. Затем следую за Мисти внутрь. Когда я вхожу в главный зал, ее макушка уже скрывается в толпе. Очевидно, она направилась к своим друзьям.

Ривер что-то говорит и, запрокидывая голову, раскатисто смеется. Его движения, голос и взгляды излучают свободу, которой мне никогда не достичь. Что касается Алекса, я был буквально в гневе, когда увидел, насколько легко и непринужденно он может общаться с Мисти. Вначале мне даже показалось, что между ними что-то есть. Что ж, я собственник и не стану этого отрицать. Дошло до того, что я помешал ему стать капитаном команды, пока не узнал, что он тайно встречается с Мией.

Я был просто в восторге от того, что мои теории не оправдались.

Теперь я вижу, что они относятся друг к другу словно брат и сестра. С ним она может быть открыта, и тогда в ней просыпается игривость, которую она никогда не показывает при мне.

Как только Мисти вошла сегодня в этот зал, у меня перехватило дыхание. И нужно было приложить все силы, чтобы сохранить нейтральное выражение лица.

Она не прогадала с выбором платья: собрав бледно-розовые локоны наверх и позволив им открыть вид на загорелую кожу с глубоким вырезом платья, она стала еще соблазнительнее. Она стала богиней. И, когда мы встретились на улице, мне стоило больших усилий не впиться в ее губы прямо там.

Ее чистые зеленые глаза гипнотизируют меня. Когда она рядом, я чувствую тепло будто от солнца. И я с радостью проведу свои дни, греясь в ее лучах.

Пожалуй, единственная вещь, которая заставляет меня держать себя в руках, это осознание того, что она сбежит, как только я прерву поцелуй.

Нет, нужно, чтобы она привязалась ко мне и сама пожелала быть моей.

Я не могу назвать себя терпеливым человеком, но ее я готов ждать. Мне нужно показать ей, что мы созданы друг для друга, что она – та частичка моей души, которой мне недостает, а я для нее – защита и опора, в которой она сильно нуждается.

Ее голос теряется в толпе, но люди оживляются в ее присутствии. Даже отсюда мне хорошо видно, с какой нежностью ее друзья относятся к ней.

Я не люблю делиться. Но в общении с ними я бы не смог ей отказать. Ведь по какой-то причине она считает этих людей своей семьей.

Однако после нескольких месяцев наблюдения складывается ощущение, что она что-то скрывает. Ее друзья не видят усталости или страха, которые мелькают в ее глазах время от времени. Но я успел это заметить.

Она может обмануть кого угодно, но не меня.

Только я могу угадать ее гнев.

Только я вижу ее насквозь.

И только я чувствую ее.

Интересно, осознаёт ли она, что человек, представляющий наибольшую угрозу, – единственный, кто способен понять ее? Когда-то и меня изменило прошлое. Я узнал, насколько жесток бывает этот мир. И мне кажется, она это чувствует.

Я не могу сдержать раздражение, когда вижу, что к группе Мисти приближается Энтони Риччи, богатый наследник своей семьи. Он Святой, но его место в иерархии ниже Богов, и он должен его знать.

Сколачивая состояние, семья Риччи не брезговала торговлей контрабандой и угоном автомобилей. За такое их стоило бы деканонизировать, но их помощь в поставках оборудования просто неоценима.

Безусловно, у меня есть большой соблазн проучить всех Риччи, но они еще могут понадобиться.

Энтони поднимает руку Мисти, поднося к губам. На его лице сияет блаженная улыбка, которую я тут же порываюсь стереть.

Но Мисти все делает за меня. Она отстраняется и придирчиво осматривает его. Моя умная девочка предупредительно скрещивает руки на груди, не позволяя взгляду Риччи блуждать по ее телу.

Чертов богатенький нахал. Ты подписал свой приговор.

– Дэм, нам пора, – говорит мой младший брат Ксандер.

Но я не могу отвести глаз от Мисти. Она несколько отдаляется от Энтони, вставая между Лукасом и Ривером.

С меня хватит. Я делаю шаг вперед, но сильная хватка Маттиаса удерживает меня на месте.

– Расслабься, братишка. Здесь слишком много глаз.

Я пытаюсь высвободиться, но он не позволяет. Конечно, он знает, что в конце концов я образумлюсь и не позволю себе устроить потасовку на людях.

Я вздыхаю, наконец сбрасывая его руку.

– Я не уйду, пока она здесь.

– С ней все будет хорошо. Обещаю.

То, что пришлось пережить нам с Маттиасом, позволяет нам понимать друг друга с полуслова. Он знает все, что я чувствую.

– Эй, что с тобой? – в разговор вклинивается мой младший брат Себастиан. – Кажется, ты чересчур разволновался после дедушкиных слов.

Я игнорирую Баша, вновь поворачиваясь к Маттиасу.

– Сделай это.

Он точно знает, о чем я его прошу.

– Ты уверен? Деймон, мне придется обесточить все здание.

Но Маттиас и так знает мой ответ: плевать. Я не уйду, пока этот придурок не перестанет преследовать мою будущую супругу.

– Черт. Ладно… как знаешь… – Маттиас достает телефон и делает всего пару нажатий, прежде чем срабатывает аварийная сигнализация.

Персонал чинно выпроваживает гостей, а я выглядываю в толпе розовые локоны.

– Встретимся у черного хода, – бросаю я братьям и следую за Мисти.

Выйдя из здания, я стараюсь держаться в тени. Прежде чем Николас успевает закрыть за ней дверь автомобиля, Мисти еще раз оглядывается через плечо и, словно чувствуя мое присутствие, сканирует взглядом то место, где я стою. Никого не обнаружив, она садится в салон. Но я знаю: она успела почувствовать то незримое, что тянет ее ко мне как магнит.

В это время мне приходит сообщение от Николаса.

Николас. Забрал мисс Харт. Везу домой.
Я. Будь осторожен.

Даже отсюда сквозь лобое стекло автомобиля я замечаю сдержанную улыбку своего водителя.

Николас. Конечно.

После этого я возвращаюсь в отель.

– Где Николас? – спрашивает Маттиас.

– У него… особое поручение.

Брата позабавили мои слова.

– Так он с ней?

* * *

Строительство клуба «Элизиум» заняло несколько лет. Проектом руководил Ксандер: от начала, когда были представлены первые чертежи, и до самого открытия.

Все говорило о том, что это место задумано для развлечений. Здесь не было никаких ограничений. Пространство разумно поделено на приватные зоны тканевыми панелями, за которыми гости могли не бояться выйти из своей зоны комфорта и даже побрезговать некоторыми моральными принципами.

Ксандер создал клуб, где мы, словно боги, контролировали и направляли каждое желание своих рабов.

Охранник Тобиас, следивший за входом на верхние вип-этажи, коротко кивает и уступает путь к лестнице.

С помощью электронного брелока я открываю дверь в нашу личную ложу. Отсюда сквозь тонированные панорамные окна я прекрасно могу видеть все, что происходит внизу.

Следом входит Маттиас и располагается в изумрудном кожаном кресле.

На другом расположился Баш. Как у самого младшего ребенка в семье, у него еще осталась эта зловещая игривость, которая часто раздражала нас. Даже сейчас он легко откинулся на спинку кресла и исподлобья поглядывал на братьев.

Ксандер же с отсутствующим выражением на лице разговаривал по телефону.

Я наливаю виски в стакан, покручивая его в руках.

– Какие новости?

Маттиас с мрачным видом подается вперед:

– Кто-то убивает Апостолов.

В Ордене Святых существует четкая иерархия. Апостолами мы называем тех людей, которые находятся в самом начале этой цепи. Они еще не прошли испытания и не причислены к лику Святых. Но всё же они уже члены нашего Ордена, и мы не можем позволить обращаться с ними как с расходным материалом.

Как Боги, мы несем ответственность за поддержание порядка, который кто-то пытается нарушить.

– Сколько? – спрашиваю я.

– Уже пятеро, – вновь отвечает Маттиас.

Себастиан присвистнул и откинул голову назад:

– Я ошибаюсь или кто-то бросает нам вызов? – Хищная улыбка младшего брата выдает его восторг от одной этой идеи.

– Какая чушь, разве кому-то достанет смелости? – Ксандер наконец принимает участие в беседе, присаживаясь рядом.

Маттиас коротко кивает:

– Я тоже считаю, что пока нужно понаблюдать. Я слежу за всеми Апостолами, и, если что-то случится хоть с одним из них, мы узнаем первыми.

– Да, но Баш прав. Возможно, кто-то играет с нами. – Я подаюсь вперед, упирая локти в колени.

– Пока рано делать какие-то выводы. Но не думаю, что кому-то выгодно тягаться с нами.

– Давайте используем охрану в качестве приманки и проверим.

– Это очень жестоко даже для тебя, Деймон, – улыбается Себастиан, хотя совсем непохоже, чтобы он на самом деле так думал.

Он и Ксандер были еще детьми, когда все случилось. Мы надеялись, что это никак не отразится на них, но Баш так и не смог забыть. Это доказывало то, как сильно он изменился. Пережитое потрясение сделало его не просто зависимы от адреналина. Теперь при каждом удобном случае он пытался оказаться в самом эпицентре опасности, буквально на волосок от смерти.

В моем кармане завибрировал телефон. На экране появилось уведомление о новом сообщении.

Николас. Мисс Харт на месте. Мне остаться и присмотреть за домом?

Вот одна из многих причин, почему я так доверяю Николасу: он знает, что мне нужно.

Я. Да. Я пришлю кого-нибудь тебе на смену.

Следом я переключаюсь на приложение видеонаблюдения и листаю до тех пор, пока на экране не показывается Мисти. Она поднимается по подъездной лестнице, снимая на ходу высокие каблуки.

Крупного телосложения мужчина проходит мимо, оглядывая ее. В моей голове успевает промелькнуть подозрение, но Мисти приветливо улыбается незнакомцу и перекидывается с ним парой фраз. Клянусь, эта улыбка способна обезоружить любого. Но нужно взять на заметку: обязательно установить микрофоны.

