Kitabı oxu: «РИЖАНИН. Сберкнижка на предъявителя»
Здравствуй, Читатель!
Раз мы встретились, значит я все же нашел силы довести задуманное до конца и не просто записал свои воспоминания, но и приложил определенное количество усилий для их публикации или же это сделал кто-то другой, после меня…
В любом случае, я очень рад этой встрече и надеюсь, тебе будет приятно наше знакомство.
Так получилось, что мне пришлось жить в трех государствах в условиях трех видов общественного строя. Для этого не понадобилось путешествовать или стать долгожителем. Все произошло за пятнадцать совершенно земных лет с жителями одной большой страны. Современному поколению, родившемуся уже в новое время, стараются ничего не говорить о том, что было тогда или рассказывать страшные истории о том, как все было плохо… Но мне это непонятно и неприятно. Все мы жили тогда и очень даже неплохо. В каждой системе есть свои перекосы и недочеты. И в той были. Но были также совершенно четкие правила, соблюдая которые, можно было вполне комфортно жить. И были законы. Законы, которые надо соблюдать при любом строе, в любом государстве. Я и мои товарищи стояли на страже этих законов и мне кажется глубоко несправедливым, если это будет замолчено и забыто.
Имена и некоторые представлявшие собой государственную тайну факты я изменил или не упомянул, поскольку все мы были предупреждены об ответственности за разглашение. Да и ни к чему упоминать подробности, способные повлиять на чьи-то судьбы.
Частности и личности не имеют значения. Важно, что все мы не смотря ни на что, искренне и от всего сердца жили и делали свое дело.
Историю моей жизни я посвящаю своему городу, своим товарищам, своей стране…
Автор
РИЖАНИН
Сберкнижка на предъявителя
Эта бодрящая утренняя свежесть. Ночью шел дождь, а теперь выглянуло солнышко. Нормальное латвийское лето… Скоро нагреется асфальт и начнет испаряться влага. В середине дня в городе будет ужасная жара. Надо ехать на море. Воскресенье. Вчерашний день прошел отлично. Завтра на работу. Значит, сегодня – время для солнечных и водных процедур.
Валера проснулся рано. Лежал и слушал как просыпается город. В выходные дни движение на улицах начинается позднее. Вот очередной троллейбус подполз к перекрестку. Остановился на красный свет. Сейчас загориться зеленый, он медленно свернет на поперечную улицу и отправится дальше, громыхая по брусчатой мостовой.
Вот пара легковушек проскочила. Где-то недалеко остановился грузовик. Водитель хлопнул дверью, со скрипом открыл грузовое отделение. Явно привез товар. Наверное в бакалею. Значит, времени уже в районе девяти. Надо ловить утро «за хвост». Вставать, завтракать и отправляться загорать.
Рядом пошевелилась Надя. Хорошо, что эту ночь они провели вместе. Эта женщина все-таки бесценное создание. С ней можно было прекрасно отдохнуть, от души поразвлекаться, а потом каждый спокойно отправлялся в свой «угол» и продолжал повседневную жизнь совершенно самостоятельно. Без обид, надежд и разочарований. Наверное, это участь убежденных холостяков (которыми они оба являлись), или же, так сложилось из-за невозможности вести полноценную семейную жизнь с такой работой. Работой… Работой это даже и не назовешь. Скорее состояние души. Образ мыслей… Значит, так! Работа завтра, а сегодня надо отдать дань своему бренному телу.
– Просыпайся! Я пока кофе заварю, – сказал он, вставая с кровати, и направился на кухню.
Проходя через гостиную отметил, что порядок перед сном они все-таки навели. Ох, как приятно с утра проснуться и увидеть окружающую чистоту, а не стол полный немытых тарелок, обветренной колбасы и засохшего хлеба.
На кухне окно открыто. Со двора тянет сыростью. Особенность старых каменных домов в центре города – на фасадную сторону чаще всего выходят окна «барских» комнат, а во двор – вспомогательных помещений и комнат прислуги. Дворы узкие, как колодцы. Солнце туда попадает редко, поэтому почти всегда веет сыростью. Этот запах пропадает только на несколько недель летом, если долго держится жаркая погода (что бывает редко) и зимой, когда стабильно держится отрицательная температура (что бывает все-таки чаще).
