Kitabı oxu: «Часть твоего мира»

Abby Jimenez

PART OF YOUR WORLD

Серия «Наша история любви»

All rights reserved. Печатается с разрешения Grand Central Publishing, a division of Hachette Book Group, Inc. New York, NY, USA.

Перевод с английского Юлии Корнейчук

Иллюстрация на обложке Lotur Norn

© 2022 by Abby Jimenez

© Корнейчук Ю., перевод, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2026

* * *

Посвящается Джанетт, Терри, Дон и Линдси. Без вашей неустанной поддержки я бы не смогла достичь и половины того, что имею

Глава 1. Алексис

В свете фар над высокой травой в канаве кружились мотыльки. Я все еще сжимала руль, и сердце колотилось как сумасшедшее.

Резко свернув, чтобы не столкнуться с енотом, который внезапно появился из тумана, я врезалась в небольшой холм у края дороги. Отделалась легким испугом, но меня немного потряхивало. Попыталась сдать назад, но колеса бесполезно крутились в грязи. Ну и дела! Надо было купить внедорожник, а не этот седан.

Выключив зажигание, я включила аварийку и вызвала службу спасения. Диспетчер сказал, что придется ждать около часа.

Супер! Просто замечательно.

До дома еще два часа пути. Я застряла посреди пустынной дороги между похоронным бюро в Сидар-Рапидсе, что в Айове, откуда только что выехала, и Миннеаполисом. Голодная, с переполненным мочевым пузырем и в корректирующем белье. Да уж, это была та еще неделя.

Позвонила лучшей подруге Бри. Она ответила почти сразу:

– Ну что, как прошла адская неделя?

– Лучше не спрашивай, – ответила я, откидываясь на спинку. – Я только что съехала в кювет.

– Ого! Ты в порядке?

– Да.

– Эвакуатор вызвала?

– Ага. Придется ждать час. И я в утягивающем белье.

Она цокнула языком.

– Ты что, перед выездом не переоделась? Бежала оттуда, словно за тобой черти гнались? Где ты?

Я выглянула в окно. Вокруг ни души, ни единого огонька.

– Даже не знаю. Похоже, я у черта на куличках. Ни фонарей, ни машин.

– Твоя машина цела?

– Не знаю. Нужно выйти, чтобы проверить. – Я неловко заерзала на сиденье. – Знаешь что? Подожди. Я сниму это адское белье.

Отстегнув ремень безопасности, я откинула спинку сиденья, насколько это было возможно, сняла туфли на каблуках и, положив их на пассажирское сиденье, потянулась, чтобы расстегнуть молнию на платье. Я стянула бретели бюстгальтера, откинулась на спинку и слегка приподняла подол своего черного коктейльного платья. Пальцы скользнули за пояс трусиков.

За последние полчаса я не увидела на этой дороге ни одной машины, но стоило начать стягивать нейлоновые колготки, в темноте мелькнули фары – конечно же, они не могли проехать мимо.

– Ну прекрасно! – выдохнула я и ускорилась.

Это было похоже на попытку стянуть компрессионный носок, который облегает все тело, одновременно пытаясь угадать, с какой скоростью это сделать. Услышав, как хлопнула дверца машины, я в панике буквально сорвала колготки с ног, и в этот момент кто-то приблизился к окну.

Первым откуда ни возьмись появился большой лохматый пес. Подбежав к окну, он уставился на меня и завилял хвостом. Вслед за ним подошел высокий бородатый парень в джинсовой куртке с шерстяным воротником.

– Хантер, фу, – крикнул мужчина, оттаскивая собаку от машины, и постучал костяшками пальцев по окну. – Вы в порядке?

Я в платье с наполовину расстегнутой молнией, и подол задрался почти до белья.

– Все в порядке, – ответила я, опуская платье и отворачиваясь к пассажирскому сиденью. – Енот.

Мужчина приложил руку к уху.

– Прости, плохо слышно.

Я приоткрыла окно на дюйм.

– Свернула в кювет из-за енота. Но со мной все в порядке, – повторила я громче.

Он был явно озадачен.

– У нас тут немало живности. Хочешь, я тебя оттащу?

– Вызвала эвакуатор. Спасибо, – ответила я.

– Только у Карла есть эвакуатор, – сказал он. – И его придется подождать. Он в VFW¹. Уже выдул шесть кружек пива.

Устало вздохнув, я закрыла глаза, а открыв их, заметила, что на лице мужчины расцвела улыбка.

– Сейчас я тебя вытащу, – произнес он и поспешил обойти машину.

Я торопливо застегнула молнию и снова взялась за телефон.

– Какой-то парень будет меня буксировать, – прошептала я в трубку, затем повернула зеркало заднего вида, пытаясь разглядеть, что он делает, но яркий свет фар ослепил меня.

Снаружи раздался металлический лязг. Собака подскочила, посмотрела на меня через окно и, завиляв пушистым хвостом, снова громко залаяла.

– Это что, собака? – удивленно спросила Бри.

– Да, – ответила я, кивнув в сторону пса.

Он лизал стекло, пытаясь привлечь мое внимание.

– Почему ты так запыхалась? – не унималась подруга.

– Когда он появился, я пыталась снять чулки. Была полуголой, когда он подошел к окну, – призналась я, поднимая чулки с пола и запихивая их в сумочку.

Бри рассмеялась так звонко, что мне пришлось отвести телефон от уха.

– Это не смешно, – прошипела я.

– Может быть, – сказала она, все еще смеясь. – Так как же выглядит этот спаситель? Жуткий старик?

– Нет, он довольно симпатичный, – ответила я, пытаясь разглядеть его в боковом зеркале.

– А-а-а, – протянула Бри. – А как ты выглядишь?

Я посмотрела на себя в зеркало заднего вида.

– Прическа и макияж, черное траурное платье от «Дольче».

– Сексуально. Я останусь с тобой на связи на случай, если тебя убьют, – сказала она.

– Ха. Спасибо, – усмехнулась я, откинувшись на спинку сиденья.

– Ну что, похороны были отстойными? – спросила Бри.

Я глубоко вздохнула.

– Это было ужасно. Все спрашивали, где Нил.

– И что ты им сказала?

– Что мы расстались и я не хочу говорить об этом. Не хотела вдаваться в подробности. И конечно, Дерек не пришел.

– И зачем его понесло в Камбоджу в это время года? – заметила Бри. – Он же пропускает все самое интересное.

Мой брат-близнец Дерек всегда избегал семейных драм. Но конечно, он не мог предвидеть, что наша дорогая двоюродная бабушка Лил уйдет из жизни в доме престарелых, а я окажусь в полном одиночестве, словно лань, угодившая в логово хищника, на трехдневном семейном воссоединении, которое поневоле стало и похоронами.