Перед входной дверью Мисти останавливается, чтобы найти ключи, а я тем временем переключаюсь на внутренние камеры в ее квартире. С момента установки системы я успел полностью изучить квартиру. Мне нужно было удостовериться, что все слабые места – балкон и входная дверь – были надежно защищены. Хотя над системой наблюдения во внутреннем дворе нужно еще поработать.

Мисти исчезает в спальне, оставив меня томительно ожидать ее появления, пялясь в экран телефона. Вот она появляется снова в не до конца расстегнутом платье с обнаженной спиной, но тут же скрывается из виду, не давая мне возможности полностью ее рассмотреть.

– Ты слишком увлечен своим телефоном, – хлопает меня по плечу Баш, отчего я вздрагиваю и испепеляю его взглядом.

Он неуверенно прочищает горло, но тут же находит смелость допросить меня:

– Деймон, что ты думаешь по поводу дедушкиного условия? Что еще за чужь про женитьбу и наследника? Почему ты согласился?

– Я сам предложил это. – Я невинно пожимаю плечами, оставляя Баша в оцепенении. Через секунду он поднимает руки в знак капитуляции, как бы говоря, что все равно не сможет понять моего решения.

– Зачем это тебе? – подхватывает Ксандер.

– Скажем так: девушке, на которой я собираюсь жениться, нужен мотивационный пинок.

– Кто она? – в один голос спрашивают братья, и я понимаю, что в этот раз мне не уйти от ответа.

– Пиар-консультант нашей компании.

– Вот черт, кажется, я знаю, о ком ты, – смеется Себастиан. – А она – горячая штучка. Знаешь, Дэм, если бы ты не был моим братом…

Но Ксандер обрывает его на полуслове, не давая затеять новую ссору:

– Почему ты уверен, что она согласится выйти за тебя?

– Полагаю, в конце концов у нее не будет выбора.

– Деймон, если серьезно, то с человеком ведь можно просто поговорить.

– Я предпочитаю знать итог сделки наперед. – Я чеканю каждое слово, давая понять братьям, что разговор на этом окончен.

– Так вот почему я слежу за ее домом, – комментирует Маттиас с делано удивленным выражением лица.

– Что? Все зашло настолько далеко? – потирает руки Баш, предвкушая пикантные подробности.

Ксандер, как самый сдержанный из нас четверых, бросает укоризненный взгляд на Маттиаса.

– Не волнуйся. Я слежу за всеми комнатами, кроме ванной и спальни. Но если вдруг она привыкла разгуливать голышом…

– Осторожно, – вмешиваюсь я, пока Маттиас не сказал лишнего.

– Хорошо-хорошо, но преследование пошло тебе на пользу!

Глава 6. Мисти

Я слегка вытягиваю волосы вперед, к подбородку, придавая им объем, а затем укладываю сзади, убирая от лица. Получившаяся коса выглядит замечательно, даже намного лучше, чем я задумывала.

Сегодня я выбрала темно-изумрудную юбку миди с высокой посадкой и свитер с розовыми, желтыми и зелеными полосками. Одежда стала моей творческой отдушиной, моей возможностью показать миру себя настоящую и одновременно моим бунтом против прошлого.

Я выросла в достаточно обеспеченной семье, но этого не хватало, чтобы вписаться в богатое канадское общество. Еще малышкой меня отдали на обучение в Баскервилль-холл. Родители постоянно напоминали о том, что это мой шанс добиться большего для нашей семьи. Тот период я помню хорошо благодаря тому, во что меня одевали: приглушенные пастельные тона, море безжизненности и полное отсутствие индивидуальности. Мама отчаянно хотела сделать меня похожей на местных снобов и богачей.

До того как произошел тот «инцидент». Так в нашей семье принято называть случай, после которого я очнулась в больнице со швами на спине и ноющей болью между ног. Я надеялась, что родители будут в ярости, что они захотят отомстить и посмотреть в глаза тому, кто это сделал.

Но вместо этого было принято решение замять дело. Мама убедила меня, что лишний скандал и слухи повредят мне. Что он из хорошей семьи и его это не коснется. Я ведь встречалась с ним несколько недель по собственному желанию.

В конце концов их риторика превратилась в обвинения. Я не знала, как оправдаться перед собственными родителями, как объяснить, что не я спровоцировала это, как попросить их встать на мою сторону. Каждый день в их глазах я видела немой упрек. Все закончилось тем, что мне поставили ультиматум: если я люблю их, то никому и никогда не расскажу об этом инциденте и не позволю себе испортить им жизнь.

С того момента, как меня попросили произнести эту клятву, я поняла, что должна уйти. Должна оставить позади все, что напоминало прошлое, особенно родителей и все, что с ними связано. Так я и поступила. Я впустила в свою жизнь новые краски и увлечения. Возможно, даже переборщила со страстью к хоккею в колледже, но таким образом я сама сделала себя счастливой. Ведь главный урок был усвоен: в трудную минуту даже близкие могут отвернуться от тебя.

Мне удалось загнать эту тьму глубоко внутрь своего подсознания, спрятать в коробку и больше никогда о ней не вспоминать.

Но прошлой ночью я вновь оказалась в комнате, полной людей в одежде пастельных тонов, с накрашенными лицами и сдержанными минами. Тогда я вспомнила о том, о чем поклялась забыть.

Я переобуваюсь в свои мартинсы. Удивительно, но они заставляют чувствовать себя сильнее, как если бы у меня действительно были силы решить все свои проблемы.

Когда я вышла из здания отеля, приложение сообщило, что такси на месте, но на подъездной дорожке меня ждал Николас, уже готовый открыть дверь заднего сиденья. Для меня это был тревожный знак.

– Что вы здесь делаете?

Водитель переминается с ноги на ногу, нерешительно ослабляя галстук.

– Мистер Эверетт попросил меня быть вашим водителем на ближайший период, мисс.

– Что?

Я диковато поглядываю на Николаса, но он не спешит опровергнуть сказанное. Поэтому я снова открываю приложение такси и, не подымая глаз, чеканю:

– Этого не будет. Поблагодарите своего начальника, но я не заинтересована в его предложении.

– Я понимаю, мисс. Но прошу вас об одолжении: позвольте мне сегодня отвезти вас, а потом вы сами поговорите с мистером Эвереттом.

Николас выглядит слегка взволнованным, но я вдруг понимаю, насколько он на самом деле боится ослушаться Деймона. У меня перехватывает дыхание от такой несправедливости, но я больше не сержусь на него.

– Хорошо, но только сегодня.

Уголки его губ приподымаются, и Николас облегченно кивает:

– Конечно, мисс.

Всю дорогу мы едем молча. Из-за перенесенных впечатлений этого вечера мне тяжело вновь притвориться беззаботной.

Когда автомобиль останавливается, я искренне благодарю Николаса и извиняюсь за причиненные неудобства.

– Что вы, мисс. Какие неудобства? Для меня честь отвезти кого-то столь важного для мистера Эверетта.

Конечно, его слова – это обычная услужливая вежливость. Ведь я просто пиар-консультант компании, один из многих. Но почему интуиция подсказывает мне, что за этим кроется что-то еще? Я пытаюсь найти хоть какое-то разумное оправдание, но все безуспешно.

Мне нужно некоторое время, чтобы собраться с мыслями, а потом я обязательно позвоню Деймону. Как только в голове мелькает его образ, я сразу вспоминаю нашу встречу в переулке, то, как его дыхание касалось моей кожи. Стоп. Я покачала головой, отбрасывая воспоминания. Нет, лучший выход – сказать все завтра.

Следующим утром в офисе я первым делом прохожу к своему рабочему месту, чтобы оставить вещи и проверить электронную почту.

Слава богу, Деймон здесь почти не бывает, поэтому я не столкнусь с ним.

Я спускаюсь в фитнес-центр, который расположен двумя этажами ниже. Так как в здании располагается команда НХЛ, оно оснащено по самому последнему слову техники. Здесь есть огромный бассейн, тренажерный зал и даже беговая дорожка, которая опоясывает весь этаж.

Прямо в центре этого комплекса находится фреш-бар, ради которого я и пришла сюда.

– Привет, Майк. Мне как обычно, пожалуйста.

Бармен машет рукой в ответ и принимается за приготовление.

Я предвкушаю свой апельсиновый смузи. И пусть это не самый полезный напиток в меню, я считаю, что небольшая порция сахара с утра еще никому не повредила.

– Мисти! – Я слышу знакомый голос Лукаса. Он приближается ко мне, вытирая пот со лба полотенцем и затем перебрасывая его через плечо. Белая ткань ярко выделяется на фоне бронзово-коричневой кожи. – Все хорошо? Ты очень быстро убежала вчера после сигнала пожарной тревоги. Пайпер хотела выпить с тобой.

Я делаю большой глоток только что поданного смузи, выигрывая время для ответа. Что я могла ему сказать? Что владелец его команды почти соблазнил меня в переулке? А потом мне было настолько стыдно смотреть ему – да и вообще всем – в глаза, что я захотела немедленно скрыться? Нет, уж Лукасу об этом знать точно не стоит. Тем более что я сама не готова в этом признаться.

– У меня… болела голова. Я отписалась в групповом чате, когда вернулась домой.

– Да, я видел. – Очевидно, мой ответ не убедил его, и он решал, поверить ли мне на слово или попробовать разузнать, что случилось. – Так, значит, ты в порядке сейчас?

– Да-да. В полном. – Я знаю, что мое внезапное заикание может выдать меня с потрохами, а потому пытаюсь перевести разговор в более выгодное для меня русло. – Я просто вся в заботах о сборе средств. Ты же знаешь, мы с Мией хотим провести аукцион. Пытаемся повторить ваш с Пайпер успех.

Лукас фыркает и достает бутылку с водой из мини-бара.

– Это наверняка влетит мне в копеечку.

– Все может быть, но это ради благого дела! Знаешь, ты должен поставить на Алекса. Уверена, Ривер не сможет отказаться от пари, но его обязательно занесет.

– Какая же ты коварная.

– Мне больше нравится «умная».

– Куда же без этого?

– Ну и над чем это вы двое здесь смеетесь? – Голос Картера, одного из нападающих команды, заставляет меня дернуться от неожиданности.

– Только что я понял, – отвечает Лукас, – что Мисти – злой гений и нам повезло, что она на нашей стороне.

