Kitabı oxu: «Командиры Третьего Рейха»

Şrift:

Mitcham S. W., Jr., Mueller G.

Hitler’s Commanders

© Mitcham S. W., Jr., Mueller G. Hitler’s Commanders. – L.: Scarboro House, 1992

© Mitcham S. W., Jr., Mueller G., Митчем С., 2021

© Mueller G., 2021

© Замилова Т. Н., пер. с англ.

© Бушуев А. В., пер. с англ.

© Фельдшер А. Н., пер. с англ.

© ООО «Издательство Родина», 2021

* * *

Введение

В пятидесятые годы, когда я рос в Америке, оценка того времени в отношении командного состава Гитлера была предельно простой: все немцы – нацисты, а все нацисты – зло. И как человеческое существо любой нацист деградировал в строгом соответствии с его рангом. Если следовать этой сомнительной логике, то немецкий генерал должен был представлять собой совершенно ужасное существо. Типичный нацист (т. е. немец), германский генерал должен быть жестоким, совершенно бесчувственным к человеческому страданию и полным невеждой во всем, что выходило за его профессиональную сферу. Никаких других качеств, кроме как определенный набор военных навыков (и непревзойденный талант разрушителя и дезорганизатора) в нем не отмечалось. Разумеется, есть он должен был только руками, рот вытирать рукавом, громко икать, бесцеремонно перебивать собеседника, когда это ему покажется необходимым, орать на подчиненных, швыряться всем, что попадет под руку, хвастать и чувствовать себя по-настоящему счастливым лишь тогда, когда совершает неспровоцированные нападения на ни в чем не повинные нейтральные страны. А его любимыми увлечениями были геноцид, бомбардировки беззащитных городов и поедание грудных младенцев.

Эта картина, когда я стал взрослым, несколько изменилась. Я пережил небольшой шок, когда открыл для себя факт, что не все немцы были нацистами и не все нацисты были немцами; более того, люди, которые тесно сотрудничали с Гитлером (во всяком случае, до 1945 года), были не кем иным, как немецкими офицерами. Позже интерес к военной истории привел меня к тому, что я довольно глубоко погрузился в бездонные глубины вермахта и выяснил, что в вооруженных силах рейха были представлены люди всех типов: герои и трусы, нацисты и антинацисты, христиане, атеисты, профессионалы своего дела, хорошо образованные и воспитанные выпускники университетов, закулисные политики, приспособленцы, новаторы, диссиденты, гении, тупицы, оптимисты, с надеждой всматривающиеся в будущее, и люди, предпочитавшие жить прошлым. Они представляли разные социальные слои, их биографии были очень противоречивы, как и уровни их образованности, профессиональных навыков или интеллекта. И уж, разумеется, их карьеры тоже весьма отличались друг от друга.

Цель этой книги – описать жизни некоторых германских офицеров, представляющих все составные части вермахта, а также Ваффен СС. Эти офицеры выбраны мною и доктором Мюллером на основе многообразия их характеров и карьер, доступности информации и наших собственных интересов. Кто-то из читателей может усомниться в истинностной правомочности данного выбора, но, поскольку во время второй мировой войны численность генералитета составляла 3663 человека, неудивительно, что наш отбор будет отличаться от отбора других. Наоборот, очень уж было бы странно, если бы вдруг все авторы принялись обсуждать круг одних и тех же лиц.

Один аспект этой книги должен быть упомянут особо – относительно небольшое число фельдмаршалов в качестве объектов для описания и анализа. Это объясняется тем, что моя книга «Фельдмаршалы Гитлера и их сражения», вышедшая в 1990 году может служить своего рода источником информации, и упоминать их всех здесь снова показалось мне неуместным. Но мы решили сделать исключения: Вильгельм Кейтель, Риттер Вильгельм фон Лееб, Георг фон Кюхлер, Федор фон Бок и Фридрих Паулюс. Кейтель включен сюда потому, что доктор Мюллер был знаком с его семьей и уже написал книгу об этом несколько лет назад. Паулюс здесь потому, что в главе, посвященной Сталинграду, он не мог не быть упомянут. Оставшиеся трое – Лееб, Кюхлер и Бок обсуждаются на страницах главы, посвященной командирам Восточного фронта, потому что представляют собой три различных типа генералов. Лееб был христианином, антинацистом, баварским генералом-пуританином, принадлежавшим к старой школе, бесполезным для Гитлера и его камарильи. На Бока нельзя было прицепить ни ярлык нациста, ни антинациста, его можно лишь назвать Боком, для которого ничего, кроме самого Бока, не существовало. Кюхлер играет некую промежуточную роль. Совершенно верно, трактовка всех троих существенно отличается от той, что в «Маршалах», – там упор делается на их сражения, а здесь на их личности и характеры. Доктору Мюллеру и мне хотелось бы выразить нашу благодарность очень многим людям, оказавшим помощь в завершении этой работы. Во-первых, нам хотелось бы поблагодарить наших жен, Донну Митчем и Кэй Мюллер, за их долготерпение и окончательную выверку-чтение. Большое спасибо и Пауле Леминг, профессору иностранных языков, за ее помощь в переводе источников, полковнику Джеку Анголиа, полковнику Энтони Джонсону, полковнику Томасу Смиту, а также доктору Уолдо Дэлстеду за предоставленные ими многочисленные фотографии, Валери Ньюборн, персоналу библиотеки Хью за их помощь при получении межбиблиотечного абонемента, сотрудникам Национального архива, Библиотеки Конгресса, Военного колледжа, Аудиовизуального агентства обороны, Воздушного университета и Бундесархива (ФРГ) за их помощь в подтверждении подлинности документов и фотоснимков, использованных в этой книге. А также благодарность полковнику Эдмонду Д. Марино за его неоценимые советы.

Сэмюэл У. Митчем-мл.

Глава первая. Генералы высшего командования

Вильгельм Кейтель, Бодвин Кейтель, Альфред Йодль, Фердинанд Йодль, Бернхард Лоссберг, Георг Томас, Вальтер Буле, Вильгельм Бургдорф, Герман Рейнеке

Вильгельм Кейтель (1882–1946) – начальник штаба Верховного командования вермахта (1938–1945), генерал-фельдмаршал (1940). Международным военным трибуналом в Нюрнберге обвинён в преступлениях против человечества и как один из главных военных преступников вермахта казнён через повешение 16 октября 1946 года


ВИЛЬГЕЛЬМ КЕЙТЕЛЬ родился в поместье Хельмшероде в западном Брауншвейге 22 сентября 1882 года. Несмотря на его страстное желание остаться фермером, каковыми были все его предки, 650-акровый земельный надел оказался слишком мал, чтобы обеспечить потребности двух семей. Впоследствии Кейтель поступил на службу в 46-й полк полевой артиллерии, дислоцированный в Вольфенбюттеле, в звании фаненюнкера, которое ему было присвоено в 1901 году. Но желание вернуться в Хельмшероде не покидало его на протяжении всей жизни.

18 августа 1902 года Кейтелю было присвоено звание лейтенанта, и он поступил на курсы инструкторов в артиллерийском училище в Ютербоге, а в 1908 году стал полковым адъютантом. В 1910 году ему присвоили звание обер-лейтенанта, а в 1914-м – гауптмана.

В 1909 году Вильгельм Кейтель женился на Лизе Фонтэн, привлекательной, умной молодой особе из Вюльфеля. Ее отец, состоятельный человек, владелец поместья и пивоварни, поначалу невзлюбил Кейтеля за его «прусское» происхождение, но позже согласился на этот брак. Лиза родила Вильгельму троих сыновей и трех дочерей. Как и их отец, сыновья стали офицерами германской армии. Лиза, игравшая в этом браке изначально инициативную роль, всегда страстно желала продвижения супруга по служебной лестнице. Строга говоря, господин Фонтэн был не совсем прав в отношении происхождения своего зятя – тот был не пруссак, а ганноверец. Эту же ошибку совершили и Адольф Гитлер и обвинители со стороны союзных держав на Нюрнбергском процессе.

В начале лета 1914 года Кейтель отправился в отпуск в Швейцарию, там он и услышал новость в покушении на эрцгерцога Франца Фердинада. Кейтеля спешно затребовали в его полк, размещенный в Вольфенбюттеле, вместе с которым в августе 1914 года он был переброшен в Бельгию. Ему довелось участвовать в сражениях на передовой, и в сентябре, после серьезного ранения осколком гранаты в правую руку, он попал в госпиталь, откуда после излечения снова вернулся в 46-й артиллерийский полк командиром батареи. В марте 1915 года он получил назначением Генштаб и был переведен в XVII резервный корпус. В конце 1915 года состоялось его знакомство с майором Вернером фон Бломбергом, обернувшееся преданной дружбой на всем протяжении дальнейшей карьеры обоих.

