Kitabı oxu: «Восстану для тебя из пепла»

Глава 1

— Анжела, что? — Виктор подорвался со стула, на котором сидел последние два часа.

— Мы справились, Вить. Дайна твоя справилась, — Анжела устало улыбнулась и протянула оперативнику пулю, которую она вытащила из груди его верной собаки, — держи на память.

— Можно мне к ней?

— Вить, она спит сейчас, — но, увидев вымученный вид матерого оперативника, сжалилась, — пошли.

— Анжел, — окликнула её Наденька, что дежурила сегодня за стойкой регистрации, и как-то странно посмотрела на опера, — там твой телефон не замолкал последние часа полтора.

— Муж звонил? — выдохнула ветврач.

— Да, он, — последовал ответ и опять странный взгляд на Виктора.

Анжела сделала глубокий вдох, шрамы на спине заныли. Оказалось, не зря. Мужчина, что стоял рядом, наконец произнес:

— Я после пятнадцатого объяснения Надежды, что ты подойти не можешь, потому что на операции, психанул.

— Что ты сделал? — у Анжелы всё внутри похолодело от нехорошего предчувствия. Она, боясь поверить в собственную догадку, выдохнула: — Ты говорил с Андреем?

— Анжел, он у тебя дебил? Не знает, что такое временной промежуток в один час? Или не понимает, что такое операция? — оперативник тут же ощетинился оправданием. — Ему же Надежда уже раз десять сказала, что ты оперируешь, а он через пять минут перезванивает и требует позвать тебя!

Анжела устало прикрыла глаза и медленно выдохнула, шрамы на спине заныли сильнее. Мелькнула спасительная мысль: “Хорошо, что завтра у меня выходной!”

И в этот момент телефон у Наденьки вновь разразился трелью звонка.

Анжела резко проснулась, телефон, лежащий рядом с кроватью, разрывался входящим звонком.

Сон! Всего лишь сон! Но такой четкий и красочный, что шрамы на спине заныли. Телефон звонил, но не во сне, а в реальности.

— Хрен тебе, Быков, а не я! — выдохнула она в пустоту квартиры и резко села на кровати, приходя в себя. — Сидишь там, в своих европах, вот и сиди!

Телефон продолжал разрываться входящим звонком. Анжела дотянулась до аппарата — звонили из ветклиники.

— Умеют вовремя позвонить, — улыбнулась и приняла вызов.

— Анжела Александровна, извините, что беспокою в Ваш выходной, но у нас тут Ваш пациент бузит. Никого к себе не подпускает! — на заднем фоне говорившей слышался лай собаки. — Сергей к нему не может подойти.

— Кто именно? — спросила, уже вставая с кровати.

— Рэй. Опять с болью в ушах приехали.

— Настюш, скажи Сергею, что я буду через полчаса. Пусть не подходит к Рэю. И да! Хозяину тоже скажите, что я сейчас подъеду, пусть успокоит своего красавца.

— Сделаем, Анжела Александровна! — выдохнула радостно девушка и положила трубку. Она точно знала, если хозяйка сказала, что будет через полчаса, значит, так и будет — это все знали.

Анжела наскоро собралась, умылась и вышла из квартиры. Кофе она и на работе выпьет. Там её ждет пациент, который доверяет только ей.

Рэй — это немецкая овчарка семи лет. Интеллигентный, умный, выдрессированный. Команды исполняет по одному жесту своего хозяина, но вот до жути боится врачей. Чтобы этот красавец, с родословной почти такой же как у английской королевы, не боялся, ему надо было давать держать в зубах медицинскую перчатку. Новую, просто держать и все.

Эту особенность пса сама Анжела когда-то случайно обнаружила. С тех пор прошло шесть с половиной лет, вот так теперь и лечат бедолагу, когда случается ему заболеть.

Анжела открыла входную дверь из квартиры и вышла. И первое, что она увидела, была огромная корзина кремовых роз, стоящая на коврике перед дверью. Ей не надо было смотреть на карточку, которая торчала в букете, она и так знала, от кого эти цветы.

— Вот же твердолобый и непробиваемый какой, а! — ругнулась, подхватывая тяжеленную корзину.

Вышла из подъезда, огляделась и увидела черный внедорожник, за рулем которого сидел молодой парень. Она уже знала, что это человек Слободского. Точнее, конечно, Киборга, но по факту, да, Валерия Слободского.