Я опустила стекло еще на несколько дюймов, чтобы можно было погладить собаку. Ее большие золотистые глаза под густыми, как у старика, бровями смотрели на меня с удивлением, словно она испугалась.

– Мама прекрасно справилась с подготовкой прощальной речи, – сказала я, почесывая пса за ухом.

– Меня это не удивляет.

– Все это время Нил писал мне.

– Не удивляет и это. В этом человеке нет ничего, кроме наглости. Ты ему ответила?

– Э-э, нет.

– Хорошо.

Снаружи снова раздался лязг. Машина дернулась, как будто что-то прикрепили к бамперу.

– Слушай, – сказала Бри. – Я подумала, мы могли бы устроить двойное свидание, когда ты вернешься.

Я застонала.

– Слушай внимательно, все проще простого. Мы выбираем самых симпатичных парней в Тиндере. Возможно, даже тех, у кого в профиле стоит фото с рыбой. Ведем их в кафе рядом с офисом Ника, в то самое, где он обедает каждый день в половине двенадцатого. А потом, когда появляется Ник, мы делаем вид, что удивлены, увидев его. Ты притворяешься, что споткнулась, и случайно проливаешь красное вино ему на рубашку, пока я целуюсь со своим кавалером.

Я не смогла сдержать смех.

– Как бы мне ни хотелось поддержать тебя в этом деле и уничтожить одежду бывшего мужа, – сказала я, все еще хихикая, – я сейчас не готова ни с кем встречаться. Мужчины не входят в мои планы ни сейчас, ни в будущем.

– Да, все мы сильные женщины, пока в три часа ночи на высоком потолке не запищит пожарная сигнализация и некому будет ударить по ней метлой, кроме тебя, – усмехнулась Бри. – А если честно, мы правда давно не тусили вместе. Пора это исправить. Лето, полное новых знакомств… Это могло бы быть интересно.

– Мне кажется, я больше не подхожу для летнего романтического приключения, – ответила я.

– Возможно, это тоже имеет свои плюсы, – задумчиво добавила Бри. – Ты точно в порядке?

– Да, – ответила я. – Просто не люблю, когда меня тащат на буксире.

– Никогда не знаешь, кто может оказаться твоим спасителем, – заметила она.

Мы замолчали. Я смотрела на дорогу, а Бри продолжала рассказывать о своих планах на выходные. Ее слова долетали до меня, но мои мысли витали где-то далеко. В голове мелькали призрачные образы: похороны, Нил, который так и не явился, и парень, что только что спас меня.

Снаружи снова раздался лязг, и машина дернулась. Заметив движение в боковом зеркале, я перестала гладить собаку и почти полностью закрыла окно.

– Хочешь завтра выпить? – спросила Бри.

– Во сколько? У меня пилатес, – ответила я.

– После.

– Хорошо, конечно. Подожди, – прошептала я подруге. – Он возвращается!

Мужчина снова оттащил собаку от машины и наклонился, чтобы поговорить со мной через стекло.

– Ты можешь переключиться на нейтральную передачу? – спросил он через узкую щель, и я кивнула. – Когда я вытащу тебя, поставь машину на парковку и заглуши двигатель. Не заводи, пока я не сниму цепи, – добавил он.

Я кивнула снова, и мужчина направился к своему пикапу. Он открыл дверцу кабины, забрался внутрь и запустил двигатель. Машина ожила с оглушительным ревом. Спустя несколько секунд мой седан медленно покачнулся и начал выползать обратно на дорогу.

Завершив буксировку, мужчина вышел из пикапа, вооружился фонариком и вернулся к моей машине, чтобы осмотреть крыло.

На мой капот опустилась стрекоза. Она замерла, словно статуя, пока мужчина, присев на корточки, внимательно изучал шины. Затем он выключил фонарь и отошел за машину. Через мгновение раздался лязг цепи, и спустя минуту он вернулся к окну.

– Я все осмотрел, – сказал он. – Повреждений нет. Можешь продолжать путь.

– Спасибо, – ответила я, просовывая в щель две двадцатидолларовые купюры.

– Это бесплатно. Будь осторожна за рулем, – улыбнулся он.

Проезжая мимо меня в тумане, он посигналил и дружелюбно поднял руку.

Глава 2. Дэниел

– Сто баксов, если уболтаешь ее свалить с тобой, – сказал Дуг, кивая на рыжеволосую женщину за стойкой бара, ту самую, которую я вытащил из канавы полчаса назад.

Вечер вторника. Апрель. Снег растаял, и наступило межсезонье. Туристы разъехались, в городе почти никого не осталось. Все заведения, кроме закусочной «У Джейн» и этого места, закрылись до поднятия уровня воды, но закусочная «У Джейн» прекращала работу в восемь часов вечера. В VFW присутствовали почти все жители города, и эта женщина заметно отличалась от них. Дорогое платье, огромные серьги, теннисный браслет – она выглядела так, словно собиралась на вечеринку с коктейлями на яхте. И в этом маленьком городке она была единственной женщиной, не имеющей родственных или дружеских связей с кем-либо.

Я взглянул на Дуга, сосредоточенно натирая кончик кия мелом.

– Слушай, откуда у тебя сотня баксов?

Брайан, сидящий за стойкой, рассмеялся.

– Откуда у тебя вообще взялись деньги? Если у тебя есть хоть пять баксов, лучше верни мне долг за выпивку прошлой ночью.

– Удачи, – пробормотал я.

– У меня есть деньги. – Дуг щелкнул пальцами. – И твои пять баксов тоже. Но я не собираюсь ставить всю сумму. Все проигравшие поставят по пятьдесят, а тот, кто уговорит ее пойти с ним, забирает все бабки.

– Оставь ее в покое, – произнес я, ударяя кием. Шары заскакали по столу, и шестой закатился в угловую лузу. – Уж поверь, эта женщина не пойдет домой ни с кем из присутствующих в баре.

Такие женщины, как она, совершенно не похожи на нас. Я вытащил из канавы дорогущий «мерседес», стоимость которого превышает годовой доход трех человек. Удивительно, но она предпочла остановиться и перекусить здесь, вместо того чтобы проехать еще сорок пять минут до Рочестера, ведь VFW не отличался изысканностью.

Но Дуг уже начал доставать деньги из кошелька.

– Меня это не интересует, – сказал я, загоняя восьмерку в лузу. – Я не люблю спорить на других людей. Она не предмет для ставок.

Дуг покачал головой.

– По крайней мере, попытайся повеселиться.

– Мне и так весело, – ответил я.

– О, неужели? Когда ты в последний раз с кем-то встречался? – спросил Дуг. – Прошло четыре месяца после вашего расставания с Меган.

– Я не собираюсь ни с кем встречаться. Но все равно спасибо.