Зазвонил телефон. Кому не спиться? Наверное, Андрей решил устроить «подъем». Он вернулся в гостиную, снял телефонную трубку:
– Алло!
– Привет передовикам умственного труда!
– Привет дежурному по городу!
– А вот и не угадал! – ответил бодрый голос Андрея. – Я же тебе вчера говорил, что поменялся. Все же сознание твое от количества выпитого помутилось… – он сделал паузу. – Так значит дрыхнем в такое замечательное летнее утро?!
– А теперь ты не угадал, – прозвучал хмурый ответ. – Ты меня отвлек от приготовления утренней порции кофе.
– Ну извини, что прервал ритуальный танец у газовой плиты! – весело отозвался Андрей. – На море собираешься ехать? Вчера, вроде, договаривались, но может ты и это подзабыл?
– Да нет, почему?! Помню. Сейчас кофе попьем, что-нибудь перекусим и двинемся. Ты как?
– Я готов! «Попьем» значит, что с Надюхой?
– Теперь угадал, – он перевел взгляд на дверь в соседнюю комнату. Надя поднялась, подошла к трюмо и начала расчесывать волосы. Очень приятная глазу картина… Они проведут этот день вместе. – Если через полчаса зайдешь, поехали…
– Хорошо. Квасу с собой возьмем?
– Можно… Только как бы не закис на солнце…
– И правда. Там на месте можно будет взять, если очень захочется. А то, и газировкой можно обойтись, – Андрей немного помолчал. – Да и лишняя точка подвеса в переполненной электричке только мешать будет. Ладно, через полчаса буду. Пока!
– Пока!
Он положил трубку на аппарат и двинулся обратно на кухню. Чайник уже кипел. Вот и славно! Заварил две чашки ароматного кофе и отнес их в гостиную. Надя к этому времени уже сполоснулась, оделась и задумчиво стояла у окна.
– Валера, слушай! – она повернулась. – А разве Андрей сегодня не дежурит?
– Говорит, что поменялся с кем-то. И что вчера об этом упоминал, – он высыпал в стоящую на столе хрустальную вазочку печенье. – Я схожу в душ, а ты пока собери всякие плавки-полотенца! Как можно быстрее надо добраться до моря. Иначе попадем в самое пекло. Тогда солнечный ожег обеспечен.
Он зашел в душ. Тесновато. Изначально кварира не была оборудована ванной комнатой. Точнее, раньше, до прихода Советской власти, дом был хозяйский и на этаже было только две большие, пятикомнатные квартиры. После войны их разделили на четыре коммуналки, но поскольку у каждой большой квартиры было по два входа, отцу удалось добиться отделения их комнат – замуровать дверь к соседям, сделать кухню, а со временем и построить душевую кабину в девичьей. Но все это благодаря связям и доступным по должности строительным материалам.
Так вот, душевая, для человека нормального телосложения была вполне удобная, но Валера у своих родителей получился довольно крупным, в школьные годы, да и позднее, увлекался тяжелой атлетикой, потом бросил, так как все время стала занимать работа и на физические упражнения уже не хватало ни времени, ни сил. И теперь приходилось достаточно аккуратно поворачиваться под струями воды, чтобы ничего вокруг себя не нарушить. Но, поскольку душ он принимал регулярно, лишнего времени для этого не требовалось.
Сполоснувшись, он прошел в комнату, оделся и как только сел пить кофе, раздался звонок в дверь. Надя открыла. Это был Андрей – бодренький, активный, готовый мчяться навстречу долгожданному отдыху.
– Ну, что, заждались уже? – раздался с порога его голос.
– Да. Уже даже соскучились, – с улыбкой в голосе ответила Надя.
– А где же хозяин этого уютного жилища? Почему он отправляет свою любимую открывать дверь? Вдруг там грабители? – Андрей явно был в задорном настроении.
– Ты бы хоть раз подумал прежде, чем говорить! – в тон ему сказала Надя. – В этот дом могут прийти только грабители, желающие написать чистосердечное признание. Другим здесь делать нечего.
