Kitabı oxu: «Как мама была маленькой. Книга для дружбы детей и родителей»

Иллюстрация: Юлия Стоцкая

© Елена Колина

© ООО «Вимбо»

Елена Колина – семейный психолог, писатель, автор более 20 книг, основатель школы чтения «Ленивый отличник»

@lazy_otlichnik_spb

Однажды мы сталкиваемся с проблемой (ребенок не уверен в себе, или его обижают, с ним не хотят дружить) – и что нам делать?! Мы открываем интернет, в нем в море информации, но так и остаемся с вопросом, что же нам все-таки сказать ребенку?! В книге после разбора конкретной проблемы приведены 10 слов, которые вы можете сказать ребенку, если…

«При чтении рассказа «Как Маленькую Маму обижал мальчик» выяснилось, что у моего сына в школе серьезный конфликт. Мы вмешались, и ситуация быстро разрешилась. Спасибо автору и школе «Ленивый отличник», страшно подумать, что было бы, если бы ребенок молчал!»

Маргарита Навроцкая, сыну 8 лет

«Ребенку читали в школе «Ленивый отличник» рассказ «Как Маленькая Мама была гением». Когда обсуждали рассказ, оказалось, что сын боится, что мы его разлюбим, если он не сможет быть лучше всех. Удалось убедить, что это не так! До этого он все бросал, а теперь мы ходим в бассейн и на дзюдо, у нас началась просто другая жизнь».

Светлана Канунникова, сыну 7 лет

Предисловие

Зачем эта книга и как вышло, что я ее написала

Моя дочь Машка в детстве сочиняла, врала, хитрила, пряталась в дупле дерева, летала в простыне и исправляла двойки на пятерки с плюсом. Многие люди качали головой и говорили: «Она у вас с характером» или «Она у вас не ангел» или просто качали головой. Она была не ангел, а Машка. Машка была смелая и добрая девочка и иногда делилась конфетами.

Машка выросла, у нее есть сын Марк. Марк смелый и добрый и иногда делится конфетами. Как-то раз в жизни Марка случилась история, которую он тяжело переживал, хотя нисколько не был в ней виноват: то, что случилось, совсем от него не зависело, ну просто нисколько!

Марк сильно переживал, а взрослые переживали в сто раз сильней или в тысячу. Марк шел играть, а взрослые не могли пойти играть и переживали весь день и всю ночь. Так уж мы устроены: еще сильней переживаем то, что совсем от нас не зависит.

Чтобы утешить Марка и себя тоже, я начала рассказывать ему о детстве его мамы, Машки. Там, в прошлом, она была маленькой девочкой, но для него оставалась мамой – Маленькой Мамой. Я хотела, чтобы Марк понял, что в жизни Маленькой Мамы тоже случались сложности. Чтобы он понял: жизнь длинная, сегодня одно, а завтра совсем другое. Как только поймешь, что плохое и трудное случается не только с тобой, но и с другими людьми, становится ясно: это нормально, и можно как-то пережить.

Мы с Марком много смеялись, потому что с Маленькой Мамой случались разные смешные случаи. Маленькая Мама начинала говорить, как только открывала глаза. Она говорила за завтраком, обедом и ужином, с родственниками, друзьями и прохожими. Когда ее спрашивали, уверена ли она, что ей есть что сказать, Маленькая Мама честно отвечала: «Я просто хочу поразговаривать». Если Маленькая Мама оставалась одна, то разговаривала сама с собой.

Я хотела, чтобы Марк стал лучше понимать себя и других людей. Надеюсь, так и случилось. Но вышло так, что и я стала лучше понимать себя и других людей. И Маленькую Маму я теперь понимаю лучше, чем понимала свою дочку много лет назад.

Вот, например, почему Маленькая Мама хотела всегда быть со мной, каждую минуту? Почему ждала меня под дверью ванной комнаты и на одной ноте выводила «ааа-ааа-ааа…»?.. Я торопилась, обжигалась горячей водой, сердилась. Мне казалось, что Маленькая Мама вредничает. Но что, если ей было страшно и одиноко?.. Мы никогда не узнаем, что чувствует другой человек, нам остается только представить себя на его месте. Кто-то, без кого нам плохо, ушел в ванную, хотели бы мы, чтобы он поскорей вернулся к нам? Вот то-то и оно.

Эта книга для всех, кому за 6.

Почему эта книга для всех, кому за 6? Потому что адресат книги про детство – просто человек, тот, кому за 6. Я очень хотела, чтобы не было такого, что взрослый читает ребенку и изнывает, когда же это закончится. Надеюсь, что мамы и папы вспомнят себя, улыбнутся и станут лучше понимать своих детей. А дети прочитают книжку про радости и горести Маленькой Мамы и станут лучше понимать родителей, бабушек и дедушек и друзей. В общем, я надеюсь, что эта книга послужит всеобщему пониманию и любви.

Гид по книге

Кому читать эту книгу

Конечно, в процессе чтения и обсуждения происходит очень важное: развитие ребенка. Когда ребенок думает и говорит о чувствах, у него развивается эмоциональный интеллект. Когда ребенок отвечает на вопросы, он учится рассуждать, у него развивается речь. Получается, эта книга тем, кто хочет развиваться. Но не только. Эта книга тем, кто любит, когда смешно.

Вот, к примеру, шестилетний читатель спрашивает:

– А как одевались люди в детском саду, когда мама была маленькой?

– В шкуры. Люди в детском саду одевались в шкуры.

– ПРАВДА?

– Нет. Это шутка. Девочки были в платьях. Мальчики в коротких штанишках на колготки.

– Мальчики в колготках?! Ах, ну да, это же было доисторическое время, когда были динозавры.

– Динозавры тоже были в штанишках на колготки.

– ПРАВДА?

– Нет. Это шутка.

Шестилетние читатели очень хорошо понимают шутки, хохочут, заливаются. А уж читатели постарше и подавно.

Тем, кому от 6 до 10 лет. Дети 6–7 лет – самые беззащитные. Это самый беззащитный и трудный возраст. Из теплого, уютного семейного мира ребенок выходит в большой мир, но он еще не умеет выразить словами свои чувства, не умеет искать ответы в книгах, не может, как подросток, найти поддержку в разговорах с друзьями. Он еще маленький. Маленький, но достаточно взрослый, чтобы чувствовать одиночество или страх.