Видя, что со мной не договориться, Дуг переключился на Брайана.

– А как насчет тебя? Сто баксов.

Брайан сразу же посмотрел на Лиз, работающую за стойкой.

– Она замужем, – спокойно произнес Дуг, наклоняя свой стакан со спрайтом в сторону Брайана. – Пора с этим смириться. Попробуй воспользоваться приложением для знакомств. На прошлой неделе я наткнулся в «Тиндере» на очаровательных близняшек.

– О, да? Ты разочаровал двух женщин сразу? – спросил я, смеясь.

Брайан тоже рассмеялся, но Дуг меня проигнорировал.

– Слушай, братан, она точно не бросит своего мужа. Так что просто забей.

Брайан снова посмотрел на Лиз. В этот момент дверь открылась, и вошел Джейк в полицейской форме.

Мы замерли, наблюдая за его приближением. Проходя мимо, он дружески похлопывал посетителей бара по спине и приветствовал их громче, чем было необходимо, словно стремясь подчеркнуть свое присутствие. А затем, обогнув стойку так, словно он хозяин этого места, Джейк уверенно направился к Лиз, притянул ее к себе и запечатлел на губах поцелуй, полный драматизма. В баре раздались одобрительные возгласы, и мы с Дугом обменялись взглядами.

Какой же он все-таки идиот!..

Я повернулся к Брайану и заметил, как на его лице мелькнула обида.

Черт, возможно, Дуг прав? Ставки на женщину – глупая идея, но Брайану точно нужно было что-то менять, ведь Лиз не собиралась бросать Джейка, хотя должна была.

– Эй, Майк! – окликнул знакомого Дуг и кивнул в сторону бара. – Сто баксов, если уговоришь ее уйти с тобой.

Майк остановился и взглянул на незнакомку поверх очков. Видимо, увиденное его удовлетворило, потому что он достал бумажник.

– Это почти несправедливо. Я получу сотню и красивую женщину в придачу.

Я улыбнулся и посмотрел на часы.

– Мне пора идти. Нужно покормить ребенка, – сказал я, убирая кий.

– Вечно ты сливаешься, когда начинается самое интересное, – жалобно простонал Дуг, а затем бросил взгляд через мое плечо на барную стойку и кивнул в сторону рыжеволосой девушки. – Когда будешь уходить, замолви за меня словечко. Хорошо?

– Так ты хочешь, чтобы я солгал ей? – спросил я, надевая куртку.

Под смех Брайана и Майка Дуг положил кий на стол.

– Время достать мое секретное оружие, – сказал он.

Усмехнувшись, я покачал головой и направился к бару.

Глава 3. Алексис

– О чем думаешь? – спросила хорошенькая барменша, вытирая стойку.

Ее светлые волосы, ярко-розовая помада и татуировка в виде розы на запястье привлекали внимание. Ее звали Лиз.

Я посмотрела на меню, которое она мне протянула.

– Что у вас вкусного? – спросила я, не впечатленная блюдами, большинство из которых были жареными.

– Домашний чили, – предложила она.

Я поджала губы.

– Честно говоря, я не фанат острой еды.

На улице сгустился туман, и я поняла, что возвращение домой без утоления голода и без посещения уборной станет испытанием. Заправочная станция оказалась закрыта, и я осталась без возможности воспользоваться удобствами или перекусить. Пришлось воспользоваться навигацией «Гугла». Так я нашла единственное открытое заведение в радиусе пятидесяти миль, о котором мне рассказал водитель пикапа.

Обстановка здесь была так себе: дешевые стулья, обшарпанные столы, сломанные пивные вывески, медали в рамках и черно-белые фотографии ветеранов. Из старого музыкального автомата лилась «Бенни и Джетс». Над стойкой бара висела огромная голова оленя с рождественскими гирляндами на рогах. Все это выглядело нелепо и утомительно. Даже в самых смелых фантазиях трудно было представить, что я окажусь здесь снова.

К Лиз подошла молодая беременная женщина с карточкой-ключом.

– Уходишь, Ханна? – спросила барменша, наливая себе кофе.

– Да, – с досадой ответила Ханна, потирая поясницу. – Кажется, малыш наступил мне на мочевой пузырь.

– Я заберу твои чаевые в офис, – сказала Лиз и, чуть помедлив, снова взглянула на меня. – Жаль, что ты не заехала сюда, пока закусочная не закрылась. Сейчас у нас немного народу, пока не вернутся теплые деньки и туристы.

– Туристы? – переспросила я.

– Да, наш город расположен на берегу реки Рут, – ответила Лиз. – Всего в двух часах пути от городов-побратимов, поэтому многие гости приезжают к нам на уикенд. А вот сейчас у нас тихо, только местные, – добавила она, с улыбкой глядя на переполненный бар.

Оглядевшись, я увидела, что все места действительно заняты, а у бильярдного стола стоит мужчина, который недавно помог мне выбраться из кювета. Он был очень привлекательным: высокий, с мужественными чертами лица, бородой, темно-каштановыми волосами и карими глазами. На его щеках я заметила ямочки. Мой спаситель снял верхнюю одежду, и я смогла рассмотреть его мускулистое тело. На нем была фланелевая рубашка с закатанными рукавами, обнажавшими сильные предплечья с разноцветными татуировками. Завершали образ джинсы, подчеркивающие атлетическую фигуру.

Я поспешила отвести взгляд, прежде чем он успеет заметить, что я на него пялюсь.

Раздался звонок, и Лиз устремила взгляд куда-то поверх моей головы. На ее лице промелькнуло волнение, которое тут же сменилось улыбкой, и я обернулась, чтобы посмотреть, кого она увидела. В бар вошел полицейский – красивый офицер. Высокий, намного выше шести футов, с карими глазами и густыми каштановыми волосами, с подтянутым телом в коричневой форме шерифа, с пистолетом в кобуре на бедре и золотым значком на груди. На пальце у него сверкнуло обручальное кольцо.

– Привет, малыш, – сказала Лиз с улыбкой, и, когда он наклонился и поцеловал ее, несколько человек присвистнули.

– Я принес твой свитер, – сказал он, глядя ей в глаза, и протянул сверток белой ткани. – Ты оставила его в машине.

– Это так мило, – произнесла Лиз, с теплотой глядя на него. – О, Джейк, это…

Она осеклась, вспомнив, что я до сих пор не представилась.

Джейк перевел взгляд на меня.

– Алексис, – ответила я, слегка улыбнувшись. – Очень приятно.

– Добро пожаловать в Вакан, – произнес шериф с усмешкой, как будто это было что-то забавное. – Мне нужно идти. Приду за тобой в полночь.

Шериф поцеловал Лиз и кивнул мне, прежде чем уйти.