– О-о-о! В своей неизменной позе, с чашечкой кофе в руках! – воскликнул Андрей с порога комнаты, оценивающе глядя на своего друга. – Только взгляд, обращенный в глубины собственного сознание, совершенно не уместен для воскресного солнечного утра.
– Ты еще пару минут не мог по лестнице подниматься, чтоб я успел допить кофе в тишине? – в Валерином голосе, на контрасте с бодростью Андрея, звучала утренняя ленность.
– Я бы, конечно, мог считать до ста на каждом лестничном пролете, а с учетом того, что до твоего пятого этажа их семь, на море мы бы приехали еще на пятнадцать минут позже.
– На двенадцать, – заметил он, поднялся и направился с чашками на кухню.
– Ты что, еще посуду мыть собираешься? – возмутился Андрей.
– Собираюсь. Помыть-то надо всего ничего и времени это не займет нисколько, – сказал он споласкивая посуду. – А вот увидеть две грязные чашки, вернувшись со взморья, слегка подгоревшим и безумно усталым, будет очень неприятно.
– Зато очень приятно, что ты на всем протяжении нашего знакомства совершенно не меняешься… – отметил Андрей, направляясь к двери.
Они вышли на улицу. День обещал быть жарким. До вокзала дошли быстро. Электрички ходили очень часто, так что добраться до пляжа удалось еще до наступления невыносимой жары. Но вот найти место, где можно комфортно улечься, и на песке у моря, и в дюнах было уже трудновато – весь пляж в пределах видимости покрыт, в основном пока еще бледными, человеческими телами. И все же, им удалось разместиться… Расположились недалеко от раздевалки. Единственное, что было не очень удобно, так это прокат всяких пляжных принадлежностей под боком. Народ мимо курсировал регулярно, но с этим пришлось смириться.
Расстелили покрывала, улеглись и на какое-то время позволили своим телам наслаждаться греющим солнцем, легким морским бризом, человеческим говором доносящимся со всех сторон.
– Слушай, Андрюха! – лежа на животе, Валера подложил руки под голову и посмотрел на друга. – Шикарная женщина была вчера вместе с тобой…
– Да… – задумчиво протянул Андрей, прищурившись глядя в бесконечное голубое небо. – Мы с ней знакомы всего пару недель, а я уже успел узнать столько интересного!
– Удивительное сочетание – красивая и умная! – мечтательно произнес Валера.
– Может, я тоже присутствую при вашем разговоре? – лениво заметила Надя. – И не надо вгонять в комплексы одну женщину, восхваляя другую.
– Что ты, Надя! – Валера повернулся к ней. – Я просто высказываю мнение о новом человеке в нашей компании и никоим образом не подвергаю сомнению твою внешность или умственные способности.
– Вот именно! – поддакнул Андрей. – Ты, Надя, свой парень и очень привлекательная Валеркина спутница одновременно. Ты вне конкуренции. Но мне тоже когда-то надо обзавестись любимой и желанной. И если я могу хотя бы мечтать быть рядом с Иной, это уже великое счастье.
– Ты чего, влюбился что-ли? – Надя окинула Андрея удивленным взглядом.
– А могло бы быть иначе?! – тоска сквозила в его голосе. – Только кто я для нее… парень с улицы Артилерияс. Ни кола, ни двора и милицейская зарплата.
– По-моему ты еще и возрастом не вышел… – отметила Надя. – Кем она тебе будет? Мамой или няней?
– Ну, да… Двеннадцать лет разницы. – Андрей закрыл глаза. – Но по ней в жизни не скажешь! Молодая, спортивная, полная энергии и сил. И вообще! Это в школе разница в возрасте имела огромное значение, но мы же взрослые люди.
– Не скажи! – включился в разговор Валера. – Даже люди одного года рождения отличаются. И одни, порой, гораздо взрослее других. Она, похоже, ВУЗ закончила и, как я вчера понял, мать двоих сыновей. А ты только из армии год назад вернулся…
– И что мне теперь – любить ее перестать?
– Ой ли! Андрюха! А что ж ты с нами сегодня, а не с ней? – задорно поддела его Надя.
– Я же не могу злоупотреблять ее вниманием! Ина со мной вчера и так весь вечер провела, я ее до дома проводил. Много разговаривали… – он запнулся. – У нее же на самом деле семья, работа, дети.