Картер самодовольно ухмыляется, демонстрируя ямочки на щеках. Видимо, он думает, что эта улыбка должна очаровывать буквально каждого.

– Так это правда, Мисти? – Он бесцеремонно касается моих волос и убирает прядь с лица. – Разве ты способна на коварство?

Я напрягаюсь. Этот парень действительно симпатичный и все такое, но мы недостаточно близки, чтобы он касался меня. Впрочем, как и с Деймоном, которому я уже это позволила. Вот черт. Мысль о Деймоне застала меня врасплох, я невольно сравнила их и еще больше убедилась, что Картер не в моем вкусе. Но это неправильно. Я вообще не должна думать о нем. Мне срочно нужно переключиться.

Я немного отодвигаюсь от Картера, увеличивая дистанцию между нами.

– Не стоит сомневаться в словах Лукаса. А уж в моих способностях тем более!

– Я же говорил тебе, чувак, – смеется Лукас, – будь осторожен.

– Что ж, я учту, – взгляд Картера встречается с моим. – Может, нам как-нибудь пообедать вместе?

Да, было бы явно проще, если бы он нравился мне хотя бы немного. Но сейчас, когда симпатичный парень пытался со мной флиртовать и пригласил на свидание, мое сердце даже не дрогнуло.

– Я… я не…

И вдруг в конце зала я вижу, как сердитые ясно-серые глаза уставились на меня с немым укором. От страха у меня что-то сжалась в груди, как будто меня поймали с поличным. И, судя по тому, как Деймон смотрит на меня, он тоже так считает.

В порыве детского неповиновения я упираю руки в бока и выдерживаю его взгляд. Деймон с вызовом приподнимает бровь. Надо же так уметь: не сказал ни слова, а его присутствие уже невыносимо для меня. Есть что-то в нем такое, что заставляет меня потерять контроль над своей показной беззаботностью и жизнелюбием. И я ловлю себя на желании отомстить.

– Конечно, дай мне свой номер.

Я поворачиваюсь к Деймону спиной, и мы с Картером обмениваемся телефонами, в которые вбиваем номера. Готова поклясться, я почти чувствую, как взгляд Деймона прожег мой затылок.

Но я продолжаю флирт с Картером, не оглядываясь. Действительно, чистое коварство.

Глава 7. Деймон

С тех пор как Маттиас установил камеры в ее квартире, я пристрастился наблюдать за Мисти. Сегодня утром она расхаживала по своей квартире, а я, словно зачарованный, не мог отвести глаз. Жаль, что нельзя увеличить изображение.

Я готов отдать все ради момента, когда она выходит из ванной в одном коротком розовом полотенчике с раскрасневшейся после душа кожей.

Моя рука уже сжимает пах. Я знаю, что опаздываю и все тщательно продуманные планы идут прахом, но мне плевать. Я готов забыть, кто я такой, из-за девушки, которой даже нет рядом.

Все мое внимание занято ее махровым полотенцем. Оно едва прикрывает ее задницу, пока она готовит тосты. При каждом движении ткань немного сдвигается, и на какое-то мгновение мне открываются ее бедра.

К тому времени, как ее завтрак готов, моя рука уже вовсю доставляет мне удовольствие. Я представляю, как делала бы это она своими идеальными длинными пальцами.

Мисти откусывает кусочек тоста, и джем стекает у нее по губе до подбородка. Я сжимаю пальцы, пока не становится достаточно влажно – так проще продолжать, не сбиваясь с ритма. Когда Мисти языком слизывает излишки джема с выражением блаженства на лице, я невольно издаю стон. Сильнее поглаживая себя, представляю, как она, стоя на коленях, таким же способом доставляет мне удовольствие. Наконец, достигая последних приятных конвульсий, я тону в экстазе, оставляя на руке теплый след.

Вот черт. Мне достаточно только взглянуть на нее, и я уже завожусь.

Я привожу себя в порядок, но не двигаюсь с места, пока не убеждаюсь, что Мисти вышла из квартиры и направилась к машине, возле которой ее уже ждал Николас. На мгновение она колеблется, но, видимо, Николас нашел что сказать, потому что в итоге она забирается на заднее сиденье.

Проведя большим пальцем по экрану, я закрываю приложение. В этом году мне придется выплатить своему водителю большую премию. Ста тысяч должно хватить, хотя я бы мог дать гораздо больше, если бы он полностью обеспечил безопасность моей будущей жены.

Я получаю эсэмэску от Николаса о том, что он заехал за Мисти, и только после этого сажусь в свою «Ауди R-8».

Я давлю на педаль газа и увеличиваю скорость на сорок километров в час, перестраиваясь так, чтобы обогнать машины впереди. Затем сверяюсь с часами и понимаю, что инвесторы уже давно ждут меня. Мне нельзя пропускать это собрание, но я не могу избавиться от мысли, что сейчас с каждой секундой Мисти все дальше и дальше от меня. Нужно как-то отвлечься от всего этого. Но, будто в насмешку, мозг посылает мне образы ее разгоряченной кожи. Как бы мне хотелось воплотить свои фантазии в жизнь! Но она не готова. Пока нет. Костяшки пальцев уже давно побелели от того, с какой силой я схватил руль.

Раздался звонок телефона.

– Я слушаю.

– Подвез Мисс Харт, сэр.

– Были какие-нибудь проблемы?

Николас, не сдержавшись, фыркает, что не остается незамеченным.

– Сэр, вам придется самому убедить ее ездить со мной, иначе она больше не сядет в машину.

Кого я обманываю?

– Хорошо, я поговорю с ней прямо сейчас.

Через пару минут я разворачиваю машину и мчусь к ней с бешеной скоростью. Меня даже не нужно уговаривать.

Я слышу, что Николас все еще на связи, и понимаю, что есть еще что-то, что он хочет сказать, но боится выйти за рамки субординации.

– Говори.

– Я бы не надеялся на слишком теплый прием, сэр.

Слова водителя забавляют меня.

– На то и расчет, Ник.

Я сбрасываю звонок и сворачиваю на следующем съезде с шоссе. Ноющая боль в груди начинает постепенно утихать с каждым мгновением, которое приближает меня к ней. С дикой улыбкой я осознаю, что нахожусь в полной заднице. Особенно если Мисти поймет, какой властью надо мной обладает.

Я направляюсь прямо к ее рабочему столу. Меня охватывает разочарование, когда на ее месте я нахожу только сумку и ноутбук. Но это значит, что она где-то рядом.

Я быстро набираю сообщение.

Я. Ты знаешь, где она?
Маттиас. Ты же в курсе, что на ней нет маячка?
Я. Хорошая идея.
Маттиас. Это было не предложение…

Плевать, что он думает. Мне некогда заботиться о нормах приличия.

Я. Она в здании. Проверь по камерам, какой этаж.

Несколько минут в ожидании следующего сообщения от брата проходят мучительно медленно.

Маттиас. Спортзал. Тебе не понравится.

Его предупреждение заставляет каждый мускул в моем теле напрячься. Я наблюдаю за тем, как меняются этажи на экране в лифте, и вижу Мисти ровно в тот момент, когда двери открываются.

Что ж, Маттиас оказался прав. Мне это не нравится.

Она даже не замечает меня, слишком занятая общением с тем парнем. Кажется, это один из нападающих «Брюинз». Если он и дальше будет клеиться к ней, ему придется подыскивать себе новую команду.

Я сокращаю дистанцию между нами. Указать всем на будущую миссис Эверетт прямо здесь? Или прижать ее к столу и заставить стонать при всех? В любом случае она разозлится. И от этого будет еще сексуальней.

Первобытная часть меня кричит, чтобы я наконец показал ей, насколько хорошо нам будет вместе, насколько сильно она хочет меня уже сейчас. Я знаю, что это правда: когда я рядом, у нее перехватывает дыхание, а зрачки расширяются до размеров бездонного океана.

Она наконец-то замечает меня. Бледно-зеленые глаза смотрят прямо на меня, и какую-то секунду ее лицо выражает полнейшее удивление. Но, словно очнувшись, она натягивает фальшивую улыбку и посвящает ее… Заку? Чеду? Или как его там… Черт бы его побрал. Сейчас меня заботит только одно: чтобы он провалился сквозь землю.

Я чувствую, как на моей щеке дергается мускул, а она смотрит на меня, нагло ухмыляясь. Чертовка. Она не знает, какую игру затеяла, когда дала ему свой номер. Непослушные девочки должны быть наказаны.

Как бы страшно мне ни было оставлять Мисти с ним наедине, я ухожу. Сейчас моя цель – найти ее непосредственного руководителя и доказать, что я всегда сверху.

Некоторые сотрудники с удивлением пялятся на меня, пока я прохожу по этажу.

– Кто здесь руководит мисс Харт?

Тощая, словно палка, женщина в строгом платье выходит вперед.

– Что она натворила?

Ее обвиняющий тон мне не нравится, и я показательно приподнимаю бровь, заставляя следить за словами.

– С этой минуты мисс Харт – мой личный пиар-консультант. Освободите ее от всех текущих проектов. Она должна сосредоточиться исключительно на моих задачах.

– Но… но, сэр. Мисти успешно ведет несколько проектов, у нее большая нагрузка. Может быть, вы возьмете кого-нибудь другого?

– Разве я спрашивал вашего разрешения? Мисс Харт. Немедленно.

Не дожидаясь ответа, я направляюсь прямо в свой кабинет. Теперь мне остается только ждать, расслабившись в кресле с зажженной сигарой. Скоро она придет ко мне сама.

Глава 8. Мисти

Стеклянную дверь в кабинет Деймона я распахиваю с такой силой, что она с лязгом отскакивает от стены и едва ли не разбивается вдребезги.

Он вопросительно приподнимает бровь – его излюбленный метод манипуляции – и скользит взглядом по моему наряду, останавливаясь на разрезе юбки. Его глаза темнеют, а мне приходится бороться с дрожью, в которую меня снова вот-вот бросит.

И почему он так горяч?

– Вы не имеете права делать что вздумается. – Я расправляю плечи в надежде показать, что не боюсь его.