Версальский мирный договор, положивший конец первой мировой войне, содержал очень жесткие условия. Был распущен Генштаб германской армии, а она сама была сокращена до 100 000 человек и имела всего 4000 офицеров1. Кейтель был включен в состав офицерского корпуса Веймарской республики и три года провел в качестве инструктора в кавалерийской школе в Ганновере, а затем был зачислен в штаб 6-го артиллерийского полка, В 1923 году ему было присвоено звание майора, и в период с 1925 по 1927 год он входил в состав организационного управления войск, что по сути дела было тайным названием Генерального штаба.

В 1927 году он возвратился в Мюнстер командиром 11-го батальона 6-го артиллерийского полка. В 1929 году ему было присвоено звание оберстлейтенанта: весьма значительное поощрение, если учесть, что в те времена продвижение по службе было крайне медленным. В том же году он возвращается в Генштаб в качестве начальника организационного; управления.

В конце лета 1931 года в жизни и карьере Кейтеля произошло очень интересное событие – поездка в СССР в составе делегации германских военных по обмену. Ему понравилась Россия, которую он увидел, ее необъятные просторы, изобилие сырья, пятилетний план развития народного хозяйства, дисциплинированная Красная Армия. После этой поездам он продолжил упорную работу по увеличении численности германской армий, что противоречило Версальскому мирному договору. Хотя Вильгельм Кейтель прекрасно справлялся с порученным ему заданием, что было впоследствии признано даже его заклятым врагом фельдмаршалом Эрихом фон Манштейном, его способности все же не были беспредельны. Эта изматывающая (и к тому же не совсем законная) деятельность отрицательно сказалась на его здоровье и психическом состоянии. Вечно нервничавший Кейтель, слишком много курил. В 1932 году у неге обнаружили тромбофлебит правой ноги. Он находился на лечении в клинике доктора Гура в чешских Татрах, когда до него дошла весть о том, что рейхсканцлером Германии стал, 30 января 1933 года, Адольф Гитлер. Ближайший друг Кейтеля Вернер фон Бломберг в тот же день был назначен министром обороны.

В октябре 1933 года началась служба Кейтеля в войсках. Сначала он был пехотным командиром (и одним из двух заместителей командующего) 111-й пехотной дивизии в Потсдаме, под Берлином. В мае 1934 года он услышал выступление Адольфа Гитлера на стадионе «Шпортпаласт» в Берлине, и слова фюрера его очень тронули. Почти одновременно с этим событием умер отец Кейтеля, и Вильгельм унаследовал Хельмшероде. Он уже стал всерьез подумывать о том, чтобы уйти из армии и заняться поместьем, несмотря на то что месяц назад ему было присвоено звание генерал-лейтенанта, впрочем, как он сам писал спустя: «Моя жена не сумела бы заниматься домом вместе с моей мачехой и сестрой, и решить эту проблему мне не удастся»2. Нет никакого сомнения в том, что Лиза страстно желала, чтобы он и дальше оставался в армии, и Кейтель остался.

В июле 1934 года Кейтеля перевели в 12-ю пехотную дивизию, дислоцированную в Лейбнице, в более чем пятистах километрах от Хельмшероде. Этой удаленностью и объясняется его повторное решение уйти со службы. Генерал барон Вернер фон Фрич, командующий армией, сумел переубедить Кейтеля, предложив ему новое назначение, которое тот принял. 1 октября 1934 года Кейтель, находившийся теперь в Бремене, принял командование 22-й пехотной дивизией.

Кейтель с удовольствием отдался своему делу, проводил большую организаторскую работу, создавая новую дивизию, которую бы отличали высокая боеготовность и боеспособность. (Большинство соединений, в организации которых он принимал активное участие, были впоследствии разгромлены под Сталинградом). Во время этой работы он часто появлялся в своем родном Хельмшероде, и ему удалось увеличить состояние. Позже, уже в августе 1935 года, военный министр Бломберг предложил Кейтелю пост руководителя управления вооруженных сил. Хотя сам Кейтель не решался принять это назначение, жена склонила-таки его к этому, и он в конце концов согласился.

Со времени прибытия в Берлин генерал Кейтель, отбросив в сторону все прежние колебания, с энтузиазмом входил в новую роль. В тесном сотрудничестве с оберстлейтенантом Альфредом Йодлем, командующим дивизией «Л» (национальная оборона), они очень сдружились, и дружба эта продолжалась до самого проведения в жизнь замысла об объединенной командной структуре всех родов войск, который получил у военного министра Бломберга одобрение. Но так как сами три кита вооруженных сил – армия, флот и в особенности Люфтваффе (авиация Геринга) – решительно отказались от этого принципа, смекнув, в чем дело, отказался от него и Бломберг. Такой поворот заставил Кейтеля все свои упования обратить на поддержку самого фюрера (принцип фюрерства в армии) и его личное расположение. После войны он предъявил на Нюрнбергском процессе документ, в котором утверждал, что «принцип фюрерства» проходит через все элементы жизни и неизбежно затрагивает армию»3.

Кейтель мог гордиться тем, что в январе 1938 года его старший сын, Карл-Хейнц, лейтенант кавалерии, посватался к Доротее фон Бломберг, одной из дочерей военного министра. Состоялась и еще одна свадьба: фельдмаршал «фон Бломберг, овдовевший несколько лет тому назад, в середине января женился на Еве Грун, 24-летней стенографистке одного из продовольственных ведомств рейха. Свадьба Бломберга была скромным гражданским обрядом, в качестве свидетелей на ней присутствовали Адольф Гитлер и Герман Геринг. И никто еще не мог подозревать о том, что эта скромная церемония вызовет кризис, явившийся концом нацистской революции.

Вскоре после того, как Бломберги обменялись кольцами, какой-то из нижних полицейских чинов раскопал досье на Маргариту Труп, которое немедленно передал в ведомство графа Вольфа-Генриха Хельдорфа, тогдашнего полицей-президента Берлина. Прочитав документы, тот пришел в ужас: Маргарита была в прошлом проституткой и неоднократно арестовывалась за то, что снималась для порнографических открыток. Хельдорф, в прошлом сам офицер, решил передать дело Кейтелю, в надежде, что шеф военного-управления сумеет тихо спустить все на тормозах. Были ли Маргарита Грун и Ева Грун одним и тем же лицом? Неужели эта секс-модель та самая женщина, на которой только что женился военный министр? Этого Кейтель знать не мог и передал дело Герману Герингу, который знал жену министра. Кейтелю не могло прийти в голову, что тот давно ждал возможности свалить Бломберга и тем самым расчистить себе дорожку к военному министерству. Геринг отправился прямиком к Гитлеру и, выложил ему всю эту историю, которая в конечном итоге повлекла за собой отставку Бломберга. Но события, тем не менее, не развились в угодном для Геринга направлении.

После отставки Бломберга Кейтель был вызван к фюреру. Гитлер поверг Кейтеля в шок, сообщив ему, что главнокомандующий германской армией генерал фон Фрич обвинен в гомосексуализме, за что должен нести уголовную ответственность по статье 175. И хотя все эти обвинения явились результатом тонко продуманной игры Генриха Гиммлера и Геринга (с помощью Рейнхарда Гейдриха, главы гиммлеровской секретной службы), и хотя Фрич позже был оправдан военным трибуналом, отставка Бломберга и Фрича привела к Созданию Верховного главного командования вермахта – ОКВ и полному подчинению германских вооруженных сил воле фюрера – Адольфа Гитлера.

4 февраля 1938 года, к немалому огорчению Германа Геринга, фюрер лично занял пост военного министра, наделив Кейтеля одновременно полномочиями шефа ОКВ. Почему Кейтель был выбран Гитлером на пост командующего вооруженными силами? Потому что фюреру был нужен кто-то, на кого он мог бы положиться при проведении в жизнь своей воли и кто мог бы поддержать порядок в доме, кто-то, кто беспрекословно выполнял бы любые его распоряжения и кого можно было сделать живым олицетворением принципа фюрерства. Кейтель, как никто другой, подходил для этой роли. Как позже напишет генерал Варлимонт, Кейтель был «искренне убежден, что его назначение предписывало ему отождествлять себя с пожеланиями и указаниями Верховного главнокомандующего даже в тех случаях, когда он лично с ними не согласен, и честно доводить их до сведения всех нижестоящих»4.