– Понятно! Делу время – потехе час! – улыбнулся Валера. – А кто она по профессии и где работает?
– Она журналистка. Работает в газете «Ригас Балс», – Андрей приподнялся на руках, демонстрируя отличную физическую форму, потом вскочил и с возгласом «Айда купаться!» умчался в сторону моря.
– Надя, – Валера любовался телом своей подруги. – Не обижай его! Видишь, коллега мгновенно перегрелся от одной мысли об этой женщине?! А ты его еще возрастом и положением смущаешь!
– Ну, скажем, ты ему точно так же указал на эти отличия, – Надя тоже начала медленно подниматься. – К тому же, Андрюха уже очень большой и здоровый дядя, чтобы обижаться на объективные замечания. А перегрелся он от солнца, а не от мыслей и я его желание охладиться полностью разделяю!
Надя тоже отправилась к воде, но в отличии от Андрея, который сломя голову «влетел» в воду и несся до тех пор, пока хватало сил сопротивляться воде, а потом нырнул и поплыл вдаль, медленно и осторожно вошла в воду и двигалась в глубину, пересчитывая многочисленные мели и уговаривая себя, что вода не такая уж и холодная, как кажется разогретому телу.
Валера остался лежать на покрывале. Лень было шевелиться. Вода с утра еще не нагрелась, а вот солнце уже начинало припекать. Надо на пару часов уйти в тень, иначе, с непривычки можно и обгореть, а этого очень не хочется. Потом всю неделю сидеть в кабинете, стараясь не делать ни одного лишнего движения, очень неприятно. Это отвлекает. Надо отправиться куда-нибудь перекусить, прогуляться в тени сосен, а во второй половине дня, перед отъездом, накупаться от души. И вода нагреется, и оставшиеся силы будет не жалко отдать морю.
Запыхавшийся, мокрый с головы до пят Андрей подбежал, взял волейбольный мяч и двинулся обратно к воде. Валера проследил за ним взглядом и увидел, что Надя ждет его в широкой полосе влажного песка. С расстояния метров пяти Андрей сделал бросок в ее сторону, Надя отбила мяч и они начали играть в волейбол. Играли красиво. Андрей владел мячом так же хорошо как и плавал. Сказывалось увлечение водным поло. Надя тоже была в хорошей спортивной форме. Глядя на нее, было приятно наблюдать, как хорошая реакция в движениях, может сопровождаться изысканной женской грацией. Так они развлекались пока не обсохли.
– Валер! А ты чего ленишься? – Надя подбежала и взяла полотенце. – Вода отличная!
– Думаю, что надо укрыться от солнца на пару часов. А потом я вам покажу как плавают настоящие тюлени! – сказал Валера, вставая. – Пообедать бы где-то надо.
– Андрей сказал, что нас ждут на даче его родители.
– Да. Я вчера попросил Светку передать матери, что я поменялся и приеду сегодня, – Андрей тоже взял полотенце.
– Ну, тогда давайте догуляем до вашей дачи, – Валера оделся и убрал покрывало в сумку. – Только в каком направлении надо двигаться?
– В том же, что и в прошлом году. В Майори, – ответил Андрей. – Маме опять удалось договориться и получить те же комнаты.
– Отлично! Тогда пойдем по проспекту Дзинтару, мимо концертного зала, а дальше по Юрас. – Валера мысленно нарисовал план перемещения.
– А почему не по Йомас? – спросила Надя.
– Надь! Во-первых, на Йомас гуляет очень много отдыхающих, а во-вторых, там не укрыться от палящего солнца. – Валера поежился. Соприкосновение кожи с рубашкой уже чувствовалось.
– Жалко! Можно было бы посмотреть во что нынче одеваются приезжие… – задорно подмигнула Надя.
– Вот уж, кому что интересно! – Андрей выбрал ворчливый тон. – Я бы вообще по пляжу добежал. На море же приехали, а не по городу гулять!
– Эх, Андрюха! – со вздохом, на распев заговорил Валера. – Море – это не только вода, песок и солнце! Это еще и воздух, наполненный ароматом сосен! И этот воздух не менее полезен, чем водные и солнечные ванны.