Решительно подошла к машине, поставила на асфальт корзину с цветами и направилась к своему автомобилю. Мельком увидела ошарашенное выражение на лице соседки с первого этажа, кивнула ей, здороваясь, и села за руль.

— Ну вот как еще мужику объяснить, что у нас с ним ничего не получится, а? — бубнила, заводя двигатель.

Бросила в сердцах, имея в виду именно Слободского:

— Баран самоуверенный! Сегодня же еще раз проговорю, раз с первых четырех… а, нет, теперь уже пяти раз не понимает человек!

К тому моменту, когда Анжела подъехала к зданию своей ветклиники, в приемной наступила тишина.

— Всем привет! — Анжи вошла в фойе и первым делом подошла к мужчине с немецкой овчаркой, обратилась не к человеку, как того следовало ожидать, а к его псу: — Рэй, не стыдно тебе, а? Ты почему не подпускаешь к себе врача? Сергей профессионал своего дела. Нехорошо, некрасиво так, понимаешь?

Пес, увидев Анжелу, радостно вильнул хвостом и жалобно заскулил, преданно глядя ей в глаза.

— Анжела Александровна, простите! — вмешался в диалог между врачом и своей собакой владелец. — Наотрез отказался подпускать вашего специалиста! Наотрез!

— Все нормально, Иван Михайлович. Не переживайте, — Анжела улыбнулась, — дайте мне пять минут. Сейчас полечим Вашего красавца.

Того, о чем сейчас говорил парень из охраны со Слободским, Анжела, понятное дело, не слышала.

— Взяла цветы? — Валерий приготовился улыбаться, но неожиданно услышал:

— Нет, не взяла. Вынесла их на улицу и поставила передо мной.

— А ты?

— А я закинул их по-быстрому в багажник и поехал за ней.

Парень слышал, как шеф выматерился сквозь зубы и лишь потом спросил:

— Куда поехали?

— На работу.

— Сегодня? Она же выходная… — начал говорить, но оборвал сам себя Валерий. — Ладно, забей. На работу, так на работу. Всё. До связи!

Слободский оборвал звонок и уже потом выругался еще раз.

— Характер свой показываешь, да? Ладно! Уважаю! Значит, зайдем с другой стороны, — с этими словами он нашел в контактах номер телефона владельца самого популярного в городе ресторана и набрал его:

— Петрович, здоров! Столик на двоих у тебя на сегодня нужен. Сделаешь?

— Здоров, Валер. Сделаем.

— Отлично. Я твой должник!

— Замётано!

Глава 2

Анжела вышла из клиники лишь ближе к вечеру.

Да, в свой выходной. Да, она не должна была брать кого-то еще, но как отказать, когда животные ждут твоей помощи?

Кошки, собаки и даже был один енот.

Вышла на улицу, вдохнула полной грудью, и тут её взгляд упал на роскошный автомобиль небесно-голубого цвета, только что въехавший на их парковку.

Сергей, чья сегодня по графику была рабочая смена, вышел вместе с ней. Они стояли, молчали и смотрели на роскошный продукт британского автомобилестроения.

— Хрена себе! — присвистнул парень. — Как думаешь, кого привезли?

— Одного барана. Род твердолобый, семейство самоуверенный. Слышал о таких? Нет? Ну так познакомься! — прозвучал довольно резкий ответ.

Парень перевел удивленный взгляд на начальницу и усмехнулся:

— А, ну ясно! Помощь моя нужна?

— Нет, Сереж, спасибо. Сами разберемся!

Подчиненный хмыкнул и, увидев выходящего из машины крупного мужчину, который к тому же еще и не сам был за рулем, предпочел скрыться внутри помещения.

— Анжела, добрый вечер.

— Был, ровно до того момента, пока ты не появился, — не стала церемониться. — Слободский, вот что непонятного было в моих словах, когда я говорила, что между нами ничего не может быть?

— Я тебя услышал. Но на ужин-то ты можешь со мной съездить? — не стал тянуть кота за все подробности Валерий. — Сомневаюсь, что ты сегодня успела нормально поесть. Я, кстати, тоже еще не ужинал, вот и предлагаю всего лишь сделать это вместе.

— Не успела, — не стала Анжи отрицать тот факт, что голодна, — но, боюсь, что и в твоей компании, Слободский, у меня это не получится.

— А ты не бойся, — мужчина улыбнулся улыбкой голливудской звезды, — соглашайся. Потом ведь, как говорится, не попробуешь, не узнаешь, верно? Анжела, ты же даже не знаешь, от чего отказываешься!