Кейтель решил расчленить ОКВ на три подразделения: оперативный отдел, руководство которым было возложено на Альфреда Йодля, абвер (отдел разведки) контрразведки) в ведении адмирала Вильгельма Канариса и экономический отдел, возглавляемый генерал-майором Георгом Томасом. Эти три отдела ожесточенно соперничали с другими ведомствами «третьего рейха». Оперативный отдел ОКВ соперничал с генеральными штабами трех служб, но в особенности с Генштабом армии, экономический отдел имел соперников в лице организации Тодта и управления по пятилетнему плану. Что же касалось абвера, то его интересы пересекались с интересами армии и морской разведки, с управлением иностранных дел Риббентропа, а также со службой безопасности Гиммлера (СД), которая в конечном итоге в 1944 году и поглотала абвер.

Все эти подразделения плохо сочетались друг с другом, число проблем и конфликтов постоянно росло. На протяжении всего правления нацистов множилось число всякого рода организационных групп и ячеек, которые, в свою очередь, еще более подхлестывали конкуренцию и способствовали тому, что в конце концов была создана такая структура, в которой можно было избежать при наличии лишь единственного фюрера, способного и наделенного соответствующими полномочиями для преодоления всех кризисов и принятия важных решений, и имя тому было Адольф Гитлер.

Решающее значение в осуществлении концепции высшего командования имела дружба фюрера и Кейтеля, который безгранично доверял Гитлеру и служил ему верой и правдой. ОКВ передавало приказы фюрера и действовало скоординировано в отношении германской экономики, которая все больше и больше подчинялась требованиям армии. Генерал Варлимонт описывал ОКВ как рабочий штаб «или даже военное бюро» Гитлера-политика. Но несмотря на это и Кейтелю перепало кое-что: он оказывал решающее влияние по меньшей мере на два обстоятельства: добился успеха в том, что в один прекрасный день его личный выдвиженец Вальтер фон Браухич пришел на замену скомпрометированному генералу Фричу, а также в том, что его младший брат Бодвин встал во главе армейского управления личного состава.

ОКВ никогда не действовало так, как воображал себе, Кейтель, – оно никогда и не стало по-настоящему командованием вооруженных сил. Гитлер, в буквальном смысле этого слова, использовал Кейтеля во время Австрийского кризиса в 1938 году, для того чтобы силой заставить подчиниться Германии австрийского канцлера Курта фон Шушнига. Когда началась вторая мировая война, шеф ОКВ занимался в основном кабинетной работой. Все оперативное планирование осуществлялось Генштабом, Кейтель поддержал нападение на Польшу, а также все успешные компании Гитлера в Дании, Норвегии. Голландии, Бельгии и Франции в 1940 году. Хотя в действительности план оккупации Норвегии (операция «Везерюбунг») был разработан Варлимонтом, Йодлем и Гитлером, шеф ОКВ создал административную структуру для проведения этой операции. Кампания, занявшая 43 дня, успешно завершилась и была единственной военной операцией, которая координировалась ОКВ.

Вместе с другими генералами Кейтель рукоплескал победе Гитлера над Францией в июне 1940 года, в благодарность за это Гитлер сделал его 19 июля 1940 года фельдмаршалом, одновременно заплатив ему вознаграждение в размере 100 тысяч рейхсмарок. Эту сумму Кейтель не стал тратить, так как чувствовал, что он этих денег не заработал. В том же месяце Кейтель отправился в отпуск, на охоту, в Померанию на несколько дней заехал в Хельмшероде. Вернувшись в августе к своим делам, он продолжил работу над подготовкой плана «Морской лев» по вторжению в Британию (который так и остался на бумаге).

Атаке на последнего из европейских врагов Гитлер предпочел вторжение в Советский Союз. Кейтель не на шутку встревожился и бросился: с возражениями к Гитлеру. Гитлер настоял на том, что этот конфликт неизбежен и посему Германия обязана ударить именно сейчас, ибо сейчас на ее стороне все преимущества. Кейтель спешно составил меморандум, в котором обосновывал свои возражения. Гитлер учинил новоиспеченному фельдмаршалу дикий разнос, на что Кейтель ответил предложением Гитлеру заменить его на посту начальника ОКВ кем-нибудь другим, более подходящим фюреру. Это прошение об отставке фюрером не было принято и еще больше его завело. Он кричал, что лишь он сам, фюрер, вправе решать, кем заменить ему шефа ОКВ. После этого Кейтель без слов повернулся и вышел из кабинета. С этого момента он подчинился воле Адольфа Гитлера. И подчинение это было практически абсолютным, если не считать возникавших весьма редко слабых возражений по отдельным вопросам, не имевшим принципиального значения.

В марте 1941 года Гитлер тайно принял решение и разработал новую концепцию войны, традиционные правила ведения которой были отодвинуты в сторону. Эта война, по его мнению, должна была быть жестокой и предполагала абсолютное истребление противника. В соответствии с этим Кейтель издал печально известный драконовский «приказ о комиссарах», согласно которому все политработники Красной Армии подлежали полному и безоговорочному физическому уничтожению. Подпись Кейтеля появилась и под другим приказом, изданным в июле 1941 года и предусматривавшим переход всей политической власти на оккупированных территориях на Востоке в ведение рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера. Этот приказ был, по сути дела, прологом к геноциду.

Кейтель безуспешно пытался смягчить некоторые формулировки в приказах фюрера, но продолжал выполнять их. Он был безоговорочно предан Гитлеру, и тот нещадно эксплуатировал их отношения. Генеральный штаб Гитлера издал целую серию приказов, направленных на ослабление сопротивления Страны Советов. Среди них были инструкции, согласно которым, за каждого погибшего на оккупированной территории немецкого солдата следовало расстреливать 50–100 коммунистов5. Эти приказы исходили от Адольфа Гитлера, но под ними стояла подпись Вильгельма Кейтеля.

Провал планов Германии достичь быстрой и решительной победы над Россией навлек на генералов гнев Гитлера и, заставил его принять еще более жесткие меры. Кейтель смиренно сносил произвол Гитлера и продолжал подписывать печально знаменитые приказы, такие, как приказ от 7 декабря 1941 года «Nacht und Nebel» («Мрак и туман»), согласно которому «лица, представляющие угрозу для безопасности рейха, должны бесследно исчезнуть в мраке и тумане». Вся ответственность за выполнение этого приказа была возложена на СД. Под прикрытием этого приказа были тайно уничтожены многие члены Сопротивления и антифашисты6. В большинстве случаев их тела так и не были обнаружены.

Хотя временами шеф ОКВ и подавал слабый голос против предложений Гитлера, он все же оставался крайне предан ему и представлял собой именно тот тип личности, который Гитлер предпочитал иметь, в своем окружении. К несчастью, поведение Кейтеля самым неблагоприятным образом сказывалось на его подчиненных. Кейтель никогда не выступал в их защиту и по любому поводу предавал воле фюрера7. За такую нерешительность многие офицеры называли его «лакейтель».

20 июля 1944 года в ставке Гитлера «Вольфшанце» проходило совещание, во время которого полковник граф Клаус фон Штауффенберг подложил под стол, на котором лежала карта, портфель с бомбой. В 12.42 пополудни она взорвалась. Шеф ОКВ на мгновение был оглушен. Но как только Кейтель пришел в себя, сразу же бросился к Гитлеру с криком: «Мой фюрер! Вы живы?» Он помог Гитлеру подняться на ноги и крепко обнял его. Поддерживая покачивавшегося фюрера, Кейтель вывел его из заваленного обломками конференц-зала. После провала покушения Кейтель еще больше сблизился с Гитлером. Как заметил Альберт Шпеер, Кейтель стал опорой Гитлера8. Проводя мероприятия по ликвидации переворота, шеф ОКВ не знал жалости. Он арестовал начальника связи генерала Эрика Фелльгибеля и отдал приказы об аресте генерал-оберста Фридриха Фромма, командующего резервной армией фельдмаршала Эрвина фон Вицлебена. Кейтель не проявил никакой жалости к «неверным» офицерам, таким, как фельдмаршал Эрвин Роммель, к которому он всегда испытывал неприязнь9.

В последние месяцы войны, когда Советы вели наступление на Берлин, Кейтель издает приказы, направленные против «террористической деятельности» врага10. Безоговорочное признание нм необходимости проведения жестоких репрессий против партизан и саботажников ясно свидетельствуете том, что он начал воспринимать приказы Гитлера буквально. Во время битвы за Берлин Кейтель совершенно утратил чувство реальности. В падении столицы он винил генерала Вальтера Венка и фельдмаршала Фердинанда Шернера, а также генерал-оберста Готхарда Хейнрици, который без приказа отступил на запад. Кейтель отказывался понимать, что Германия проиграла войну независимо от того, что совершили или не сумели сделать эти военачальники.