С этими словами он поднялся по лестнице и по дорожке двинулся в лесочек, отделяющий дюнную зону от дачных построек. Надя и Андрей шли чуть позади и напевали:
«Вдох глубокий, руки шире,
Не спешите – три-четыре! –
Бодрость духа, грация и пластика!
Общеукрепляющая,
Утром отрезвляющая,
Если жив пока еще, –
гимнастика!..»
Валера согласовал темп ходьбы с ритмом песни и стал покачиваться в такт. Именно так веселая компания добралась до улицы Юрас. Выйдя на пешеходную дорожку, Андрей поравнялся с Валерой и весело заметил:
– Каким бы замечательным не был отдых выходного дня, хочу потревожить тебя по рабочему вопросу! – он посмотрел на Валеру заискивающим взглядом. – Я, конечно, понимаю, что натощак ты думать не любишь, но я и не собираюсь сильно напрягать твои мозги. Пока только информация к сведению.
– Валяй! – без особого энтузиазма отозвался Валера. – Даже не скажу, что расстроился. Ничего другого я от тебя и не ожидал.
– Послушайте, дорогие мои! – сзади раздался Надин голос. – Если вы собираетесь разговаривать о работе, я лучше пройдусь по Йомас, загляну в пару магазинчиков и присоединюсь к вам за обеденным столом!
Они разом повернулись к ней и в один голос воскликнули:
– Замечательная идея! – переглянулись и рассмеялись.
Надя свернула в ближайшую улочку и пошла в сторону улицы Йомас.
– В общем, вот что я тебе хотел рассказать, – заговорщическим тоном начал Андрей. – В прошлую субботу на кармане мы взяли одного ханыгу. Наш постоянный клиент. Даже не интересно.
– Лёню Соловьева?
– Именно.
– И чего же он вам интересного поведал. Чистосердечно признался во всех карманных кражах со времен Ледового побоища?
– Да нет! Он калач тертый. Слова лишнего не вытянешь. А вот потерпевшая очень меня заинтересовала…
Андрей немного помедлил восстанавливая в памяти описываемую картинку и продолжил:
– Лариса Перова, 45 лет, ветеринарный врач, работает в зоопарке. Я ее видел в прошлом году у Саши Рона по делу об убийстве старушки в Межапарке. Ничего там особенного не было. Эта старушка – ее дальняя родственница, поселила у себя девушку, когда та по распределению попала работать в Ригу. Жили в коммунальной квартире на проспекте Кокнесес, но в день убийства «внучки» не было дома. Она уехала к друзьям на дачу в Царникаву, там и осталась ночевать. На следующий день сразу оттуда поехала на работу, а когда вечером пришла, застала в комнате вдрабадан пьяного соседа и, собственно, бездыханную бабушку. Сосед сказал, что зашел попросить соли. У самого кончилась, еда готовится, магазин уже закрыт… а тут такое увидел, что дар речи потерял и что делать не знает…
– Хозяйственный сосед? – вставил Валера. – Еле на ногах держится, а ужин готовит, и про соль помнит?
– Сосед, на самом деле, неплохой. Простой работящий мужик. Он про то, что к соседке заходил вообще не помнил. Когда по Ларисиному вызову милиция приехала, он спал в своей комнате. А когда протрезвел в КПЗ и начал давать показания, вообще отрицал, что что-то видел. Сказал, что последние три дня после работы с корешами получку «отмечал». И тот вечер, и предыдущий вообще в памяти не «зацепились». Приходил, падал в кровать, утром вставал и шел на работу. И бабульку эту как раз все эти три дня не видел. Кореша подтвердили. Бабушка к приходу внучки совсем остыла… То есть к моменту обнаружения пролежала она в своей комнате часов тридцать. «Внучка» в шоке, сосед в отказе. Посторонних отпечатков пальцев нет.
– Слушай, насколько я понимаю, мы уже пришли, – тоскливо протянул Валера. – Давай пообедаем без криминальных подробностей, потом еще позагараем, искупаемся, приедем в Ригу, дойдем до моего дома и ты мне все до конца расскажешь, хотя, пока ни на сколечко не понимаю зачем я тебе в этом деле нужен…
– Ну, ладно… На самом деле пришли и даже Надя уже нас ждет, а при маме точно обо всем этом говорить не надо.