Я задумалась, глядя в меню, и почувствовала, что мое желание уйти становится все сильнее. Ни одно блюдо не вызывало у меня интереса.

– Итак, что еще, кроме чили, стоит попробовать? – спросила я.

– Привет, – прозвучал голос незнакомца, появившегося словно из ниоткуда. – Я хочу закрыть счет.

Я подняла глаза. Это был водитель пикапа.

– Рано ложишься? – улыбнулась ему Лиз.

– Мне нужно покормить ребенка, – ответил он, а затем повернулся ко мне и улыбнулся.

– Привет, – произнесла я, поймав его взгляд. – Мы снова встретились.

– И при гораздо лучших обстоятельствах, – сказал он.

Я улыбнулась.

– Спасибо за помощь. Ты не был обязан.

– Думаю, был. – Он задумчиво посмотрел на мужчину в дальнем конце бара. Тот сидел с пустым взглядом и растрепанными волосами, а перед ним выстроились в ряд семь пустых пивных бокалов. – Это и есть твой несостоявшийся рыцарь на эвакуаторе.

Я втянула воздух сквозь зубы.

– Я бы проторчала там всю ночь.

– Ну кто-нибудь обязательно остановился бы. Максимум часов через пять-шесть.

Я рассмеялась, а его лицо озарилось теплым светом улыбки.

– Я Дэниел, – сказал он, протягивая руку.

– Алексис, – ответила я, пожимая ее.

Его ладонь была грубой и теплой.

– Думаю, мне стоит предупредить тебя, – сказал он, опираясь на стойку. – Видишь тех парней? – Он кивнул на троих мужчин у бильярдного стола. – Они поспорили, что смогут уговорить тебя уйти с одним из них.

Лиз тихо выдохнула.

– Неужели все они такие бестолковые? – пробормотала она, забирая карту. – Брайан тоже?

– Нет, только Майк и Дуг, – ответил Дэниел и указал на парня в очках. – Видишь того парня? Подозрительный тип.

Я обернулась, чтобы понять, о ком он говорит, и не смогла сдержать смешок. Лиз, услышав его, расхохоталась.

– Высокий белый парень в куртке от «Кархарт» живет в подвале у мамы. Разве это не странно? – продолжил Дэниел, и улыбчивый блондин, заметив наше внимание, приветливо махнул рукой. – Через пять минут он возьмет гитару и сыграет «More Than Words» группы Extreme. И, поверь мне, это будет ужасно, – добавил Дэниел.

Лиз протянула Дэниелу счет и снова залилась смехом.

– Господи, почему это так смешно?

Пока он ставил свою подпись на чеке, я украдкой бросила взгляд на бумагу. Сумма была скромной – всего десять долларов, но он не забыл оставить чаевые.

Закончив с чеком, Дэниел отодвинул его от себя и поднялся.

– В любом случае удачи, – сказал он, направляясь к выходу.

– Подожди, – окликнула я его. Он остановился и обернулся. – Сколько они ставят?

Дэниел пожал плечами и, доставая ключи, ответил:

– Сто баксов.

– А ты? Не участвуешь в этом пари?

– Нет, это не мое, – отрицательно покачал головой он.

– Правда? А что, если я уйду с тобой? Ты выиграешь деньги?

– Я не совсем понимаю, о чем ты.

Он нахмурился, пристально глядя на меня.

– Мне все равно пора. Но ты мог бы пойти со мной и выиграть пари.

– Правда?

Я пожала плечами.

– Конечно.

Он быстро посмотрел на мужчин, увлеченных беседой. У одного из них в руках уже была гитара.

– Тогда разделим выигрыш пополам!

Дэниел снова посмотрел на меня, и на его губах заиграла лукавая улыбка.

Я повернулась к Лиз.

– Лиз, насколько он опасен по шкале от одного до серийного убийцы? Можно ли идти с ним на парковку?

– Дэниел – единственный молодой человек, с которым я бы ушла отсюда, – ответила Лиз и весело рассмеялась.

– Даже не знаю, как реагировать на этот комплимент. Ты же моя кузина.

– Он не опасен, – прервала она его, пытаясь меня успокоить.

– И он заплатит мне, если выиграет? – спросила я.

Лиз взяла следующий стакан и протерла салфеткой.

– Даже если эти придурки не заплатят, он все равно заплатит. Такой уж мой кузен человек.

Я снова посмотрела на Дэниела, который смущенно пожал плечами.

– Я не мудак. Это моя фишка.

Я почувствовала, как уголки моих губ снова приподнялись в улыбке. Он был забавным.

– Хорошо, – сказала я. – Договорились. Садись и расскажи о себе. Иначе они не поверят, что я тебе нравлюсь.

Он бросил взгляд на часы, но потом, видимо, решил, что у него есть время, и сел на барный стул рядом со мной.

– Чем ты занимаешься? – спросила я.

– Управляю недвижимостью.

– Вообще, он мэр, – заметила Лиз, наливая пиво, и снова рассмеялась.

Я приподняла бровь.

– Ого, мэр?

Дэниел смерил кузину строгим взглядом.

– Это скорее почетный титул. Город маленький, обязанностей у меня немного.

Лиз покачала головой.

– Скромничает. Дэниел активно участвует в жизни города. По субботам проводит бинго, а также является добровольцем в пожарной команде. Даже Сантой наряжается.

Она указала на статью в рамке, которая красовалась над кассой. Заголовок гласил: «Волшебный визит Санты в Вакан». На фотографии был запечатлен дородный Санта-Клаус в компании маленького мальчика.

Я с улыбкой посмотрела на Дэниела, но он быстро сменил тему:

– А чем ты занимаешься?

– Ничем особенным, – ответила я, ощущая нежелание делиться подробностями своей жизни с незнакомым человеком.

– Ладно. А что привело тебя в Вакан?

– Возвращаюсь с похорон, – ответила я.

– Мне искренне жаль, – сказал он, и его лицо приняло серьезное выражение.

– Тете Лил было девяносто восемь лет, и она прожила достойную жизнь. Она часто говорила, что у нее было много поклонников. – Дэниел улыбнулся, и я почувствовала, как мое настроение немного улучшилось. – Я живу в Миннеаполисе. Кстати, здесь всегда такой туман?

Лиз удивленно подняла глаза.

– Туман?

– Никогда, – покачал головой Дэниел и снова посмотрел на часы.

– У тебя есть дети? – поинтересовалась я, вспомнив о том, что он говорил о ребенке.

– Да, дочь. Ее зовут Хлоя.

– Сколько ей?

– Одна неделя, – ответил он, весьма меня удивив.

На его руке не было обручального кольца, но это ничего не значило.

– А девушка у тебя есть? – спросила я.

Он покачал головой.