И знаете, что самое обидное? Что ребенок мог бы не быть одиноким! Ребенок в этом возрасте еще совершенно открыт маме и папе или другим близким взрослым, радуется их пониманию и с благодарностью принимает поддержку. Мы просто не знаем, как предложить поддержку и понимание, как приоткрыть эту дверь и спросить, все ли хорошо, чем мы можем помочь… Мы заботимся о своих детях, волнуемся, переживаем и при этом не часто задумываемся – а друзья ли мы и как нам стать друзьями.

Возраст от 6 до 10 лет самый главный, самый решительный, чтобы подружиться со своими детьми. До шести лет дети кажутся нам слишком маленькими, чтобы с ними дружить и обо всем разговаривать, а после десяти лет мы кажемся им не совсем подходящими для дружбы… А вот сейчас – самое время дружить.

Мальчикам и девочкам. Эта книга про девочку, девочкам читать само собой, но особенно читать мальчикам!

Итак, эта книга обращена к мальчикам и девочкам 6–10 лет и их родителям.

Те, кто постарше, от 10 лет до старости, тоже могут читать, потому что в историях Маленькой Мамы не важен возраст, а важно то, что она чувствует. И мы все в разном возрасте часто чувствуем одно и то же или похоже. Например, Маленькая Мама хочет подружиться с одной девочкой, а девочка не хочет с ней дружить, и Маленькая Мама ужасно переживает – так ведь это с человеком в любом возрасте может случиться.

Если старшие дети захотят почитать эту книжку своим младшим братьям и сестрам, то в разделе «Спросите ребенка» они найдут вопросы и для себя (эти вопросы помечены «Для умных взрослых детей») и смогут не только спросить младших, но и сами ответить на вопросы и подумать о важных вещах.

Как читать эту книгу, чтобы подружиться с ребенком и поговорить с ним на важные темы, затронутые в книге

Сначала мы, конечно, читаем рассказ. Читаем ребенку или читаем вместе с ребенком (по очереди, по ролям) или же ребенок читает сам, если он уже бегло читает. Затем обсуждаем. Мы говорим на важные, сложные темы: каково быть «гением» или жадиной, и как это, когда с тобой не дружат, и как страшно, когда предстоит что-то новое… Но, пожалуйста, обратите внимание, это очень важно: мы говорим только о чувствах и поведении Маленькой Мамы!

Мы не говорим с ребенком о нем самом, о его чувствах и поведении. Мы не спрашиваем: «А как ты…» или «А как у тебя…». Почему? У каждого человека есть своя приватная зона, и все, даже самые маленькие, захотят – пустят нас туда, не захотят – не пустят. Если ребенок скажет нам, «как у него», то он сам скажет, без нашего «а ты, а у тебя?..». Но о себе ребенок, скорее всего, не станет говорить. Мы ведь тоже ни за что не скажем этого маме, правда?:)))

Это трудно, совсем не все могут быть откровенны. И даже если бы ребенок захотел с нами поделиться, он просто не найдет для этого слов. Не ответит нам, чего он боится, что чувствует, переживает ли в данный момент обиду или разочарование. К примеру, ребенок может сказать: «Не хочу ходить в школу», но не расскажет, чего боится больше: негативного отношения взрослых (например, учительницы), или же он опасается других детей, или его страшит все новое. Мы не хотим нарушать личные границы ребенка. Мы обсуждаем только чувства и поведение Маленькой Мамы, и мы становимся ближе, потому что говорим о важном и трудном, о том, что она чувствует, из-за чего переживает, и как быть…

В каждом рассказе есть раздел «Спросите ребенка».

«Спросите ребенка»

Вопросы из раздела «Спросите ребенка» дают возможность поговорить обо всем не стесняясь – и как страшно бывает одному в чужом месте, и как противостоять травле, и что делать, если с тобой не дружат, и как понять себя и своих друзей, и маму, и папу… как понять другого человека.

Мы задаем каждый вопрос медленно, так, чтобы убедиться, что ребенок понял, о чем его спрашивают. И внимательно слушаем ответ. Мы помним, что говорим только о Маленькой Маме, а не о самом ребенке.

По ответу ребенка о чувствах или поведении Маленькой Мамы мы можем судить о многом: о степени его понимании чувств других людей, о его отношении к проблеме и о стратегии поведения самого ребенка в подобной ситуации.

Например, если на вопрос, что делать Маленькой Маме, когда ее обижает мальчик в школе, ребенок между вариантами «пожаловаться», «подраться» или «молчать и терпеть» выбирает «молчать и терпеть», мы понимаем, что именно эта стратегия ему близка и окажись он в подобной ситуации, то, скорей всего, выберет именно это – будет молчать и терпеть.

В этом случае не стоит набрасываться на него с вопросами: «Тебя что, обижают?!», «Скажи мне, кто тебя обижает?!» Для начала стоит спокойно об этом подумать: не приходит ли ребенок грустный из школы, есть ли у него друзья и как он с ними общается. Задуматься – это уже очень много. Мы не используем ответы как руководство к немедленному действию. Мы думаем.

Что нам делать, если нам вдруг очень захочется спросить: «А что бы ты сам сделал», «А как бы ты поступил…»?

Если нам очень захочется спросить, мы на одну минутку задумываемся. И задаем себе вопрос: а есть ли нужда в этом прямом обращении к ребенку? Выбор, конечно, остается за родителями, но, если подумать, ответ ребенка на вопрос о Маленькой Маме нам уже все сказал: ребенок поступил бы так же.

Ребенок всегда выбирает вариант ответа, исходя из своих взглядов на мир. Выбирает правильный, на его взгляд, способ действия и отношения с миром, например, вариант «подраться», потому что хотел бы поступить именно так, но в реальной жизни робеет, не чувствует в себе сил. И в этом случае нам есть, о чем подумать.

Если ребенок не отвечает на вопрос, не настаивайте. Возможно, ребенку не понятен вопрос. А может быть, он не хочет на него отвечать. Это важно! Это очень важно. Иногда если ребенок не отвечает на вопрос, это может быть самым важным, самым информативным ответом. Тогда мы можем отложить этот вопрос, а спустя какое-то время к нему вернуться.

Пожалуйста, обратите внимание!

«Спросите ребенка» – это не точное наше знание за подписью и печатью. Это проводник в душевный мир ребенка, чтобы дружить и быть рядом, если понадобится наша помощь.

Вопросы с меткой «эмоциональные». Это вопросы для развития эмоционального интеллекта. Иначе говоря, для того, чтобы ребенок учился понимать чувства других людей.