8 мая 1945 года Вильгельм Кейтель завершил вторую мировую войну. В полной парадной форме, с маршальским жезлом в руке, в присутствии представителей Советского Союза, он подписал акт о полной и безоговорочной капитуляции Германии. Потом он вернулся во Фленсбург-Мюрвик, место пребывания германского правительства, возглавляемого в то время Карлом Деницем. Здесь, несколькими днями позже, Кейтель был арестован британской военной полицией и оставшуюся часть жизни провел под стражей.

Судебный процесс над фельдмаршалом Кейтелем проходил в Нюрнберге, где он признал себя виновным в том, что выполнял приказы Гитлера. Хотя его честность ни в коей мере и не умаляла его вины, тем не менее на вопросы обвинителей он отвечал прямо. Он был признан виновным в преступных действиях против мира, совершении военных преступлений и в преступлениях против человечества. 16 октября 1946 года Вильгельм Кейтель был повешен. С петлей на шее он прокричал свои последние слова: «Deutschland uber alles!» (Германия превыше всего).

Фельдмаршал Кейтель наивно полагал, что, служа Гитлеру, он служит германскому народу. Только после войны он понял, что поступал неверно, понял то, что никак не мог ухватить в течение 8 лет, с 1938 по 1945-год, когда помогал Гитлеру осуществлять его демоническую политику и вести неправедную войну. Кейтель, сам того не желая, приложил руку к тому, чтобы окончательно погубить прусский офицерский корпус, который он пытался по-своему, но, как оказалось, неумело защитить.


Бодвин Кейтель (1888–1952) – немецкий офицер, последним удостоенный звания Генерал пехоты во время Второй мировой войны, и начальник управления личного состава сухопутных сил вермахта


БОДВИН КЕЙТЕЛЬ родился в Хельмшероде 25 декабря 1888 года, на 6 лет позже брата Вильгельма. В 1909 году он вступил в имперскую армию в качестве фаненюнкера. В следующем году получил звание лейтенанта и был направлен в 10-й Егерский батальон. Он участвовал в первой мировой войне, служил в рейхсвере (так назывались вооруженные силы Веймарской республики), и когда в 1933 году Гитлер пришел к власти, он был оберстлейтенантом. В 1934 году Бодвин получил звание оберста. Сразу после того, как Гитлер назначил Вильгельма Кейтеля главнокомандующим вооруженными силами, 4 февраля 1938 года, Вильгельм начал продвигать младшего брата по служебной лестнице – Бодвин получил чин генерал-майора и должность начальника управления личного состава сухопутных войск. 1 октября 1941 года он стал генералом от инфантерии. Разумеется, судьба Бодвина зависела напрямую от его старшего, более могущественного, брата.

Из-за разгоревшегося в сентябре 1942 года-спора между Гитлером и шефом Вильгельма, начальником оперативного отдела генерал-оберстом Альфредом Йодлем (см. ниже), старший Кейтель временно попал в немилость к фюреру. В результате этого младший Кейтель лишился своего поста, а на его место назначили генерал-майора Рудольфа Шмундта. Бодвина направили в Данциг, командовать XX военным округом, который включал территорию бывшего «вольного города Данцига», зону старого «Польского коридора» и западную часть Восточной Пруссии. Бодвин Кейтель отвечал за вербовку, набор и обучение новобранцев во всем этом районе. В его обязанности входило как формирование новых дивизий, так и обновление старых. Этой работой он занимался вплоть до 30 ноября 1944 года. Когда его военному округу начала угрожать непосредственная опасность со стороны Советов, Кейтеля на посту командующего сменил генерал от инфантерии Карл-Вильгельм Шпехт11. Кейтель оказался не у дел. Пробыв без работы в течение нескольких месяцев, 1 апреля 1945 года он получил должность инспектора материально-технического и медицинского обеспечения стрелковых подразделений.

В конце войны Бодвин Кейтель сдался на милость победителя. Поскольку суд не признал его военным преступником, то в 1948 году он был выпущен на свободу. Он тихо удалился в Гетценхоф Бодейфельде, где в 1952 году и умер.


Альфред Йодль (1890–1946) – начальник штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта, генерал-полковник (с 1 февраля 1944). Рассматривался Международным военным трибуналом в Нюрнберге как один из главных военных преступников и по решению суда был казнён через повешение


АЛЬФРЕД ЙОДЛЬ родился в Вюрцбурге 10 мая 1890 года. Его отцом был отставной баварский артиллерийский капитан, который был вынужден бросить действительную военную службу, намереваясь жениться на франконской девице из простой семьи фермеров и мельников. Альфред был одним из пяти детей, родившихся в этом браке. Три его сестры умерли в раннем возрасте, брат его, Фердинанд, во время второй мировой войны дослужился до генерала горнострелковых войск.

Молодой Альфред Йодль, будучи студентом, вступил в кадетский корпус, в 1910 году – в 4-й Баварский полк полевой артиллерии. В 1912 году он получил звание лейтенанта. Вскоре после этого вступил в брак с графиней Ирмой фон Буллион из знатной швабской семьи, несмотря на резкие возражения со стороны ее отца, оберста графа фон Буллиона. Графиня, бывшая на пять лет его старше, оказалась умной и жизнерадостной светской дамой. Альфред просто обожал ее.

Глава вторая. Генералы Восточного фронта

Федор фон Бок, Риттер Вильгельм фон Лееб, Эмиль фон Лееб, Георг фон Кюхлер, Георг Линдеманн, Фридрих Мат, Вальтер Венк

Федор фон Бок (1880–1945) – генерал-фельдмаршал. Командующий группы армий «Центр» во время вторжения в СССР. Командовал наступлением на Москву осенью 1941 года


ФЕДОР ФОН БОК родился в Кюстрине, Бранденбург, 3 декабря 1880 года. Отцом его был Мориц фон Бок, выдающийся прусский генерал. Детство Федор провел в старинном городе-крепости Кюстрин на реке Одер, казармы которого помнили еще времена Фридриха Великого. Часами мальчик играл на берегу крепостного рва, познавая военную историю Пруссии. Все это наложило неизгладимый отпечаток на его характер и развитие. Главной целью жизни фон Бока было во что бы то ни стало достичь высших армейских должностей. В нем так никогда и не искоренилось презрение ко всему, что не имело отношения к Пруссии или к армии. Однажды фон Бок признался, что из всех видов искусства его могла тронуть только игра духового оркестра. Безразличный к хорошей еде и напиткам, он мог поститься несколько дней, но продолжал выполнять свои обязанности с рвением, доходящим до фанатизма. В результате полученного в семье воспитания фон Бок вырос чрезвычайно амбициозным, высокомерным, своевольным, абсолютно серьезным, начисто лишенным чувства юмора человеком. Один из офицеров вспоминал, что его «пронзительные серые глаза на изборожденном морщинами лице смотрели как бы сквозь вас, в его холодном, оценивающем взгляде не было ни малейшего намека на дружелюбие… Его холодная отчужденность сравнима разве что с отчужденностью палача… Если в его мозгу и существуют какие-либо понятия о других сферах жизни, не армейских, и человеческих существах, которые не носят униформу, то он не подает и виду»49.

Способный, но без яркого дарования фон Бок бросился делать свою карьеру с фанатической целеустремленностью. Получив образование в кадетских корпусах в Потсдаме и Грос-Лихтерфельде, он в 1898 году был направлен в элитный 5-й Потсдамский полк пешей гвардии. В 1904 году фон Бок стал адъютантом батальона, а в 1906 году – адъютантом полка. После учебы в военной академии он в 1910 году временно вошел в Генштаб, а в 1912 году стал его постоянным членом. В том же году он был произведен в гауптманы.

Два года первой мировой войны Федор фон Бок провел при штабе кронпринца Рупрехта Баварского, с которым состоял в приятельских отношениях. Он стал начальником оперативного отдела (1а), подчиняясь начальнику штаба графу Фридриху фон дер Шуленбургу. На этом посту он вырос до майора50. Но Боку в послужном списке не хватало участия в боевых операциях, и он был назначен командиром батальона 4-го Прусского полка пешей гвардии. С фанатичной отвагой возглавлял он свой отряд в битве на Сомме и в Камбре, удостоившись креста Pour le Merite («За заслуги»). В официальном объявлении о награждении ничего не говорилось об обстоятельствах, приведших к получению награды, но когда описывалась храбрость фон Бока, вместо обычного для таких случаев прилагательного «выдающаяся» было использовано другое – «невероятная», что для имперской армии было уже само по себе уникально51.