— А от чего, кстати? — зачем-то всё-таки спросила.

— От ужина в ресторане “Классика вкуса”.

Анжела, услышав название заведения, задумалась. О том, что туда просто так, без заблаговременной, желательно за месяц, брони столика было не попасть, она знала. Как знала и о том, что гостей в джинсах запросто могли и не впустить. В нынешний век повсеместной ориентированности под клиента звучит странно, но да, этот ресторан мог себе позволить предупреждать гостей о дресс- коде.

Анжи, как и подавляющее большинство женщин, любила джинсы и с удовольствием их носила. Тем более, как сегодня, на работу.

Слободский не мог не знать о дресс-коде, сам он был одет в костюм и видел, что Анжела сейчас была в джинсах. План у неё созрел мгновенно.

— А поехали, Валер! Вот прям сразу! Отсюда. Или сейчас, или больше никогда!

Мужчина расплылся в широкой, во все тридцать два зуба, улыбке и сделал приглашающий жест в сторону своего авто. Анжела мысленно чертыхнулась — её коварный замысел разгадали, но похоже, что Слободского не смущала её неподходящая для похода в ресторан одежда.

“Даже ведь оценивающим взглядом не окинул, паразит, сразу пригласил ехать! Да, мать, похоже ты сама себя перехитрила!” — констатировала мысленно и шагнула к шикарной машине. Однако в душе еще теплилась надежда, что их не пустят в ресторан.

А потом, пока они стояли в пробке, Анжела вспомнила про маленький и уютный ресторанчик, принадлежащий одному из своих знакомых.

Кормили там по-домашнему вкусно, а место было мало кому известно по той причине, что не захаживали в него такие вот как Слободский. Не по статусу им было в таких местах бывать!

А что, если…

— Слободский, а что, если я предложу посетить другое место?

— Что за место?

— Тебе его название ничего не скажет. Но кормят там вкусно. Валер, слабо поужинать не на золоте и хрустале, а на обычных тарелках?

— Куда ехать?

— Там камин с живым огнем. Не боишься, что твой костюм костром провоняет? — предприняла последнюю попытку.

— Куда ехать? — повторил с нажимом.

— Окей! — Анжи достала телефон, нашла адрес и продиктовала его водителю. Тот перевел вопросительный взгляд на шефа, получил согласный кивок и на следующем перекрестке свернул.

До ресторанчика они доехали за десять минут.

— Анжела Александровна! — хозяин, увидев вошедших, расплылся в счастливой улыбке. — Наконец-то!

— Саш, посоветуй, что сегодня твоему шеф-повару особо удалось?

— Анжела, для тебя всё, что угодно! Мясо или рыбу предпочитаете?

— Стейк! — произнесли оба не сговариваясь.

— Будет сделано, — расплылся в улыбке хозяин. — Вина или чего покрепче?

— Мне вина.

— Мне тоже, — вновь поддержал Валерий.

— Под вино, пока готовится мясо, предлагаю сырную и овощную тарелки.

— Неси! Саш, целый день сегодня ничего не ела.

Хозяин убежал на кухню, и Слободский с интересом огляделся. Судя по его довольной улыбке, ему здесь явно нравилось.

“Да что ж ты будешь делать-то!” — в сердцах бросила Анжела мысленно.

— Валер, скажи честно, только я тебя очень прошу, давай без пошлых признаний в любви с первого взгляда, — начала Анжи после того, как им принесли вино и сырную нарезку, — вот чего ты ко мне привязался, а?

— Извини, но без признаний у меня не получится! — он усмехнулся. — Нравишься ты мне, Анжел. Очень. Я таких, как ты, еще не встречал.

Анжи, услышав его слова, тяжело вздохнула — непробиваем, а мужчина продолжил:

— Слушай, ну что мне сделать, чтобы ты поверила, а? Дай хотя бы шанс доказать, что я не шучу.

Анжела отхлебнула глоток вина, отщипнула кусочек мягкого сыра, прожевала и, глядя мужчине в глаза, спросила:

— Валер, скажи, а если мы с тобой переспим, ты от меня отстанешь?

Мужчина, услышав её слова, очень аккуратно поставил свой бокал с вином на стол и, глядя ей в глаза потяжелевшим вдруг взглядом, спокойно и уверенно произнес:

— Нет.

Анжела обреченно вздохнула:

— Слободский, вот что с тобой не так, а? Тебе баб, что ли, мало? Только помани, и любая побежит, а ты ко мне привязался. Ведь знаешь же, сколько мне лет. Зачем тебе женщина уже не первой свежести?