– Не думаю, что в таком случае я стал бы заключать подобное пари.

– Правда? Но ведь на самом деле ты не ведешь меня домой.

– Но притворяюсь, что веду. Я бы не стал вести себя неуважительно по отношению к своей гипотетической девушке.

Он вновь улыбнулся, и я невольно улыбнулась в ответ.

– Значит, ты не живешь с матерью своего ребенка? – спросила я, чувствуя, как любопытство берет верх, и заметила, что Дэниел выглядит удивленным.

– О, нет. Я сам забочусь о дочери.

– Ты превосходный отец для очаровательной Хлои, – сказала Лиз.

– Покажи мне ее фотографию, – попросила я.

Дэниел достал телефон, провел пальцем по экрану и протянул его мне.

Я не смогла сдержать смех.

– Твой ребенок – козленок?! В пижаме?

– Это она. Через несколько недель ее заберут домой. Она принадлежит Дугу, тому парню, который сейчас играет на гитаре. У ее мамы мастит, а Дуг не может кормить ее ночью, поэтому я вызвалась помочь.

– Давай разберемся, – сказала я, закидывая ногу на ногу. – Дуг пытается соблазнить меня плохо спетой версией «More Than Words», в то время как у него есть целый козленок? Если у парня есть козленок, он просто обязан начинать знакомство с фразы «У меня есть козленок».

Дэниел усмехнулся.

– Вообще-то, козленок сейчас у меня.

– Я продолжаю убеждать его, что его профиль в «Тиндере» должен содержать лишь фотографию Хлои и домашний адрес. – Лиз с улыбкой опустила в стакан кусочки льда, и я рассмеялась.

Дэниел улыбнулся и кивнул в сторону бильярдного стола.

– Они следят за нами? – поинтересовался он.

– О, да. – Я посмотрела на бильярдный стол, а потом снова перевела взгляд на Дэниела. – Дуг, в своей куртке «Кархарт», настраивает гитару. Интересно, сколько у нас времени до серенады?

– Я бы сказал, еще минута или две.

– Хорошо. – Я подалась вперед. – Я сделаю вид, будто ты только что сказал нечто невероятно смешное, и рассмеюсь. Тогда мы сможем наконец-то закончить это представление?

Он задумчиво подпер подбородок рукой.

– И каким же будет этот смех?

– То есть?

– То есть… мои слова должны убедить тебя пойти ко мне домой уже через пять минут после нашего знакомства. Что же такого я должен сказать? Как тебе Джулия Робертс?

Я рассмеялась, потому что меня это действительно позабавило, и он тоже не смог сдержать улыбку. В уголках золотисто-зеленых глаз появились лучики морщинок, придав лицу особое очарование.

Боже, у него приятная улыбка. Действительно приятная. Она поразила меня до глубины души, и я даже затаила дыхание.

Мы продолжали смеяться, и, заметив, что я невольно прикусываю губу и слегка придвигаюсь к нему, я с ужасом осознала, что веду себя кокетливо, а не просто притворяюсь.

На протяжении семи лет я состояла в отношениях с Нилом. Я была уверена, что это последний мужчина, с которым я буду вместе. Затем я решила закончить наш роман и сказала себе, что с меня хватит. Больше никаких мужчин. Я не хотела проблем и полностью отказалась от мысли о новых отношениях. В тридцать семь лет я купила себе отличный вибратор и ушла из большого секса. Мне это было неинтересно.

А теперь я флиртовала.

Это было подобно открытию, что растение, которое ты считал погибшим, на самом деле просто нуждалось в поливе.

– О-о, Дуг идет, – прошептала Лиз.

Я отвела взгляд от Дэниела и заметила, что Дуг, держа гитару, стал прокладывать путь между столиками с высокими спинками и направляется к бару.

– Пора уходить, – шепнул Дэниел, а затем взял меня за руку, помог спуститься с барного стула и повел к выходу.

Глава 4. Дэниел

Я взял ее за руку, и она не стала возражать. Мы стремились продемонстрировать, что нам комфортно и радостно вместе, чему в значительной степени способствовал ее образ – яркая смелость, которая была ей к лицу. Пока мы шли к выходу из бара, парни за столиками провожали нас взглядами. Я помахал им на прощание свободной рукой.

На парковке я отпустил ее руку. Достал из бумажника несколько банкнот и передал ей. Она взяла деньги, внимательно пересчитала и убрала их в карман моей рубашки.

– Мы договорились пятьдесят на пятьдесят, – напомнил я, доставая из кармана деньги.

– Это плата за услуги эвакуатора, – возразила она.

– Я не беру плату, – решительно заявил я, протягивая ей банкноты, но она лишь скрестила руки на груди. – Ты выполнила бо́льшую часть работы. Это твоя заслуга.

– Меня бы здесь вообще не было, если бы ты не вытащил меня из канавы, – ответила она с усмешкой. – Я бы заплатила пьянице Карлу гораздо больше пятидесяти баксов. И я сама решу, что делать со своими неправедно нажитыми деньгами. Вот как работает нечестная нажива.

Она криво усмехнулась.

Я улыбнулся и покачал головой. Она была полна решимости не отступать, и я не стал настаивать на своем. В конце концов, я все равно не собирался забирать у парней деньги. В период межсезонья у всех были финансовые проблемы. Но это стоило того, чтобы развлечься.

– И часто вы этим занимаетесь? – спросила спасенная, наблюдая, как я убираю деньги обратно в бумажник.

– Должен сказать, это было самое яркое событие моей недели.

Она улыбнулась.

– Должно быть, неделя выдалась тяжелой, – сказала она, и я слегка улыбнулся.

Легкий ветерок взъерошил ей волосы, и она убрала выбившиеся пряди со лба. Боже, какая она! Рыжие волосы, светлая кожа с веснушками, глубокие карие глаза. Атлетичная фигура. Когда она переодевалась в машине, я увидел больше, чем она могла предположить. Ощутил аромат ее духов. Что-то дорогое и изысканное, но я не мог определить, что именно.

Эта женщина была настолько не похожа на меня, что это вызывало улыбку. Невозможно было представить, что она находится здесь, на парковке с потрескавшимся асфальтом посреди пустыни, в платье и на каблуках. Казалось, что она сбежала с фотосессии для модного журнала и случайно заблудилась.

И она оказалась права насчет тумана. Он покрывал парковку по краям, словно невидимая завеса. Это было необычно. И ездить в таких условиях было не очень комфортно.

Минуту мы стояли, глядя друг на друга, а затем она кивнула на свою машину.

– Ну, я пойду. А тебе нужно кормить ребенка. Поблизости есть какие-нибудь кафе или рестораны?

Я покачал головой.

– Нет. Ближайший город – Рочестер, в сорока пяти минутах к северу.

