Kitabı oxu: «Точка торможения»

ГЛАВА 1. ГОРЯЧИЙ АСФАЛЬТ

Две тысячи зрителей. Запах жжёной резины, раскалённого металла и чистого, концентрированного адреналина.

— Дави его, Гепард! Сделай их! — орали в рацию голоса команды, пока мой болид на предельной скорости шёл по мокрой от ночного дождя трассе.

Сердце колотилось где-то в горле. Я резко дёрнула ручник, входя в затяжной поворот на двухстах километрах в час. Заднюю ось занесло, передние колёса высекли искры из отбойника, но машина выровнялась, выстрелив вперёд.

Я пересекла финишную черту первой.

Толпа взревела, ослепляя меня вспышками фар и синими огнями нелегального трека. Я резко остановилась, заглушила ревущий мотор, стянула шлем и широко улыбнулась ночному небу. Я была королевой этой трассы. Непобедимой.

Прошло два года. И от той девушки не осталось даже тени.

— Мэдди, ну посмотри на меня, — Рэйчел потянула меня за рукав огромной чёрной мужской толстовки. — Дэн еле выбил эти VIP-проходки через свой технический отдел! Я просто хотела, чтобы ты развеялась, хватит сидеть в четырёх стенах.

Мы стояли на закрытой трибуне прямо над боксами Формулы. Вокруг шумели фанаты, взрывались хлопушки, а в воздухе стоял плотный, густой гул моторов.

Я сжимала в кармане старый металлический брелок, до боли впиваясь ногами в асфальт. Рэйчел была моей единственной настоящей подругой. Она знала всё: и кем я была два года назад, и какую страшную драму я пережила, и почему от одного звука заведенного двигателя меня бросало в ледяной пот. Она искренне пыталась мне помочь «вылечиться» и встретиться со своим страхом лицом к лицу.

Но это было не лечение. Это была пытка.

— Рэйч, я не могу здесь находиться, — глухо выдохнула я, надевая огромные шумоподавляющие наушники. — У меня в голове всё горит.

— Погоди, не уходи, — Рэйчел ласково коснулась моего плеча, её глаза затуманились сочувствием. — Посмотри хотя бы квалификацию. Смотри, выезжает алый болид. Под девятым номером.

Я повела плечом, но всё же бросила взгляд на раскалённую полосу асфальта.

На трек вылетел алый суперкар. За штурвалом сидел Калеб Холл — главная звезда сезона, парень, чьи дерзкие интервью крутили по всем спортивным каналам.

Он вёл машину на грани безумия. Невероятно агрессивно, рискованно, атаковав поребрики на предельных оборотах.

Внутри меня помимо воли включился старый инстинкт. Глаза сами считывали траекторию.

— Он сейчас разобьётся, — тихо, но твёрдо сказала я.

Рэйчел удивлённо повернулась ко мне, чуть сдвинув наушник на моём ухе: — Что? Мэдди, ты чего? Это же Калеб, у него идеальная телеметрия.

— Он совершает тупую ошибку, — отрезала я, глядя, как алый болид заходит на опасную «шпильку» третьего сектора. — Он агрессивно штурмует поребрик и слишком поздно нажимает на тормоз. Заднюю ось сорвёт через три секунды.

Рэйчел замерла, верившая моему опыту «Гепарда».

В следующую секунду алый болид на скорости под триста километров в час пошёл в занос. Задние колёса потеряли сцепление, машину со страшным визгом резины закрутило и на полном ходу выбросило в гравийную ловушку прямо перед отбойником.

Сокрушительный удар. Облако туманной пыли. Трибуны ахнули.

Рэйчел шокированно перевела взгляд с дымящейся машины на меня: — Боже мой... Ты до сих пор видишь всё наперед, Мэдди! Ты не потеряла чутье...

— Я ухожу, — перебила я её, чувствуя, как паника сжимает горло.