Например. Что произошло с Маленькой Мамой, когда она отомстила дяде Саше:

– ей стало легко и приятно;

– она поняла, что теряет друга, и расстроилась.

Есть вопросы, на которые можно выбрать разные варианты ответов. Есть вопросы, где нет правильных и неправильных ответов, ведь у всех нас, и у взрослых, и у детей, разные мнения, разные взгляды и чувства. Но здесь приведен пример, когда первый вариант ответа – «точно неправильный»: в рассказе ясно сказано, что чувствует Маленькая Мама: она потеряла друга и очень переживает.

Что означает, если ребенок дает «точно неправильный» ответ? Нам пугаться, нервничать, думать, что у него что-то не так с эмоциональным интеллектом, он «вообще не понимает, что чувствуют другие люди»? Ну, точно – не пугаться. Возможно, ребенок не понял вопроса. Возможно, если переспросить, окажется, что он все понял и просто построил свою логическую цепочку (например, «ей стало легко и приятно, а потом она поняла, что теряет друга, и расстроилась»).

Возможно, у него есть свой взгляд на ситуацию.

Ну, а если ребенок раз за разом дает «неправильные» ответы? В этом случае можно перечитать рассказ, остановиться в нужном месте, объяснить, обсудить и еще раз переспросить. Затем еще раз переспросить! И еще раз объяснить, если есть необходимость. Это важно.

Вопросы с меткой , «стратегические». Получив ответы на эти вопросы, мы сможем обсудить стратегию поведения, например, как действовать, если тебя обижают в школе, как относиться к новому, как строить отношения с друзьями, и так далее.

Иногда прежде, чем задавать вопросы, лучше сначала спросить ребенка: «Как ты думаешь, что делать Маленькой Маме?»

Например. Маленькую Маму называют в лагере Ильей. Что Маленькая Мама могла сделать, чтобы себя защитить? Интересно, какой выход предложит сам ребенок, как, по его мнению, можно справиться с ситуацией?

Ну, а если ребенок не предлагает решения, тогда уже вместе рассмотреть варианты ответов:

– сказать воспитательнице, что не станет откликаться на чужое имя;

– ничего не делать, продолжать откликаться на чужое имя;

– попросить родителей забрать ее из лагеря.

Вопросы с меткой , «философские». Это разговор «О Самом Главном»: обязательно ли наказывать человека за плохое поведение или можно просто простить, должны ли дети терпеть грубость взрослого человека, что такое «наши принципы», почему нам ничего не жаль для тех, кого мы любим… обо всем, о чем мы, как правило, не говорим с детьми в обыденной жизни, а вот сейчас у нас появляется повод поговорить с ребенком о главном.

На первый взгляд это вопросы сложные, «философские», и у детей не может быть на них ответа… Но у детей есть ответы, попробуйте, спросите, – у детей есть свои взгляды, чувства и мысли.

Вопросы с меткой , «Для умных взрослых детей». Это вопросы для тех, кто уже вырос настолько, чтобы читать эту книгу своим младшим братьям и сестрам. В каждой главе есть такой вопрос: ведь как бы нам ни было интересно, что думают другие, все же хочется, чтобы хотя бы один вопрос был адресован лично нам. Здесь важно не дать или получить «правильный ответ», а задуматься, ответить самостоятельно.

Как задавать вопросы

Мы помним, что это не тест, а дружеский разговор. Поэтому мы не перечисляем сразу все варианты ответов, а начинаем разговор со слов: «Как ты думаешь?» или «Как по-твоему» или даже «Прикинь…»:))).

Иногда ребенок не может воспринять все вопросы сразу. Иногда ему нужно дать подумать.

Не обязательно отвечать на все вопросы к рассказу за один раз, за один разговор. Можно, и даже очень хорошо, вернуться к вопросам попозже или на следующий день. Сказать: «Помнишь, мы вчера читали, как ты думаешь…» Таким образом тренируется память ребенка, и способность вспомнить, что именно чувствовал, и умение выразить свои чувства словами.

Когда ребенок ответит на вопрос, мы ведь должны как-то отреагировать?.. Да, конечно. Не стоит говорить: «Молодец!» или «Да ты соображаешь!». Тем более не стоит разочарованно говорить: «Нет, все-таки ты еще маленький!» или настаивать: «Ну подумай еще, подумай!» Наше отношение к мнению и чувствам ребенка должно быть бережным, нежным. Мы можем сказать: «Понятно», «Да» или просто кивнуть. Ведь у нас дружеский разговор. Не тест, не экзамен, не проверка развития. Друзья не оценивают друг друга.

И последнее. В вопросах часто встречаются слова «мама и папа». Не у всех есть мама и папа. Книгу, конечно же, будут читать те, у кого только мама, или только папа, или только бабушка. Вы сможете мгновенно, на лету, переделать вопросы: «Как ты думаешь, могут мама и папа» или «Как ты думаешь, должны ли родители…» в соответствии с конкретными обстоятельствами или просто переделать на «взрослые», как захотите.

И совсем последнее.

Иногда к разделу «Спросите ребенка» добавляются «Комментарии для взрослых». Бывает так, что комментариев, дополнений и анализа ответов не требуется. Иногда будет лучше, если вы проанализируете ответ ребенка сами.

Иногда автору хочется что-то сказать. Вот, например, автор хочет сказать несколько слов по поводу рассказа о разводе родителей Левочки, друга Маленькой Мамы. Конечно, рассказ не только о разводе, а также о дружбе, и о сочувствии, и о понимании. Но все-таки в рассказе «У Левочки было два звездных неба» мы узнаем, что случилось плохое – родители Левочки развелись и перед детьми стоит вопрос, как с этим быть.

Вот тут возникает вопрос. Не знаю, нужно ли обсуждать тему развода с ребенком, если он сам с этим не столкнулся. Возможно, я подумала бы, что не хочу заронить в его голову мысль, что мама с папой могут расстаться, что его прекрасный добрый мир может расколоться, как грецкий орех, и дальше ему плыть в расколотой половинке.

Но, может быть, я подумала бы так: среди друзей, дома и в школе, есть дети, у которых родители в разводе, просто не может не быть! И ребенок должен знать, как ему к этому относиться. И даже, может быть, чем раньше ребенок поймет, как к этому относиться, тем лучше для ребенка, для его отношений с миром: ведь чем больше наш ребенок знает и понимает, тем выше его личная степень безопасности.