Когда он делает длинную затяжку сигары и так же медленно выпускает дым, подаваясь вперед ко мне, я вспоминаю пробежавшие между нами искры в маленьком переулочке за отелем.

Изо всех сил я пытаюсь сделать глубокий вдох и не замечать растущего жара внизу живота и сердца, готового выпрыгнуть из груди.

Но мои бастионы рушатся, когда он проводит большим пальцем по краешку своей нижней губы. Это движение возвращает меня в тот вечер в конференц-зале.

Деймон хищно улыбается. Он точно знает, какую игру ведет.

Стиснув зубы, я раздраженно фыркаю и близка к тому, чтобы раздраженно топнуть ногой от бессилия. Я ничего не могу поделать – он мой начальник, владелец компании. Я зависела от этой работы, и сейчас, когда мой трудовой договор почти истек, я должна приложить все усилия, чтобы остаться здесь.

Накрахмаленная черная рубашка Деймона натягивается, когда он откидывается назад в своем кресле, очерчивая мускулы. Вот чего никак не ожидаешь увидеть от человека, работающего в офисе. Его темно-каштановые волосы слегка падают на глаза, но это не мешает ему наслаждаться происходящим.

Он вновь делает затяжку, прежде чем перейти к сути:

– Как мой личный пиар-консультант, вы должны полностью сосредоточиться на новых обязанностях. Предупреждаю: вы можете понадобиться мне в любое время. Будьте на связи. И насчет Николаса: теперь он – ваш личный водитель и будет сопровождать вас куда пожелаете.

– Зачем все это?

– Это ваша работа, а я – ваш начальник.

– У меня уже есть работа, – мои плечи опускаются, но я предпочитаю бороться до последнего, – у меня много проектов, к которым мне нужно вернуться.

– Что ж, в таком случае это в ваших интересах: чем быстрее вы выполните работу для меня, тем быстрее я отпущу вас.

Мое любопытство берет верх, но я стараюсь контролировать свой тон. Мне все равно, что задумал этот мужчина.

– В чем же состоит моя задача?

– Мне нужна супруга. И вы – единственный человек, который прекрасно справится с этой ролью.

* * *

Несмотря на то что с момента нашего разговора прошло уже несколько часов, я все еще дико злюсь на Деймона. Чтобы снять напряжение, я вытаскиваю шпильки из своей прически и позволяю волосам заструиться вдоль ключиц. Затем пытаюсь массировать кожу головы, чтобы избавиться от головной боли, мучавшей меня почти весь день.

Моя смена закончилась уже час назад, и я просто не могу дождаться, когда выйду отсюда.

Весь день ушел на то, чтобы привести дела в порядок и передать свои проекты Мелиссе. Она горячо обещала, что справится с ними и не подведет. Единственное, от чего я не отказалась, – это аукцион. Деймону придется с этим смириться, ведь я обещала Мие и никому не смогла бы доверить эту важную задачу.

Мне остается разобрать непрочитанные письма на электронной почте. Я раскладываю каждое по папкам с ярлыками «К выполнению», «Инфо» или вообще удаляю. В основном это все нудная корпоративная бюрократия с кучей пересланных сообщений и немногословных ответов.

Но когда я добираюсь до следующего письма, уже готовая нажать на кнопку «Удалить», мое сердце вдруг пропускает тревожный удар.

От: Служба гражданства и иммиграции США
Тема: Продление визы для временного трудоустройства иностранных работников в специальностях, требующих научных, технических или других специализированных знаний
Мисс Харт!
Сообщаем, что в приложенных документах к запросу о продлении визы для временного трудоустройства иностранных работников содержатся ошибки. Отправляем Приложение 1, в котором Вы сможете с ними ознакомиться.
Просим Вас отправить необходимые материалы не позднее 31 дня с момента получения этого письма.
В противном случае Ваш запрос будет аннулирован.
С уважением,
Джозеф Коул, старший специалист службы гражданства и иммиграции США

Будет аннулирован. Аннулирован. Аннулирован.

Мир вокруг меня начинает расплываться. Я пытаюсь глубоко и часто дышать, чтобы меня не стошнило.

Я немного отодвигаю стул и прислоняюсь лбом к столу.

Все хорошо. Хорошо. Со мной все хорошо.

Это просто документы. Ничего страшного. Я справлюсь.

Когда я наклоняюсь, мой свитер приподнимается на спине, и я инстинктивно касаюсь рельефной линии шрама, напоминающей о прошлом.

Мне нужно срочно заняться этим, я не могу вернуться домой, иначе Томас найдет меня. Даже мои собственные родители будут рады отдать меня ему.

Я выдыхаю и заставляю себя встать. Ну уж нет, я не доставлю ему такого удовольствия.

Повезло, что Криста, мой руководитель, хотя и не самый дружелюбный человек в компании, задержалась после работы в своем кабинете. Она уже заполняла мои документы, и я надеюсь, что ей не составит труда сделать это вновь, исправив несколько моментов.

– Да? – спрашивает она, не отрывая глаз от экрана компьютера, когда я вхожу.

Я сразу решаю перейти к делу, не тратя времени зря.

– Возникла проблема с моими документами, которые вы заполняли для продления визы. Служба иммиграции просит прислать исправленный вариант.

Она откидывается на спинку кресла, обдумывая ответ пару секунд.

– Прости, Мисти. Я не стану этого делать.

Тон, с которым она произносит мое имя, заставляет меня испытывать первобытную ненависть. У меня есть теория, что она невзлюбила меня с самого первого дня нашего знакомства, но я все еще не знаю почему.

– Я больше не твой начальник. Тебе нужно обратиться с этой просьбой к мистеру Эверетту.

Вот дерьмо.

– Но это ведь всего несколько опечаток. Вы можете просто исправить их в исходном файле. Я сейчас отправлю его вам, – кажется, я практически начинаю умолять, но она прерывает меня:

– Попроси своего нового начальника, – злобная улыбка появляется на ее лице, когда она заканчивает предложение, – уверена, с этим у тебя не будет трудностей.

Мой желудок сжимается от страха. Подсознание кричит мне, что я не должна давать Деймону в руки рычаг прямого воздействия на меня, но практическая сторона ситуации доказывает, что у меня нет выбора.

– Спасибо за уделенное время.

Я поворачиваюсь и выхожу из кабинета Кристы так быстро, чтобы она не успела заметить слезы, мелькнувшие на моих щеках.

Я больше никогда сюда не вернусь.

Хватаю свои вещи со стола и решаю как можно скорее убраться отсюда.

Мой телефон вибрирует как раз в тот момент, когда я выхожу из здания.

Картер. Мы едем в «Элизиум». Ты с нами?

В любой другой раз я бы отказалась. Не считая Лукаса, Ривера и Алекса, я не общаюсь с другими членами команды. Мне не нравится переступать через очерченные границы.

Но в данный момент я готова на любые безрассудства. Все что угодно, лишь бы забыть о событиях этого дня. К тому же что-то мне подсказывает, что Деймону это бы не понравилось. Он распорядился мною, не спросив, как будто я – его собственность. Что ж, азарт делает предложение Картера еще более заманчивым.

Я улыбаюсь и отвечаю на сообщение.

Я. Я в деле. Увидимся на месте.

Глава 9. Деймон

Я решил дать ей время немного остыть. К тому же у меня еще осталось несколько рабочих задач. Вечером я расположился в своем домашнем кабинете, который несколько лет назад сам устроил по своему вкусу. Мне очень нравился оттенок стен – глубокий приглушенно-зеленый, одновременно брутальный и расслабляющий.

Еще одним обязательным условием для моего кабинета стало многообразие встроенных шкафов и открытых стеллажей, где я мог бы хранить первые издания книг, которые коллекционировал.

В глазах я ощущаю сухость и дискомфорт от того, что последние четыре часа пялился в экран. Я делаю большой глоток виски и борюсь с желанием понаблюдать за Мисти.

На телефон приходит уведомление о новом сообщении, и я провожу пальцем, чтобы разблокировать его.

Маттиас. Ты что, отпустил ее погулять?
Я. О чем ты?
Маттиас. Тебе следует получше присматривать за ней.
Я. Для этого у меня есть ты. Где она?
Маттиас. Сорвалась с поводка. Позвони Николасу. Аккуратнее, иначе его удар хватит, когда он поймет, что она сбежала.

Сбежала? Твою мать, мне плевать, сколько старик работает на меня. Если с ней что-то случится, он за это заплатит.

Маттиас. Расслабься, она в Элизиуме. Я слежу за ней.
Маттиас. Но лучше бы тебе поторопиться.
Я. Брось свои игры, чем она занимается?

Вместо ответа Маттиас присылает фото. Я открываю вложение, и кровь бешено стучит у висков, когда я вижу, как моя будущая супруга опрокидывает шот с засранцем-хоккеистом, которого я видел сегодня утром. Но, что более омерзительно, его рука покоится у нее на бедре.

Я. Буду через 10 мин.
Маттиас. Но добираться тебе 20.
Я. Проследи, чтобы она не ушла ни с кем из этих придурков.
Маттиас. Черт, такой Деймон мне нравится больше.
Я. Это какой?
Маттиас. Отчаянный. Это так мило.
Я. Иди к черту.

Наверное, в любое другое время я бы обрадовался тому, что Маттиас вообще способен шутить после всего пережитого. Но сейчас все, о чем я мог думать, – это грязные руки, обвивающие талию Мисти.

Маттиас. Правда, поторопись. Я думаю, этот парень хочет затащить ее в постель.

Я стиснул зубы и сжал телефон так крепко, что он мог вот-вот лопнуть прямо в руках.

Я. Тебе что, жить надоело?

На экране высвечивается надпись «Печатает…».

Маттиас. Может быть.

Черт. Какой же я придурок.

Я. Не забывай, что она моя жена.
Маттиас. Еще нет.
Я. Она МОЯ.

Глава 10. Мисти

Бармен по имени Итан протягивает мне шот, который я тут же опрокидываю и морщусь от того, как напиток обжигает горло.

Когда я вышла из офиса и попыталась объяснить Николасу, что доеду одна, он вновь уговорил меня ради его же безопасности поехать с ним, а затем самой попытаться отпроситься у Деймона.