– Интересно, как вам удалось столько времени добираться, если шли мы по параллельным улицам, я еще в магазины заходила, а пришла быстрее вас? – Надя выглядела удивленной.
– Не каждый интерес стоит удовлетворять, – Валера задумчиво посмотрел на подругу.
Мама Андрея встретила их радушно, покормила, расспросила о жизни, делах. Пока Валера с Надей ее развлекали, Андрей со своей младшей сестрой Светой поиграл во дворе в бадминтон. Потом компания снова отправилась на пляж. На этот раз купаться пошел Валера. Море практически не волновалось. К берегу набегали маленькие белые барашки волн. Вода согрелась. Было ощущение, что залезаешь в ванну. Но после четвертой мели ближе ко дну начала чувствоваться прохлада. Валера доплыл до буйков, за один зацепился и оглядел берег. Лежащие и перемещающиеся фигурки выглядели нереальными. У каждого свои заботы, радости, печали, а посмотришь со стороны, с расстояния, когда неразличимы лица, формы – безликая, равнодушная масса. А ты где-то в стороне. Ни сверху, ни снизу, а в стороне и никому до тебя нет никакого дела… Вот и отлично! Можно хоть несколько минут целиком принадлежать себе…
Валера проплыл параллельно берегу практически до концертного зала в Дзинтари недалеко от которого они загорали в первой половине дня и вернулся обратно. Когда выходил из воды, почувствовал, что в воздухе ощущается вечерняя прохлада, хотя солнце стояло еще достаточно высоко. Начало июня – очень обманчивое. Когда встаешь с утра всегда кажется, что проспал полдня, а вечером, что вторая половина дня еще только началась.
Андрей и Надя покорно дожидались его лежа на покрывалах, подставляя тела солнцу. Надина спина приобретала приятный коричневый оттенок, а вот у Андрея плечи уже начали краснеть.
– Ей, друг! Переворачивайся на спину или накинь что-то на плечи! – скомандовал Валера. Но Андрей никак не отреагировал. Тогда Валера подошел и потрепал его за плечо.
– Ау! – вскрикнул Андрей и резко отстранился. – Ты чего применяешь болевые приемы!
Он глянул на свое плечо и нахмурился:
– Мы так ждали, когда ты наплаваешься, что устали и, похоже, задремали, – он аккуратно дотронулся до своего плеча пальцем. – Ты, судя по всему, долго отсутствовал.
Валера улыбался, глядя на обгоревшего друга:
– После заката солнца у тебя проявится замечательный загар, – он оглядывал Андрея со всех сторон. – Знаешь, относительно спины, грудь будет выглядеть совершенно не тронутой солнцем. Но когда приедем в город, я готов пожертвовать сметаной, которая стоит в холодильнике, чтобы спасти коллег по кабинету. Иначе им придется всю неделю слушать твои стенания.
– Я даже не буду протестовать против этой экзекуции, – аккуратно надевая рубашку, согласился Андрей. – Только тогда и ночлег придется предоставить.
– А что поделаешь?! Выдам тебе банную простынь, чтобы постельное белье сметаной не заляпал – и спи, – он оценивающе окинул Андрея взглядом. – Одет ты достаточно прилично. Так что, сможешь не переодеваться и идти на работу так. Никаких собраний не запланировано – можно и без формы.
Он на минуту задумался и спросил:
– А твоя ветеринарша в одной и той же одежде была два дня на работе и ночь у друзей? И чем вообще в этой Царникаве занималась?
– Не знаю. Я в такие нюансы не посвящен, – он глянул на Надю, которая безмолвно собиралась и снова перевел взгляд на Валеру. – Знаешь, я до сих пор не очень этим интересовался, потому что хотел тебе рассказать, что она…
– Стоп, стоп! Друг мой! Мы договорились! – Валера протестующе замахал руками. – Не будем забивать женские уши всякой ерундой. Потерпи до дома!
– Как приятно, когда о тебе проявляют такую заботу! – Надя улыбнулась. – Мне предстоит выслушать эту историю позднее в более упорядоченном варианте, Андрей! Если, конечно, Валере она вообще покажется интересной.