После службы батальонным командиром Бок стал старшим офицером штаба 200-й пехотной дивизии, которая была южногерманским резервным подразделением и не дотягивала до стандартов гвардии. Здесь Бок столкнулся с ненавистью со стороны всех офицеров штаба52. И в дальнейшем сохранилась подобная тенденция: никто из соратников никогда не любил фон Бока и не испытывал к нему большого уважения, а тот принимал это как само собой разумеющееся53. Тем не менее дела в дивизии шли неплохо. В одном из сообщений американской разведки 1918 года она была названа «… одной из самых лучших дивизий германской армии»54.

После окончания войны фон Бок сначала служил в комиссии по мирному урегулированию, а затем стал сотрудником Ханса фон Секта, главнокомандующего сухопутными войсками рейха. Как начальник штаба 3-го военного округа (в Берлине) майор фон Бок был замешан в таинственной деятельности «черного рейхсвера» – нелегальных военных формирований, действовавших под личиной добровольных формирований трудящихся. В сентябре 1923 года эти формирования вышли из-под контроля и восстали против Веймарской Республики, вынудив генерала фон Секта подавить бунт с помощью силы. На судебном процессе только что произведенный в оберстлейтенанты фон Бок предстал в качестве свидетеля. Суду он заявил о том, что о «черном рейхсвере» ничего не знал. Конечно, он лгал, но был отпущен, так же, как Курт фон Шлейхер и барон Курт фон Хаммерштейн. Левая пресса обвинила Бока в причастности к нескольким политическим убийствам, совершенным (тайным судом) еще одной нелегальной правой организацией, но доказать свои словесные утверждения она не смогла.

Служебная карьера Бока развивалась достаточно интенсивно. Он занимал посты командира 2-го батальона 4-го пехотного полка в Кольберге (1924 год), штабного офицера в Министерстве обороны (1925–1926 годы), командира 1-й кавалерийской дивизии во Франкфурте-на-Одере (конец 1928 года), командира 1-й пехотной дивизии в Восточной Пруссии (1930 год), командующего 12-м военным округом в Штеттине (1931–1935 годы). Не менее быстрым был и рост его чинов: оберст (1926 год), генерал-майор (1928 год), генерал-лейтенант (1931 год), генерал от инфантерии (1931 год). В последнем чине он находился, когда Гитлер пришел к власти.

Генерал фон Бок не был нацистом, но и противником нацизма его тоже назвать нельзя. Он всем сердцем поддерживал милитаристскую политику Гитлера, а проводимая фюрером внутренняя и внешняя политика Бока ничуть не волновала. В результате он оказался вполне подходящим человеком для фюрера и его дружков по НСДАП. Когда кого-либо из коллег и соратников фон Бока освобождали от занимаемой должности или вынуждали уйти в отставку, едва находился хоть малейший повод, тот и пальцем не шевелил, чтобы помочь им. А таких людей было немало. Гитлер видел в фон Боке послушного исполнителя. В 1935 году Бок был назначен командующим 3-й группой армий, расквартированной в Дрездене, а 1 марта 1938 года получил звание генерал-оберста. Группа Бока (временно приписанная к 8-й армии) в 1938 году оккупировала Австрию, где должна была заняться слиянием австрийской армии и вермахта. Здесь еще раз проявился истинный характер Бока. Он открыто выражал презрение ко всему австрийскому, даже к собственным наградам, полученным от Австро-Венгерской империи, которые называл не иначе как «бесполезными железками». В этот период Герман Геринг приглашал фон Бока на различные парады, церемонии и всевозможные приемы, посвященные празднованию аншлюса. Представителя Гитлера Бок рассматривал как штатское лицо, следовательно, не удостаивал его даже презрением. От всех приглашений он отказывался, не считая нужным даже притворяться вежливым. Из-за полного отсутствия у Бока коммуникабельности Гитлер вскоре был вынужден перевести генерала назад в Дрезден. Несмотря на собственное австрийское происхождение, Гитлер очень низко ценил многие характерные австрийские черты, так что поведение Бока ни в коей мере не могло повредить его дальнейшей карьере.

В конце 1938 года Бок командовал войсками, которые оккупировали Судетскую область. Туда он взял с собой 9-летнего сына, который всегда одевался в матросский костюмчик и бескозырку. Бок сказал иностранным журналистам, что хотел поразить мальчика «красотой и приподнятым настроением военнослужащих». Вскоре после этого один из генералов впал в немилость. Бока вызвали в Берлин и назначили главнокомандующим группы армий «А» вместо Герда фон Рундштедта.

Перед вторжением в Польшу в 1939 году штаб-квартира Бока была прикреплена к группе армий «Север», насчитывавшей 630 000 солдат. Рундштедт был вновь возвращен в строй и назначен командующим другой группой армий, направленной в Польшу (группа армий «Юг»), которая несла всю тяжесть кампании. Боку новая война пришлась по вкусу, потому что поляков он любил еще меньше, чем южных немцев и австрийцев. Опустошив «Польский коридор», он дошел до Брест-Литовска в Восточной Польше, где соединился с Красной Армией. К началу октября фон Бок успешно выполнил все свои задания и направился на Западный фронт.

В соответствии с первоначальным планом ОКВ штаб-квартира Бока (находящаяся теперь в расположении группы армий «Б») должна была сконцентрировать все силы против союзников.

К несчастью (с точки зрения Бока), этот план оказался всего-навсего повторением плана Шлиффена, который в 1914 году благополучно провалился. Бок не преминул написать об этом памятную записку, в которой в пух и прах раскритиковал этот план, и Гитлер согласился с ним. Тогда, в начале 1940 года, Эрих фон Манштейн предложил другой, более совершенный план, в соответствии с которым главный удар должна была нанести группа армий «А» Рундштедта. Согласно плану Манштейна, впоследствии получившему одобрение, на плечи фон Бока возлагалась жизненно важная, но второстепенная задача – достаточно энергично прорваться в «нижние страны» и постараться внушить союзникам мысль, что это и есть основной удар. В том, что он преуспел в этом, сомневаться не приходится. Две армии Бока (18-я и 6-я) опустошили Голландию и большую часть Бельгии, расправившись в Дюнкерке с остатком французских войск, захватив при этом в плен десятки тысяч солдат и офицеров.

Во время второго этапа операции Бок, под командованием которого было три армии и две танковые группы, пронесся по Западной Франции. После того как французы капитулировали, Бок был произведен в фельдмаршалы. Это произошло 19 июля 1940 года. Затем он очень недолго командовал оккупационными войсками во Франции, но за ним шла такая дурная слава, что Гитлер был вынужден перевести его в Польшу, где фельдмаршал занялся укреплением восточной границы рейха. Большую часть зимы заносчивый пруссак лечился от язвы желудка.

Но уже к этому времени даже Федор фон Бок настолько устал от крайностей нацистского режима, что с терпимостью относился к присутствию в своем штабе членов антигитлеровского заговора, о существовании которого знал наверняка. Заговорщики надеялись добиться его участия в государственном перевороте, цель которого была сбросить нацистское правительство, но их ждало разочарование. И на этот раз поведение Бока было характерным: «В случае успеха я присоединюсь к вам, но если вы провалитесь, я отрекусь от вас». Свою позицию Бок так и не изменил в течение всей войны.

Фельдмаршал Федор фон Бок не поддерживал идею вторжения в Советский Союз в 1941 году, но именно его штабу (группы армий «Центр») досталась самая важная цель кампании – Москва. Сначала фон Боку было поручено командование 51 из 149 германских дивизий, участвовавших в плане «Барбаросса», включая 9 танковых и 7 моторизованных дивизий. Несмотря на пессимизм в начале вторжения Бок действовал весьма успешно и даже продемонстрировал отдельные проблески военного гения. Менее чем через неделю после начала боевых действий передовые танковые части Бока прорвались к Минску, расположенному в 170 милях от советской границы. 29 июня части Красной Армии в районе Минска попали в котел и 3 июля бои там прекратились. Бок взял в плен 324 000 солдат, захватил и уничтожил 3332 танка и 1809 орудий55.