Что ж, в таком случае мне ничего не оставалось, как сделать вид, что я вошла в дом, а затем проскользнуть через черный выход, пройти квартал пешком и вызвать такси.

Все это походило на шпионские страсти, но что-то подсказывало мне, что Деймон не должен знать о моей вылазке.

– Эй-эй, полегче. Это уже третья стопка, – предупреждает Картер, ласково оглядывая меня.

Когда он написал «Мы едем в “Элизиум”», я думала, что будет вся команда. На деле оказалась всего пара человек, но после второго шота меня это совершенно не беспокоило.

Чтобы повеселиться, мне уж точно не нужна была толпа людей. Я могу расслабиться и, возможно, позволить Картеру проводить меня до дома.

– Я в порядке. Просто снимаю напряжение, – отвечаю я, гордясь тем, что еще способна говорить и не болтать лишнего.

Раньше я никогда не была в «Элизиуме». Но теперь понимаю, почему люди шепчутся о том, что это пристанище грехов и разврата. Как только я вошла, мое внимание привлекли изящные, гладкие сиденья и драпировки от пола до потолка.

Бар по чьей-то задумке был специально освещен несколько приглушенно, создавая полутень и ощущение, будто находишься под покровом ночи. Очевидно, для того чтобы посетители почувствовали себя еще раскованнее.

Глубокие мелодичные басы отдаются вибрацией в моем теле. Музыка взывает к глубинным струнам моей души, и я поддаюсь ритму, начиная пританцовывать в такт.

Наконец алкоголь ударяет в голову, и я чувствую себя свободной ото всех запретов, начальников и проблем с визой.

Страх еще пытается овладеть мной, но я позволяю своим мыслям смешаться, превратиться в невообразимое нечто и раствориться в небытии под ритм музыки.

Я хватаю Картера за руку, и он с готовностью следует за мной на танцпол. Его большие теплые руки обвивают меня, и я позволяю ему обнять себя со спины. Он намного выше – кажется, почти два метра ростом. Я прислоняюсь к нему поясницей и через ткань брюк чувствую его возбуждение.

Это то, что мне было необходимо. Расслабиться. Раскрепоститься. Хотя бы минуту не думать о последствиях.

Но что-то здесь не так. Как будто чего-то не хватает.

От него исходит не тот аромат, что мне привиделся. Кажется, это сосна? Да и то, как он произносит мое имя, мне совершенно не нравится.

Нет, все шансы, что у нас с Картером что-нибудь выйдет, рушатся, когда в моей голове восстает образ Деймона: широкие плечи, грозные серые глаза и сладкий запах табака.

Мне приходится оттолкнуть Картера, и то, что промелькнуло между нами пару минут назад, тут же исчезает.

Он слегка наклоняет голову, чтобы заглянуть в мои глаза:

– Я сделал что-то не так?

– Нет-нет. Все в порядке. Просто меня немного мутит от выпитого. Я приведу себя в порядок и вернусь.

– Уверена? Может, мне проводить тебя?

– Нет, все хорошо. Оставайся здесь.

– Хорошо, – он указывает пальцем на компанию друзей, – тогда я буду за тем столиком.

Я почти перехожу на бег, внезапно почувствовав прилив паники. Оборачиваясь, оступаюсь и врезаюсь в стену. Жесткую… теплую… дышащую… стену?..

Мой взгляд немедленно следует вверх по накрахмаленной черной рубашке и воротничку, за которым скрывается оливкового цвета кожа и замысловатые черные линии татуировки. Я инстинктивно облизываюсь.

Деймон прижимается губами к моему уху, обдавая его теплым дыханием:

– Посмотри на меня, фея.

От мурашек, внезапно захвативших все мое тело, я начинаю дрожать, но решаюсь поднять голову.

Прищуренные серые глаза встречаются с моими.

Деймон выглядит раздраженным:

– Как ты сюда попала?

– Такси… – Я икаю, смущенно прикрывая рот, но тут же продолжаю заискивающе лепетать: – Пожалуйста, не наказывайте Николаса, – ик, – он не видел, что я выскользнула, – ик, – через заднюю дверь.

Не сводя с меня глаз, Деймон ругается и шепчет:

– Мы уходим.

– Мистер Эверетт, – окликает его Картер. – Она со мной.

– Ой-ой, – смеюсь я, будто это происходит в кино. – Плохая идея, Картер.

Деймон крепче прижимает меня к себе, обвивая рукой за талию.

– Мисти, это правда? Ты с ним?

Несмотря на свою замедленную реакцию, я успеваю заметить подергивающийся мускул на его челюсти. Это был не вопрос – скорее предупреждение.

Я протягиваю руку к пульсирующему желваку на его скуле и провожу пальцем. Что это: отчаянная попытка успокоить его или желание понять, – я и сама не знаю.

Его щека, несмотря на легкую щетину, оказывается мягкой и нежной. Деймон весь состоит из противоречий. И мне вдруг жадно захотелось узнать все его оттенки и нюансы.

Из завороженного оцепенения меня выводит его мимолетное движение – буквально секунда, – после которого он перекидывает меня через плечо.

– Отпусти! – визжу я и стараюсь ущипнуть его за спину.

В ответ он лишь поудобнее перехватывает меня, положив руку на мою задницу.

– Эй, чувак… то есть… мистер Эверетт, – протестует Картер, – я сам отвезу ее. Она ведь пришла со мной.

– А уходит со мной, – твердо чеканит Деймон. – Ей нужно протрезветь и обсудить кое-что.

– Что обсудить? – спрашиваю я, но мой вопрос остается без ответа. – Ладно, если меня стошнит, сам напросился!

Деймон, будто я ничего не вешу, уверенно и быстро пробирается сквозь толпу других разгоряченных тел. Я успеваю помахать Картеру на прощание и прокричать:

– Я позвоню!

Моя инициатива тут же награждается шлепком по попе.

– Ай! Ты не имеешь права лапать меня!

Я бесцеремонно кричу на своего начальника, боясь признаться себе в том, что мои трусики промокли от его своеволия.

– Лучше не дергайся.

Он сжимает мою задницу так сильно, что я начинаю чувствовать ноющую боль где-то между бедер. Я извиваюсь в попытках отогнать это наваждение, но чем сильнее мои бедра трутся друг о друга, тем больше я жажду продолжения.

Тем временем Деймон останавливается, чтобы перекинуться парой фраз с мужчиной, похожим на секретного агента.

Получается разобрать только несколько слов:

– С этого момента… трем парням… воспрещен.

Охранник коротко кивает и даже не замечает меня. Очевидно, похищать девушек для Деймона в порядке вещей.

– Я и сама могу идти.

Вновь не получив ответа, я щипаю его за поясницу так сильно, что, должно быть, у него останется синяк.

– Куда ты меня тащишь?

– Я отведу тебя кое-куда, чтобы ты протрезвела. – Деймон перехватывает мои руки, чтобы я больше не смогла их задействовать, и практически без каких-либо заметных усилий поднимается вместе со мной на второй этаж.

– Спасибо… наверное.

– И о чем ты только думала?

Я не могу сказать точно, спрашивал ли он в этот момент меня или это был риторический вопрос с упреком, но ответ сам вырвался наружу:

– О том, что мне срочно нужен был секс.

Упс. Это явно было лишнее.

Деймон резко выдыхает. Сложно сказать, повлияла ли так на него физическая активность или мои слова, но он опускает меня на землю, придерживая за предплечье. И хорошо, потому что после такого путешествия у меня сильно кружится голова и я едва ли могу держаться на месте, чтобы не скатиться с лестницы вниз.

– Ты хочешь сказать, что пришла в мой клуб только для того, чтобы переспать с кем-нибудь?

Черт, я слышу тревожный звоночек в его голосе.

Я глубоко вдыхаю и пытаюсь разрядить обстановку.

– Так, технически я не знала, что это твой клуб. И я неверно выразилась: мне просто нужно было расслабиться.

– Господи Иисусе, – Деймон напряженно потирает переносицу. – А, к черту, – кажется, что он скорее рычит, чем проговаривает слова, после чего вталкивает меня в комнату рядом.

Мы оказываемся в отдельном пространстве с видом на танцпол. Но я едва ли успеваю осмотреться, как губы Деймона завладевают моими.

Он берет контроль в свои руки, будто наказывая меня поцелуем. Его язык быстрый, шершавый и требовательный.

В голове еще теплится здравый смысл, который настойчиво твердит не поддаваться, ведь он – мой начальник. Но, похоже, выхода у меня нет. К тому же я не могу игнорировать то, с каким жаром мое тело отзывается на его прикосновения.

Я отвечаю на поцелуй так же крепко, прикусывая его нижнюю губу. Он стонет и рукой обхватывает мой затылок.

Мы целуемся до тех пор, пока я не вынуждаю себя оторваться и набрать немного воздуха в легкие.

Деймон переключается на мою шею, посасывая и покусывая нежную кожу.

Спиной я ударяюсь о стекло, но он заботливо приобнимает меня сзади, исключая любое чувство дискомфорта.

Его пальцы зарываются в мои волосы и нежно сжимают их. Мне приходится слегка откинуть голову назад, чтобы дать ему больше пространства для поцелуев. Но вдруг вместо обещанной ласки моей шеи касаются острые зубы. В потоке легкой боли и наслаждения я сжимаю краешек его рубашки.

– Что это было? – Я выдыхаю вопрос в его губы.

– Моя метка, – ухмыляется Деймон, а затем проводит языком по краснеющей области на моей шее, но не дает мне вновь откинуть голову, удерживая зрительный контакт. – Послушай, если тебе нужно будет с кем-то переспать, ты должна идти ко мне, поняла?

Я замираю, слишком ошеломленная и возбужденная, чтобы обдумать его вопрос. Но Деймон и не требует ответа, как будто это уже было решено.

Он приподнимает меня так, чтобы я смогла обвить ноги вокруг его талии.

Все мои инстинкты самосохранения дают сбой, когда я ощущаю его возбуждение. Очевидно, Деймон понимает это, поэтому молча наслаждается тем, как закатываются мои глаза и с какой мольбой приоткрываются губы.