– А-а-а! Так вы, оказывается, в сговоре! – Андрей явно почувствовал себя обличителем. – Валера! Ты все свои секретные дела Наде доверяешь?
– Хуже, – мрачно произнес он. – Я доверяю ей ход моих мыслей. А это гораздо страшнее, чем описание происшедших событий.
Он обнял подругу за плечи, поцеловал в обнаженную шею и добавил:
– Надя знает не только ЧТО я думаю, но и КАК. В ее руках страшная сила!
– Но, не смотря на то, что я во всеоружии, – Надя повернулась к ним обоим. – Я ни разу не воспользовалась знанием и не причинила вреда раскрывающему мне свои тайны человеку!
– Теперь я буду иметь в виду, что ты обладаешь тайным знанием! – погрозил ей пальцем Андрей.
– Но это не принесет пользы, ибо я останусь верна чувству дружбы и взаимопомощи, которое нас связывает!
– Какие высокопарные фразы! – воздел руки к небу Валера. – Друзья, если мы сейчас не начнем двигаться в сторону дома, то рискуем не выспаться перед работой. Что совершенно непростительно!
Надя вышла из электрички в Засулауксе и отправилась домой, а Валера с Андреем доехали до центрального вокзала и дальше пошли пешочком.
Город дышал жарой. Машин было совсем мало. У вокзала еще наблюдалась какая-то активность. Кто-то спешил к поездам, кто-то наоборот направлялся в город. На остановке у цирка стоял народ, ожидающий общественного транспорта. В Кировском парке играли дети. На лавочке у летней эстрады сидели пожилые люди и вели неспешные разговоры. Еще немного и они расползуться по квартирам, чтобы посмотреть новости.
Через парк мужчины прошли до улицы Петра Стучки и по теневой стороне направились к Валериному дому. Магазины были закрыты. В ресторане, по пути их следования особого оживления не наблюдалось. Город отдыхал, готовился к рабочей неделе.
В квартире была приятная прохлада, свойственная старым каменным зданиям. Хотя, было еще совсем светло, солнце уже не заглядывало в окна, а в кухне было даже зябко.
Валера развесил на веревке влажные плавки и полотенца, поставил разогреваться мясное рагу с картошкой, сходил в душ и пока споласкивался Андрей, приготовил салат из помидоров с огурцами.
– На салат всю сметану извел? – морщась от неприятных ощущений и поглядывая на обгоревшие плечи, произнес Андрей.
– Да нет. Полная банка поллитровая была. Вчера купил. Хватит на твои плечи.
– Как я так задремал?! Не понимаю.
– От избытка впечатлений, – улыбнулся Валера. – Неделя была непростая, вчера веселились допоздна, сегодня физические силы расходовал активно. Я поэтому и предпочитаю купаться в конце дня. Чтобы потом сил хватало только до дома добраться.
Он взял банку со сметаной и длинную ложку:
– Пошли в комнату. Я тебя намажу и ужинать будем.
К счастью, плечи у Андрея зарумянились только сзади выше лопаток. Валера щедро намазал обгоревшую кожу друга.
После ужина оба удобно устроились в гостиной и Валера наконец скомандовал:
– Ну, продолжай свой рассказ, дружище!
– Да я, на самом деле, об обстоятельствах смерти старушки толком ничего не знаю, – смутился Андрей. – Только так. Что слышал и видел мимоходом. Я и не сильно вникал. Своих дел хватает…
Он немного помолчал и продолжил:
– Меня вот что поразило: эта женщина так разительно изменилась за год, что даже узнать трудно!
– А именно?
– Если в прошлый раз она была серой мышкой: незаметная, обыкновенная, то теперь гранд-дама. Вся такая… – Андрей на секунду задумалься, подбирая слова. – Нарядно одетая, с прической, маникюром, на каблучках. Нечто совершенно противоположное.
– Но это же не запрещено законом!
– У нее в кошельке было 564 рубля.
– И это не запрещено.
– Она очень нервничала. И под конец сказала, что ничего хорошего от нашей милиции ждать не приходится.
– Послушай! Во всем том, что ты мне рассказал нет никакого криминала. Давай порассуждаем! – он устроился поудобнее. – Ты говоришь, ей 45 лет. А бабулька умерла в прошлом году. Значит, ей было 44. У нее есть семья, дети?