Может быть, я решила бы так, а может быть, этак. Оставить ли развод запретной темой, темой «узнает, когда вырастет»? Отнестись к теме развода, как к обыденной, пусть и драматичной, и печальной, и болезненной? Не знаю, решайте сами. Я все-таки склоняюсь к тому, чтобы всем детям, не только тем, кто столкнулся с разводом, а всем детям прочитать рассказ «У Левочки было два звездных неба». Этот рассказ хоть и про развод, но все равно про счастье.

И наконец, «10 слов, которые мы можем сказать ребенку, если…».

Каждый рассказ завершает формула «10 слов, которые мы можем сказать ребенку, если…». Так часто случается, что мы все знаем, все прочитали, обо всем подумали и все предусмотрели, но вот что сказать ребенку, не знаем. Что сказать ребенку, если он идет в новую школу, в первый класс, если он нервничает, если его обижают и если он обижает других…если жадничает и если раздает все свое… если с ним не дружат и если не дружит он… если, если, если… Это очень удобно – всегда иметь под рукой 10 слов, которые мы можем сказать ребенку.

У каждого человека есть свой мир.

СВОЙ МИР

Нам нужно знать СВОЙ МИР Маленькой Мамы, чтобы не запутаться. В бабушках особенно легко запутаться. Казалось бы, две бабушки не так уж много, но можно запутаться.

Где именно находился СВОЙ МИР Маленькой Мамы? Маленькая Мама жила в Петербурге, рядом с Таврическим садом. Таврический сад был СВОЙ МИР: песочница, клумбы, дорожки. Качели.

Свой мир маленькой мамы

Мама Маленькой Мамы. Маму зовут Ляля. Ляля, конечно, главный человек в СВОЕМ МИРЕ.

Маленькая Мама называет маму по имени, Ляля, а Ляля называет ее Мура или Мурочка.

Когда Маленькая Мама родилась, Ляля училась в институте. Когда Маленькая Мама пошла в детский сад, Ляля окончила институт. Можно сказать, они вместе росли.

Вторая бабушка Маленькой Мамы, папина мама.

Почему мы с нее начинаем, если она вторая? Потому что она вторая, неглавная. Пусть хотя бы в Своем Мире будет на первом месте. Мы с нее начнем, чтобы ей не было обидно, а расскажем о ней позже.

Главная бабушка, мамина, Лялина мама. Она могла забежать к Маленькой Маме домой, когда хотела, и начать переживать прямо в прихожей: «У ребенка нет котлет и сырников! А я как раз принесла…» Главная бабушка с Дедом жили недалеко от Маленькой Мамы. Маленькая Мама на третьем этаже, а они на пятом. Спрашивается, почему бы Главной бабушке не забежать иногда к внучке, пять раз в день или восемь?

Как только Главная бабушка входила в дом, Маленькой Маме тут же трогали лоб и совали градусник: Главная бабушка больше всего на свете боялась, что Маленькая Мама заболеет. По ее мнению, жизнь Маленькой Мамы состояла лишь из опасностей и угроз. Если бы она могла, она держала бы Маленькую Маму на диване, под одеялом. На голове у Маленькой Мамы была бы надета шапочка, это уж не сомневайтесь.

Но ребенку нужно гулять, хотя бы иногда. В качестве прогулки Главная бабушка вывешивала бы Маленькую Маму за окно в сетке, как курицу. Маленькая Мама висела бы за окном в сетке, а Главная бабушка трогала бы ей лоб и совала градусник. А что, удобно.

Дед, мамин, Лялин папа. Его можно было легко отличить от других людей в доме: у него в руке всегда была ручка. Он рисовал крючки и цифры, где придется: на бумаге, на газете, на салфетке, на скатерти. Крючками и цифрами Дед выражал свои мысли, как другие люди выражают свои мысли словами. Он был довольно знаменитый ученый, профессор математики.

Не надо думать, что Дед был как обычный дедушка в сказках, с седой бородой и палочкой, а Главная бабушка была старушка в передничке. Они были довольно молодые, красивые люди, любили модные кофточки и ночевали в палатке. То есть Главная бабушка любила кофточки, а Дед ходил в походы и ночевал в палатке.

Вторая бабушка, папина мама.

Теперь пришло время поговорить о ней: просто подошла ее очередь. Если Главная бабушка могла забежать просто так, то Второй бабушке приходилось гораздо хуже. Ей приходилось звонить по телефону и спрашивать: «Вы дома? Я зайду!». Ей приходилось идти на кухню, открывать холодильник и кричать «Внимание! Смотреть на меня! Слушать меня! Что у ребенка на обед?!» Маленькая Мама удивлялась: зачем спрашивать, что на обед, если своими глазами видишь, что обеда нет?

Вторая бабушка всегда была одета в черный пиджак и черную юбку. Водитель возил ее на работу на черной машине. Думаете, она так сильно любила черный цвет? Возможно, да, а возможно, и нет.

Вторая бабушка была начальник. Она командовала людьми, заводами, троллейбусами. О ней говорили «ей бы полком командовать», из этого было ясно, что полком она не командовала. Маленькая Мама знала, что ее Вторая бабушка – второй человек в городе.

Взрослые говорили, что ей неприятно быть второй, неглавной бабушкой. Маленькая Мама не понимала: раз уж бабушке пришлось смириться с тем, что она второй человек в городе, почему же так трудно быть второй бабушкой?

Папа. Папа был большой. Почти один метр девяносто сантиметров, если быть точными, один метр восемьдесят девять сантиметров. Но, несмотря на размеры, он не занимал такого же большого места в СВОЕМ МИРЕ Маленькой Мамы.

Тут надо вот что сказать: все семьи разные.

В любой семье бывают сложности. В семье Маленькой Мамы была вот какая сложность: вся власть в этой семье была в руках бабушек. Мама, Ляля, была еще совсем юная, студентка. Обе бабушки командовали мамой, которой, как они считали, нельзя доверять ребенка. Но все же они были вынуждены признать, что она МАМА.

Но папу они не желали считать ПАПОЙ. Они думали: зачем может понадобиться такой юный папа, когда вокруг столько бабушек?

Этих двоих, папу и дочку, все время что-то отвлекало друг от друга. Им никогда не удавалосьпобыть наедине, так, чтобы только вдвоем: в доме всегда толпились бабушки.

Теперь представьте: Папа все время работал. Маленькая Мама все время росла. Бабушки все время толпились. Вот папа и не сразу понял, что он ПАПА.

Но потом папа и дочка друг к другу привыкли и полюбили друг друга.