Мы одновременно издаем стон, желая покончить с этой мукой. Он приближается к уху, и его горячий шепот обдает мою шею:

– Моя послушная девочка. Давай, прижмись ко мне.

– Я не твоя, – выдыхаю я в попытке оказать хоть малейшее сопротивление и свести ноги вместе.

Но Деймон легко раздвигает мои колени и больно присасывает небольшой участок кожи на шее.

– Повторишь еще раз? – угрожающе шепчет он, опаляя своим дыханием то место, над которым секунду назад он надругался.

Его рука скользит по моему бедру, пока другая поддерживает меня за поясницу. Он едва ли касается моей рубашки и ловко просовывает ладонь под ткань.

Все мое внимание, все мое естество сосредоточено на его движениях. Я слегка вздрагиваю, когда Деймон касается нижней части моей груди.

– Это принадлежит мне. – Он сжимает мою грудь, посылая тысячу электрических разрядов по моему изнуренному от желания телу.

– Да, – соглашаюсь я, ерзая на месте от новых ощущений.

Пожалуй, сейчас я готова сказать все, что он пожелает, лишь бы он коснулся меня там, где от одной мысли по телу разливается жар.

Деймон ловит и подмечает каждую мою реакцию, каждое мое движение. Его улыбка щекочет мое ухо, и по телу пробегает дрожь, когда острые зубки нежно смыкаются на моей мочке.

– Вот теперь ты – хорошая девочка.

Его ладонь блуждает по моему телу сверху вниз, словно он составляет подробную карту моих изгибов и линий.

У меня перехватывает дыхание, когда Деймон, забираясь рукой под юбку, большим пальцем касается моего центра прямо сквозь трусики.

С моих губ срывается болезненный стон.

– Хороших девочек нужно поощрять. Что скажешь, фея?

Его палец массирует меня кругообразными движениями, и я все больше утопаю в этой реальности.

– Прошу тебя… – Мои слова больше похожи на мольбу, но сейчас меня это совершенно не беспокоит. Все, на чем я сосредоточена, – это его чертовы пальцы между моих ног. Напряжение растет, и мне хочется большего.

– Хорошие девочки не должны сдерживаться.

Деймон сдвигает ткань трусиков, чтобы пробраться дальше. Он даже не ожидал, что я буду настолько готова. Его пальцы движутся уверенно, позволяя указательному и среднему без труда углубить прикосновения.

– Эй, ты так намокла. Твое тело хочет меня.

Я почти не разбираю слов Деймона, потому что он начинает двигать пальцами.

– Да, вот так. Еще… – Это все, что я могу сказать, пока безумие берет надо мною верх.

– Двигайся, ну же.

Я повинуюсь и, слегка приподнявшись, охватываю его поудобнее за шею и начинаю двигать бедрами.

Дыхание Деймона обжигает мой подбородок, который он иногда покусывает. Одновременно с тем, как я двигаюсь, ладонь Деймона ласкает мое тело. Эта техника почти доводит меня до исступления.

– Моя хорошая, моя послушная девочка.

Вдруг Деймон усиливает прикосновение, и все, что я знала и чувствовала до этого, летит в тартарары. Я забываю дышать.

– Сделай это для меня, – шепчет он.

Вряд ли я бы сумела не повиноваться его приказу. В ту же секунду меня накрывает волна наслаждения, оргазм делает меня безвольной куклой в его руках. Я фанатично шепчу его имя.

– Верно. Повторяй. Громче.

– Деймон.

На последнем издыхании я оседаю в его объятиях, прижимаясь щекой. Сейчас я еще плохо понимаю, что произошло, чтобы сожалеть о чем-то.

Он аккуратно опускает меня на пол, приобнимая за талию.

– Ты чертовски сексуальна, когда не сдерживаешься.

Румянец заливает мои щеки. По мере того как я прихожу в себя, мне становится стыдно от его откровенных фраз.

Деймон ласкового убирает прядь волос с моего лица, вызывая в груди какое-то новое теплое ощущение. Я и подумать не могла, что мой сегодняшний вечер закончится таким образом.

Но взгляд Деймона вдруг темнеет:

– Скажи, что ты моя.

Я вздрагиваю от внезапной перемены и даже от того, что почти готова сказать это. И все же я не доставлю Деймону такой радости.

– Я никому не принадлежу.

Хватка Деймона на миг усиливается перед тем, как отпустить меня.

– Это мы еще посмотрим.

Увы, момент упущен. Страсть и безмятежность отступили, давая дорогу воспоминаниям. Я вспомнила, из-за чего оказалась здесь. Но человек, который может помочь мне, стоит прямо передо мной. И я верю, что он это сделает.

– Мне нужно продлить визу. Не подпишешь кое-какие документы? Ты ведь мой руководитель. Я пришлю тебе файл сегодня вечером. Пожалуйста, сделай это до понедельника.

Деймон склоняет голову набок, будто хищник, изучающий жертву.

– Нет.

– Что? Что значит «нет»?

– Я не буду ничего подписывать.

Я задыхаюсь от возмущения, не будучи готовой к такому ответу.

– Но мы только что…

– Что? – переспрашивает Деймон невозмутимо, будто ничего не произошло.

Меня охватывает стыд и злоба, и я вырываюсь из его объятий.

– Ну ты и сволочь.

– Никогда не спорил с этим.

Он хватает и тащит меня к противоположной от выхода двери.

Глава 11. Деймон

– Подонок! – кричит Мисти, когда я вывожу нас через заднюю дверь клуба и отпускаю ее руку.

Ее розовые волосы рассыпаны по плечам, а глаза – словно две молнии, способные осветить пространство вокруг на многие километры. Сейчас она – само пламя и проклятие. И, если бы не эта обида во взгляде, я бы с удовольствием выводил ее из себя каждый день.

Я открываю пассажирскую дверь своего авто и жестом подзываю ее:

– Нам пора.

– Ты что, издеваешься? Я никуда с тобой не поеду!

Мисти скрестила руки на груди, а воздух вокруг нее практически электризуется от негодования. Она великолепна, когда рвется в бой. Жаль, что я не могу похвастаться королевским терпением.

Я предельно быстро сокращаю расстояние между нами, так чтобы только она могла слышать меня.

– Либо сейчас ты садишься в гребаное авто, либо мы возвращаемся в ту комнату, и, клянусь, я выбью из тебя эту дурь. Тебе выбирать.

– Ты… ты не сделаешь этого.

– Ну почему же? Однажды ты уже умоляла меня переспать с тобой. Думаешь, это не повторится?

В ту же секунду ее ладонь с громким хлопком отпечатывается у меня на лице. Я хватаю ее за запястье и завожу руку за спину.

Надо признаться, ее резкий выпад дико завел меня. Если она продолжит в том же духе, я забуду о своих планах и просто запру ее где-нибудь, пока она не согласится выйти за меня.

– Я не шучу, фея. – Мои руки крепче обвивают ее запястья, что заставляет Мисти ахнуть, приоткрыв опухшие от поцелуев губы. – Хочешь проверить?

С потемневшим от злости взглядом она инстинктивно облизывает губы. Интересно, в курсе ли она, что выражение ее лица выдает все, что она обо мне думает?

Я провожу кончиком большого пальца по линии ее подбородка, останавливаясь и поглаживая скулу. Мисти слегка обмякает в моих объятиях.

– Итак, – шепчу я, – хочешь проверить?

Я едва ли могу оторвать взгляд от ее губ, но Мисти первая отталкивает меня, будто бы очнувшись ото сна. Она лихорадочно оглядывается и замечает подъехавшую машину.

Николас выходит из авто и коротко кивает:

– Прошу простить, мистер Эверетт.

Мы смотрим друг другу в глаза, и я точно знаю, что он искренне сожалеет о своем проколе. Но у него была лишь одна работа – заботиться о Мисти. И он с треском провалил ее. Николас и сам понимает, что такое не остается безнаказанным. Но прежде, чем я успеваю что-то сказать, Мисти вмешивается:

– Я поеду с ним.

Ошеломленный, я делаю шаг назад:

– Что?

– Послушай, Деймон. Я не сяду в твою машину, если, конечно, ты меня туда не затолкаешь.

Черт, она вообще понимает, что это звучит как предложение?

– И поэтому ты поедешь с Ником?

– Верно.

Я смотрю на своего водителя, которому хватает ума потупить взгляд и не вмешиваться в наш разговор. Сейчас мое привычное хладнокровие пропало и, кажется, уступило место чему-то нерациональному, чему-то, что пробудила во мне она. Ревность это или нет, но меня не устраивает такой расклад вещей.

– Деймон.

Мое внимание привлекает Маттиас, который подошел совсем неслышно и прислонился к кирпичной стене у выхода.

– Позволь Николасу отвезти ее. У нас есть одно дело.

Я глубоко вздыхаю и возвращаюсь в реальность. Мне приходится разжать хватку на запястье Мисти, и я с ужасом жду того момента, когда она упорхнет от меня. Но Мисти не спешит уезжать.

– Мистер Эверетт, я увольняюсь, – слова срываются с ее губ. Она вздрагивает, будто сама находится в шоке от того, что только что произнесла.

Я вздыхаю, борясь с желанием узнать, что ее так напугало, хотя что-то подсказывает мне, что дело не в моей настойчивости и даже не в том, что произошло между нами.

– Нет, мисс Харт. До тех пор, пока я не женюсь. Считайте это своей рабочей обязанностью. Иначе я не приму ваше увольнение.

Она наклоняет голову, сводя брови у переносицы в попытках понять правила моей игры. Ну что ж, маленькая фея. Дерзай!

– Вы ведь понимаете, что не имеете права удерживать меня? Я могу найти другую работу.

– Только не в моем городе. – Агрессивный тон заставляет ее отшатнуться.

– За что? – отчаянно спрашивает Мисти. Ее глаза с мольбой и скорбью ищут ответ в моих.

Я отступаю назад, решая больше не встречаться с ней взглядом. Если я не отпущу ее сейчас, то не смогу остановиться.

– Николас, отвези ее домой. Но только не потеряй снова.

– Этого не случится, мистер Эверетт. Обещаю, – отвечает Николас с ноткой раскаяния.

– Помни: это твой последний шанс.

– Да, сэр, – водитель придерживает дверь заднего сиденья для Мисти.