Она поджала губы.

– Я так и думала. Ладно, было приятно пообщаться с тобой и твоими друзьями.

– Да, мне тоже.

Она снова одарила меня улыбкой и пошла к автомобилю, а я остался стоять и провожал ее взглядом.

– Эй, – внезапно окликнул я.

Она остановилась и обернулась.

– Да?

– Я мог бы приготовить тебе что-нибудь поесть. У меня дома.

– Что ты собираешься приготовить? Потому что я очень разборчива в еде, – ответила она, не задумываясь.

Я ухмыльнулся.

– Слушай, у меня нет наггетсов с динозаврами, если ты об этом.

Она рассмеялась, и я улыбнулся, прокручивая в голове содержимое своего холодильника.

– Может, сыр на гриле с помидорами и базиликом?

Она приподняла бровь.

– Свежие помидоры и базилик?

– У меня есть огород.

– Я не вступаю в кратковременные связи, – серьезно и внезапно произнесла она.

Я рассмеялся.

– Ну, ситуация быстро обострилась.

– Я говорю серьезно. У меня никогда не было и не будет таких отношений. Если ты хочешь этого, тебя ждет большое разочарование.

– Моя цель не в этом, – честно ответил я, улыбаясь.

Она кивнула и сделала несколько шагов, но потом остановилась и посмотрела на меня снизу вверх.

– Ладно. Но я должна предупредить тебя, что у меня есть электрошокер.

– Это справедливо.

– И я обязательно им воспользуюсь, если понадобится.

Она строго посмотрела на меня, и я сделал серьезное лицо.

– Тебе не придется. Но я тебе верю. Ты кажешься довольно суровой.

Она попыталась сдержать смех, но не смогла.

– И я поеду на своей машине.

– Конечно.

– И последнее. – Она склонила голову набок. – Есть ли среди жителей та, кто считает, что между вами существует романтическая связь?

Я рассмеялся.

– Это всего лишь сыр на гриле. Все не так уж и серьезно.

– О, я знаю. Но если бы я пришла домой и обнаружила, что ты готовишь сыр на гриле для другой женщины, я бы расстроилась.

– Я сказал, что у меня нет девушки.

– Я задала совершенно другой вопрос.

– Нет, – ответил я, улыбаясь. – Ни одна женщина не считает, что между нами существует романтическая связь. А у тебя?

Она рассмеялась.

– Нет.

– Хорошо, – сказал я с облегчением.

– Хорошо, – повторила она, улыбаясь.

На следующее утро я проснулся в шесть утра, голый и счастливый после самого яркого свидания в моей жизни.

И тут до меня дошло, что она ушла.

Глава 5. Алексис

Я осторожно, на цыпочках, вошла в свой дом, не включая света, словно подросток, возвращающийся домой после комендантского часа.

В шесть тридцать утра я была в одной туфле, с растрепанными волосами, вся в грязи и шерсти домашних животных. На мне была толстовка с капюшоном, которую я стащила по пути.

Я запаниковала. Запаниковала и убежала, пока он спал.

Я очнулась в постели чужого молодого человека двадцати восьми лет, в пыльном помещении, похожем на гараж, в небольшом городке. Это произошло после того, как я испытала лучший сексуальный опыт в своей жизни.

Ему двадцать восемь.

Я отправилась в уборную, накинув его толстовку с капюшоном. И пока мыла руки, из кармана выпал его бумажник, в котором лежали водительские права.

Я знала, что он моложе меня, но даже не представляла, что почти на десять лет.

У меня была случайная связь с молодым человеком, который оказался на десять лет младше меня.

Что я наделала? Я никогда не совершала ничего подобного. У меня не было случайных связей. Я не шла на неоправданный риск.

Я заставила Нила ждать два месяца, прежде чем мы наконец-то сблизились. И это произошло во время тщательно спланированной романтической поездки в Мексику.

Я потратила целую неделю на то, чтобы выбрать белье, которое хотела надеть, и тщательно подготовилась к этому моменту: сделала депиляцию и массаж. На кровати были разбросаны лепестки цветов.

Боже, в моей жизни никогда не было секса ни с кем, кроме моего парня. Но я сделала исключение для молодого человека, с которым только что познакомилась. А ведь он почти ровесник сына Нила.

В гневе на саму себя, я быстро оделась и покинула его дом, по пути наступив в кучу фекалий. Определить, кому принадлежали эти отходы жизнедеятельности – собаке, свинье или козе, – не представлялось возможным, но их оказалось так много, что туфля застряла, словно в болоте. И отбросив его, как ящерица хвост, я рванула дальше.

С трудом добравшись до своего дома и войдя в темную гостиную, я положила ключи на комод.

– Где тебя носит?

Я вздрогнула, услышав мужской голос из кресла Нила. Свет внезапно включился, и мое сердце заколотилось быстрее.

– Дерек! Боже мой, ты напугал меня до полусмерти.

Мой брат-близнец улыбался мне, сидя в кресле с откидной спинкой.

– Привет, сестренка! – сказал он, но затем пристально взглянул на меня и выпрямился, явно встревоженный. – Все в порядке?

Я улыбнулась и оглядела свое испорченное платье и босую ногу.

– Да, – выдохнула я. – Все хорошо. А как ты здесь оказался?

– Пароль для сигнализации такой же, как и для телефона.

– Ты знаешь код от моего телефона?

Потянувшись, я сняла свою единственную туфлю.

– Я знаю все твои пароли. Даже если ты их меняешь.

Я издала короткий смешок. Между мной и братом всегда была какая-то особая связь близнецов, словно мы могли читать мысли друг друга.

– Почему ты так рано вернулся? – спросила я, босиком пересекая комнату и усаживаясь на диван. – Я думала, ты пробудешь в Камбодже еще шесть недель.

– Получилось вырваться раньше, – ответил он.

– Но не настолько, чтобы провести полнедели в Сидар-Рапидс наедине с родителями, – невозмутимо добавила я.

– Даже дикие лошади не смогли бы затащить меня туда, – заявил он.

Снова рассмеявшись, я откинулась на спинку дивана и закрыла глаза.

– Это что, засос? – неожиданно спросил Дерек.

– Что? – Я резко подняла голову и, вскочив с дивана, подбежала к зеркалу, висевшему над комодом, чтобы рассмотреть свою шею. – Черт!.. – выдохнула я, увидев у себя за ухом фиолетовое пятно размером в четверть дюйма.

– Мне кажется, это похоже на развлечения в десятом классе, не находишь, сестренка? И я немного сердит на тебя за то, что ты не предупредила меня о своем возвращении к Нилу.

Я застонала, касаясь пятна пальцем.

– Ни к кому я не возвращалась.

Дерек пристально посмотрел на меня.