Лялины друзья. Маленькая Мама считала, что они и ее друзья тоже. Это все, что нам нужно о них знать.

Левочка, хороший мальчик, его ставят Маленькой Маме в пример. Левочка живет в соседней квартире, он одного возраста с Маленькой Мамой. Маленькая Мама его не любит.

Знаете, почему? Маленькой Маме все время ставят Левочку в пример. Левочка Пушкина читает, а Маленькая Мама не может кашу доесть. Левочка умеет до ста трех считать, а Маленькая Мама в лужу упала. Левочка никогда не кусает бабушку. Левочка учится играть на скрипке. Левочка всегда первым здоровается. Левочка спокойно стоит, когда ему косу заплетают…Ой, нет, он же мальчик, у него нет косы… но все равно. Все равно, Левочка – лучше.

Теперь сами подумайте: за что же Маленькой Маме Левочку любить, если Левочка всегда лучше, а Маленькая Мама хуже?

Ася, лучшая подруга Маленькой Мамы. Она занимает важное место в СВОЕМ МИРЕ. Это ее родная душа. Родная душа – это кто-то очень близкий, тот, кто понимает про нас все. У Маленькой Мамы было две родных души, овечка с печальными глазами и Ася. Портрет овечки висел над кроватью Маленькой Мамы, ему сто лет или больше, и овечке сто лет или больше.

Кто-то скажет: так не может быть! Овца не может быть родной душой Маленькой Мамы, ведь они разного возраста. А вот и нет, может! Родные души не обязательно должны быть одного возраста.

Одноклассники Маленькой Мамы, учительница, директор школы, врач. Нет, пока нет. Они не занимали большого места в СВОЕМ МИРЕ. А вот Барби и пупсики – да.

Барби и пупсики. Тут вот какое дело. В СВОЙ МИР входили не только те, кого Маленькая Мама любила. Это были те, кто важны для нее. Они не обязательно любили ее, а она их. В разное время в СВОЙ МИР входили разные люди: например, мальчик, который ее обижал. Или девочка, с которой Маленькая Мама хотела дружить, а девочка, наоборот, не хотела. Эта девочка долгое время была на очень важном месте в СВОЕМ МИРЕ, хотя она так и не подружилась с Маленькой Мамой.

Итак, в СВОЙ МИР не обязательно входили те, кто любил Маленькую Маму.

И это не обязательно были люди. Важной частью СВОЕГО МИРА была очень страшная соседская собака, Маленькая Мама много о ней думала перед сном: укусит или все-таки не укусит. Когда соседи переехали, страшная собака перестала входить в СВОЙ МИР.

Это не всегда были живые существа. Иногда это были неживые существа. Например, в СВОЙ МИР входила большая книга «Сказки Андерсена» в порванной черной глянцевой обложке. Читать эту книгу было счастьем, и гладить ее, и нюхать тоже было счастьем.

И важное место в СВОЕМ МИРЕ занимала Барби. Также и пупсики.

Глава 1
Как Маленькая Мама безобразничала

Когда Маленькой Маме исполнилось четыре года, ее решили отдать в детский сад.

Бабушки долго спорили, когда ребенок будет готов к детскому саду. Главная бабушка, мамина мама, утверждала, что в девять. В 9 лет ребенок совершенно готов к детскому саду. Бабушку не смущало, что в 9 лет дети давно ходят в школу и Маленькую Маму уже не примут в детский сад.

«Ну, не примут и не надо», – говорила она.

Вторая бабушка, папина мама, считала, что ребенок должен быть в обществе с самого рождения. Получалось, что Маленькая Мама в свои четыре года уже опоздала в детский сад ровно на четыре года.

На семейном совете было решено, что Маленькая Мама готова к детскому саду. Но даже если нет, ни у кого уже нет сил с ней сидеть, поэтому Маленькую Маму нужно отдать в детский сад.

– Навсегда отдать? – спросила Маленькая Мама.

Когда Маленькая Мама поняла, что не навсегда, а на некоторое время, она успокоилась.

Маленькую Маму готовили к тому, как это будет: это будет совсем не страшно.

– Это не страшно! Совсем-совсем не страшно! А даже очень интересно! В детском саду много детей. Ты ведь хочешь играть с детьми? В детском саду много игрушек! Ты ведь хочешь много игрушек?

Маленькая Мама понимала: раз говорят, что не страшно, значит, будет очень страшно. Ее уже обманывали: сказали, что брать кровь из пальца не больно, как комарик укусит. Ничего себе комарик! Это было больно, как будто большущий комарище вцепился в ее палец!

В этот прекрасный осенний день с утра лил дождь. Ляля проснулась от будильника и подошла к кроватке, в которой спала Маленькая Мама. Маленькая Мама спала так сладко, что Ляля пожалела ее и решила не будить. И не разбудив, стала одевать.

Маленькая Мама с закрытыми глазами по очереди протягивала ноги и руки. Чтобы на нее натянули колготки, надели платье. Во сне Маленькой Маме казалось, что ее слишком уж сильно дергают туда-сюда. Но она так и не проснулась.

Маленькая Мама проснулась, когда ее начали причесывать. У нее в волосах застрял зеленый леденец на палочке. Вечером она тайком пронесла в кровать леденец, начала леденец сосать и уснула. Вот леденец и приклеился к голове.

– Давай отрежем от меня голову, чтобы не расчесывать, чик и все, – предложила Маленькая Мама. Это она со сна так сказала. Она имела в виду отрезать от головы леденец. Ляля сразу поняла, что она имела в виду отрезать леденец: чик и все. Так они и сделали, чик и все.

На звук «чик» дверь распахнулась, и в комнату ворвались люди. Люди громко кричали и отталкивали друг друга. Это были бабушки. Главная бабушка и Вторая бабушка.

Обычно в доме была максимум одна бабушка, а другая в это время была у себя дома или на работе. Но сегодня было не обычное утро. Сегодня Маленькая Мама впервые вступала в общество! И обе бабушки пришли проводить ребенка в общество, то есть в детский сад. Они давно уже поджидали под дверью, когда можно будет войти и начать провожать. Услышали звук «чик» и решили – пора.

Бабушки ворвались с криком «Что происходит?!» и с порога начали волноваться: что происходит? Почему ребенок еще не причесан? Почему не одет? Почему еще не кормлен? Почему вообще все?! А?!.. Они опоздают в первый же день! Безобразие!..