Когда они скрываются за углом, я сажусь в свое авто. Маттиас присоединяется ко мне, сохраняя молчание. Он знает меня достаточно хорошо, поэтому дает какое-то время успокоиться.

Я следую за машиной своего водителя, не особо заботясь о том, чтобы быть незаметным. Сомневаюсь, что сейчас Мисти обратит на это внимание. Я еще не готов расстаться с ней на сегодня.

Мы подъезжаем к ее дому, и я наблюдаю за тем, как в течение нескольких минут она пытается открыть подъездную дверь.

– Почини ее.

– О, так ты со мной все-таки разговариваешь? – восклицает Маттиас.

– Ты починишь чертову дверь или нет?

– Да, – отвечает брат, не отрываясь от экрана своего телефона, на котором быстро что-то набирает, – я пришлю мастера. Утром все будет готово.

– Хорошо.

Я включаю приложение, в котором могу наблюдать за ней. Мисти, уставшая и истощенная, поднимается по лестнице. Мне нестерпимо хочется быть с ней рядом.

– Итак, для прояснения ситуации: твоя девушка приходит в мой клуб, чтобы подцепить парня. – Маттиас без зазрения совести, не обращая внимания на мое рычание, продолжает: – А потом появляешься ты, весь такой властный, и просто перекидываешь ее через плечо и утаскиваешь в неизвестном направлении на глазах у всего бара. Верно? Что ж, мне пришлось потрудиться, чтобы стереть все данные с наших камер и телефонов посетителей. Можешь не благодарить.

Я киваю. Да, репортеры были бы в экстазе, получи они такой материал. Хотя, возможно, это подстегнуло бы Мисти согласиться на мое предложение. С другой стороны, я бы убил любого, кто отозвался бы о ней в негативном ключе.

– Так, а теперь ты ревнуешь ее к своему водителю, который проработал с тобой уже пятнадцать лет и – замечу – счастлив в браке со своей женой. И сам сидишь у ее входной двери и пялишься через чертов экран телефона?

– Ты имеешь что-то против?

Я удобно устраиваюсь на водительском сиденье, готовый провести здесь всю ночь, если это будет необходимо, чтобы моя маленькая лисичка не улизнула вновь.

– О нет, что ты. Вообще-то даже забавно наблюдать за тобой. Так что, пожалуйста, продолжай.

Весь гнев, который я собирался выплеснуть на Маттиаса, улетучился, когда я взглянул на него. Его действительно забавляла эта ситуация, и в этот короткий миг он был таким веселым, каким я давно его уже не видел.

– В конце концов она согласится, – говорю я.

– Ну, не знаю. Она выглядела сердитой. Дэм, ты ведь должен знать, как вести себя с девушками. Да после объявления на сегодняшнем приеме они просто мечтать должны о том, чтобы оказаться в твоей постели!

Конечно, Маттиас зрит в корень, но ответ здесь прост:

– Мисти совсем другая.

Брат фыркает и откидывает голову на подлокотник:

– Браво. Ну и чем ты ее так разозлил?

– Отказался продлить визу.

– Какого черта?

– Теперь в моих руках рычаг, который заставит ее выйти за меня. По крайней мере, таким образом я обеспечу видимость того, что у нее был выбор.

– Бедная девочка будет в бешенстве.

– Жена. Моя жена будет в бешенстве.

Я ухмыляюсь. Мне определенно нравится, как это звучит.

Глава 12. Деймон

Мы отъезжаем от дома только в тот момент, когда в квартире Мисти гаснет свет.

Я бы с удовольствием просидел под ее окнами всю ночь, но нам с Маттиасом действительно нужно было кое-что сделать.

Я вытягиваю шею и, засунув руку в отделение для перчаток, нахожу там две прохладные и увесистые маски. Каждая из них выполнена в виде головы рычащего волка с разинутой пастью, будто готового к нападению.

Одну я протягиваю Маттиасу, другую верчу в руке.

Золотой волк – символ Богов, олицетворяющий неоспоримую власть. Эти маски принадлежат нашей семье уже более ста лет, и мы не планируем это менять.

Подъехав к отелю «Эверетт», я бросаю ключи парковщику. В главном зале проходит чья-то свадьба. Мы пересекаем холл и спускаемся по винтовой лестнице, которая ведет прямо в подвал. Чем ниже мы спускаемся, тем аккуратнее приходится ступать, чтобы не поскользнуться на неровном мраморе. По сравнению с современным шиком всего здания это место, освещенное тусклым светом настенных бра, напоминает времена Средневековья.

Эти подземные помещения члены Ордена называют Небосводом – местом, где собираются все Святые.

Первые члены Ордена Святых прибыли сюда из Лондона в 1800-х годах. С тех пор, несмотря на то что здание отеля постоянно ремонтировалось, Небосвод остался практически неизменен. Это служило еще одним напоминанием о том, что Орден руководствуется многовековыми традициями.

Баш и Ксандер в таких же масках, как и у нас, уже ждут внизу.

– Где вы так долго пропадали? Ты снова не мог оторваться от какой-нибудь красотки? – ухмыляется Баш.

Я бросаю на него предупредительный взгляд. Сейчас не время и не место, чтобы поднимать подобные темы.

Братья проходят вперед через массивные двери, и толпа внутри большого зала затихает. Мужчины в масках чернобурых лисиц и плащах с капюшонами расходятся по обе стороны прохода, освобождая нам путь.

Мы с братьями занимаем свое место в центре на помосте. Присутствующие припадают на колено в знак приветствия.

– Можете встать, – обращаюсь я к ним и жду, пока каждый член Ордена поднимется на ноги. – Сегодня мы станем свидетелями того, как Апостолы наконец станут Святыми.

В поисках источника опасности я оглядываю зал: что-то мне здесь не нравится, будто подсознание предупреждает меня о чем-то.

– Приведите своих посвященных и давайте начнем обряд канонизации.

Мы с братьями садимся на большие деревянные троны, украшенные изящной резьбой. Очевидно, это займет всю ночь. Как бы я хотел провести это время с ней. Пусть мне не удастся побыть рядом, я бы мог просто наблюдать за ней. И, зная, что она в безопасности, я был бы счастлив.

Одетые в просторные белые одеяния мужчины, еще не получившие право носить маску, выстраиваются в ряд возле своих Святых покровителей.

Итак, Орден подразумевает четкую иерархию, которая состоит из трех ступеней. Хотя на практике эти ступени также могут делиться на разные подуровни и классы.

Боги.

Маттиас, Ксандер, Себастиан и я являемся главными членами Ордена. Этот титул передается от мужского пола в нашей семье. Благодаря сложившимся традициям мы – лидеры, и весь Орден, включая самых влиятельных людей, входящих в его круг, находится в нашей власти.

Святые.

Все члены Ордена, прошедшие так называемую «церемонию канонизации», причисляются к лику Святых. Они носят маски в виде чернобурых лисиц. Как правило, это влиятельные люди в области политики, управления и военных структур. Они также вправе пользоваться помощью Ордена, если это необходимо.

Апостолы.

Это еще не канонизированные члены Ордена. Обычно это младшие братья, сестры и дети Святых. Они ожидают своего полного совершеннолетия, чтобы пройти обряд и вступить в ряды Ордена. Но до тех пор они не считаются полноправными членами и не могут полагаться на наше заступничество.

– Подойдите, – приказываю я, говоря коротко и по существу. Как Божество Ордена, я жду немедленного послушания от наших последователей.

К нам приближается первая пара мужчин.

Даже под маской я могу узнать черты Святого, который стоит передо мной. Это глава семьи Волковых, а Апостол рядом с ним – его старший сын.

Святой берет острый нож со старинного столика, на котором также лежит темный древний свиток с сотнями имен, написанных кровью, и перо с серебряной чашей.

– Этим ножом я клянусь в своей неизменной ответственности за тебя, – произносит он тихим, но угрожающим голосом. – Твои поступки – залог моего уважения.

Он протягивает руку и крепко сжимает ладонь юного дрожащего Апостола. Молодой парень резко вскрикивает, когда Святой кончиком ножа делает небольшой надрез на его коже, и тоненькая струйка крови стекает в чашу. Затем он сам надрезает себе руку и позволяет их крови смешаться в сосуде.

В зале стоит гробовая тишина, пока Святой обмакивает перо и кровью нацарапывает имя своего подопечного на свитке.

Я встаю со своего места и подхожу к мужчинам, протягивая юноше маску чернобурой лисицы.

– Добро пожаловать в Орден Святых, – холодно произношу я.

Юноша кланяется мне в знак покорности, а я обращаюсь ко всем собравшимся под Небосводом:

– Да пребудет сила Святых во веки веков.

Члены Ордена повторяют то же, громким эхом разнося гул по темным залам так, что невольно от этого звука по спине у каждого присутствующего бегут мурашки.

Я возвращаюсь на свое место в то время, как к нам приближается другая пара мужчин. Мне приходится сдержаться, чтобы не закатить глаза, ведь таким образом мы проведем еще как минимум два часа.

Глава 13. Мисти

Мерное жужжание швейной машины – единственное, что сейчас успокаивает меня. Этим утром, когда я проснулась с диким грохотом в голове, моя гостиная превратилась в настоящую катастрофу благодаря тканям и отрезкам, разбросанным буквально всюду.

Я выпрямляюсь и собираю упавшие на шею волосы. Они слишком короткие, чтобы завязать их в хвост, но мне удается заколоть их сзади.

В моей квартире стоит летняя жара. Надо признаться, мне нравятся мои маленькие апартаменты, особенно потому, что я обустроила здесь все под свой вкус. Но кондиционера, конечно, не хватает.

Я устраиваюсь поудобнее, обеими руками придерживая темно-фиолетовую ткань моего нового шедевра, и нажимаю на педаль швейной машинки. Я задумала сшить юбку-миди трапециевидной формы. Но, увы, это уже третья попытка. Последние две с треском провалились и лежат на полу истерзанными клочьями.

Я готова заняться чем угодно, лишь бы отвлечься от воспоминаний прошлой ночи. Это была роковая ошибка. Не существует такой ветки реальности, в которой я, Мисти Харт, могла бы играть в любовь с долбаным Деймоном Аресом Эвереттом Третьим. Даже его имя указывает на принципиальную разницу между нашими мирами.