Я развернулась и быстро пошла вниз по ступеням трибуны, прочь от этого проклятого рёва моторов, давясь подступающими слёзами и пряча лицо в капюшоне.

ГЛАВА 2. ЗАПАХ ЖЖЁНОГО МЕТАНОЛА

Я спускалась по металлическим ступеням трибуны, почти не разбирая дороги. В ушах всё ещё гудел шум толпы, а пальцы в кармане толстовки так сильно сжимали брелок, что металл уже казался горячим.

— Мэдди, подожди! — Рэйчел догнала меня у подножия лестницы и схватила за локоть. — Ты куртку застегни хотя бы, на улице ветер.

— Я в порядке, — соврала я, не поднимая глаз. — Просто хочу на воздух.

— Ладно, пойдём через служебный проход, — она потянула меня в сторону служебных построек. — Дэн сказал, там меньше народу. Он как раз заканчивает смену в боксах.

Мы свернули в длинный технический коридор. Здесь не было зрителей — только механики в комбинезонах, инженеры с планшетами и запах разогретого масла. Этот запах я узнала бы из тысячи. Два года я старалась обходить его стороной, а сейчас он снова забивал лёгкие, выбивая из головы остатки спокойствия.

Из открытых дверей одного из боксов донеслись громкие голоса.

— ...я вам тысячный раз повторяю, машина не держит траекторию! — орал кто-то так, что эхо разносилось по всему коридору. — Вы что там, вообще слепые?!

Рэйчел дернулась и притормозила: — Ой, кажется, это как раз девятый номер...

Я хотела пройти мимо, но нога зацепилась за край какого-то кабеля на полу. Пока я выправляла равновесие, взгляд невольно упал внутрь помещения.

В центре стоял тот самый алый болид. Носовая часть была помята, от гравия на боках остались белёсые царапины. Вокруг суетились механики, а прямо перед главным инженером стоял высоковатый парень в расстёгнутом комбинезоне.

Калеб Холл.

Без шлема он выглядел ещё злее, чем на экране. Взъерошенные тёмные волосы, мокрый от пота лоб и глаза, в которых тлела настоящая ярость.

— Калеб, успокойся, — пожилой инженер в очках пытался перекричать его. — Телеметрия показывает, что давление в шинах было в норме! Ты сам переборщил со скоростью на входе в поворот!

— Да с какого перепугу я переборщил?! — Калеб с размаху бросил шлем на рабочий стол. Шлем с грохотом отскочил и покатился по полу, остановившись прямо у моих кед.

В боксе на секунду стало тихо. Все обернулись на шум.

Калеб тяжело дышал, вытирая лоб тыльной стороной ладони. Его взгляд опустился на шлем, потом медленно поднялся по моим джинсам до капюшона.

— Ты ещё кто такая? — брякнул он прямо мне в лицо, даже не пытаясь скрыть раздражение. — Зрителям сюда вход воспрещён. Пошла отсюда.

Рэйчел рядом со мной напряглась и сделала шаг назад, но я осталась на месте. Внутри закипело то самое чувство, которое я давным-давно заперла на самый дальний замок.

Я нагнулась, подняла шлем с пола и спокойно положила его на ближайшую стойку.

— Если бы твой инженер смотрел не только в компьютер, а ты слушал не только себя, вы бы не собирали куски угловолокна по всему гравию, — тихо сказала я.

Калеб сощурился, явно не ожидая такого тона от девчонки, которая выглядит так, будто заблудилась по дороге в библиотеку.

— Что ты сказала? — переспросил он, шагставляя ноги и скрещивая руки на груди.

— Ты слишком поздно сбросил газ на третьем секторе, — отчеканила я, смотря ему прямо в глаза. — Ты зашёл на поребрик под слишком острым углом, надеясь, что мягкая резина вытащит. Она не вытащила. Заднюю ось сорвало не из-за давления в шинах, а потому что ты водить не умеешь, когда злишься.

В боксе зависла такая тишина, что было слышно, как остывает мотор болида.