Особенно Вторая бабушка с выражением говорила «Бе-зо-бра-зи-е!» Она ведь была начальник и привыкла строго спрашивать со своих подчиненных.

– Вот и закончилось детство… детский сад, школа, институт, работа… – грустно сказала Главная бабушка.

– Начались трудовые будни! Детский сад! Школа! Институт! Работа! – весело сказала Вторая бабушка.

И добавила, что кому-то придется всю жизнь рано вставать и провожать ребенка в детский сад, в школу, в институт и на работу. И это будет не она.

Ляля заплакала. Она поняла, что это будет она. Ей было жалко себя и хотелось спать за все годы вперед.

За ней заплакала Маленькая Мама. Ей хотелось спать сейчас, немедленно.

За ней заплакали обе бабушки. Они провожали ее в детский сад так, будто Маленькая Мама уходила на войну. Кроме того, у каждой была своя личная причина плакать: как быстро проходит жизнь, что ребенок уже идет в детский сад… или какая-то другая причина.

После того как все поплакали, обиделись друг на друга и помирились, заплаканная Ляля повела заплаканную Маленькую Маму в детский сад. Обе бабушки остались дома. Но они не знали, что будет дальше.

Никто не знал, что будет дальше.

Ляля с Маленькой Мамой вошли в детский сад. Прошли в раздевалку. В раздевалке было много шкафчиков, на каждом шкафчике был рисунок: белочка, или зайчик, или вишенка. Воспитательница сказала Маленькой Маме, что она может выбрать себе шкафчик. Есть два на выбор, с зайчиком и с зайчиком.

– А с чертом у вас нет? – спросила Маленькая Мама. – Я хочу с чертом!

– С чертом у нас нет. Девочки должны любить зайчиков.

– А может, все-таки с чертом? – настаивала Маленькая Мама.

Воспитательница посмотрела на нее так, будто Маленькая Мама сама черт.

Воспитательница не знала, что Маленькой Маме читали сказку про доброго черта, и она хотела быть добрым чертом. До этого Маленькую Маму все понимали, но ведь в ее жизни не было чужих людей. Сегодня в ее жизнь вошли чужие люди, и она тут же столкнулась с тем, что ее не понимают.

– Тетя плохая, – громко сказала Маленькая Мама, – она мне не нравится.

– Ну надо же, а я всю жизнь мечтала тебе понравиться, – насмешливо сказала воспитательница.

И сама показала Маленькой Маме ее шкафчик с зайчиком.

Маленькая Мама насупилась. Прежде с ней никто не говорил насмешливо. Прежде ей ничего не навязывали. Если она хотела рисовать, ей давали карандаши и краски, а не начинали читать книжку, если ей хотелось надеть белые носочки, никто не надевал на нее колючие шерстяные носки.

Тут в раздевалку вошли бабушки. Обе бабушки! Они так соскучились по Маленькой Маме, что не усидели дома, помчались за Маленькой Мамой, как лисы по следу зайца. И теперь делали вид, что в погоне за зайцем случайно оказались в раздевалке детского сада. Зачем они мчались в детский сад? Ну, допустим, чтобы увидеть своими глазами, что Маленькая Мама жива, здорова и прекрасно себя чувствует.

И вот, наконец, настал момент, когда Маленькой Маме нужно было пойти в группу. Маленькая Мама туда из раздевалки поглядывала: никто ее не обманул, там были дети, много детей. И игрушки. Одно это Маленькой Маме уже не понравилось. Дома все игрушки были ее, а здесь общие, каких-то там других детей.

Все присутствующие поцеловали Маленькую Маму, кроме, конечно, воспитательницы.

– Ну иди, – сказала Ляля и слегка подтолкнула Маленькую Маму в спину.

И тут произошло то, чего никто не ожидал.

Никто не ожидал, что в раздевалку примчатся все, кто работает в детском саду. Воспитательницы, нянечки, и даже заведующая детским садом прибежала из своего кабинета. И повариха прибежала из кухни, с поварешкой.

Все они подумали, что в детском саду случился пожар. Начался пожар, и приехала пожарная машина. У пожарной машины есть сирена, сирена громко воет на всю улицу. Вот так: УУУУУУ!

Но это выла не сирена, это выла Маленькая Мама. Она вцепилась в Лялю и орала: «УУУУУ!»

Дело было в том, что Маленькая Мама передумала. Она думала, что хочет детей и игрушки, но оказалось, нет, не хочет. Так бывает: думаешь, что хочешь чего-то, но когда наступает время, оказывается, что не хочешь. У взрослых тоже бывает, не только у детей.

– УУУУУ! – вопила Маленькая Мама.

Дети, высунувшись из всех дверей, смотрели на нее с уважением. Ведь это не часто встречается, когда такая не слишком крупная девочка умеет так громко орать.

То, что происходило дальше, было похоже на сказку «Репка», где все, уцепившись друг за друга, тянут-потянут репку, а вытянуть не могут.

Воспитательница потянула Маленькую Маму к себе. Маленькая Мама вырвалась из ее рук и вцепилась в Лялину куртку. Затем Маленькая Мама сказала «ррр» и немного оскалилась. Она однажды видела, как собака вцепилась в кость и хозяин пробовал эту кость у нее отобрать. Вот это Маленькая Мама и имела в виду: она ни за что не отпустит куртку, будет рычать и скалиться. Маленькая Мама рычала не без задней мысли: пусть лучше воспитательница думает, что она собака.

Теперь считают, что ребенку нельзя давать кричать и плакать. Теперь бы Маленькую Маму тут же увели домой. Но в разные времена детей воспитывают по-разному. Когда мама была маленькой, принято было считать, что ребенок не имеет права орать как пожарная сирена. Ребенок должен вести себя так, как положено, то есть как нужно взрослым. В данном случае ребенка нужно отодрать от мамы. И отвести в группу, к детям и игрушкам.

Три воспитательницы и заведующая детским садом по очереди пытались отодрать Маленькую Маму от Ляли. Сначала одна попробовала, потом две другие. Но у них не получилось. Маленькая Мама приклеилась к Ляле, как лейкопластырь к коленке. Она даже пробовала кусаться, хотя лейкопластырь не кусается.

Заведующая детским садом сказала:

– Немедленно отдайте ребенка! Вы что, хотите, чтобы ваш ребенок вырос плохим человеком? Эгоистом?! Вы хотите, чтобы она вот орала, когда вырастет?! Отдайте нам ребенка, иначе она точно вырастет плохим человеком!