Но каким-то образом мой пьяный мозг даже в таком состоянии понял, что он хотел меня. Нет, даже не так – скорее нуждался во мне. И, к моему большому удивлению, это вызывало ответное чувство. В какой-то момент его прикосновения показались мне чем-то важным и стали частью моей природы. Я не могла противиться этому ощущению.

Сейчас при свете дня это кажется вселенской тупостью. А ведь я даже не могу сослаться на то, что была пьяна. И я, и он твердо знаем, что, когда Деймон перекинул меня через плечо, моя голова закружилась вовсе не от выпитого алкоголя.

Вот почему его простое короткое «нет» жестко вернуло меня в реальность, будто окатив чаном холодной воды. Особенно болезненно осознавать, что для него это так просто, как дважды два, но он отказал мне.

А хуже всего, что перед этим я испытала лучший момент в своей жизни. Его прикосновения подарили мне незабываемое блаженство. Но после он отнесся ко мне так, будто это ничего не значило.

Будто я была пустым местом.

С другой стороны, конечно, я сама виновата. Вот что бывает, когда ты на секунду ослабляешь защиту. У меня хватило смелости показать свою уязвимость, и в ответ вселенная сразу же напомнила мне о главном уроке моей жизни. Теперь мне нелегко снова надеть маску беззаботности и счастья.

Парой теплых прикосновений и одним резким отказом Деймон уничтожил этот образ.

Но какие у него оправдания? Почему он появился в баре, именно когда я была там с Картером? Почему увел меня, будто имел на это какое-то право? Но таким людям нельзя верить.

На собственном опыте я выучила, что происходит, если богатый мальчик не получает желаемого.

Моя рука тут же дергается, портя ряд свежих стежков. Я чертыхаюсь и останавливаю машинку. Придется вытащить ткань, распороть швы и начать все сначала.

И тут-то я понимаю, что вся вытачка изначально выполнена неверно. Строчка, которую я освоила еще в старших классах, гуляет, будто ее выполнял ребенок или пьяница с дрожащими руками.

Во всем виноват Деймон. И его идеальные глаза. Идеальные волосы. Идеальный, черт возьми, голос.

Не стоило приближаться к нему, не стоило позволять ему касаться себя.

Мой телефон издает несколько вибрирующих звуков. На экране уведомлений мелькает куча непрочитанных сообщений.

Пайпер. МИСТИ ЛИНН ХАРТ. Что ты вчера натворила? Ты в долбаных новостях.
Мия. Деймон просто С.Е.К.С. Поздравляю!
Пайпер. Не делай вид, что не читаешь сообщения. Иначе мы приедем.

Новости? О нет, нет, нет, только не это. Пожалуйста, твою мать, только не это.

Я срочно открываю первый в поисковике новостной чат, и у меня внутри все сжимается.

Деймон Эверетт был замечен журналистами в компании неизвестной девушки, когда пара покидала ночной клуб «Элизиум». Ждать ли нам скорого объявления о будущей миссис Эверетт?

Я закрываю глаза и делаю три глубоких вдоха, чтобы понять, как вести себя дальше. Из плюсов: в момент запечатления кадров я не висела у него на плече. Значит, мы сможем представить это как деловую встречу руководителя и его личного пиар-консультанта.

Из минусов – и это то, что разочаровывает меня больше всего: сейчас все внимание журналистов будет приковано ко мне.

Последние несколько лет я старалась, насколько это возможно, держаться от любой шумихи подальше. Конечно, я знала, на что шла, когда устраивалась в компанию. Но Деймон одним поступком перечеркнул все мои старания.

Я. Деймон Эверетт – самоуверенный, эгоистичный засранец, который думает, что мир вертится вокруг него. И ему плевать, кто будет расхлебывать все это.

Телефон снова вибрирует, но вместо ожидаемого сообщения от девчонок на экране высвечивается приглашение к групповому видеозвонку. Я нажимаю «Принять». Вся накопленная злость, беспомощность и разочарование выплескиваются наружу при виде лучших подруг. Плотина, которая сдерживала эмоции, пала, и теперь я просто ходячий комок нервов и стресса.

Пайпер всматривается в мое лицо сквозь экран:

– Ты шьешь? Расскажешь нам, что случилось?

– Да, и в подробностях, – поддакивает Мия, отправляя в рот попкорн.

Долго просить меня не пришлось. Слова льются из меня потоком, угрожающим снести все на своем пути.

– Начнем с того, что я застала его в конференц-зале в тот момент, когда девушка стояла перед ним на коленях и… И, конечно, я повела себя как полная дура, потому что просто стояла там и не знала, что сказать. Потом мы пересеклись в переулке, где, клянусь, он в открытую флиртовал со мной, и это после того, как объявили о его женитьбе!

Девочки смотрят на меня с широко открытыми глазами, отвлекшись от всех своих дел. Моя сбивчивая и быстрая речь не дает им вставить и слова.

– А затем он просто идет к Кристе и назначает меня своим личным пиарщиком! Меня отстранили от всех проектов. Конечно, Криста этого так просто не оставит. И она нашла, как отомстить мне: она отказалась подписать документы на продление визы, которые она, кстати, и испортила! Поэтому я поехала в клуб, чтобы немного отвлечься и подумать, что делать со всем этим дерьмом. И что бы вы думали? Деймон! Он появляется там, одетый, как всегда, с иголочки, весь такой дико опрятный и сексуальный, что в корне нечестно, потому что меня должно воротить от него. И он буквально подхватил меня на руки и потащил в какой-то отдельный номер наверху. Именно там я испытала лучший момент в своей жизни. А после всего, что между нами произошло, он тоже отказался подписать документы. Ни тебе причины, ни тебе извинений. Просто «я никогда и не отрицал того, что я сволочь». Ну серьезно, какого черта? А эта история с машиной? Кто нанимает личного водителя для обычного пиарщика?

Я глубоко вдыхаю воздух в легкие после продолжительной тирады.

Обе девушки ошеломленно молчат. Мия так и застыла с попкорном в руках.

– И что, вы ничего не скажете? – спрашиваю я, возможно, слишком резко.

– Он точно полный придурок, – наконец говорит Пайпер.

– Да, первоклассный придурок, – добавляет Мия. – Супергорячий, редкостно богатый придурок.

– Поэтому он и считает, что ему все сойдет с рук, – почти перехожу на крик я.

– Думаешь?.. – В голосе Пайпер я слышу нотку сомнения. – Просто, Мисти, ты упомянула один интересный момент с умопомрачительным оргазмом…

Мои щеки покрываются пунцовым румянцем. Пайпер не обращает на это внимания и мягко продолжает:

– Может быть, он все-таки тебе нравится? Ну, хотя бы немного?

– Да, или я просто ненавижу его, что, конечно, не мешает ему быть внешне привлекательным любимцем женщин.

– Знаешь, а я готова поспорить, что у вас суперкрутой секс на почве ревности, – комментирует Мия, наконец отправляя в рот кусочек попкорна.

– Стоп, между нами не было секса как такового. И я не собираюсь заниматься с ним этим!

– Ага, именно, потому что он самоуверенный, эгоистичный засранец, который думает, что мир вертится вокруг него. И которого ты также считаешь внешне очень даже привлекательным.

– Да… э… нет. Да постойте вы!

Девочки хитро переглядываются, когда ловят меня на запинке.

– Я же никогда не говорила, что он мне нравится.

– Говорила, – смеется Пайпер.

– Вот уже несколько раз, – добавляет Мия с набитым ртом.

Пайпер приподнимает бровь:

– Так ты кончила с ним или нет?

– Это не имеет значения, – протестую я.

Подруги смеются.

– Вообще-то вы должны быть на моей стороне, чтобы мы ненавидели его вместе!

– Ты права, извини. Мы не будем брать во внимание тот факт, что он тебе нравится, – Мия безапелляционно игнорирует мое возмущение. – Вернемся сейчас к тому «дерьму», о котором ты говорила. Как он мог вот так взять и записать тебя в свои личные помощники? О боги, парень возомнил себя владельцем компании?

– Не смешно.

– На самом деле чуть-чуть смешно, – ухмыляется Пайпер.

– Если вы не собираетесь мне помогать и поддерживать, я бросаю трубку.

– Погоди! – Пайпер вдруг посерьезнела. – Что сейчас важно – это твоя виза. И, конечно, в этом плане он повел себя как последний негодяй. Но мы что-нибудь придумаем. Может, парни помогут?

Я чувствую, как мое разочарование нарастает. Мне не полегчало от того, что она тоже признала его негодяем.

– Я тоже не понимаю. Почему это такая проблема для него? Несколько правок и новая подпись. Видимо, он делает это специально.

– Да, но почему? – Мия откидывается назад и затягивает свой светло-русый хвостик. – В чем смысл?

– Смысл в том, что смысла нет! – Я измученно выдыхаю и закрываю руками лицо. – Мне просто нужно как-то заставить его подписать документ.

– Может быть, у него что-то произошло прошлой ночью? И, может, когда вы встретитесь в рабочей обстановке… – начинает Пайпер.

– Да… да… поняла. – Я делаю вдох, считаю до трех, а затем выдыхаю. – Я попробую еще раз поговорить с ним. Просто нужно показать, насколько я ценный сотрудник и какой он идиот, что не идет навстречу.

– Если он продолжит упираться, тогда он полный баран, – кивает Мия.

Я чувствую, что после разговора с девочками мне становится легче. В голове вырисовывается некое подобие плана.

– Хорошо, просто пойду на работу и надеру ему задницу. Не важно, насколько он горяч, я не буду его целовать!

На последнем слове Пайпер и Мия ухмыляются.

Черт.

1.«Платье мести» – так окрестили черное мини-платье Christina Stambolian, выбранное принцессой Дианой для благотворительного ужина галереи Serpentine в Кенсингтонском саду в июне 1994 года. Принято считать, что Диана надела его «в отместку» за показанное по телевидению признание в супружеской неверности ее мужа Чарльза, в то время принца Уэльского.

Pulsuz fraqment bitdi.