Инженер отпил воды из бутылки и замер. Механики переглянулись.

Калеб медленно сделал два шага ко мне. Он был выше меня почти на голову, и от него разило потом, бензином и концентрированным адреналином.

— Ты хоть раз в жизни сидела за рулём чего-то быстрее стиральной машины, пигалица? — хрипло спросил он, нависая надо мной. — Ты вообще понимаешь, с кем разговариваешь?

— Понимаю, — я даже не моргнула, хотя сердце внутри колотилось как сумасшедшее. — С парнем, который чуть не свернул себе шею из-за собственной глупости.

Калеб открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент из глубины коридора выбежал Дэн — парень Рэйчел.

— Рэйч, Мэдди! Вы чего тут встали? — он быстро оценил обстановку, заметил озверевшего Калеба и побледнел. — Оу... Калеб, извини, они со мной. Девочки уже уходят.

Дэн подхватил Рэйчел за плечо и подтолкнул меня к выходу.

Я развернулась и пошла прочь, не оглядываясь.

— Эй! — крикнул Калеб мне вслед. Его голос прозвучал сзади как выстрел. — Как тебя зовут?!

Я не ответила. Накинула капюшон пониже и ускорила шаг, чувствуя, как его тяжёлый, злой взгляд буквальным образом жжёт мне спину.

ГЛАВА 3. ТОЧКА КИПЕНИЯ

Мы выскочили из душного коридора на свежий воздух так быстро, будто за нами гналась стая голодных псов. Рэйчел тяжело дышала, а её парень Дэн застёгивал куртку, нервно оглядываясь на двери бокса.

— Ты с ума сошла, Мэдди?! — зашипела Рэйчел, когда мы отошли на безопасное расстояние к парковке. Её глаза были круглыми от шока. — Ты понимаешь, комуты это сказала? Это же Калеб Холл! У него характер — пороховая бочка! Ему сам директор команды боится слово поперёк сказать, а ты взяла и опустила его при всех механиках!

Я молча засунула руки в карманы толстовки, пальцы нащупали холодный металл брелка. Внутри всё ещё дрожало — адреналин ударил в кровь так резко, будто я сама только что вывела машину из заноса.

— Он сам напросился, — буркнула я, отводя взгляд. — Ненавижу самоуверенных идиотов, которые думают, что если купили дорогую тачку, то стали богами трека.

— Он не просто идиот, он главный фаворит чемпионата! — всплеснула руками Рэйчел. — Если он захочет, нас сюда больше даже по чужим пропускам не пустят.

Дэн потёр переносицу, криво улыбнувшись: — Слушай, Мэдди, а ведь ты была права. Я потом заглянул в отчёты инженеров. Калеб действительно слишком поздно оттормозился на шпильке. Но откуда ты... чёрт, ты даже на экран не смотрела!

— У меня просто хороший слух, — бросила я первую попавшуюся отговорку и быстрее зашагала к выходу.

Я не хотела продолжать этот разговор. Мне нужно было в тишину. В свою комнату, где нет запаха палёной резины, нет рваного гула моторов и нет мужчин с глазами, полными бешенства и адреналина.

Но отделаться от Калеба Холла оказалось не так-то просто.

Прошло три дня. Мы сидели с Рэйчел в нашей любимой кофейне у университета. За окном моросил мелкий октябрьский дождь, в кружках остывал латте. Мы болтали о какой-то ерунде по учебе, когда колокольчик над дверью звякнул, и в помещение вошёл он.

Калеб был без командной формы. На нём была простая чёрная олимпийка, капюшон слегка наброшен на голову, а на переносице красовались тёмные очки — очевидно, чтобы не привлекать лишнего внимания фанатов. Но даже так его невозможно было не узнать. Широкие плечи, та самая пружинистая, уверенная походка хищника.

Он обвёл зал ледяным взглядом... и его глаза мгновенно зацепились за наш столик у окна.

Моё сердце рухнуло куда-то в желудок. «Только не это», — пронеслось в голове.