Армии Бока, с идущими впереди двумя танковыми группами под командованием Германа Гота и Хейнца Гудериана, продолжали одерживать одну победу за другой. Так, в Смоленском котле, который был очищен к 5 августа, фон Бок взял 310 000 пленных, захватил и уничтожил 3205 танков и 3120 орудий. В бою за Рославль, который закончился 8 августа, Красная Армия потеряла 38 000 человек пленными, 250 танков и 359 орудий. 24 августа в Гомельском котле немцы взяли 84 000 пленных, 144 танка, 848 орудий56. К концу августа Бок продвинулся более чем на 500 миль и оказался всего в 185 милях от Москвы. За это время потери Советов в живой силе составили 750 000 человек, в технике – более 7000 танков и 6000 орудий, в то время как группа армий «Центр» потеряла всего 100 000 человек. Дорога на советскую столицу была открыта, когда Гитлер, к величайшему неудовольствию фон Бока и невзирая на его протесты, перенес центр тяжести наступления на север и юг, направив силы против Ленинграда и Киева. Боку пришлось поступиться четырьмя из пяти танковых корпусов и тремя пехотными корпусами. Советский Союз получил время, в котором он так отчаянно нуждался для проведения мероприятий по обороне Москвы, самого важного города СССР. Это был один из самых крупных просчетов фюрера.

Фельдмаршалу фон Боку не оставалось ничего другого, как в начале сентября 1941 года перейти к обороне, поскольку Сталин подтянул на наиболее опасные участки фронта свежие силы. После серии яростных атак Красной Армии фон Бок был вынужден эвакуировать Ельнинский выступ. На других участках советско-германского фронта полуторамиллионная группа армий «Центр» продолжала твердо стоять на своих позициях. К концу сентября ей противостояли 2 миллиона советских солдат.

В начале сентября, после падения Киева, Гитлер решил отвести войска на зимние квартиры, но против этого выступили Бок, Браухич, фельдмаршал Люфтваффе Альберт Кессельринг и многие другие. Бок, несмотря на крайнюю усталость своих солдат, неисправность танков и неблагоприятные погодные условия, все же чувствовал, что еще мог бы захватить Москву.

Бок блестяще провел сражение за Вязьму и Брянск, которое Карелл назвал «самым блестящим окружением в военной истории»57. С 30 сентября по 17 октября 1941 года Бок окружил в двух огромных котлах и уничтожил 81 советскую дивизию. В плен попали 663 000 человек. Красная Армия потеряла 1242 танка и 5412 орудий58. Наступление остановили проливные дожди, которые превратили русские дороги в потоки грязи. Теперь Бока от Москвы отделяли всего 70 миль, но выпал первый снег. Транспортные колонны могли делать не более 5 миль в день, более 2000 автомобилей, тягачей и повозок завязли в снегу и грязи на непокрытых асфальтом участках дорог, ведущих к Москве. Но что было еще хуже, ОКХ не смогло обеспечить солдат теплой зимней одеждой. Рундштедт и Лееб, командующие двумя другими группами армий на Востоке, решили перейти к обороне, но Бок продолжал упрямо настаивать на том, что, как только грунт замерзнет и появится возможность доставить провиант и амуницию, движение на Москву должно быть возобновлено.

Новое наступление на столицу СССР началось 14 ноября. С трудом пробиваясь вперед, без зимней одежды, при минусовой температуре, когда отказало 70 процентов техники, германские солдаты, сделав невозможное, оказались в 6 милях от Кремля. Но взять Москву уже было невозможно. Упрямство Бока поставило его армии в опасное положение. Совершенно обессиленные передовые германские дивизии остались без подкрепления, которое просто не могло быть им доставлено. Многие подразделения питались исключительно кониной.

6 декабря Сталин начал мощное контрнаступление. Несмотря на приказ Гитлера всем подразделениям стоять насмерть и не сдавать позиций, группа армий «Центр», с тяжелыми боями, медленно откатывалась назад. Некоторые дивизии были вынуждены бросить всю артиллерию. Танковые дивизии лишились почти всех танков, а для оставшихся не было горючего. Вскоре возникла опасность окружения 9-й армии. Все говорило о том, что группа армий «Центр» может прекратить существование. Потери в людях были просто устрашающими.

Федор фон Бок терпел первое поражение. Когда угроза катастрофы стала очевидной, он не нашел ничего умнее, как связаться с оберстом Рудольфом Шмундтом, личным адъютантом Гитлера, и пожаловаться на обострение язвы желудка. Он попросил Шмундта подробно описать фюреру ужасное состояние его здоровья, что тот и сделал. Двумя днями позже, 18 декабря 1941 года, фельдмаршал Кейтель сообщил фон Боку, что Гитлер предлагает ему взять продолжительный отпуск для поправки здоровья. В тот же день командующим группой армий «Центр» был назначен фельдмаршал Гюнтер фон Клюге.

Месяц спустя, 17 января 1942 года, вероятно, от сердечного приступа скончался фельдмаршал Вальтер Рейхенау. На следующий день Гитлер вызвал фон Бока (чудесным образом выздоровевшего) и предложил ему командование группой армий «Юг», с чем тот охотно согласился. К марту из-за сильного истощения советских войск, плохого снабжения и глубокого снега наступление Красной Армии прекратилось. Теперь обе стороны все усилия направили на обеспечение материально-технической подготовки весеннего наступления.

В 1942 году фон Бок действовал более осмотрительно, чем прежде. По всей вероятности, фельдмаршал тяжело переживал свое поражение под Москвой. 12 мая Советский Союз начал наступление. Гитлер отклонил несколько нервных просьб Бока и до 17 мая, когда оставалось всего 12 миль до Харькова, не разрешал ему вводить в бой резервы. В результате группа армий «Юг» одержала крупную победу, взяв в плен 240 000 солдат и офицеров, уничтожив и захватив 1200 танков и 2000 орудий. Потери немцев в живой силе составили всего 20 000 человек. Но Гитлер, что вполне понятно, остался очень недоволен несдержанностью, которую продемонстрировал фон Бок под Харьковом59.

Теперь Гитлер начал второй этап летнего наступления (операция «Блау») и приказал Боку захватить район западнее Дона, чтобы подготовить плацдарм для нанесения удара по Сталинграду и Кавказу. Бок открыто раскритиковал этот план, в частности, потому, что успех его в значительной степени зависел от итальянских и румынских армий, которые должны были прикрывать вермахт с флангов. 28 июня 1942 года, имея более миллиона солдат, фон Бок начал наступление. В отличие от 1941 года его продвижение было очень медленным. Кроме того, Бока очень заботила безопасность левого фланга. Вопреки приказам Гитлера он позволил втянуть себя в продолжительное сражение за Воронеж, оказавшееся совершенно бессмысленным. В результате основным силам удалось переправиться через Дон, и надежды на захват огромного количества пленных не оправдались. Исключительно по этой причине (но со ссылкой на плохое здоровье) 15 июля Гитлер освободил Бока от занимаемой должности и к дальнейшей работе больше не привлекал. В частном разговоре Гитлер признался Рудольфу Шмундту, что восхищается фон Боком, но может работать только с теми командирами, которые подчиняются его приказам безоговорочно.

* * *

В начале мая 1945 года, когда Гитлер был уже мертв и русские заняли Берлин, Федор фон Бок получил телеграмму от Манштейна, в которой тот сообщал, что гросс-адмирал Карл Дениц сформировал новое правительство. Амбициозный фон Бок немедленно выехал под Гамбург. Предположительно, 4 мая по дороге на Киль его автомобиль обстрелял британский самолет60. Здесь через несколько дней англичане и обнаружили прошитое пулями тело фон Бока. Рядом с ним находились тела дочери и жены. Ему было 64 года.


Вильгельм Риттер фон Лееб (1876–1956) – немецкий генерал-фельдмаршал; был осуждён как военный преступник


ВИЛЬГЕЛЬМ РИТТЕР ФОН ЛЕЕБ известен меньше других командующих группами армий с 1939 по 1941 год. Он был убежденным противником нацистов. По иронии судьбы, с занимаемой должности его уволили последним и то по собственной просьбе. В отличие от Рундштедта и фон Бока, для дальнейшей работы Гитлер его уже не приглашал.

Он родился в Ландсбергена-Лехе, в Баварии, 5 сентября 1876 года, в семье со старинными военными традициями. Его отцом был майор Адольф фон Лееб, а его будущая жена, Мария Шротт, была дочерью генерала кавалерии. В 1895 году молодой Вильгельм вступил в 4-й Баварский полк полевой артиллерии в качестве фаненюнкера. Получив первое офицерское звание 3 марта 1897 года, он принял участие в первых в жизни военных действиях в Китае, во время подавления восстания боксеров в Пекине, в 1900 году. После возвращения в Европу он был слушателем Баварской военной академии, закончив которую в 1909 году, остался служить при Генеральном штабе в Мюнхене. Позже Лееб служил в «большом» Генеральном штабе, а непосредственно перед первой мировой войной стал командиром батареи 10-го артиллерийского полка в Эрлангене. Когда началась первая мировая война, он был гауптманом штаба I Баварского армейского корпуса, в 1914 году расквартированного в Мюнхене.