И все кивнули, признавая ее правоту. Включая обеих бабушек и повариху.

Ляля не хотела, чтобы Маленькая Мама выросла плохим человеком, эгоистом. Не хотела, чтобы она орала и цеплялась за нее, когда вырастет. Поэтому она позволила воспитательнице, заведующей и поварихе выстроиться в ряд и попытаться отодрать от нее Маленькую Маму.

Воспитательница тянула за Маленькую Маму. Повариха тянула за воспитательницу. Повариху тянула заведующая детским садом, а за нее уцепилась Вторая бабушка, которой было ужасно стыдно за свою внучку.

– Бабка за Жучку, – на мгновение перестав орать, сказала Маленькая Мама. И опять закричала на одной ноте «УУУУ…ААААА».

Заведующая подумала, что ее обозвали Жучкой. Но Маленькая Мама ничего такого не имела в виду, просто первая заметила, что ситуация напоминает сказку «Репка».

Наконец Маленькую Маму оторвали от Ляли вместе с половиной куртки и отволокли в группу. Пока ее волокли, Маленькая Мама орала на весь детский сад, на всю улицу, на весь мир.

Ляля, одетая в половину куртки, бежала на остановку троллейбуса, ехала в троллейбусе, слушала лекцию в институте, и все это время крик Маленькой Мамы стоял в нее в ушах. Вот такой – «УУУУУ, ААААА!»

Но что же в это время было с Маленькой Мамой?

Маленькая Мама оказалась в группе и поняла: бежать некуда. Она замолчала, чтобы не тратить силы зря, и стала приглядываться. Все оказалось еще хуже, чем она могла себе представить. Главную опасность, конечно, представляли собой дети. Девочка с куклой потянула ее за руку: неизвестно, чего она хотела, звала ее играть? Или хотела сломать ей руку, как кукле? Кажется, нужно спасаться… Но как?

А бабушки, конечно же, обежали вокруг детского сада и взобрались по пожарной лестнице. И прилипли к окнам.

Бабушки заглянули в окно детского сада и очень удивились. Не поверили своим глазам! Они увидели такую картину: Маленькая Мама сидит на руках у воспитательницы. Вцепилась в нее изо всех сил, не сводит с нее глаз. Тогда бабушки успокоились, решили, что с Маленькой Мамой все будет хорошо, и пошли на работу. Главная бабушка поехала на метро, а Вторую бабушку повез водитель на черной машине. Водитель все это время ждал ее в машине и удивлялся, как хорошо она умеет взбираться на крышу по пожарной лестнице.

Лекции в институте закончились. Ляля примчалась вприпрыжку в детский сад. Схватила Маленькую Маму, как ястреб свою добычу, и помчалась домой. Дома их ждали – угадайте кто?

Дома их ждали бабушки и Дед с пирожными: чтобы отпраздновать первый день, который Маленькая Мама провела в обществе.

– Ну что, что?.. Что о тебе говорили? Тобой восхищались? – спросила Вторая бабушка.

– Восхищались, – кивнула Маленькая Мама, – сказали, что я агрессивная. Я агрессивная – это раз, избалованная – это два, с приветом – это три.

И они начали праздновать первый день в детском саду. Все делали вид, что радуются, а сами думали «Ой-ой-ой!» и «Что же случилось?». Все, кроме Маленькой Мамы. Она думала, что они празднуют ее первый и последний день в детском саду, что она уже была в детском саду, и на этом все. Радовалась пирожным: корзиночке с розовым кремом, буше, эклеру.

Особенно Маленькая Мама радовалась эклеру. Ей в жизни встречались всякие эклеры: с обычным кремом, ванильным и шоколадным. Больше всего она ценила шоколадный крем. И в этот раз с эклером было везение.

– Но что же все-таки произошло в детском саду? – спросил Дед.

– Я больше никогда так не буду, – сказала Маленькая Мама с набитым шоколадным кремом ртом.

Маленькая Мама любила просить прощения. Многие дети не любят просить прощения, даже ненавидят. А вот Маленькая Мама любила. Просить прощения было как будто стереть все плохое тряпочкой, и можно начинать сначала.

– Ты больше так не будешь? Это хорошо! Но как, как именно ты не будешь? – оживились все. Они надеялись узнать, что же произошло в детском саду. А Маленькая Мама не хотела, чтобы они узнали. Она хотела оставить это при себе. Сохранить тайну.

– Да так, не буду и все… никогда-никогда так не буду!

Все подумали: хорошо, что она больше не будет, но все же было бы интересно узнать, о чем идет речь.

И они узнали.

Спросите ребенка

1. Почему Маленькая Мама не хотела идти в группу? Чего она боялась?

– Что воспитательница будет ее ругать;

– других детей, что они могут ее толкнуть, или обидеть, или не дать ей игрушки;

– а может быть, она боялась, что дети будут над ней смеяться (тогда почему?);

– ей было страшно в чужом месте;

– она ничего не боялась, просто не хотела, и все.

2. Как ты думаешь, что будет дальше?

– Все будет хорошо, Маленькая Мама будет играть и смеяться;

– все будет плохо, Маленькая Мама будет плакать.

Для умных взрослых детей. Человек часто выражает не те чувства, которые в данный момент испытывает: например, испытывает страх, как Маленькая Мама, но при этом кричит и сердится. Или расстраивается, как ее родственники, и вместо того, чтобы заплакать, сердится, ссорится между собой. На самом деле злость – это наша реакция на то, что не отвечает нашим надеждам и ожиданиям. Получается, что на нас сердятся и мы сами сердимся. Можно ли совладать со своей злостью? Как? Как ты думаешь, злость – это всегда плохо? Или иногда хорошо? И можно ли «плохую» злость сделать «хорошей», полезной? Что означает выражение «спортивная злость»?

Комментарии для родителей

1. По ответу на первый вопрос мы понимаем, чего боится наш ребенок. Негативного отношения взрослых (например, учительницы в первом классе). Или плохой оценки своих умений, своей внешности. Или же он больше боится других детей. А может быть, его страшит все новое?

Ну, хорошо, мы поняли, чего именно боится наш ребенок. Но что мы можем сделать, чтобы наш ребенок не сжимался от ужаса? Да многое! Мы реально можем ему помочь!

Прежде чем отправлять ребенка в школу (детский сад, первый класс, новую школу, летний лагерь), мы можем, в зависимости от его страхов, заранее познакомить ребенка с кем-то из детей, чтобы он не чувствовал себя одиноким и беззащитным. Это если ребенок больше «боится» детей.