– Точно не знаю, но по-моему она всю жизнь была при бабке.
– Вот и ответ на все ее изменения. Может, она наконец-то человеком себя почувствовала!
– Возможно. Только было в ней что-то зловещее, – Андрей покосился на друга, понимая что аргументов в защиту собственных подозрений выдвинуть не может. – Но есть у меня ощущение, что скоро она попадет в поле нашего зрения.
– Интуиция присуща женщинам. Мужчинам для этого дан здравый рассудок, – Валера прикрыл глаза. – Расскажи лучше про свою Ину.
– Я пока мало с ней знаком. Но все, что знаю вызывает восторг, – Андрей мечтательно устремил взгляд в потолок. – Она – человек из высшего общества.
– Что-то я не заметил у нее присущего высшей касте высокомерия и апломба. Очень интеллигентная и умная женщина.
– Именно! – восторженно подтвердил Андрей. – Для меня вдруг открылось нечто невероятное! Совершенно невиданный до сих пор мир. Глубоко интеллигентные люди, которые общаются на красивом литературном языке, соблюдают правила чести, с достоинством принимают удары судьбы, относятся к окружающим с добротой и пониманием. Устраивают у себя дома литературные вечера, но при этом без каких-то предубеждений могут взять в руки тряпку, топор или лопату и навести вокруг порядок. Вокруг них вообще существует какой-то незыблемый порядок. И я уже начинаю думать, что этот порядок идет изнутри. А ведь, по сути, именно такие люди и есть высшее общество. Понимаешь?
– Да… Влип ты парень!
– Что значит «влип»?! Попал в прекрасный мир светлых, чистых людей.
– У этих людей сложностей в жизни не меньше, чем у всех остальных. Они этого, просто, не афишируют. И понять их достаточно трудно.
– Но я могу это сделать!
– Смотри! Женился бы ты лучше на Оксанке с которой еще недавно на танцы вместе ходил и не морочил бы голову женщине до которой тебе никогда не дотянуться.
– Валерка! Что ты такое говоришь! – Андрей с обидой посмотрел на друга. – Я ее полюбил и, как я понимаю, она тоже испытывает ко мне очень добрые чувства.
– Поступай, как знаешь, конечно. Но вежливое участие интеллигентного человека тоже может быть похожим на «добрые чувства». – Он встал и начал расстилать постель. – Давай спать! Я тебе постелю здесь. Постарайся не ложиться на спину. Может, к утру плечи и перестанут саднить.
***
– Алло!
– Андрей? Привет! Это Валера.
– Привет! Как дела?
– Именно о делах я и звоню тебе сообщить.
– Ну-ну?
– Помнишь, в нашу первую вылазку на моря’ ты рассказывал о своих сомнениях по поводу гражданки Ларисы Перовой, сорока пяти лет от роду?
– Помню.
– Так вот она проходит у меня главной свидетельницей по одному очень неоднозначному делу, – Валера помолчал. – Если хочешь, могу попросить начальство, чтобы тебя на время расследования прикрепили ко мне.
– Спрашиваешь! Конечно хочу!
– Хорошо. Завтра на пятиминутке попрошу. Профиль не твой, но в данном случае это не так важно. Надо будет побегать основательно, что у тебя хорошо получается. Ты у нас парень спортивный. Думаю, патрон не будет возражать.
– Договорились! Буду ждать новостей! – Андрей явно был рад перспективе поработать в группе с товарищем. – Спасибо, Валер!
***
Андрей по указанию руководства с утра прямиком отправился к Валере.
Чтобы успешно добираться до нужного места в управлении, надо было обладать навыками перемещения по этому старинному зданию, которое занимало целый квартал. Посередине строения был внутренний двор. Для работы – очень удобно. Преступника помещали в машину во дворе и только после этого открывали ворота. А вот, если надо было перейти по длинным коридорам и многочисленным лестницам из одной стороны здания в другую – можно было заплутать. Но поскольку кабинет Андрея находился на той же стороне, да и большая часть коридоров им уже была исхожена и изучена, путь до Валериного кабинета занял не больше времени, чем преодоление обычного маршрута до собственного.