В течение первых двух лет войны гауптман фон Лееб служил на Западном фронте, в качестве 1а 11-й Баварской пехотной дивизии. В 1916 году его дивизия была переброшена на восток. Во время операций в Галиции и Сербии фон Лееб за исключительную храбрость был награжден баварским военным Орденом Макса Йозефа, удостаивался почетного рыцарского титула, который не передавался по наследству.

Летом 1916 года Лееб был произведен в майоры. Он принимал участие в битве под Ковелем, где сражался с русскими, позже участвовал в завоевании Румынии. В мае 1917 года его снова перевели на Западный фронт, на этот раз в качестве младшего офицера Генштаба (Ib) в составе штаба кронпринца Рупрехта Баварского. Там он оставался до конца войны. Если верить одному источнику, то короткое время в 1919 году Лееб служил в добровольческом корпусе61. В октябре 1919 года он был начальником отдела в Министерстве обороны в Берлине. Будучи отобранным в стотысячную армию, Лееб быстро продвигался по служебной лестнице. Став в 1920 году оберстлейтенантом, он был назначен начальником штаба 7-го военного округа. Год Лееб провел в Ландсберге в должности командира 2-го батальона 7-го горнострелкового артиллерийского полка (1924). В феврале 1925 года был произведен в оберсты. В 1926 году Лееб стал командиром 7-го артиллерийского полка, расквартированного в Нюрнберге. Спустя два года Вильгельм фон Лееб был удостоен звания фюрера артиллерии V (Artilleriefuehrer V) и должности одного из двух заместителей командира 5-й пехотной дивизии в Штутгарте. Затем он получил чин генерал-майора, звание фюрера артиллерии VII и должность заместителя командира 7-й пехотной дивизии в Мюнхене. 1 декабря 1929 года, будучи уже командиром 7-й пехотной дивизии, Лееб был произведен в генерал-лейтенанты, а в 1930 году стал командующим 7-м военным округом.

К 1933 году, когда к власти пришли нацисты, Лееб был уже известен как аскетичный, неприступный и не лишенный здравого смысла офицер-христианин с высокими моральными принципами. Он открыто выражал неприязнь к нацистской партии и ее лидеру, в то время как остальные генералы с энтузиазмом поддержали программу Гитлера, направленную на милитаризацию Германии. Добрый католик Лееб специально ходил на мессу в форме офицера (вместе с семьей), а это не очень одобрялось нацистами. Бескомпромиссный в принципиальных вопросах Риттер фон Лееб отказался посещать обеды, устраиваемые Альфредом Розенбергом, одним из главных нацистов, только потому что тот был атеистом.

Со своей стороны Адольф Гитлер, называвший Лееба в узком кругу «неисправимым антифашистом», установил над ним негласный надзор гестапо. Лееб стал одним из первых генералов, удостоенных такой сомнительной чести62. Но, будучи человеком мыслящим и разумным, он не входил в число заговорщиков и конспираторов. Лееб не участвовал в Сопротивлении и наверняка не знал о подготавливаемом Штауффенбергом покушении на Гитлера, пока оно не провалилось.

Но антифашистское настроение в те времена еще не служило серьезным препятствием для продвижения по служебной лестнице, так что в конце 1933 года фон Лееб был назначен главнокомандующим группой армий 2, расквартированной в Касселе. 1 января 1934 года он был произведен в генералы артиллерии. В 30-е годы была опубликована его книга «Оборона», а в 1938 году она была повторно издана военным министерством в престижном «Militarwissenschaftliche Rundschau» («Научное военное обозрение»), что повысило авторитет Лееба как специалиста по оборонным мероприятиям Его работа была переведена на английский и русский языки и была использована при создании полевого устава Красной Армии.

Несмотря на знаменитость Лееб был одним из первых командиров, смещенных со своих постов после того, как 4 февраля 1938 года командование сухопутными войсками принял на себя генерал Вальтер фон Браухич и немедленно начал увольнять генералов, по мнению Гитлера, враждебно настроенных к идеям национал-социализма.

Присвоив ему почетное звание генерал-оберста, Лееба против его воли 1 мая 1938 года отправили в запас Повторно его призвали на службу в должность командующего вновь созданной 12-й армии уже в августе, когда казалось, что Судетский кризис вот-вот приведет к войне. После англо-французской дипломатической капитуляции в Мюнхене войска Лееба в октябре 1938 года оккупировали Южную Богемию. Вскоре после этого генерал вновь удалился от дел и вернулся в свой дом в Баварии. В следующем году его снова призвали на службу, так как на этот раз политика Гитлера действительно привела к войне.

Во время Польской кампании, когда остальные германские армии завоевывали Польшу, на группу армий «Ц», которую возглавлял Лееб, была возложена оборона западной границы рейха. Три его армии (1-я, 5-я и 7-я) и оперативная группа «А» насчитывали 51 дивизию, которые были укомплектованы в основном пожилыми резервистами. Ни орудий, ни транспорта у них не было. Так что, если бы французы решились предпринять серьезное наступление, фон Лееб оказался бы в большом затруднении. Но это Лееба не слишком волновало, поскольку он, как и Гитлер, считал быструю реакцию союзников маловероятной. Они оказались правы. Французы 9 сентября сделали попытку провести ограниченную атаку в зоне Саара. 13 сентября, продвинувшись всего на 16 миль, они были остановлены. К 24 октября Лееб вернул все утраченные позиции, потеряв при этом менее 2000 человек убитыми.

* * *

С самого начала Вильгельм фон Лееб по моральным соображениям был против Западной кампании 1940 года. Несомненно, что смерть его сына, лейтенанта 99-го горнострелкового пехотного полка Альфреда фон Лееба, также повлияла на открыто высказываемое им негативное отношение к операции. Молодой фон Лееб был убит в бою под Львовом, городом, который, согласно условиям советского-германского пакта о ненападении отошел к Советскому Союзу. Этот факт сам по себе едва ли мог заставить старшего фон Лееба проникнуться идеями политики Гитлера. Осенью 1939 года фон Лееб написал «Меморандум о перспективах и значении нападения на Францию и Англию в условиях нарушения нейтралитета Голландии, Бельгии и Люксембурга», где предсказал, что весь мир ополчится против Германии, если она второй раз за 25 лет нарушит нейтралитет Бельгии63. Он настаивал на том, чтобы главнокомандующий сухопутными войсками выступил в этом вопросе против решения Гитлера, но слабовольный генерал фон Браухич не сделал ровным счетом ничего. По этой причине 9 ноября 1939 года Лееб встретился со своими соратниками, командующими группами армий Гердом фон Рундштедтом и Федором фон Боком, в Кобленце. Лееб предложил им подать всем троим одновременно в отставку в случае, если Гитлер продолжит операции по оккупации Запада. Лееб полагал, что, столкнувшись с прямым противостоянием со стороны командующих группами армий, Гитлеру ничего другого не останется, как пересмотреть свои планы. Но Рундштедта и фон Бока ничуть не взволновали сомнения Лееба, и командующий группы армий «Ц» вернулся в штаб в полном разочаровании. Он даже подумывал о том, чтобы уйти в отставку в одиночку, но, решив, что этот жест ничего не даст, воздержался.

В Западной кампании, начавшейся 10 мая 1940 года, группа армий «Ц» имела всего 17 дивизий (все пехотные), которые находились в составе 1-й и 7-й армий. Миссия ее была сугубо вспомогательной: проведение ложного маневра против «линии Мажино» для отвлечения сил Франции, чтобы не дать ей укрепить опасный сектор на севере. Эту операцию Лееб провел с большим успехом. 19 июля 1940 года его удостоили фельдмаршальского жезла. После короткого периода пребывания на оккупированной территории Южной Франции штаб-квартира группы армий «Ц» была переведена в Дрезден для приготовления к вторжению в Советский Союз. Лееб опять высказался против новой военной авантюры Гитлера, который, естественно, не обратил на него никакого внимания.