– Кто же это сделал? И с каких пор ты предпочитаешь одежду в стиле милитари?

Он обратил внимание на мою толстовку с капюшоном.

– Ни с каких, – ответила я и застонала при виде багрового пятна.

Оно настолько огромное, что скрыть его получится только пластырем.

Распахнув толстовку, я закатила глаза. На моей левой груди тоже красовался засос. Я посмотрела еще раз. На обеих.

Дерек молча ждал, когда я продолжу рассказ.

– Я встретила одного человека, но это неважно, – произнесла я, устало опускаясь на диван и проводя ладонью по лицу.

– Кого? Когда это случилось?

Я повернула голову, чтобы посмотреть на него.

– Примерно десять часов назад.

Дерек удивленно заморгал.

– Ну что ж. Кажется, у тебя кризис среднего возраста. Я уже видел такое. Мы можем вам помочь.

Я не смогла сдержать смех. Наверное, у меня действительно кризис среднего возраста. А иначе как еще можно объяснить мое поведение?

– По пути с похорон моя машина сломалась, и этот парень помог мне. Он был очень обаятелен, поэтому я согласилась поужинать с ним у него дома. Он сам приготовил ужин из овощей, выращенных в теплице, и жареного сыра. Кстати, получилось очень вкусно. А потом к нему во двор забежал огромный поросенок и испачкал меня.

– Поросенок? – удивленно переспросил Дерек.

– Да, он выбежал прямо из леса. Наверное, сбежал с соседней фермы. Я чуть не померла от страха. Он весил килограммов триста, но оказался таким дружелюбным, что я его погладила. Еще на меня накинулась собака, и у парня был козленок в пижаме, и…

Дерек поднял руку.

– Ни слова больше, это все объясняет.

Я устало рассмеялась.

– В любом случае это не имеет значения, – пробормотала я. – Я даже не запомнила его фамилию.

– Вы предохранялись?

– Да. Конечно. У меня все еще стоит внутриматочная спираль, и он использовал презерватив.

На самом деле даже несколько… Я покраснела, подумав об этом.

– Отлично. Я счастлив, что ты отлично провела время и что это был не Нил.

Я улыбнулась.

– Полностью согласна.

– Я вижу, его вещи все еще здесь, – кивнул Дерек в сторону гаража.

Я провела рукой по лбу.

– Все уже упаковано, но он не торопится их забрать.

Дерек подался вперед, уперев локти в колени.

– Мне жаль, что меня не было рядом, когда это случилось, – сказал он тихо с серьезным выражением лица.

– Все в порядке. Ты спасал мир, – произнесла я с усталой улыбкой.

В течение полугода Дерек работал волонтером в международной организации «Врачи без границ». Он пластический хирург. Хороший хирург, который помогает пострадавшим от ожогов и детям с заячьей губой. В связи с этим мне трудно испытывать негативные эмоции из-за того, что он не присутствовал рядом и лично не послал Нила куда подальше. Хотя, насколько я понимаю, Дерек, вероятно, сделал это по спутниковому телефону.

– Почему ты так быстро вернулся? Тебя отпустили раньше? – спросила я, внимательно глядя на брата.

По его лицу медленно расползлась улыбка.

– Я готов поделиться информацией, но для этого тебе необходимо подписать документ о неразглашении.

Я рассмеялась, приняв его слова за шутку, но тут он, словно фокусник, извлек из сумки, висящей на спинке кресла, лист бумаги и ручку.

Я удивленно посмотрела на него.

– Ты что, издеваешься?

– Послушай, я бы не стал просить тебя об этом, если бы не хотел сдержать слово, – произнес он и протянул мне листок через кофейный столик.

– Позволь уточнить, верно ли я понимаю: прежде чем мой брат и самый близкий человек, которому я доверяю, расскажет мне, что делает в моей гостиной, он хочешь, чтобы я подписала соглашение о неразглашении этой информации?

Дерек придвинул бумагу ко мне еще на дюйм и постучал указательным пальцем по строчке для подписи.

– Что это?

Качая головой, я взяла документ в руки, чтобы изучить его.

– Просто подпиши, и тогда я смогу все объяснить.

Я вздохнула.

– Хорошо, – произнесла я, поставив свою подпись на пунктирной линии, а затем отодвинула листок и положила сверху ручку. – Ты получил мою подпись. Теперь рассказывай.

– Я женился.

Я сразу же вскочила на ноги.

– Что?!

– В минувшие выходные, – подтвердил новость сияющий от радости Дерек. – Мы встречались полгода.

Пораженная, я не могла отвести от него взгляд.

– И ты ничего мне не сказал?

– Я не мог. Я обещал. Для нее это было важно.

– Но… но ты же мне все рассказываешь, – недоверчиво пробормотала я.

– Так и есть, – кивнул Дерек. – Однако этот секрет должен продемонстрировать тебе, насколько значимо для меня ее доверие.

Я поежилась и, снова устроившись на диване, стала рассматривать свои колени.

– Женился… – Я вздохнула и подняла на него глаза. – На ком?

– Ее зовут Никки. Она талантливая певица, работает в сфере звукозаписи. Недавно она побывала в Камбодже, где помогала создавать убежище для женщин, ставших жертвами сексуальной эксплуатации.

Я задумалась о том, насколько поверхностны мои представления о современных исполнительницах, работающих в сфере звукозаписи.

– Никки… Какая Никки?

– Ее сценический псевдоним – Лола Симон.

– Нет, – пробормотала я.

Дерек ухмыльнулся.

– Ты не можешь быть женат на Лоле Симон.

– Да.

Он извлек из кармана телефон и передал его мне.

Я уставилась на их совместную фотографию, которая, по-видимому, была свадебной.

Лола Симон была популярной рок-исполнительницей, сравнимой по уровню известности с Леди Гагой. Однако на этих снимках она выглядела иначе, чем на фотографиях в бульварной прессе. Ее образ был более сдержанным и элегантным. Она предстала перед камерой с каштановыми волосами до плеч и в скромном белом платье с цветочным узором. Дерек же был в белом льняном костюме, который идеально подчеркивал его мужественность и харизму.

– Она удивительна, Али. Лучшая из женщин, которых я встречал в своей жизни.

– И вы поженились? Не пригласив меня? – с упреком спросила я.

Его улыбка чуть заметно померкла.

– На церемонии присутствовал только ее агент, Эрни, – сказал Дерек, забирая телефон. – Нам пришлось действовать скрытно. Для нее очень важна конфиденциальность. Ее повсюду преследуют папарацци и надоедливые фанаты. Поэтому мы решили провести это мероприятие втайне, без лишнего шума.

– А когда же я смогу с ней встретиться? Ты не пригласил ее?