Калеб уверенным шагом направился прямо к нам. Рэйчел, заметив его, поперхнулась кофе и схватила меня за руку так сильно, что ногти впились в кожу.

— Мэдди... — выдавила она из себя, бледнея. — Он идёт сюда. Господи, он идёт убивать тебя.

Калеб остановился у нашего столика. Он стянул очки, обнажив тёмные, злые глаза, в которых поблёскивал нехороший огонёк. Никакого приветствия. Никакой вежливости.

— Нашлась, — хрипло выдохнул он, упираясь ладонями в деревянную столешницу и нависая надо мной. От него пахло дорогим парфюмом и сыростью с улицы.

Я заставила себя поднять голову и посмотреть ему прямо в глаза, хотя внутри всё сжалось от липкого страха.

— Какая неожиданность, — холодно процедила я, стараясь сделать голос максимально ровным. — Общественные места вроде бы открыты для всех.

— Для всех — да, — Калеб криво усмехнулся, но в этой усмешке не было ничего весёлого. — А для умников, которые любят совать нос в чужую телеметрию — не особо.

Он резко вытащил из кармана сложенный вдвое лист бумаги и швырнул его прямо на середину моего стола, рядом с чашкой кофе.

Я настороженно посмотрела на бумажку.

— Что это? — спросила я.

— Это пропуск в закрытую техническую зону команды на завтрашние тесты, — процедил Калеб, сверля меня тяжёлым взглядом. — Завтра в девять утра на тестовом треке. Будешь стоять и смотреть, как я прохожу эту чертову шпильку. И если ты снова откроешь рот и скажешь, что я «не умею водить», ты докажешь это на практике. Сама сядешь за руль.

В кофейне стало так тихо, что было слышно, как капли дождя барабанят по стеклу.

Рэйчел перестала дышать. А я замерла, чувствуя, как внутри меня медленно, но неотвратимо ломается та самая стена, которую я выстраивала долгих два года.

ГЛАВА 4. ТЕНИ В ПУСТОЙ КОМНАТЕ

Я смотрела на этот прямоугольник плотного картона так, будто это была не пропускная карточка, а заряженный пистолет. Калеб всё ещё стоял над душой, ожидая моей реакции, но я просто отодвинула листок кончиками пальцев.

— Забери это, — тихо сказала я, глядя в окно на серые струи дождя. — Мне это не интересно.

Калеб замер. Я видела краем глаза, как его челюсти сжались.

— Не интересно? — переспросил он, и в его голосе прорезался опасный холодок. — Ты при всех моих людях назвала меня дилетантом, а теперь просто «умываешь руки»? Струсила?

— Думай что хочешь, — я поднялась, подхватила сумку и, не глядя на него, направилась к выходу. — Прощай, Калеб. Надеюсь, мы больше не встретимся.

Рэйчел вскочила следом, что-то быстро зашептала ему, извиняясь, но я уже вытолкнула дверь кофейни и шагнула под холодный ливень. Ледяные капли сразу ударили в лицо, смешиваясь с жаром, который жёг щеки. Я почти бежала по тротуару, мечтая только об одном — оказаться дома, за запертой дверью, где никто не сможет до меня дотянуться.

Весь оставшийся день я провела как в тумане. В университете мне казалось, что за каждым углом мелькает высокая фигура в чёрном, а звук любого проезжающего мимо мотора заставлял меня вздрагивать и вжимать голову в плечи. Я выключила телефон, чтобы не видеть сообщений от Рэйчел, которая наверняка хотела обсудить «безумного гонщика».

Домой я вернулась, когда уже совсем стемнело. Родители давно спали, в квартире стояла звенящая, тяжёлая тишина.

Я не пошла к себе. Ноги сами привели меня к двери в конце коридора. Она всегда была закрыта, и родители старались лишний раз туда не заглядывать, будто это место было пропитано радиацией. Но для меня это был единственный храм, в котором я могла дышать.