Перед вторжением в Россию группа армий «Ц» была переименована в группу армий «Север». В нее входили 18-я армия (возглавляемая генерал-оберстом Георгом Кюхлером), 16-я армия (возглавляемая генерал-оберстом Эрнстом Бушем) и 4-я танковая группа (возглавляемая генералом танковых войск Эрихом Хепнером). В задачу Лееба входило быстрое продвижение внутрь страны, отсечение и уничтожение основных сил противника в Прибалтике и захват Ленинграда.

Лееб столкнулся с гигантскими трудностями: болотистая местность, отвратительные дороги, недостаточные для выполнения операции силы. В его распоряжении имелось всего 16 дивизий, из которых только 3 были танковыми и 3 моторизованными. Им противостояли 30 советских дивизий, включая 4 бронетанковые и 2 моторизованные. Кроме того, у противника 20 дивизий имелось в резерве. Вдобавок ко всему, сам Лееб не имел опыта руководства большими подвижными формированиями, которыми ему здесь пришлось командовать впервые за долгую военную карьеру. Тем не менее полки Лееба продвигались вперед по размытым дорогам, продирались сквозь густые леса, преодолевая пересеченную местность с множеством оврагов, озер, болот и рек. Форсировав Двину, они взяли Остров. Отражая бесконечные контратаки русских, войска Лееба почти целиком уничтожили противостоящие им армии и вышли к Старой Руссе, которая была захвачена после тяжелого сражения, когда бой велся практически за каждый дом.

Не приходится сомневаться в том, что Лееб неправильно использовал свои танковые дивизии. Он, вместо того чтобы сконцентрировать силы и наносить по противнику удары «бронированным кулаком», приказал танкистам действовать широким фронтом. Лееб использовал целую танковую дивизию только для расчистки и защиты своих коммуникационных линий. На эту работу ушел целый месяц, что было неоправданным применением дорогостоящей техники. Подход Лееба к ведению кампании был консервативным и осторожным, пожалуй, даже слишком. Все же 8 сентября 1941 года Лееб, окружив Ленинград, начал решающий бросок на «колыбель российских революций», которая уже находилась в пределах досягаемости выстрелов 240-миллиметровых орудий. Сталин бросил в бой три свежие армии, направив еще три на правый фланг Лееба к Старой Руссе и Холму. Солдаты Лееба отразили все атаки, и 11 сентября 6-я танковая дивизия, прорвавшись через Пулковские высоты и фортификационные укрепления Ленинграда, заняла позиции, с которых хорошо просматривался весь город. Тем временем 58-я пехотная дивизия ворвалась в окрестности Ленинграда и всего в 6 милях от его центра захватила городской трамвай. В это же время 126-я пехотная дивизия взяла Шлиссельбург на восточном берегу Ладожского озера и перекрыла все доступы к Ленинграду с суши. Лееб готовился к последнему штурму. Казалось, что второй по величине город Советского Союза обречен, как вдруг, 12 сентября 1941 года, прибыл приказ Адольфа Гитлера Ленинград не брать. Вместо того предполагалось заморить горожан голодом, а Леебу предписывалось немедленно перебросить 4-ю танковую группу (вместе с 5 танковыми и двумя моторизованными дивизиями), а также весь VIII корпус Люфтваффе в группу армий «Центр».

1.Термины Reichsheer и Reichswehr, используемые как название вооруженных сил Веймарской Республики, отличаются друг от друга. Термин Reichsheer относится только к сухопутным войскам, а термин Reichswehr включает в себя и Reichsheer, и Reichsmarine (BMC), которые насчитывали 15 000 человек. Ввиду больших размеров и важности понятие «сухопутные войска» (армия) доминировало над понятием Reichswehr.
2.Вальтер Герлитц, «Keitel, Verbrecher oder Offizier, Erinnerungen, Briefe und Documente des Chef OKW (Goettingen: Nusert-Schmidt Verlag. 1961), c.71.
3.Trial of the Major War Criminals Before the International Military Tribunal (Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1946–48), Volume X, p. 502 (далее цитируемая как «IMT»).
4.Walter Warlimont, Inside Hitlere’s Headquarters, 1939–45, R. H. Barry, trans. (New York: Frederic A. Praeger, 1966), p. 13 (далее цитируемая как «Warlimont, Inside Hitlere’s Headquarters»).
5.См. Gene Mueller, The Forgotten Field Marshal: Wilhelm Keitel (Durham, N. C.: Moor Publishing Co., 1979) (далее цитируемая как «Mueller, Keitel»).
6.Louis Snyder, Encyclopedia of the Third Reich (New York: McGraw Hill, 1976), p. 242 (далее цитируемая как «Snyder, Encyclopedia»).
7.Интервью с Вальтером Варлимонтом, июнь 1976 г.
8.Albert Speer. Incide the Third Reich, Richard and Clara Winston, trans. (New York: Macmillan, 1970), p. 389 (далее цитируемая как «Speer, Memoirs»).
9.Фельдмаршал фон Виттлебен был повешен 8 августа 1944 года, Эрих Фриц Фельгибель был повешен 4 сентября 1944 года, генерал-оберст Фридрих Фромм был расстрелян за предательство в марте 1945 года.
10.Mueller, Keitel, cc. 256–58.
11.После того как большая часть территории 20-го военного округа была оккупирована, генерал Шпехт командовал сборным военным отрядом Kampfgruppee Korps Hela, в конце войны он сдался советским войскам и умер в заключении в 1953 году.
49.W. Е. Hart Hitler’s Generals (Garden City: N. Y, Doubleday, 1944), p. 154 далее цитируемая как «W. Е. Hart»).
50.Согласно W. Е. Hart (с. 160) и Robert Wistrich, звание майора он получил только в 1918 году. См. Robert Wistrich Who’s who in Nazi Germany (New York: Macmillan, 1982), p. 21 (далее цитируемая как «Wistrich»).
51.W. E. Hart, p. 160.
52.Ibid.
53.Fabian von Schlabrendorf, Revolt against Hitler, Gero von S. Gaevernitz, ed. (London: Eyre and Spottishwoode, 1948), p. 58.
54.United States Army, Intelligence Section of the General Staff, American Expeditionary Force, Histories of Two Hundred and Fifty-One Divisions of the German Army Which Participated in the Great War (1914–1918) (Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1920), p. 647 (далее цитируемая как «AEF. German Divisions»).
55.James Lucas, War on the Eastern Front. 1941–1945 (Braircliff Manor, N. Y.: Stein and Day, 1979), p. 176 (далее цитируемая как «Lucas Eastern Front»).
56.См. Lucas Eastern Front, p. 176; Paul Carell. Hitler Moves East, 1941–1943 (Boston: Little, Brown, 1965; reprint ed., New York: Bantam Books. 1966), The Russo-German War, 1941–1945 (New York: Praeger, 1970), p. 130 (далее цитируемая как «Seaton, Russo-German War»); and Albert Seaton, The Battle of Moskow (Braircliff Manor, N. Y.: Stein arid Day, 1980) reprint ed. New York: Playboy Press Paperbacks, 1981), pp. 43–45.
57.Carell, Hitler Moves East, p. 134. From north to south, Bock’s forces; included 3rd Panzer Army (Hoth), 9th Army (von Kluge), 4th Panzer I Army (Hoepner), 2d Army (von Weichs). 2d Panzer Army (Guderian).
58.Ibid., p. 134–42.
59.John Shaw and the Editors of Time-Life Books, Red Army Resurgente (Alexandria, Va.: Time-Life Books, 1979), p. 35 (далее цитируемая; как «Shaw et at.»); Seaton, Russo-German War, pp. 260–61; and Earl F. Ziemke, Stalingrad to Berlin: The German Defeat in the East, Office of the Chief of Military History (Washington, D. C.: United States Government Printing Office, 1966), p. 33 (далее цитируемая как «Ziemke, Stalingrad to Berlin»).
60.Генерал-лейтенант Герман Плох утверждает, что Бок погиб 5 мая, «в то время, как Бретт-Смит (Hitler’s Generals, pp. 84–85) утверждает, что смерть он встретил 3 мая. Большинство других источников указывают на 4 мая. Вполне возможно, что в сумятице последних дней войны наверняка никто не обращал внимания на точную фиксацию событий. Более подробно см. рукописи Плохера в списке использованной литературы.
61.Christopher Chant, Richard Humblr, Wiliim Fowler, and Jenny Shaw, Hitler’s Generals and Their Battles (New York: Chartwell Books, 1979), p. 98.
62.Brett-Smith, Hitler’s Generals, p. 53.
63.Harold C. Deutsch, The Conspirancy Against Hitler in the Twilight War (Minneapolis: University of Minnesota Press, 1978), p. 210.

Pulsuz fraqment bitdi.

8,22 ₼