– Никки так занята своим проектом, что не может уехать, да и не хочет сюда возвращаться, – сказал он, нахмурившись.

– Но в конце концов ей все равно придется вернуться. Ты ведь здесь живешь, а твоя волонтерская деятельность заканчивается через пару недель, – сказала я, стараясь не показывать своих чувств.

Дерек замолчал, словно размышляя, стоит ли продолжать.

– Али, я не вернусь, – наконец объявил он.

– Что? Ты серьезно? – удивленно уставившись на него, спросила я, не веря своим ушам.

– Я переезжаю в Камбоджу, чтобы быть рядом с женой, – произнес он тихо, но решительно.

Эта новость ошеломила меня.

– Ты переезжаешь в Камбоджу? – переспросила я, не в силах скрыть эмоции.

– Я хочу улучшить убежище для женщин, созданное Никки, и оказывать им больше помощи. Им нужны хирурги. Мы способны на многое, – пояснил он, стремясь донести суть своего решения.

Я откинулась на спинку дивана, пытаясь осознать услышанное. И когда до меня постепенно стал доходить истинный смысл его слов, подняла на него взгляд.

– Нет, ты не можешь оставить меня с Нилом, – выпалила я, ощущая, как тревога сковывает меня изнутри.

Его лицо помрачнело еще больше.

– Все будет хорошо, – сказал Дерек, пытаясь меня приободрить, но я только покачала головой.

– Нет, не будет. Ты не можешь со мной так поступить, Дерек. Я больше не могу работать с Нилом. Просто не могу. Не могу видеть его каждый день, – произнесла я, чувствуя, как слезы подступают к глазам. – Я же говорила, что хочу перейти в другую больницу.

Дерек прикрыл ладонью рот, очевидно стараясь подавить нахлынувшие эмоции, и посмотрел куда-то мимо меня, избегая прямого зрительного контакта.

Я из семьи Монтгомери. Мой дед основал Северо-Западную больницу Ройома в 1897 году, и с тех пор она стала символом медицинской науки и инноваций. Наша семья всегда славилась не только выдающимися врачами, но и филантропами, которые поддерживали множество программ и исследований, сделавших Ройома известной на весь мир. Мы были как Вандербильты или Карнеги, но в сфере медицины.

В прошлом году History Channel выпустил документальный фильм о нашей семье в рамках программы «Титаны медицины». Наше семейное имя увековечено в названиях мемориального сада и педиатрического отделения больницы. В течение почти ста двадцати пяти лет мы являлись неотъемлемой частью Ройома. Это не просто устоявшаяся практика, а фундаментальная черта самого учреждения.

Мои родители работали в Ройома, пока не ушли на пенсию. Вместе с ними там трудился и мой брат Дерек, и его уход станет судьбоносным событием. Поскольку я не имею права подвести семью и разрушить то, что они создавали десятилетиями, мне бы пришлось занять его место. Мой уход теперь будет не просто ошибкой, а актом, который войдет в анналы истории.

Поэтому я ощутила себя так, будто меня приговорили к пожизненному заключению, а Дерек, возможно, знает это и наслаждается моей беспомощностью.

– Послушай, – произнес он. – Возможно, настало время разорвать эту цепь. Больница не перестанет существовать, если в ней не будет Монтгомери.

– Отличная идея. Как насчет того, чтобы я ушла первой, а потом ты? – предложила я, склонив голову набок, а он поджал губы. – Я так и думала.

– Есть ли шанс, что Нил согласится переехать? – спросил он, покачав головой.

– Он главный хирург. Он работает в Ройома уже двадцать лет. Думаю, вероятность того, что в него ударит молния, выше, чем его переезд в другое место.

Брат снова посмотрел на меня и на мгновение замолчал.

– Прости. Я понимаю, в каком ты положении.

Я почувствовала, как внутри меня нарастает отчаяние.

– Ты не представляешь, каково это, Дерек. Нил просто сводит меня с ума. Он начал манипулировать мной. Внушать, что я заслужила то, что произошло. Я боюсь, что запутаюсь, сломаюсь или устану и позволю ему вернуться. Я должна уйти, Дерек. Это единственный способ защитить себя.

Дерек долго молчал, глядя на меня с сочувствием.

– Мне искренне жаль, – сказал он, – и я осознаю, как это усложняет твою ситуацию.

Я взглянула на него, ощущая, как в душе все рушится, словно карточный домик. Единственный путь к спасению – это уйти. Другого выхода нет.

– Я должен жить своей жизнью, Али, – наконец сказал Дерек после затянувшейся паузы. – А это значит быть с Никки и следовать своему предназначению.

– Как я могла этого не почувствовать? – прошептала я, едва сдерживая слезы, и закрыла лицо руками. – Как я могла не знать, что ты влюбляешься и принимаешь такое важное решение? Я должна была это ощутить. Это должно было быть как сбой в матрице.

– Как я мог не замечать, что Нил причиняет тебе боль, пока ты сама мне об этом не сказала?

Я тихо всхлипнула, опустила руки и подняла глаза, но его пристальный взгляд оказался для меня слишком тяжелым.

– Он столько лет по капле высасывал из меня жизнь, – тихо произнесла я. – Я пыталась собрать себя по частям, а теперь должна делать это одна? Рядом с ним?

Дерек придвинулся к краю дивана.

– Ты справишься, – сказал он. – Ты сильная. И в больнице у тебя есть друзья. Не позволяй ему тебя прогнать. Ты заслуживаешь быть там, если хочешь.

Джессика, Бри и Гэбби действительно были не только моими подругами, но и коллегами в больнице. Однако это не меняло того факта, что мне предстояло работать с Нилом на протяжении всей жизни. Но, судя по всему, других вариантов не было.

Пока Нил пытался казаться раскаявшимся бывшим, но это ненадолго. Как только он поймет, что я к нему не вернусь, его поведение резко изменится и он снова станет грубым. Он всегда был таким.

Я вновь закрыла лицо ладонями.

– Так, значит, я – главный экспонат в музее вымирающих особей рода Монтгомери. Шутка судьбы, не иначе.

Мои родители зачали меня и моего брата Дерека с одной целью – продолжить род Монтгомери. С самого детства меня воспитывали с твердым убеждением, что моя судьба связана с Северо-Западной больницей Ройома и что я должна сохранить фамилию, если выйду замуж. Однако всегда существовал приоритет: внимание уделялось не мне, а Дереку.

Дерек положил руку мне на плечо.

– Не позволяй им решать, как ты будешь жить, – тихо сказал он. – У тебя только одна жизнь.

Эти слова повисли в воздухе, словно невидимый груз. Я чувствовала, как они давят на меня, но была слишком измотана, чтобы ответить.

Дерек должен был понимать, что другого выхода у меня нет и что я никогда не смогу уйти.