А если ребенок больше «боится» взрослых, мы лучше заранее познакомим его с учителем.

Ну, а если наш ребенок боится нового, любой новой обстановки, мы можем не полениться и заранее показать ему его группу в детском саду (площадку, где гуляют дети, новую школу, новый класс, раздевалку, и если он едет в лагерь, мы можем даже свозить его в лагерь, чтобы он убедился – в этом новом, непривычном месте нет ничего страшного.

Нам ведь не жаль потратить немного времени, чтобы наш ребенок не сжимался от ужаса. Нам даже много времени не жаль потратить!:))

2. Второй вопрос очень важен. Ответ на второй вопрос показывает, каким ребенок видит ближайшее будущее, что именно прогнозирует: хорошее развитие ситуации или плохое.

Что нам дает это знание? А вот что. Ребенку, который обычно прогнозирует плохое развитие ситуации, очень нужна наша поддержка. Нет, поддержка, конечно, всем нужна, но нашему ребенку больше других, намного больше! Представьте, что мы в ночь перед экзаменом (свиданием, публичным выступлением) лежим без сна и думаем, что будет завтра, – мы уверены в плохом развитии ситуации (мы не сдадим экзамен, нас не полюбят, на сцене освищут), и как это будет стыдно, невыносимо… о, ужас! И вот так мы лежим без сна и мучаемся, но за годы жизни мы все же научились справляться с этим накатывающим ужасом. А наш ребенок, он еще маленький, не может справиться со страхом самостоятельно. И он ни за что не скажет нам, что боится плохого развития ситуации. Он один со своим страхом, со своей уверенностью, что все будет плохо, у него не получится, его накажут, над ним будут смеяться… Ребенку с таким настроем очень нужна наша поддержка, это для него ну просто жизненно важно.

Но что мы можем сделать? Конечно, хочется сказать «не волнуйся, все будет хорошо». Но этого недостаточно! Представьте, что это нам сказали «не волнуйся, все будет хорошо». Это формальный подход и вызывает раздражение. Давайте подойдем неформально. Все зависит от сложности того, что предстоит ребенку.

Если ребенку предстоит что-то новое. Ребенок боится – вот он придет, а там новая раздевалка, новые дети, новый учитель…ужас!.. В этом случае нужно подробно, прямо пошагово рассказать, что и как будет происходить (в первом классе, детском саду, новом кружке). Мы уже говорили о том, что важно заранее показать ребенку это новое. Но и поговорить обязательно нужно!

Нам стоит рассказать ребенку, какие возможны недоразумения, что может его смутить. Не пугать, не настраивать негативно, а спокойно обговорить с ним все варианты развития событий, которые могут его смутить. Одному ребенку мучительно трудно спросить, где туалет, другой боится, что его посадят за первую парту, третий, что за последнюю, четвертому кто-то сказал, что он слишком тихо говорит, и он боится, что учительница его не услышит… Пусть это будет долгий «информативный» разговор. Если ситуация позволяет, хорошо бы на первое время предложить ребенку поддержку («Если хочешь, я тебя провожу и буду поблизости» или еще что-то подобное). Такое участие, возможно, понадобится всего на один-два дня, а может быть ребенка поддержит лишь одно наше предложение быть, рядом.

Это все хорошо работает, но если ситуация более сложная, то такого информативного разговора недостаточно.

Что же может быть более сложным? Это все ситуации, где есть конечный результат. Ребенок уже вовсю сталкивается с ситуациями, где есть конечный результат, от которого многое зависит. Конкурс, поступление в престижную школу, выступление на детском празднике, прослушивание в музыкальной школе, отчетный концерт, соревнования… таких «ситуаций с результатом» очень много.

Конечно, для чувствительного ребенка эти ситуации могут быть очень болезненными! Ребенок знает, что родителям результат очень важен. От результата зависит настроение взрослых: все радуются победе, и даже самые тактичные родители огорчаются поражению, и скрыть это от ребенка невозможно. Ребенок может путать реакцию родителей и отношение к нему и считать, что от результата зависит отношение к нему родителей: любят больше или меньше или вообще не любят.

Что же нам делать? Как поддержать ребенка?

Ну, во-первых, нам стоит следить за тем, что мы говорим, как именно мы утешаем ребенка. Желая утешить, мы часто повторяем «ничего страшного». Сказанное особенным «тактичным», поддерживающим голосом «Ничего страшного, если не поступишь, если проиграешь, если не будешь первым…», страшит ребенка еще больше. Вот теперь, в результате наших утешений, ребенок уже чувствует полномасштабный ужас, – от того, что так расстроит нас своей неудачей. Поэтому главное в этом случае – большая работа с собой. Мы не хитрим с собой, говорим себе: да, нам важно, чтобы ребенок поступил, выиграл, был среди первых, но мы не станем кормить свои амбиции за счет благополучия ребенка, он дорого нам больше всего на свете и не выигравшим конкурс, не поступившим в престижную школу, не прошедшим прослушивание…О родительских амбициях дальше в рассказе «Как Маленькая Мама была гением».

Вот что мы можем еще сделать: рассказать ребенку, что случится «самое плохое», если у него не получится, если он не поступит, не пройдет, не выиграет. Действительно, что? Не пройдет прослушивание в музыкальную школу по классу скрипки, значит, будет играть на фортепьяно, не примут в танцевальную школу – будет играть в шахматы, не займет первое место в соревновании по дзюдо – займет второе место в соревновании по плаванию и станет космонавтом. При этом мы избегаем слов «Ничего страшного не случится, если ты не…» и верим в то, что говорим.

Но вот вопрос: а если мы таким образом развиваем в ребенке пофигизм? А если ему будет наплевать на карьеру? Не задушим ли мы в нем мотивацию достижения? Не станет ли он только лежать на диване?

Так что же нам на этот счет говорит наука? Наука говорит: нет, не будет наплевать. Нет, не задушим, нет, не станет лежать на диване. Наоборот, говорит наука, те люди «лежат на диване», кому в детстве навязывали достигать и достигать. А наш ребенок вырастет и с мотивацией достижения, и с хорошей самооценкой. Наш ребенок – чувствительный, тревожный, и мы помогаем ему справиться, настраиваем на победу, делая так, чтобы тревожность не помешала его достижениям.

Да, а как же быть с теми детьми, которые прогнозируют хорошее развитие ситуации? Мы не ошибемся, если станем поддерживать и их.