— Ты не осетрина, чтоб меня интересовала твоя свежесть! — рыкнул так, что Анжела невольно почувствовала себя нашкодившим ребенком, а Валерий продолжил: — Молодые дуры меня не интересуют. С ними не о чем трахаться, уж извини за прямоту. Так понятнее?

— Более чем! — Анжела хмыкнула, а мужчина продолжил:

— Только уж и ты, будь добра, скажи, что я делаю не так? Чем именно я тебя не устраиваю?

От такого прямого вопроса Анжела даже растерялась. Ответ на этот вопрос у неё имелся, только вот озвучивать его сидящему напротив мужчине она не собиралась. А её спутник тем временем продолжал:

— Анжел, я человек простой и как всякий нормальный мужик люблю конкретику. Зачем напускать туману там, где можно обойтись без него? — увидев, что Анжи сжала губы в узкую полоску, пояснил: — Я сейчас не о наших с тобой прошлых браках и половых контактах. Это меня меньше всего интересует.

— Даже та-а-ак? — протянула удивленно.

— Да. Так. И вот как раз потому, что мы с тобой оба уже “не первой свежести”, меня это и не интересует. Понятно, что мы оба имеем опыт прошлых отношений. Но как это должно влиять на наше с тобой будущее?

“Знал бы ты, как это влияет!” — с тоской подумала она, но вслух спросила:

— Тогда что именно тебя интересует? Разве ты еще не всё обо мне знаешь?

— Какие цветы любишь? Какие подарки предпочитаешь получать? Как любишь, чтобы тебя ласкали?

Услышав последний вопрос, Анжела поперхнулась.

Слободский среагировал мгновенно — встал, дотянулся до неё через стол и легонько похлопал по спине, между лопаток. От этого жеста мужчины Анжи непроизвольно сжалась — бадлон, который был сегодня на ней, тонкий, а это значит, что Валерий наверняка почувствовал рубцы на её спине. Не мог не почувствовать!

Слободский же вновь её удивил: едва только убедился, что она перестала кашлять, вернулся на свое место. И как она ни пыталась рассмотреть хоть какой-то вопрос на его лице, не смогла этого сделать. Либо он не почувствовал шрамов, либо слишком хорошо умеет держать лицо.

“Скорей всего, второе”, — решила Анжи, а мужчина продолжил говорить:

— Не люблю я все эти шарады, Анжел. Вырос я уже из того возраста, когда надо стоять сначала в ювелирном, гадая, золото какого цвета предпочитает твоя женщина. А потом точно так же стоять в цветочном, мучаясь вопросом: какие же цветы любит моя женщина? Розы? Лилии? Тюльпаны? А сколько штук? Тридцать пять или семь?

— Пионы. Розовые. Максимум три ветки, — ответила, удивив сама себя. — Ювелирку не люблю. Того, что у меня есть, мне достаточно. Подарки предпочитаю принимать в качестве пожертвований приюту для брошенных животных.

Слободский коротко кивнул, давая понять, что услышал.

— И еще одно, раз уж у нас с тобой такой откровенный разговор. Слободский, зачем ты за мной следишь?

— Я не слежу. Я оберегаю.

— От кого? — внутри у неё всё похолодело только от одной мысли о том, от кого её действительно надо оберегать. Неужели вернулся в страну? Вопрос о том человеке даже едва не сорвался с её губ, но она сдержалась.

— От посторонних и их ненужного тебе интереса! — последовал резкий ответ.

— Валер, нет никаких посторонних и нет никакого интереса!

— Это ты так думаешь, поверь.

— Значит, не уберешь своего человека? — уточнила, хотя и так уже знала, что ответит.

— Нет, не уберу, — сказано это было вроде бы и спокойно, но мелькнувшая в голосе сталь сказала больше.

А потом, дома, лежа в своей постели, она вспоминала их ужин и более чем странный разговор. Анжеле не спалось, Слободский неожиданно разбередил в её душе то, о чем сама она уже даже и не мечтала. Запретила себе об этом мечтать.

Встала, прошла на кухню, чтобы выпить кофе, и пока в турке закипала вода, Анжела подошла к окну, выглянула и не увидела на парковке черного джипа. Прижалась лбом к прохладному стеклу и выдохнула:

— Нет, Валерий Антонович, не нужны тебе еще и мои проблемы с заморочками. Не нужны… Не имею я права еще и твою жизнь разрушить…